Беседа с журналистами
19.09.2021
https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/kxqrJ7t9
Темы:
Экономическом положении в Европе в отношении разных стран.
Ушла из жизни Ида Нудель – диссидентка и правозащитница, символ еврейства СССР.
Опасность обрушения зданий.
Суккот. 1. На перепутье: что спасет от разбиения народ?
2. Строим "сукку мира".
Вопрос (Хаим): Сегодня на встрече присутствует Ваш ученик из Чехии – Владимир Боум. Он очень активно участвует в распространении книг, статей на чешском языке. У наших товарищей из Европы есть желание обсудить темы, важные для них.
Владимир: Прежде всего, от имени всех учеников из Европы спасибо за эту встречу. Мы подготовили несколько вопросов об экономическом положении в европейских странах. Первый вопрос из Чехии.
После второй волны эпидемии коронавируса произошёл резкий скачок цен на товары, продукты, стройматериалы и недвижимость. Ситуация очень сложная, людям нечем платить за жильё, они с трудом доживают до следующей зарплаты. Почему жизнь становится всё более тяжёлой? И что нас ожидает в будущем?
М. Лайтман: Мне это известно, и я не думаю, что станет легче. Ситуация не изменится к лучшему. Ведь откуда это может прийти?
Мы создали такое общество, требования которого всё возрастают: чем больше производим, тем все дороже. В каждом государстве только малая часть населения ─ те, кто стоит у власти, - являются богатыми людьми и наслаждаются всем, а остальным достаются "гроши". Как пишет Бааль Сулам, мы станем рабами этих немногих миллиардеров, и они будут нами управлять.
Скоро увидим падение производства во всех сферах, будут закрываться предприятия. Всё, что когда-то считалось необходимым, прекратит свое существование. Миллионы людей останутся без работы, причём, не только в Европе, но и в других государствах - поставщиках сырья и деталей.
Всё это, конечно, не приведёт ни к чему хорошему, и в особенности в Европе, которую наводнили беженцы из разных стран в поисках работы. А если ее не будет, что с ними делать? Это вызовет напряжённую, очень неустойчивую ситуацию в европейских странах.
Не думаю, что сейчас я сказал что-то новое. Процесс начался уже несколько лет назад, а эпидемия коронавируса только ускорила его. И сегодня мы видим, как люди остаются без средств к существованию, не могут платить за жильё, им трудно содержать семью, они не в состоянии справиться даже с обычными, ежедневными расходами, не говоря уже о покупке квартиры.
Владимир: Таково, действительно, положение в Европе.
М. Лайтман: И лучше не станет, потому что нет решения. Нет возможности вернуться к той Европе, которая производит, хочет работать, расширять торговые связи. Ведь у людей, которые должны покупать, нет денег. Значит, всё движется к экономическому спаду и, в конечном итоге, приведёт к огромной инфляции. Это будет крах.
Владимир: Значит, единственное решение, ─ это распространять и наблюдать за происходящим?
М. Лайтман: Мы должны давать разъяснение, ─ это верно. Но не "в двух словах", как сейчас я говорю, ─ надо давать источник, откуда всё проистекает, приводя цитаты из книг и статей.
Рассказывать, что произошло за несколько последних десятилетий, что такое общий рынок, который, в сущности, ничего не дал. Объяснять, как мы превратили Китай в "фабрику" для всего мира. И теперь видим результаты всего этого. Тут невозможно уложиться в рамки одной статьи. Да люди и сами увидят подтверждение в своей жизни. Ведь они уже чувствуют, как и что происходит. А то, что ещё не ощущают, произойдёт в течение года, максимум, двух.
Можно писать обо всех этих вещах, но они уже реализуются. Более правильным было бы подумать, как из этого выйти. В Европе это может быть иначе, чем в остальных частях земного шара, будь то Южная Америка, Африка, Россия или Азия.
Европа ─ это всё-таки место, имеющее силы, людей, которые как-то организованы, способны осознать происходящее и, за неимением выхода, изменить себя. Они смогут понять, что улучшить ситуацию можно только путем изменения общества.
Ведь создавая европейское сообщество, они предполагали, что объединение приведёт к процветанию всех стран, что они смогут дополнять друг друга, ведь не будет границ для перемещения денег и товаров, появятся новые рабочие места. И вообще вся Европа станет идеальным местом для жизни.
Всё то, что не вышло у них тогда, может получиться сейчас, но только уже по другой причине и в соответствии с иной методикой.
Владимир: Вопрос из Венгрии. В Венгрии очень высокий уровень инфляции, почти шесть процентов. В период пандемии многие компании обанкротились и большое количество людей выехало из страны в поисках работы. Сейчас на местном рынке не хватает рабочей силы.
Как Вам видится тенденция, когда люди покидают страну в поисках работы в другом месте?
М. Лайтман: Думаю, внутри Европы это должно происходить в свободной форме. Люди должны к этому привыкнуть и понять. С другой стороны, такая ситуация затрагивает семьи, детей, которые не так мобильны, как мужчины, чтобы переезжать с одного места на другое. Скажем, что делать женщинам, если закроется какая-то фабрика, и они останутся без работы? Оставят детей и уедут? Здесь очень большие проблемы.
В конечном итоге, Общий рынок, Объединенная Европа должны понять, что без совместного решения проблемы не обойтись. Никто не выиграет, если будет пытаться выйти из сложной ситуации за счет других. И думать об этом надо было 40 лет назад.
Ведущий: Вопрос из Испании. Сейчас, чтобы избежать банкротства, правительство оказывает большую финансовую помощь крупным компаниям, включая механизмы финансовой солидарности. Является ли это правильным подходом?
М. Лайтман: Не знаю. Вряд ли государство может здесь что-то сделать. Это всегда связано с интересами государственных структур, министров и их замов, – каждый тянет одеяло на себя. Все делается не для людей. Поэтому я не верю в правильный результат.
При этом не важно, о какой стране идет речь, потому что всё наше общество построено по законам эгоизма: тот, кто выше, считается только с собой, а не с обычными, простыми людьми. И не важно, кто у власти: капиталисты или социалисты, правые радикалы или левые, - всегда они будут думать только о себе.
Ведущий: Это понятно, но дело в том, что если государство не поможет предприятиям избежать банкротства, то много людей потеряют работу.
М. Лайтман: Не думаю, что это выход, потому что в любом случае люди останутся без работы. Государство не может бесконечно содержать заводы, которые не приносят прибыли. Это может протянуться полгода-год, но потом всё равно экономика взорвется, находясь в еще худшем состоянии, когда не отдельные предприятия, а вся страна окажется в серьезном кризисе.
Проблема решается одним путем: если не изменим общество, то не сможем выйти из плохих состояний. Ведь и пандемия возникла не для того, чтобы мы все заболели. Она пришла вследствие того, что мы построили эгоистическое общество в его конечной форме. Здесь не помогут косметические исправления, а нужна серьезная операция.
Ведущий: В Испании существует проблема депопуляции. В последние десятилетия внутренние районы страны буквально опустели в результате того, что люди переезжают в прибрежную зону с более благоприятными экономическими условиями. В результате образовалось очень большое экономическое неравенство в разных районах страны.
М. Лайтман: Думаю, что это временно. Очень скоро население, которое зарабатывало в прибрежных районах, лишится туристов, приносящих 30-40 миллионов в год. И тогда всё немного уравновесится. Так мне представляется.
Ведущий: Как Вы определяете экономическую гармонию между разными районами страны?
М. Лайтман: Мне кажется, нужно думать, как построить общество, в котором все будут более или менее обеспечены всем необходимым для жизни. И не стоит ориентироваться на стандарты наиболее успешных районов в Европе.
Нам предстоит снизать наши требования к жизни и не гнаться за дорогими машинами, особой модой, постоянными полетами по всему миру и т.д. Придется успокоить себя и дать Земному шару немного отдохнуть, надо перестать сходить с ума в поисках наслаждений
Ведущий: Сейчас в производстве всё больше используются роботы. Фирмы вкладывают средства в развитие технологий и автоматизации. Человека заменяют роботами, он перестает быть востребованным, и это создает проблемы. Куда ведет такая ситуация? Как прийти к состоянию равновесия?
М. Лайтман: И в этой области тоже мы видим, что необходимо правильно упорядочить общество, чтобы не получить гражданскую войну. Это не легко, но иначе могут возникнуть стихийные протесты людей, потерявших работу из-за роботов.
Так было в Европе во время промышленной революции в 19 веке, когда рабочие разрушали и портили оборудование и машины, которые занимали их место. То, что происходило в Европе две сотни лет назад, может вернуться сейчас и будет направлено против искусственного интеллекта, способного заменить человека.
Нет выхода, необходимо пропорционально правильное развитие, такое, чтобы технологические процессы не вредили обществу. Неважно, какие изменения происходят, все люди должны получать необходимое обеспечение. И тогда перед ними не встанет вопрос: "Что с нами будет завтра?". Иначе не избежать выступлений тех же латифундистов и прочих, которые разрушают экономику и производство.
Вопрос (Владимир): Вопрос из Румынии. Европейские страны второго и третьего уровня развития экономики должны противостоять попыткам сильных стран Европы взять их под свой контроль?
М. Лайтман: Это — проблематично. Где тот Европейский единый рынок и те красивые слова, звучавшие по поводу его создания около 40 лет назад? Его уже нет. Мне кажется, что следует привести всю Европу к некоему подобию, равенству, единой форме. Разумеется, при этом не разрушая государственные границы, культуру, религию и все остальное. В нынешней ситуации необходимо привести все европейские страны к эквивалентному уровню жизни. Иначе в ближайшем будущем противоречия между ними проявятся в еще более острой форме.
Ведущий: Спрашивают из Хорватии. Есть люди, которые боятся денег, есть, кто ненавидит, и такие, кто слишком любит деньги. Как правильно относиться к деньгам?
М. Лайтман: Деньги должны служить критерием для определения взаимоотношений между людьми, в какой мере каждый человек равен другим. Думаю, что в итоге всей Европе придется принять единое решение: каждому европейскому гражданину, от Балкан до Франции и Португалии, с юга до севера Европы, гарантировать получение необходимого минимального уровня доходов для нормального существования.
Первое условие для жизни и будущего европейцев — это отсутствие соревновательности и проблем с соседями. Второе условие: Европа должна прекратить принимать граждан извне, потому что будут нарастать волны эмиграции, увеличиваться количество людей, прибывающих, в основном, из Азии и Африки. Это станет огромной проблемой.
Европейцы должны принять решение о своем будущем в целом, определить, как они видят себя в перспективе. Они позволяют всем въезжать и не проводят в соответствии с этим реформ и изменений, - и это попросту убивает и хоронит их.
Ведущий: Следующий вопрос задают учащиеся, изучающие каббалу во Франции. "Чем мы можем помочь людям, у которых снизились доходы, и они испытывают недостаток продуктов питания, например? Как может реально помочь в этом распространение знаний о науке каббала?"
М. Лайтман: С помощью распространения мы можем объяснить, где находится выход из ситуации, которая складывается в Европе. Страшные вещи проявятся и в Латинской Америке, и в Африке, что приведет к массовому голоду и смертности. О положении в таких странах, как Индия и Пакистан, я вообще не хочу говорить.
Но в конечном счете, нам нужно говорить, от чего зависит любое состояние. Построение правильного человеческого общества - хорошо для всех. Не потому, что у каждого будет не меньше, чем у другого. Дело в том, что мы почувствуем, насколько подобны природе, и поэтому ни в чем не будем ощущать недостатка.
Ведущий: В большинстве стран Европейского Союза используется денежная единица — евро. Есть страны, у которых нет этой валюты, и они не собираются ее вводить.
Является ли верным путем принятие единой денежной единицы в Европе? И можно ли этот опыт использовать для решения проблем в других странах мира?
М. Лайтман: Эти действия еще рано предпринимать. Европейцы поторопились с введением единой денежной единицы, потому что отношения между странами и народами еще не готовы к такой форме расчетов.
Ведь деньги - это критерий равенства. Поэтому я не считаю, что введение евро принесло что-то хорошее. Думается, уже поздно вносить изменения в работу Европейского банка, просто нужно как можно скорее заняться организацией жизни европейского общества.
Сейчас там проявилась дополнительная проблема. С проникновением в Европу сторонников исламского фундаментализма, все начали действовать в разных направлениях, что раньше не проявлялось так сильно. Европейцы опоздали с тем, что надо было сделать, по крайней мере, лет на 30.
Ведущий: Последний вопрос из Европы. Есть чувство, и это происходит повсеместно, что для достижения собственных эгоистических целей используют различные организации, например, "зеленых", выступающих в защиту окружающей среды.
Взять, допустим, производство автомобилей. Все хотят быть "чистыми" и "зелеными", но при этом многие не понимают, что электромобили произведут больше парниковых газов, чем автомобили с двигателями внутреннего сгорания. В процессе их производства усиливается давление на природу, увеличивается добыча редких дорогих металлов, необходимо оборудование мест для зарядки батарей и так далее.
Верно ли любой ценой идти этой дорогой или следует дать время ученым и правительствам на решения этой проблемы?
М. Лайтман: Конечно, все обусловлено не хорошими намерениями, а каждый исходит только из своей выгоды. Не важно, о каком двигателе речь: электрический, бензиновый или газовый. Ни в одной компании, организации, правительстве нет никого, кто бы действительно заботился об окружающей среде или о самих людях. Где эта Грета Тунберг, куда она исчезла? Все красивые заявления - это игры между большими компаниями, в которых вращаются миллиарды долларов. Я пока не вижу никакого шанса перестроить промышленность в честной, правильной, здоровой форме.
Даже если мы построим энергетические мельницы, будем использовать энергию морских волн или что-то подобное, это не принесёт большой прибыли, все равно будем вынуждены заплатить в другом месте. По моему мнению, проблема заключается в отношениях между людьми, только они смогут привести к положительным результатам. Сумей мы договориться между собой и остановить сумасшедшее развитие в разных направлениях, то не было бы нужды утилизировать так много вещей, реконструировать промышленность, изменять свои потребности.
В общем, проблема кроется в эгоизме каждого из нас, и, если мы не поймем этого, ничего не поможет, мы разрушим земной шар и самих себя, и всем нам будет плохо.
Реплика (Дуди): Обратимся к местным темам.
Вопрос (Норма): Ида Нудель, диссидентка и правозащитница, чья жизнь и борьба стали символом еврейства Советского Союза, скончалась несколько дней назад в возрасте 90 лет. Она репатриировалась из СССР в 1987 году после 16 лет борьбы за выезд в Израиль. Благодаря своей активности стала заметной фигурой, и, чтобы заставить её замолчать, ее неоднократно задерживали и допрашивали в КГБ. Она была сослана в Сибирь на четыре года и жила там в невыносимых условиях.
Ида Нудель говорила: "Если забудете нас, все мучения были напрасны". В чем заключается её наследие для Государства Израиль?
М. Лайтман: Я не могу этого сказать. Выехав в 1974 году, я не имел связи с СССР. Только после смерти Рабаша или чуть раньше, когда начали приезжать репатрианты из России, я начал их обучать, где-то с 1991 года и дальше. Какое-то время я находился в отказе в Литве в 70-х годах, но не кричал, не проявлял сопротивления – не видел смысла бороться.
Я слышал о Иде Нудель, возможно, даже меньше, чем вы, потому что все эти годы был приближен к Рабашу и ничего другого не воспринимал ни ухом, ни сердцем.
Ведущий: Какова Ваша история, Вы ведь тоже прошли через это?
М. Лайтман: Я прошел через это, но не воевал с властями. Меня не принимали на определенную работу, куда я хотел поступить, прежде всего потому, что я еврей, и, кроме того, понимали, что я могу уехать за границу. По сравнению с теми, кто специально поднимал шум, кричал, – в этом заключалась их работа, - я не видел в этих выступлениях никакой пользы. Было понятно, что против властей ничего не сделать.
Мне хотелось только одного: оставить Советский Союз и, по возможности, тихо. Поскольку я был отказником, меня не выпускали, я нашел кого-то во властных структурах, заплатил ему 1000 рублей, – это было примерно 10 зарплат инженера, - и он все устроил. Сегодня можно об этом говорить, поскольку там давно никого не осталось. Я никогда не сожалел, что выехал именно таким образом.
Ведущий: Что подталкивало Вас?
М. Лайтман: Меня подталкивало то, что я, молодой парень, не мог реализовать себя как ученый – это первое. И второе – люди, управлявшие мной, становились антисемитами все больше и больше, поэтому я решил, что нет выхода – надо уезжать. Возможно, мною двигало не столько желание профессионально реализоваться и развиваться, сколько, и это главное, - быть среди евреев. Я больше не мог находиться среди народа, проявляющего ненависть, и чувствовать, что каждый ненавидит тебя.
Ведущая: Что это за ощущение, когда тебя отталкивают?
М. Лайтман: Это ощущается в подсознании, скрыто, в каждом месте. Кстати, это скоро почувствуют и в Европе, и в Америке. Поэтому я хотел жить именно в Израиле. Побывав в 20-30 странах мира, у меня не возникло желания остаться ни в одной из них. Я твердо решил, что мое место здесь.
Ведущая: Откуда у Вас этот сионизм?
М. Лайтман: Из ненависти, которую я чувствовал по отношению к себе, она развила во мне сионизм. Антисемиты очень помогают сионистам.
Ведущая: Вы чувствовали, что у Вас есть цель в Израиле?
М. Лайтман: Нет, вначале не думал ни о какой цели. Главное – быть в Израиле. С женой и маленьким сыном остаться здесь, работать, найти свое место среди людей, которые не ненавидят меня за то, что я еврей. Это то, что я хотел прежде всего.
Ведущая: Почему Вы выбрали репатриироваться в Израиль? Что давало Вам силы в самые тяжелые минуты?
М. Лайтман: Желание жить только в Израиле. Мы добирались поездом до Вены, это был перевалочный пункт. На вокзале в Вене нас встречали представители различных международных организаций из Голландии, Германии, Франции, Италии, США и, кажется, из Канады, точно не помню. Они стояли у вагона и спрашивали, не хотим ли мы попасть в одну из этих стран. Если кто-то соглашался, тут же забирали его чемодан, без проблем оформляли визу и все остальное.
Из всего поезда эмигрантов из СССР, законно выехавших в Израиль, только две семьи – моя и еще одна из Грузии ответили, что хотят ехать только в Израиль. Все остальные разъехались! Мне это было понятно, и я, слава Богу, не жалею о своем решении.
Вопрос (Дуди): Почему большинство евреев не переезжают в Израиль? Они не ощущают этого желания или потому что им все равно?
М. Лайтман: Прежде всего, их не воспитали, что лучше всего быть среди евреев. И кроме того, как объяснить, что именно ЭТО хорошо? Мы говорим о предпочтении сердца: “Я предпочитаю, что бы ни случилось, быть среди евреев”. Несмотря на то, что не могу сказать, что я их люблю, и даже, что их есть за что любить, - это не меняет дела. Хорошо быть под эгидой: “В народе своем я пребываю”.
Ведущий: Что хорошего есть в евреях?
М. Лайтман: Нет ничего хорошего, но также и нет другого места, мне предназначенного.
Ведущий: Мы начали беседу с Иды Нудель. Закончился ли тот период сионистских идеалистов, представителем которого она была? Жива ли еще эта идея?
М. Лайтман: Прежде всего, я не думаю, что какой-либо период может закончиться, просто в каждом из них есть взлеты и падения. Разве сегодня нет рабства? Есть. Не существует феодальных отношений? Существуют. Все продолжается. На земном шаре можно найти все эти и другие формации, все, что хочешь. На самом деле все зависит от человека.
Ведущий: Борьба Иды Нудель за переезд в Израиль заняла всю ее жизнь. Она заплатила за это своей личной жизнью, так и не вышла замуж, жила одна. Стоит ли так жертвовать собой и так страдать?
М. Лайтман: Каждый выбирает по личному усмотрению. Жизнь человека находится в его руках. Он - тот, кто своими руками кладет свою жизнь на ту или иную чашу весов и продолжает идти с этим решением. Она чувствовала, что имеет цель и что это ее предназначение.
Вопрос (Дуди): Опасность обрушения зданий. Совсем недавно один из жилых домов был освобожден от жильцов из-за больших трещин, которые расходились прямо на глазах. Тем самым была предупреждена большая катастрофа, потому что в течение суток весь дом рухнул. С тех пор эвакуированы жители дома в Бней-Браке и комплекс из трех зданий в Кирьят-Шмона.
Выясняется, что по всему Израилю существуют десятки тысяч зданий, которые в любой момент могут обрушиться прямо на головы своих жильцов. Наметилась и еще одна опасность с импровизированными шалашами, которые строятся на балконах, совершенно не приспособленных к таким нагрузкам.
Почему в течение одной недели проявляются опасность внезапного разрушения зданий?
М. Лайтман: Строительство в Израиле происходит по “арабскому” принципу, когда поднимают и склеивают блоки, но это не строительство! И, слава Богу, мы пока еще не ощущали серьезных землетрясений, иначе множество зданий было бы разрушено. Множество. По-моему, тут необходимо серьезное выяснение и тщательная проверка всей отрасли.
Надо продвигаться реалистично, более знакомой дорогой. Мы строим по ближневосточным стандартам: отливки, сваи, - все это ниже приемлемого уровня. Так не должно быть.
Ведущий: Здания, которые рушатся, представляют собой старую инфраструктуру, на ней построено Государство Израиль. Это было блестящее и быстрое решение жилищной проблемы сотен тысяч новых репатриантов в 50-60 годах. Так эти дома и строились: как вагоны поезда из зданий. Не символично ли то, что они рушатся вместе с распадом израильского общества?
М. Лайтман: Я не вижу здесь ни символичности, ни какого-либо злого умысла. Просто все это необходимо тщательно проверять и исправлять, где возможно. А если невозможно, то надо разрушать и строить по-новому.
Ведущий: Какой должна быть архитектура будущего?
М. Лайтман: Главный принцип - чтобы человеку было удобно. Поэтому нужно строить, как положено.
Вопрос (Шелли): Наша тема: праздник Суккот. Накануне Суккота 2021 года в народе Израиля чувствуется напряжение и разрозненность настолько сильные, будто накануне гражданской войны: правые и левые, периферия и центр, светские и ультрарелигиозные. Ко всему существующему еще добавилась война за/против прививок, правые и левые стали более крайними...
Ощущение, что все воюют со всеми. Почему именно сейчас мы пришли к такому взрывоопасному состоянию? Кто виноват в этом?
М. Лайтман: Мне кажется, так было всегда. Дело в том, что мы не получаем правильного воспитания. Мы не понимаем, что можем спастись от разбиения народа, разбиения страны, разбиения семей только в том случае, если поднимемся над нашим эгоизмом и почувствуем, что зависим друг от друга, что у нас действительно одна судьба и одна страна. И ничего не остается, кроме укрепления связи между нами. Если не сделаем этого, нам будет плохо, сделаем - будет хорошо. Мы находимся на перепутье.
Ведущая: Сегодня обострилось ощущение нашей зависимости друг от друга не только в отношении коронавируса, но и на уровне существования государства. И эта зависимость негативная, - так я ощущаю.
М. Лайтман: Сделай из этого положительную зависимость. Придут еще мутации коронавируса, а затем вместо него еще что-то, - так природа, Высшая сила заставит нас увидеть, что мы зависим друг от друга.
Ведущая: Как превратить это негативное ощущение в позитивную зависимость?
М. Лайтман: С помощью разъяснения – я не вижу иного.
Скажем, коронавирус показывает нам, насколько мы отдалены, не способны приблизиться друг к другу. Этот вирус, как наш эгоизм, показывает, что мы – эгоисты: приблизитесь друг к другу – вам будет плохо. Отдалитесь – вам будет хорошо.
Ведущая: Так что сейчас делать: отдалиться или сидеть вместе в одной сукке?
М. Лайтман: Человек хочет получить лекарство, которое позволит ему бывать повсюду, быть в контакте со всеми, обниматься, с кем хочет, - и так будет. Как можно это сделать? Нейтрализовать этот вирус.
Слово "вирус" происходит от ивритского слова "аверот" - проступки, грехи, поэтому нам нужно вырвать с корнем главный грех. И это наш эгоизм.
Ведущая: Мы должны приблизиться друг к другу в восприятии действительности или вообще не заниматься нашим восприятием, ведь все отличаются друг от друга?
М. Лайтман: Мы должны быть выше восприятий: "все преступления покроет любовь". Мне не важно, я не собираюсь проверять, чем ты живешь сегодня: какими идеями, привычками и пр. Я знаю только одно: я и ты должны преодолеть разъединение, подняться выше сил отторжения между нами.
Ведущая: Что значит преодолеть, если Вы чувствуете, что я угрожаю Вам, а я ощущаю опасность с Вашей стороны? Как мы найдем силы подняться над этим?
М. Лайтман: Я знаю только одно – приходит болезнь, какой-то вирус и говорит, что ты не выберешься из этого, если не преодолеешь зло в себе. И все. Дальше делай, что хочешь.
Ведущая: То есть я должна сказать себе: меня интересует только одно – быть хорошей в отношении ближнего, делать только добро другому, и не важно, что думает он, и что думаю я.
Делать только добро – это правильное соединение?
М. Лайтман: Верно. Как ты можешь сделать это? Получить "прививку", которую делают в Бней Барух. Прививку Высшим светом.
Ведущая: Почему требуется так много времени, чтобы "прививка" подействовала?
М. Лайтман: Нет желания к ней. Протянуть руку, чтобы мне поставили укол: пожалуйста, делай. Но я не способен пожелать, чтобы мое сердце изменилось, и не в состоянии воспринимать весь мир не как принадлежащий мне, а делать противоположное – идти в силе отдачи вместо силы получения, в вере выше знания.
Каждый, кто находится вне человека, становится дороже ему, чем он сам.
Ведущая: Как можно подставить сердце под такую "прививку"?
М. Лайтман: Дать сердце для "прививки" можно благодаря учебе, взаимной отдаче, влиянию окружения.
Ведущая: В Суккот народ Израиля должен сам выстроить над всеми различиями сукку мира.
М. Лайтман: Мы строим сукку, от слова схах - покрытие, экран, который покроет нас. И входим в сукку, под эту кровлю, где будем соединены все вместе. Благодаря тому, что мы строим над собой такое покрытие против нашего эгоизма, всем будет хорошо.
Экран – это наше желание получить силу противодействия, преодоления зла.
Ведущая: Кто такие "ушпизин", гости, которых мы должны пригласить в сукку?
М. Лайтман: Силы исправления, которые исправят эгоизм каждого из нас. Это Высшая сила, сила света, под ее влиянием выстраиваются в нас всевозможные свойства отдачи. Мы называем их: Авраам, Ицхак, Яаков, Моше, Аарон, Йосеф, Давид.
Ведущая: Значит, человек должен просто сесть в сукке и пригласить внутрь своего сердца исправляющие силы?
М. Лайтман: Я не знаю, что значит "просто сесть". Я знаю, что в обществе, в десятке мы должны заботиться о связи между нами. Благодаря этой взаимной связи придет Высшая сила и устроит мир между нами, а затем между нами и самой Высшей силой. Это и называется "сукка мира".
Вопрос (Дуди): Что каждый из нас должен принести, чтобы построить сукку мира, схах - кровлю, которая покроет нас?
М. Лайтман: Свое желание: я хочу, чтобы, объединившись друг с другом, мы пришли к состоянию, когда каждый готов уступить другим. Каждый принесет то, что есть у него, и из всех частей вместе мы выстроим одну сукку на всех – сукку мира.
Перевод: Элишева Винер, Нина Винокур, Люба Высоцкая, Лилия Клейнер, Лея Линко, Лена Цейтлин
Редактор: Алефтина Постернак