Барух Шалом Алеви Ашлаг (Рабаш)
Дорогим друзьям, да живут они вечно
Некоторое время назад я написал вам письмо и всё еще не получил ответа, дошло ли оно до вас. Кроме … все вы ленитесь писать мне, и это безусловно исполнительная [заповедь], обусловленная временем. И довольно понимающему.
О новом годе деревьев, отмечаемом пятнадцатого швата (Ту би-Шват), в трактате Рош а-Шана сказано: «Первого швата [новый год деревьев]. В чем смысл этого? …сказал рабби Ошая: «Поскольку пролилась большая часть дождей»»2. А в Тосафот сказано, что вышеназванное обоснование верно и согласно дому Гиллеля, [ученые которого] считали, что [начало года] 15-го швата, так как тогда [уже] прошла бо́льшая часть дождей, и это время дождей и подъема древесного сока в деревьях, и мы видим, что начиная с этого времени завязываются плоды.
А в трактате Рош а-Шана, л. 11, сказано: «Тот, кто выходит на улицу во дни нисана и видит цветущие деревья, говорит: «Благословен тот, кто не лишил Свой мир ничего и создал в нем добрые творения и добрые деревья, чтобы наслаждать ими людей»»3.
И следует понять:
Что значит: «не лишил Свой мир»? Раз деревья цветут, это уже доказательство того, что нет недостатка ни в чем?
«Создал добрые творения» – какое доказательство есть здесь, что творения – добрые?
Связь между человеком и деревом.
Известно, что, если прошла бо́льшая часть сезона дождей, это признак начала года. И это обоснование признается как домом Шамая, так и домом Гиллеля.
Сначала нужно понять, что такое «начало года» в отношении работы. Известно, что начало года – это время суда, когда мир судят, как на благо, так и, страшно сказать, наоборот. А началом называется свойство корня, и из этого корня выходят ветви. И ветви всегда растут, исходя из сути корня. Ведь из корня апельсинов не произойдут ветви яблок.
И каков корень и начало, которые человек закладывает в исходной точке, таков и продолжающийся [отсюда] порядок его жизни, ведь корень – это весь фундамент, на котором возводится всё здание.
А суд, которым судят человека в новый год, означает, что человек сам – судья и вершитель суда, и он же – исполнитель приговора. Ибо человек – «судья и обличитель, знаток и свидетель»4. И это, как сказали наши мудрецы: «Есть суд внизу, нет суда наверху»5.
А дождями называются жизненность и наслаждение, благодаря которым дерево порождает плоды. Главная работа человека совершается в зимние дни, долгими ночами месяца тевет. От тишрея, являющегося общим началом года, до швата уже прошла бо́льшая часть дождливых дней, то есть человек уже получил жизненную силу и наслаждение от Торы и работы. И тогда человек дает себе отчет, стоит ли ему продолжать весь год только в Торе и работе, или же, страшно подумать, наоборот.
«Если есть над ним ангел-заступник, один из тысячи, чтобы возвестить человеку его правоту»6, то есть если у него есть заслуга, тогда возвещают человеку правоту его. То есть чтобы он шел прямым путем, тогда «из тысячи» 'элеф' означает «я научу тебя 'аалефха' мудрости»7. И тогда, после разбирательства, он выходит оправданным по суду. Иными словами, он принимает на себя, что начиная с сегодняшнего дня, он будет заниматься только чистыми вещами, называемыми отдачей. Как небесам, так и творениям.
И это верно только если заслуги преобладают, то есть до этого момента бо́льшая часть жизненных сил, которые он получил, была от отдачи. Тогда он приходит к решению, что стоит продолжать. И тогда считается, что он выходит оправданным по суду.
А если он не получал бо́льшую часть жизненных сил от духовных вещей, а все его жизненные силы были от вещей материальных, и если у него есть заслуга, называемая «ангел-заступник», суд тоже оправдывает его, как сказано выше. То есть он решает весь год продолжать [заниматься] только вещами, связанными с отдачей.
А если преобладают грехи, то есть после всей работы и усилий, тем не менее, большую часть жизненных сил он получил именно от вещей, связанных с желанием получать для себя, что является корнем всех прегрешений и грехов, тогда он выходит виновным по суду.
Иначе говоря, он принимает на себя, что с этого момента и далее он будет действовать только, как это принято во всем мире, то есть только в том, что относится к получению для себя. И это вменяется человеку в вину. Ведь находящееся в свойстве получения для себя мешает человеку достичь его вечного совершенства и удостоиться высших наслаждений. И это называется «виной перед самим собой», когда он решает продолжать все дни жизни своей [заниматься] тем, что вредит душе.
И потому сказано в Тосафот: «Потому что уже прошла бо́льшая часть сезона дождей…, и в деревьях поднимается древесный сок, и получается, что с этого момента завязываются плоды»8.
Иначе говоря, если прошла бо́льшая часть долгих зимних ночей в Торе и работе, и в деревьях поднялся древесный сок, и он сам знает и чувствует, насколько огонь жжет в его сердце, как сказано: «Стрелы ее – стрелы огненные – пламень Творца!»9, – тогда он решает продолжать этот путь. И в этом смысл слов: «И получается, что с этого момента завязываются плоды»8 , то есть начиная с этого момента он удостоится плодов.
Поэтому Ту би-Шват (15 швата) называется началом года, ибо человек уже произвел самоотчет, стоит ли ему продолжать работу, или, страшно сказать, наоборот. Ведь тогда он уже знает, из какого свойства он может привлекать жизнь – идет ли речь о получении для себя или речь о том, что это – доставлять наслаждение своему Создателю. Он знает, что вся его работа состоит в том, чтобы обрести желание отдавать, ибо желание получать уготовано нам Творцом от сотворения, ведь желание Его – насладить Свои создания, и Он создал желание получать.
И творение тоже осталось бы в желании получать, то есть если бы мы получили вечное духовное благо тоже в наше желание получать, тогда наслаждения не были бы совершенными со стороны ветви, которая хочет уподобиться корню, и потому возникает состояния хлеба стыда. И отсюда получается, что творение осталось бы в хисароне. Поэтому Творец приготовил нам исправление, называемое сокращением.
Иначе говоря, там, где есть желание получать, человек ощущает состояние скрытия, как сказано в «Предисловию к комментарию Сулам»: несмотря на то, что жизнь, облаченная в тело, привлекается как сущее из сущего, тем не менее, корень ее происхождения не различим вследствие сокращения, как сказано выше.
И благодаря приучению себя к Торе и работе удостаиваются исправления, называемого получением ради отдачи, благодаря которому мы удостаиваемся слияния с Творцом. Получается, что при этом всё достигает совершенства. И в этом смысл слов «не лишил Свой мир ничего»3, где имеется в виду исправление отдачи, как сказано ниже.
А сейчас выясним связь между деревьями и творениями, которых наши мудрецы сопоставляют друг с другом, как сказано выше. Вот сказано: «Ибо человек есть дерево в поле»10, то есть все работы, производимые с деревьями, чтобы они могли приносить плоды, проводятся и с человеком. Ведь до того, как человек сможет приносить плоды, он должен пройти все работы, производимые с деревьями. А плоды являются целью человека.
А мой отец и учитель однажды объяснил на трапезе Ту би-Швата, почему вкушению плодов придают такое значение.
Он сказал: так как в этом вся разница между святостью и Ситрой Ахрой, как сказано в книге Зоар: «А другой бог будет оскоплен и не принесет плодов»11. Как объясняется в комментарии Сулам, это означает, что источник их пересыхает, и они постепенно увядают, пока не закрываются совсем. А идущие путем святости удостаиваются благословения в делах рук своих – «который дает плод в срок свой и лист которого не вянет. И во всем, что ни сделает, он преуспеет»12 (Книга Зоар, Предисловие, п. 23).
Поэтому народ Израиля указывает на это, чтобы показать, что главное – это плоды. Конец изложения. А плоды святости заключаются в том, что удостаиваются раскрытия Его божественности, и он становится, как бьющий из-под земли источник, который не прекращается никогда, и идет от ступени к ступени, пока не удостаивается слов: «Он прославится через меня, ибо желает Он меня, и будет для меня венцом красоты»13.
А работы, которые производят с деревьями, даны также и человеку, чтобы подготовить его, как сказано выше. Смотри в трактате Швиит (гл. 2, мишна 2), где приводятся вещи, которые нужны для работы с деревом, и отсюда научимся работе человека. И довольно понимающему.
Удобряют – помещают в них удобрения 'зе́вель'. Так же и человек должен поместить в себя мусор 'зе́вель', то есть свойство отбросов, что является качествами, порицаемыми в человеке. Но человек не должен приносить мусор извне, как с деревом, а нужно помещать мусор из скрытия в раскрытие, то есть в свое ощущение, чтобы он чувствовал меру низости плохих свойств в себе, иначе он не способен исправить свои дела.
Рыхлят почву – копают между корнями деревьев. Так же и человек должен копать и исследовать, в чем состоят корень и цель человека. С какой целью он пришел в этот мир.
Удаляют наросты – срезают наросты, дефекты, появляющиеся на дереве. Наростом называется то, что находится вне тела. И есть несколько вещей, которые человек делает так, что они видны людям снаружи. Например, во время молитвы, или он произносит благочестивые речи перед товарищем, и из-за этого товарищ видит его работу, ибо она пребывает вне его тела. Тогда нужно отрезать ее и упразднить, ибо, [как сказано:] «Скромно веди себя с Всесильным твоим»14.
Иначе говоря, в тот момент, когда человек совершает какую-либо работу «ради Всесильного твоего», признак этого – его стремление скрыть это от людей. И это – свидетельство того, что намерение его истинное. А если это не так – наоборот, то есть он стремится только раскрыть это людям, и он «обеляет» тело снаружи, используя сотни15 оправданий. Тогда как, когда он направлен ради Творца, он инстинктивно хочет как раз скрыть это.
Прореживают листья с кроны дерева, чтобы ему было легче. Так же и человек – у него есть листья, то есть состояние, предшествующее плодам. Иначе говоря, на листьях появляются плоды, что называется «из «ло лишма» приходят к «лишма»». «Ло лишма» называется листьями, а плоды – это «лишма».
Но следует удалять эти листья, чтобы дереву было легче, и оно было бы способно прийти к «лишма». Иначе, если он не будет удалять «ло лишма», он останется в состоянии «ло лишма». Но потом, когда удостаиваются «лишма», сказано: «И лист его не вянет»12. А вся работа, которая была в «ло лишма», входит потом в святость.
И есть более высокое объяснение, как написано в комментарии Сулам (Предисловие книги Зоар, п. 2), что «листья» – это силы суда, находящиеся в экране. Что означает сокращение, произведенное на желание получать, чтобы никакое благо не светило, а была бы тьма, и благодаря этому родился бы экран. Получается, что сила суда, [вызвавшая] исторжение света, приводит его к тому, чтобы он построил экран, благодаря которому он получает силу получения ради отдачи.
Во время подготовки, то есть до того, как мы удостаиваемся войти в чертог Творца, человек тоже должен привыкать к силам преодоления желаний получать для себя. И правильный путь – это начинать с маленького, то есть с вещей, от которых у него нет такого сильного наслаждения и удовольствия, и от них легче отказаться, говоря, что, если бы не было заповеди заниматься этими вещами, он не бы не делал этого.
А потом он постепенно добавляет, пока не приучит себя отказываться даже от самых важных для него вещей. Даже в вещах, касающихся его души, он тоже может сказать: если бы не было заповеди делать это, я не занимался бы этим. И всё это нужно, чтобы он был сильным и тренированным в войне. И тогда он удостаивается войти в чертог Творца, чтобы быть среди слуг Всесильного.
И сила, заставляющая его остерегаться всех этих вещей, чтобы не быть погруженным в желания получения для себя, есть сила господствующего суда, и это сила, оберегающая его, чтобы он не потерпел неудачу в вышесказанном. Ведь когда у него есть личная заинтересованность, у него сразу же исчезают жизненная сила и благо. Поэтому он твердо решает и поддерживает экран [в таком состоянии], чтобы получать только ради отдачи.
Так же и на путях подготовки – сила упомянутого суда проявляет свою активность, и действия ее становятся заметны, пока мы не решаем раз и навсегда, что никогда не преступим границу законов Торы. А пока мы не пришли к окончательному решению в виде «непреложного закона», он находится в состоянии «туда и обратно» и считается, как [камень] в праще, пока не приходит к страху наказания со стороны силы вышеназванного суда.
И аллегорически говоря, даже когда человек находится во время душевного подъема и думает, что он в состоянии «не поколеблюсь вовек», и, если он впадает в личную заинтересованность, – будь это в разуме или в сердце, – над ним моментально начинает властвовать сила суда, и жизненная сила духовности уходит от него. То есть у него забирают всё стремление и вкус, которые были у него в Торе и работе, и он падает под власть Ситры Ахры, и она властвует над ним.
И у него нет никакого способа и сил преодолеть ее, и он устремляется за ней, как «овца, ведомая на заклание»16, и она заставляет его стремиться и получать жизненные силы от самых низких желаний получать, какие только существуют в реальности. То есть в настолько низких вещах, что у обычных богобоязненных людей с улицы никогда не возникнет к ним такого желания.
А причина этого в том, что он привык получать духовную жизненную силу. А в обычных пустых вещах этого мира он не находит достаточно хорошего вкуса, чтобы они стали для него заменой той духовной жизненной силе, которая была у него, то есть чтобы он получил от них душевное удовлетворение. Поэтому он думает о более низких пустых вещах этого мира: может быть, там он найдет удовлетворение своей души.
И тогда он под подозрением во всех прегрешениях Торы из-за силы суда, которая толкает его в Ситру Ахру, и желание получать тогда заботится о наполнении наслаждением, чтобы у него была жизненная сила наполнять [желания] для Ситры Ахры, называемой корнем желания получать только для себя. Поэтому он опускается в место низости: быть может, там он получит желаемое.
И получает ли он там желаемое – это еще вопрос. И в любом случае, он копается в отбросах, как куры, клюющие мусор. В начале падения он еще помнит духовное состояние, которое у него было, то есть у него еще остается решимо. И тогда он еще знает, что сейчас он в состоянии мертвого, то есть делает все низкие вещи, как в мысли, так и в действии, там, где он не стыдится людей.
И, тем не менее, он знает, что это не является целью человека, и это – низость. И он понимает умом, что нужно преодолеть это время падения. Хоть он и знает, видит и чувствует, но он лежит, как мертвый, которому нет совета. И он связан путами эгоизма под властью Ситры Ахры.
А то решимо, которое он помнит, кажется ему добрым сном, и нет никакого средства или ухищрения, чтобы ему еще раз приснился этот добрый сон. Так он знает и чувствует (сам на сто процентов, что невозможно продолжить духовное состояние, которое было у него тогда). То есть он не способен проявить силы самоотречения и [быть] в свойстве «выше знания», как в прошлом.
Поэтому это решимо несет лишь страдания, ведь у него нет никакой возможности спастись из своего нынешнего состояния.
А поскольку в природе человека предавать страдания забвению, ибо так происходит в мире, что мертвый забывается сердцем, то есть если он помнит свое духовное время, то он видит, что сейчас он мертв. Поэтому он падает в большее падение, то есть забывает свое доброе состояние, и ему кажется, что он всегда жил в нынешнем состоянии получения для себя, и у него никогда не было стремления к служению Творцу, то есть безусловно, не о нем сказано: «А вы прилепившиеся»17, и вся его жизненная сила [приходит] только от вещей материальных.
А если иногда он вспоминает, что у него было какое-то духовное состояние, он находит себе оправдание, что, конечно же, и тогда оно не было истинным, а было лишь обезьяньим подражанием. А главное, что ему не нужно выходить из этого состояния.
А если в конце концов у него возникает мысль, что будет с исправлением души, он оправдывает себя: это он исправит в следующем кругообороте, но не сейчас. А потом он приходит в еще большее падение. То есть он забывает хоть на миг задуматься обо всем, что происходит с ним. А он, страшно подумать, не делает никаких расчетов и увлекается потоком мира, наслаждаясь жизнью, как и все в мире.
И это называется «спускается и подстрекает»18 человека к получению для себя. И «поднимается и обвиняет»17 – в том, что он нарушил законы Торы, и забирает его душу, и он остается без всякой жизненной силы.
И это продолжается до тех пор, пока над ним не сжалятся свыше и не устроят какую-нибудь причину так, что иногда он попадает в хорошее окружение книг или мудрецов. И вдруг он снова начинает чувствовать, что «голос Возлюбленного моего стучится»19.
А иногда бывает наоборот, что он приходит в более низкое окружение, и благодаря тому, что смотрит на их низость, он вдруг начинает чувствовать призыв: «Вернитесь, дети!»20 И он тотчас же снова вооружается силой гвуры, и ему сейчас же напоминают пути и учения, которую он получил и услышал. И он снова приходит к душевному подъему, и сразу выходит из всей низости, и снова возрождается.
И тогда он уже сам чувствует, что у него есть сила преодоления посредством сил самоотверженности. И он снова начинает выбирать добро и отвращаться от зла. И лишь тогда он может судить о выборе, добрых советах и правильных способах поведения, и у него есть силы идти вперед.
Тогда как во время смерти, то есть когда «его умерший лежит перед ним»21, не принимают никаких утешений, как сказано: «Мертвые свободны»22. Когда человек умирает, он становится свободным от заповедей, и никакой совет не поможет ему.
А если он еще раз впадает в личную заинтересованность, его снова поражает свойство суда, как сказано выше. И так его бросает, как [камень] в праще, пока «живой, – то есть когда он жив, – не примет к сердцу»23 остерегаться и оберегать себя разными предосторожностями, чтобы снова не попасть во власть Ситры Ахры.
И этот страх перед силой суда продолжается, пока в сердце его не запечатлится, что он твердо установил образ поведения, как сказано: «И увидел он кенея, и произнес притчу свою, и сказал: крепко жилище твое»24. И объясняет Раши, (что злодей Билам сказал): «Удивляюсь я, чем заслужил ты такое, ведь ты был со мною в совете [данном Фараону:] «Исхитримся против него»25, «и вот ты пребываешь под сенью силы и могущества Исраэля!»26»27.
Иными словами, Ситра Ахра приходит к нему с претензией: «Что с тобой? Ведь ты всегда занимался с ней получением для себя. А сейчас ты твердо установил для себя свое положение так, чтобы не сдвигаться со своего духовного места ни в чем». И это называется «страхом наказания», когда он соблюдает законы Торы из-за наказания от силы суда, как сказано выше.
И это называется «прореживают» 'мефарки́н' в смысле «он сам ставит проблему и сам разрешает 'мефаре́к' его»28, то есть подъемы и падения. Посредством проблем и решений устанавливают настоящую форму работы Творца.
Присыпают землей 'меавки́н' – открытые корни покрывают землей.
Корнем называется свойство мысли, являющееся корнем действия. И если мысли открыты, то есть смотрят повсюду и подглядывают во всех местах – даже на путях, образах поведения и учениях и т.д., которые он получил от наших учителей: истинные ли они. Тогда нужно бороться 'леитаве́к' с названными мыслями от слов: «И боролся с ним человек»29, что было сказано об ангеле Эсава, – и принять их [то есть пути учителей] выше знания.
И это называется: «И покрывайся пылью 'митаве́к' от их ног 'рагла́им'»30. Это означает, что несмотря на то, что у тебя есть свойство «разведчиков» 'мерагли́м', говорящих: «не пойдем»31, и хотя их разведчики, – то есть мысли учеников, – «поднимают пыль», то есть в их глазах представляется, что слова учителей имеют ценность пыли, – тем не менее, он должен принимать слова своих учителей выше знания.
И я приведу здесь пример. Мой отец и учитель обещал нам, что благодаря тому, что пойдем по его пути и будем исполнять его указания, удостоимся вечности Творца, [удостоимся] прилепиться к Нему и войти в чертоги Царя. Несмотря на то, что каждый из нас чувствует, что [у него] нет очищенных свойств, как подобает тому, кто служит Царю, тем не менее, «близок Творец к сокрушенным сердцем»32, ведь все нехорошие качества, которые есть в нас от природы, вложил в нас Творец и создал нас со всей этой низостью.
И мой отец и учитель говорил, что «возвышен Творец, и низкого видит»33, так как Творец любит истину, поэтому Он приближает действительно «низких». А иногда мы приходим в состояние отчаяния и чувствуем, что никогда не поднимемся из того состояния, в котором находимся сейчас. Иначе говоря, о времени сомнения сказано: «Присыпают землей». То есть следует бороться с этими мыслями.
Окуривают дерево, чтобы умертвить живущих в нем червей. Писание говорит по поводу мана: «И они оставили от него до утра…, и он зачервивел и стал смердеть»34. Ман, как объяснил мой отец и учитель, означает веру. И известно, что каждый день нужно возобновлять веру.
И это называется: «И будут собирать необходимое на день в тот же день»35, то есть даже если у него еще день, тем не менее, он должен возобновить основу работы, то есть цель работы. Ведь следует знать, что то, что относится к свойству дня, является лишь результатом веры. Так как, если идти путем веры, он удостаивается облачения Шхины – каждый согласно своей мере в свойстве веры.
Иначе говоря, не цель является для него днем, а он может пользоваться состоянием дня, чтобы свидетельствовать о свойстве веры. Другими словами, ибо он скажет: теперь я вижу, что шел путем веры, так как у меня есть результат в виде дня. Получается, что я должен укрепиться в корне.
И таким же образом мой отец и учитель объяснял [слова]: «Пастухи стада Авраама»36, то есть он дает питание собственности Авраама, иначе говоря, свойству веры, ведь его свойство – отец 'ав' веры. А принимать свойство дня как цель и главное – иначе это называется: «Поклоняющийся солнцу», и довольно понимающему.
А когда вся основа есть вера, мы находимся в свойстве бедности и низости, как сказано: «А я – червь»37. Иначе говоря, свойство «я» 'анохи', то есть свойство веры, заставляет меня почувствовать состояние червя, так как вся моя работа – выше знания, а исходя из того, что он выше знания, невозможно впасть в гордыню, и довольно понимающему.
Иначе, если он не обновляет веру, а, как сказано: «И они оставили…»33, – то есть он наслаждается своим состоянием дня и делает это главным, – тогда: «И он зачервивел 'ве-яра́м толаи́м'»33. В том месте, где он должен быть в свойстве «червя», он вознесся 'ярам', то есть возгордился, иначе говоря, ощутил, что он возвышен 'мура́м' над народом.
И всё это из-за того, что он работает внутри знания, от этого приходит к свойству «зачервивел», то есть состоянию гордыни. И его гордыня расходится далеко, пока не доходит до состояния «и стал смердеть», как говорят в народе: «От него спесью за версту несет».
И совет для этого – как говорит нам Мишна: «окуривают». Дым возникает от сгорания, то есть каждый день он сжигает вчерашнюю работу, и лишь сегодня он начинает входить в радость заповеданной войны, вызволять землю Израиля из-под власти получения и вводить точку в состояние, которое ощущалось бы у него, как будто крылья Шхины осеняют его, как сказано: «Осеняет Он его весь день и между плечами его обитает»38.
Иначе говоря, именно когда принимают путь веры, считающийся бременем, которое несут на плечах, удостаиваются свойства Шхины. Как сказал мой отец и учитель, каждый день надо отдавать Творцу все дела, произошедшие с ним, как заповеди, так и прегрешения, – и начинать заново. И в этом смысл понятия «окуривают». А дым застилает глаза, называемые свойством «очей разума», и это свойство «внутри его знания», и довольно понимающему.
Расчищают от камней – убирают камни 'авани́м', что указывает на «понимание» 'авана́', которое образуется у него внутри знания, что относится к «каменному сердцу». То есть, когда он чувствует состояние дня и чувствует вкус и ощущение в работе, он говорит: сейчас я вижу, что стоит быть работником Творца, так как я чувствую в этом наслаждение и жизненную силу. Получается, что у него уже есть опора. И от множества этих опор у него возникает множество «камней», то есть у него образуется целое здание внутри знания.
И это просто «камни преткновения». И потому сказал Фараон: «И увидите их на родильных камнях: если это сын, умертвите его»39, то есть в том месте, где у них есть наслаждение, называемое «камнями», он не принимает это в «каменное сердце» 'лев эвен', называемое свойством получения, «если это сын», то есть от этого пробуждается свойство отдачи, в свойстве пастухов стада Авраама, как сказано выше, – тогда «умертвите его», такие мысли уничтожьте.
«А если это дочь»38, или свойство нуквы, то есть свойство принимать всё в желание получать, как в разуме, так и в сердце, «пусть живет»38. Это Фараон советует принимать как жизненную силу и фундамент. Однако путь Торы – убирать эти мнения и мысли.
Обрезают – срезают и обрубают сухие ветки с дерева. Иными словами, всё, что он приобрел от окружения в виде «заповеди, к которой его приучили его люди»40 суть сухие заповеди и учения, которые нужно обрезать, то есть предать забвению Тору, действующую заграницей. Ведь землей Израиля называется свойство лишма, а то, что берут от окружения, есть лишь свойство «ло лишма». И довольно понимающему.
Прореживают. Живые ветки, когда их много, принято обрезать, оставляя от них небольшую часть. Иначе говоря, даже учения и мудрости, которые действительно «живы», тем не менее, если их много, – то есть когда «мудрость его превышает деяния его»41, – ему нельзя пользоваться большим количеством знаний и исследований. Ведь главная истина раскрывается в действиях, ибо всякий поступок и практическое действие свидетельствуют о свойстве совершающего.
Получается у нас из всего вышесказанного, что творения подобны деревьям. И в этом смысл слов: «Тот, кто выходит на улицу во дни нисана и видит цветущие деревья»3, то есть деревья уже начали проявлять свои силы снаружи, то есть снаружи видно, что они уже хотят дать плоды на благо человека. Где «благие» означает «давать», как сказано: «Излилось из сердца моего слово благое»42, что означает: «Посвящаю я дела мои Царю»41, и это благо.
А поскольку деревья цветут, то есть они дают, они называются добрыми деревьями. И тогда, несомненно, есть и добрые творения, то есть они тоже делают что-то для доставления наслаждения своему Создателю. Иначе и деревья тоже не давали бы своих плодов, согласно выражению наших мудрецов: «Весь мир получает питание ради Ханины, сына моего»43, так как есть праведники, которые отдают, и они способствуют тому, чтобы деревья были дающими.
И в этом смысл того, что «Он не лишил Свой мир ничего»3, то есть, как сказано выше, приготовил нам занятие Торой и заповедями, благодаря которым мы придем к свойству совершенства, называемому получением ради отдачи. Получается, что, кроме того, что Он создал желание получать, Он тут же приготовил исправление хлеба стыда, чтобы в этом благе было совершенство.
Поэтому человек должен давать себе отчет каждый день, чтобы начинать свою работу по преодолению заново и забывать о прошлом. И чтобы у него была крепкая уверенность в том, что, начиная с сегодняшнего дня, мы сможем прийти к постоянному слиянию навечно.
И Творец поможет нам [избавиться] от всех бед наших и даст искупление душе нашей, и мы спасемся в материальном и духовном. Амен, да будет желание Его.
Ваш друг Барух Шалом а-Леви Ашлаг
Сын моего отца и учителя Бааль Сулама
Еврейская дата: 15 швата 5717 г.↩
См. трактат Рош а-Шана, 14:1.↩
Трактат Брахот, 43:2.↩
Из гимна «Унетане токеф», читаемого в Рош а-Шана и Йом Кипур.↩
Танхума Бубер, Мишпатим, 4.↩
Иов, 33:23.↩
Иов, 33:33.↩
Трактат Рош а-Шана, 14:1. Комм. Раши.↩
Песнь песней, 8:6.↩
Дварим, 20:19.↩
Зоар, Мишпатим, п. 166.↩
Псалмы, 1:3.↩
Из Песни Славы, читаемой на Йом Кипур, а в некоторых общинах в субботу и праздники.↩
Миха, 6:8.↩
В оригинале 150 (кен).↩
Йешая, 53:7.↩
Дварим, 4:4.↩
См. трактат Бава Батра, 16:1. [Сатан] опускается и сбивает [человека] с толку, поднимается и разжигает гнев [Творца против этого человека].↩
Песнь песней, 5:2.↩
Йирмия, 3:14.↩
Трактат Брахот, 17:2.↩
Псалмы, 88:6.↩
Коэлет, 7:2.↩
Бемидбар, 24:21.↩
Шмот, 1:10.↩
Трактат Санедрин, 106:1.↩
Бемидбар, 24:21. Комм. Раши.↩
Трактат Швуот, 25:2, Ктубот, 104:1 и др.↩
Берешит, 32:25.↩
Трактат Авот, 1:4. Да будет дом твой домом собрания для мудрецов; и покрывайся пылью от их ног, и с жаждой пей их слова.↩
Бемидбар, 13:31. Не можем мы идти на тот народ.↩
Псалмы, 34:19.↩
Псалмы, 138:6.↩
Шмот, 16:20.↩
Шмот, 16:4.↩
Берешит, 13:7.↩
Псалмы, 22:7.↩
Дварим, 33:12.↩
Шмот, 1:16.↩
Йешая, 29:13.↩
Трактат Авот, 3:17.↩
Псалмы, 45:2.↩
Трактат Таанит, 24:2.↩