Беседа с журналистами 

17.07.2022

https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/6A75hLk9

Темы:  

1. Волна подорожаний в Израиле.

2. Договоренности с Саудовской Аравией. Перспектива отношения стран ближневосточного региона к Израилю.

3. Потеря доверия американцев к государственным системам США. Будущее США, если Трампа изберут президентом.

4. Глобальный кризис. 

5.  Аномальная жара в Европе и ее причины.

6. Роль Нельсона Манделлы.

Вопрос (Дуди): Начнём с первой темы: «Волна подорожаний в Израиле». 

На прошлой неделе, министр экономики объявила, что вскоре, контролируемые государством цены на хлеб, вырастут на 36%. А стартовая цена – увеличится на 21%. Подорожание хлеба присоединяется к ожидаемому новому подорожанию яиц и молочных продуктов, топлива и квартплаты. И для семей из более слабых слоев, считающих каждую копейку, эти тяжелые удары ощутимо отразятся на кармане.

Экономисты утверждают, что за последний год, стоимость жизни для семьи из пяти человек, выросла примерно на 2000 шекелей в месяц. К этому следует добавить рост цен на электроэнергию, которые, как ожидается, в ближайшее время увеличатся на 9,6%. Всё больше и больше продуктов и услуг будут стоить нам дороже. 

Причины роста цен хорошо известны: нехватка пшеницы как следствие войны на Украине, кризис грузового морского транспорта, рост цен на сырье. Есть опасения, что инфляция в Израиле взлетит до отметки, на которой она находилась два десятилетия назад.
Первый вопрос: куда катится  государство Израиль с точки зрения экономики?  

М. Лайтман: Всё определяет рынок. Правительство может сделать некоторые поправки: где-то уменьшить подорожание, а где-то увеличить продукцию, – это уже зависит от правительства. Но то, что подорожание будет – сомнения нет. Вопрос лишь в том, как правительство обыграет эту ситуацию: насколько позволит одним продуктам подорожать относительно других.

Ведущий: Государство могло бы взять на себя часть роста цен, ведь с бюджетом проблем нет, но всё же, это не так. Как Вы думаете, почему государство поднимает цены на контролируемые им продукты?

М. Лайтман: Я не вникаю во всю эту «кухню», да и не хочу вникать. Всё это – политика, всевозможные расчёты и внутренняя «кухня».

Ведущий: В итоге, наш хлеб дорожает. И что теперь – бедствующая семья должна отказаться от субботней халы?

М. Лайтман: Лично наша семья – сама печет хлеб.

Ведущий: Даже если семья сама печёт хлеб, Вы ведь знаете, что мука тоже дорожает?

М. Лайтман: Разумеется, конечно. Но всё равно выходит намного дешевле, если печёшь сам.

Ведущий: Отлично. Но я спрашиваю, какой совет Вы можете дать гражданам?

М. Лайтман: Скоро выборы нового правительства, и пусть они правильно сделают свой выбор.

Ведущий: Действительно, через несколько месяцев государству Израиль предстоят выборы. Должна ли стоимость жизни быть основным фактором, влияющим на соображения граждан в отношении выбора?

М. Лайтман: Нет, я считаю, что стоимость жизни почти не повлияет на выбор. Я не знаю, как, но эта страна каким-то чудесным образом, умеет всё вытерпеть и всё пройти. Она «бурлит» и возмущается, а потом всё проходит, как будто ничего и не было. Я не вижу, чтобы вследствие удорожаний, менялся народ.

Ведущий: Как, такой экономический спад и рост цен на основные продукты, могут повлиять на социальную ситуацию в Израиле? 

М. Лайтман: Думаю, что никак не повлияет. Богатые станут богаче, бедные – беднее, разрыв между ними немного увеличится. Но на самом деле, все забудут об этом, ведь так уже бывало. Мы уже переживали в своей жизни много таких подорожаний, инфляцию. У народа есть способность это вытерпеть.

Ведущий: А что это за способность вытерпеть?

М. Лайтман: Наш народ не идёт строить баррикады на улице Дизенгоф в Тель-Авиве или напротив муниципалитета, не поёт «Марсельезу»: просто никак не реагирует. Кричит немного? – Да. Но эти крики используют политики, которые только выбрасывают, (каждый – ради своей выгоды), ещё несколько миллиардов шекелей или долларов. А затем, снова обманывают народ и идут на следующие выборы.

Ведущий: Откуда у народа эта способность – всё выдержать? Получать удары и молчать?

М. Лайтман: В человеческом обществе есть много неофициальных, неявных каналов, с помощью которых, люди обеспечивают все свои потребности. Например, Иерусалим – это город, который совершенно не «работает» по законам государства. Во многих местах народ научился зарабатывать в обход государства. Короче говоря, Израиль – это страна, где невозможно предугадать, как народ переживет грядущий удар. И хотя это маленькое государство, им очень тяжело управлять.  

Ведущий: Способность народа вытерпеть – это хорошее качество или нет?

М. Лайтман: Это хорошее качество, но из-за этого качества, народом очень трудно управлять. Бней Брак – это государство внутри государства, Иерусалим – государство внутри государства, арабы тоже – государство внутри государства. Поэтому невозможно что-либо подсчитать и сказать, что теперь, на столько-то процентов, кому-то будет труднее жить. Это не работает.

Ведущий: Понятно. Какой общий удар должен обрушиться на все «маленькие государства» и секторы, существующие в Израиле, чтобы нас всех объединить и пробудить?  

М. Лайтман: А существует ли вообще, такой общий удар, который повлияет на всех? – Не думаю. С одной стороны, это маленькая страна, а с другой стороны, у неё многочисленные внешние связи. Поэтому здесь трудно что-то прогнозировать. Это не совсем нормативное государство.

Ведущий: А какой удар может пробудить нормативное государство?

М. Лайтман: На нормативное государство действует любой удар: подорожание электричества, или воды на 10%, или увеличение подоходного налога. Там это влияет крайним образом. А в нашей стране это не так уж и чувствуется. Вроде бы, люди плачут, что уже больше не могут выдержать, но оказывается, что могут. У них, как будто, есть ещё какой-то потайной карман, откуда они могут вытащить ещё несколько сот долларов и добавить в семейный бюджет.

Ведущий: Однажды Вы сказали, что если весь мир оборвёт с нами связи, мы буквально окажемся здесь, как в крепости Моссада. Это может нас расшевелить? То есть, если мир станет нас душить?

М. Лайтман: Я не хочу об этом думать, но это, конечно, будет огромный удар.

Ведущий: Немного более общий вопрос. В глобальном мире каждая страна зависит от другой страны. Насколько вообще можно остановить, скажем, рост цен? И возможно ли это вообще? Есть ли у отдельно взятой страны инструменты для этого?

М. Лайтман: Все эти вопросы относятся к экономике современного мира. Что из того, что лидеры сейчас примут какие-то законы, и тем или иным образом, смогут остановить этот удар? Это всё равно не поможет: навалятся ещё и ещё другие удары. До каких пор? – До бесконечности. Что можно сделать с человеческой неразумностью, как покончить с ней?

Ведущий: Получается, что сейчас каждый человек лично, чувствует кризис продовольствия, в результате войны в Украине. Чему нас учит эта ситуация?

М. Лайтман: Что мы все зависим друг от друга. Ведь раньше нас никогда не волновало то, что подсолнечное масло и пшеница почти целиком поставляются Украиной. Ведь там – очень особая земля. Немцы, во время Второй мировой войны, буквально снимали эту землю и переправляли в Германию. Землю! Тогда – никто об этом не знал: они воровали земной покров и пользовались им. А сегодня всем видны причины кризиса. Все понимают, почему вдруг всё нарушилось и почему мы теперь не получим того, что получали раньше.

Ведущий: Какой же выход, относительно подорожания жизни в Израиле, Вы видите?

М. Лайтман: В конце концов, мир должен сделать выводы: стоит ли ему «вести себя хорошо» – так, чтоб не платить налоги на войны и вооружение? И тогда цена, которую он будет платить за свое пропитание, будет мизерной. Очевидно, мы должны почувствовать на себе, насколько от нашего поведения зависит, будет ли нам трудно существовать на этой планете.  

Ведущий: Что значит «вести себя хорошо»?

М. Лайтман: Это значит, жить в мире и не тратить миллионы на вооружение.

Ведущий: Написано, что «не хлебом единым жив человек, а всем исходящим из уст Творца». Как каббала объясняет это выражение?

М. Лайтман: Действительно, не все зависит от хлеба. Но, все зависит от отношений между людьми. И если мы создадим между нами добрые отношения, то это наверняка обеспечит нас во всем.

Ведущий: Спасибо. Перейдем к следующей теме: «Начало нормализации с Саудовской Аравией».

Вопрос (Шели): В конце недели саудовцы приняли решение разрешить всем авиакомпаниям, включая израильские, использовать для полетов, небо над своей страной. Байден назвал это решение историческим. Открытие неба над Саудовской Аравией, приведет к значительному сокращению времени полетов между Израилем и Восточной Азией. А также, значительно снизит цены на авиабилеты.

За этим решением стоит Бен Салман, наследный принц Саудовской Аравии, который в последние годы провел ряд глубоких экономических и социальных реформ. Он, также, проявил желание отказаться от радикального ислама и двигаться к прогрессу. Принц также неоднократно намекал на готовность поддерживать связи с Израилем.

Однако, на встрече с Байденом, министр иностранных дел Саудовской Аравии объявил, что нормализация отношений с Израилем, наступит только после решения о создании двух государств на нашей территории. Некоторые люди видят в решении открыть для нас небо над Саудовской Аравией – начало процесса нормализации отношений с Израилем. А каково Ваше мнение?

М. Лайтман: А что такое нормализация? Скажем, с Египтом у нас хорошие отношения, но они были такими почти всегда. Египтяне изначально не являются нашими противниками. Обычно за рубежом египтяне и израильтяне ладят между собой. Что же касается таких народов, как жители Газы, которые живут рядом, то попробуй приблизиться к ним за границей или в каком-то другом месте. Увидишь, как тебя примут. Поэтому не важно, есть соглашение или его нет. Действуют не в соответствии с договором, а согласно тому, насколько народы созрели для правильных отношений.

Наверняка с саудовцами у нас будет все в порядке, мы уже давно с ними ладим. У меня там даже есть друг, которому я не раз посылал туда небольшие посылки из Израиля. И ему разрешали получать их на почте без каких-либо проблем. Он сам из Белоруссии, иногда приезжает также и к нам. И саудовцы спокойно относятся к тому, что он бывает у нас и от нас возвращается к ним. Это происходит уже много лет.

Так что, договор о небе – это не показатель того, что мы налаживаем отношения с арабскими странами. Просто у нас с ними – нет никаких проблемных узлов. А по мере снижения того шума, который производит радикальный ислам в мусульманских странах, эти страны могут позволить себе отношения с Израилем.

Ведущая: Почему некоторые мусульманские страны находятся с нами в дружеских отношениях, а другие остаются враждебными?

М. Лайтман: Это дело политики. Нужно понимать, что это политический вопрос. Ведь иудаизм в корне – не противоречит исламу: это не одна религия, но они и не противоположны. Кроме того, сегодня в нашем мире религиозные разногласия – это не то, из-за чего убивают.

Ведущая: Принц Бен Салман намеревается реализовать новое видение экономики Саудовской Аравии до 2030 года. Оно направленно на снижение зависимости королевства от доходов от нефти. А также, диверсификацию источников доходов и повышение эффективности. Есть ли какие-либо преимущества для Израиля, от такого молодого и экономически подкованного лидера, как Бен Салман?

М. Лайтман: Да, он человек проницательный, современный, и может произвести серьезные изменения. Мне кажется, что он понимает, чувствует и способен сделать правильные изменения, подходящие нашему времени. Он и выглядит достаточно аристократично.

Ведущая: Современное экономическое мышление, поможет арабам оторваться от давней ненависти к Израилю?

М. Лайтман: Нет, вообще нет. Давняя ненависть к Израилю не связана с религией, вся она исходит из политики. Это не деньги и не религия, а политика. Им выгодно так себя позиционировать, чтобы всё время крутить руль политики относительно денег, сил и прочего в своем направлении.

Ведущая: А разве через политику, через дипломатические отношения не открывается возможность сближения между народами?

М. Лайтман: Это зависит от Израиля. Но Израиль не свободен: он зажат между различными не стыкующимися факторами. Это – религия, это – двадцать разнонаправленных партий, и это – различные проблемы с арабами, живущими в нашей стране. И мы всё время проигрываем в территориях, разрешая арабам селиться на них. Мы все время проигрываем и уступаем: нам уже нечего отдавать. И что мы получаем взамен? – Фикцию.

Ведущая: Похоже, мы находимся между молотом и наковальней. С одной стороны, из-за проблем с палестинцами, мы не можем быть в мире с другими арабскими странами. С другой стороны, мы сами разобщены. Каков же выход? Как нам начать хоть немного выбираться из этого болота?

М. Лайтман: В нашем нынешнем общественном устройстве – решения нет. Мы создали для себя такие законы, партии и системы, что любой, идущий к власти и думающий, что может что-то изменить, пока приходит к власти, – уже оказывается «в наручниках» этого общества.

Вопрос (Шели): С одной стороны, Бен Салман проводит бескомпромиссную политику в отношении Ирана и террористических организаций. С другой стороны, он осознает опасность ядерных вооружений и поэтому, ему приходится поддерживать с ними контакты для сотрудничества. Как должен вести себя Израиль в этом диапазоне между уважительным отношением и опасениями по отношению к Саудовской Аравии? Можем ли мы доверять и им, и Ирану?

М. Лайтман: Нельзя никому доверять. Нужно следить за происходящим и быть наготове. Делать нечего, разве что приобрести еще несколько атомных подводных лодок. Для чего мы их создали? Только для этого.

Ведущая: Будет ли эта тенденция, потепления наших отношений с Объединенными Арабскими Эмиратами и Саудовской Аравией, продолжаться и в будущем? Видите ли Вы положительное будущее в этом направлении?

М. Лайтман: Все зависит от политики. Это не в руках людей. Но то, что мы можем сделать – это объединиться между собой. И этим мы абсолютно точно вызовем хорошее отношение с их стороны. Кроме этого, я ни во что не верю.

Ведущая: Что сегодня может смягчить сердца людей некоторых стран по отношению к нам? Только совместная угроза или деньги?

М. Лайтман: И совместная угроза, и деньги, и отношения с США и так далее.

Ведущая: И большую часть работы мы должны совершить между собой? Ничто другое, кроме связи внутри народа Израиля, не заменит эту работу?

М. Лайтман: Да, правильно.

Ведущая: Последний вопрос. И о нем, к сожалению, не говорят СМИ в контексте визита Байдена. Проблемы после визита Байдена заключаются в том, что США стремятся интегрировать палестинцев, а также Иорданию, в формулу «Соглашений Авраама». И, кроме того, наблюдается тенденция арабских стран к нормализации отношений с Ираном. В их числе: Объединенные Арабские Эмираты, Иордания и Египет. Что Вы думаете об этом требовании США к Израилю?

М. Лайтман: Конечно, все это не в нашу пользу, но выбора у нас нет. Байден приезжает к нам и подписывает все, что хочет: и это всегда за наш счет.

Ведущая: Спасибо.

Реплика (Дуди): Мы переходим к нашей следующей теме: «Потеря доверия к государственным системам США».

Ведущий: Недавний опрос института Гэллапа раскрывает удивительные вещи об американском обществе. Оказывается, большинство американцев не доверяют ни одному учреждению или организации в стране, и ситуация только ухудшается. Мы приведем несколько примеров, которые показывают, насколько американцы мало или совсем не верят в государственные институты.

Система здравоохранения – 62% мало или вообще не верят в нее. Церкви не верят 69%. В государственные школы более 70% не верят. 75% не доверяют Верховному суду. Еще больше недоверия к институту президентства. 84% больше не верят газетам, 86% больше не верят во всю систему правосудия. Почти 90% не верят телевидению и СМИ. Конгресс находятся в наихудшем состоянии: ему не доверяют 93% американцев.

Другой опрос, проведенный исследовательским Центром Пью, выявляет аналогичные вещи и говорит о том, что популярность президента также находится на очень низком уровне, в основном из-за экономической ситуации. Даже многие среди избирателей его партии, верят в то, что он приносит больше вреда, чем пользы. Что Вы чувствуете, когда слышите о таких данных из США?

М. Лайтман: Ничего не чувствую: это никак на меня не воздействует и никак ко мне не относится. Я принимаю это, как информацию о чувствах американцев, и только. Если это исследование основано на впечатлениях среднего американца обо всем, что происходит в его стране, то мне просто нужно принять это. Что я могу здесь увидеть и сказать о Соединенных Штатах?

Ведущий: Вопрос в том, что это за процесс, который мы здесь наблюдаем? Что вызывает такое недоверие?

М. Лайтман: Все страны сейчас находятся в свободном падении, и это общая тенденция всего мира. Так что, и США в их числе. Но, относительно других стран, Америка еще не в таком страшном упадке. Вы можете спросить: «А как же подъем Китая, и других восточных стран?» – Я не думаю, что там показатели лучше. Так что не будем удивляться.

Можно наблюдать за Америкой и восклицать: "Посмотрите, что там творится!". Но мне кажется, что там крепкая экономика, демократия, многокрасочная, многогранная, богатая система. Не думаю, что ей грозит упадок, а наоборот – все наладится. По Америке еще рано читать поминальную молитву.

Ведущий: По поводу экономики – это очевидно. Но мой вопрос, на самом деле, исходит из того, что мы видим здесь социальный процесс утраты доверия к институтам, на которых основано общество: школам, больницам, судам.

М. Лайтман: Всё будет улучшаться, так как они, наверняка, будут стремиться, это изменить. У них есть на это возможности: страна очень гибкая. Это не Россия и не Китай. Это также и не арабские страны или Израиль, где ничего невозможно сдвинуть с места. Там есть много разумных законов: и в палате представителей, и в правительстве. Так что, есть очень много различных возможностей изменить ситуацию.

Ведущий: Что дает им такую ​​гибкость?

М. Лайтман: Множество законов и возможностей, работающих независимо от правящей партии. Всевозможные системы и подсистемы существуют в каждом из пятидесяти штатов Америки, и в каждом есть своя государственная политика. Такую систему сложно сломать. И именно те, кто там недоволен общественным строем, не дадут его сломать.

Ведущий (Хаим): Вы не видите там возможности перерождения в анархию или что-то в этом роде?

М. Лайтман: Нет. Этому помешают множество гибких систем связей.

Ведущий: Давайте посмотрим на это с другой стороны. Я собирался спросить, собственно, что нужно сделать США, чтобы исправиться. Но, в свете вашего объяснения, я спрошу обратное. Чему мы, или другие страны, можем научиться у США, чтобы у нас тоже было больше сил?

М. Лайтман: Опять же – политика, стратегия, экономика – это вещи, очень далекие от меня. Я думаю, мы должны извлечь урок из того, что даже если страна страдает, она все-таки, способна строить себя и приспосабливаться ко всему новому, что происходит в мире. И этому способствует именно демократия. Демократия не в том смысле, что там есть демократическая партия. Сама система так устроена, что чувствует и впитывает от народа всё, что народ символизирует и проявляет.

Ведущий: И еще один вопрос, близкий по теме. Трамп решил снова баллотироваться в 2024 году. Так это выглядит. Официально – решение еще не принято, но все указывает на то, что так будет. Что Вы думаете об этом? Вы были за него в свое время.

М. Лайтман: Затрудняюсь сказать. Мне не кажется, что он сможет вернуться к тому же правильному отношению к Израилю, как было тогда. Тем не менее, мы должны понимать, что всем нашим отношениям (и с Саудовской Аравией, и с другими странами Ближнего Востока, и множеству других мелких вещей), – положил начало Трамп. Он был очень дружелюбно настроен к Израилю.  

Ведущий: Так почему это не продолжится, если он станет президентом? 

М. Лайтман: Времена меняются, отношения изменяются. Что сделано, то сделано, а дальше – посмотрим. Тем не менее, я, безусловно, за Трампа. Я – за Трампа, по сравнению со всеми остальными претендентами.

Ведущий (Дуди): Мы перейдем к нашей следующей теме: «Глобальный кризис».

Ведущая (Норма): Просматривая заголовки новостей, легко сделать вывод, что в мире что-то разрушилось. Эпидемия, кризисы из-за изменения климата, глобальный дефицит зерна, война России в Украине, политический и экономический коллапс на Шри-Ланке, уход Джонсона, отставка итальянского премьера, (несмотря на то, что она не была принята президентом), убийство бывшего премьер-министра Японии. А в США – рекордная инфляция и массовые убийства. Что происходит с миром, куда он катится?

М. Лайтман: В мире все движется своим чередом: ничего нового, или из ряда вон выходящего. Убийство бывшего премьер министра Японии, кризис на Шри-Ланке и другие события – разве такого не было раньше? Для мира – это обычные вещи. Мир – это организм, глыба, довольно разнообразная система, где все ее части влияют друг на друга.

Когда-то, чтобы добраться до другой страны, и преодолеть большие расстояния, нужно было не летать, а ездить на лошадях или поездах. А сегодня – это делается за секунду с помощью интернета. Мы все живем во взаимосвязанном мире, и поэтому, все события, действительно, влияют на всех. Нам нужно это осознать, и действовать согласно темпу, силе и скорости общения между всеми. И мы должны стремиться, чтобы этому соответствовали средства нашего восприятия.

Ведущая: Да, действительно в середине 1990-х годов был геноцид в Руанде и Боснии, годы войны в Европе на фоне распада Югославии, опустошительный голод в Судане, Сомали и Северной Корее, гражданская война во многих странах. Предыдущие десятилетия – были предельно гораздо хуже. Почему же сегодня есть ощущение, что нынешняя ситуация – самая худшая, чем когда-либо?

М. Лайтман: Опять же, потому что мы больше связаны друг с другом. Раньше мы жили в деревнях, в десяти километрах друг от друга, и мало что знали о соседях. А сегодня, из-за множества связей между нами, мы, как будто, живем не отдельно, а в одном доме. И через несколько лет может появиться ощущение, что весь мир находится в твоей спальне.

Ведущая: Минуточку, значит ли это, что кризис – это вопрос восприятия?

М. Лайтман: Это, безусловно, имеет отношение к восприятию. Мы читаем, чувствуем, слышим, видим и знаем всё, что происходит в каждом уголке планеты в реальном времени. И восхищаемся в реальном времени, и реагируем в реальном времени.

Ведущая: Вот это ощущение, что ситуация в мире ухудшается, – более характерно для богатых стран. По данным New York Times, жители богатых стран, таких как США, Западная Европа, больше жалуются на то, что мир находится в кризисе. Почему это так? Почему именно в богатых странах? У них есть больше доступа к информации?

М. Лайтман: Они больше взаимосвязаны, и вообще, они – взаимозависимы.  Да, все дело во взаимозависимости. В целом ничего не изменилось: человек не изменился. А отношения между нами – изменились: мы все тесно связаны между собой. И эти связи обязывают каждого из нас функционировать на высоких оборотах. Но мы не способны делать это.

Ведущая: Связи между нами более крепкие, и мы, просто мы не знаем, как с этим справиться?

М. Лайтман: Мы этого не переносим, не терпим этого. Каждый хочет сбежать в какой-то уголок, где он один будет жить, спать и существовать. Найдется ли сегодня кто-нибудь, кто прочел книгу и поделился бы с другом тем, что нашел отличную книгу? Вы слышите о таком? Ну, вот. Потому, что этого нет. Мы живем в мире, где сплошь и рядом – только новости. А мы не способны это терпеть, потому что, мы вообще не созданы для этого. Поэтому будет еще больше больных: физически, душевно и психически, и много чего другого.

Вопрос (Норма): Вы сказали вчера на уроке, что мир продвигается не путем материалистического развития Дарвина, что наша работа не линеарна. Мы должны раскрыть, что не способны ни в чем достичь успеха: мы строим и разрушаем. Как разорвать этот замкнутый круг?

М. Лайтман: С помощью распространения науки каббала. Если ты хочешь сегодня принести миру что-то новое, (то, что действительно поможет ему), – нет другого способа. Нет никакого шанса ни в чем достичь успеха, кроме того, как принести людям науку каббала в более или менее полной форме. Необходимо затронуть все аспекты, упаковать и подать каждому такой пакет.

Ведущая: Так мы сможем научиться видеть истинную реальность, в которой мы живем?

М. Лайтман: Да, поможем всем увидеть истинную реальность в правильной форме – нормальной и устойчивой. Мы должны упорядочить только себя, и ничего вне нас.

Ведущая: В данный момент, можно говорить, что мир не в состоянии воспринимать изменения так быстро, как они происходят? Что ситуация меняется слишком быстро, а мы не воспринимаем изменения так быстро?

М. Лайтман: Мир очень запутан, – люди запутаны. И потому, нам нужно пытаться объяснять людям, что, действительно, происходит с реальностью, прежде, чем они окончательно сойдут с ума.

Ведущая: Последний вопрос: что значит правильно увидеть реальность?

М. Лайтман: Правильный взгляд – это увидеть всю картину реальности в общем виде, в интегральной форме.

Дуди: Спасибо. Наша следующая тема: «Волна экстремальной жары в Европе».

Вопрос (Шели): Плюс к тому безумию, которое переживает мир, на прошлой неделе в Европе распространилась волна сильнейшей жары, приведшая к смерти сотен людей. В Португалии температура достигала 47С, а в Испании и Франции тысячи людей были эвакуированы из своих домов из-за сильнейших пожаров. Британия готовится к самому жаркому дню завтра.

По прогнозам эта жара может продлиться несколько недель. И это вторая экстремальная волна, разразившаяся в Европе этим летом. Ученые утверждают, что если выброс парниковых газов не будет уменьшен до нуля, то подобные явления будут усиливаться, и становиться более широкими и продолжительными.  Вы согласны с таким предположением?

М. Лайтман: Безусловно, земной шар, под нашим воздействием, (вследствие наших искаженных отношений) – выходит из равновесия. И нам необходимо понять, как человечество влияет на этот процесс. На вершине пирамиды находятся отношения между нами. И ухудшение этих отношений влияет на всё происходящее в мире: начиная от вселенной и кончая галактиками.

Ведущая: А что, раньше отношения между людьми были лучше? Ведь мы меньше страдали от подобных климатических явлений.

М. Лайтман: Я бы не сказал, что они были лучше, но было меньше зла на земле. Людей было меньше, и отношения между ними были на более низком уровне, чем сегодня. И влияние человеческого зла на земную атмосферу – было меньше. Можно посмотреть фильм, снятый 30-40 лет назад, и увидеть колоссальную разницу в устройстве жизни тогда и теперь. 

Ведущая: То есть, интенсивность связей, (когда сейчас можно связаться с каждым человеком в мире), также умножает зло?

М. Лайтман: И это влияет, но в особенности – отношения между людьми. А с интернетом и со всеми виртуальными связями, мы, безусловно, влияем на климат коренным образом.

Ведущая: Каждое общение человека с другими создает, главным образом, негативные силы в мире?

М. Лайтман: Не обязательно. Но, чаще, – именно так, потому что мы – эгоисты, и каждый пытается воспользоваться другим для собственной выгоды.

Ведущая: И природа противится этим отношениям?

М. Лайтман: Природа впитывает эту отраву и реагирует болезненно.

Ведущая: Что все-таки может спасти земной шар?

М. Лайтман: Добрые отношения между людьми, – мы об этом постоянно говорим.

Ведущая: Даже небольшое улучшение отношений между нами – влияет на положительный эффект?

М. Лайтман: Каждый сдвиг отношений в любую сторону, производит важный эффект. Потому что человек находится на очень высокой ступени влияния на всю природу – на самой высокой, какая только существует. Отношения между людьми влияют на всё, как в хорошую сторону, так и в плохую.     

Ведущая: Люди воспринимают выражение «хорошие отношения» – по-разному. Как человек может измерить, вносит ли он что-то хорошее в свои отношения?

М. Лайтман: Если он начинает заботиться о другом, если выстраивает отношения взаимного поручительства. По крайней мере, если он осознает, что все мы зависим друг от друга.

Вопрос (Дуди): Спасибо. Еще одна короткая тема. Завтра ООН отмечает день Нельсона Манделы, символической фигуры, возглавлявшей борьбу против апартеида в Южной Африке. Целью этого дня является отметить, как раз, не его самого, а идею, что у каждого человека есть сила изменить мир и способность влиять на окружающих. Как Вы думаете, действительно ли у каждого человека есть сила изменить что-либо и повлиять на что-нибудь?

М. Лайтман: Нет, просто так совпало, что он оказался в нужное время в нужном месте: этот особый случай произошел в особом месте, и попал в особую тему. Поэтому, тогда, у него была возможность распространить свои идеи, вырасти и проявиться. И до него, и после него – были подобные люди, но произошло это – именно с ним.

Ведущий: То есть, это было такое острие подходящего момента, когда делают революции? Но, только особые люди, действительно, влияют на мир?

М. Лайтман: Здесь не столько сыграла роль особенность человека, сколько время и место.

Ведущий: Я понял. Но отдельный, самый маленький человек в человечестве, способен повлиять и изменить что-то в мире?

М. Лайтман: Да, способен, при условии, что он умеет хорошо относиться к людям. Мы не должны ничего делать – только изменить отношения между людьми.

Ведущий: И, таким образом, даже самый маленький человек может произвести изменение?

М. Лайтман: Да, правильно.

Ведущий: Он должен, в первую очередь, изменить себя?

М. Лайтман: Конечно.

Ведущий: И как такое изменение скажется на мире?

М. Лайтман: На мире сказывается поведение каждого человека. Если человек изменит свое отношение к другим – на доброе, и начнет распространять этот принцип среди окружающих, то тем самым, мы успокоим природу. Это подействует во благо всему человечеству и всей природе. Тем самым мы повлияем на звезды и на все отношения между нами.

Ведущий: Спасибо Рав. И до следующей встречи.

М. Лайтман: Всего доброго. Удачи!

Перевод: Элишева Винер, Нина Винокур, Люба Высоцкая, Лилия Клейнер, Лея Линко, Лена Цейтлин

Редакция: Марианна Крымская.