Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Деньги и власть часть 1
Телепрограмма «Новая жизнь»
Передача 69
9 сентября 2012 г.
О. Леви: Мы проводим серию бесед на тему денег. Сегодня хотим сосредоточиться на теме «Деньги и власть». Мы видим в последние годы, что почва, на которой стоим, сотрясается.
М. Лайтман: Сотрясается, трясется, дрожит.
О. Леви: Есть изменения. Не будучи слишком большим умником, можно четко сказать, что, в конце концов, все базируется на деньгах и власти.
Начать с того, что тем диктаторам, которые купались в деньгах, когда их народ умирал с голоду, рубили головы. Есть сотрясения экономические, которые все время вносят возмущение в нашу жизнь. Диктаторы теряют власть. И, если диктатор теряет власть, это не где-то там что-то происходит (полагается ему, скажем), но он теряет власть. Рикошет достигает моего счета в банке, и я завтра потеряю работу, мне нечего будет купить в магазине… – масса последствий.
Не хочу расширять, потому что это очень тривиально, но все базируется на деньгах и власти.
Почему мы говорим – сотрясается почва под ногами? Восприятие, порядок, статус – все было понятно. Есть богатые, нищие, есть средний класс, каждый понимает, где он находится, – все было достаточно ясно, ну, скажем, еще лет 10 назад. С каждым следующим годом, с каждым следующим месяцем, который проходит, все меняется, и такие потрясения!
Я помню, когда учился в университете, говорили: «Самое важное для организации сегодня – уметь управлять в условиях неустойчивой реальности». Но это было достаточно много лет назад. Сегодняшний темп – все неустойчиво, человек не может ночью уснуть. В конце концов, к чему это ведет в чувствах? Это не то, что новый философский взгляд – человек не может заснуть ночью, он в большом напряжении.
Вы говорите о новой силе, о новом ресурсе, который добавляется в нашу жизнь – как человеческого общества. У него есть возможность создать новые процессы во взаимодействии людей. Вы его буквально определили как новую валюту. Сказали, что есть валюта старая и новая валюта, есть новые горизонты.
Почему сегодня деньги и власть теряют силу? Что вы видите на горизонте? И, в конце концов, на что мы должны направляться сегодня, чтобы этот горизонт приблизился к нам?
М. Лайтман: Мы действительно переходим к совершенно новому состоянию. Тот процесс, который прошло человечество, с помощью развития технологий, промышленности, торговли подталкивал к изменению наших состояний от маленького эгоизма к большему эгоизму. Мы изменяли общественные формации: от рабовладельческого строя до капитализма и так далее.
Мы построили общество. Раньше общество существовало только на силе. Был царь, под ним армия, он управлял всем народом, и все. То, что желал царь или король, так и происходило. Мы видели, что на протяжении времени эта власть не действует хорошо и правильно, и перешли к другому строю – к парламенту, к президенту. И так далее. Но все-таки власть вертикальная – сверху вниз.
Это было всегда, но это было очень скрыто, косвенным образом – власть денег. Тот, кто был сильнее, тот властвовал; тот, кто был богатым, мог защищаться, – в те дни средневековья и до этого, и после этого. А потом капитализм, и с развитием технологий, скажем, начиная с XVII века и далее, деньги начали играть основную роль. И сила власти, и войны, и все это в итоге сводится к деньгам.
Уже прошли такие мутации, что мы даже потеряли ценность денег – это не деньги, за которыми стоит золото или какие-то природные богатства. Простая бумага, за которой не стоят какие-то обязательства, ничего не стоит – сегодня мы это обнаруживаем.
Мир строился по очень четкой и стабильной пирамиде сверху вниз. Все было построено силой денег. Эту власть усиливала армия, и войны шли за обогащение, за власть, которая тоже переводилась на деньги. Если шли войны, то сначала вели расчет «выгодно или невыгодно». То есть это измерялось деньгами: сколько стоит каждый солдат, сколько выигрывают, сколько проигрывают; вели расчет, и тогда было понятно – мы выходим на войну или нет.
Последнее время эта сила перестает работать, и поэтому все теряет власть. Деньги и сама монета теряют власть, потому что мы пришли к такому состоянию, что она иногда не стоит больше, чем та бумага, на которой печатаются деньги. С сегодня на завтра деньги могут потерять всю свою ценность, и вместо доллара ты не сможешь купить то, что сегодня покупаешь за доллар. Это с одной стороны.
С другой стороны, если когда-то эти вещи были очень понятны, эта сила в основном скапливалась в разных странах, в Европе… – сейчас, за 20 лет, это перешло в Азию, в те страны, которых было совершенно не слышно, не видно. И вдруг они стали большой силой, поскольку производят много вещей и также являются большим рынком. Получается, что развитые страны, и Европа, и Америка становятся второстепенными относительно Азии – это уже более сильные рынки, чем Европа и Америка. Мы видели, что сила денег, с которыми мы думали, что можем управлять миром, – из самих денег ушла сила, исчезла, поскольку изменилась система.
То есть у каждой валюты есть система.
В армии – система силы: сколько звезд на погонах или сколько-то там медалей на груди у каждого, соответственно этому у него есть статус, и он больше, обладает большей властью над теми, у кого меньше этих звезд. И если армия вдруг теряет силу своей сплоченности, то, кто больше, кто меньше, он уже не властвует, хотя у него и есть эти знаки. Так и деньги.
Была пирамида, было понятно, кто большой, кто маленький. И вдруг эта пирамида как-то не существует, она становится чем-то таким аморфным, обретает другую форму. Та сила, которая должна была править, – это была пирамида, как в армии, – она уже не властвует. Система становится круглой, интегральной, где мы все равны: и маленький, и большой – все зависим друг от друга. И ты уже не можешь мною управлять, потому что ты можешь зависеть от меня, как Америка от Азии, от Китая или от Бразилии. И так далее, и так далее.
То есть здесь произошло что-то… Мир стал круглым, изменился по своему устройству, и поэтому им невозможно управлять так, как управляли прежде.
Европа и Америка, которые управляли миром, чувствуют, как это от них ускользает, ускользает власть. Мы оказываемся перед проблемой: возможно, мы стоим перед мировой войной, потому что желания этих людей, в руках которых была сила армии и сила денег, управляли миром. Они знали, сколько у них есть ракет, сколько долларов, сколько у них есть всего. Сегодня хотя это и есть у них, но система изменилась. Сейчас эти управляющие миром думают: «Может быть, мы с помощью мировой войны сможем вернуть систему, новую систему к старой, и тогда мы снова обретем власть». И они над этим работают.
Они устраивают «арабскую весну» и разные другие проблемы в разных местах в мире: в Пакистане и в Иране… – в любом месте. Непрерывная война. Они оживляют разные террористические группы. Это скрытая война, но она существует все время. Все это для того, чтобы остановить это скатывание в их глазах, скатывание мира, по сути, потерю их власти.
Это – естественная вещь. Сила власти всегда желает вернуть себе эту власть, боится потерять ее и не видит перед собой другого действия, не может себя приспособить к новому миру. Потому что новый мир – круглый, и центр пирамиды находится в центре круга. То есть, насколько ты находишься в хорошей взаимной интеграции со всеми, настолько ты и правишь, управляешь силой связи, силой твоего интегрального участия в глобальном мире, который связан во всем.
Люди, которые устроены согласно линейному эгоизму, пока еще не способны перейти к новому управлению. Для этого нужны новые люди с новым внутренним устройством. Здесь требуется новая мысль, новое мышление, новое ощущение, новое чувство. Место выяснения и заботы должно быть объединением, потому что с помощью объединения существует мир. Тогда мы уже сможем управлять им, сможем управлять тем, чтобы оно существовало, а иным образом – нет.
То есть, не смотря на то, что эти силы, которые прежде управляли миром – силы армии, силы денег – пока еще сильны, и это буквально власть кулака, кулака экономического и кулака военного, но их время заканчивается. И это не потому, что их армия нехороша или их валюта как-то уменьшается (это, конечно, тоже), но системы связи между людьми в человеческом обществе изменяются. Получается, что ты желаешь властвовать старой силой в новой системе, которая просто не может управляться так, как управлялась прежде. То есть здесь проблема в том, что природа человеческого общества изменяется.
Поэтому мы должны объяснить, что новая система, которая возникла, не спрашивая нас, – а это естественное продвижение, это эволюция человечества, которое пришло к концу своего эгоистического индивидуального развития и сейчас развивается альтруистически, интегрально, по-новому, – и здесь с нас требуют изменить подход, мышление, силу власти того, что происходит. Если мы хотим управлять тем, что с нами происходит, для того чтобы обеспечить нам с помощью власти обычное, нормальное надежное существование, мы должны прежде всего узнать саму систему, которая возникла, не спрашивая нас.
Когда изучим ее, тогда мы сможем увидеть, какую форму должны принять, для того чтобы уподобить себя системе настолько, чтобы выжить в ней. Может быть, не только выжить, как примитивные люди, которые были вначале предыдущей эгоистической системы, десять тысяч лет назад, спустившись с деревьев, вошли в пещеры, начали развиваться…. Они увидели, что все развивается за счет индивидуального эгоизма: кто больше, кто сильнее. Они увидели это и приспособили себя к новой системе, и каждый раз, если нужно было, делали революции, изменения, разные сообщества. Сейчас мы должны изучить новую систему – это совершенно новая эра – и приспособить человека к новой системе.
Это должен быть человек, который чувствует силу объединения вместо личной силы, чувствует интегральную силу: насколько он может организовать вместе с собой в равной степени, – не под ним, а в равной степени с ним, – других людей, и между ними создать систему взаимности, взаимного поручительства, взаимного объединения, взаимной ответственности между всеми людьми, даже по всему миру. Тогда он будет править. Что значит он? Это не он сам, потому что он будет как все. Но тогда люди, которые соберутся в таком объединении, обретут взаимную силу власти, равную для всех. Пирамида закончилась. Сила власти тоже будет распределена между всеми по этой круглой площади, по которой все связались друг с другом.
Кто же будет править? И что будет править? В них будет править в их объединении сила Природы, которая интегральным способом организует эту систему. Эту силу природы почувствуют как высшую, властвующую благоприятно для всех. Это будет надежность и Высшая власть, и так человечество будет к этому продвигаться.
Итак, здесь мы видим огромную внутреннюю революцию в ценностях – новые ценности относительно старых. Если раньше это была сила кулака и сила валюты (в общем-то, это одно и то же), и это было частным, индивидуалистическим, то сейчас это будет сила объединения, которая дает возможность раскрыться внутренней силе Природы, – можешь назвать это Творцом, Богом или силой объединения, неважно, – но это то, что будет управлять. То есть здесь не будет власти одного человека над другим, а власть Высшей силы, которая таким образом выстраивает систему. В той мере, в которой мы причисляем себя к этой системе как люди, хотим вписаться, включиться в нее, в этой мере мы раскрываем эту власть. Власть переходит от людей, от армии и от денег к силе Природы, – нет никого, кроме нее.
Н. Мазоз: Власть переходит от человека, от силы денег к силе Природы?
М. Лайтман: От людей, от денег, от армии, от всех этих видов власти.
Люди продвигали себя, поддерживали, возбуждали свой эгоизм и так продвигались. А сейчас, когда эгоизм стал глобальным, замкнутым, зависимым друг от друга, у него нет другого выбора, кроме как войти единым образом в связь между всеми и освободить в этой свя́зи раскрытие Высшей власти. Потому что в том состоянии, когда никто не властвует, а только сила объединения, раскрывается Высшая власть.
Н. Мазоз: Вы объяснили ранее, что для того чтобы человек, который мыслит определенным образом и чувствует определенным образом, привык так ощущать и мыслить относительно предыдущего строения системы, сейчас он прежде всего должен начинать понимать новую систему, новый порядок, который вы описали как некую круглую систему, где нет пирамиды, а верхушка пирамиды становится центром круга.
Мы – прежде всего, люди, я смотрю на себя как на человека. Что я должна прежде всего делать? Сначала понять новую систему, чтобы понять, как я соответствую ей? Как на деле будет происходить этот процесс? Я слышу от вас, что порядок изменится, что система изменится. Что же я должна делать? Я должна изучить новую систему? Ее требования по отношению ко мне?
М. Лайтман: Да. И включиться в нее, вписаться. И все: от больших и до маленьких – сегодня от самых богатых до самых бедных, самые сильные и самые слабые – это неважно, потому что если она круглая, мы все подчиняемся ей.
Н. Мазоз: Вы описали мне какой-то процесс откуда я пришла, и куда я иду. Дали очень общую картину, что все, к чему я привыкла до сих пор, все привычки, все правила – все изменится. Как это изменится?
М. Лайтман: Все будет в круглой системе.
Н. Мазоз: Да, но для меня это как огромный знак вопроса. Потому что мне был знаком один порядок, какие-то законы, правила, моя логика уже действовала согласно этому порядку – сейчас я должна мыслить совершенно иначе.
Я даже не знаю, как начну думать иначе относительно этой новой круглой системы. Каков мой первый шаг, который я должна сделать, как простой человек?
М. Лайтман: Чтобы у тебя и в сердце, и в голове был тот же самый круг вместо пирамиды.
Потому что сегодня ты знаешь: «Это пирамида – это наверху, а это внизу», – и все время, всю твою жизнь ты работаешь согласно этому. И в голове, и в сердце у тебя есть та же система ценностей. И сверху, и снизу, по важности в деньгах, в почестях, во власти, в наслаждениях – во всем, всегда все входит в пирамиду.
Ты можешь взять все стремления, желания, страсти, тревоги, страхи – все, что есть внутри, весь твой внутренний мир, и внести в эту пирамиду, всему дать какое-то число, какое-то место, поместить в этой пирамиде. И вдруг ты видишь, – и также весь мир, не только твой внутренний мир, но и внешний мир, то есть твоя зависимость и от этого, и от этого, и от этого – тоже от пирамиды, либо по шкале вместо пирамиды (это легче), – а сейчас нет линейки, нет шкалы, это стало кругом. И все, что есть в нем, все ценности рассеяны в этом круге как круги более важные или менее важные для тебя, но все они стремятся к центру.
И чем они будут ближе к центру, у них есть больше шансов на реализацию, потому что круг символизирует нам единство от внешнего, который не находится полностью в единстве, сокращается. И самый внутренний круг – это когда свойства, ценности, зависимости друг от друга, все это становится все более-более взаимным, тесным, внутренним, сконцентрированным, пока все фокусируется в одной точке. Об этом говорится: «Как один человек в одном сердце» – это центр.
Н. Мазоз: В психологии есть то, что называется «пирамида потребностей Маслоу», которая объясняет потребность человека продвигаться. Это в форме пирамиды, где самореализация находится на самой верхушке пирамиды. И это действительно связано с тем, что вы сейчас сказали, что верхушка пирамиды становится центром круга. Раньше это была самореализация…
М. Лайтман: И личным, и общественным – неважно. И общество тоже видит себя таким – продвигающимся к вершине. Но сейчас вершина общества – это центр кругов.
Н. Мазоз: А что происходит со всеми остальными потребностями человека?
М. Лайтман: Они все реализуются в той мере, в которой он находится ближе к объединению с другими, то есть в мере его связи. То есть у нас есть параметр, у нас есть только одна валюта – мера объединения, насколько я объединен с другими. 100 долларов, 1000 долларов… – или ты можешь говорить не в долларах, а объединение: одно объединение, два объединения, три объединения, – не знаю, как назвать это, – и согласно этому я сильнее, я увереннее, здоровее, я лучше себя реализую. И так далее. То есть здесь тоже есть некое эгоистическое стремление, поскольку все покоится на предыдущем эгоизме. Но управляется предыдущий эгоизм приведением нас к объединению. И сейчас я понимаю своим эгоистическим прошлым разумом, что мне стоит над эгоизмом буквально за ухо привести сам эгоизм к объединению с другими и поклоняться этому понятию «объединение».
Н. Мазоз: Так кто же власть имущие в новой системе?
М. Лайтман: Та единая сила, которая раскрывается – сила объединения. Он обладает властью, не человек.
Н. Мазоз: А кто?
М. Лайтман: Сама сила, сила объединения. И все мы равны перед ней.
Н. Мазоз: Минуточку! Ведь тема «власть» – это действительно очень сильно мотивирует человека, это движет им, достижением.
М. Лайтман: И сейчас тоже.
Н. Мазоз: Но как?
М. Лайтман: Как я властвую? Я властвую над собой, для того чтобы привести себя к надежному, к лучшему, к самому правильному месту – к центру кругов. И тогда ради этого я отменяю себя, я хочу быть вместе со всеми, в равной степени быть в объединении.
Это называется, что именно наше предыдущее эго приводит нас к новой форме, потому что нет выбора: оно видит, что если так, то оно просто умрет. Это называется, что «фараон помогает Исраэлю выйти из Египта», как сказано: «Он приблизил сынов Исраэля к Творцу».
О. Леви: Около сорока лет назад все процессы во всех системах проходили достаточно простым образом, все было ясно: деньги, сила, возможности власти. И системы действовали каким-то определенным образом. Сейчас вы описываете некий переход к новой модели в виде символов: вместо пирамиды теперь шар, круг. Как эти вещи происходят? Как эти процессы управляются? Как они функционируют? Что это значит – «круг», «шар»?
Вопрос: проблема сегодня и у отдельного человека, и у больших аудиторий – недостаток понимания, что тут происходит, и куда мы движемся? Есть ощущение, что эта новая модель обращается в круг вместо пирамиды – именно она и вносит непонимание, беспорядок.
М. Лайтман: Верно.
О. Леви: То есть вы говорили, что прежде – хуже, лучше, но все это работало.
М. Лайтман: И согласно нашей природе это тоже было.
О. Леви: То есть все было ясно. Процессы проходили лучше, хуже – все ясно. Сейчас мы в неких таких потрясениях, почва под ногами содрогается, и вы говорите, что все раскроется. Я вижу, что в конце будет создана новая форма поведения, которую вы определяете как шар, круг.
М. Лайтман: Да.
О. Леви: Вы сказали, что все равны. Мне кажется, что это максимальный беспорядок, который только может быть!
М. Лайтман: Если ты смотришь сегодняшними ценностями, то ты прав, да. Но что можно сделать?
О. Леви: Это кажется максимум беспорядка. Круг – как максимум беспорядка.
М. Лайтман: Секундочку. Но ты не берешь в расчет изменения в человеке, оно должно произойти.
Природа ведет нас к интегральной системе, к системе круглой, к взаимной зависимости. Хочешь того или нет, но так начинают работать наши системы. Ты пока что с предыдущей системой хочешь властвовать в системе будущего, раскрывающейся, интегральной, а у тебя не получается или очень тяжело, ты не знаешь. Тут и там немного может быть надо оживить что-то, но, в сущности, это не работает, и поэтому мы видим большую путаницу в жизни человека. И здесь нужно различать...
Вот госпожа психолог может тебе объяснить, что есть факты, которые мы раскрываем в человеке: есть то, что он думает, то, что он хочет. Есть природа, и есть человек, который должен каким-то образом поладить со своей природой. Есть две вещи.
То же самое – человеческое общество: сейчас раскрывается система, которая не зависит от нас. Она раскрывается из эволюции, из развития человеческого общества, которое сегодня становится интегральным, – мы же видим это.
Но что мы можем здесь сделать? Либо мы продвигаемся под ударами, как обычно, неосознанно, либо проверим и увидим, что происходит с нами. Все-таки мы – существа мыслящие и имеем желания, контроль, свободу выбора, – очевидно, надо начать использовать это. И тогда увидим, куда мы направлены.
Потому что природа слепа, она может привести нас к истреблению всего рода человеческого. Уже были такие периоды, когда в природе исчезали прошлые виды жизни в больших количествах. Может быть, мы тоже находимся перед этим, ведь это же – всего-навсего маленький шар в маленькой галактике, где-то затерянной среди миллионов галактик. Если ты смотришь так философски на жизнь, то ладно. Но если ты ежедневно ищешь: «Где моя еда? Где моя безопасность, здоровье?» – тогда уже должно быть другое мышление – не философское, конкретное.
Если мы говорим о том, как можем защитить себя перед этими изменениями, то здесь возникает вопрос: ты можешь идти против Природы?!
Сегодня мы смотрим на политиков, которые хотят идти против природы и говорят: «Мы сбросим человеческое общество с помощью мировой войны, отбросим на 50 или на 100 лет назад и снова вернемся к обычной власти. Все понятно: я сильный, ты слабый, я богатый, ты бедный – и все управляется по шкале, по линейке, по пирамиде». Можно это сделать с помощью больших страданий. Мы с помощью войны можем разрушить эту связь, которая сейчас начинает выстраиваться в человеческом обществе естественным путем – вот эта круглая связь, интегральная. За счет того, что мы разобьем, развяжем войну, взорвем, скажем, из восьми миллиардов населения останется миллиард, и посмотрим, что будет. Потому что если теряем власть, то это последнее, чтобы не потерять власть.
Человек, который начинает терять власть и контроль, готов на все: убить, сжечь – перед ним уже ничего нет, он уже не знает, что делать. Мы знаем, что такое война, мы более-менее можем различить наших врагов: кто ближе, кто дальше, – давайте произведем селекцию, чистку тех и этих…. Но снова, более внутреннее, глубокое намерение – что мы не дадим глобальной, интегральной системе сейчас проявиться. Мы как будто бы задержим сейчас естественное развитие.
У них не выйдет этого! Кроме больших страданий на годы, у них не выйдет большой пользы. Но поскольку нет выбора, наш эгоизм готов так работать, и поэтому есть очень большое продвижение к войне. Это с одной стороны. И мы видим уже эти процессы, особенно здесь, в Северной Африке, и от Северной Африки вплоть до Китая. Это с одной стороны.
С другой стороны – мы, если мы выходим с объяснениями. И не нужно думать, что это маленькая сила!
Что происходит в мире, и что необходимо делать в таком случае? Мы можем объяснить людям, самым широким кругам – сегодня для этого есть все средства – перед чем мы стоим. Это – воззвание природы, что человеческое общество, которое изменяется, должно видеть в этом призыв Свыше, что вы сейчас, впервые в истории, должны сами измениться.
Человек должен приспособить себя к той модели общества, которая сейчас раскрывается. Нет выбора! Останови́те это с помощью войны, но программа должна реализоваться. В обществе, в наших генах, в наших гормонах, в решимот, что в нас, – когда мы развиваемся, мы развиваемся согласно определенному порядку, согласно процессу. И в этом процессе мы подошли к итогу линейного развития и начали ощущать, что должны войти в новое развитие.
Мы пока еще не находимся в нем, не хотим. Мы уже почти 100 лет (чуть меньше) сопротивляемся этому. Особенно после окончания Второй мировой войны сопротивляемся объединению активным образом. Мы создали два лагеря: Россия и Америка. Мы упражнялись в объединении Европы, Азии, создавали G8, G20, разные ООН, ЮНЕСКО… – это все не работает! Потому что это все такие внешние исправления.
Мы сами должны начать изменяться, чтобы каждая страна и каждый начали бы связываться друг с другом в круге, на равных!
ООН не рисует нам круг, хотя изначально это должно было быть так. ЮНЕСКО тоже не рисует нам круги. Есть разные международные содружества, сообщества – ни одно из них не создано в форме круга, а все, как пирамиды, хотя представляют себя как круг. Тот же самый ООН – кто там правит? Понятно, кто правит – несколько стран проталкивают там свои эгоистические цели. То есть мы как будто бы пытались.
Мир становится все более и более круглым и требует от нас участия, с одной стороны. С другой стороны, мы как бы идем на это, а потом сразу обращаем эту систему в пирамиду, сразу же! И в правительствах: «Сделаем Кнессет, сделаем парламент…» – все сидят в кругу… – и тут же начинаются ссоры, споры, конфликты.
Это не поможет. Есть проблема в воспитании человека. Впервые в истории мы не можем искусственно, внешне внести изменения в обществе. Изменения должны произойти изнутри наружу: в темпе изменения человека, изменение в обществе, и произойдет изменение в странах и в их внутренней и внешней политике. Поэтому это новый подход. Создать «круглого» человека – это то, что нам нужно.
Чем более «круглым» будет этот человек, тем лучше он почувствует и поймет, как правильней ориентироваться в мире, как правильно связаться с людьми. Это будет валютой! Это будет его ценностью, это будет мерой его исправления. Это сила, это деньги – покрытие, которое покрывает его эгоизм, поднимает его над ним, то, что мы называем экраном, – это новая сила, потому что в интегральной системе нет иной силы, что ты можешь быть уверен, что ты понимаешь, влияешь, находишься буквально в управлении.
А результат того, что ты обретаешь за эти новые деньги – за объединение – это осознание, понимание, познание системы, знание, общее ощущение, уверенность. Это все приходит к тебе в той мере, в которой ты включаешься в систему – и человек отдельный, и страны, и все человечество.
Если мы поговорим о реализации этих вещей, то здесь есть разные возможности. И вещи эти конечно пока еще не совсем понятны, то есть неясно, как реализовать их, в каком темпе, в каком виде, как к ним подойти. Поговорим об этом. Может быть, сможем чуть больше понять, чуть больше прояснить их. Но несомненно к этому продвигаемся. Есть уже относительная поддержка от разных мыслителей в мире.
О. Леви: Вы описываете некое состояние, в котором правят люди (мудрецы). Если до сего дня уравнение было очень простое: «Деньги равняется сила, равняется статус, они определяют положение, власть и так далее. У вас есть деньги или у государства, неважно у кого, вы – на вершине; если нет – вас не ценят». Когда вы описывали возможности нового, круглого человека, мне показалось, что этот человек очень умен. И это напрягает меня, потому что…
М. Лайтман: Он умный – из ощущения общества, из ощущения системы. Он не умный, потому что у него есть особый разум, и он родился умным. Это совершенно не та мудрость! Это ум эгоистический, который ты имеешь в виду. А я говорю, что он умный или мудрый, потому что желает быть связан с системой. И тогда он обретает чувство объединения себя с системой. Оттуда приходит к нему разум и мудрость. Это не эгоистический и линейный эгоизм, это другой разум – интегральный, круглый, который приходит к каждому согласно его связи с системой. Такие люди называются «мудрые сердцем» – не внешняя мудрость, а мудрецы сердца.
Н. Мазоз: Но что раньше? Ведь в линейном мышлении мы привыкли, что сначала изучаем что-то, понимаем его, и тогда себя включаем в эту систему. А сейчас вы объясняете наоборот: сначала я должна это ощутить, а потом начинаю изучать.
М. Лайтман: Верно. Потому что вы должны присоединиться к новой системе, и тогда начинаете ее чувствовать и понимать.
Н. Мазоз: То есть я не могу понять порядок этой системы?
М. Лайтман: Вы можете понять, что значит быть матерью, если вы не мать?
Н. Мазоз: Нет.
М. Лайтман: О чем еще можно говорить? Здесь то же самое.
Прежде всего – ощущение, ощущение во всем, даже в эгоизме. Даже в эгоизме сначала ощущение, а потом понимание, что я чувствую, потому что наш материал – это желание наслаждаться, желание получать.
Это очень сильно здесь и необходимо, необходимое условие, потому что здесь система, которую я не знаю. Я должен прежде находиться в ней. Исходя из того, что я нахожусь в ней, я начинаю ее изучать. Если я не нахожусь в ней чувственно, у меня нет никакого понимания!
Поэтому это проблема всех сегодняшних руководителей. Они не чувствуют новую систему и они беспомощны. Что делать? Давайте разломаем, разобьем все. Давайте вернем все назад, на 50 лет назад с помощью мировой войны и так будем править! У нас есть бункеры под землей, разные места, укрытия. Мы развяжем войну и после этого увидим новый мир. Новый будет, как старый, которым мы можем управлять.
Н. Мазоз: Мы говорили о проблеме руководителей, которые не могут в новой системе управлять никаким образом. Допустим, у меня есть какая-то организация или какая-то компания, или несколько компаний, и сейчас мне нужна стратегическая консультация. Потому что я понимаю, что вся предыдущая стратегия, которая была основана на том, что мир работает как пирамида, уже не работает. Но, с другой стороны, мне совершенно непонятно, что происходит сейчас.
Допустим, я хочу взять вас стратегическим консультантом. Что бы вы мне сказали?
М. Лайтман: Если мы хотим, чтобы мир продвигался в направлении мира, а не по пути войны, мы должны выплеснуть в мир знание об этом: что нам предстоит, куда мы движемся, насколько взаимное поручительство необходимо со стороны природы. Чтобы все знали, что мы связаны. Эта связь раскрывается все больше и больше день ото дня, и мы начнем еще узнавать это. И изучат это все люди, миллиарды во всем мире. Через эту внутреннюю систему, через систему связей между нами, которая сейчас раскрывается, мы внедрим в головы этих руководителей, что иначе невозможно.
Иначе они и не примут! Вот так вот внешне, если я как какой-то представитель образовательного, просветительского общества приду к ним, а они не готовы слышать об этом, они пойдут путем войны. Только при условии, что через внутреннюю систему мы повлияем на них и дадим им эти мысли. Они изменятся в своих мыслях, исходя из того, что система единая, и эта круглая система сейчас раскрывается. Только таким образом. Даже если они не захотят, у меня есть подход к их разуму и сердцу через то, что я начинаю обучать все человечество и не внешним образом.
Внешним образом они не услышат и не смогут принять – у меня есть доказательства, очень много доказательств этому. Не могут услышать этого. Не могут! Я сам говорил, другие люди говорили. Это не поможет, они не чувствуют, что с помощью этого можно управлять. Они не чувствуют, что с помощью этого можно продвигаться, не чувствуют, что обретают что-то. Каждый спрашивает: «Что с моими деньгами, с моей властью?!» Они не понимают, что у денег и у прошлой власти нет ценности, и сейчас есть ценность у новых власти и денег. Не способны осознать это! Они не видят в этом никакой ценности – в новых деньгах и новой власти. Когда я приношу им это сейчас, они смотрят на это, говорят: «Бесплатно я не хочу это брать! Ты хочешь, чтобы я поменял одно на другое?!»
О. Леви: Скажем, обладая влиянием, властью, я столкнулся со сложностями и чувствую потерю власти. Карта, которая была передо мной, в соответствие с которой я управлял реальностью, уже не объясняет мне, что происходит.
И, скажем, я встречаю вас. Я слышал, что вы – мудрец, у вас есть собственная карта, свой горизонт, своя картина.
М. Лайтман: Что я могу тебе предложить?
О. Леви: Я – на пороге крушения той империи, которую выстраивал своими руками всю жизнь. Что вы мне рекомендуете?
М. Лайтман: Я нарисую перед тобой картину, что такое новый мир, в котором не осталось от всей индустрии, от всей промышленности ничего, кроме необходимого для существования человека. Что у тебя есть от всех заводов и судов, и корпораций, что у тебя есть из того, что относится к насущному, необходимому? Что есть? Продолжай управлять этим хорошо, даже эгоистически, и начни освобождаться от всего остального, что относится к излишкам, потому что они должны действительно исчезнуть. Сделай прежде всего это. Это называется первым действием по оздоровлению твоего личного хозяйства. Первое.
Второе. Начни вводить на своих предприятиях интегральное воспитание для всех работников, для всех руководителей – час в день в рабочее время каждый день. Обязательно! Ты этим начинаешь впрыскивать новую кровь в твои предприятия, в твой бизнес.
После того как ты это сделал – какое-то время, и люди более-менее готовы – начни уравновешивать зарплаты, уравнивать их, приводить к какому-то уровню, не такому дифференциальному, как сегодня, чтобы не было разницы между зарплатами в 50 раз больше. Пусть будет в 20, в 15, в 10 раз и так далее. Начни развивать объединение в обществе, и так ты наверняка оздоровишь свои предприятия. А потом еще поговорим.
Над текстом работали: Л. Барсуковская, И. Левитас, Е. Голод, Л. Фрейдман, М. Каганцова, А. Ганеева, А. Александрова
Видео-файл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/fLlib06N