Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Телепрограмма «Новая жизнь»

Передача 1241

18 мая 2020 г.

О. Леви: Передача 1241-я. Тема «Соседство и жизнь в содружестве в общине».

Офер из Китая, израильтянин, который живет в Китае, написал, находясь на карантине: «Один… однажды все закончится, и мы победим этот вирус, мы выйдем здоровыми, вдохнем чистый воздух. Я надеюсь, что будет еще цвести весна, и тогда мы решим, что будем делать сейчас. Потому что вернуться к той жизни, которая у нас была прежде, насколько она была хорошей, – мы не вернемся. Неважно, что произойдет, неважно, где мы будем жить, но я уверен только в одном: любое место, где мы будем жить, – это место должно быть теплой и поддерживающей семьи. Мы захотим жить с людьми, которые могут помочь тебе в трудный момент, и с такими, с которыми ты захочешь поделиться последним мешком муки или риса, который у тебя останется».

Это чувство доброго соседства и общинности, семейственности очень ощущалось не только в Китае, но и в Израиле.

Понятно, что в острых состояниях мы чувствуем потребность в добром соседстве, в поддержке населения и во взаимном поручительстве. Почему такая потребность в добрых соседях появляется только в чрезвычайных обстоятельствах?

М. Лайтман: Потому что мы эгоисты. Если мне хорошо, я никогда не буду думать о ком-то другом. Никогда. А если мне плохо, то я думаю о том, кто может мне помочь. Поэтому только в таких состояниях давления, в неприятных, угрожающих ситуациях мне нужно общество, которое поможет, поддержит меня, чтобы я мог на кого-то опереться.

Если пройдет эта «корона», и мы сможем выйти обратно, вернуться в нашу прежнюю жизнь, – мы, разумеется, вернемся. Потому что наше эго будет еще более жестоко толкать нас ко всем этим надуманным занятиям, в которых нет никакой необходимости.

Поэтому я полон надежд, что этот вирус не исчезнет совсем, а даст нам много результатов, среди которых – ощущение, что мы живем на круглом Земном шаре и зависим друг от друга. И этот вирус сможет свободно пребывать между нами, невзирая на то, летают самолеты или нет, ведь он передается с большой скоростью. Если не этот вирус, то другие, не менее опасные.

Ведь вирусы призваны научить нас тому, какой образ должно приобрести общество, человечество, оно должно состоять из людей объединенных, поддерживающих друг друга, быть одним народом на всей земле.

Я очень надеюсь, что мы продвинемся к этому, по крайней мере, немного, и поймем, каким образом нужно вести себя, чтобы не получать эти удары.

Или придет следующий вирус и даст нам другую порцию обучения, следующий урок, и еще урок, и еще. И так с каждым вирусом мы будем получать подобные уроки, пока не закончим эту школу и не выйдем из нее единым человечеством на всем Земном шаре. Когда мы понимаем, что это наш дом, и все знаем, как его сберечь.

О. Леви: Если взглянуть на развитие, которое мы прошли на протяжении истории: в древние времена человек жил племенным строем, потом мы перешли к модели больших семей, общин. Затем – к обычным семьям. И построили много стен, перегородок, которые отделяют нас друг от друга. Почему человек перешел к более индивидуальному образу жизни?

М. Лайтман: Из-за нашего эго, которое развивается в каждом день ото дня. Только из-за этого.

О. Леви: Почему мы потеряли эту семейственность?

М. Лайтман: Мы не можем жить общинным укладом, потому что мы эгоисты, потому что каждый сам себе царь.

О. Леви: Это естественный процесс….

М. Лайтман: Конечно. Раньше я рос ребенком в семье, приводил девушку из той же деревни, строил свой дом рядом с родительским домом и продолжал жить. Мой отец, скажем, был кузнецом или обрабатывал землю, был крестьянином. Я продолжал его дело, и не было никакой проблемы. Так мы строили нашу жизнь – каждый согласно традициям своей семьи.

А сегодня совершенно не так. Мы отличаемся, мы отделяемся, мы не хотим следовать в том же направлении, каждый занят своими делами. Так требует наше эго.

О. Леви: Куда же это все движется? Удар «короны» снова пробудил в нас это ощущение семьи. Молодежь собиралась и заботилась о стариках, которым нельзя было выходить из дома, чтобы купить лекарства и продукты. Люди мобилизовались и помогали им.

Как вы видите жизнь общества в нашем индивидуалистическом мире? Эти новые отношения между людьми останутся в нашей жизни или это регрессия?

М. Лайтман: Если мы преодолеем наше эго, это не регрессия. С одной стороны, наше эго растет, с другой стороны, мы хотим исправить его использование, – это уже не регрессия. Если бы мы уменьшили наше эго – что невозможно, но допустим, – тогда это называется регрессия: вернуться к тому, что было, например, 100 лет назад. Но если мы с нашим эго, которое растет, параллельно исправляем его, – то это прогрессия, а не регрессия.

О. Леви: К чему нас приведет эта прогрессия? Какова продвинутая жизнь в содружестве? Что мы можем использовать?

М. Лайтман: Мы можем использовать все силы природы, заложенные в нас, и силу общей природы. У нас есть все, чтобы привести нас к благу, если будем знать, как это использовать. Потому что в природе нет ничего лишнего, включая человека. Нужно только знать, как совместить все эти силы.

О. Леви: Как общинная жизнь может помочь индивидууму справляться с кризисами?

М. Лайтман: Мы уже знаем – все зависит от общества, от окружения. Окружение может поддержать меня на каждом уровне, на котором я захочу. Окружение – это все: оно дает мне жизнь, дух жизни, поддержку, настроение, дает мне систему, где воспитываются дети, где моя семья, жена, мои родители и другие родственники. Общество – это всё! Без общества мы не выживем.

Но проблема в том, что мы не продвигаем наше общество к тому, чтобы оно пришло к большему соответствию новой жизни, новой форме жизни.

О. Леви: Сегодня в интернете очень много виртуальных сообществ. Есть весьма существенная разница между виртуальным сообществом и сообществом, каким оно было в прошлом.

Я рос в поселке, где мы все жили как семья. И сегодня, когда я приезжаю на родину, люди с сожалением и болью мне говорят, что поселок уже не такой, каким был когда-то, раньше. Я там не живу уже много лет, поэтому не чувствую этого. Но это пример физической жизни в сообществе.

А в виртуальном мире, допустим, если ты программист, ты можешь включиться в сообщество программистов. Если водопроводчик, то есть сообщество водопроводчиков. Что позволяет виртуальное сообщество? Прежде всего, ты определяешь границы – в какой мере ты в нем участвуешь, а насколько находишься в своем личном пространстве. Ты получаешь знания, инструменты, делишься знаниями, информацией. Все находится под управлением. Это тебя не напрягает.

Приведенный пример – не для того, чтобы оправдать виртуальные сообщества и отменить физические, но обсудить будущие модели.

Наш эгоизм возрос до небес. Но как развитие, которое привело нас к индивидуализму на таком высоком уровне, может позволить нам в будущем создать жизнь в сообществах? Какие это будут сообщества? Как они будут (соблюдать) учитывать ощущение свободы личности и желание находиться в связи?

М. Лайтман: Нужно привести человека к правильной жизни. А правильная жизнь должна быть в сообществе, чтобы весь мир и все его населяющие люди стали бы одним сообществом. Уже сейчас с помощью техники, технологий, различного оборудования, интернета мы становимся более или менее одним сообществом. Если нет, то после нескольких ударов таких вот вирусов – «корона-19, 20, 30», неважно, сколько, – мы обретем такую круглую форму. То есть – либо под ударами, либо осознанно.

Если мы должны обрести эту круглую форму, к которой нас вот так продвигают вирусы, то каждый должен подумать: с помощью чего я смогу прийти к этому содружеству, к этому объединению (подобно тому, как ты описываешь жизнь в поселке раньше), чтобы все были связаны друг с другом. 

Как я могу это сделать? Я сам не способен, потому что я эгоист. И мое эго день ото дня растет, увеличивается. Я могу ему противостоять? Не могу. Я серьезный человек, смотрю на жизнь открыто, знаю, кто я и что я. И у меня нет никакой силы противостоять своему эгоизму. Да, я хочу быть больше остальных, более преуспевающим. И что делать?

С одной стороны, я противостою своему эгоизму, но у меня нет никакой возможности сделать что-то против него. С другой стороны, я знаю, что если я могу организовать свое окружение правильным образом, то это окружение, конечно же, сможет справиться с моим эгоизмом. Оно окажет на меня давление и заставит меня вести себя правильно, нормально.

Есть наука, которая может показать нам, где мы находимся и что мы можем сделать. И если не сделаем, то что нас ожидает.

Главное – чтобы мы сумели донести до всех эту необходимость.

О. Леви: Корень проблемы: общество будет оказывать давление на индивидуума и заставит его вести себя нормально.

А индивидуум не заинтересован, чтобы на него кто-то оказывал давление. Поэтому и предыдущие такие модели рухнули.

Допустим, кибуц в Израиле: второе, третье, четвертое поколение – никто не был заинтересован, чтобы общество оказывало на него давление.

Вы говорите, что давление общества заставит человека вести себя правильно. Но люди, наоборот, отдаляются от этого!

М. Лайтман: Да, но это давление будет необходимо, чтобы научиться и жить согласно законам.

Мой эгоизм говорит: я хочу быть владыкой мира, царем. И так каждый. Каждая женщина желает быть королевой мира. И каждый ребенок хочет быть принцем. Это находится в каждом!

Мы уже пришли к такому состоянию, когда это понятно, и тут нечего скрывать. Вопрос – как мы с этим справляемся, с тем, что приходит к нам со стороны природы? И это – только с помощью воспитания и общественного давления.

О. Леви: Воспитание в стиле жизни в сообществе – как это будет происходить?

М. Лайтман: Нам некуда бежать! Мы находимся на маленьком Земном шаре, и мы все зависим друг от друга. Я не могу оставить свое сообщество, или только лишь в случае, когда я попадаю в другое сообщество. Но это должно быть одним законом по всему миру, среди всех людей. И невозможно иначе.

О. Леви: Что должен получить индивидуум от сообщества, к которому он относится?

М. Лайтман: Прежде всего – уверенность. Уверенность душевную, уверенность физическую. Он знает, что у него есть завтра что поесть, где жить, где содержать семью и как защититься от всех проблем, медицинская помощь – то есть физическая уверенность. Все это сообщество может ему обеспечить.

О. Леви: Почему человек не может обрести это материальными средствами, деньгами?

М. Лайтман: Это возможно, когда ты можешь частично, как было, и как сейчас происходит, купить это за деньги. Но невозможно, когда ты чувствуешь, что слабеешь и не сможешь это себе сделать, обеспечить. Это первое.

Второе: ты не сможешь за деньги купить защиту против вирусов, болезней, против того, что называется высшей силой, против этих неизвестных высших «вредителей». Потому что они приходят к тебе, поскольку ты нарушаешь интегральные законы природы.

О. Леви: Сообщество может защитить человека от таких вредителей? Обеспечить ему такую прививку? Почему и как?

М. Лайтман: Потому что в сообществе есть интегральная сила, которую оно создает. Эта сила находится в соответствии и в сочетании с общей природой.

Существует закон: город отверженных невозможно покорить. То есть объединение эгоистов – это очень большая сила, если каждый из них отказывается от своего эгоизма для того, чтобы объединиться с другими. Они создают, раскрывают в себе такую силу природы, что их невозможно покорить.

О. Леви: Если мы возьмем пришедший к нам вирус как вредитель, – как он распознает, что определенный человек живет жизнью в сообществе и старается объединиться с другими или нет?

М. Лайтман: Спроси вирус. Он тебе скажет: «Я прихожу и наношу вред только тем, кто находится в конфликтах».

Это закон и великая тайна всех законов мира: вирусы приходят для того, чтобы показать нам, насколько мы находимся в эгоистических силах, в противоречии друг с другом. Чтобы довести до такого состояния, заставить задуматься о том, как с ним справиться (с этим состоянием), чтобы прийти к спокойной жизни. В таком случае мы наверняка оставляем войны и все конфликты и достигаем лучшей формы.

О. Леви: Вы сказали, что жизнь в сообществе сегодня должна включать в себя все население мира – одно большое сообщество, 8 миллиардов человек.

М. Лайтман: Как вся природа.

О. Леви: Допустим, сейчас я хочу это реализовать.

Я живу со своей семьей, например, в 20-этажном доме, в котором живут еще 80 или 100 семей. Я работаю, вокруг меня мои коллеги. Как мне начать реализовывать эту жизнь в сообществе? Каковы первые шаги для построения сообщества, которое могло бы соответствовать этим глобальным изменениям, которые вы описываете?

М. Лайтман: Мы должны начинать в рамках государства – в отношении народа, населения, граждан, включая семьи, мужчин, женщин, молодых и старых. Начать устраивать жизнь в сообществе таким однородным образом, включая все категории населения: детей, подростков, молодежь, женщин, мужчин и пожилых людей. На всех рабочих местах, во всех видах деятельности мы должны начать работать над пониманием, что называется «жизнь в сообществе». И начать реализовывать это.

О. Леви: Допустим, в организации есть несколько отделов, в моем отделе 10-15 человек. Как я могу начать продвигать эту идею о совместной жизни в сообществе?

М. Лайтман: Я не думаю, что следует начинать с рабочих мест или с чего-то в этом роде. Должна быть работа народа, населения, но это спускается от правительства, а не от какой-то маленькой организации и ее мелких начальников. Это большое, важное решение всего народа обязывает свое правительство начать заниматься тем, чем оно должно заниматься (а не разными, там, спорами в своих заведениях). Это и есть их работа.

О. Леви: То есть это формула, которая охватывает все сферы жизнедеятельности человека. И мы во все наши сферы вносим этот элемент сообщества.

Когда человек будет жить жизнью сообщества, он будет защищен от неизвестных вирусов и вредителей?

М. Лайтман: Конечно. Мы же находимся в глобальной природе. И если мы связаны с этой природой интегрально – и между собой, и правильно с неживым, растительным и животным мирами, так почему они должны нам причинять вред? Мы придем к состоянию, когда волк живет с ягненком.

Это наверняка произойдет само собой. Потому что мы – самая высокая ступень в природе. Если мы сможем между нами выстроить добрые отношения, то вдруг обнаружим это у всех остальных видов.

Во время нашей самоизоляции зайцы вдруг выбегали в парки и гуляли там. И не только зайцы, но и большие звери. Откуда они взялись? Мы вообще не думали, что они существуют рядом. Были случаи, когда люди вдруг видели животных таких разновидностей, о которых даже не знали, что они существуют! Природа чувствует, что мы вдруг немножечко спрятались, прекратили оказывать давление на животных, не желаем над ними властвовать, не говоря уже о том, чтобы убивать их.

О. Леви: Природа ощущает изменения отношений между людьми? Когда они станут более объединенными, в сообществе, – природа почувствует это?

М. Лайтман: Да. И зверь, и растение, и даже камень. Ты хочешь успокоить вулканы, цунами? Относись хорошо друг к другу – ты увидишь, как это будет. Не думай, что природа – это какой-то беспорядок, хаос, который есть у тебя….

О. Леви: Подытожьте: сообщество в XXI веке – какой будет жизнь?

М. Лайтман: Не возвращаться в твой поселок, а создать новый, правильный поселок для всего населения Земли.

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/9YPirjIJ?language=ru