Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Беседы в пути. Всегда следующая ступень – слияние с Творцом. 15 ноября 2025 г.
Ученик: Да. Рав, можно задать вопрос? Правильно ли это… мы говорили вчера, что Творец действует на нас через товарищей в десятке? Так можно сказать? Если товарищ что-то говорит или так я должен относиться, это Его разговор, через товарищей. Правильно так себе объяснять?
М. Лайтман: Я не знаю. Я это не проверял. Но, наверное, да.
Ученик: Может быть, прочитаем этот отрывок, о котором Рав говорил? И тогда будет понятнее.
Чтец: (00:49) Каждый товарищ – это форма, в которой Творец обращается ко мне. Это то, что называется, что за каждым товарищем стоит Творец.
Так Творец раскрывается нам в миллиардах форм. И так я могу видеть миллиарды людей в мире, что так Он хочет проявить ко мне его форму. Но вместо всех миллиардов этих людей, мне достаточно смотреть на свою десятку.
И если я работаю с ними и не хочу менять никого из них, я должен только показывать им пример, как я отношусь к Творцу. Поскольку Творец или товарищ должно быть одним и тем же. И даже важнее, как ты относишься к товарищу. (М. Лайтман)
Ученик: Так правильно ли думать, что Творец через товарищей относится ко мне, и если я хочу отнестись к Творцу, то тоже через товарищей, через мое отношение к ним, таково мое отношение к Творцу?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Да? Но вопрос тут: через каждого товарища или через десятку?
М. Лайтман: Через каждого товарища.
Ученик: Через каждого товарища. Так выходит, что Творец не относится ко мне напрямую, а только через десятку? Или напрямую тоже?
М. Лайтман: Тоже.
Ученик: И так и сяк. А я могу проявить отношение к Творцу напрямую или только через десятку?
М. Лайтман: Нет, только через десятку.
Ученик: То есть у Творца есть много путей воздействовать на меня, включая более широкий мир, через других людей. А если я хочу отдавать Творцу, то это я могу сделать только через десятку.
М. Лайтман: Да.
Ученик: То есть, Рав, может быть, невозможно проводить критику, как будто бы если Творец через товарища дает мне что-то, а я иногда хочу критиковать товарища. Так это неправильно?
М. Лайтман: Да.
Ученик: То есть Творец управляет всем и я ничего не могу критиковать, никакое состояние?
М. Лайтман: Нет, ты можешь. Также показать ему критику ты можешь.
Ученик: А если товарищ говорит, что это Творец так подготовил его для мне, как будто бы он говорит, но это не товарищ, это Творец, – я могу в таком состоянии критиковать?
М. Лайтман: Да. Что, Дуди, ты хотел?
Ученик: Есть вопрос у товарищей.
Ученик: Я приведу пример. Допустим, Влад не приходит на уроки, я прихожу к Владу и говорю, почему ты не приходишь? Это означает, что я критикую? Я как будто бы разговариваю с Творцом?
М. Лайтман: Как будто бы.
Ученик: Как будто бы. Так как будто бы я критикую Творца? Это не хорошо, не красиво. Так я молчу и не говорю ему. Сложно.
Ученик: (04:24) Вопрос всегда один и тот же. Мы как бы стоим на таком распутье. С одной стороны, я вижу своими глазами товарища, что он не выполняет условия, правила, и это то, что мешает мне, и я хочу ему высказать внешне, в рамках. Внутри – праведник, мне нечего сказать о нем. Но внешне то, что я вижу, и я хочу ему сделать замечание, в форме соамой любящей. И это то, на что мы согласились, то, что нам говорили каббалисты, то, что говорите нам Вы, то, что нам важно.
Но с другой стороны, за каждым из товарищей стоит Творец, и может быть, товарищ совершенный, праведник, и нечего его трогать. Это я, в своем неисправленном восприятии, и поэтому мне лучше просто молчать и показывать пример. Так где тут граница между «молчать» и «давать пример» и между «замечанием товарищу», чтобы сказать ему напрямую, но уважительным образом.
М. Лайтман: Разница – критикуешь ли ты группу в общем или нет. И если ты это делаешь – это одна часть. А вторая часть, это когда ты молчишь и надеешься, ждешь от Творца, чтобы Он тебе дал правильный пример.
Ученик: Чтобы Он дал мне правильный пример, чтобы дать его товарищу?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Вы сказали: критика в общем в группе. Я понимаю, что в общем – это общее. И это тогда не обязывает ни к чему. А что такое частная, личная критика по отношению к товарищу? Я хочу что-то сказать Муши, что-то, что мешает мне в его поведении в группе по отношению к пути, по отношению к рамкам, которые мы установили. Я могу подойти и сказать ему, или надо молчать и показывать пример, и когда он это воспримет, тогда он изменится?
М. Лайтман: Это может быть так, а может быть и по-другому.
Ученик: Но есть что-то предпочтительнее? Стоит к нему обращаться и говорить?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Говорить.
Ученик: Может быть, говорить, если есть согласие. А если он не хочет, чтобы я ему говорил? Допустим, мы видим, что не каждый товарищ хочет, чтобы его критиковали. Для чего говорить? Это только вредит.
М. Лайтман: Но мы с самого начала собрались здесь, чтобы критиковать, анализировать, и отнести эту критику по отношению ко всей группе.
Ученик: Но может быть, что я собираюсь критиковать Муши, но это, собственно, мое эго – я хочу управлять им (товарищем).
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так, кто говорит, что я вообще могу открывать рот? Может быть, это неправильно? Почему я думаю, что я могу судить и критиковать товарищей?
М. Лайтман: Должно быть общее согласие.
Ученик: Общее согласие. Так это, собственно, мы возвращаемся к общему согласию. Если мы о чем-то согласились, то это уже не критика. Я только объясняю, что мы определили между нами.
М. Лайтман: Да.
Ученик: (09:02) А как товарищ должен воспринимать то, что я говорю ему?
М. Лайтман: Так же, по общему согласию.
Ученик: Понятно. Может быть, вопросы от товарищей? Товарищи послали нам вопросы. Вы хотите, чтобы мы Вам задавали разные вопросы? Поскольку мы беседуем с Вами, и есть товарищи, у которых есть вопросы, но нет возможности спросить Вас, поэтому они попросили, чтобы мы спросили. Это нормально?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Вопрос такой. Очень много говорится о высшей важности разговора человека с Творцом. Может ли десятка говорить с Ним? Не индивидуум, а десятка.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Да. Вопрос подруги из израильского кли о радости в десятке. Как сохранять серьезную работу и параллельно этому позволить раскрыться радости, чтобы это не привело к легкомыслию?
М. Лайтман: Это внутренние дела человека. То, что в человеке.
Ученик: Можно ли действительно находиться в серьезной работе, а внешне проявлять радость? Какие-то шутки, даже смешки, может быть, даже глупости, а внутри чтобы была серьёзность?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Мы слышим, как Вы очень часто говорите о том, что в десятке нужно раскрывать сердце. Но непонятно, как практически реализовать в десятке то, что называется раскрытием сердца, и как расширить эту связь вне рамок, которые десятка определила. Мы обычно говорим о рамках, но что значит раскрыть сердце, но при этом не показывать расчеты сердца?
М. Лайтман: Это человек должен понимать из того, что происходит в десятке.
Ученик: Вопрос такой. Рав всё время нам показывал, какова наша следующая ступень. Должны ли мы, можем ли мы, как десятка, понять, какова наша следующая ступень?
М. Лайтман: Мы – как десятки?
Ученик: Да. То есть может ли десятка, как кли… как группа, которая включает в себя много десяток, могут ли они определить, узнать, какова наша следующая ступень?
М. Лайтман: Да. Наша следующая ступень – прийти к слиянию с Творцом.
Ученик: То есть, это как бы закон: на каждой ступени это так?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А если это что-то отдельное, более конктерное? Рав всегда указывал, что теперь нужно сосредоточиться на этом, когда мы идем туда-то. Так Рав нам указывал, куда двигаться. А может ли десятка или несколько десяток в группе определить, куда нам сейчас двигаться?
М. Лайтман: К единству!
Ученик: (13:00) Понятно. Ну, ещё вопросы? Нужно ли проявлять приятное отношение ко всем товарищам в Бней Барух, а не только к товарищам в десятке?
М. Лайтман: Нет. Должны еще подождать этого.
Ученик: Есть товарищи, с которыми в течение многих лет, даже когда я прохожу рядом по улице, мы даже не смотрим друг на друга, даже не здороваемся. В течение десятков лет. Это нормальное состояние?
М. Лайтман: Может быть, да.
Ученик: Я не должен сильно впечатляться тем, что, когда иду по улице, вижу товарища из Бней Баруха, и он не здоровается со мной?
М. Лайтман: Нет.
Ученик: Понятно. Последний вопрос и закончим. По поводу наркотиков. В последнее время это происходит очень часто у товарищей. У некоторых товарищей есть разрешение на медицинский каннабис, в Израиле можно получить такое разрешение. А у части товарищей – нет, но не проблема получить такой рецепт. Что бы Рав посоветовал тут?
М. Лайтман: Я не думаю, что это необходимо.
Ученик: Не необходимо – хорошо. Вопрос такой: можно ли курить наркотики, даже если это по медицинским показателям, на встрече товарищей? Сейчас у нас встреча товарищей, а я по медицинским показателям курю.
М. Лайтман: Нет, нельзя.
Ученик: Нет – на встрече нет. А могу ли я предложить товарищу не во время встречи?
М. Лайтман: Нет.
Ученик: А каково мое отношение к тому, что товарищ курит сам? Я знаю, что товарищ курит дома у себя. Мне надо как-то к этому относиться, надо как-то проявлять к этому… или это легитимно, то, что он делает?
М. Лайтман: Я не думаю, что нужно относиться к нему по-другому.
Ученик: Хорошо.
Набор: Команда синхронного набора