Новости с Михаэлем Лайтманом
7 сентября 2020 г.
Кому придется платить по счетам?
Реплика: Ученые Чикагского университета считают: "За коронавирус будут платить будущие поколения. Кроме долгов мы оставляем им две огромные проблемы: присматривать за нами, когда наши пенсии останутся без финансирования, и решать проблемы изменения климата, которые мы не решили, а передали им. Ко всему прочему, мы ограничили инвестиции для них на здоровье, образование".
Короче, плохо будет последующему поколению. Мы обокрали своих детей, внуков.
Но в принципе, я же думаю о своих детях, внуках. Почему вдруг это отключается от человека? Они будут жить в каком-то экологически грязном, разбитом мире, с запасом ядерного оружия, всего чего хотите. У нас даже нет мысли, какое будущее мы им устроили?
М. Лайтман: Никто не думает, что это он оставляет своим потомкам. А зачем мне об этом думать? Именно это естественно для человека!
Вопрос: Не думать о других поколениях?
М. Лайтман: Да. Хомо сапиенс – он вот такой на самом деле. "Человек разумный"!
Вопрос: Это и есть разум – думать только о себе?
М. Лайтман: Конечно. Насколько можно урывает себе, пока живу – живу. Всё, больше ничего! "После нас хоть потоп".
Мы ничего не можем сделать со своей природой, она выше нас. Ничего! Нет в нас естественного желания, чтобы мы что-то сделали с собой ради своих потомков. Мы знаем, что подставляем их прямо под ядерные бомбы, под климатические проблемы, под всё, что угодно.
Вопрос: Как начать диалог с природой, чтобы она дала нам ощущение и вины, и того, что мы должны что-то сделать для будущих поколений?
М. Лайтман: Это может быть только через осознание зла своей природы, и каким образом из нее выйти, есть ли все-таки какой-то выход? Но человечество не страдает достаточно, чтобы искать этот выход.
Вопрос: Но какой тут выход?
М. Лайтман: Только лишь распространением каббалы, которая говорит о том, как исправить природу человека, раскрывает всю низость, всю невероятность этой природы, ее ужасность!
Она выявляет пустоту в человеке, для того чтобы он осознал, что ему надо ее заполнять.
Вопрос: В чем эта пустота?
М. Лайтман: В безнадежности.
Вопрос: Нет будущего? Моя природа не дает мне никакого будущего?
М. Лайтман: Ничего не даст. Человек – это самое ужасное существо.
Вопрос: Тогда для чего нас так создал Творец?
М. Лайтман: Для того чтобы мы осознали зло и исправили его, попросили бы Его об исправлении. И тогда мы стали бы участниками своего нового, духовного становления.
Вопрос: То есть, если бы Он просто это делал без нашей просьбы, то мы получали бы всё просто даром и не ценили бы это? А тут мы должны это оценить?
М. Лайтман: Добиться. И тогда мы будем ощущать, что получили возможность работать с этим новым ощущением, с этими новыми силами.
Люди должны это знать. Люди должны понимать, что перед ними стоит очень серьезная задача по исправлению собственной природы. Мы можем это сделать.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 07.09.20
Это веское слово – отец!
Реплика: Сорок лет ученые изучали причины высокой преступности в мире. И оказывается, дело не в бедности и не в голоде. Доказано, что преступниками являются в основном те, у кого нет отцов.
Ученые пишут, что без фигуры отца дети приобретают привычку не думать о благополучии других людей. Ломается передача семейных ценностей из поколения в поколение.
М. Лайтман: Если у ребенка нет отца, это, конечно, очень большой минус в его жизни, в воспитании, в восприятии реальности, во всем. Мать отца не заменит.
Вопрос: То есть вроде бы у человека все было: и элитная школа, и замечательное окружение детей, а не было отца, – и это сработало. Он идет на преступление, даже самое страшное…
Что есть в фигуре отца с точки зрения каббалы?
М. Лайтман: Ребенок так учится, он смотрит на отца. Это его ограничивает, показывает ему, каким надо быть, как надо думать, мыслить. Он внутренне ощущает эту фигуру.
Вопрос: Отец существует для того, чтобы давать ребенку пример?
М. Лайтман: Любой пример, неважно какой.
То, что у меня есть отец, ставит меня на ноги, показывает путь. Даже если это неверно, я могу это как-то скорректировать, но все-таки мне есть от чего производить отсчет.
Вопрос: А когда у меня уходит отец, то что-то исчезает из меня?
М. Лайтман: Нет основы, пустота, нет базы. Как будто ни на чем не стою.
Вопрос: В ребенке есть такая запись: отец – мать?
М. Лайтман: Конечно. Мальчику обязательно нужен отец. И это очень много значит. Или он должен его выдумать, создать из каких-то своих мыслей, мечтаний, неважно как, но это должно быть.
Вопрос: Отчим может его заменить?
М. Лайтман: Если хороший, то может. Хороший отчим – тот, кто разжигает в ребенке почти естественное чувство связи с собой, как с отцом.
Вопрос: Если все человечество, не чувствующее Творца, взять как ребенка, можно сказать, что оно существует без отца?
М. Лайтман: Мы должны возродить в себе эту необходимость в ощущении отца-Творца и стремиться к Нему, пытаться раскрыть Его и сделать Его для себя эталоном. Именно Ему следовать и Ему уподобиться.
Вопрос: У нас есть ощущение, что Он нас покинул?
М. Лайтман: Нет, не покинул. Он специально скрывается, для того чтобы мы развили в себе все качества, позволяющие стать подобными Ему. И в мере подобия Он нам раскроется. Бери с этого пример и смотри, каким должен быть отец относительно своего ребенка.
Реплика: То есть отец у нас есть?
М. Лайтман: Он существует и вынуждает нас Его искать, найти и прилепиться к Нему.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 07.09.20
Что победит – эгоизм человека или любовь…
Вопрос: Есть такой термин "прививочный национализм", когда вакцина разрабатывается, в первую очередь, только себе. Когда нет общего согласия вместе создавать вакцину для всех, когда все держится в тайне и работает не на скорейшее выздоровление людей, а на политику, национальные интересы. Сейчас в мире происходит именно это.
Если подумать, то почему нельзя сделать так, чтобы собрать самые большие человеческие умы, и весь мир работал бы только на них, чтобы они как можно быстрее создали вакцину. Только на них – и мыслями, и помогали бы им. Допустим, закрыть всех в Оксфорде, и чтобы мы только о них думали. Тогда явно вакцина вышла бы в десятки, в сотни раз быстрее, чем сейчас.
Почему мы не можем даже в моменты такой опасности, как сейчас, собраться и принять это решение?
М. Лайтман: Каждый хочет воспользоваться моментом. Это миллиарды, это нобелевские премии, это почет, власть, всё что хочешь. Кто тебе отдаст?
Вопрос: Значит, здоровье не играет никакой роли. Вакцина, в принципе, создается даже не для того, чтобы люди были здоровы, а именно для того, чтобы флаговать?
М. Лайтман: Только лишь ради этого. Кого это интересует – здоровье?!
Как можно что-то ждать от людей, если Бог (Творец) вывернул Себя наоборот и сделал нас обратными Себе? Тут уж нет границ.
Вопрос: Но, если бы все чувствовали опасность, что завтра это произойдет с тобой, завтра ты будешь при смерти. Сейчас прими решение: собрать все умы, и завтра будет вакцина. Приняли бы люди это решение в данной ситуации?
М. Лайтман: Нет.
Вопрос: Это поразительно. Я завтра умру. Если я сейчас приму решение, то и я, и все остальные завтра будут жить.
И даже в этой ситуации я не приму решение соединить силы со всем миром и вместе разработать вакцину?
М. Лайтман: В общем, мы же видим, как мир стоит перед угрозой термоядерной войны, еще каких-то проблем, и ничего не могут решить. Думают, наоборот, как воспользоваться этим раньше других, чтобы подавить, умертвить, убить других.
Человеческий эгоизм безграничен, равен по модулю любви Творца к людям. И поэтому ничего не сделаешь.
Вопрос: То есть эти две силы стоят друг напротив друга? Эгоизм и Творец с Его любовью.
М. Лайтман: Да. И поэтому наша ненависть друг к другу не имеет границ.
Вопрос: Но как из этого вырулить?
М. Лайтман: Не знаю. Я говорю обо всем и пытаюсь всем донести, всем объяснить, насколько я в состоянии это сделать. Но по тому, как люди не воспринимают это, не впитывают это, то, конечно, мне не видится будущее столь безоблачным, как другим. Я думаю, что за вирусом нас ждут еще очень большие проблемы. Нас будут прессовать.
Вопрос: И прессуют к "стенке", чтобы выхода не было?
М. Лайтман: Да. Но все равно, где-то, когда-то, как-то мы осознаем, что у нас нет другого выхода, и конечно, это будут огромные страдания, если мы до этого не решим, что надо все-таки что-то с собой делать. Поэтому я думаю, что когда-нибудь где-нибудь мы решим, что нам надо менять себя.
Вопрос: Что это за "дырочка", которая должна в нас проколоться, чтобы туда вошло ощущение, что в нас существует зло природы?
М. Лайтман: В сердечной сумке. Надо сделать дырочку, чтобы туда попала капля света. Она сделает все.
Она разъест эгоизм, и он станет мягким, податливым, воспринимающим, желающим осознать, где он, что с ним и с другими в том числе. А так – это очень трудно.
Вопрос: Значит, мысль о других возникнет, только если эта капля света проникнет в человека?
М. Лайтман: Да.
Вопрос: Но я не очень понял, что это за сердечная сумка?
М. Лайтман: Наше сердце заключено в оболочку. Так вот эта оболочка – она такая твердая, серьезная.
Вопрос: То есть свет ее чуть-чуть проткнет и войдет. И дальше начнется работа. Ваша личная задача – помочь свету сделать в человеке эту дырочку. Что это такое для вас?
М. Лайтман: Дырочка – это недостаток (хисарон). Когда человек почувствует, что ему нужно обязательно свойство отдачи, свойство любви, чтобы оно вошло в его сердце, потому что иначе он абсолютно бесчувственен к другим и ничего не может сделать с собой, и он хотел бы, но не в состоянии – вот это ощущение стенки (ничего не могу сделать!) вызовет появление этой дырочки.
Вопрос: Ощущение стенки – это радостное чувство или страшное?
М. Лайтман: Ощущение жуткой необходимости. Отсюда уже и молитва, и крик, и обращение к другим с призывами, с воплями.
Вопрос: К этому должен прийти каждый человек? Или какая-то начальная команда, группа?
М. Лайтман: Я не думаю, что каждый. По крайней мере группа, типа нашей группы, нашей команды.
Вопрос: И что притянет к ней остальное человечество?
М. Лайтман: Они увидят, что есть что-то, происходящее в этой группе, которая вдруг потянулась к Творцу и сумела притянуть Его к себе.
Вопрос: То есть эта группа начнет излучать надежду для всего человечества?
М. Лайтман: Да. И это все увидят.
Группа – это Исраэль, имеющий внутреннюю связь с Творцом, из которой он понимает, что обязан принести миру свойство отдачи и любви.
Вопрос: Это и есть та дырочка, которая будет сделана?
М. Лайтман: Я думаю, мы это и сделаем.
Вопрос: У вас есть такая уверенность?
М. Лайтман: Уверенность – я не могу сказать. Надежда – обязательно. Есть такая надежда и какое-то внутреннее ощущение, что это возможно, что Творец это сделает с нами.
Вопрос: Всё – все равно Он, так или иначе. Вы считаете, что сейчас почти сделаны достаточные усилия, чтобы вот-вот это произошло?
М. Лайтман: Усилие – это все качественные и количественные годы, и вообще всё, что человечество сделало до сих пор. Всё суммируется.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 07.09.20
Когда наступает самый счастливый период в жизни
Вопрос: Ученые определили, в каком возрасте человек проживает самый несчастливый период своей жизни. Они опросили людей разных возрастов из 132 стран и оказалось, что самый счастливый период относится к 18-20 годам.
Затем ситуация начинает ухудшаться. И самое плохое состояние – 47-48 лет. Это несчастливый период в ощущениях человека. Такое состояние длится до 60 лет и дальше уже постепенно улучшается. А в 70 лет ты уже снова как ребенок, то есть ты хорошо себя чувствуешь.
Вы можете объяснить эти состояния?
М. Лайтман: Нет. Я считаю, что это все зависит только от людей. Если человек нормально ведет себя, трудится, имеет семью, работу, какую-то цель в жизни, то я не думаю, что для него это критические годы.
18-20 лет – это понятно: происходит как бы раскрытие мира. А далее все зависит от человека.
Реплика: Тут по логике все понятно. К 45 годам все твои надежды хоронятся все больше и больше. А потом ты уже решаешь: "Ну, что делать?!"
М. Лайтман: Смотря какие надежды и смотря как их хоронить. Я не знаю, на что ты надеялся, чего хотел достичь и почему разочаровался.
Вопрос: Если не делить жизнь обычного человека на несчастные и счастливые периоды, как он должен, по-вашему, жить?
М. Лайтман: Каждый день как целая жизнь. Начинать с нуля и заканчивать нулем. Выдавать себя всего за этот день! Завтра проснусь, и будет новая жизнь.
Вопрос: Как мне так себя завести, чтобы я вставал и до вечера был в полном подъеме?
М. Лайтман: Меня обязывают ученики. Я чувствую перед ними страх. Страх. Я обязан, я что-то должен. Я не имею права их так оставить. Я должен их подталкивать, вдохновлять. Я должен их как-то все время заводить. Вот это все меня очень беспокоит.
Вопрос: И ваша мысль – что это для них?
М. Лайтман: Конечно, для них. С собой – нет. С собой я стараюсь не иметь никаких расчетов.
Вопрос: То есть задача – всего себя полностью передать?
М. Лайтман: Задача: еще до начала утреннего урока, когда я просыпаюсь, еще до того, как я начинаю готовить себя ко дню, я считаю себя уже умершим. Да-да, умершим. И ничего мне не надо от жизни, кроме того, что я сейчас должен все это отдать.
Вопрос: То есть умер – это значит, меня не существует? Нет никакой заботы о себе, и так я выхожу в мир?
М. Лайтман: Абсолютно так!
Вопрос: Вот так я начинаю день и так его должен провести?
М. Лайтман: Конечно. И тогда у тебя есть очень правильный расчет с собой, с жизнью, с учениками. Ну, а дальше – что получится. Это уже все во власти Творца.
Вопрос: Если взять и транспортировать это на обычного человека, у него может быть такое отношение к семье, к детям?
М. Лайтман: Абсолютно такое же. Он оставляет себя, отдает себя. Но миру.
Вопрос: То есть семье, ближним, далеким?
М. Лайтман: Да. Вот так и живи – отдай себя. Ты не представляешь, как это хорошо, легко, свободно, и главное – правильно.
Вопрос: Это ваш главный совет?
М. Лайтман: Да.
Вопрос: И тогда не будет периодов – счастливый, несчастливый?
М. Лайтман: Ничего!
Реплика: Нет меня.
М. Лайтман: Да. Но ты будешь постоянно в напряжении – отдаешь ли ты себя им.
Вопрос: И это хорошее напряжение? В нем есть элемент счастья?
М. Лайтман: Это и есть счастье.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 07.09.20
Редактор: Тамара Авив