Воспоминания о Раве Барухе Ашлаге (РАБАШе)
Из материалов к фильму «Всегда со мной»
2005 г.

М. Лайтман: Обычно мы приезжали в парк, я оставлял машину и шел со своим Учителем на ежедневную прогулку. Так было каждый день примерно с девяти утра до двенадцати или до часу дня. Парк был пуст. Бывали годы, когда кроме Дня Независимости или каких-то особых событий здесь было совершенно безлюдно.

Мы начинали свою прогулку. Обычно Рав шел рядом со мной, я – справа от него, и так мы продолжали свой путь.

Рабаш очень интересовался этим миром, слушал новости. Конечно, все это он взвешивал согласно Высшему Управлению, но каждый час я был обязан включать радио, и он слушал новости на протяжении двух-трех минут.

Во время войны в Ливане он слушал новости даже во время урока. Тогда на урок приходили чужие люди, но он все равно прекращал урок для того, чтобы послушать новости. Это выглядело как-то странно: ты прекращаешь говорить о том, что написано в Торе, изучать такие возвышенные вещи ради того, чтобы послушать новости.

И тогда кто-то из харедим (ультра-религиозных) спросил его: «Как это может быть? Что здесь происходит?! У нас вообще не принято слушать радио!» Ребе ответил ему: «Если бы у тебя были там сыновья, ты бы, конечно, интересовался тем, что происходит, твое сердце было бы там. И тогда ты включал бы радио и слушал, потому что чувствовал, что от этого зависит твоя судьба. А у нас там находится вся наша армия, все они – мои сыновья, и я, безусловно, страдаю и тревожусь за них».

Из этого можно понять, насколько каббалист (а РАБАШ принадлежал к ультра-религиозному течению иудаизма – к «харедим»), развивает в себе особое чувство к народу, и его волнует весь народ, а также весь мир. Бааль Сулам пишет в статьях «Поручительство» и «Дарование Торы» о том, что чем больше развит человек, тем больше он начинает тревожиться не за себя, а за свою семью, затем – за родственников, потом – за общество, в котором он находится, за свою страну, за весь мир.

И конечно, каббалист, развивающий свою душу, начинает через нее ощущать, насколько она соединена со всеми остальными душами – независимо от пола или расовой принадлежности людей. Так он начинает тревожиться за весь мир, потому что в конечном итоге относительно Творца все мы существуем как единое кли, соединяясь в строение, называемое Адамом Ришон.

РАБАШ был действительно «последним из могикан». С каждым годом, проходящим со для его смерти, мы все больше убеждаемся, что это на самом деле так. После него не было никого, кто смог бы стать каббалистом такой величины и размаха, и вообще в наши дни нет каббалистов. Мы – на самом деле последнее поколение, достигшее самого глубокого падения, и потому из такого падения есть только один путь – подъем вверх.

Отец РАБАШа – Бааль Сулам был Божественным каббалистом, который основал всю науку Каббала для нашего поколения. Ни один каббалист до Бааль Сулама не писал Каббалу для тех, кто еще не ощущает духовное, кто еще не стал каббалистом.

Бааль Сулам – первый каббалист, который начал писать о науке Каббала понятным нам языком, и самое главное – в таком виде, что каждый человек, не обладающий духовным постижением, не имеющий никакого понятия о том, что это такое, испытывающий всего лишь тягу к чему-то, находящемуся выше этого мира, может получить помощь из его книг и достичь духовного постижения, войти в ощущение Высшего мира, приблизиться к Творцу.

В последнее время мы начинаем объяснять людям из академии в Израиле, кто такой Бааль Сулам, каковы последствия его деятельности в еврейской философии. И тогда им проясняется, что они вообще упустили его из виду и не поняли, что речь идет о грандиозном человеке, который объяснил в своих книгах историю всего человечества, всю реальность, существующую еще до начала нашей истории, создание миров и нашего мира, весь процесс развития, который проходит все человечество. Исходя из всего этого, он показал нам проложенный путь, ведущий к достижению цели творения. Он также объяснил нам, что следует ожидать на этом пути.

Его старший сын, мой Учитель еще больше раскрыл сказанное Бааль Суламом, особенно в том, что касается внутренней работы человека, его личного постижения духовных миров.

Каждый человек, который только желает, интересуется и стремится к чему-то выше нашей природы, выше этого мира, чувствует, что этот мир не может наполнить его, – такой человек может открыть книги Бааль Сулама и РАБАШа и с их помощью действительно «взлететь в небеса».

Так я приходил и гулял с ним в этом парке, мы говорили о следующих статьях, которые он должен был написать. Когда мы возвращались домой, я оставался внизу. Там было пусто и темно. Мой Учитель поднимался наверх, в свою квартиру. Я готовил ему стакан кофе, и он садился за печатную машинку. И тогда сверху, из его квартиры, до меня доносился стук клавишей печатной машинки, на которой он одним пальцем печатал статьи, и так за неделю получалась статья из семи-восьми листов. Этот человек не ленился, он объяснял всеми возможными способами все, что только можно, чтобы мы ощутили и поняли все процессы, которые проходим на пути к духовному постижению.

Мы видим, что каббалисты иногда уезжают из своего постоянного места обитания, оставляют семью, детей, жену, учеников, «бейт мидраш», место, где они учатся, свой дом и уезжают в совершенно иное место.

Мы с моим Равом уходили всего лишь на несколько часов каждый день, и, кроме этого, раз в неделю уезжали на два дня в Тверию, на Мирон, на север, где были совершенно одни. «Выход в изгнание» – это необходимая вещь для человека, желающего ощутить, насколько он выходит из-под влияния общества, даже близкого ему, потому что человек обязан побыть наедине с самим собой, наедине с Высшей силой, в удаленном месте, где нет чуждых мыслей, где ничего не воздействует на него.

Когда к тебе не приходят люди, и ты находишься один на протяжении долгого времени, занимаясь написанием и чтением особых текстов, ты входишь в них и через них связываешься с Высшими силами, с Творцом, с всеобъемлющей Высшей силой. Это позволяет тебе быть там и не отключаться под влиянием внешних помех.

В первый раз я ощутил это очень сильно. В то время я уже был связан со своим Учителем год или полтора года, и вдруг однажды он уехал в Тверию один. Это было еще до того, как мы начали выезжать с ним вместе. Мне представилась возможность прийти к нему, когда он находился там.

Я помню, как поднялся в квартиру, в которую потом много лет мы приезжали вместе, и постучался в дверь. Он открыл мне дверь – и я не увидел, что человек смотрит на меня. Он не видел меня. Только через несколько минут он сфокусировал на мне свой взгляд, посмотрел на меня и внезапно спросил: «Но кто сказал тебе прийти ко мне?!» И как-то спонтанно добавил: «Зачем ты пришел? Что ты здесь делаешь?» Он спросил это так, что я ощутил себя чужим для него человеком, не имеющим к нему никакого отношения. Он находился на такой высоте, что не узнавал меня, не знал, что я близок к нему, что я – его ученик, его помощник.

После этой встречи в Тверии прошло еще года два до того, как он предложил мне начать ездить туда вместе с ним. И тогда я, безусловно, почувствовал, что он берет меня вместе с собой.

В Тверии мы в основном изучали «Врата намерений» и 15-ю часть «Талмуда Десяти Сфирот», в которой объясняется строение души Адама Ришон, на какие части она разделяется, как эти части продолжают делиться дальше до тех пор, пока не достигают человеческих душ, находящихся уже на уровне, называемом «этим миром». И тогда эта душа начинает ощущать, что она находится не только в духовном мире, что перед ней есть еще и материальная реальность.

В сущности, что такое материальная реальность? Это дополнительная реальность, которая кажется душе существующей, – из-за того, что эта душа спустилась до уровня бездны, до самого низкого состояния в своих желаниях.

Изучение было очень углубленным, очень чувственным – части из Книги Зоар, из «Талмуда Десяти Сфирот» и еще из нескольких книг каббалистов, о которых я пока еще не вправе рассказывать. Есть так называемый «Тайный свиток», который каббалисты писали очень скрыто, только для себя или же для тех, кто понимал. Рабаш брал эти тексты и объяснял их мне. Он читал мне письма и статьи, в которых без его объяснения было невозможно ничего понять, и, по сути, передавал их мне и объяснял.

Сегодня мне есть о чем сожалеть. Конечно, если бы сейчас я был рядом с ним, то был бы готов больше впитать от него.

На сегодняшний день мы находимся в состоянии, когда люди уже более или менее понимают, что как бы там ни было, мы не обретем ничего от жизни в этом мире. Отчаяние, наркотики, всеобщий кризис захлестывает весь мир, люди уже ничем не интересуются, не ждут, что развитие технологии или новые открытия принесут им что-либо.

Поэтому сегодня все сказанное Бааль Суламом становится живым, о нем начинают узнавать, и распространить его учение широким кругам общества – это наша цель, наша задача и обязанность.

Перевод: Ирина Романова