Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Телепрограмма «Новая жизнь»

Передача 1297

7 февраля 2021 г.

О. Леви: Здравствуйте! Спасибо, что вы к нам присоединились. Мы на передаче «Новая жизнь» с доктором Михаэлем Лайтманом. Здравствуйте, Яэль Лешед-Арэль!

Сегодня передача 1297, и мы поговорим с доктором Михаэлем Лайтманом об объединении, как средстве для достижения групповых целей. Мы живем в окружении людей. И это вид группы, будь то дома – группа в семье или на работе, мы работаем в разных группах, у нас есть друзья, с которыми мы совершаем различные действия. Мы живем в группах, мы общественные создания. Мы хотим понять, как можно использовать принцип объединения для достижения целей в разных группах.

И Яэль, пожалуйста, начинай.

Я. Лешед-Арэль: Я напоминаю, что мы находимся на курсе уже два-три месяца. Мы занимались на этом курсе и поняли, что мир становится все более взаимосвязанным. И если мы хотим преуспеть в этой жизни, то действительно основа успеха и счастья в жизни – это быть более соединенными, в хороших отношениях между собой. И это то, что мы изучали на этом курсе последние месяцы.

И сейчас, после того, как мы поняли, насколько это хорошо, у нас пробудилось некоторое желание быть как бы послами этого посыла объединения. И принести эту идею в наши ближайшие окружения. Мы находимся в семьях, в рабочих коллективах, у нас есть друзья, и мы хотим передать этот посыл в наше ближайшее окружение, в группы, в которых мы находимся.

До сих пор вы нас обучали правильному подходу. И, разумеется, я – не какой-то лидер группы, а, как все в этой группе. И я поняла, что подход должен быть очень деликатным, ненасильственным. Нужно понять цели группы и представить объединение, как средство для достижения целей группы. Это первый этап.

А теперь мы хотим сосредоточиться на том, как мы практически это объясняем группе. В той группе, в которой я нахожусь (это семья или работа), как я могу помочь этой группе быть более и более объединенной. Я только напоминаю, что я училась на этом курсе, занималась на этом курсе, и очень хочу, чтобы это произошло, но мои друзья, и члены семьи, и так же коллеги на работе – они совершенно ничего не знают об этом.

И отсюда мы хотим начать. И первый вопрос: что вообще влияет на человека, который находится в группах, окружающих его людей, чтобы он вообще заинтересовался или присоединился к какой-то определенной идее?

М. Лайтман: Он ищет в своей жизни всевозможные ответы на свои вопросы, возникающие у него в жизни.

Я. Лешед-Арэль: Каковы этапы в процессе объяснении, чтобы я все-таки смогла приблизить к ним эту идею?

М. Лайтман: Каждый из нас всегда находится с вопросами и ответами более или менее удачными. И так мы живем, пока, может быть, не устаем от этих вопросов и ответов, и видим, что нет пользы от вопросов, потому что нет четко существующих на них ответов. И поэтому оставляем и продолжаем жить, как и вчера, и так оно и происходит, мы находимся в том же потоке жизни.

Но здесь у нас на самом деле есть очень особая методика, связанная как раз с нашей повседневной жизнью, когда мы видим, что, по всей видимости, без методики, которая объясняет, как нам справиться в этой жизни, мы, может быть, не сможем выжить. Потому что все предыдущие годы мы не очень нуждались в методиках.

Мы жили: я рождаюсь, живу, иду в детский сад, затем в школу, затем в университет, или работать, или в армию, – каждый, согласно своему пути, – свадьба, дети, надо работать, для того чтобы прокормить семью, и пока так не закончится жизнь. А пока что встает новое поколение в нашей жизни: сначала дети, потом внуки. И так мы продолжаем, и нам не нужно знать больше, кроме достаточно узкого круга, находящегося вокруг нас. И так мы знаем, как продолжать свою жизнь. Ну я знал, что нужно мне чему-то научиться, затем я должен пойти работать, чтобы поддерживать свое существование, и так передать эстафетную палочку своим детям.

Но в наше время этого не происходит. Мы чувствуем, что произошел какой-то сбой в нашей жизни, когда нам недостаточно знать, как мы продолжаем жизнь, потому что наша жизнь становится очень сложной, запутанной. И здесь возникает проблема, потому что, по всей видимости, в нашу жизнь вошла новая компонента, несколько новых данных, параметров, с которыми мы пока не способны справиться и выжить.

Я помню жизнь моих дедушки с бабушкой, когда мне было 5-6-7 лет. Жизнь была достаточно простой. У моих родителей жизнь была намного сложнее, они уже шли учиться в университеты, находили работу, хотели продвигаться в карьере. Когда я был ребенком, я уже готовил себя в детском возрасте, что я буду изучать, какую обрету профессию, где буду жить. Затем встал вопрос даже – в какой стране. И так далее, и так далее.

То есть, если я просмотрю на три последних поколения, я вижу, насколько каждое поколение существенно продвинулось в своей жизни и должно было обретать то, что подходит ему для того чтобы выжить, существовать и развиваться.

И сейчас, когда я нахожусь в роли отца и даже дедушки, я не знаю, что делать. Я на самом деле не знаю. И я не знаю даже, что предложить своим внукам. И в этом разница между поколениями.

Мир стал настолько непредсказуем, что я не знаю, что им предложить. Я знаю, что мои родители воспитывали меня, направляли меня, подталкивали к разным формам развития. А я не знаю, что делать с детьми. Потому что мир стал таким, что ты не знаешь, что происходит сегодня, происходило вчера и позавчера, что будет еще через 5-10 лет, что предложить детям. В этом наша проблема. И не только детям, но и мы сами, – я уже не говорю о своем возрасте, потому что я уже на пенсии, – но предположим, своим детям, которым уже по 45-50 – я не знаю, как они смогут существовать.

Словом, мы живем в период неизвестности, что несет нам сомнения в нашей жизни, как мы живем – хорошо или нет, знаем ли, в какую сторону мы идем в нашем развитии, что делать с нашей жизнью. И поэтому открываются всевозможные курсы, и находятся вроде бы люди, которые якобы знают как найти нить жизни и цель жизни. Я ничего в них не вижу хорошего, рационального и серьезного. Перед нашим поколением встали такие вопросы, на которые ответов нет.

Я. Лешед-Арэль: C этого места, которое вы сейчас нам описали, когда я нахожусь, скажем, в семье или на работе с коллективом сотрудников, стоит ли мне делиться этими вещами с ними, говорить об этом? (10:52)

М. Лайтман: Да. Все должны знать внутреннее состояние мира, который не знает, как развиваться, что делать. Это видно по поведению всевозможных лидеров, которые на самом деле изо дня в день меняют свое направление и не знают, в чем заключается их путь. Словом, человечество, насколько оно развилось… Оно вынуждено было развиваться так, чтобы ему было понятно, куда и к чему оно идет. Но в конечном счете пришел этап в нашем развитии, когда мы зашли в тупик и не знаем, что с собой делать дальше.

О. Леви: То, что вы описали до сих пор, – можно ли это определить как первый этап в моем объяснении окружающим меня?

М. Лайтман: Да. Это называется, что мы развивались с помощью естественных процессов, которые находятся у каждого человека, в каждом народе и во всем человечестве. И эти процессы называются одним названием – «эволюция». И тогда нам понятно, как и что делать, потому что все идет согласно нашему желанию получать, когда мы согласно этому ведем себя и развиваемся. И как-то, более-менее успешно, но мы пришли к какому-то определенному развитию.

О. Леви: Всё, о чем мы говорили до сих пор (если я хочу определить это, как процесс) – это первый этап моего объяснения окружающим меня людям?

М. Лайтман: Да, ты должен им объяснить историю, географию, развитие.

О. Леви: А вывод каков?

М. Лайтман: Вывод – что мы использовали силу развития, которая находится в нас. И это сила желания наслаждаться, развивать нашу жизнь в практическом, понятном для нас виде и общем для всех, когда мы видим, что во всем мире более-менее существует тот же процесс развития.

О. Леви: Это завершение первого этапа.

М. Лайтман: Да.

О. Леви: А каков следующий этап?

М. Лайтман: Не знаю. Здесь мы уже полностью использовали нашу внутреннюю силу наслаждаться жизнью, желать чего-то, открывать континенты, подниматься в воздух, спускаться под землю, раскрывать для себя всевозможные открытия, зарабатывать, богатеть. И мы сделали всё, что возможно, и это привело нас в тупик. А что делать дальше мы не знаем. Мы использовали всё топливо, которое было у нас.

О. Леви: Я рассказываю об этом окружающим меня людям, рабочему коллективу, семье или моим друзьям, с которыми мы совершаем различные действия в свободное время. Я им это все рассказал. Во-первых, почему я вообще рассказал им об этом? Почему им важно знать об этом?

М. Лайтман: Потому что они начинают чувствовать, и все мы начинаем чувствовать, что нам некуда продвигаться, нет желания продвигаться, нет горючего, нет драйва. Мы не знаем, что нами предстоит, и вследствие этого приходим к состоянию депрессии, безвыходности. И начинаем раскрывать в нашем поколении, в наших детях (то, что касается меня, скажем, внуков), что они ничего не хотят. Они хотят просто устроиться в жизни, насколько это возможно, они не ищут никаких новых постижений, не хотят быть большими, известными, богатыми, учеными. Они понимают, что это не несет никакого внутреннего наполнения человеку. И поэтому мы видим: ты хочешь быть ученым? – иди и будь ученым; хочешь быть богатым? – иди и организуй свой банк. Но большинство молодежи, молодых людей этого не желают. Что они хотят? Жить комфортно, удобно. Войти в какую-то игру и так проводить жизнь.

О. Леви: Я пока записал две главные точки в этом объяснении. Первое­ – это то, что мы должны понять, что мы находимся в мире, в котором есть полная неизвестность. И это пробуждает в нас разные сомнения и тревожность в жизни. И второе – то, что у многих людей нет внутреннего наполнения в жизни. Скажем, я поговорил обо всем этом с окружающими меня людьми. И что дальше? Как я дальше продвигаюсь? Зачем я им это рассказал?

М. Лайтман: Для того чтобы выяснить вместе с ними, является ли правильным то состояние, в котором мы находимся. Даже вернее не для нас, потому что мы уже пожилые, а – для наших детей и внуков.

О. Леви: Так после того, как я дал это общее объяснение, я должен поднять вопрос на обсуждение?

М. Лайтман: Да, чтобы мы поняли, что вопросы, которые мы подняли, ту речь, которую я произнес перед ними, принимается, и они согласны в принципе с тем, что находится в нашем поколении, и что оно встало перед вопросами, на которые нет ответов. Они обращаются к нам, предположим, что обращаются к нам, к пожилому поколению. Но мы не можем на них ответить. Поэтому они не обращаются, потому что чувствуют, что у нас нет ответов. Это впервые в развитии истории, что называется, что не обращаются к людям, которые прожили, потому что у них нет ответа, потому что мы перестали продвигаться, согласно процессу, называемому эволюцией.

О. Леви: Сейчас я хочу дать вам пример человека, который учится на нашем курсе. И посмотрим, как она реализует то, о чем мы говорили здесь. Скажем, это женщина, которая находится в коллективе из шести сотрудников. Она не является начальницей, все на одном уровне. И между ними есть сотрудничество в какой-то степени и в какой-то степени конкуренция, естественно, и немного зависть. Ну, как вы понимаете, в разных коллективах то же самое есть. И она занимается на нашем курсе. И она изучает, что мир продвигается к интеграции, к взаимосвязанным отношениям, она понимает много вещей. И я понимаю, что первый этап, если она хочет передать этот посыл своему коллективу – это рассказать то, о чем мы говорили до сих пор. Предположим, ей удалось объяснить это в самой простой форме, в самой доступной, понятной форме. И сейчас она должна выяснить, что они думают об этом? Это следующий этап? Это она должна выяснить с ними?

М. Лайтман: Это ясно, что нам нужно выяснить, что они думают. А дальше мы должны прийти к общему знаменателю, чтобы мы все знали, что мы согласны с этим знанием, с этим фактом, – в каком состоянии находится наше поколение, и что происходит в этом состоянии с пожилыми людьми, то есть с дедушками, бабушками, с отцами и детьми, и с детьми, и даже с внуками. Есть у нас четыре уровня, четыре поколения. И мы должны понять, как с ними всеми вести себя. И чтобы согласно этому мы видели все эти вещи в нашей жизни, как мы находимся буквально в беспомощности, в дезориентации, когда нет никакого направления. В отсутствии, я бы сказал, понимании, как продвигаться, в какую сторону, к какому состоянию. И мы пришли к состоянию, что все находимся в шоке от того, к чему нас привела жизнь, и мы не знаем, как управлять ею, как жить вместе, как вести себя, как управлять. Вообще ничего не знаем! Мы впервые в жизни находимся в состоянии, когда мы не знаем, что с нами происходит.

Я. Лешед-Арэль: Как вы это выясняете в коллективе? Скажем, я работаю в коллективе еще с пятью сотрудниками, и я им уже рассказала об этом. И как я теперь выясняю, находятся ли они со мной в одном мнении?

М. Лайтман: Может быть, нужно провести серию бесед, возможно много бесед, в зависимости от людей, пока они не поймут, что ты имеешь в виду, откуда ты берешь все эти идеи, факты, почему ты так уверена, правильно смотришь на нашу жизнь, и так далее, и так далее. Но после того, как они все более-менее соглашаются с твоим взглядом на жизнь, уже можно продвигаться дальше. Но не до этого.

Я. Лешед-Арэль: Как я влияю на них, чтобы они согласились со мной?

М. Лайтман: Мы берем факты из жизни: посмотрите, что с молодым поколением, что с подрастающим поколением. Внуки, которые идут в детский сад или в первый класс из школы, как они себя ведут. И они тоже не смотрят на нас, на пожилых. Есть у них что-то в их природе, что они с самого начала не согласны с нами. Это то, чего у нас не было. Мы шли за отцом с матерью, не спрашивая. А они – нет. У них только критика, и они не хотят быть, как мы. Я говорю о пяти-десяти-двенадцатилетних детях, которые уже не согласны с тем, что мы им скажем. Есть у них взаимосвязь между ними, по интернету, они чувствуют, что вместо отца с матерью есть у них те, кто направляет их, и это они находят в социальных сетях. Они вообще никому не верят. Всегда они могут войти в компьютер и найти все, что им нужно для жизни.

О. Леви: Я хочу продвинуться на следующие этапы. Я хочу зачитать, как я подвел итог этому этапу. Развитие привело нас к тому, что мы пребываем в некоем шоке, не зная, что делать далее. Каков следующий этап в объяснении?

М. Лайтман: Следующий этап заключается в определении состояния, что мы находимся в неизвестности, впервые в жизни, в состоянии людей, которые не знают, к чему они идут, что нет перед ними никакого хорошего примера, чтобы они почувствовали, что это относится к ним. Нет у тебя ни социалистов, ни фашистов, ни коммунистов, ни капиталистов, никого более успешных или менее. Есть тут и там, но какие-то совсем узкие круги. И мы не знаем, что делать с собой.

Поэтому молодое поколение не хочет много вкладываться в учебу, не хотят вкладываться в продвижение по какой-то профессии, а хотят зарабатывать. Для чего? Для того чтобы сидеть с чипсами и колой, или с пивом и фалафелем, не важно, как, и «оставьте меня, я свою жизнь устроил, есть на сегодня еда, место под солнцем, и хорошо мне».

О. Леви: Сейчас объясните: почему важно мне было объяснить моему ближайшему окружению, что впервые мы пришли к тому, что не знаем, куда дальше идти. И каков следующий этап, куда я хочу их продвинуть?

М. Лайтман: Потому что будущее состояние – это которое всегда было ясно человечеству, давало ему толчок, влечение. Это увлекало детей учиться в школе, а родителей зарабатывать больше и больше. Но я вижу по своим детям, которые уже выросли, и они сами родители, что они работали буквально по 15 часов в день, для того чтобы заработать и встать на ноги. А я смотрю на своих внуков, они не желают такой жизни, как будто они научились у своих родителей, что нет смысла в этом: «Для чего я живу? Чтобы жить как осел?» И мне кажется, что новое подрастающее поколение, скажем которому сейчас пять лет, стали еще умнее, и нет у них желания вкладываться, чтобы делать какие-то вещи в мире, чтобы достигать чего-то, какого-то состояния, уровня и так далее. То есть та сила, которая вела к технологическому, культурному, профессиональному развитию человечества, закончилась.

О. Леви: Так что будет, рав Лайтман?

М. Лайтман: Так, по всей видимости, ничего. Я не вижу, что в результате этого мы пришли к чему-то. Кто счастлив? Кто счастлив?! – я не знаю.

О. Леви: Это большой вопрос.

М. Лайтман: Да.

Я. Лешед-Арэль: К какой точке я хочу привести людей своей группы, чтобы они раскрылись к новому?

М. Лайтман: Прийти к обсуждению того, что значит быть счастливым.

О. Леви: Послушайте, рав Лайтман, незаметно наше время просто пролетело.

М. Лайтман: Только один момент. Нам ясно, что мы рождаемся и умираем. Как быть как можно более счастливым между двумя этими точками?

О. Леви: Об этом подумать, – да?

М. Лайтман: Да, об этом мы говорим.

О. Леви: Прекрасно!

Рав Лайтман, у нас еще тысяча вопросов, скорее всего у нас будет еще тысяча программ. Спасибо вам пока.

М. Лайтман: Всего доброго.

О. Леви: Спасибо еще раз. Спасибо, Яэль. Спасибо вам, дорогие зрители, что были с нами на передаче «Новая жизнь». Учимся жить хорошо.

Набор текста: Галина Эпштейн, Алена Ларионова, Дарья Тараканова-Урланис, Рита Бейдер

Проверка по звуку: Рита Бейдер, Марина Каганцова, Алена Ларионова, Вера Калика

Редакция: Рут Готлиб

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/aU5TJvXX?language=ru