Из ТВ программы "Новости с Михаэлем Лайтманом", 6 декабря 2021 г.
Мы хуже приматов
Ведущий: Человек, как вид, плохо приспособлен к исполнению родительских обязанностей в изоляции от общества. Это говорят эволюционные биологи. "Мы в этом смысле не приматы, не шимпанзе, мы сурикаты, – они говорят, – муравьи и пчелы".
Поэтому пандемия стала для нас жестоким испытанием и жестким испытанием. Ясли, садики, школы закрылись, кружки, секции, бабушки отменились, нужно было воспитывать ребенка самому. И тут начались родительские стрессы, родительские депрессии, вопли, слезы.
Каждая мама-шимпанзе заботится о своем детеныше в одиночку. Мы не можем без поддержки других, мы – муравьи, создания коллективные. Так говорят биологи.
Как вы думаете, это наша слабость?
М. Лайтман: В общем-то, наш индивидуалистический эгоизм не позволит нам правильно воспитывать даже собственных детей.
Мы индивидуалисты. Мы не можем научить, мы не можем показать, что значит быть зависимыми друг от друга, добровольно, правильно воспитывать в любви к ближнему своих детей, а не в любви к себе самому. Ведь это то, что мы показываем своим детям, а это против правил природы, настоящей природы, высшей природы.
То есть если мы воспитываем человека заботиться о себе, мы воспитываем его как обезьяну. Если мы воспитываем человека заботиться о других, тогда мы воспитываем его как человека.
Ведущий: И мы этим воспитанием не занимаемся ни в садиках, ни в яслях, ни в школах, нигде?
М. Лайтман: Абсолютно. Это противоречит нашему эгоизму, нашим устоям. Мы говорим наоборот: "Бьет тебя – дай ему сдачи! Не уступай, держись! Таким образом ты будешь сильным и будешь выигрывать жизнь".
Ведущий: То есть подавлять другого?
М. Лайтман: Да. Мы создали такую обстановку, что только подавление другого дает тебе возможность выжить и как-то процветать.
Ведущий: Так всё-таки, почему мы тогда отдаем детей в садики, в ясли на воспитание, как мы говорим?
М. Лайтман: Какое там воспитание? Воспитание обезьянье. Мы не вылезли из уровня приматов и даже еще хуже. Потому что мы-то должны быть выше их по общественному состоянию, а в итоге – нет.
Ведущий: Так вы считаете, что благодаря нашим индивидуальным свойствам так занервничали родители, когда всё закрылось в пандемию, и они должны были сами воспитывать детей дома?
М. Лайтман: Они не знали, что делать с этим ребенком, потому что привыкли жить исключительно для себя.
Ведущий: То есть получается, мы отправляем детей в садики, ясли, чтобы сбросить их туда? Только для этого?
М. Лайтман: Это и так понятно. Можете провести опрос и увидите, сколько людей скажут, что я отправляю ребенка в садик, чтобы идти на работу. И слава Богу, что у меня есть работа. Не потому что мне нужны деньги, а потому что мне нужна эта работа. Это для меня лучше, чем сидеть с ним дома.
И сколько женщин будет говорить: "Нет, я готова сидеть сидеть с ребенком дома, и для меня это самое важное". Если это на самом деле именно для того, а не скрывает какие-то другие цели.
Ведущий: Вы считаете, что процент тех, которые сдают ребенка в садик, будет выше в 2-3 раза, чем тех, которые скажут: "Я хочу воспитывать, сидеть дома"?
М. Лайтман: Да. Сидеть дома с ребенком – я не думаю, что таких будет много. Из-за любви к ребенку, из-за того, что я его воспитываю, потому что иначе он не будет воспитываться так, как я считаю, что он должен. Накрути вокруг этого всё, что должно быть на самом деле, и ты увидишь, что, во-первых, люди не приспособлены к этому. У них нет таких задатков, замыслов.
Ведущий: Для этого он должен быть и преподавателем, и родителем, и всем. И готовить, и все, что хотите.
М. Лайтман: Мы хуже приматов. Приматы заботятся о своем поколении на животном, естественном, инстинктивном уровне, и правильно делают. И поэтому обезьяны с каждым поколением не становятся хуже. А мы с каждым поколением вроде бы становимся умнее, развиваем что-то внешнее: технику и знания, и приспосабливаем это только во вред себе и другим.
Ведущий: То есть мы не муравьи, как здесь говорится?
М. Лайтман: Нет! Мы вообще никто. Мы особый, несчастный, тупиковый вид эволюции.
Ведущий: Из этого тупика есть выход?
М. Лайтман: Только через страдание. Когда мы увидим, где мы очутились, что мы наделали, какие следствия мы вызываем своими общественными отношениями, тогда, может быть, придет это озарение. Сегодня у нас просто нет на это ни мозгов, ни желания, ни чувств, ничего.
А если мы когда-нибудь, я надеюсь, что это будет быстро, осознаем: "Что же мы делаем? Надо же совсем наоборот!" – то тогда у нас возникнет множество вопросов к Творцу и к каббалистам.