Беседа с журналистами
03.01.2023
https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/5hBB6SvA
Темы:
Разделение государства. Формула мульти-существования в Израиле.
Американские евреи-либералы против израильского правительства.
Евреи-антисемиты.
Формирование нового военно-политического блока.
Усиление антисемитской угрозы для израильтян за границей.
День языка иврит. Иврит как язык души и объединения.
Десятое число месяца Тевет.
Вопрос (Дуди): О событиях недели журналисты организации "Каббала для всех" беседуют с доктором равом Михаэлем Лайтманом. Наша первая тема — "Разделение Государства Израиль", но не на евреев и арабов, а между евреями.
С момента присяги нового полностью "правого" правительства в Израиле звучит немало претензий по поводу крайней политической линии, к которой, по всей видимости, склоняется государство. Причём, всё до такой степени обострилось, что один известный журналист в своей популярной колонке написал о двух вариантах возможного развития.
Первый — это признать провал сионистской мечты, разрыв всех существующих в стране рамок, крах государственности и идеи о восстановлении иудейского царства в Палестине, в результате чего евреям придется просто уйти отсюда.
Второй вариант: перекроить границы и разделить государство между либеральными сионистами и консервативными евреями.
Каково Ваше мнение о таком разделении? Не пора ли либеральным и консервативным гражданам Израиля обособиться друг от друга?
М. Лайтман: На протяжении многих лет, особенно в последнее время, либерализм торжествует во всём мире, а в Государстве Израиль - наоборот. Левые и правые силы всё больше отдаляются друг от друга, обостряется борьба между ними, не просматривается никакого шанса, чтобы объединиться и достичь хотя бы какого-то компромисса. Из года в год все становится только хуже.
Конечно, на это ещё накладываются наши проблемы с арабами и рост антисемитизма в мире, что создает для государства дополнительные трудности, оно не знает, куда двигаться и как жить дальше. Каждое правительство занято только одним: продержаться у власти как можно дольше. И когда оно уходит, то пришедшее ему на смену действует полностью наоборот.
По правде сказать, мы к этому уже привыкли и воспринимаем, как нормальный процесс. Думаю, что по-другому быть не может, пока все мы не поймём, что уже достаточно проблем и пора понять, что над разобщением необходимо объединиться. Вот тогда мы и придём к верному решению и правильному порядку.
Ведущий: Значит, консерваторы и либералы могут жить вместе?
М. Лайтман: Любой может быть вместе с другим, вопрос лишь в том, какова цена и к чему приведет. Народ Израиля — жестоковыйный и, конечно, не способен прийти к единству. Вся история доказывает, что между нами, в народе Израиля, существуют только конфликты, неприятие, ненависть, противодействие. Не было ни одного периода, в котором мы бы находились в хорошем состоянии, в мире и спокойствии.
Ведущий: То есть, евреям суждено жить вместе, несмотря на различия и споры?
М. Лайтман: Мы обязаны быть вместе, с одной стороны, и одновременно стоять друг против друга, с другой. Так будет постоянно, пока не поймём, как произвести исправление, чтобы "все прегрешения покрыла любовь".
Ведущий: Какова правильная модель, в соответствии с которой разделившиеся во мнениях граждане Израиля могут жить вместе?
М. Лайтман: Как пишет Бааль Сулам, мы — народ знания, мудрый народ, который не может построить себя, иначе как через противодействие, столкновение. То есть, или войной, или миром. Причём, мир — это тоже своего рода война, но война со своей внутренней сущностью, не с внешним, а с внутренним врагом.
Прекратить борьбу с внешними ненавистниками можно только при условии, что мы направим свои штыки, свои ножи и удары на себя внутренних, - и тогда сможем жить в мире со своим народом.
Ведущий: Звучит красиво. А если мы не будем следовать этой линии исправления, и каждый продолжит настаивать на своем до конца?
М. Лайтман: Тогда сожрём друг друга.
Ведущий: Почему? Разве мы не можем разделиться так, что я живу в своём районе, а Вы — в своём? Каждый — как бы в своей маленькой стране...
М. Лайтман: Не можешь. Соседи справа и слева, сверху и снизу прижимают тебя, и ты снова оказываешься в том же состоянии, как сейчас.
Вопрос в том, когда мы согласимся, поймём, что нет другого пути, и мы обязаны объединиться.
Ведущий: Согласно программе творения, должны ли разделившиеся во мнениях евреи принять единый образ жизни? Или, в конечном итоге, мы останемся разными: один либерал, другой - консерватор, но сумеем жить вместе?
М. Лайтман: Пишет Бааль Сулам, мы — развитый народ, и у нас не может быть одного мнения. Но мы объясним и себе, и народам мира, что сможем выжить, только поддерживая в активном, живом виде нашу способность сохранять мульти-существование.
Вопрос (Дуди): Какова формула мульти-существования?
М. Лайтман: Принимать каждого еврея, а также нееврея. Любой имеет право жить, где он хочет и может по закону. У нас нет другого выбора, кроме как помогать друг другу, и главное – выработать новый подход к мульти-существованию, чтобы жить без войн.
Допустим, когда-то существовали два царства - Иудея и Израиль, или был Ликуд и Маарах, - и все. Но сейчас этого нет. Теперь любой имеет столько различных форм, что если даже разделить это на двадцать частей, и то будет недостаточно, чтобы предоставить каждому свою территорию. Мы обязаны жить вместе.
Ведущий: Перейдем к следующей теме: американские евреи-либералы против израильского правительства.
Вопрос (Норма): После прихода к власти в Израиле правого правительства более 330 раввинов и лидеров еврейских общин из Соединенных Штатов предупредили, что будут бойкотировать глав религиозного сионистского блока в правительстве, которых они считают экстремистами и запрещают им посещать свои общины или выступать в своих синагогах. Среди тех, кто подписал открытое письмо, лидеры крупнейших консервативных и реформистских сообществ Вашингтона, округа Колумбия, Чикаго и Лос-Анджелеса.
Семь глав учреждений, лежащих в основе сионистско-еврейского консенсуса в Израиле и Северной Америке, включая руководителей Еврейского агентства, сионистского Гистадрута и генерального директора Еврейских федераций Северной Америки, обратились к премьер-министру и предупредили, что изменение Закона о возвращении или порядка обращения в еврейство может привести к разрыву связей.
В этом послании есть еще одна деликатная проблема: в письме говорится о намерении нового правительства определить критерии, кто является евреем.
Авраам Фоксман, который в течение многих лет возглавляет Антидиффамационную лигу в США и осуществляет поддержку американского еврейского истеблишмента в Израиле, предупредил, что Израиль лишится его поддержки, если перестанет быть открытой демократической страной.
Однако в то же время большое произраильское лобби AIPAC и Комитет президентов основных еврейских организаций проигнорировали полемику и ограничились одобрением демократического процесса.
Что означает такая беспрецедентная реакция евреев-либералов в Соединенных Штатах на новое правительство в Израиле?
М. Лайтман: Я бы не стал делать из этого большую проблему. Не впервые, не год и не два, они выступают против нас, против правительства, против Государства Израиль, против евреев в Израиле и т.д. Но даже среди них нет согласия и единого четкого мнения. Так что ничего особенного не происходит. Вообще не вижу, что сейчас может быть какой-то взрыв, какая-то медийная атака или что-то особенное в ООН.
Даже если и будет, то никто не воспринимает эти вещи всерьез. Разговоры, разговоры, - им нужно говорить. Если их нет, то они не получат денег. Значит, так должно быть, ничего нового не происходит. Совершенно спокойно я отношусь ко всем выпадам против Израиля, израильского правительства, - меня это не волнует.
Ведущий: Может быть, тогда они станут меньше поддерживать нас?
М. Лайтман: Нет, наши отношения с Америкой не зависят от того, сколько и как молятся ортодоксы, или чего они хотят. Все определяется гораздо выше, есть другие заинтересованные стороны: Россия, Украина, Турция и Иран, я уже не говорю о Ближнем Востоке. Вот почему нам нечего бояться.
Кроме того, никогда мы не были настолько сильны, как сегодня, в оружии, в ракетах, во всех подобных вещах. Мы были не так уж свободны от иранской угрозы и всего прочего. Но сегодня мы знаем, где находимся и что делать, чтобы обеспечить себе будущее, даже без американской поддержки, хотя этого и не будет, но допустим.
Ведущий: Правительство сейчас сильнее?
М. Лайтман: Да, правительство сильнее, это понятно. Оно не сдастся так просто, у него есть опыт, возможности. Израиль с ним также чувствует себя в большей безопасности, чем если некий журналист или еще кто-то, будучи премьер-министром, управляет государством.
Ведущая: В чем различие между тем, чтобы абсолютно не соглашаться с другим евреем, и евреем-антисемитом?
М. Лайтман: Не соглашаться с евреем – это нормально. Сколько евреев, столько и мнений. Но не соглашаться с евреем из-за того, что он еврей, – это уже нечто другое.
Ведущая: Где граница, перейдя которую легитимная критика превращается в еврейский антисемитизм, в беспричинную ненависть?
М. Лайтман: Беспричинная ненависть – главная проблема. Я должен любить всех, хотя, возможно, ни с кем не согласен.
Ведущая: Что приводит человека к антисемитизму, к беспричинной ненависти?
М. Лайтман: Это проблема, потому что расчет с нами другой. Ведь тем, что я ненавижу евреев за то, что они евреи, я разрушаю основу исправления мира. И тогда ощущаю воздействие различных сил, готовых изменить меня в разных направлениях, склонить, чтобы в конце концов я согласился с исправлением мира.
Ведущая: Одно дело - не соглашаться с определенной политикой Государства Израиль, а другое – бойкотировать его или активно действовать с целью уничтожения.
На Ваш взгляд, где проходит линия, которую нельзя переходить?
М. Лайтман: Прежде всего, мы должны согласиться с тем, что у каждого есть свое мнение, и это исходит из нашей природы. Мы никогда не придем к общей точке зрения, и так будет всегда. Прежде всего, примем это! Это первое. Второе: наш закон - все преступления покроет любовь. Несмотря на то, что мои взгляды не совпадают с его, я его люблю.
Я его люблю, потому что он - еврей, и у нас есть более высокая, более значительная миссия по сравнению с тем, что в реальности мы не любим друг друга, не согласны друг с другом.
Мы должны держаться вместе, чтобы прийти к возвышенной цели. Поэтому я его люблю, ведь, желаю я или нет, он – мой партнер в пути, напарник. Например, если у нас общий бизнес, а мы друг друга ненавидим, то нет иного выхода: мы не можем расстаться, потому что от этого зависит наше дело. И тут завязаны семьи, дети, мир между нами и прочее. Только так мы можем сохранить наш бизнес в целости и сохранности
Ведущая: Выходит, критической точкой здесь является существование общей цели?
М. Лайтман: Безусловно. Мы должны вместе вести бизнес и сдерживать себя. Я должен заботиться о моем партнере, а он должен заботиться обо мне, несмотря на раздоры между нами.
Ведущая: Тогда в чем заключается проблема с американскими евреями? Нет общей цели? Ведь они утверждают, что любят Израилю и хотят стране добра?
М. Лайтман: Я не чувствую, что их вообще беспокоит Израиль. Они заботятся только о себе и о том, чтобы произвести хорошее впечатление на общество, потому что это влияет на их имидж в США.
Вопрос (Шели): Вы сказали, что даже если не согласны с ним вообще, все равно его любите. Понятно, что у вас есть общий интерес, общая цель. Но откуда появляется любовь? Что Вы в нем любите, если он нестерпим?
М. Лайтман: Я не могу без него, а он не может без меня. В природе есть много противоположных сил, которые не способны существовать друг без друга. Мы это видим во всем окружающем нас пространстве. Так в чем заключается проблема? Мы лишь должны воспитать себя так, чтобы не быть не дальновидными.
Ведущая: Так это зависимость. Я могу понять, что зависима от другого еврея… Но любовь – это сильное, мощное, позитивное чувство. У меня его нет!
М. Лайтман: Да, почувствовать зависимость друг от друга, как это устроено во всей природе. О любви я пока не говорю.
Ведущая: Значит, пока что нам достаточно осознать взаимную зависимость. Даже ненавидя друг друга, у нас есть общая цель, и только вместе мы можем ее реализовать?
М. Лайтман: Пусть будет так. Разумеется, это хорошо, намного лучше, чем наше нынешнее состояние.
Ведущая: Пока говорится о разных мнениях – это приемлемо. У меня нет проблемы с этим, пусть думают, что хотят. Но как только кто-то хочет надо мной властвовать и навязывает мне свои мысли и взгляды, возникает раздражение. Меня не волнует, что он думает, но…
М. Лайтман: То, что тебя это не волнует, тоже нехорошо. Это как в семье: я должен понять, что у меня есть партнер со своими взглядами, и я должен согласиться с тем, что у него есть свое мнение.
Следует уважать его мнение. Если он так думает, то это его взгляд, мысль, желание, - и я это принимаю. В противном случае мы никогда не сформируем общее пространство. Какое государство тогда будет?
Ведущая: Значит, проблема остается нерешенной. Предположим, мы научили себя уважать мнение других, даже если с ними не согласны, и верить, что мы – партнеры, у нас есть цель и взаимная зависимость.
Однако все еще остается вопрос: как только один пытается доминировать над другим, какое мнение должно возобладать? Что делать в таком случае?
М. Лайтман: Необходимо достичь обоюдного согласия. То, с чем мы вместе соглашаемся, - принимается. А то, с чем не согласны, - не принимается.
Ведущая: Это говорит о том, что создается новое мнение, разделяемое обеими сторонами. Откуда оно появится?
М. Лайтман: Исходя из того, что у нас нет выбора. Мы должны договориться – иначе не сможем существовать. Нам нужно научиться жить вместе. Я считаю, что наша проблема не в том, что мы – разные, а в том, что мы ничего не желаем давать друг другу. Это просто вопрос уважения.
Ведущая: Что мы должны дать друг другу, к чему мы не готовы?
М. Лайтман: Мы не хотим уважать друг друга. Потому что я хочу доказать всем, что я прав и только я заслуживаю уважения.
Ведущая (Норма): В отношении общего интереса и общей цели у евреев США и Израиля, возможно, проблема состоит в том, что они не чувствуют зависимости друг от друга. Скажем, в бизнесе каждая сторона заинтересована в успехе, и партнеры знают, что не могут преуспеть друг без друга. Но евреи Америки, очевидно, добиваются успеха без нашего участия и поэтому не чувствуют обязательств по отношению к Израилю, не ощущают взаимозависимость.
В этом причина, что между нами нет хороших отношений?
М. Лайтман: У американских евреев есть проблема: они хотят, чтобы Государство Израиль выглядело хорошо в глазах народов мира. Если оно будет сильным, – хорошо. Если страна будет красивой, - прекрасно.
Им важно, чтобы народы мира были довольны нами. Кроме этого, им ничего не важно. Они согласны продать все, что здесь есть, только бы это устраивало всех остальных, и чтобы никто не мог сказать, что мы, евреи, ведем себя неправильно. Так о чем здесь говорить? Для нас существование на Земле Израиля – это жизнь или смерть, а для них – нечто вроде привлекательного десерта.
Ведущая: Что американские евреи должны понять из данной неисправленной ситуации?
М. Лайтман: Они должны понять, что нужно не от евреев, а от арабов требовать склониться и достичь мира, связи и прочего. Иначе говоря, евреи всего мира должны быть нашими братьями и в радости, и в беде.
Ведущая: На форумах читателей новостей появились комментарии, что евреи диаспоры не имеют права вмешиваться во внутренние дела Израиля.
М. Лайтман: Что значит вмешиваться? Не думаю, что их можно отрезать от нас. Я считаю, что нам, на самом деле, полезно распространять среди них наши знания о том, что называется "миром", "совершенством", "ролью Израиля", "концом исправления", который ждет нас впереди. Нам следует показывать всему миру, как можно этого добиться и что нас ждет хорошее будущее.
Сегодня мир имеет правильную основу. Человечество не знает, куда идет, как ему двигаться вперед. Оно видит, что силы природы, экология, международный порядок, – все действует неправильно. А у нас есть не только методика выхода из этой ситуации, но мы готовы объяснить ее каждому. Поэтому мы способны продвигаться вперед к совершенному миру.
Ведущий (Дуди): Перейдем к следующей теме. Являемся ли мы свидетелями формирования нового военно-политического блока?
Ведущий (Хаим): Мы находимся в начале нового гражданского года и по-прежнему наблюдаем всевозможные процессы, происходящие в мире. Продолжается резкий рост агрессивности, например, в Израиле, в США, в Южной Америке, в Мексике, во Франции, в Европе - в самых разных местах. И даже среди женщин.
М. Лайтман: Желание получать неспокойно, и оно требует своего.
Ведущий: Также неспокойно и на международном уровне. Скажем, каково Ваше мнение о встрече Путина и Си Цзиньпина в прошлую пятницу, о других всевозможных процессах, происходящих на Западе?
М. Лайтман: Китай не склоняется в пользу одной из сторон, как и Индия. Что касается Америки и России, каждая остается при своем мнении. Так будет и дальше, пока, мне кажется, не будет какого-то решительного шага со стороны американцев или Израиля, чтобы свергнуть режим в Иране, - и тогда все успокоится.
Россия без Ирана ничего не может. Китай, разумеется, не выступит против всего мира, потому что очень расчетлив и ни на какие обострения не пойдет. Китайцы любят преуспевать, зарабатывать в своей тихой спокойной манере. Они производят оружие, чтобы не вмешивались в их дела. Так и будет продолжаться.
Мне кажется, что мы действительно приближаемся к возможной открытой войне между Израилем и Ираном.
Ведущий: Если я понимаю Вас правильно, это влияет на всю расстановку сил между сверхдержавами?
М. Лайтман: Да, конечно, потому что никто, кроме Ирана, не стоит на стороне России.
Ведущий (Дуди): Следующая тема: антисемитская угроза для израильтян за границей.
Вопрос (Шели): На исходе субботы туристка из Израиля подверглась нападению на центральной железнодорожной станции Рима. Она говорила по телефону на иврите, а также имела при себе сумку с надписью на еврейском языке. В видео, записанном на станции, видно, что между преступником и жертвой не было никакой интеракции. Он просто шел за девушкой и вдруг напал на нее, нанеся несколько ударов ножом, после чего сбежал с места преступления.
Есть предположение, что причина нападения – антисемитизм, хотя это еще не доказано. Девушке сделали операцию, и сегодня нет опасности для ее жизни.
Каждую неделю мы сталкиваемся с подобными случаями - антисемитскими нападениями на евреев в Лондоне, Париже, США и др. В прошлом Вы говорили, что израильтяне не смогут путешествовать за границей из-за антисемитизма. Сегодня этот прогноз сбывается.
Насколько опасно евреям, израильтянам путешествовать по миру вообще и, в частности, говорить там на иврите?
М. Лайтман: Всегда было так на протяжении многих лет, постоянно, более или менее. Такое состояние не зависит от отношений с Государством Израиль или от народа Израиля. Волны антисемитизма поднимаются тут и там, во всех странах мира.
Ведущая: Мне кажется, что 20-30 лет назад напряженность вокруг евреев ощущалась меньше. Прочему сейчас поднимается такая волна?
М. Лайтман: Общее желание получать все растет. Мир не остается таким, как был, он становится все более и более антисемитским, с агрессивными требованиями к евреям, - и так будет происходить.
Ведущая: Но мы говорим о том, что мир стал более либерален, более открыт?
М. Лайтман: Это не имеет отношения к антисемитизму, к народу Израиля, евреям. Между собой народы мира будут нормально жить, это понятно. Но чтобы они принимали нас с распростертыми объятьями, такого не будет.
Когда антисемит смотрит на еврея, он видит вонючее животное. Можно говорить себе, что хочешь, затушевывать это, но нас ненавидят из-за того, что мы – евреи.
Ведущая: Так что делать – закрыться дома? Меня ненавидят, поэтому не летать за границу?
М. Лайтман: Сделать так, чтобы они не испытывали ненависти.
Ведущая: Как на деле привести к тому, чтобы антисемит в Италии перестал ненавидеть меня?
М. Лайтман: Мы должны привести мир к полному исправлению.
Вопрос (Дуди): Перейдем к следующей теме. День языка иврит. В этом году он выпал на 8 января (21 Тевета по еврейскому календарю). Вместе с Днем иврита мы отмечаем 100-летие со дня смерти Элиэзера Бен-Йегуды, человека, практически возродившего иврит, а также 150-летие со дня рождения нашего национального поэта Хаима Нахмана Бялика.
Бялик говорил, что у евреев есть способность не только хорошо выучить иностранный язык, но и включить в него высокий уровень еврейского духа. Действительно ли евреи обогатили языки тех стран, куда они были изгнаны?
М. Лайтман: Безусловно, языки очень много получили из иврита. Дело в том, что иврит вообще не зависим от других языков и не произошел от них. Он основан на законах, управляющих миром: силе притяжения и силе отталкивания, - из этого вытекает язык иврит.
Иврит не появился из объединения между людьми, которые установили дать именно такие названия предметам и явлениям. Иврит целиком выстроен на законах природы.
После разрушения Храма евреи ушли в изгнание длиной в 2000 лет. В языки мира они внесли то, что смогли. Но к своему языку им нечего добавить, так как он не зависит от развития мира. Каким он был, таким и остался, на том же уровне и основанный на тех же законах.
Ведущий: Объединение евреев может произойти только на основе иврита или можно использовать любой другой язык?
М. Лайтман: Объединяться можно вокруг всего. Но если хочешь, чтобы язык подходил к душе, чтобы он передавал тот самый подход и знание об объединении и отдалении между людьми, между душами, о действия в душах, то ты обязан пользоваться ивритом. Думаю, что, чем больше мы приближаемся к объединению между нами, между всеми людьми, тем активнее захотим пользоваться ивритом.
Ведущий: Чтобы во время изгнания иврит не стал искусственным и сухим, использовались идиш и испанский, которые, с одной стороны, не дали ивриту исчезнуть, а с другой, использовали иврит в качестве разговорного. Может ли быть, что это изначально задумали каббалисты?
М. Лайтман: Конечно, нет. В этих языках нет ничего от каббалы. Это просто сплав языков с использованием корней и синтаксиса германских и славянских диалектов и включения в них заимствований из древнееврейского и арамейского.
Ведущий: Бялик писал о каббале: “Каббала использует арамит только в Книге Зоар. Тогда же, когда каббала становится народным учением, когда она начинает распространяться в широких массах, она сразу же начинает пользоваться ивритом и все ее книги пишутся на иврите. Таково ее постоянное и частое направление. Каждый раз, когда появляется стремление и желание создать здоровую духовную пищу для широких масс народа, мы пользуемся ивритом”.
Так ли это, на Ваш взгляд?
М. Лайтман: Верно. Иврит всегда оставался самим собою. Его хоть и притесняли, но все-таки, не отменили.
Ведущий: Мне это напоминает Ваш рассказ о Рабаше. До того, как Вы пришли к нему учиться, он преподавал на идиш, потом, когда Вы начали распространять широким массам, он перешел на иврит. Это похожий случай?
М. Лайтман: Ну, можно сказать.
Ведущий: Говорят, что Бялик должен был учиться у Бааль Сулама, но это не вышло. Что Вы можете нам рассказать о их встрече?
М. Лайтман: Бялик приходил на занятия насколько раз. Потом он должен был отправиться в Вену. Уехал и там скончался. Это то, что я слышал.
Ведущий: Еще одна коротенькая тема. Сегодня десятое Тевета - День памяти, посвященный началу осады Иерусалима вавилонским царем Навуходоносором, которая в конечном итоге привела к разрушению Первого Храма.
Какое значение имеет память о событии, произошедшем около двух тысяч шестисот лет назад?
М. Лайтман: Так или иначе, мы стараемся помнить важные вехи нашей истории, даже если они не являются приятными и красивыми. Но они идут как напоминание и как сравнение.
О начале осады Иерусалима написано, что мы дошли до ситуации, когда Высшая сила, Творец, привели евреев к тому, что все наши враги окружили нас.
Проверь сегодня причины того, что произошло тогда, и не повторяй того же.
Ведущий: Через год после создания Государства Израиль дата 10-го Тевета была установлена, как День памяти умерших и жертв Шоа, дата смерти которых неизвестна.
М. Лайтман: Это потому, что разрушение Первого Храма является основой всех разрушений.
Ведущий: Этот день является чем-то вроде общего каддиша для всех них. Это решение отражает представление о том, что уничтожение европейского еврейства является частью убийств и разрушений, выпавших на долю народа Израиля с момента его зарождения. Является ли уничтожение европейского еврейства перевоплощением разрушения Храма?
М. Лайтман: Есть такие даты на протяжении всей нашей долгой истории, по которым мы действительно видим, как история возвращается: одни и те же даты, одни и те же действия, одни и те же отношения, — все повторяется снова и снова. Будем надеяться, что мы прошли через все разрушения и нам не нужно больше ничего, кроме нашего объединения.
Вопрос (Шелли): Возможно ли, что у каждой еврейской даты имеется особый духовный заряд?
М. Лайтман: Конечно. Мы не знаем, что происходит с календарями других народов, но наш календарь от Адам Ришон и до сегодняшнего дня работает как надо. В нем все дни недели и суббота, и все остальное установлено так, как должно быть.
Перевод:
Перевод: Элишева Винер, Нина Винокур, Люба Высоцкая, Лилия Клейнер, Лея Линко, Лена Цейтлин.
Редактор: Алефтина Постернак