Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Телепрограмма «Новая жизнь»

Передача 1305

25 апреля 2021 г.

О. Леви: Сегодня мы поговорим о том, как окружающая среда влияет на нас и на наше общение.

Я. Лешед-Арэль: Как родители мы хотим, чтобы наши дети росли в хорошем окружении, которое транслирует наши ценности. Мы знаем, что окружающая среда формирует их. И если у детей будет хорошее окружение, то оно окажет положительное влияние на формирование личности ребенка. А если окружение будет плохим, то это вызовет беспокойство родителей.

У взрослых людей влияние окружения происходит следующим образом. Например, если я нахожусь среди военных, то у меня будет их жаргон, военный. А если я буду среди рабочих, то стану подстраиваться под их среду. Но влияние окружающей среды на нас будет не такое глубокое. Многие люди думают, что они могут контролировать влияние окружающей среды на них.

Сегодня мы хотим обсудить, насколько действительно окружающая среда влияет на нас. И понять, насколько она влияет на связь между нами, на нашу коммуникацию, на качество связи между нами, насколько мы можем быть близки друг другу в результате внешнего влияния окружающей среды.

Почему мы, взрослые, считаем, что окружающая среда влияет на нас только во внешней форме, но никак не во внутренней, глубокой?

М. Лайтман: Я думаю, что это неправильно. Когда мы оказываемся в каком-то окружении, то не осознаем, насколько оно воздействует на нас и изменяет нас. Это не только в профессии, когда мы меняем свое место работы. Но каждый человек в нашем окружении воздействует на нас и формирует в соответствии с тем, насколько он наполняет атмосферу вокруг нас. И мы меняемся.

Человек является плодом, результатом того, что формируют другие люди. Например, если ты растешь в лесу с животными, то будешь похож на них и переймешь от них все формы поведения. Мы видим, как меняются люди, переезжая с места на место. Так всегда происходит в любом окружении.

Я. Лешед-Арэль: Это проявляется только внешне? Скажем, когда вы уезжаете за границу и пытаетесь подстроиться под окружающую среду. А насколько глубоко влияние на внутреннюю часть?

М. Лайтман: Насколько мы хотим связаться с ними, сколько времени находимся в другой стране, насколько мы отличаемся от того окружения. Но окружение обязывает к изменению, и мы всегда будем подвержены его влиянию в чем-то меняться.

О. Леви: Вы сказали, что мы даже не осознаем, насколько окружающая среда влияет на нас. Почему мы не осознаем? Ведь на детях мы это видим. Когда мы определяем своего ребенка в один или в другой садик, нам сразу ясно, какое влияние он получит. Нам это предельно понятно. Почему же мы не осознаем это по отношению к себе?

М. Лайтман: Человек не осознает, насколько он каждый раз меняется. Ему кажется, что он ведет себя так, как считает правильным сам. Но если он очень хочет проследить за всеми изменениями, производимыми окружением с ним, тогда он начинает играть соответственно их правилам.

Я. Лешед-Арэль: Люди говорят, что окружение влияет на них, и они могут контролировать влияние окружения. Что вы думаете по этому поводу?

М. Лайтман: Я не думаю, что человек, находящийся какое-то время в определенном окружении, может вести себя так, как сам считает. Он должен будет вести себя так, как обязывает его окружение. Почему? Потому что мы устроены таким образом, что человек является плодом своего окружения.

О. Леви: Когда я нахожусь в определенном обществе, то решаю, насколько окружающая среда будет влиять на меня и насколько нет. В принципе, это ошибка, ведь руль не в моих руках.

М. Лайтман: Нет, может быть и в твоих руках. Ты хочешь вести себя так, как раньше, или ты очень хочешь впитать в себя окружение, чтобы оно повлияло на тебя. В конечном счете, победит окружение.

Я. Лешед-Арэль: Влияние на что? На поведение? На внешнее поведение? На внутреннее отношение? На чувства? На мысли? На что именно?

М. Лайтман: На все, что ты перечислила, и больше того.

Я. Лешед-Арэль: Что имеется в виду под «больше того»?

М. Лайтман: Мы не осознаем, насколько в нас остаются многочисленные решимот, которые являются нашей основой, - после того как мы находились в утробе матери, потом родились. Сейчас мы как бы входим в новую утробу. Мы как бы находимся в какой-то оболочке, которая влияет на нас, и влияет все время. Особенно, когда мы переходим с места на место, переезжаем в другую страну, в другую культуру. Мы уже сформировались в соответствии с нашей природой, с местом, где мы родились и выросли, - это влияет.

Я. Лешед-Арэль: Сейчас мы поговорим о связях между нами - и на уровне языка, и на уровне поведения, а также и на уровне внутреннего отношения. Насколько окружение может действительно повлиять на меня? Насколько я могу прийти к близкой связи? Насколько у меня с каким-то определенным человеком будет более отдаленная связь?

М. Лайтман: Это согласно тому, насколько нам нравится окружение. Если мне нравится мое окружение, я буду ближе к нему, захочу включиться в него, захочу воспринять от этого окружения все, что там есть, все формы поведения и обычаи. Я буду принимать его с радостью, без сопротивления. И так я буду рад расти, как они.

Я. Лешед-Арэль: Теоретическая ситуация: скажем, Орен и я работаем в определенном месте. Там очень тепло, нас поощряют, очень поддерживающая атмосфера, которая позволяет создать хорошие связи друг с другом.

Теперь я гипотетически переношу нас в другое место работы. Здесь холодная атмосфера, конкуренция, нет никакого сотрудничества. Все по-деловому, направлено на достижение каких-то целей, очень прагматично, практично. Потенциал наших связей будет разным в зависимости от этих двух мест?

М. Лайтман: Без всякого сомнения. Насколько окружение поддерживает, является теплым, пытается быть близким нам, хорошо нас принимает, тогда и мы хоть как-то, но включаемся в это.

А в соответствии с враждебным, холодным окружением мы будем стараться создать вокруг нас какую-то оболочку и жить в ней.

Я. Лешед-Арэль: То есть связь между двумя людьми в определенном окружении напрямую получает влияние от атмосферы, которая находится вокруг них?

М. Лайтман: Да.

Я. Лешед-Арэль: Это потрясающе, что вы говорите....

Скажем, если есть проблемы в связи между людьми, какие-то трудности, непонимания. Или, например, хорошая связь по сравнению с агрессивной, какой-то холодной связью. Это зависит от самого места или от нас, людей?

М. Лайтман: Здесь есть очень много вариантов всевозможных связей. Не могу сказать.

Я. Лешед-Арэль: Спрошу по-другому: какова здесь роль окружения?

М. Лайтман: Окружение – это главное. Окружение влияет на меня, если я вхожу в окружение. Если это окружение на работе – это одно. Окружение, когда я нахожусь по месту жительства с близкими или более далекими людьми, зависит от моего переезда с одного места жительства на другое, от того, как мы выбираем эти места. Это все очень сложно.

О. Леви: Я хочу сейчас привести пример из жизни, и все, что мы сейчас проговорили, мы проверим и начнем реализовывать в соответствии с этим примером.

Скажем, человек начал работать в каком-то новом месте. Он находится там в определенном окружении, где есть свои коды отношений, код культуры между сотрудниками и руководителями. На протяжении нескольких месяцев большую часть времени он находится в этом окружении.

В конце нескольких месяцев его семья решила, что хватит, пришел этому конец. Они собрали всю семью и все вместе сказали отцу: «Мы очень тебя любим, но ты меняешься прямо на наших глазах. Ты уже не тот человек, каким был раньше, - теплым, нежным, добрым. А сегодня ты перенес свое новое рабочее место к нам в гостиную, к нам на кухню. Это нам не подходит, мы хотим вернуть того отца, который был у нас полгода назад». Очень частая ситуация, которую проживают большое количество людей.

Я хотел бы посмотреть на эту ситуацию так, как вы нам это объяснили. Вы сказали, что человек открывает или закрывает дверь в то место, в которое он входит, если он будет очень-очень стараться. Как он может все-таки чуть-чуть закрыть дверь влияния?

Скажем, действительно, отец понимает, что ему говорят в семье. Что он может сейчас сделать? Как семья может сейчас его так обнять и ограничить от влияния окружения, которое находится на новом рабочем месте? Ведь мы хотим, чтобы он не менял рабочее место, иначе нам нечего будет кушать. Но как все-таки помочь создать ему пузырь, который будет оберегать его?

М. Лайтман: Они должны призвать его к такому поведению, каким оно должно быть дома. Место работы – это место работы, а место дома – это домашнее место. Есть разница между тем и другим, может быть, очень существенная.

Здесь главное – как ведут себя с ним дети. Нам нужно чтобы в семье дети подходили к отцу, пытались его смягчить, вызывали в нем больше внутреннее тепло, улыбку. Это зависит и от детей, и от жены. Он должен получить такое впечатление, которое поможет ему понять, что дом это дом, а работа это работа.

Я видел такие семьи, где в семье есть военный человек, очень жесткий, а дома – просто мягчайший человек, и дети просто ездят на нем верхом. Дома может мыть посуду и делать все, а на работе он во всем, буквально, как диктатор.

Я. Лешед-Арэль: Вы говорите, что, в принципе, это зависит от семьи, а не от него?

М. Лайтман: Главным образом, от детей.

Я. Лешед-Арэль: Почему?

М. Лайтман: Потому что они могут смягчить сердце человека, они могут прийти к нему и требовать от него в простом виде, даже в наивном: «Папа, мы хотим тебя видеть таким-то и таким-то. И ты был таким! А сейчас почему место работы так на тебя влияет, что ты меняешься по отношению к нам? Там – это твое дело, мы в это не входим, но почему ты свою работу приносишь сюда, в наш дом?»

Я. Лешед-Арэль: Этот военнослужащий или отец, он вообще способен разделить эти влияния - позитивные и негативные?

М. Лайтман: Да, безусловно, он может, нужно только ему помогать. Он не знает, как вести себя в окружающей среде, в обществе. Он знает, что это моя профессия, и я определяю поведение на месте работы. Если я поменял место работы, поменял свою должность, то согласно должности, я веду себя на работе по-другому (там также относятся к нему соответственно и требуют от него такого поведения). Так что же мне делать? На работе я формирую себя заново, приводя в соответствие новой должности, но дома я остаюсь на старой должности. Какой должности? Домашние требуют от меня любви, объятий, объединения, участия и так далее, поэтому должны помогать мне.

Я. Лешед-Арэль: Если я правильно понимаю, он должен сделать какое-то внутреннее разделение? А человек не знает, как это делать, все у него смешано.

М. Лайтман: Он приходит домой, затем идет к своим пожилым родителям, потом встречается со своими друзьями в свободное время, и везде он должен вести себя по-разному. Он должен вести себя в соответствии с окружением, в которое включается.

О. Леви: Представим, что он едет домой с работы и стоит в пробках. И когда, наконец, приходит домой, он весь в том состоянии. Что он должен сделать, чтобы произвести разделение еще перед тем, как войти в дверь? Ведь он помнит, как дети сказали ему вчера, что он изменился. Как он должен произвести разделение перед тем, как войти домой?

М. Лайтман: Легче всего послушать в машине по дороге домой песню в исполнении своей дочери. Или еще что-нибудь такого рода. Это уже введет его в нужную атмосферу.

Я. Лешед-Арэль: То есть вы говорите, что он должен взять что-то из дома, чтобы уже на пути домой очистить себя и пропитаться атмосферой семьи?

М. Лайтман: Безусловно.

О. Леви: До этого мы говорили о человеке, который был подвержен влиянию окружения и приносил это домой. Сейчас я хочу усложнить пример.

Мы всей семьей переехали на другое место, где купили дом. Он находится в районе с более высоким социально-экономическом уровнем. Но мы заметили, что в этом районе есть такой холод, который проник к нам в дом. Вдруг мы стали какими-то снобами, циничными, отдаленными, отчужденными друг от друга, как все, кто находится в этом обществе.

Если бы мы были, как все, мы бы не обратили на это внимание. Но мы - умная семья, которая обратила на это внимание, и мы хотим изменить эту ситуацию. Мы не можем продать этот дом. Мы застряли в этом окружении, в этом районе, но хотим уберечь себя от этого влияния. Что нам нужно сделать?

М. Лайтман: Я бы ввел какую-нибудь семейную игру.

О. Леви: Какую игру?

М. Лайтман: Ну, что ты хочешь, неважно. Такая игра, где могут участвовать как можно большее количество домашних.

О. Леви: Что должна сделать эта игра для нас?

М. Лайтман: Игра должна создать для нас возможность участия. Даже если мы не заинтересованы, мы должны участвовать. Например, собрать картину из пазлов. И делать это каждый день вечером в течение получаса. Когда-то были такие всевозможные настольные игры.

Я. Лешед-Арэль: В чем цель этого? Чего мы хотим достичь этой игрой?

М. Лайтман: Взаимодействия. Мы делаем это вместе, когда играем всей семьей. Мы общаемся во время игры. Может быть мы вместе будем рисовать, но обязательно должны делать это вместе.

О. Леви: Как это будет оберегать нас от влияния окружения?

М. Лайтман: Когда мы связаны не только тем, что живем на одной территории, а вместе играем, то сближаемся, создаем общую атмосферу и чувствуем, что между нами что-то есть. А не так, как это обычно происходит сегодня, когда каждый член семьи уходит в свою комнату и закрывается там.

Я. Лешед-Арэль: Есть в этом какая-то роль у каждого из членов семьи?

М. Лайтман: Да. Нам необходимо стараться привлекать детей к взаимодействию.

Я. Лешед-Арэль: Как родители?

М. Лайтман: Да. Для детей мы родители.

Я. Лешед-Арэль: А со стороны детей?

М. Лайтман: Когда мы будем играть вместе, мы объясним роль детей в этом случае.

Я. Лешед-Арэль: Как мы можем в любом маленьком круге стать лидерами, несущими дух объединения, даже в таком маленьком круге как семья? Это может быть круг друзей или круг коллег на работе. Как я становлюсь тем, кто влияет на других и приносит дух, который лучше для объединения, соединения, хорошей связи?

М. Лайтман: Я думаю, что, прежде всего, нам нужно вечером всем вместе сесть на один диван рядом друг с другом и даже не говорить несколько минут. Пусть это станет традицией, когда мы сидим рядом, близко друг другу на диване, и молчим.

Я. Лешед-Арэль: А что такого в этом физическом контакте, который мы делаем?

М. Лайтман: Мы чувствуем, что относимся к одному кругу.

Я. Лешед-Арэль: Вы говорили об отношении к одному кругу, говорили о сотрудничестве ради какой-то общей цели, например, когда мы собираем пазлы или что-то создаем вместе. Есть ли еще какие-то действия, которые могут помочь нам прийти к объединению?

М. Лайтман: Мы можем сделать многое. Нужно подумать об этом.

О. Леви: Я хочу немножко сосредоточиться на таком элементе отношений как цинизм. Скажем, в районе, куда мы переехали, живут очень циничные люди. И мы начали так же цинично общаться друг с другом. Как мы можем оградить нас от привычки говорить цинично? Какой должна быть наша общая игра?

М. Лайтман: Мы, конечно же, изменимся, у нас нет выбора, потому что воздействие окружения на человека очень сильное. Но между нами в семье мы будем соблюдать наши традиции.

Я. Лешед-Арэль: Вот в этом-то и вопрос. Ведь человек в течение дня подвержен влиянию большого количества разных окружений. Как он выбирает то влияние, которое будет главным и самым сильным, например, влияние семьи? Как вы выбираете окружение и даете ему приоритет в вашей жизни?

М. Лайтман: Я сам создаю атмосферу, в которой живу.

О. Леви: Что это значит?

М. Лайтман: Эта атмосфера, тот дух, который мы должны создать в семье. Тогда мы сможем оберегать себя. Если мы друзья, то заботимся друг о друге. Нам неважно, что происходит вне нас, мы стараемся быть друзьями друг с другом.

О. Леви: Что дает этой атмосфере, этому пузырю, силу?

М. Лайтман: Если мы уберем цинизм из наших отношений и всегда будем помогать друг другу. В нашем доме мы будем соблюдать другую форму поведения, чтобы она была ради нашей семьи.

Я. Лешед-Арэль: То есть вы хотите сказать, что нужно укрепить, усилить хорошее окружение?

М. Лайтман: Да. Мы должны обращать внимание на то, как ведем себя в том или ином окружении. Мы должны использовать игры и разные формы поведения, традиции, которые помогут нам укрепить хорошее окружение.

О. Леви: Мы поняли, что окружение очень сильно влияет на связь людей друг с другом в любом месте, где бы они не находились. Поняли, что мы можем создать такую атмосферу, такой пузырь, который будет охранять нас.

Нужно ли нам говорить между собой о том, что необходимо создать что-то такое, что будет охранять нас?

М. Лайтман: Конечно. Безусловно. Стоит говорить, какова причина того, что мы так искусственно ведем себя в семье. Это нужно для того чтобы не дать чуждому, враждебному, холодному духу разделить нас, разобщить нас, чтобы не дать войти этому духу и властвовать над нами.

Нужно работать над этим, работать буквально все время, иначе ты не сможешь преодолеть внешнее окружение.

Я. Лешед-Арэль: Может быть, хотите что-то сказать в заключение, что останется в нашей голове, что-то важное.

М. Лайтман: На самом деле, мы говорим о том, что есть вне нас и что находится внутри нас, и насколько мы должны оберегать себя от воздействия чуждого окружения.

Набор текста: Роза Коноваленко, Авиталь Шимшон, Вика Решетникова, Дарья Тараканова-Урланис

Проверка по звуку: Рита Бейдер, Алена Ларионова, Вера Калика, Марина Каганцова

Редакция: Елена Гурова, Алла Александрова

Видео-файл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/CDz2jqHU