Новости с Михаэлем Лайтманом
29 июня 2023 г.

Нам нужно только братство!

Вопрос: Была такая страна, в которой за новорожденного выплачивали 7000 долларов, новобрачным дарили 64 тысячи долларов на покупку квартиры. Открываешь личный бизнес – получаешь 20 000 долларов.

Образование, медицина бесплатные, квартирная плата отсутствует, плата за электроэнергию отсутствует, кредиты беспроцентные. Покупка автомобиля – 50% оплачивает государство. Дальше перечислять просто страшно. Была уверенность, что так можно жить всегда. Как вы понимаете, я говорю о Ливии.

Вопрос: я смотрю на такие страны как Саудовская Аравия, Кувейт, Швейцария, Бельгия. Скажите, можно разрушить такой материальный рай? Здесь он был разрушен. А вообще, можно разрушить?

М. Лайтман: Снаружи или изнутри?

Вопрос: Все равно, снаружи или изнутри. Человек ведь должен держаться за это руками и ногами. То есть это его материальный мир, он обеспечен абсолютно. Как это разваливается? Объясните, пожалуйста.

М. Лайтман: Люди не ценят, с одной стороны, то, что у них есть. А с другой стороны, есть множество завистников – внешних, внутренних. Вот и разрушают. 

Вопрос: Как можно войти в человека и сказать: "Вот этот рай – ты должен от него отказаться и все это разрушить, и после этого будут просто руины"?

М. Лайтман: Если это идеология, то она может быть выше.

Вопрос: То есть можно так сделать? И даже эти страны, на которые мы сейчас смотрим и уверены абсолютно, что они будут держаться еще века и века?

М. Лайтман: Недолго.

Вопрос: А скажите, пожалуйста, когда мы говорили о Содоме, в принципе, это было такое же состояние как в Ливии, Саудовской Аравии?

В Содоме речь идет о том, что Творец сказал, что так жить нельзя, и это надо разрушить. В какой момент сверху наступает такое нетерпение?

М. Лайтман: Когда люди начинают пренебрегать тем, что им дается.

Вопрос: То есть, дано было полное материальное обеспечение. В чем пренебрежение человека?

М. Лайтман: В том, что он считал, что ему это якобы положено.

Вопрос: А человек должен как бы сказать: "Это не мое, и мне это не положено"?

М. Лайтман: Мне это не положено, но я получаю это, и я благодарен за это Творцу.

Вопрос: Вот это главное предложение?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: То есть этот принцип, который был в Содоме, "мое – мое, твое – твое", - тут очень близкие принципы?

М. Лайтман: Но этот принцип устанавливался жестко. То есть, если мой сосед умирает с голоду, я ему помогать не имею права.

Реплика: Ну это слишком! Я не думаю, что это сейчас возможно...

М. Лайтман: Это вторая сторона той же монеты.

Вопрос: В принципе, эти состояния, материальные блага могут перейти в этот жесткий закон: "мое – мое, твое – твое", и я не помогаю тебе, а ты не помогай мне?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: В этом есть какая-то логика?

М. Лайтман: Логика абсолютная. У нее есть очень много адептов. Допустим, то, что мы получаем все от Творца. Если Творец дал тебе, а мне не дал, то я, хоть умру, а должен получить от Творца то, что Он мне дает.

Вопрос: То есть одному Творец дал богатство, другому дал бедность, и так и должно быть? И я не вмешиваюсь в твою бедность, а ты не вмешиваешься в мое богатство?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: В этом есть логика. Так в чем же порок?

М. Лайтман: Порок в том, что люди и это не принимают как надо. То есть они не принимают абсолютную власть Творца, и потому это разрушается.

Мы должны быть выше этой строгости Творца. Не только "твое – твое и мое – мое". Это свыше нам дано, а мы должны внести в это корректировку, что это всё – наше.

Данное Творцом "твое – твое и мое – мое", то есть изначально, мы оставляем внутри, а сверху покрываем это любовью.

Вопрос: Вот это называется "наше"? То есть мы строим мостики от одного к другому?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: Это главная работа? И тогда это уже на века, это не переворачивается?

М. Лайтман: И тогда мы являемся с Творцом как бы партнерами. Он создал зло, а мы над этим злом наводим мосты любовью.

Вопрос: А зло, которое Он создал, это и есть "мое – мое, твое – твое"? Это вы называете злом?

М. Лайтман: Конечно. Это эгоизм.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, а чем это отличается от революций? В революцию тоже говорили: "Это наше". Чего там не было? Мы говорим, должно перейти "мое – мое, твое – твое" в "наше".

М. Лайтман: Так не было этого идеала – "наше". Если мы всё должны сделать, то всё в наших руках. Тогда, значит, "нет Творца", это уже по определению.

Я думаю, что ничего хорошего из всех этих теорий не получится. Я уверен, что мир все равно придет к осознанию того, что надо решать эти вопросы каббалистическим методом. То есть поставить Творца – единого, цельного – во главе всего процесса развития человечества и ухватиться за Него. И делать только во имя одного единственного предложения, фразы: "Братство!"

Вопрос: И за это люди захотят ухватиться? Это они не захотят терять?

М. Лайтман: Если они захотят это терять, они ввергнут себя в такое выяснение отношений, что уже не с кем будет выяснять.

Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 29.06.2023

Есть у человека два "весла"

Вопрос: Есть такая притча: рыбак перевозил на лодке одного человека. Пассажир торопил рыбака: "Быстрее, опаздываю на работу!". И тут он увидел, что на одном весле написано "молись", а на другом – "трудись".

"Зачем это?" – спросил он.

"Для памяти, – ответил рыбак, – чтобы не забыть, что надо молиться и трудиться".

"Трудиться – понятно, всем надо. А молиться – это не обязательно. Зачем терять время на молитву?"

"Не нужно, так не нужно", – ответил рыбак, вытащил из воды весло с надписью "молись" и стал грести одним веслом. Лодка закружилась на месте.

Во-первых, как вам такое соединение – трудись и молись?

М. Лайтман: Это правильно, потому что не все в твоих руках. Так что есть место для молитвы.

Вопрос: То есть "трудись" – это как бы в моих руках, но не все в моих руках, и я молюсь. А если бы вытащили из воды весло, на котором написано "трудись", то лодка закрутилась бы на месте или все-таки как-то двигалась?

М. Лайтман: Она бы не двигалась вообще. Без труда куда ты ее будешь направлять? Чем? 

Реплика: Но есть "молись".

М. Лайтман: Ну и молись.

Вопрос: И все равно нет движения?

М. Лайтман: Она бы не двигалась с места.

Вопрос: Тогда все-таки скажите, самое важное по жизни – это что?

М. Лайтман: Самое важное по жизни – это когда человек трудится, реализует себя, но одновременно с этим он реализует себя в какую-то правильную сторону! Не то, что вся работа ему все даст, а он ее направляет в соответствии с развитием природы, человечества. Тогда получится и родись, и женись, и трудись, и всё вместе.

Вопрос: То есть, когда вы сейчас говорите, что он как бы по природе двигается, здесь заложена молитва?

М. Лайтман: И молитва находится здесь, конечно. В общих законах природы.

Вопрос: То есть, если я двигаюсь по законам природы, то там находится и молитва?

М. Лайтман: Конечно.

Вопрос: А о чем я молюсь в таком случае?

М. Лайтман: В нашей жизни есть такие возможности, такие вероятности, которые мы не можем просчитать. И не потому, что мы не можем. Потому что существует высшее предопределение, сила, Творец. И поэтому нам надо все-таки делать всё, что в наших силах, что Творец оставил нам. Но после того, как мы делаем всё, остальное уже передавать Ему.

На иврите это говорится: "Ашем игмор беади" – "Творец завершит за меня". То есть я делаю все, что могу, а за меня остальное закончит Творец.

Реплика: Обычно мы молимся, когда мы находимся в тупике или какая-то тупиковая ситуация, или когда страшные страдания.

М. Лайтман: Это уже неправильно.

Вопрос: Не та молитва?

М. Лайтман: Нет. Мы не берем Творца как силу природы, которая все предопределяет, и идем в соответствии с ней.

Вопрос: То есть я должен, работая, знать, что Творец за меня закончит? Вот это постоянное движение должно быть? Это правильное движение?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: Если мы подводим это к веслам, то вот так двумя веслами и ведем?

М. Лайтман: Двумя веслами ведем и молимся за то, чтобы они дополняли друг друга.

Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 29.06.2023

В день смерти ветер стирает следы наших ног

Вопрос: Из письма. "Вот строки из народных песен бушменов: "В день нашей смерти приходит ветер, чтобы стереть следы наших ног, оставшиеся там, где мы прошли. Но если бы было не так, то было бы будто мы всё еще живы. Поэтому ветер приходит стереть следы наших ног".

Почему европейская цивилизация так хочет оставить после себя какой-то материальный след: вещи, города, произведения искусства, книги? Почему нам важно, чтобы о нас помнили? Почему мы так боимся бесследно исчезнуть? А вот люди, живущие в гармонии с природой, не боятся. Наоборот, говорят: "Чтобы исчезли все следы наши".

Почему это так происходит? Мы действительно хотим памятники оставить".

М. Лайтман: Эгоизм! Наш эгоизм! Он вынуждает нас заботиться о себе, бессмертных.

Вопрос: То есть мы не умираем после смерти?

М. Лайтман: Да. Вот если бы я мог поставить такой памятник, колонну, которая стояла бы вечно, мне было бы не страшно умереть.

То есть я этим продолжаю жить. И все это будут видеть и знать, и не смогут, даже если захотят, разрушить. Памятник будет таким, что он будет вечным. И на нем, на постаменте, буду гордо стоять я! 

Вопрос: То есть даже нет такого – меня не будет, а памятник будет? Я буду, да?

М. Лайтман: Да, это означает, что я буду. Для человека это всё!

А что, тело мое? Мне ясно, что с ним будет. А в камне чтобы меня вот так изобразили – вечным, уважаемым, мудрым, – это непросто.

Вопрос: Получается, что эгоизм неистребим? И до смерти, и после смерти. То есть он что-то такое невообразимое?

М. Лайтман: Эгоизм – он выше смерти, это же сила природы. Это против Творца. Есть сила Творца и эгоизм – это против Него.

Вопрос: Так какой же у нас шанс стать вот такими "бушменами"?

М. Лайтман: А мы эгоизм переделываем, мы его изменяем.

Вопрос: Из чего во что? Из вот этого вечного?

М. Лайтман: Да, мы ему даем вечность. Ты хочешь вечность? Пожалуйста. Хочешь совершенство? Пожалуйста. Известность? Что угодно. Но для этого ты должен измениться.

Вопрос: Во что я должен превратиться?

М. Лайтман: Из отрицания другого в любовь к другим. Именно этот процесс должен пройти человек. Причем сам понять, сам пройти и закончить.

Реплика: Но существуют же искры этого понимания в момент, когда человек уходит. Он понимает, что "это я с собой не возьму". Существует масса всяких историй.

М. Лайтман: Это все литература. Все-таки человек остается с мыслью, что после меня останутся мои дела. А он должен прийти к мысли, что мне ничего не важно, только чтобы оставить все другим.

Вопрос: То есть я ухожу, чтобы все осталось другим? А мне ничего уже не нужно. Ни памятников, ничего.

М. Лайтман: Ничего.

Реплика: Был такой фильм, он назывался "Все остается людям".

М. Лайтман: Вот я хотел об этом тоже сказать.

Реплика: Это был социалистический, коммунистический фильм. Я помню даже, там играет Черкасов.

М. Лайтман: Да, Черкасов. Такой – благородный человек. И так на самом деле, в идеале, человек должен уйти.

Реплика: Как мы знаем, с коммунистическими идеями это не прошло.

М. Лайтман: Это понятно, что не пройдет, потому что во главе этих идей стояли эгоисты.

Вопрос: А если вложить в это каббалистический смысл, то как это будет выглядеть?

М. Лайтман: Это будет выглядеть каббалой.

Вопрос: То есть, что я с этим эгоистом во мне делаю?

М. Лайтман: Я его перерабатываю на альтруиста.

Вопрос: А почему там не получилось, а здесь получится?

М. Лайтман: Во-первых, мы уже разочаровались во всех предыдущих "измах" и прочих теориях. Это раз. Во-вторых, мы понимаем, что иначе мы не сможем существовать.

И мы должны понимать, что только в правильной связи между нами, которая станет основным законом общества, есть наше будущее.

Вопрос: Где здесь Высшая сила, о которой вы все время говорите?

М. Лайтман: В том, что мы ее сами сотворяем тем, что пытаемся соединиться. И если ее нет, этой Высшей силы, значит, мы ее не сделали.

Вопрос: Значит, мы не сумели, и надо снова и снова пытаться?

М. Лайтман: Обязательно!

Вопрос: До каких пор?

М. Лайтман: Пока не сделаешь!

Вопрос: А как я пойму, что я сделал ее?

М. Лайтман: Когда ты увидишь, что эта связь работает между тобой и другими.

Вопрос: А как это работает тогда?

М. Лайтман: А ты посмотришь на остальных и увидишь, что все желают счастья друг другу. Я думаю, что нам еще долго придется идти к этому.

Вопрос: Но мы идем к этому?

М. Лайтман: Это от нас не зависит.

Вопрос: То есть так или иначе это будет?

М. Лайтман: Это будет, это от нас не зависит, но мы должны будем увидеть это.

Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 29.06.2023

В счастливую жизнь есть только одни ворота

Реплика: Александр пишет: "Вы говорите, что со временем все зло исчезнет. Тогда почему оно не исчезло до сего дня? За тысячи лет сменилось много поколений, мы должны были бы переродиться в лучших людей, но зло лишь увеличилось. Как-то не работает ваша формула".

М. Лайтман: Моя формула может работать только тогда, когда мы отработаем все вероятные исходы. То есть когда мы убедимся, что не работает ничего! Ничего.

И тогда мы поймем, что выхода у нас никакого нет, как только просто относиться друг к другу как к родным. Не так, как к нашим сегодняшним родным, это все тоже эгоистически, когда мы о них вспоминаем, а к родным как к себе – "возлюби ближнего как себя".

Вопрос: Вот это и означает, что со временем все зло исчезнет?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: То есть мы должны просто протыкаться во все стороны, какие только можно?

М. Лайтман: Абсолютно! 

Вопрос: Почему нельзя нам дать какую-то дырочку…?

М. Лайтман: Опять упремся в какой-нибудь ленинизм.

Вопрос: То есть пока мы не пройдем все пути, все дорожки и не уткнемся везде в тупик, ничего не будет?

М. Лайтман: В общем, да. Такой уж наш эгоизм. Он должен убедиться в том, что иного пути нет, кроме как любовь к ближнему.

Вопрос: То есть происходит такая работа на износ?

М. Лайтман: Это и значит любовь – "возлюби ближнего как себя". Когда я все попробовал, и только эти ворота открыты.

Вопрос: А как я приду к этой формуле? Вы сейчас говорите: "Возлюби ближнего как себя". Но я не слышу, допустим, вас. Как я прихожу к тому, что именно это те ворота, в которые надо войти?

М. Лайтман: А ты уткнешься носом в эти ворота и поймешь, что других ворот быть не может! И кроме этих ворот нет ничего, просто пустота.

Вопрос: Это то, что написано у великих каббалистов, что ты идешь и ворот нет? Ты идешь вдоль стены, и ворот нет. И вдруг в какой-то момент, когда ты уже измученный идешь, вдруг видишь – ворота. И оказывается, они там всегда были.

М. Лайтман: Да.

Вопрос: А я их не видел?

М. Лайтман: Нет.

Вопрос: А что мне надо было, чтобы увидеть их? Они были там всегда, ведь были!

М. Лайтман: Разочарования не хватает.

Вопрос: То есть я должен разочароваться во всем?

М. Лайтман: Абсолютно. Во всем! Чтобы осталось только одно – слияние, братство. Мы не знаем, что это такое. Мы всё пользуемся какими-то заменами, суррогатами. А тогда мы это почувствуем.

Вопрос: А вы можете хотя бы намекнуть? Понятно, что если мы не чувствуем, то не сможем, может быть, услышать вас. Но что вы вкладываете в "братство"?

М. Лайтман: Братство – это когда мы все находимся в одном желании, намерении, в полном слиянии, соединении всех со всеми. И возвращаемся снова к системе, которая называется "Адам", – как один человек в одном теле, в одном сердце. Вот это и есть правильное будущее.

Это должно перед нами быть! Вот так передо мной должно стоять это будущее как явное, достижимое, необходимое состояние.

Реплика: Вы сейчас нарисовали то, к чему после всех скитаний и разочарований мы должны прийти.

М. Лайтман: Именно поэтому они и нужны, чтобы прийти к такому состоянию.

Вопрос: Это не идеализм?

М. Лайтман: Это не идеализм, это именно система самопросвещения.

Вопрос: Но я нахожусь внутри этой системы?

М. Лайтман: Я нахожусь внутри этой системы, но мне необходимо с ней найти самоидентификацию – что я должен в ней быть, участвовать в каждом ее процессе, и я хочу, чтобы она воплотилась.

Вопрос: Мы, в принципе, и сейчас находимся внутри этой системы, вот такие – разбитые, разрозненные, ищущие, страдающие?

М. Лайтман: Но нам надо согласиться с ней. Нам надо захотеть, чтобы она проявилась, а не оставалась в таком тумане, негативе, как сегодня.

Вопрос: То есть от нас требуется проявить это?

М. Лайтман: Да.

Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 29.06.2023

Редакция: Тамара Авив, Ирина Романова