Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Телепрограмма «Новая жизнь»
Передача 1213
17 марта 2020 г.
О. Леви: Первый вопрос очень простой: каким образом мы вдруг нашли себя в непонятном состоянии? Все, что мы знали прежде, рассеивается, уходит все больше и дальше. Сегодня реальность – кроме заботы о здоровье наших детей, наших родителей и собственном, это очень большая забота о нашем заработке. Потому что вообще ничего непонятно.
В этой эпидемии, которая вдруг охватила мир, не такое уж большое количество больных и умирающих. Но царят экономический крах, страх и неясность, будут ли завтра у тебя деньги сходить в супермаркет, и вообще, когда в супермаркете закончатся продукты. Вся реальность перевернулась, от края и до края изменилась, она дает ощущение полного краха. Я могу сказать вам как отец – это парализует и вызывает очень большой страх.
Как вы смотрите на эту жизнь?
М. Лайтман: Я согласен с тобой на 100 %. Это действительно так. Обычный человек, живущий на зарплату, с семьей, с детьми, которых должен кормить, когда закрывается детский сад, школа, и жена не может выйти на работу, каждый выход которого в супермаркет или за покупками становится целой операцией, и непонятно, чем она закончится, – со всех сторон человек видит много разных явлений, которые его пугают, угрожают. Обычный человек, обычный гражданин. Мы еще, может быть, не совсем это осознаем – кто-то больше, кто-то меньше. Но это очень сильно отличается от того, что было прежде. И это изменит всю нашу жизнь, я с тобой согласен.
О. Леви: Как вы относитесь к этим парализующим чувствам – страху, тревоге за существование? Обычный человек привык зарабатывать на определенном уровне. Может, он не дотягивает до конца месяца, может, у него нет денег на квартиру, но он знает свои возможности, знает свой бюджет, он привык. Ну, так он – не бедный и не богатый, живет где-нибудь в среднем классе. И это напряжение, это давление…. Я не говорю уже о тех, у кого есть свой бизнес, – как они спят, как они встают утром? Ты просто полностью рухнул! Как будто бы счетчик обнулился, и на нем написано: «по нулям».
М. Лайтман: Даже в минус. Потому что неизвестно, что произойдет: у тебя было множество поставщиков, связей, и ты должен получать от них, передавать им, и так далее, и так далее. И вдруг все рушится, и ты не знаешь, где находишься. Кто сейчас управляет всем твоим бизнесом? Как вообще это будет происходить дальше?
Бизнесмены находятся в самом ужасном состоянии. Если это обычный человек – для него есть социальное страхование, национальное страхование, разные министерства, службы, учреждения. Обычному человеку они что-то могут дать, как-то поддержать его. А у бизнесменов растут долги, вскоре начнутся суды, проблемы. Если будет так, как всегда было, то это просто не закончится. Несколько этих недель, когда все останавливается, нам придется исправлять, возможно, в течение нескольких лет. Ты знаешь, как это работает, если дело попадает в суд – через адвокатов и так далее? Мы из этого не выйдем.
Поэтому мы должны понять, что это очень особый удар. Это не просто землетрясение где-то там – тут не к кому обращаться. Здесь ты находишься в такой проблеме, когда разбилась предыдущая связь, которая была между нами. Нам было понятно, через какую-то регуляцию мы были связаны: дети, семьи, работодатели. А сейчас все падает, особенно в нашем состоянии. Мы построили такое общество, которое зарабатывает в основном друг на друге: туризм, гостиницы, отпуск, авиакомпании, и так далее. Это просто невероятно.
Что будут делать люди? Даже если мы каким-то образом и найдем, как им обеспечить пропитание и самое необходимое – дальше что? Что они будут делать? У человечества нет ответа.
О. Леви: Вы это описали очень точно. Скажем, у обычного человека случается не “корона”, а инфаркт.
М. Лайтман: Больше того, я слышу от многих людей – ты знаешь, я связан со многими людьми, – что они боятся сидеть дома с женой, с детьми, за закрытой дверью. Я нахожусь в четырех стенах и не знаю, что выйдет мне завтра от этого сидения. И это еще хуже.
Я хочу убежать на работу, сделать что-то, хочу общаться с людьми, с поставщиками, принимать клиентов. Люди так привыкли. И женщина тоже привыкла к тому, что может выходить из семьи на какое-то время. Сегодня она не может выйти даже в супермаркет или в какой-то молл. И дети, которые ходили играть в разные игры – сегодня ни школы, ни игр. Это хуже, чем в тюрьме.
А правительство каждый день предлагает все более и более жесткие ограничения. В такое время ты меня справедливо спрашиваешь: что же с нами происходит?
А меня просто разрывает от радости! Не от того, что люди находятся в растерянности, и что им плохо, и что они отчаялись. Я радуюсь тому, что мы, наконец-таки, пришли к этому особому времени, когда человечество должно осознать, насколько испорченное общество оно построило, где все находятся в противостоянии друг с другом. Мы – то, что сейчас и вкушаем, поедаем, то, что построили на протяжении сотен и даже тысяч лет, – эгоистическое общество, буржуазное, общество интересантов. И наши дети тоже там, где они находятся. Что они получают от того общества, которое мы построили?
Сейчас мы должны задуматься и сделать вывод. Время пришло. Это то, что я вижу в этом ударе коронавируса.
О. Леви: Что вы имеете в виду, когда говорите «итог»?
М. Лайтман: Для чего мы живем? Какая польза от нашей жизни? Всего-то прожить несколько лет, пока мы находимся здесь? Ну, первые 20 лет – хоть как-то, скажем, со службой в армии и так далее – это обычно. А после 50-60 лет мы уже приближаемся к финалу. Но что у нас есть посередине? Тяжелая работа и у меня, и у жены. Дети. Мы рожаем детей, их нужно укрепить, дать им вхождение в жизнь. Когда мы видим жизнь? Мы построили для себя такой водоворот, прыгнули в него, и барахтаемся, чтобы не утонуть.
О. Леви: Вы говорите о современном рабстве, когда человек работает с утра до вечера, и у него нет времени ни для жены, ни для детей, ни для чего. Это понятно. Но если бы это было нехорошо… современный человек, каким бы успешным ни был, – это разновидность рабства.
Но сейчас вообще ничего. Чему же можно радоваться? Сегодня человек не знает, вообще будет ли у него пропитание на следующей неделе. Мы что, сейчас будем возвращаться к охоте на животных, на зверей, вернемся в каменный век? Если раньше не было достаточно времени на то, чтобы уделить внимание детям, ты работал по 10-12 часов, то сейчас не то что нет времени на детей, сейчас ты просто спрашиваешь себя: на что я смогу купить продукты?
М. Лайтман: Это понятно. Здесь у тебя две основные проблемы – хлеб насущный и хлеб для тела. То есть для чего я живу, зачем, что природа требует от нас? Мы пришли к такому развитию, когда не знаем, где живем, почему живем, что с нами происходит. Это то, что мы видим.
Кроме того, мы все сидим дома, и я даже не могу поехать проведать родителей, друзей, выйти в театр, попить кофе. Дети тоже находятся все в четырех стенах. Нам нужна огромная поддержка, психологический уход, системы здравоохранения, системы просвещения. Ты знаешь, какие скоро будут срывы, какие проблемы, какие ситуации?
Мы должны знать, как мы живем – дети между собой, дети с родителями, родители с детьми, родители между собой. Как мы в четырех стенах вообще уживаемся и как должны установить новые отношения между нами в обществе.
После того как пройдет коронавирус, мы уже не сможем вернуться к прежнему. Он не пройдет просто так. Он пройдет только тогда, когда разрушит все наши предыдущие основы, все ресурсы.
О. Леви: Почему нельзя будет вернуться? Кризисы уже были не раз: приходит волна – мы пригибаем голову, кто-то выживает, поднимает голову – возвращаемся к тому, что было до волны. Вы говорите, что сейчас мы не сможем вернуться к той жизни, к которой привыкли. Почему? Почему не сможем вернуться? То есть вопрос не во времени? Сегодня есть прогнозы на средний период, на короткий, на долгий, а вы говорите, что дело не во времени, а вообще – мы просто не сможем вернуться к той картине, которая была….
М. Лайтман: Я очень надеюсь на это и был бы заинтересован в том, чтобы немного ошибиться, немножко.
Всеми своими ударами природа учит нас тому, что мы находимся в ее интегральных процессах. И мы – ее часть. Есть в природе неживой, растительный, животный уровень и человек – четыре этапа развития материи. И на неживом, растительном и животном этапах природа ведет себя как единый организм, где все зависят друг от друга, все поддерживают друг друга. Кроме человека.
Уровень говорящий – это человек, он противоречит всему. Он готов разрушить все, лишь бы только ему было якобы хорошо. Он не может быть интегральным со всеми элементами природы.
Коронавирус пришел, чтобы сломать нас и показать нам, что мы не можем продолжать существовать так, как существовали раньше. Мы просто обязаны изменить наше поведение, принять человечество как единую систему, интегральную систему, где все зависят друг от друга, где мы все должны заботиться друг о друге. Если нет – нам будет очень плохо.
О. Леви: Природа должна научить нас, дать нам какой-то урок. Все элементы неживой, растительной и животной природы ведут себя как один единый организм, где разные части поддерживают друг друга – кроме рода человеческого, где мы пожираем друг друга больше, чем поддерживаем.
Но когда я смотрю на разные части неживой, растительной и животной природы, то вижу процессы единого организма, какого-то дополнения друг друга.
Допустим, питательная цепочка: один пожирает другого и так далее, а потом они снова превращаются в еду. В этом можно видеть интегральность природы. Но так живет и человек – отдельный животный элемент: встает утром, заботится о себе, если можно сожрать кого-то, пожирает, и старается, чтобы его не сожрали.
М. Лайтман: Я с тобой согласен.
О. Леви: Но чем же отличается человек?
М. Лайтман: Вот этот дикий человек. А вот это слово – «дикий». Он – эгоист. Ни один неживой, растительный, животный элемент природы не является эгоистом. Они пожирают друг друга, потому что должны существовать. Но если они сыты, то останавливаются и не причиняют вред друг другу. А человек наслаждается тем, что причиняет вред ближнему. Он говорит: «Пусть мне выколют один глаз, если у него выколют в два раза больше».
О. Леви: Это та точка, которая отделяет человека от животного?
М. Лайтман: Да. Я хочу причинить вред природе, окружению – всем.
О. Леви: Человек наслаждается тем, что причиняет зло ближнему?
М. Лайтман: Да. Этим он наслаждается.
О. Леви: И это делает его эгоистом?
М. Лайтман: Да. Это называется «эго».
О. Леви: То есть этот мотив – насладиться от того, что я причинил вред другому – отличает человека от животного?
М. Лайтман: Да.
О. Леви: И это то искажение, которое мы должны сегодня исправить, чтобы войти в единую систему с природой?
Я знаю многих эгоистов, которые наслаждаются, причиняя вред другим. Особенно те люди, которые достигают разных верхних общественных ступеней.
М. Лайтман: Именно поскольку он хочет убить других, поэтому и проходит до такой высокой ступени. То есть здесь не нужно менять местами причину и следствие.
О. Леви: Тот, кто наступал на голову других, забрался выше всех – это понятно. То есть это явление узкого эгоизма – наслаждаться, когда ты причиняешь вред другому. Это известно, и я согласен, что это разрушает наше общество.
Но многие люди не ведут себя подобным образом, не наслаждаются тем, что причиняют вред другим. Наоборот, они живут и стараются насколько возможно творить добро. В нашей стране есть очень много содружеств, сообществ, делающих добро людям на высоком уровне. Назовем это общество хорошим, и их много здесь, в Израиле. Как такие общества должны относиться к тому, что сейчас пришел удар из-за того, что есть много эгоистов? Эти люди не находят себя в этой картине. Как включить воедино все эти компоненты?
М. Лайтман: Мы должны немного научиться от этого. Но скажу заранее, что после того, как ты изучишь природу человека, ты увидишь и узнаешь, что природа человека зла со своих основ. И это от маленького ребенка до большого человека, и мужчины, и женщины. Такова наша природа, такими мы родились, такими развивались.
Поэтому у нас нет никакого выбора, кроме как решить войти в систему образования, которая исправит нас и сделает добрыми друг к другу. Это большая работа, упражнения. Эту систему и эти упражнения мы должны принять самым серьезным образом.
О. Леви: В промежуточном итоге получается: мы получили этот удар коронавируса, который должен стереть, убрать этот мир, который мы знали, чтобы мы построили для себя лучший мир, чтобы люди стали лучше относиться друг к другу?
М. Лайтман: Если не этот удар – «корона», – будет следующий, более сильный, и он произведет эту работу. Но результат должен быть таким: человек поднимает руки и говорит: «Это перст Творца. И я должен измениться. Я должен выйти из своего эгоизма».
О. Леви: Человека изначально сопровождает его природа – злое начало. Суть развития человека в жизни – развить желание доставлять добро ближнему. Человек должен изменить свое окружение.
М. Лайтман: Интегральная природа обратна человеку. Неживой, растительный, животный уровни не используют природу во вред, они лишь питают друг друга. А человек желает причинять вред всем и управлять всеми, и поэтому он является злом.
О. Леви: Зло – это такой статус, который природа дала человеку. И человек, и его окружающие должны совершенствовать себя. Природа создала человека эгоистом, и он должен сформировать из себя нового человека, чтобы начать по-доброму относиться к окружающим.
Посередине между этими двумя «станциями» – когда природа человека эгоистична, и он должен развиться и стать добрым по отношению к окружающим – для этого пришел коронавирус. Мы строили это общество, поколение за поколением, на основе эгоизма. Коронавирус же должен дать нам новый мир.
Вот этот новый мир с этими людьми, которые хотят делать добро друг другу, – в этом все изменение?
М. Лайтман: Да. Не нужно ничего больше. В новом отношении, когда мы так начинаем относиться друг к другу, мы начнем раскрывать, что природа, в которой живем, это совершенно иная природа – она вечная, совершенная. Мы начнем ощущать себя живущими без давления, без страхов – в раю!
Сейчас мы ощущаем, что живем несчастной жизнью. Наша жизнь может продолжаться еще и еще. Все зло, которое мы причиняем себе, – краткосрочная жизнь, болезни и так далее – все это следствие нашей злой природы. Если мы изменим себя с ненависти на любовь, то раскроем, что находимся в раю.
О. Леви: Как вы определяете рай? Ведь это в сказках нам «продавали» рай.
М. Лайтман: Ну, я не знаю про сказки. Это все зависит от того, как каждый читает, выясняет.
Рай – это состояние между людьми, когда они находятся в любви друг к другу, в «возлюби ближнего, как самого себя».
О. Леви: Вы верите, что это возможно?
М. Лайтман: Я не верю, что это возможно – я знаю, что раньше или позже природа нас к этому приведет. У нас не будет выбора: захотим или не захотим, но мы просто будем вынуждены прийти к такому уровню связи.
О. Леви: Любовь – это чувство, которое развивается в сердце человека к окружающим его. Как из этого чувства, которое сейчас управляет нами, – а наше сердце парализовано страхом, – может произрасти росток любви?
М. Лайтман: Говорят: «Из ненависти приходят к любви». Одно к другому очень близко. Если у нас есть ненависть, то значит может быть и любовь.
О. Леви: А если я не нахожу в себе ненависти? Я нахожу только страх и тревогу.
М. Лайтман: Ты почувствуешь это, не переживай. Природа разовьет в тебе все эти формы – и за, и против, и ты обнаружишь и ненависть, и любовь. И ненависть и любовь. И так ты поднимешься по ступеням познания природы.
О. Леви: Ненависть, которую я вижу внутри себя, это ненависть к этому состоянию. Вдруг оно захватило нашу жизнь. Никто не заказывал, не предвидел этого, и вдруг – удар. На нас обрушился такой удар, и я ненавижу это состояние; я просто хочу, чтобы оно прошло, исчезло, растворилось. Как мне сказала одна женщина: «Я хочу проснуться утром и узнать, что все это было сном». Вот это мечта – проснуться утром и узнать, что все это был сон.
М. Лайтман: Нет. Это должно научить нас, что это не сон. Это все очень реальное и приводит нас к такой реальности, о которой сказано: «Мы были как во сне». То есть мы были во сне, когда могли существовать таким эгоистическим образом – в ненависти друг к другу. А сейчас мы становимся как один человек с одним сердцем, как единый механизм в интегральной природе. Мы еще поговорим об этом.
Но такого не случится, что мы проснемся завтра и почувствуем: «А! У нас была как бы такая телепрограмма – я и Орен, и мы были во сне, мы говорили о каком-то нереальном состоянии». Нет, ни в коем случае. Не дай Бог.
Я вижу будущие состояния, которые мы можем достичь именно с помощью коронавируса. Это ждет нас. Если мы только немножко услышим о том, что говорит наука каббала. Что это нечто особое, это обратный мир, и он – абсолютное добро.
О. Леви: Так о чем стоит думать нам и всему обществу, чтобы немного уменьшить это давление, страх, внутреннюю тревогу?
М. Лайтман: Мы живем в мире, который является абсолютным добром. Это только мы, люди, сознаем этот мир как абсолютное зло. Давайте перестанем формировать между нами зло, постараемся относиться друг к другу терпеливее, по-доброму. И ты увидишь, насколько это нам поможет.
После этой «короны» нам предстоит прекрасная жизнь. Когда она пройдет, мы увидим мир света – для нас, для детей, для всего человечества. Так давайте как можно быстрее постараемся достичь этого.
Возможно, в следующих твоих передачах мы поговорим о том, как быстрее прийти к этому добрым, хорошим путем. И с радостью войдем в новый мир.
Над текстом работали: А. Александрова, Р. Коноваленко, Т. Курнаева, А. Шимшон, Д. Тараканова-Урланис, Г. Ицексон, Р. Бейдер, М. Каганцова, В. Калика
Видео-файл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/56oIYkIi