Беседа с журналистами 

26.06.2022

https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/XUkJCxCW

 

Темы: 

1. Отмена постановления, разрешающего аборты в США.

2. Хаос в мире: почему вина лежит на экономистах.

3. Обязательное половое воспитание. 

4.  «Уменьшение загрязнения, увеличение штормов» 

Вопрос (Дуди): Начнём с нашей первой темы: «Отмена постановления, разрешавшего аборты в США».

Вопрос (Норма): 24 июня Верховный суд США отменил право на аборт, гарантированное до сих пор федеральными властями страны, в рамках прецедентного решения "Роу против Уэйда" от 1973 года. Это решение «открыло двери» для отдельных штатов запретить или ограничить возможность женщин сделать аборт. Первоначальное историческое постановление, принятое 50 лет назад, гласило, что штаты не могут запрещать аборты, а нынешнее решение отменяет это постановление, и каждый штат сможет решать сам.

Две причины привели к отмене исторических решений прямо сейчас. Во-первых, в последние годы все больше и больше штатов пытались ввести ограничительные условия, которые сделали бы аборты менее доступными. А во-вторых, бывший президент Трамп назначил трёх судей Верховного суда, придерживающихся консервативных взглядов. Это создало консервативное большинство из шести судей против трёх, что и привело к отмене постановления, разрешающего аборты. Предполагается, что этот шаг затронет как минимум половину штатов. В 13-ти штатах решение было реализовано немедленно.

И наш вопрос: что означает это историческое решение – лишить женщину права на аборт?

М. Лайтман: Важно понять, что, несмотря на равенство полов, проблема прерывания беременности, не может в равной степени относиться к мужчинам и к женщинам. Во многих случаях, таких как изнасилование, (или в других драматических ситуациях, как, например, война России с Украиной), – женщина не хочет ребенка. И поэтому, заставив ее рожать, мы создаем тяжелую проблему.

Этот закон, вроде бы, призван что-то исправить. Но, в нашем неисправленном мире, закон хорош тогда, когда мы даём женщине возможность самой принять решение о её здоровье и будущем. Ведь мы действуем в рамках, где нет равенства, где у нас нет возможности, действительно, предоставить женщине условия для свободного решения. В таком законе следует предусмотреть множество условий, при которых женщине может быть предоставлено право на аборт. 

И, опять-таки, решение должно основываться на полном анализе всех данных. Мы должны задействовать систему воспитания и помощи женщинам, следует проверить лекарства, противозачаточные средства. То есть, всё – непросто. Тем не менее, видимо, в этом законе есть параграфы, являющиеся результатом подобного анализа. 

Ведущая: Примерно 40 миллионов женщин будут находиться в штатах, где доступ к аборту будет ограничен. И им придётся лететь в другие страны, чтобы сделать легальный аборт и получить соответствующую медицинскую помощь. Проблема в том, что женщины из бедных семей, (особенно из числа меньшинств), будут подвергать свою жизнь риску, делая нелегальные аборты.
Должно ли неравенство явиться причиной для пересмотра разрешения легального аборта как основного права человека?

М. Лайтман: Я с рождения слышал об абортах и беременности, потому что моя мама была врачом-гинекологом, и занималась этими вопросами. Её приглашали и в суд, чтобы выслушать её мнение. Я сумел понять, насколько это серьёзно и сложно. Но меня лично, это никогда не касалось. Всё это очень и очень не просто. 

Ведущая: Что Ваша мама говорила в таких случаях?

М. Лайтман: Мы жили в стране, где закон спускался сверху, а народ не спрашивали. Аборты были запрещены, кроме исключительных случаев, потому что стране, после войны, нужно было восстанавливать население. И потому закон запрещал аборты. В США, тогда – наоборот, было слишком много людей: туда прибывали эмигранты, и потому аборты были разрешены. 

Прирост населения должен быть целым комплексом мероприятий. Прежде всего, нужно упорядочить всё, что касается образования, общей культуры и гарантий дохода семьи. Нужно привести общество к такому состоянию, в котором женщина свободно, спокойно и уверенно сможет сама решать вопрос о своей беременности. Безусловно, никто, кроме неё, не сможет это сделать. И на неё не должно быть никакого давления.

Ведущая: Вы говорили о воспитании как об одной из составляющих, которую следует учитывать в любом обществе. В какой форме должно быть это воспитание?

М. Лайтман: Воспитание девочек, воспитание мальчиков, соответствующее воспитание всего населения, разъясняющее, что и как происходит. Надо привлечь телевизионные каналы, интернет, которые бы рассказывали, что хорошо и что плохо. Иными словами, чётко и серьёзно раскрыть полную картину. Я начал понимать суть всего этого 70 лет назад. Но сегодня другие условия.

Ведущая: В штатах, где решение было исполнено немедленно, женщины, приходя в клинику сделать аборт, получали отказ и от отчаяния падали в обморок.
Как аборт внутренне влияет на женщину?

М. Лайтман: Все эти явления известны. Но мы говорим только о законе. Решение об аборте, в конечном итоге, должна принимать только женщина. Ей важно после этого продолжать нормально функционировать, жить здоровой жизнью: с детьми или без, с мужем или без. То есть, решение должно быть за женщиной. Государству же, следует принимать такие законы, чтобы женщина могла рассчитывать на помощь от этого государства – от министерства здравоохранения. И не важно, прерывает она беременность или сохраняет ребенка. Тут есть много составляющих.

Ведущая: Как может быть, что в Америке, которая является символом свободы, было принято такое решение?

М. Лайтман: Американцы очень религиозны. И для них, всё связанное с религией, имеет большое значение, а аборты противоречат религии. Потому, неудивительно, что так произошло. В конечном итоге, не думаю, что это плохо. Но нужно над этим работать.

Ведущая: Почему это не плохо? Это шаг вперёд или шаг назад?

М. Лайтман: Аборт – это вмешательство в организм, серьёзная хирургическая операция, а не что-то лёгкое и простое, хотя занимает один или два дня. Видимо, надо уделять больше внимания противозачаточным средствам. Но если женщину, не приведи Бог, изнасиловали, то, конечно, в таком случае аборт желателен. 

Ведущая: То есть, вообще важно не доводить до нежелательной беременности?

М. Лайтман: Да.

Ведущая: Отмена права на аборт вызвала серию демонстраций в Соединенных Штатах. И некоторые переросли в насилие: в Аризоне, Нью-Йорке, Калифорнии, Вашингтоне и ряде других штатов.

М. Лайтман: Да, люди наверняка будут против этого закона и не будут с ним считаться. Они все равно будут делать аборт, только нелегально: в менее стерильных условиях, вне больниц. Это очевидно.

Ведущая: Может ли этот закон еще больше разъединить американское общество? Теперь есть две Америки – буквально, так. И это также стало политическим вопросом в преддверии выборов в середине ноября. Что делать Америке в такой ситуации?

М. Лайтман: Америка должна понять, что если она не занимается воспитанием населения, то это население может подвергнуться таким изменениям, которые, в результате, плохо скажутся на состоянии страны.

Ведущая: На данный момент в США существуют полярные мнения. Как можно их сблизить в нынешнем положении в Америке?

М. Лайтман: Только с помощью длительного воспитания. Нужно обсуждать различные, важные для общества, вопросы и, посредством этого, стараться сближать крайности. Так их надо учить, а без этого невозможно. Они, конечно, еще не могут быть «как один человек с одним сердцем», но хотя бы в чем-то понимать друг друга, обсуждать. А в процессе обсуждения люди включаются друг в друга и могут приблизиться, успокоиться, сгладить углы и разногласия.

Ведущая: По данным Всемирной организации здравоохранения, в 55 странах мира аборты по желанию женщины и без медицинского обоснования, – являются законными. Как решение Америки может повлиять на остальной мир, включая Израиль?

М. Лайтман: Этим вопросом должна заниматься организация ООН: обсуждать, поднимать, проводить глобальный опрос и определить, каково оптимальное решение. И это решение зависит также от численности населения, которое, по нашим наблюдениям, растет или уменьшается в разных местах. Это глобальный вопрос.

Ведущая: Большинство американских еврейских организаций осудили это решение. Так как, евреи традиционно защищают либеральные цели, то, как это согласуется с еврейским законом, который гласит, что «спасение одной души, подобно спасению целого мира»?

М. Лайтман: Американские еврейские организации давно перестали быть еврейскими по духу. Они евреи – только по записи в каком-то документе и просто не ощущают себя евреями. Казалось бы, что, по крайней мере, еврейское население США – должно с радостью принять этот закон. Ведь, на самом деле, делать аборт, для еврейской женщины – неприемлемо. Я не говорю о народах мира, но для евреев – это точно не подходит.

Ведущая: Чем отличается еврейская женщина?

М. Лайтман: Тем, что она подчиняется закону, существующему в Писании: нужно заботиться о том, чтобы каждая беременность заканчивалась благополучно.

Ведущая: Даже в исключительных случаях?

М. Лайтман: В исключительных случаях – ничего не поделаешь. Тогда делают то, что говорят врачи, не дай Бог.

Ведущая: Что об абортах говорит наука каббала?

М. Лайтман: Говорит, что это не принято. Ведь мы касаемся вещей, которые не соответствуют здоровью и природе тела женщины. Беременной женщине нужно создать такие условия, которые завершаются появлением еще одного представителя рода человеческого.

Ведущая: Те, кто выступают за жизнь, утверждают, что у младенца прав не меньше, чем у женщины. Это так?

М. Лайтман: Это зависит от конкретных случаев. Если, не дай Бог, речь идет о спасении либо матери, либо плода, то, разумеется, спасают мать. Так было согласно закону, как правило, это так.

Ведущая: Существует ли духовный корень аборта? Что происходит с женщиной и плодом с точки зрения духовности?

М. Лайтман: Не стоит сейчас обсуждать эти вещи. С точки зрения живого существа, это не так уж важно. Душа человека живет, существует и исправляется в любом случае. Поэтому, об этом я не хотел бы говорить.

Ведущая: Большое спасибо.

Вопрос (Гай): От кризиса в США перейдем к тому, что происходит в мире под общим углом. Мы видим, что мир вошел в штопор во всех сферах жизни. Россия была главным поставщиком электроэнергии в Западную Европу. Сейчас существует угроза, что Лондон пострадает первым, если разразится третья мировая война, а Западная Европа будет отключена от энергоснабжения и парализована.

Россия заявила, что все объекты энергоснабжения будут уничтожены, и США обнаружат Западную Европу в войне, в холоде, без еды и электричества. Источник добавил: «Интересно, как США смогут оставаться в стороне». Америку же, на данный момент, сотрясает полная неразбериха из-за волнений по поводу абортов. Полиция Вашингтона объявила полную мобилизацию для борьбы с беспорядками.

Продовольственный и энергетический кризис явился причиной нестабильности в мире, которая приводит к беспорядкам и к банкротству. Недавно произошел экономический коллапс государства Шри-Ланка. Это всего лишь несколько примеров того, что мы наблюдаем в последнее время в мире.

Эти удары, о которых Вы также говорите, что они будут продолжаться, заставляют человека  заботиться о базовых потребностях: еда, дом, кров. В таких случаях, голова не свободна для мыслей о духовном. Как, в отсутствии базовых условий, можно создать понимание того, что решение находится на человеческом уровне?

М. Лайтман: Мне помнится, вы говорили мне, что капитал и государство всегда идут вместе. Говорили, что всё регулируется свободным рынком, и нет никакой проблемы: мир прогрессирует и уравновешивает себя в любой ситуации. Также, якобы, повсюду в мире есть много различных запасов. И они помогут нам чувствовать себя сбалансированными в любых ситуациях. И вдруг вы, как маленькие дети, плачете, что нам не могут упорядочить мир! Для чего же нам нужны экономисты?

Ведущий: Я помню эту программу. Мы рассказывали вам о свободном рынке, а Вы смеялись.

М. Лайтман: Поэтому я спрашиваю: для чего нужны экономисты, графики, расчеты? Вы показывали их на экранах и демонстрировали, как всё прекрасно. Можно было подумать, что в них кроется огромная мудрость. Казалось, что там – всё наше будущее.

Ведущий: Но Вы, как ученый, знаете, что есть теория, и она высказывает предположения, а есть практика.

М. Лайтман: Это не теория, я не согласен. Если это власть капитала, если у вас в руках ключи, то нечего говорить, что это теория. Это уже настоящая практика, опыт и способность что-то сделать, а не кричать, что скоро будет плохо. Представьте, что в доме работает завхоз, который принимает решения относительно всего, что там происходит. И вдруг, в кухне нет одного, нет другого, продукты не согласованы, и так далее. Как мы должны к этому относиться?  

Ведущий: Получается, что виновными в этой ситуации являются экономисты? Но, ведь изменение большинства факторов в мире, сегодня вызвано войной.

М. Лайтман: Вы должны были заранее принять в расчет и это тоже, ведь вы не живете в безвоздушном пространстве. Я думаю, что все экономисты мира обязаны почувствовать, что они не справились с ситуацией. Разве, при принятии решений, они не должны были учитывать чрезвычайную ситуацию? А сейчас, разве они не могут обратиться к правительствам, написать им какое-то серьезное письмо, обратиться через международные организации? Так, где же вы? Для чего тогда нужна эта профессия?

Вопрос (Гай): Что касается экономистов, сейчас, перспектива довольно удобна. Потому что, все изменения, влияющие на экономику, экономисты, в основном, измеряют уровнем инфляции во всем мире. Такой инфляции еще не было за последние сорок лет. Но экономисты говорят, что не они затеяли войну.

М. Лайтман: Но, почему они не сделали правильные выводы из предупреждений военных аналитиков? Почему заранее не предостерегли правительства, ООН, ЮНЕСКО, Европейский Союз? Что теперь кричать перед всем человечеством?

Ведущий: То есть, Вы ожидали, что прежде, чем, например, разразится война, экономист придет в ООН или к президенту страны, которая хочет развязать войну, и скажет: «Если вы собираетесь начать войну, то с вами произойдет то-то и то-то»? Я правильно Вас понимаю?

М. Лайтман: Даже раньше, еще до начала войны.

Ведущий: Предупредить тех, кто хочет развязать войну, о том, что с ними будет?

М. Лайтман: Да. У них ведь, есть издания, где они публикуют свои статьи, которые все читают. Или они это делают лишь для того, чтобы друг перед другом покрасоваться?

Ведущий: Да, издания, конечно, есть: все экономические СМИ. Их очень много.

М. Лайтман: Короче, результат нулевой и даже минусовой. Потому что они не делают главного. Для чего же экономисты нужны человечеству?

Ведущий: Вы застали нас врасплох. Но, в мире постоянно происходят стихийные бедствия и войны. Как экономисты могут их предвидеть?

М. Лайтман: Стихийные бедствия невозможно предвидеть, но можно рассчитать, каким образом они вызовут те или иные последствия, если произойдут. Допустим, китайцы сбросят атомную бомбу на Тайвань, и тогда у нас не будет чипов. Что произойдет в мире? Об этом необходимо говорить.

Что сейчас происходит со Шри-Ланкой, что будет с чаем? Меня это волнует, а прочесть об этом – негде. Экономисты должны убедиться, что всё на планете упорядочено, сбалансировано, а если нет, то, как можно всё сбалансировать. Этим можно повлиять и на политику, и на все остальное, но этого не происходит: они всегда опаздывают.

Ведущий: К сожалению, определение экономиста таково: он объясняет тебе завтра, что произошло вчера. Таково отношение к подобным вещам. Какая же модель может учитывать не только отдельные факторы? Нужна модель, которая будет учитывать все вместе: что завтра Китай нападет на Тайвань, что где-то будет неурожай, а где-то климатический кризис. Но, это не экономисты делают, надо этим как-то управлять. Как можно всё охватить?

М. Лайтман: Нужно представить миру картину, с указанием опасных мест и событий, которым мир не может позволить произойти, чтобы не нарушить его стабильность. Это, действительно, будет политическая сила, которая участвует в принятии решений и оказывает влияние на мир.

Ведущий: Если я правильно понял, Вы говорите о модели, которая также может предсказывать поведение человеческого эгоизма?

М. Лайтман: Ну, скажем, да.

Ведущий: Хорошо. Это было бы здорово. Так экономисты виноваты в беспорядке, происходящем в мире?

М. Лайтман: Конечно. У экономики есть очень острое средство воздействия на человека. Знаете, через что? Через живот: завтра не будет зерна, послезавтра не будет воды. Они могут рисовать такие картины реальности, на которые все обратят внимание, и услышат, о чем говорят экономисты. А они всегда пишут об этом в каких-то толстых университетских буклетах, спустя полгода.

Ведущий: Да, это в лучшем случае. Рав, что для Вас означает экономист? Когда Вы говорите «экономист», что Вы имеете в виду?

М. Лайтман: Для меня экономист – это человек, который может рассчитать, в каком равновесии или дисбалансе находится мир. Что нам нужно от экономиста? Чтобы он посчитал мне деньги в банке? Это я и сам умею. Всякие мелочи – я умею делать сам. Надо говорить о равновесии во всем мире, о мерах, предотвращающих дисбаланс в природе.

Ведущий: Итак, согласно такому определению, единственный известный мне экономист, который знает, как это сделать, – это Вы. Никто, кроме Вас, не может говорить о мире, как о системе! И не может говорить о дисбалансе или равновесии в мире.

М. Лайтман: Но, вы же говорите об этом сейчас.

Ведущий: Мы говорим о влиянии на мир, уже свершившихся, фактов. Но, спрогнозировать все заранее и предвидеть возможные варианты развития событий? – Это нам не под силу.

М. Лайтман: Этого вы не умеете. Но, по крайней мере, предоставьте нам ясную картину того, что одно может вызвать другое. Тогда, может быть, вы сможете сбалансировать все силы и отношения.

Ведущий: Включая природные стихийные бедствия?

М. Лайтман: Стихийные бедствия мы не всегда можем предсказать. Но мы можем объяснить, что если наступит то или иное бедствие, то нам будет необходимо запастись, например, ста тысячами или миллионом тонн, зерна, и так далее. Вот это – экономика.

Ведущий: Да, я понимаю. Предполагается, что экономисты, отвечая за свои прогнозы, могут повлиять на политиков, которые затем либо изменят что-то, либо предотвратят развитие критических ситуаций, которые мы наблюдаем.

М. Лайтман: Серьезный экономист, где бы он ни появился, может очень сильно повлиять на государственную политику, на выборы, на все, что угодно.

Ведущий: Мы видим, и Вы также упомянули, что сегодня в мире – старый порядок заменяется новым. Одна из проблем, (если говорить об экономистах), заключается в том, что всё, что они знают и фиксируют в своем сознании, относится к старому мышлению. А сегодня мир находится в новой ситуации. Как можно реально принять такую ​​модель, парадигму, как Вы ее описываете? Или, говоря проще, что такое этот новый мировой порядок?

М. Лайтман: Глобальная экономика, взаимное влияние, на всем земном шаре. Разве можно это не учитывать?

Ведущий: Это учитывают. Известно, что международная торговля существует уже много лет. Но мы видим на практике, (и Вы также много лет говорили об этом), что взаимная зависимость дойдет до того, чего даже никто не представлял. Кто мог предположить, что из-за войны в Украине сейчас произойдет такое с ценами на топливо? И в таких объемах?

Это вещи, которые никто не мог прогнозировать, поэтому я и говорю, что здесь должна быть какая-то прозорливость в отношении будущего. Есть миллиарды других вещей, которые могут произойти. Как человек может сделать такой прогноз, который бы учитывал все факторы? Это только каббалист может сделать!

М. Лайтман: Нет, с этим я не могу согласиться. Как будто у вас нет компьютеров, и вы не получаете отчеты, не планируете, кому что нужно и когда. Это все существует на свете, просто вы не думаете в этом направлении. Мне нечего добавить. Мир, как будто, не имеет заботливого отца.

Экономисты должны беспокоиться и предупреждать нас об опасности голода, о возможной гибели какого-то количества людей. О возможной нехватке топлива при наступлении холодов, и о прочих подобных катаклизмах – экономисты должны сообщать миру. Скажем, могут погибнуть в Африке, или еще где-то, полмиллиарда человек – скажите об этом, кто еще может сказать?

Ведущий: И последний вопрос: «Каков выход из этого положения?»

М. Лайтман: Ответственность! Экономисты не чувствуют ответственности. Они не считают себя ответственными за мир во всем мире. Представьте дом, и в нем живут: ваши дети, жена, может, даже пожилые родители, – ее или ваши. И вы не беспокоитесь о том, чтобы дома было все необходимое: оплачена медицинская страховка, обеспечена соцзащита, деньги в банке и минимальный продовольственный запас.

Поддержание баланса в такой системе – задача экономики. Из этого примера домашней экономики, вырастает вся мировая экономика. Мы живем в мире, где все зависят друг от друга. И необходимо, чтобы была международная организация, которая взяла бы на себя заботы об обеспечении мира в чрезвычайных ситуациях. И чтобы она отчитывалась руководствам стран о том, что происходит. Такие службы существуют, но нет той заботы, как, например, у хозяина дома, который беспокоится о наличии в доме всего необходимого.

Ведущий: Заботы действительно нет, поскольку все подчинено личным интересам. И все-таки я хочу спросить, в чем вклад науки каббала в мировую экономику?

М. Лайтман: Необходима только лишь взаимная ответственность, как сказано: «Да поможет человек ближнему своему». Поэтому, если мы не позаботимся о том, чтобы все чувствовали себя существующими в одной системе, то миру будет очень плохо. Сегодня мы, может быть, еще как-то выйдем из положения. Но потом, через год-два, каждая неприемлемая ситуация повлечет за собой такие последствия, которые люди будут чувствовать длительное время.

Ведущий (Гай): Опасность будет нарастать, как снежный ком?

М. Лайтман: Да, это так.

Ведущий (Дуди): Мы перейдем к следующей теме: «Обязательное половое воспитание». Со следующего учебного года впервые в Израиле половое воспитание станет обязательным для всех учащихся системы образования. Например, с первого по пятый класс предмет будет называться: «Я и мое тело». Дети будут учиться справляться с ситуациями искушения, говорить «нет», соблюдать гигиену и уход за собой. Кроме этого – определять неприемлемые предложения и возможность хранить секреты и многому другому.

Шестиклассники будут изучать половое развитие и то, как оно проявляется у девочек и у мальчиков, и различия в физиологическом и эмоциональном развитии. В старших классах у них будут уроки о любви и отношениях в парах, о сексуальных домогательствах и о том, что порно – это не любовь, и так далее. Что вы думаете об этом переходе?

М. Лайтман: Я думаю, что это обязательно нужно, и это хорошо. Я не знаком с этой программой, но, в конечном счете, она должна быть. Такая программа необходима. Вместо того, чтобы учиться этому из всяких источников, (если их можно назвать «источниками»), было бы лучше, если бы их обучали по единой программе. Пусть обсудят, как правильно это подать в школе. Так это и должно быть.

Ведущий: Почему в 21 веке, когда человечество уже все испробовало, мы до сих пор стесняемся, когда речь идет о половом воспитании, процессе, который сейчас должен быть естественным?

М. Лайтман: Потому что мы – злые животные. И если бы мы были просто животными, то нам не нужно было бы никакого полового воспитания. Но мы – не просто животные, а животные со злым началом, которое проявляется, в основном, в еде, сексе и семье. Поэтому нам нужно получить образование в вопросах секса и семьи – против нашего злого начала, которое особенно проявляется в этих сферах нашей жизни.

Ведущий: Является ли половое воспитание позитивным шагом? Или оно на самом деле просто показывает, насколько общество находится в кризисе?

М. Лайтман: Нет, это не имеет никакого отношения к кризису. Эта проблема назрела давно. И обществу необходимо системно заботиться о половом воспитании. Ведь подразумевается не только половое воспитание, может быть, даже не следует его так называть.

Ведущий: Тогда, как бы вы его назвали?

М. Лайтман: «Природа человека», или что-то в этом роде. Почему именно половое воспитание? Речь идет об общей природе человека.

Ведущий: Потому что есть много сексуальных домогательств, есть влияние порно, случаи изнасилования и насилие. 

М. Лайтман: Есть и это тоже, да. И все это – внутри природы человека.

Ведущий: Воспитание, которое вы предлагаете, должно заниматься человеческой природой в целом? Оно касается не только проблем полов и сексуального насилия?  

М. Лайтман: Не только этих проблем, но, включая и их тоже.

Ведущий: В Интернете есть комментарии некоторых родителей, которые считают, что рано начинать говорить с детьми на такие темы. Например, во втором классе им нужно научиться справляться с ситуациями искушения. Правильно ли в этом возрасте заваливать детей такими примерами?  

М. Лайтман: Решения о подходящем возрасте, должны приниматься совместно родителями и педагогами.

Ведущий: С какого возраста правильно начинать преподавать половое воспитание?

М. Лайтман: Когда речь идет о детях, учащихся во втором классе, мне кажется, что это рано. Хотя сегодня дети взрослеют раньше и, может быть, есть признаки того, что учителям надо начинать уже со второго класса. Все зависит от того, сколько материала дать и с чего начать: все нужно делать последовательно.

Ведущий: Должны ли мы ждать, пока дети спросят об этом сами, или объяснять им по собственной инициативе в определенном возрасте?

М. Лайтман: Эту сферу я совершенно не хочу затрагивать, это не мое поле деятельности.

Ведущий: Хорошо. Давайте проверим более идеологическую линию, а не технические методы. Какую самую важную мысль важно донести детям в отношении полового воспитания? 

М. Лайтман: Что это естественно, и что это сложно. Что у животных это происходит естественно, и поэтому у них нет проблем, и их не следует учить. А поскольку у нас есть злое начало, мы должны учить молодых людей, как вести себя с естественными и неестественными побуждениями, которые у нас возникают. Вот почему мы должны получить это воспитание, имеющее отношение к человеческой природе.

Если бы мы были животными, скотом, то вообще не говорили бы об этом, – все произошло бы инстинктивно. Но, поскольку мы люди, то у нас есть разные побуждения, а вместе с ними инстинкты и склонности «за» и «против». Так что, мы должны научиться уравновешивать все чувства и мысли, пробуждающиеся в нас.

Ведущий: Каковы особые акценты в половом воспитании мальчиков, и какие особые акценты в половом воспитании девочек? 

М. Лайтман: Об этом надо говорить со специалистами. Разумеется, объяснения должны проводиться раздельно для девочек и мальчиков, начиная со второго класса и далее. Иначе можно нанести вред ученикам. Но можно начать им это объяснять.

Ведущий: В нашем поколении много путаницы в гендерных и сексуальных стереотипах. Как правильно объяснить детям этого поколения разницу между полами? 

М. Лайтман: Конечно, нужно знать, как это подать. Потому что, во всех формах природы есть мужской и женский род, – плюс и минус. И нужно объяснять это детям. Вопрос в том, насколько мы сможем объяснить эти вещи детям такого юного возраста. Вот в чем вопрос.

Ведущий: Может ли надлежащее половое воспитание уменьшить социальные беды? Такие, как приставания, сексуальные домогательства, изнасилования? Или невозможно обуздать эгоистическую человеческую природу?  

М. Лайтман: Надо быть осторожными. Может случиться так, что это вдруг возбудит учеников на всякие подобные вещи.

Ведущий: Может ли правильное половое воспитание нейтрализовать злое начало, присущее, как Вы говорите, человеку, и отсутствующее у животных?

М. Лайтман: У меня нет в этом никакого опыта. Я мужчина во всех отношениях, но не могу вам ответить, потому что у меня нет никакого опыта работы с детьми.

Ведущий: Поскольку вы знаток каббалистической мудрости, я хочу спросить, каков духовный корень полового влечения?

М. Лайтман: Это – центральный духовный корень из всех, которые в нас есть, потому что он относится к связи между двумя формами жизни. Или между двумя полюсами, которые мы имеем в природе: мужским и женским, плюсом и минусом. Соединяясь между собой, они производят потомство и, таким образом, продолжают род, чтобы продвигаться к исправлениям. Люди не могут завершить исправления за одну жизнь, но посредством рождения потомства могут осуществить это за несколько поколений.

Ведущий: Нужно ли контролировать половое влечение? Или следовать за ним, когда оно пробуждается?

М. Лайтман: Это зависит от того, как общество ведет себя, и как принимает это. Если вы спросите, какой подход к этому у науки каббала, то у нас есть определенные правила. Мы не должны запираться в монастыре, но и не должны позволять себе любую прихоть, которая захочется. Нужно быть посередине, как обычно, – на золотом пути, находящемся посередине.

Ведущий: Так что же такое, этот золотой путь: используемое правильно и естественно сексуальное желание, или чрезмерно – без границ? Что такое середина, в чем она выражается?

М. Лайтман: Нет определенной формулировки. Это зависит от времени, в котором мы живем, от культуры, в которой мы существуем. Это невозможно установить.

Ведущий (Гилад): Почему тема сексуальности – скрыта, будто есть в этом какая-то тайна? И о ней не говорят, как говорят о еде, например. Почему принята такая культура?

М. Лайтман: Культура такова потому, что всё, слишком близкое человеческой природе – интимно, и может, как возвышать, так и принижать человека в глазах других.

Ведущий: Почему половое влечение ближе, чем, например, пристрастие к еде?

М. Лайтман: Нет, пристрастие к еде – более естественно, свободно, приемлемо для всех. И человек не стыдится чревоугодия, а может всем рассказать об этом и, если находит нужным – лечится. А сексуальное влечение, относится к разряду табу – это инстинкт, которого человек стыдится.

Ведущий: Почему? В чем корень того, что этого стыдятся?

М. Лайтман: У этого стыда – очень высокий корень, относящийся к контакту человека с человеком, мужчины с женщиной. Это очень интимные вещи. Так было раньше и продолжается тысячи тысяч лет существования человечества. И в ближайшее время этот стыд не исчезнет с лица земли. Нет. Пока мы живем, пока существуем, до конца исправления, проблема секса останется. И нам придется постоянно заниматься ею.

Реплика (Дуди): Перейдем к нашему следующему и последнему пункту. «Уменьшение загрязнения, увеличение штормов». Хаим, пожалуйста.

Вопрос (Хаим): Исследование, которое, по крайней мере, удивило меня, проведенное правительством Соединенных Штатов, показало, что чистый воздух, на самом деле, вызывает увеличение количества ураганов в Атлантическом океане. Исследование подвело итог двадцатилетнего наблюдения.

Оказалось, что 50-процентное снижение аэрозолей (частиц загрязнения воздуха) – привело к увеличению частоты ураганов в Атлантическом океане на 33%. И они также обнаружили, что такие вещества, как сера и различные загрязняющие частицы, которые выбрасываются в воздух, на самом деле, охлаждают воздух и уравновешивают парниковый эффект, создаваемый ископаемым топливом, которое нагревает воздух.

В другой статье, опубликованной в «Center of Science Education», объясняется, что извержения вулканов, известные как увеличители токсичных веществ и углекислого газа, вредящих атмосфере, на самом деле охлаждают воздух. И кстати, холодную и дождливую прошлогоднюю зиму в нашей стране, некоторые ученые связывают, как минимум, с длительным извержением вулкана на Ла-Пальме.

Что Вы можете сказать обо всем этом кавардаке? Потому что, я не понимаю, нагреваем ли мы земной шар или охлаждаем его, или и то и другое, или не то и не другое? Что вообще происходит?

М. Лайтман: Понятно, что эти частицы, находящиеся в воздухе, накапливают вокруг себя воздух и влагу, и поэтому они так влияют на климат. А нам необходимо сбалансировать себя – человека – с природой, и тогда все придет в равновесие. Это то, что я понимаю. Мы можем каждый раз по-новому выяснять, что именно нам вредит, но это не поможет установлению баланса в природе.

Ведущий: Потому что действительно, согласно этому исследованию, не ясно, стоит ли очищать воздух или оставлять его загрязненным?

М. Лайтман: Может добавить загрязнения?

Ведущий: Это – с легкостью. Исследования показывают, что мы вызываем потепление, выделяя CO2, и охлаждение, освобождая частицы. Как, по Вашему мнению, человечество должно решать проблему загрязнения воздуха в целом?

М. Лайтман: Человечество, как единое целое, (все человечество), должно будет сесть за круглый стол и решить, что для нас жизненно необходимо. И заниматься только этими вещами, а все остальное – оставить. Загрязнение воздуха – это проблема, от которой нужно избавляться общим решением. И тогда, мы каждого обеспечим всем жизненно необходимым и не более того. Несомненно, решение проблем общими усилиями – это правильно, и соответствует законам природы. Таким образом, мы сможем жить в мире и спокойствии на земном шаре.

Ведущий: А если бы Вы сидели на этом форуме? Ведь Вы когда-то участвовали в подобном форуме в Берлине?

М. Лайтман: Ну и что? И на всю сотню вопросов я давал один и тот же ответ.

Ведущий: Что бы Вы сказали  всем тамошним мудрецам, если бы снова присутствовали на таком форуме?

М. Лайтман: Что нам нужно установить связь между нами. И этим мы решим проблемы во всех сферах: в политике, в экономике, во всем: всё решается нашим объединением. Мы должны постоянно быть в связи между собой. Кстати, организация ООН была задумана для того, чтобы изо дня в день обсуждать, что еще необходимо сбалансировать между странами. Только это и обсуждать. А они обсуждают, как нападать друг на друга. Мне нечего добавить. Это, к сожалению, пока остается без решения.

Ведущий: Но Вы говорите, что если мы проделаем работу по налаживанию связи между нами, то это также решит и проблемы загрязнения воздуха, и потепления, и охлаждения?

М. Лайтман: Конечно – уверен! Если человечество начнет процесс объединения всех между собой, то вся природа придет в равновесие. Мы находимся на верхушке связи между силами природы. И поэтому, изменением нашего отношения друг к другу, – мы сбалансируем все природные силы, которые находятся ниже нас.

Вопрос (Дуди): Рав, Вы ожидаете этого от ООН или появится другая международная организация?

М. Лайтман: Я просто привожу пример. Конечно же, ООН ничего не сделает, члены ООН – последние, кого это волнует.

Ведущий: Вы надеетесь, что в мире может появиться какая-то организация, которая, действительно, будет заботиться о глобальном устройстве нашего мира? Человеческая организация, (не обязательно группа каббалистов, но и не как наша ООН), которая позаботится о мире? Которая займется глобальными проблемами и объединится вокруг них? Произойдет ли это?

М. Лайтман: Я надеюсь, что все существующие каббалистические группы, (а ведь их существует десятки во всех странах), соберутся и начнут говорить о том, что только объединившись, можно изменить общую атмосферу в мире. И это станет «центром хороших перемен».

Ведущий: Вы имеете в виду, что к нам присоединяются новые организации, группы и курсы?

М. Лайтман: Не обязательно они присоединятся к нам – мы тоже можем присоединиться к ним. Какая разница, как это называется.

Ведущий: Неважно. Важно, чтобы между нами и другими организациями было сотрудничество. Вы видите такую ​​форму?

М. Лайтман: Да, это возможно.

Ведущий: Потому что раньше, только Бней Барух должен был заботиться обо всем человечестве. Теперь Вы говорите о связях с другими организациями.

М. Лайтман: Нет, надо понимать, что и тогда, и сейчас, (я надеюсь), существуют разные организации с такой склонностью. Я уж и не говорю о евреях. И нам придется позаботиться о более тесной связи с ними и о нашем общем влиянии на все население мира.

Ведущий: В чем будет заключаться суть сотрудничества между такой организацией и нами? В том, что мы предоставляем содержание, дух и идеологию, а они на практике осуществляют работу в социальном ракурсе?

М. Лайтман: Нам нужно думать о том, как мы сможем говорить с ними на одном языке и пользоваться одним словарем. И чтобы двигаться к одной цели, нам нужно будет найти общее средство для достижения этой цели. Нам, действительно, нужно позаботиться об этом, построить это.

Ведущий: Но Бней Барух заботится о единстве мира согласно мудрости каббалы, согласно нашей святой Торе и источникам Бааль Сулама. А у остальных организаций в мире, масса разных интересов, они переполненных всякими материальными задачами. В чем здесь кооперация?

М. Лайтман: Тем не менее, возможно, есть какая-то точка связи, к которой можно прикоснуться. Тут и там, наверняка есть те, кто ищет истину. Надо начать рекламировать себя и читать их. Выбрать из нас, скажем, 5 человек, которые должны будут быть в контакте, в связи с различными внешними кругами. Так мы постепенно узнаем, как объединяться с ними поверх всех различий и находить общую платформу между нами.

Ведущий: Какова наша общая цель? Что нас объединит и с какой целью?

М. Лайтман: Наша цель – объединение. И она превыше всего.

Ведущий: Но с какой целью нам объединяться?

М. Лайтман: Объединение – ради объединения! Ради того, чтобы мы раскрыли положительную силу, которая находится между нами. Нам необходимо раскрыть ее и приблизить к ней все народы мира.

Ведущий: Прекрасно. Интересно. Мы передадим это, конечно же, руководству и всем, кто сейчас этого не слышит.

М. Лайтман: Пока не стоит передавать это дальше. Нужно начать с малого: скромно искать, где находятся такие круги по всем странам, за границей и в Израиле. Найти людей, которым важно находиться в добрых отношениях друг с другом, и они готовы к этим исправлениям. И так будем продвигаться. Нам не нужно тащить этих людей за собой – по нашему пути, а, скорее, призывать все течения – к объединению. Мы еще поговорим об этом подробнее, это не горит.

Норма: Мы должны обращаться к ним?

Ведущий: Сначала нужно подумать и выяснить, где можно найти такие сообщества. Затем, созданная нами группа, начнет с ними работать. Надо будет решать с чего начинать: как вести переписку, как поступать при знакомстве, как налаживать связи. Но необходимо будет найти, установить и расширять такие ​​связи между различными подходящими сообществами и движениями.

Ведущий: Очень хорошо. Спасибо. На сегодня мы закончили.

М. Лайтман: Я прощаюсь с вами, шалом и до свидания.

Перевод: Элишева Винер, Нина Винокур, Люба Высоцкая, Лилия Клейнер, Лея Линко, Лена Цейтлин.

Редакция: Марианна Крымская.