ТВ программа "Крупным планом"
Беседа Михаэля Лайтмана с Еленой Фридман
19 декабря 2010 г.
Вне закона

Духовный мир – мир намерений

Реплика: В законодательном праве любой страны наказание определяется не по самому действию, а по намерению, которое ему предшествовало. Понятно, что самые тяжелые преступления – это те, которые человек совершает умышленно. Преступление считается умышленным в том случае, если человек сознательно допускал возможность преступных последствий.

Согласно главному закону каббалы, человек тоже определяется не по его действию, а по намерению.

М. Лайтман: Да, только в каббале намерение на сто процентов определяет следствие, а в нашем мире оно составляет какой-то процент от всего происходящего.

Наш мир – мир действий, которые исходят из материальных обстоятельств и поступков. А духовный мир полностью построен на намерении. В нем нет иных действий, кроме намерения, которое все производит.

Желание является силой, а намерение управляет этой силой. Оно говорит, для кого эта сила работает, в чью сторону она направлена, для чьей пользы. Все это делится очень конкретно: или ради отдачи остальным, или ради самого субъекта, человека.

Поэтому здесь принимается во внимание как само действие, его мощность, которая определяет уровень, так и намерение: или это намерение отдачи, или это намерение получения. Имеется в виду сила желания и намерение – точно так же, как в нашем мире есть физическое действие и его намерение.

Но проблема в том, что в нашем мире мы не можем точно объяснить и точно зафиксировать намерение человека. А в духовном мире эти намерения совершенно ясны, и человек оценивается согласно своему уровню, видению, осознанию, постижению.

В зависимости от этого его нахождение в духовном мире само производит над ним суд, само его квалифицирует: на каком уровне он находится, каким образом относится к нему внешняя природа, конкретно направляет его либо вынуждающими силами, либо помогающими силами и так далее.

То есть, человек находится не среди людей, оценивающих его по каким-то субъективным политическим, общественным или другим меркам, а в духовной природе, которая абсолютна и по своей стопроцентной шкале знает возможности этого человека и оценивает его способности, действия, успехи.

Вопрос: Но кто может увидеть и оценить чистоту намерения человека?

М. Лайтман: Только сама природа, потому что она представляет собой общее стопроцентно альтруистическое намерение.

Вопрос: А человек, который уже находится на ступени раскрытия этой природы, может оценить намерения другого?

М. Лайтман: И да, и нет. Ведь если я нахожусь на какой-то ступени духовной природы, допустим, я исправлен в своих намерениях на восемьдесят процентов, то я не могу на сто процентов оценивать всех остальных, а только до того уровня, которого сам достиг.

Для чего существует суд?

Вопрос: В древности существовал суд каббалистов – Санедрин. Как вы считаете, как такой суд оценивал бы преступление, совершенное в состоянии аффекта?

М. Лайтман: Во времена существования Санедрина он управлял, судил и воспитывал общество.

Это был управляющий орган, основополагающий в своих законах, воспитывающий население. В нем сосредотачивалась вся идеологическая надстройка общества. Там принимались решения, как можно подтянуть общество до каких-то уровней, воспитывать новое поколение и так далее.

В принципе, суд существует не для того, чтобы наказывать человека, а чтобы его исправлять. Согласно представлениям тех времен, не было такого наказания, как заключение в тюрьму. А что этим достигается? Ничего.

Отправьте провинившегося на какие-то принудительные работы, заставьте его жить в определенном обществе, которое будет его исправлять. Во времена Санедрина существовали так называемые города-убежища или другие места, где человек находился под влиянием серьезнейших воспитателей, а не надзирателей, угнетателей и стражников.

А сейчас мы его изолируем от общества, помещаем в концентрированное, злое, страшное общество убийц, грабителей, насильников. Естественно, что в этом обществе он получает дополнительные плохие воздействия.

И после этого мы его выпускаем обратно! Так что мы сделали при этом?! – На двадцать, тридцать, сто процентов плохого человека, и выпускаем его в нормальное общество.

Конечно же, он будет действовать так, как его научили в тюрьме. Поэтому все системы тюрем, лагерей – это порочная система. Она практически делает из нашего общества один большой лагерь. И никуда от этого не денешься.

И хотя во многих странах эта система называется исправительно-трудовой, но на самом деле там не ставят серьезно задачу исправления. А Санедрин занимался этим вплотную.

Санедрин – суд каббалистов

Санедрин существовал в то время и в таком обществе, когда люди находились в ощущении Творца. Поэтому его суд, его приговор был как бы компенсацией того, что человек оступился относительно него самого, а мог бы не оступиться.

Решение Санедрина было как рекомендация человеку, что сделать для того, чтобы духовно подняться. Речь шла только о духовных преступлениях. Поэтому, если за семьдесят лет существования Санедрина (раз в семьдесят лет они оценивались как существующие) выносился хоть один смертный приговор, то этот Санедрин считался жестоким, исчадием ада.

Представляете? Раз в семьдесят лет! И это только в том случае, когда они приходили к выводу, что с этим человеком нельзя ничего сделать, невозможно каким-то образом воздействовать на него. Но практически таких случаев не было – всегда находилась возможность исправить человека.

В те времена не было смертной казни, хотя в Торе упоминается побиение камнями, удушение, отсечение головы и так далее. Но все это чисто теоретически. Ничего такого на самом деле не было, кроме исправления в правильном обществе.

Человека нужно не изолировать от хорошего общества, а помещать его туда, чтобы ему некуда было деться. И у него не будет другого выхода, как только подтянуться до этого общества.

Во времена существования Храма

Вопрос: Во времена Санедрина человека оценивали только относительно духовных преступлений? Что это значит?

М. Лайтман: Во времена Санедрина люди находились в ощущении Творца, поэтому их преступления оценивались только относительно их духовного падения. То есть человеку было ясно, что он не может навредить другому, потому что этим он вредит самому себе.

Через Творца, через эту всеобщую силу, всеобщий разум, всеобщую мысль все замыкались друг на друга. Поэтому позже падение с духовного уровня выразилось в том, что вместо любви к ближнему появилась ненависть.

А Санедрин существовал, когда все находились если не в любви, то во взаимном участии между собой, поскольку эта градация очень широкая. Что значит взаимная любовь? Взаимное участие, взаимное включение друг в друга, понимание и так далее.

Людям было абсолютно ясно, что, соединяясь друг с другом и с Творцом, они достигают той духовной жизни, того духовного ощущения вечности и совершенства, которое тогда царило между ними.

Если в человеке по каким-то его внутренним условиям вдруг возникал эгоизм, который постоянно рос, то он вынужденно падал и причинял этим кому-то личный или общественный вред. Тогда Санедрин выносил общее решение, как можно его подтянуть до правильного уровня. Люди занимались именно этим, а не унижением и заключением в тюрьмы.

Так было во времена существования Храма, когда в сердце каждого человека был храм, то есть свойство отдачи.

Добром можно делать чудеса

Реплика: На одной из программ телевидения, посвященной судопроизводству и вопросам наказания, один из участников потребовал еще большего ужесточения санкций. Но его оппонент сказал: "Мы уже исчерпали все возможности, которые у нас есть. Это абсолютно не помогает".

Очевидно, мы не принимаем во внимание какую-то человеческую составляющую, человеческую природу, делаем что-то неправильно, если никакие усиления наказаний не могут ни к чему привести.

М. Лайтман: Добром можно делать чудеса – это огромнейшая сила. А ставка на силу и давление ведет только лишь к нацизму, фашизму, диктатуре, насилию и, в итоге, к вырождению общества. Получается общество диких животных. Даже не просто животных – диких животных.

Я не представляю иного будущего для такого общества, как его деградация, вплоть до самоуничтожения.

Как исправить вселенский эгоизм

Вопрос: В некоторых странах принято законодательство, согласно которому женщина, имеющая троих и более детей, признается многодетной и должна полностью посвятить себя семье.

Почему есть периоды, когда рождаемость превышает смертность, и наоборот, когда смертность превышает рождаемость?

М. Лайтман: Это зависит не от условий нашего мира, а от того периода, когда происходит определенное исправление в душах. Поскольку наш эгоизм растет и не может оставаться такой огромной величины в каждом человеке, нужно как бы разделить этого человека на несколько людей, и тогда в каждом эгоизм станет меньше, и они смогут исправить его. Как, например, мы хотим поднять ствол дерева, но так как он очень тяжелый, мы зовем еще одного человека, и еще.

Вопрос: Значит, законопроекты по стимуляции рождаемости не помогут, если в душах не будет заложена необходимость деления эгоизма на большое количество частей? Он может и сам себя исправить.

М. Лайтман: Да, конечно. Но, с другой стороны, на материальном уровне мы должны действовать как обычно, исходя из общепринятых принципов, и этим подействуем на духовный принцип. Если, исходя из эгоистических свойств, люди будут желать рожать больше детей, то в итоге большее количество эгоизма сможет исправиться в каждый конкретный момент времени. Поэтому принятие таких законопроектов все равно полезное действие.

Для нашего сегодняшнего эгоизма нам не хватает еще несколько миллиардов человек и правильного воспитания. Тогда мы могли бы быстро исправить весь вселенский эгоизм и прийти к хорошему состоянию.

Чему учат нас средства массовой информации

Вопрос: Сейчас возрастной ценз, с которого наступает ответственность за совершение преступлений, постепенно снижается. В некоторых странах подростки несут ответственность уже с двенадцати лет. Но мы видим, что несмотря на то, что эта планка постоянно падает, ничего не помогает. Преступность растет именно среди подростков.

Почему это происходит? С точки зрения каббалы, человек в возрасте четырнадцати лет – это уже состоявшаяся личность? Можно ли что-то изменить?

М. Лайтман: А в возрасте сорока лет – это не состоявшаяся личность? Все зависит от воспитания человека. Если человек воспитывается в Африке, на природе, в своем клане среди взрослых людей, то в девять–десять лет он уже взрослый мужчина. Он понимает, как действуют остальные, все их состояния, все их отношения, и ведет себя так же, как они в этом естественном для него мире.

Если в нашем мире как ребенок, так и взрослый человек учится с экрана телевидения совершенно искусственным отношениям и действиям, и ему показывают нереальные обстоятельства и условия, то он вообще не знает, в каком мире находится. Он выходит на улицу и проигрывает те же сцены, которые видит по телевидению. В итоге, и в двадцать, тридцать, сорок лет...

Я смотрю на людей на улицах, они играют в то, что слышат по радио, видят по телевидению. То есть они проигрывают то, что дают им средства массовой информации. Разве можно назвать этих людей взрослыми, отвечающими за свои поступки? Нет!

Вы можете поговорить с ними и убедиться, насколько они живут автоматически, потому что так живут все. Они даже не задумываются об этом. Им не объяснили, что можно жить как-то иначе.

Все зависит от воспитания человека, от меры его самостоятельности, осознания того, что он делает.

Наше нынешнее воспитание направлено на то, чтобы приучить человека приклеиваться к экрану телевизора и обучаться только оттуда, как действовать, разговаривать, думать и так далее. И что же мы можем от него требовать? Именно то, что даем ему.

Воспитание – проблема человечества

Вопрос: В современном мире надо, прежде всего, воспитывать окружающее общество, а не человека?

М. Лайтман: Нам надо срочно менять средства массовой информации. Это очень сложная работа, потому что ведет к огромнейшей революции на всех уровнях. На всех абсолютно.

Средства массовой информации проводят человеку определенную политику каждого государства. И мы понимаем, что их изменение грозит большими переменами в обществе.

Реплика: Естественно. Если общество и его законы эгоистические, когда каждый думает только о том, как урвать себе, то и средства массовой информации построены на таком же принципе.

М. Лайтман: Не заменяйте одно другим, не переставляйте местами. Поскольку средства массовой информации так заправляются и направляются на людей, поэтому и люди такие, а не наоборот.

Действительно, человек изначально эгоист, но именно средства массовой информации обучают его, каким образом использовать свой эгоизм. Только лишь. Окружающая среда, а не родители.

Но если родители тоже действуют плохо, то только потому, что их так обучили, они видели эти примеры. Человек воспитывается только на примерах, как говорится: с кем поведешься, от того наберешься. И поэтому мы должны принять во внимание, что если мы хотим что-то изменить, то надо менять окружающую среду. В принципе, что нам еще нужно, кроме того, чтобы улучшить человека? Ничего другого.

Для этого надо изменить окружающую его обстановку. Дать ему правильные примеры, не насильно, а так, чтобы он был окружен ими. И он никуда не денется.

Если мы поощряем дурные примеры, то в итоге получаем ужасное общество. Я смотрю на телевизионные программы, и они меня просто пугают. Это будущее общество!

Большинство программ ни о чем не говорят, кроме как об убийствах и расследованиях. Все крутится вокруг этого. Иного нет. Людей практически приучают к тому, что они живут в этой среде и должны ей соответствовать.

Я когда-то делал об этом доклад в Аросе, в Швейцарии, на известном форуме Мудрецов мира. Мне поаплодировали, и на этом все закончилось. А что они могут сделать? Это огромная проблема. Кроме воспитания у людей больше нет проблем. Все зависит только от воспитания.

Если бы мы взяли сегодняшнее поколение и смогли бы хорошо воспитать его, то через десять-пятнадцать лет получили бы нормальное общество, совершенно другую цивилизацию.

Почему мы не можем осознать, что это в наших руках, для наших детей? Давайте создадим для них хорошее общество. Сделаем мир совершенно другим, и они станут другими.

Редакция: Тамара Авив, Ирина Романова