Новости с Михаэлем Лайтманом
4 января 2021 г.
Жизнь – это игра
Вопрос: В детстве игра – это самое нормальное состояние роста. И мы так помогаем ребенку: даем ему конструкторы, головоломки, подбрасываем всякие игры. Ребенок играет – и развивается.
Потом игры потихонечку исчезают из жизни. Я хотел вас спросить: что со взрослыми? Игра должна существовать в нашей жизни?
М. Лайтман: Мы должны всю жизнь продолжать играть. Если человек не играет, он не растет. Даже в 30, в 40, в 50 лет.
Реплика: Но я же уже вырос, я уже взрослый. Я приобретаю знания, профессию.
М. Лайтман: Так это тоже игра. Потому что ты играешь в кого-то другого, в того, каким ты хочешь быть.
А когда человек перестает играть, он просто обслуживает свое тело. Он уже начинает заворачивать сам на себя, с уровня "человек" на уровень животного. И на этом кончается жизнь человека. Сколько-то лет он еще проживет в виде животного, обслуживая свое тело. И все.
Вопрос: А почему люди считают, что игра – это детская вещь? Когда человек говорит, что он играет, он говорит о чем-то придуманном.
М. Лайтман: Конечно, придуманном. Я придумываю. А что значит дерзать? Это играть во что-то большее, великое. Все это стремление, порывы. Как дети, во что бы они ни играли, они хотят стать лучше. Так и у нас игра должна быть естественной, а мы это потеряли.
В юношеском возрасте человеку уже все дают и ничего не требуют, и он перестает играть.
Вопрос: То есть это и есть основа всех депрессий, наркотиков и так далее, и так далее? Человек перестает играть.
М. Лайтман: Жизнь не заставляет.
Вопрос: А жизнь должна заставлять играть?
М. Лайтман: "Что наша жизнь? Игра!" Только другая!
Я очень проверяю себя и дорожу – нет ли во мне желания остановиться. Я бы хотел в последнюю минуту так с устремлением: тык! – И все. Это хорошо.
Вопрос: В этот год пандемии игра является выходом из состояний, в которых сейчас находится человечество? Оно в тупике, в задумчивости.
М. Лайтман: Конечно. Мы должны играть в то состояние, которого мы желаем достичь. Как Козьма Прутков говорил: "Если хочешь быть счастливым – будь им". Это очень верно.
Вопрос: В какую игру мы сейчас должны играть? Сейчас, в это туманное время?
М. Лайтман: Мы должны играть в дружбу и любовь. А что еще есть в человеке? Когда это пропадает, жизнь вкуса уже не имеет.
Вопрос: То есть это главная игра? Все время.
М. Лайтман: Конечно. Флирт с жизнью.
Вопрос: А когда вы говорите "дружба и любовь" – это к другому, к близкому, дальнему, к миру? Это все вы туда вкладываете?
М. Лайтман: Конечно, всё в этом. Движение должно быть.
Реплика: Но если это игра, и я внутренне понимаю, что я так не отношусь к нему?
М. Лайтман: Это неважно. Даже если я делаю это специально. Я могу так к нему изначально не относиться, а потом я создаю.
Вопрос: Я создаю этот мир игры: я не отношусь так к человеку, но я все время хочу его любить, хочу дружить с ним. И тогда этот мир проявляется, эта ступень? Я на нее вхожу? Это происходит?
М. Лайтман: Происходит то, что ты хочешь, чтобы произошло.
Вопрос: Наша главная игра – это игра в дружбу и любовь?
М. Лайтман: Да. Не будем назвать это "дружба и любовь", это слишком по-детски. Только добрая связь между нами, взаимопомощь, ощущение необходимости в добрых отношениях могут привести нас к новому миру, иначе никак.
Новый мир – это новое общество, когда я буду всё больше ощущать, что мое физическое и душевное здравие зависит от всех окружающих, и их – от моего. И мы постоянно так включены друг в друга, что невозможно оторвать одно от другого.
Я должен осознать, что здесь существует такой закон природы, очень жесткий закон, что мое отношение к другим определяет их отношение ко мне. Вот это настолько странно для нас. Но если мы будем пытаться, стараться, то, конечно, всё-таки постепенно увидим, что мир зависит только от нашего отношения к нему, и он будет изменяться к лучшему. То есть ты рисуешь свой мир.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 04.01.21
Самый счастливый момент в жизни
Вопрос: Не секрет, что люди хотят быть счастливы. И говорят о счастье: "Счастье – это когда тебя понимают. Счастье – когда ты любишь. Счастье – когда любят тебя. Счастье – когда все вокруг здоровы". У всех свое понимание счастья.
И тут приходит великий каббалист Бааль Сулам и говорит так, что ошарашивает: "Нет более счастливого момента в жизни человека, чем тот момент, когда он обнаруживает, что полностью ослаблен и не верит в свои силы, потому что приложил все возможные усилия, которые был только в состоянии приложить, но ничего не достиг. Потому что именно в такой момент в таком состоянии готов к полной, явной молитве, молитве-просьбе, молитве к Творцу!"
М. Лайтман: Да. Счастье – это когда я выложился до конца и убедился, что у меня нет никаких сил. И вообще я никто и ничто, и никак, и никуда. И вот здесь у меня возникает, как следствие этого, возможность обратиться к Творцу.
Это исходит из схемы творения. После того, как человек убеждается, что у него ничего нет в руках, но у него есть большой путь, который он проделал, искал, страдал, пытался сделать что-то из себя и видит, что не в состоянии, тогда он обращается к Творцу.
Ты чувствуешь, что у тебя кроме Творца ничего другого нет. Ты к Нему должен воззвать и уговорить, упросить, умолить, или просто заставить, вынудить, потребовать раскрытия.
Вопрос: Вот этот момент является моментом счастья?
М. Лайтман: Да. А весь путь тоже был к раскрытию Творца, потому что все, чего ты хотел на своем духовном пути – это обрести свойство отдачи и любви. Только ты к Творцу не мог правильно обратиться. А сейчас ты это сделал.
Сегодня люди уже вымучены, и потому могут это услышать. Если бы мы не задуривали себя средствами массовой информации и всем прочим, то можно было бы потихонечку объяснять, что такое счастье.
Весь путь – он идет к молитве. Потому что у нас самих нет этого свойства, второго, у нас только эгоистическое свойство получать (минус). А второго свойства – отдавать другим (плюс) – у нас нет. А чтобы нормально, правильно существовать в полном объеме мироздания нам необходимы эти два свойства. И, кроме этого, баланс между ними, чтобы мы понимали, как действовать.
И тогда мы с помощью минуса-плюса – получения и отдачи – на каждом уровне, в каждом состоянии сможем себя правильно регулировать, и будем ощущать себя в состоянии абсолютного равновесия.
Вопрос: То есть весь наш путь – приобрести плюс? Минус у нас есть.
М. Лайтман: Приобрести плюс. Но приобретая плюс, мы одновременно должны приобрести и методику использования этих двух сил – так называемую среднюю линию.
Вопрос: Это и называется движением к свойству отдачи и любви? Это исправление мира и есть?
М. Лайтман: Да.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 04.01.2021
Тайный код Торы
Реплика: Говорят, что первыми буквами, которые возникли после наскальных рисунков, были буквы ивритского алфавита – алеф, бет и так далее.
М. Лайтман: Но они не возникли, их раскрыл Адам, который жил почти 6000 лет назад.
Он открыл эти буквы, потому что начал постигать соотношение свойства отдачи и свойства получения, и связь между ними. Он увидел, что есть всего 22 связи, и с помощью этих связей получения и отдачи он может выразить любые свойства мира. И поэтому он таким образом изобразил их в виде палочек, точек. С этого времени у нас есть алфавит.
Вопрос: А что такое черная точка в ивритской букве, с которой все начинается?
М. Лайтман: Это то, что отличается в абсолютно противоположную сторону от свойства отдачи и добра. Отдача, любовь, добро – все положительные свойства, когда они истекают из одного объекта к другому, только для пользы другого, – они называются светом. А противоположное ему называется черной точкой.
Вопрос: Любая буква начинается с этой черной точки?
М. Лайтман: Конечно.
Реплика: А дальше мы изображаем палочку горизонтальную, палочку вертикальную…
М. Лайтман: Да, на фоне белого света. На фоне белого листа бумаги.
Вопрос: И когда вся буква написана, это что значит?
М. Лайтман: Я изображаю, в какой мере свойства отрицательные могут уподобиться свойствам положительным.
Вопрос: То есть эта черная буковка может уподобиться белому листу бумаги – белому свету?
М. Лайтман: Да.
Вопрос: А когда я буквы составляю в слово?
М. Лайтман: Тогда ты просто объясняешь, как ты переходишь из одного качества отдачи в другое, третье, четвертое и так далее.
Вопрос: А когда я пишу предложение и заполняю полностью, допустим, этот белый свет, этот лист?
М. Лайтман: Ты этим выкладываешь все свои возможности отдачи на фоне белого света. После того как была написана Тора, которая изображает из себя абсолютно все возможности взаимных свойств отдачи и получения, то нет никакого смысла писать все остальное. Это все лишь является всевозможными дополнениями, комментариями к книге Торы.
Вопрос: То есть, когда была написана Тора, – это все наше желание и устремление человека стать отдающим и любящим?
М. Лайтман: Да.
Вопрос: А если человек пишет на английском, на русском, на немецком, на армянском, неважно на каком языке?
М. Лайтман: Дело в том, что то, что сейчас пишут, ты не можешь правильно прочесть, поскольку языки постоянно подвергаются изменениям. И если сегодня взять современного француза и того, который говорил во времена крестовых походов, то они могут не понять друг друга. Так изменился язык!
Вопрос: А что касается иврита?
М. Лайтман: Нет. Иврит не изменился. Мы же читаем книги, которые написаны две-три тысячи лет назад. Адам написал свою книгу "Разиэль а-Малах" 6000 лет назад, и мы ее читаем, как будто она написана сегодня. Не очень понятно, но читаем. И мы могли бы говорить с Адамом точно так же, как со своим современником.
Нет больше такого народа, который мог бы встретить своего предка, жившего тысячи лет назад, и понять его, говорить с ним на одном языке.
А еврейский народ – спокойно!
Вопрос: Именно потому, что код не изменился?
М. Лайтман: Да. А он не может меняться, потому что это взаимодействие света и тьмы, взаимодействие двух сил.
Вопрос: Поэтому когда говорят, что в иврите и в Торе заложен какой-то код, это и есть взаимодействие света и тьмы?
М. Лайтман: Да. Тьма – это буквы, а свет – это фон, на котором мы пишем.
Буквы являются изображением подобия свойства человека свойству Творца. А когда человек придет к этому подобию, тогда не будет отличия между буквами и светом. Все буквы будут лишь выражать свойство света.
Все буквы существуют только для того, чтобы выделить все свойства света именно в тех линиях, в тех изображениях, где он отсутствует.
Вопрос: А это правда, что горизонтальная, вертикальная линии обозначают разные света?
М. Лайтман: Да, конечно. Есть очень много всевозможных обозначений, и есть в этом много тайн, то есть еще нераскрытых нами.
Вопрос: Действительно нераскрытые тайны есть в буквах?
М. Лайтман: Конечно! Кроме букв ничего другого нет. Буква – это знак между нами и высшей силой. И кроме этих знаков, ничего другого нет.
Вопрос: А можно сказать, что свет как бы проходит сверху через трафарет, который называется "буква", и отпечатывается в человеке?
М. Лайтман: Да, так тоже можно сказать.
Вопрос: Вы как-то рассказывали историю, когда какой-то совершенно обычный человек, живущий в Сибири, написал вам письмо на иврите, высочайшем, чистейшем, поэтическом.
М. Лайтман: Да. Я показал это своему учителю Рабашу. И он сказал, что это каббалистический текст, который написал простой человек, потому что у него было такое духовное озарение.
Вопрос: Из этого можно сказать, что всё-таки буквы находятся в нас, в каждом человеке мира?
М. Лайтман: Да. Потом я встретил этого человека, и он уже ничего не понимал и не знал. Он приехал в Израиль, его отпустили из Сибири через много лет. И в нем уже ничего не было от того состояния, которое он тогда пережил. Это ему было дано – такая кратковременная вспышка, потому что он очень страдал. Он всеми силами хотел выйти из себя, выйти из своего тела! И вот это напряжение – оно привело его к такому состоянию, что он смог написать на иврите. Это через него просто так вышло в мир.
Вопрос: Но можно сказать, что это была его молитва?
М. Лайтман: Конечно.
Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 04.01.21
Редактор: Тамара Авив