Новости с Михаэлем Лайтманом
5 мая 2021 г.
Иерусалим – сердце мира
Реплика: Есть такой праздник, который называется День Иерусалима. После Шестидневной войны Иерусалим стал цельным, и этот день был обозначен как праздник Иерусалима.
А что значит Иерусалим в высоком понимании и день Иерусалима в духовном смысле?
М. Лайтман: День Иерусалима – это день, когда народ, земля, государство обретет свою центральную точку существования: Иерусалим – "ир шалем" (цельный город), когда люди почувствуют, что у них есть единое сердце, единая мысль, единое желание к единой цели.
Вопрос: В чем цель этого единого народа?
М. Лайтман: В том, чтобы раскрыть всему миру цель существования всего мира.
Эта цель в том, чтобы люди сблизились друг с другом так, чтобы не было никакого отличия между ними. То есть это очень высокая цель, которая должна привести всех к полному объединению.
И тогда должен будет существовать один народ, во всем мире, покрывающий всю Землю. И в этом единстве он начнет постигать высшую силу – Творца, и раскроет в этом причину, цель своего существования – существования человечества!
Вопрос: И тогда Иерусалим станет столицей мира?
М. Лайтман: Да, он и будет Иерушалаим – "ир шлема" – цельный мир, цельная сила, цельное сердце, желание, город и так далее.
Вопрос: Когда о нем говорят: "Иерусалим – белый город", что имеют в виду?
М. Лайтман: Белый – имеется в виду, что он весь должен быть построен на отдаче и любви. Цвет света.
Реплика: Вот когда говорят, допустим: "Париж", ты воспринимаешь это как есть. Нью-Йорк – ты понимаешь, что это такой Вавилон, там много разных наций и так далее. А когда говоришь: "Иерусалим" даже людям внешним, у них все равно есть что-то такое внутри…
М. Лайтман: Да, потому что в каждом из всех людей, живущих на Земле, есть точка, которая еще не пробудилась, но она есть в каждом из нас, в любом человеке на Земле, которая называется "Иерусалим".
Вопрос: В этом городе живут люди разных религий. Это говорит о том, что таким мир и будет, как этот город?
М. Лайтман: Нет, мир будет единым. И религия будет одна. Это будет религия постижения единой Высшей силы, которая именно в таком виде и объединит все народы в один народ.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 10.05.21
Спасение мира – в монархии
Реплика: Во Франции продолжается скандал. Двадцать генералов написали Макрону письмо, что Франция приближается к гражданской войне, что в стране есть анклавы, в которые войти невозможно, там существуют свои законы, что крайний ислам начинает все больше и больше проявляться, и в принципе, два государства начинают существовать во Франции. И ощущение такое, что идет приближение к гражданской войне.
М. Лайтман: Приближение к гражданской войне ощущается по всему миру, во всех странах. Существуют огромные оппозиции, и все страны расколоты на две части, на три части.
Вопрос: А сегодня могут быть резкие меры правительства? Например, действительно есть во Франции анклавы, в которые войти невозможно, там свой закон существует. И в Бельгии, и в Дании.
М. Лайтман: Нет, не может быть. Потому что нет короля, нет единой власти. Нет человека, который сказал бы: "Государство – это я".
Теперь видно, насколько это необходимо. И никто ничего не может сказать против!
Вопрос: То есть, вы считаете, должен быть такой монарх, с таким воспитанием?
М. Лайтман: С воспитанием, но они же все исчезли.
Вопрос: То есть нужен такой монарх, который мог бы сказать: "Это мое, это мой дом, это мои люди, мои граждане"?
М. Лайтман: Да. То есть "это я!" Это изумительное следствие единой высшей власти в нашу землю.
Но такой человек не может появиться. Его должны принять все безоговорочно. У него должно быть "лессепассе" – удостоверение о том, что это наместник Бога. И так было!
Реплика: Это замечательно, у меня есть ощущение, что тогда бы все решилось. Но это было, а сегодня это нереально…
М. Лайтман: Все это для того, чтобы мир пришел к такому состоянию сам. Не свыше, а сам.
Реплика: У меня такое ощущение, что это слово – демократия – оно разрушило какие-то устои и основы.
М. Лайтман: Демократии не может быть по своей природе, поскольку люди все разные, все отличные. И поэтому равенства быть не может. Оно должно взрастать именно от неравенства, когда люди понимают, что они не равны, и компенсируют это неравенство вместе, совместно. И таким образом растят демократию. Это будущее демократическое. Настоящее, а не то, что есть сегодня.
Ни один человек не равен другому, в чем-то все различны. Это первое.
Второе: ни один человек не чувствует себя, что он должен быть равным кому-то. А чувствует себя больше, выше, ценнее других. Поэтому здесь нам необходима особая методика, которой мы бы уравнивали себя друг с другом сознательно. Я не хочу быть выше других, я не хочу быть ниже других, мы должны приводить себя к равенству. Но это должно быть осознанно, настолько, что именно этого я желаю. Ничего другого! Только тогда может быть мир, счастье на Земле.
Вопрос: Когда же я к такому сознанию приду? Это такое очень высокое понимание...
М. Лайтман: Да, но никто этого не культивирует, никто это не распространяет, не обучает. Здесь необходима огромная воспитательная работа.
Реплика: То есть то, что мы растим детей: "Будь сильнее! Будь выше, будь лучше другого!"…
М. Лайтман: Для чего? Если быть сильнее, выше и лучше, – для чего? Чтобы ты смог показать всем остальным, как можно быть равными. Потому что это не уничтожает твою индивидуальность.
Вопрос: Что значит показать другим, чтобы быть равными? Что я должен сказать, показать?
М. Лайтман: Что ты действительно хочешь видеть всех равными. Во всем.
Вопрос: И для этого мне даны таланты?
М. Лайтман: Всё, что ты делаешь – это только для того, чтобы создать равенство между всеми.
Конечно, это все красиво, и уже пытались это сделать и коммунисты, и социалисты…
Вопрос: Основа была не та?
М. Лайтман: Конечно! Не исправляя эгоизм, этого не сделаешь.
Нужно воспитать человека, который бы понимал: не бей других, а воспитывай себя и других. Это очень непросто.
Реплика: Непросто. То есть человек, так или иначе, должен понять, что он эгоист?
М. Лайтман: Через осознание зла.
Но надежда есть, потому что мир движется к осознанию зла. Не придет ли оно позже серьезной мировой войны, катастрофы?
Поживем и увидим.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 10.05.2021
Цифровое воскрешение сделает нас бессмертными?
Вопрос: Киноиндустрия научилась оживлять голливудских актеров. Умершие музыканты выходят на сцену в виде голограмм. Компания Майкрософт получила патент на создание интерактивного чат-бота, который ведет диалог от имени любого человека, даже умершего. Такая технология называется "цифровое воскрешение".
Идея цифрового бессмертия в том, что настоящее "я" – это не мое тело, а данные, информация, которые можно от тела отделить и сохранить в какой-то другой форме.
Получается, что они приблизились к этому ощущению, к состоянию бессмертия?
М. Лайтман: Нет. Это совсем другая область – состояние бессмертия. Они взяли человека, списали с него его движения, характер и теперь могут ими манипулировать.
После того как записали это все, обработали, разложили на всякие биты, на квадратики, кусочки и теперь могут из них составлять любой образ. Могут взять себе Дюймовочку и сделать из нее Бабу Ягу. Все мы находимся в этих голограммах.
То есть мир действительно призрачный.
Реплика: Мир очень хочет прийти к состоянию бессмертия.
М. Лайтман: Зачем оно? Так, как мы сегодня живем? Я бы, наоборот, выпустил из всяких этих голограмм такую картину, что все захотели бы заснуть. И всё! Так хорошо, спокойно. Была бы очень хорошая планета. Сказано: "Сон грешников для их пользы".
Вопрос: Скажите, пожалуйста, для вас что такое бессмертие?
М. Лайтман: Это подъем над уровнем смерти, подъем над уровнем нашей жизни, которая считается даже хуже смерти. Каббала оценивает нашу жизнь как самую-самую низкую, существование, которое даже презрения не достойно.
Вопрос: Вот этот наш мир?
М. Лайтман: Да. Мы должны начать из него подниматься и делать из себя настоящее кино. Чтобы каждый из нас начал играть правильного человека, образ высший, высочайший, положительный, объемлющий весь мир!
Вопрос: Именно играть?
М. Лайтман: Играть, конечно! Мы же не такие!
Я должен играть такую роль, которую я хочу на самом деле видеть в себе, в которой я хочу видеть себя! И вживлялся бы в эту роль, вживался в нее, и демонстрировал бы эту роль перед всеми. И все так же демонстрировали бы себя относительно меня и других. И таким образом мы бы этот мир из игры превратили в реальный мир.
Ведь если все играют, то тогда эта игра превращается в истину.
Вопрос: То есть я начинаю это воспринимать как истину?
М. Лайтман: Конечно! Меня воспринимают, и я всех остальных, и нет тогда между нами никакого разделения – это истина или это какое-то притворство. Мы играем, мы все время играем. И таким образом мы вызываем на себя высший свет, особую энергию – мировую, космическую, которая бы из нас сделала на самом деле таких людей!
Реплика: Наша сегодняшняя роль более-менее понятна: мы такие, какие мы есть. Мы видим, какие мы.
М. Лайтман: И это тоже не настоящие мы! И это тоже навязано нам. И это мы должны с вами обнаружить – что это нами играют, что наш эгоизм нами управляет. Всё это – тщеславие и так далее – это всё не мы, на самом деле.
Вопрос: То есть то, что во мне есть: гордыня, тщеславие, превосходство над другими – это не я?
М. Лайтман: Ты вообще не знаешь, кто ты.
Вопрос: А кого я должен играть?
М. Лайтман: Себя как праведника. Праведник – это тот, который оправдывает всех. Всех, абсолютно. То есть чувствовать, что кроме меня все остальное – это абсолютное добро. И тогда ты попадаешь в очень интересную обстановку!
Вопрос: Но как я могу оправдать насильника, ненавистника?
М. Лайтман: Нет-нет, об этом даже нет речи! Это просто надо делать. И ты увидишь, что никаких насилий и ничего другого такого, и вообще ничего нет. Это все нам видится в наших искаженных свойствах.
Вопрос: Это мое эго мне так переворачивает все?
М. Лайтман: Да. Так что, это все очень интересно.
Вопрос: В это кино должно начинать играть все человечество? Или с маленькой кучки это начинается?
М. Лайтман: Естественно, с маленькой кучки, как обычно. Но, в принципе, это должно уже разрастаться.
Мы должны понимать, что если мы сами не будем стремиться к переделке, то это закончится плохо. То есть произойдут такие необратимые изменения с человечеством, которые пробудят его, может быть, еще через многие тысячи лет.
Вопрос: Если мы сами не будем стремиться играть роль праведника?
М. Лайтман: Да.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 10.05.21
Редактор: Тамара Авив