Телепрограмма «Тайны вечной книги»
16 декабря 2015 г.
Глава «Масаей», передача 5
Закон отрицания отрицания
Ведущий: В главе «Масаей» подробно разбирается тема городов, в которых скрываются убийцы.
М. Лайтман: Да, это города – убежища.
Ведущий: Говорится о выходе из города и возможности убийства:
Если же выйдет убийца за пределы города убежища своего, куда он убежал, и найдет его кровомститель вне пределов города убежища его, и убьет кровомститель убийцу, то на нем нет вины крови.1
М. Лайтман: Конечно. А как же еще?! А для чего же он прятался в городе? Чтобы его не убили.
Ведущий: То есть не надо выходить из города?
М. Лайтман: Да. Это по нашим законам. То есть по законам человеческим, это так звучит.
Но Тора говорит же не об этом. Она говорит о том, как надо предохраняться от своих вредных сил, которые сидят внутри тебя. Ты должен прятаться в правильные отношения между людьми, и ни в коем случае не покидать их.
А если ты выходишь за рамки своего общества, которое тебя держит, поддерживает во взаимном договоре, взаимном поручительстве, – теряешь с ним связь, выходишь за пределы так называемого города, тогда ты подставляешь себя под всевозможные опасности: твой эгоизм начинает тебя убивать.
Ведущий: Это кровомститель?
М. Лайтман: Да. Он будет тебя преследовать. Короче, нельзя тебе убегать из города, в котором ты можешь сохраняться.
Ведущий: Что значит «сохраняться?
М. Лайтман: Человек представляет собой вообще всю Вселенную. Есть в нем желания, которые он может исправить, и тогда он живет свободно везде. Он также находится в таких желаниях, которые он, в принципе, исправляет, но исправляет неполным образом. Вот часть из этих неполным образом исправленных желаний – таких, которые он якобы убивает нечаянно, не подготовлены к тому, чтобы их исправить. И в таком случае он должен защищаться. И для этого и существует такого типа связь его с окружением, которая называется «город – убежище».
Это очень непростая система, вся Тора говорит только о том, каким образом мы должны быть взаимосвязаны между собой. И вся эта пустыня между нами или десятки, или сотни, тысячи, собрание войск, двенадцать колен, города – убежища… Сама Земля Израиля, что называется, поделенная на две части – за рекой Иордан и до Иордана – и на 12 колен. Колено Менаше, половина которого за Иорданом, и половина внутри. Это все очень интересные деления.
Причем, заранее заказано, где каждый будет жить.
Запрещена связь между коленами. Кажется, должно же быть наоборот – всё вместе! Нет! Ты – в этом колене, ты можешь жениться только в этом колене. Ты должен жить только на его территории и не имеешь права никуда уходить. Ты не имеешь права строить дом на территории другого колена.
Смотри, как всё, с одной стороны, замкнуто всеобщей любовью, всеобщей взаимной связью…
Ведущий: Казалось бы, живите вместе!..
М. Лайтман: Они же при входе в Землю Израиля достигают состояния взаимной любви! Как же при состоянии взаимной любви мы не можем перемешиваться?!
Нет! Мы должны именно сохранять каждый свой удел и жить под своим, так сказать, виноградником, под своей крышей, пальмой.
Почему? Ответ очень простой – так же существует наше тело. Оно существует именно потому, что в нем совершенно различные органы работают в разных режимах, абсолютно в разных! Сердце стучит так, легкие, почки, печень – всё работает на разных уровнях. У каждого из них – свои внутренние законы!
Все эти органы выделяют разные вещества, отчасти несовместимые, и только совместная их правильная работа дает живой, здоровый организм. Когда один не вторгается в область другого, а работает строго на связи со всеми по определенной схеме.
Самое главное – это схема.
Тора и дает эту железную схему, по которой ты должен, с одной стороны, быть отделенным от других, точно отделенным, ограниченным и отдаленным, и в связи с другими.
Это противоречие между ними и объединение вместе с противоречиями: день и ночь, плюс и минус… – правильно собранная между собой система именно таким образом и функционирует – только лишь на противостоянии двух противоположных сил и на их связи над их противостоянием.
Закон отрицания отрицания.
Ведущий: И эрец Исраэль – город убежище?
М. Лайтман: Каждого. И существует определенное количество наших внутренних свойств, которые обязаны быть внутри городов‑убежищ.
Только своими глазами
Ведущий: Дальше написано:
Ибо в городе убежища своего должен тот оставаться до смерти первосвященника, а после смерти первосвященника может возвратиться убийца в страну владения своего. И будет это у вас установлением законов для всех поколений ваших во всех местах проживания вашего.2
М. Лайтман: Там вообще отменяются все ограничения.
Ведущий: Что такое жизнь и смерть первосвященника?
М. Лайтман: Это кетэр, это смена всего парцуфа, смена всей ступени. Кетэр – потому что головная часть его меняется, меняется абсолютно всё управление народом, государством – всем полностью. И поэтому все возвращаются на свои места, на круги своя, и всё начинается как бы с нуля. Обнуление.
Ведущий: Допустим у нас 125 ступеней духовного восхождения – это 125 первосвященников, получается?
М. Лайтман: 125 ступеней – это частные ступени исправления каждого.
Ведущий: А что значит, что после смерти первосвященника убийца может возвратиться в страну владения своего?
М. Лайтман: Потому что эти шесть городов не относятся ни к какому колену, они относятся к левитам. Из сорока восьми – шесть.
Ведущий: Смена ступени?
М. Лайтман: Да, смена ступени всё нивелирует. И строй всё заново.
Ведущий: И снова уходи в города убийц на следующей ступени?
М. Лайтман: Если случается, – конечно. Но так случается обязательно. Потому что необходимо! И то, что Тора указывает, что это точно должно случиться, это входит в общую систему эгоизма. Невозможно исправить нашу природу, если не будет убийц, если не будет воров, если не будет проституции, если не будет проблем, склок и всего прочего. Весь эгоизм должен проявиться!
Ведущий: И без этого никак нельзя?
М. Лайтман: Без проявления эгоизма? Мир начинается с ночи, и потом день – «и был вечер, и было утро – день один».
Ведущий: И вот это называется «вечер»?
М. Лайтман: Да. Ночь.
Ведущий: Дальше написано:
Всякий, кто убил человека, – по показанию свидетелей убивают такого убийцу; один же свидетель не может давать показания против человека, чтобы осудили его на смерть.3
Отсюда выводится свод человеческих законов?
М. Лайтман: Тора является основой для сегодняшних законов тоже.
Первый раз договор купли‑продажи был составлен еще Авраамом, который купил землю под пещеру Меарат а‑Махпела («двойная пещера» ивр.) для места упокоения его и Сары. Он заплатил 400 шекелей серебра, составив договор с продавцом.
Ведущий: Что такое свидетели в этом отрывке?
М. Лайтман: Свидетельские показания могут быть основой только лишь при наличии двух свидетелей. Минимум! И чтобы эти свидетели не были в родстве. Ты их должен сначала исследовать, провести следствие. Ты должен допрашивать одного, другого, сопоставлять их показания, путать их и так далее – для того чтобы точно определить, что они никоим образом не связаны друг с другом, нет между ними никакого родства, никакой взаимной заинтересованности, предварительной договоренности насчет третьего человека и так далее. Только после этого можно вообще принимать дело к расследованию.
Ведущий: Свидетель – это тот, кто видел убийцу?
М. Лайтман: Да. Не слышит, а видит. Только это имеется в виду. То есть «я слышал» не считается, только «я видел», только глаза!
Ведущий: А что значит «увидеть убийцу»?
М. Лайтман: «Увидеть убийцу» – это, когда мы достигаем уровня Хохма (видение – это хохма, зрение), то есть полного осознания того, что происходит во мне. Когда я вижу, что во мне происходит, как эгоизм уничтожает во мне какое‑то доброе начало, которое желало бы меня вести вперед, но восстает эгоизм и не позволяет мне сделать этот добрый шаг, доброе действие. Вот тогда я его оцениваю с помощью своего здравого смысла. Когда я понимаюсь уже до этого уровня, только тогда я могу восстать.
И если я это делаю с правильным судом, то есть если у меня, кроме моего сегодняшнего состояния, есть еще одно состояние, еще один свидетель, то есть если я что‑то увидел, что‑то обнаружил в себе – на первый раз мне этого не достаточно. На второй раз, когда я вижу то же самое явление и постигаю его своим разумом – всё. Этого достаточно для того, чтобы искоренить в себе это явление.
Ведущий: То есть я должен увидеть этого убийцу дважды? И это называется – два свидетеля?
М. Лайтман: Да, как минимум.
Ведущий: То есть я дважды должен подняться до уровня Хохма?
М. Лайтман: Да. И только тогда у меня есть силы, возможности для правильного суда, правильного вывода, и я могу искоренить в себе это явление.
Ведущий: А что такое «подняться до уровня Хохма» с точки зрения соединения?
М. Лайтман: Это значит осознать источник, корень происходящего и суметь над ним подняться. Суметь удержать себя, искоренить в себе это состояние настолько, что в следующий раз – на этой ступени – мне уже не надо будет его исправлять.
Я уже получаю настолько серьезную силу свыше, силу суда (суд – это тоже уровень Хохма), настолько серьезный уровень суда, что я уже с этого уровня и далее, с этого мгновения, нахожусь выше этих помех. Поэтому считается, что я их убиваю, искореняю в себе, исправляю.
Но нет здесь заключения, тюрьмы. Есть или бегство в город неумышленных убийц, или исправление на месте (различные откупы и прочее), когда я себя таким образом исправляю.
Выкуп не берём
Ведущий: Далее говорится:
Всякий, кто убил человека, по показанию свидетелей убивают такого убийцу.4
То есть тут уже убийство убийцы?
М. Лайтман: Да, если убил человека в себе. Я животное, во мне возникает человек, и есть во мне отрицательные свойства против этого, которые этого человека убивают. Мне надо постоянно быть внутри себя, как праведный судья, который четко определяет: это человек во мне растет, а это свойство противоположное ему, которое желает его истребить, убить на корню. И здесь я должен стоять и защищать.
Ведущий: Сколько здесь еще вопросов!
М. Лайтман: Да, интересно. И видится внутренняя драма, которая постоянно разыгрывается, и очень интересно в ней участвовать. Но это можно делать только с поддержкой окружающего общества.
Ведущий: Как ухватить, схватить этого убийцу?
М. Лайтман: Только если ты вокруг себя образовываешь, организуешь такое общество, которое тоже будет заниматься этим, и будет постоянно держать такую атмосферу, когда ты будешь постоянно в этом.
И тебе не будет трудно, ты будешь этим жить! И все время выбирать, все время анализировать, все время проигрывать в себе эти состояния! И это будет огромным наслаждением – постоянное выявление правильных свойств: росток, который растет и растет в тебе – древо жизни. И все отрицательные свойства – вроде бы они становятся в нем положительными, они дают ему соки жизни.
Ведущий: Все эти убийцы становятся обратными?
М. Лайтман: Они поначалу возникают как обратные, как желающие навредить, а правильное отношение к ним делает из них свойства, которые охраняют это дерево и дают ему питание.
Ведущий: Очень красиво!
М. Лайтман: Это и называется «гибор шэ бэ‑гиборим», то есть «герой среди героев», который все отрицательные свойства обращает в положительные. Потому что на самом деле никаких положительных свойств нет. Только мы и должны сделать их положительными.
Ведущий:
И не берите (искупительный дар) за душу убийцы, злодея, которому надлежит умереть, но смерти будет он предан.5
М. Лайтман: Если это свойство четко поражает человека во мне, то его надо искоренить. Ты не можешь его смягчить, оправдать, хотя ты получаешь от этого какую‑то другую выгоду. Эта выгода может быть тогда уже только эгоистическая. Нельзя ни в коем случае смягчать суд!
Ведущий:
И не берите выкупа за убежавшего в город убежища своего, чтобы возвратиться ему на жительство в страну прежде, чем умрет первосвященник.6
М. Лайтман: Все правильно предусмотрено. Очень четко.
Ведущий: «Не берите выкупа за убежавшего».
М. Лайтман: Как же можно это сделать?! Мы сейчас заплатим, и он может возвратиться?!
Даже говорится о той семье, в которой один человек случайно убил другого и убежал в тот город. Предположим, я его родственник, иду к этой семье и говорю: «Мы вам заплатим. Мы вам построим новый дом. Дадим вам столько скота, сколько вы потребуете – пожалуйста, всё вам сделаем, только дайте ему вернуться к своей жене и к детям».
Ведущий: И что – нельзя? Они простили вроде бы…
М. Лайтман: Не имеет права! Не могут выкупить таким образом. Никоим образом! Это вроде бы и не по‑человечески. Заплатил и вышел. Нет!
Ведущий: То есть он должен пройти окончательное исправление?
М. Лайтман: Дело не только в этом, мы здесь сталкиваемся с другим условием. Творец ввел его в искушение убить другого человека, ведь ничего не делается без высшего намерения, и поэтому нам нельзя здесь пользоваться своими земными расчетами.
Ведущий: То есть «только когда (как сказано) умрет первосвященник»?
М. Лайтман: Тогда свыше меняется вся система управления.
Ведущий: Вы сказали: «Творец его ввел в искушение». Творец его и должен вытащить из города, получается?
М. Лайтман: Да, да. Только так.
Ведущий: Это и есть «смерть первосвященника»?
М. Лайтман: Да. Управление свыше.
Поймать Творца в сети
Ведущий: Дальше написано так:
И не оскверняйте страну, в которой вы находитесь, ибо кровь оскверняет страну, и стране не искупиться от крови, которая в ней пролита, разве только кровью пролившего ее. И не оскверняй страны, в которой вы живете, в которой Я обитаю, ибо Я, Бог, обитаю среди сынов Израиля».7
Очень красиво сказано, но что это такое – «не оскверняйте страну, в которой вы находитесь, ибо кровь оскверняет страну»?
М. Лайтман: Кровь – это свет хохма. Вода – это свет хасадим. То есть невозможно достичь правильного состояния общества, связи между частями общей души, если мы не будем правильно взаимодействовать между собой. Эгоистически. Наши эгоистические части должны быть правильно связаны между собой.
Получается так, что каждый из нас остается эгоистом, а между собою мы налаживаем связи альтруистические. Как бы провода между нами – альтруистические. Я от своего эгоизма направляюсь к тебе альтруистически, ты от своего эгоизма направляешься ко мне альтруистически, но каждый из нас внутри остается в своем желании! И мы это желание перекрываем и только над ним работаем.
Ведущий: То есть только мостики строим?
М. Лайтман: Да. Строим мостики над эгоизмом. А внутри себя остаемся такими, какие мы есть.
И самое главное – это построить на себя экран, сокращение, и правильное отношение к другому. Тогда мы практически ставим во главу нашей деятельности связи между нами, а не самих себя! Все‑все связи, перекрещивающиеся между нами. И вот паутина этих связей, огромнейшая, многослойная, многовекторная и называется «душа» – общая, на всех одна! А каждый из нас – лишь участник в этой общей душе. То есть каждый сам по себе не представляет собою ничего! Важно именно его участие в этой паутине, в ее создании и в ее функционировании.
Ведущий: Свяжите это с тем, что здесь написано:
И не оскверняйте страну, в которой вы находитесь, ибо кровь оскверняет страну, и стране. …ибо кровь оскверняет страну, и стране не искупиться от крови, которая в ней пролита, разве только кровью пролившего ее.8
М. Лайтман: «Страна» – имеется в виду эта связь между нами. Мы должны обязательно взаимодействовать между собой так, чтобы между нами текло только доброе отношение друг к другу. То есть практически между нами течет вода.
Ведущий: Хасадим?
М. Лайтман: Хасадим. Молоко, ты можешь сказать. Хотя молоко – это уже выше, чем вода: это кровь, которая приобрела свойство воды.
Ведущий: Питательные свойства?
М. Лайтман: Да.
Ведущий: И дальше говорится:
И не оскверняй страны, в которой вы живете, в которой Я обитаю, ибо Я, Бог, обитаю среди сынов Израиля.9
М. Лайтман: В этой сети находится Творец! Это нам и необходимо – построить такую сеть, такой мощности, чтобы начать ощущать Его. И эта мощь, с которой мы начинаем Его ощущать, она называется духовной ступенью. И таких 125 ступеней во всё большем построении этой сети между нами, и таким образом во все большем ощущении Творца.
Ведущий: Получается, что мы называемся сыновьями Израиля только в том случае, если мы строим эти сети?
М. Лайтман: Конечно. Согласно этой работе мы и называемся.
Без этого мы никто – животные, если существуем отдельно. И хуже, чем животные, потому что животные между собой правильно связаны инстинктивно, а мы – нет.
Печень отдельно и селезенка отдельно
Ведущий: Дальше вдруг какой‑то переворот: только что говорили о городах‑убежищах, и вдруг другая проблема:
И подошли главы родов из семейства сынов Гильада, сына Махира, сына Менаше, из семейств сынов Йосефа, и говорили перед Моше и перед вождями, главами семейств сынов Израиля, и сказали: «Господину нашему повелел Бог дать страну в удел сынам Израиля по жребию, и господину нашему велено Богом дать удел Цлофхада, брата нашего, дочерям его. Если же они станут женами кого‑либо из других колен сынов Израиля, то отторгнут будет удел их от удела отцов наших и прибавится к уделу того колена, сынам которого они будут женами, а от удела нашего по жребию отторгнут он будет. И даже когда будет юбилей у сынов Израиля, останется удел их прибавленным к уделу колена, сынам которого они будут женами.10
О чем здесь сказано?
М. Лайтман: Я бы не хотел разбирать эти дела, настолько они глубокие. С точки зрения юридической это понятно, можно разобрать, никакой проблемы нет, но мы же говорим с точки зрения внутренней.
Ведущий: Для начала хотя бы с точки зрения юридической. Дочери со своим уделом выходят замуж…
М. Лайтман: Есть проблема: они никак не могут выйти замуж в рамках своей общины, они могут выйти замуж только лишь вне общины.
Если вне общины выходят замуж, что вообще запрещено, но для них это возможно по каким‑то причинам, в каких‑то границах, то тогда вместе с ними переходит и доля общины, наследства, так называемого, приданного, в другую часть.
Причем уходит навсегда! Возвратить невозможно. Потому что они туда ушли, они там уже находятся вместе со своими мужьями, у них там дети, семья и все прочее. То есть это просто отрезается от одного колена и переходит к другому колену.
Настолько, что ни смерть первосвященника, никакие юбилейные пятидесятые годы – ничего не возвращается. Вот это имеется в виду.
Ведущий: Такое постановление:
И повелел Моше сынам Израиля по слову Бога, сказав: «Справедливо говорят сыны колена Йосефа. Вот что повелел Бог о дочерях Цлофхада, сказав: тем, кому понравятся они, могут они стать женами, но только в семействе колена отца их быть им женами…11
М. Лайтман: То есть они должны оставаться, такая связь между коленами все равно практически запрещена.
Ведущий:
Чтобы не переходил удел у сынов Израиля от колена к колену; ибо каждый человек среди сынов Израиля к уделу колена отцов своих должен быть привязан.12
М. Лайтман: А как еще можно сделать? Колено – это как бы орган. Существует двенадцать основных органов в организме. И как ты можешь оторвать от печени кусочек и присоединить к селезенке? От селезенки оторвать кусочек, присоединить к печенке? И от печенки к легким?
Это жесткая система, ты ничего не можешь сделать. И у каждого своя определенная душа – поэтому он и находится внутри этого органа, и должен внутри него быть.
Это всё передается через мужчин, потому что имеется в виду экран, отраженный свет. И если к нему присоединяется желание, это не важно.
Но вообще запрещены браки. То есть ни женщина в другой орган, то есть в другое колено, не входит, ни мужчина в другое колено не приходит. Связь между коленами отменяется очень четко: ограничения на браки между коленами отменились только после крушения Храма.
Ведущий: Дальше он продолжает:
И всякая дочь, наследующая удел в коленах сынов Израиля, должна стать женой кого‑либо из семейства колена отца своего, чтобы сыны Израиля наследовали каждый удел отцов своих, и чтобы не переходил удел от колена к другому колену, ибо каждый человек среди сынов Израиля к уделу своего колена должен быть привязан.13
М. Лайтман: И поэтому по сей день среди религиозных существует очень четкое определение того, кто и откуда происходит. И они стараются заключать браки внутри своих общин.
Ведущий: Если женщины из одного колена выйдут замуж за мужчин в другое колено, тогда удел перейдет туда, а этого быть не может?
М. Лайтман: Приданое идет за женщиной. Потому что женщина олицетворяет эгоизм, который переходит от одного к другому, с ней идет приданное, она является несущей желание.
Ведущий: И заканчивается глава так:
Как Бог повелел Моше, так и сделали дочери Цлофхада.14
Все‑таки им большое место уделено в этой главе.
М. Лайтман: Они пример для всех остальных.
Как разогнать и снова построить ООН?
Ведущий:
И стали Махла, Тирца, и Хогла, и Милька, и Ноа, дочери Цлофхада, женами сынов дядей своих. Людям из семейств сынов Менаше, сына Йосефа, стали они женами, и остался удел их за коленом семейства отца их. Это заповеди и законы, которые заповедал Бог через Моше сынам Израиля в степях Моава, у Иордана, напротив Иерихона.15
Этим заканчивается глава.
М. Лайтман: Что это значит: все привязано и ко времени, и к месту, и к колену, по всем параметрам. Потому что вообще это многослойное сочетание – неживая, растительная, животная, человеческая природа. Все они должны правильно соединяться вместе – при этом каждый элемент в своей плоскости.
Ведущий: Был установлено закон, что никаких смешиваний не происходит?
М. Лайтман: Никаких! Не может быть такого! Наоборот, четкое отделение. Одновременно с тем, что между собой существовала поддержка, но не вторжение одного в другого.
Никакой орган, как и в нашем теле – это хороший просто пример, – не может вторгаться в другой.
Ведущий: А то, что существует одна кровеносная система?
М. Лайтман: Это связь между ними! Внешняя связь, которая не относится ни к одному из органов. Есть огромное количество систем, функционирующих в организме: нервная, лимфа, кровь, и так далее. Это все существует. Но это все между ними.
Ведущий: Можно над этим приподняться и посмотреть таким взглядом на мир?
М. Лайтман: И мир так же делится, по тем же двенадцати коленам, по тем же двенадцати органам. И ты привлекай к этим коленам и к этим органам хоть еще восемь миллиардов людей, и все они должны вписаться в ту же схему, в двенадцать колен, потому что эта схема – цельная.
Ведущий: Когда отпадут колена? Когда мир станет абсолютно единым?
М. Лайтман: Я не думаю, что они отпадут. Я думаю, что совершенство будет достигнуто именно благодаря тому, что существует разделение и совмещение. Именно когда оно будет полностью гармоничным, тогда и будет мир полностью исправлен.
И в нем останутся плюс и минус, и противоположные свойства, но они будут дополнять друг друга, и всегда будут именно подчеркивать друг друга. Не быть друг против друга, а именно выявлять друг друга, вырисовывать, выделять, восхищать другого.
Ведущий: Вы говорите о другой организации объединенных наций, когда я не за свою страну воюю, а я забочусь о другой стране, получается так?
М. Лайтман: Конечно!
Ведущий: Это идеальная организация объединенных наций?
М. Лайтман: Я даже не хочу вспоминать это эгоистическое собрание нашего мира.
Ведущий: А правильное собрание – какое? Что такое «правильное собрание»?
М. Лайтман: Надо создать университет, который бы обучал людей быть людьми, правильно взаимно связанными друг с другом, каждый во благо остальных, по тем же законам как соединяется каббалистическая группа между собой, и после этого создавать такую организацию. Постепенно из них же в процессе учебы создавать такую организацию, и из нее обучать мир, каким он должен быть. Присоединять весь мир к тому, что там существует, как к сердцу. Ты представляешь, насколько это противоположно сегодняшнему состоянию?
Будем надеяться, что все это, в конце концов, осознается, и для этого эта организация пока еще существует.
Ведущий: Мы закончили четвертую книгу из Пятикнижия. В нескольких словах подведите итог.
М. Лайтман: В ней очень детально и очень четко описываются всевозможные законы коммутации между частями общей души. Она выстраивается в процессе так называемого сорокалетнего путешествия по пустыне, прохождения сорока ступеней, когда достигается ступень бины – общего правильного взаимодействия, но еще только в сторону свойства отдачи. То есть ты не вредишь мне, а я тебе.
Мы ограничиваем свой эгоизм, мы учимся быть над нашим эгоизмом. Не соединяться между собой – это уже следующая ступень, это уже внутри страны при вхождении в землю Израиля, а мы учимся сейчас, как сосуществовать, не затрагивая друг друга: твое – твое, мое – мое. Это еще надэгоистическая ступень.
Это уже серьезное соединение их между собой. Были нэфеш, руах, нэшама, хая. То есть правильное соединение между собой, когда они уже сталкиваются своими эгоистическими внутренними желаниями, которые растут и образовываются, составляя между собой некие настоящие образования.
И между ними возникают определенные связи, уже надэгоистические. Потому что это свет уровня хая между ними.
А следующая, уже последняя часть – это ехида.
Ведущий: Перед входом в эрец Исраэль?
М. Лайтман: Перед входом в землю Израиля, когда они достигнут абсолютно полного состояния бины и смогут начать восхождение на уровень хохма. Это уже очень высокая ступень.
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:26–35:27↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:28–35:29↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:30↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:30↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:31↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:32↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:33–35:34↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:33↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 35:34↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:01–36:04↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:05–36:06↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:07↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:08–36:09↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:10↩
Тора, «Бэмидбар», «Масаей», 36:11–36:13↩