Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки

Ежедневный утренний урок, 04 мая 2019 года.

Подготовка к конгрессу в Америке. Урок 4 «Молитва многих».

Чтец: Здравствуйте, мы проведем сегодня подготовку к мировому конгрессу в Латинской Америке «Строим общество будущего». Прочитаем отрывки к четвертому уроку на тему «Молитва многих».

М. Лайтман: Мы с вами учим, что молитва многих – это самая важная тема. Потому что, как пишет Бааль Сулам и все остальные каббалисты, и как мы понимаем – всё постигается только через молитву. То, что можем постичь, – участвовать в нашей части творения – это всё только согласно нашей просьбе присоединить нас к этому правильным образом.

И через нашу просьбу мы выражаем свою готовность быть активной частью творения, и так мы на самом деле участвуем в этом. Это вытекает из подготовки кли к творению. Подготовка включает в себя грех (что называется) Древа Познания: разрушения, разбиения. И таким образом свет входит в кли, и искры света действуют внутри желания получать, которое пока что – ради получения. И благодаря свечению окружающего света, который действует на все части разбитого кли, пробуждаются желания вместе с искрами, и они начинают просить своего исправления. Свет действует в виде окружающих светов на разбитые келим. Разбитые келим, благодаря окружающему свету, пробуждаются. И конечно они пробуждаются, согласно величине разбиения, которое они ощущают согласно силе искры, которая есть в каждом разбитом кли.

И так мы учим, что это пробуждение – это то, что по сути дела, приводит кли к исправлению. Всё зависит от подъема МАНа (что называется), от подъема хисарона к исправлению, потому что нет принуждения в духовном. И поэтому нет такого, чтобы кли давали что-то не по желанию. Вначале пробуждается чистое желание, это идет свыше. А после этого кли должно приложить усилия, насколько оно готово реализовать это желание. И после этого приходит уже сочетание работы между светом и кли, между Творцом и творением. И таким образом мы производим нашу работу.

В чем наша часть в работе? В том, что мы изучаем, как высший свет нас пробуждает, чем он помогает нам, как реагирует на нас, МАН и МАД, подъем молитвы и ответ на молитву – все эти вещи. И поэтому, мы должны выяснить эту тему, она самая важная по сути дела. Потому что, если каждый молится из глубины сердца – это не очень помогает пробудиться, исправиться, потому что мы должны вернуться к состоянию, когда все эти разбитые части будут снова соединены между собой.

И поэтому они должны поднять не личную молитву каждого, а хисарон именно к объединению между ними. Не просто хисарон: «Я хочу объединиться с другими!» – этого недостаточно. Нам нужно работать над собой таким образом: и материально, и через учебу, при любых возможностях, так, чтобы сформировать хисарон из общего объединения, которое не связано с каждым, а принадлежит всем нам вместе. (05:23)

И сможем ли мы поднять этот групповой хисарон к объединению? Это не просто собрание хисаронов каждого в отдельности. Допустим, у нас есть десятка, и каждый стремится быть соединённым с девятью товарищами и с Творцом тоже. А мы должны собрать наши хисароны, переработать их таким образом, чтобы у нас был именно групповой хисарон. Мы хотим, чтобы именно он раскрылся и реализовался, и его мы поднимаем. И этот общий хисарон, это не сумма отдельных хисаронов, а это уже другая суть хисарона – быть вместе и работать вместе, как одно целое.

Мы должны это выяснить между нами, должны понять, в чём сложность создания этого общего хисарона, какие молитвы мы должны произвести, например, как «Молитва, предваряющая молитву», чтобы соединить эти частные хисароны в один общий? А этот общий хисарон чтобы он был направлен на то, что мы хотим работать между собой, для того чтобы служить Творцу. То есть, этот хисарон уже теряет свою предыдущую форму, и получает новую форму, – это то, что мы должны выяснить.

Начнём с отрывков, которые мы выбрали для этого урока, и выясним с помощью вопросов и ответов. То, что будет непонятно, постараемся вместе выяснить. Прошу. Всё, что вы хотите спросить, решайте и спрашивайте, а я постараюсь ответить. И мы вместе постараемся выяснить всё так, чтобы нам было понятно. Еще раз: тема самая важная, потому что если мы приходим к этой общей молитве, молитве многих, тогда мы получаем ответ и достигаем нашего правильного места в духовном творении. (08:20)

Чтец: Отрывок номер один, «Талмуд Десяти Сфирот», часть 8 «Внутренний свет», пункт 88.

1.Все наши занятия молитвами и практическими заповедями, – для того чтобы вновь отобрать и поднять все те души, которые выпали из Адама Ришон и упали в клипот. И мы должны привести их к их изначальному корню, как они были в нём до того, как Адам совершил грех Древа познания. [Бааль Сулам, «Учение Десяти Сфирот», часть 8, «Внутренний свет», пункт 88.] (08:55)

М. Лайтман: Здесь нам понятно, что мы всякий раз в начале выяснений возвращаемся к этому условию, что все наши духовные занятия, когда мы прилагаем усилия, – это для того, чтобы поднять Шхину из праха (что называется). То есть, то кли, которое было в начале творения, как единое желание, и разбилось – оно разбилось, чтобы мы соединили его снова со всем частным эгоизмом каждого и все вместе. Чтобы соединились так, чтобы наше эго работало тоже, как помощник против него. Наше эго хочет отдалить нас друг от друга, – мы преодолеваем, просим свет, возвращающий к Источнику, силу Творца. Сила Творца действует на нас и соединяет нас. (10:03)

Тогда получается, что мы просим Творца, эту Его силу, чтобы она проявилась, чтобы мы смогли объединиться и быть, как кли до разбиения, несмотря на разбиение, выше разбиения. И эти большие желания получать, которые проявились во время разбиения, раскрылись во время разбиения, чтобы они оставались. Мы не просим, чтобы они исчезли, умерли, а чтобы вернулись обратно, чтобы получили исправление с желания получать ради получения на желание получать ради отдачи. И тогда мы соединим себя в исправленное кли силой, которая включает также всю силу разбиения, то есть связь между нами будет в 620 раз больше, чем была до разбиения.

Потому что до разбиения кли только наполнялось слабым светом хасадим, как сказано, что Адам Ришон был обрезан (то есть без получающих келим) и так он существовал в катнуте. И после того, как мы во время разбиения получили большое желание получать, которое разделяет нас, и мы можем соединиться между собой, несмотря на это большое желание получать (которое разбило кли Адама Ришона), мы получаем этот парцуф Адама Ришона в 620 раз больший. И это – то достижение, которого мы должны достичь, как результат нашего исправления – чтобы все наши желания получать, которые раскрылись во время разбиения, присоединились бы именно к ради отдачи. (12:23)

Поэтому вся наша работа – работа в объединении между нами, несмотря на эгоизм, который отделяет нас. Именно в том, что он отделяет, он как помощник против него, помогает нам объединиться в 620 раз большей силой, чем была до этого. В этом на самом деле большая польза, которая есть у нас от этого разбиения и его исправления.

Разбиение было сделано специально, а исправление должно быть в соответствии с этим.

И поэтому мы должны благодарить за все условия, в которых мы находимся. Насколько они тяжелые, непонятные, насколько эта работа непростая, тяжелая, но мы должны понять, что методика исправления дана нам свыше, чтобы исправить разбиения. И мы должны поэтому радоваться в каждой части этой работы, потому что не только результат, но и сама работа, наши усилия сами по себе, очень желанны Творцу. И Он наслаждается самими нашими усилиями тоже. Пожалуйста, вопросы, если есть, а нет, продолжим. (14:05)

Чтец: Продолжим. Отрывок номер два. РАБАШ, «Беги, друг мой»

2. И это большое правило, что сам человек называется «творение», то есть только он один, а остальное помимо него – это святая Шхина. Выходит, что когда он молится за своё поколение, считается, что молится за святую Шхину, которая в изгнании и нуждается в спасении. Это означает состояние вечности, и только так может проявиться свет милосердия. [Рабаш. Статья 217. «Беги, друг мой»] (14:45)

М. Лайтман: Я прошу повторить.

2. И это большое правило, что сам человек называется «творение», то есть только он один, а остальное помимо него – это святая Шхина. Выходит, что когда он молится за своё поколение, то считается, что молится за святую Шхину, которая находится в изгнании и она нуждается в спасении. Это означает состояние вечности, и только так может проявиться свет милосердия. [Рабаш. Статья 217. «Беги, друг мой»]

М. Лайтман: Мы не будем говорить о прошлых поколениях и последующих поколениях, это потом можно будет тоже выяснить, – а нам нужно понять, что то, что находится перед нами (это поколение) – это те келим, которые даны нам свыше. Нам дана свыше возможность исправить отношения с ними, связь с ними. В особенности, как пишет Бааль Сулам, что это поколение Машиаха – последнее поколение, которое должно как будто бы завершить все исправления, которые предшествовали ему в течение тысяч ступеней и лет. И потому мы должны так относиться ко всему нашему поколению и к тому, что происходит в нём.

Поэтому нам нельзя отдаляться от общества, нам нельзя изолировать себя и думать, что только мы предназначены для исправления, а все остальные – нет. А мы должны всё-таки распространять, насколько возможно, систему исправления, потребность в исправлении, насколько это необходимо для нашего поколения, потому что наше поколение особенное. И тогда мы сможем реализовать то, что дано нам.

Если первый отрывок говорил о самом творении, как мы должны производить исправление, то второй отрывок как раз говорит о том, что наши исправления главным образом должны быть для того, чтобы правильно относиться ко всему нашему поколению. Это кроме нас – вообще все, кто живёт, кто существует в нашем поколении, на самом деле, относятся к тому же исправлению, которое нужно произвести. И неважно, в каком слое, на каком уровне, в каком виде он существует, какой хисарон он ощущает, что раскрывается в нём, – мы должны, по сути дела, как-то передать методику исправления всем. (18:42)

Чтец: Отрывок номер три. При Хахам, Бааль Сулам, «Не время собирать стадо».

3. Одиночке нельзя выходить из общества и просить за себя, даже, чтобы доставить наслаждение своему Создателю. А можно просить только за всё общество, ибо выходящий из общества, чтобы просить за свою частную душу, не созидает, а наоборот, приводит к разрушению всей души, как сказано: «всякий гордец…». Ибо невозможно представить себе вышедшего из общества без облачения гордыни, и горе тому, кто причиняет разрушение своей душе. И должен каждый человек собираться всеми своими силами в общность Исраэля во всех своих обращениях к Творцу в молитве и внутренней работе, и пусть включится в корень всего Исраэля. [Бааль Сулам, «Не время собирать стадо»]

М. Лайтман: Были другие времена в истории народа Израиля, который представляет собой, на самом деле, ту группу, в которой происходит исправление. Внутри неё происходит исправление. Но мы должны понимать, что исправление является общим и не происходит в одном человеке, а только в связях между людьми. И поэтому, если отдельный человек думает о себе, как он исправит себя без всякой связи с другими, он просто не понимает и не выстраивает правильно систему для воздействия света, возвращающего к источнику. Поэтому у него нет надежды исправиться, потому что всё исправление происходит между разбитыми келим, а не в самом разбитом кли. Оно не разбито – разбита связь между ним и другими. (20:59)

Поэтому мы должны стараться в групповом усилии или напоминая друг другу, определять разные работы для исправления. Нельзя забывать этого. Это главная проблема, что человек всегда стремится думать о себе, исправлять себя. И это горькая ошибка, потому что он, может быть, делает очень большие усилия, но не усилия по связи между ним и другими. А именно связь между ним и другими – это очень ускользает от него, и он всегда забывает об этом. Это вообще не находится в центре его интереса, желаний, хисаронов, мыслей его.

Поэтому здесь должна быть групповая работа, групповое усилие: примерами «человек, да поможет ближнему». Каждый из нас должен напрямую, естественно, искусственно, пробуждать других через зависть, тщеславие, чтобы все мы были готовы исправить именно связь между нами. И хотя это – вещь самая ненавистная, самая не интересующая нас, скажем, но, тем не менее, мы обязаны не забывать об этом и всё время стараться напоминать друг другу. Потому что, не связываясь напрямую связью между нами, мы не производим исправление, делаем разные подготовки, но не настоящие исправления.

Поэтому в процессе, который мы проходим, мы должны почувствовать этот момент, начиная с которого мы начали думать об исправлениях, как об исправлении связи между нами, исправлении разбиения, а не моё личное, допустим. Потому что, если я прошу о себе – быть исправленным – это называется, что я, на самом деле, занимаюсь своей гордыней, своим отношением к Творцу, как одиночка. Это на самом деле противоположно исправлению, и поэтому только отдаляет человека от правильного процесса. (24:17)

Вопрос: Мы учим у РАБАШа, Бааль Сулама, что человек должен видеть всё, кроме себя, исправленным. И только ему необходимо исправление, а все товарищи исправлены. Я здесь не вижу противоречия. Как он может просить исправление себя, для того чтобы завершить картину?

М. Лайтман: Как просить исправление за себя, о чем именно? Я должен принести Творцу, так: «Исправь!». То есть дать Ему место неисправленности. Попросить, что это я хочу, чтобы было исправлено. Я должен указать на само разбиение, где требуется исправление. Насколько это важно мне, насколько я прошу, насколько я представляю себе, что будет исправлением (то есть, между желаемым и действительным).

Что значит подъем МАН? Подъемом МАН – называется – хисарон малхут, которая разбита, и хисарон бины, которая уже – желание отдавать. Когда они соединяются вместе, они уже дают человеку какую-то исправленную форму: не то, что он знает точно, как это произойдёт, но тем не менее, он знает, что это должно быть. То есть, наш МАН (мэй нуквин), может быть только при условии, когда мы поднимаем наш хисарон – быть объединенными с другими.

По сути дела, хисарона не может быть, если мы не поднимем хисарон от всей десятки, потому что десятка в духовном – это как одно целое. Поэтому человек, который не находится в десятке, или даже находится, но просит за себя, как Бааль Сулам пишет: «Тот, кто просит за себя, приводит к разрушению своей души», разрушает, а не то что исправляет. (27:03)

Ученик: Написано также, что он должен видеть, что «неисправность – это только в нем», пишет Бааль Сулам. Или я неправильно понимаю что-то?

М. Лайтман: Да, неисправленность в нем. Неважно, что это не совсем в нем, а его неисправленность – это неисправленность между ним и другими. Он должен видеть других исправленными – «каждый отвергающий отвергает в своих недостатках» и на это он просит исправления. Пока он не увидит своих товарищей находящимися в исправленном, в идеальном виде, – это называется, что он сам тоже не исправлен, потому что «каждый отвергающий отвергает в своем недостатке». Мы изучаем это в восприятии реальности.

Поэтому у нас получается, что я должен, конечно же, молиться о себе, о том, чтобы я был объединен с другими товарищами. Но это объединение целиком возложено на меня. Если это так, как я должен относиться к товарищам? Они исправлены или нет? В той мере, в какой я вижу их неисправленными, – они неисправлены. Они не исправлены относительно меня. Я должен заботиться о том, чтобы связь между нами была бы связью правильной, идеальной. Но на самом деле отношение должно быть таким, что кроме моего «я», – некого больше исправлять. Об этом конечно в следующих отрывках мы услышим. (28:52)

Чтец: Отрывок номер четыре. Бааль Сулам. «Каждый, кто скорбит с обществом»

4. Тот, кто страдает с обществом и ощущает его беды, как свои личные, тот удостаивается увидеть раскрытие Шхины в совершенстве, потому что его недостаток – недостаток общий. Поэтому и высшее благо – общее. [Бааль Сулам. «Каждый, кто скорбит с обществом»] (29:20)

М. Лайтман: Здесь снова у нас – потребность понять, а всё понимание – через ощущение сердца, как сказано «сердце понимает». Поэтому вопрос: общество не исправлено или исправлено? Если оно не исправлено, тогда я должен заботиться о том, чтобы оно было исправлено. Если оно исправлено, я вижу, как «каждый отвергающий отвергает в своих недостатках». Я должен видеть, как я исправляю своё отношение к обществу, исправляю себя, я снова забочусь как бы о себе, а не об обществе. Или же я забочусь о моей связи с обществом? И тогда я должен сказать, что только я в ответе за эту связь. И если я исправлю эту связь, то не должен буду больше исправлять ничего, потому что вне этого – вне человека (как сказано) находится только святая Шхина.

Поэтому здесь есть вещи, которые пока ещё недостаточно прояснены внутри нас, мы ещё не очень воспринимаем их. Самое правильное – если мы относимся к десятке, как к месту работы – человек да поможет ближнему. И мы так помогаем друг другу, поддерживаем друг друга, привлекаем друг друга, подталкиваем вперёд и так далее. То есть мы должны всё-таки видеть группу, которой каждый обязан дать свою часть – с одной стороны. С другой стороны (как обычно, есть у нас в духовной системе) – каждый должен вместе с тем сказать, что всё зависит от меня, и если я исправлю себя, – этим я исправлю мир. Над этой дуальностью мы ещё должны будем работать, в общем восприятии реальности есть эта форма, с которой у нас не всё сложилось. (32:14)

Чтец: Отрывок номер пять. РАБАШ, «Беги, друг мой».

5.Мы не способны получить что-либо без подобия, и всегда нужно находиться в состоянии подобия. Поэтому, когда человек пробуждает на себя милосердие, считается, что он получает ради себя. И чем больше молится, тем самым он не только не готовит кли отдачи, а наоборот, появляются в нём искры получения. Выходит, что он идёт по обратному пути, то есть он должен был подготовить кли отдачи и «слиться с Его свойствами» и стать «как Он милосерден, так и ты милосерден». Поэтому когда он молится за общество, считается, что посредством этой молитвы он работает со свойством отдачи. И по мере того, как молится, в нём появляется кли отдачи, в котором может раскрыться свет отдачи. [РАБАШ, статья 217 «Беги, друг мой».] (33:32)

М. Лайтман: Может быть, потом ещё раз прочтём, но только обратите внимание, что здесь тоже я молюсь за общество. То есть как бы, где хисарон, где точка исправления, которая требует исправления? Это находится в обществе, а сам я как будто не нуждаюсь в исправлении; или моё исправление – это исправление общества; или моё исправление – это связь с обществом; или наше исправление в соединении между нами? То есть пока ещё мы не видим здесь чётко. Это зависит от нас, – не то что они пишут непонятно, а мы пока ещё не находимся в достаточно правильном выяснении, где мы должны поставить точку нашей молитвы, наш хисарон, чтобы определить, что мы должны заботиться именно об этой конкретной точке. Давайте послушаем ещё раз. (34:43)

Чтец: Ещё раз. Отрывок номер пять, «Беги, друг мой», РАБАШ.

5. Мы не способны получить что-либо без подобия, и всегда нужно находиться в состоянии подобия. Поэтому, когда человек пробуждает на себя милосердие, считается, что он получает ради себя. И чем больше он молится, тем самым он не только не готовит кли отдачи, а наоборот, появляются в нём искры получения. Выходит, что он идёт по обратному пути, то есть, он должен был подготовить кли отдачи и «слиться с Его свойствами», и стать «как Он милосерден, так и ты милосерден». Поэтому когда он молится за общество, считается, что посредством молитвы он работает со свойством отдачи. И по мере того, как молится, в нём появляется кли отдачи, в котором может раскрыться свет отдачи. [РАБАШ, статья 217 «Беги, друг мой»] (35:52)

М. Лайтман: Итак, главное для нас – это прийти к состоянию, когда состояние группы, объединение в группе, духовное здоровье их будет настолько важно мне, что только об этом я думаю, как мать о своих маленьких детях. А больше этого мне неважно ничего, о себе я не думаю. Если в таком виде я достигаю хисарона, который касается группы, товарищей, тогда я уже нахожусь в правильном действии. То есть вся наша забота – вооружиться хисароном, чтобы товарищи были объединены, и чтобы все были бы направлены на Творца, чтобы стать кли для Его воздействия, и этим доставить Ему наслаждение. Если я буду заботиться об этом: об объединении группы и её направлении на Творца, – это по сути моя самая правильная форма молитвы. (37:26)

Вопрос: Внутри меня как будто бы две чаши весов, и сколько бы я ни положил в эту чашу весов в раздумьях о группе, об отдаче, – та чаша весов, на которой эгоизм, она наполняется намного быстрее. Как перевесить эту чашу весов, которая всё-таки стремится к любви и отдаче?

М. Лайтман: Верный вопрос. То есть всегда у нас есть борьба между личным и общим хисароном. Но о себе я забочусь естественным образом, даже чтобы быть отдающим, или даже привести себя в разные формы служения и отдачи Творцу, то есть я готов на всё, но – я-я-я. А в духовном это «я» не годится, потому что если мы думаем о себе, даже когда заботимся об исправлении своей души, как можно в более чистом виде, в любом случае это «я» разбивает всё. Здесь исправление обязано быть только при условии, что мы, тем не менее, думаем о группе, иначе это не духовность. Иначе я хочу обрести ещё и ещё разные вещи, даже ради отдачи якобы. Но если это «я» – это не ради отдачи. Нам надо понять, что все эти тонкости, о которых мы сейчас говорим: где именно десятка, я относительно десятки или мы вместе, или я относительно Творца, и десятка, как средство, и так далее, и так далее. Все эти вещи – это только для того, чтобы оторвать нас от получения ради себя, которое очень непростое.

Мы видим, как много здесь есть препятствий и подводных камней, и мы наталкиваемся на них. Поэтому нужно обращать внимание, насколько возможно, в каждом состоянии выяснять точно, в чем состоит мой МАН, что я поднимаю, чего я ожидаю, где «я» находится? Или «я» этого нет, и оно уже просто где-то там в других, как подталкивающее их к исправлению, и заботящееся о них и о Творце? И все те, кто находятся вне меня и Творца – только о связи между ними я забочусь? На что именно я должен обратить свое внимание для правильного, чистого усилия? В этом всё выяснение. (41:21)

Ученик: Я хотел как раз выяснить, как перенести это «я» в других? Может, есть какая-то хитрость?

М. Лайтман: Есть проблема – если я молюсь за других, тогда тоже – я молюсь! Где же здесь в точности та чистота, к которой я должен склонить себя, чтобы остаться чистым, чтобы у меня не было личного отношения? Конечно, по отношению к Творцу это не пройдет, потому что там, где я и Он, – конечно же, нет места для других. Я не позволяю себе вообще относиться к Творцу напрямую, а только через хисарон ближнего, поэтому это называется «молитва многих». Многие – минимум двое. Когда я поднимаю хисарон ближнего – это называется «молитва многих». То есть, что получается?

Допустим, практически я нахожусь в группе, забочусь о них, впитываю их хисарон, ощущаю именно их заботу и Творца – насколько они хотят быть слиты (Творец хочет давать им, а они хотят отдавать Ему), – тогда я обращаю на это всю свою поддержку. А где здесь я? А я как бы и не существую, главное, чтобы была связь между Творцом и всей группой, в которой я нахожусь. Я выполняю эту связь между нами. Это правильная молитва. Ещё будем говорить о разнообразных тонкостях. (43:47)

Вопрос: Есть такой вопрос. Я тоже всё время в этой проблеме, в своё время я хотел спросить, правильно ли это? Моя просьба состоит из двух частей: получение и отдача. Можно ли сказать, что если я прошу о результате, о месте, где будет получение, – я прошу только за товарищей, чтобы они получили исправление, чтобы они получили свет? А если я прошу о возможности действовать, о действии – я прошу силы сделать действие, чтобы достичь этого результата, – я прошу за себя. Верно ли это? (44:46)

М. Лайтман: Здесь есть еще несколько промежуточных вопросов. Ты спросил правильно, но запиши этот вопрос, и мы будем работать над ним отдельно. (45:06)

Чтец: Шестой отрывок. «Сборник Розы» рабби Ноама Элимелеха.

6. Человек всегда должен молиться за товарища, ведь ради себя он не может особо ничего сделать, так как не может узник вызволить себя из тюрьмы. Но для товарища он получает ответ быстро. И каждый должен молиться за товарища. И получается, что каждый работает для другого, пока все они не получат ответ. И об этом сказано, что Исраэль – поручители друг за друга, что означает – смягчение (дословно подслащение), потому что они смягчают ради друг друга в своих молитвах, когда молятся – каждый за товарища, и поэтому получают ответ. [Ноам Элимелех «Сборник Розы»]

М. Лайтман: Хорошие, красивые, правильные слова. Каждый должен молиться за товарища. Потому что за себя, как мы читали ранее, даже если он молится за себя, это приводит к отрицательным результатам. Поэтому требуется быть очень аккуратными, чтобы не пропускали возможности, которые даются нам свыше. А мы просим за себя, и думаем, что это правильная работа. Постоянно должно быть ощущение между всеми товарищами в группе, во всей группе, что мы должны заботиться только о связи товарищей с Творцом. А я, заботящийся, поддерживающий, как мать, по отношению к ее детям. Это отношение мы должны постоянно развивать всё больше и больше. И каждый должен видеть, насколько он это выполняет, насколько он хочет, чтобы так было. (47:17)

И с помощью такого подхода мы сможем на самом деле исправить себя. То есть, каждый заботится о связи товарища с Творцом. И таким образом все заботятся обо всех. Никто не думает о себе, а только лишь о связи товарища с Творцом. Можете спросить: «Почему я не могу заботиться о связи между мной и товарищами? Это разве неэффективно?». И мы уже читали об этом, и еще будем читать, что гораздо более эффективней, если мы будем молиться только за товарищей, а не о моей связи с ними. Ибо в этом так же имеется некоторый наш личный интерес. Поэтому, если я отделяю себя от всего, кроме того, чтобы толкать товарищей к Творцу, чтобы они объединились между ними, и Творец получил бы наслаждение от них, это (как мы выяснили до сих пор) – самая правильная молитва. (48:31)

Вопрос: Я не понимаю, как мне в моей заботе о товарищах нейтрализовать свое «я» в этой заботе?

М. Лайтман: Я дал тебе пример матери и детей. Это называется свойством любви, когда я так же как мать о своем ребенке, забочусь о человеке, таком, какой он есть, чтобы было хорошо ему, чтобы было хорошо Творцу, чтобы была между ними связь, чтобы они получили наслаждение друг от друга. Я могу просить, чтобы группа получила наслаждение, а я бы только привел их к этому. Ибо желание Творца – доставить наслаждение творениям, Он хочет, чтобы мы насладились связью с Ним. И об этом я прошу. И так же я прошу об этой связи с Творцом. Чтобы группа была в связи с Ним, для того чтобы дать Ему возможность воздействовать, получать наслаждение от воздействия. (49:50)

Ученик: Что подталкивает это «я» заботиться на 100%, чтобы оно было оторвано от себя? Непонятно. (50:01)

М. Лайтман: Ещё раз. Я беру источники, какие у меня есть. Что на меня воздействует? Я, группа и Творец, ничего большего не существует. Таким образом я должен всё это сорганизовать в самом чистом, в самом духовном виде – в отдаче. Дай мне методику, дай мне пример, дай мне формулу. То есть, если я молюсь Творцу за группу, чтобы Он соединил её и наполнил её для того, чтобы Он получал от этого наслаждение – это самая правильная молитва. Я не молюсь, чтобы группе было хорошо и её эгоизму. Я молюсь о том, чтобы группа стала кли, которое Творец смог бы наполнить, и чтобы Он получил от этого наслаждение. Они стали бы кли, которое будет обслуживать Его. И то, что я молюсь, таким образом я сам становлюсь этим инструментом. Каждый человек, его десятка, его девять товарищей и Творец – тогда все, в конце концов, достигают взаимного объединения. (51:29)

Ученик: Когда я молюсь о десятке, о девяти, где тут чистота? Я не понимаю. Всегда я присутствую здесь.

М. Лайтман: Нет, тебя там нет, находится твой хисарон – объединить их с Творцом. Чтобы они насладились Творцом, потому что наслаждение Творца – дать им это наслаждение, наполнить творения, как мама по отношению к её детям – это её наслаждение. К этому мы приводим. Задай, может быть, вопрос ещё раз.

Ученик: В чём разница между моим «я» и моим хисароном?

М. Лайтман: Твоё «я» отменяется перед связью, которую ты просишь, чтобы она существовала между Творцом и товарищами. Именно там находится твоя просьба – ты связываешь их.

Ученик: Тот факт, что я связываю это чисто? Тут есть чистота или я всё ещё, как часть этого процесса?

М. Лайтман: Нет. Ты не часть, ты хочешь быть только связующим звеном. В этом твоя функция – быть каналом, трубой для передачи: и хисарона и света. (52:55)

Вопрос: Кажется как бы – чтобы исправиться, нужно быть заранее исправленным, чтобы просить просьбу вместо исправления. Если я способен уже не просить о себе, так я уже исправлен. Нечего уже просить, то есть…

М. Лайтман: Нет! Именно в том, что ты пытаешься молиться, именно этим ты вызываешь то, что сам становишься исправленным. Не то, чтобы хотел и действовал, направлен на это, но ты просишь, ищешь, как ты можешь связать группу и Творца, чтобы группа достигла исправления, для того чтобы Творец смог наполнить их и получать от этого наслаждение. В конце концов – Творец главное. Наша цель – насладить Его, так же, как Он изначально хочет насладить нас. И то, что мы доставляем наслаждение Ему, мы также получаем своё наслаждение и приходим к сопоставлению, к объединению. Я прошу связи между десяткой и Творцом. Я в этом действую, как труба, которая передаёт то, что я организую, то есть правильно выстраиваю канал (связующее звено) между десяткой и Творцом. И тогда приходит свет, который их исправляет, объединяет между собой, и присоединяет их к Творцу, и выполняет все действия.

Когда я только начинаю обращение с такой просьбой – я еще не исправлен. Но во время просьбы приходит свет и делает исправления. Я сам не в состоянии их сделать. Я только представляю себе это правильное состояние. И пытаюсь представить себе его, как можно более верным, чистым, пока оно не реализуется. (55:11)

Ученик: Мы говорим, что молитва – это то, что есть у человека в сердце, это не то, что он говорит устами. Он должен быть как-то в мире с состоянием, которое он желает…

М. Лайтман: Именно это я и имел в виду. Я не говорю, что человек должен ртом произносить или писать об этом, это должно быть желанием сердца. Но он организует эту просьбу искусственно, и понемногу она преобразуется в чувственную просьбу. (55:52)

Ученик: Как я могу выдрессировать своё сердце, чтобы оно хотело что-то, чего, может быть, оно не совсем хочет, может быть, не в чистом виде? Можно разумом отформатировать сердце?

М. Лайтман: Можно, но не из разума форматировать сердце, а с помощью света, возвращающего к источнику. За счёт того, что ты пытаешься ещё и ещё раз. И главное происходит из-за зависти и уважения, когда ты видишь, что твои товарищи более успешные. И самоуважение человека, его зависть перед другими – это то, что толкает его. Тогда он ощущает ответственность и вдруг начинает видеть: кто я, что я, что со мной. Я вижу, что я не в состоянии, не могу дать своим товарищам никакой помощи. И каждый должен ощущать себя ответственным, старшим, как рав, как глава группы, который обращается к Творцу, как шац. А ему не с чем обратиться, нет точного понимания правильных желаний, и он ищет их в себе, и чувствует, что у него их нет, он очень сожалеет, пока потихоньку, в течение времени, не образуется в нём молитва.
(57:43)

Вопрос: Кто такие товарищи, за которых я должен молиться, если в группе находятся два товарища? Как мы учим, что двое – это тоже группа.

М. Лайтман: Тогда – за второго. В чём проблема? Каждый – за второго. Главное, что есть кто-то кроме тебя, вот за него и молись. Я скажу тебе больше, потом мы увидим и будем изучать и будем заниматься тем, что вообще нет группы, что всё происходит по отношению к одному человеку. Один человек – это всё творение. Мы увидим ещё это. Но пока что неважно, сколько человек в группе. От двух и далее, уже имеется возможность действовать. (58:57)

Вопрос: Каким образом мы можем подталкивать товарища правильным образом к Творцу?

М. Лайтман: Только за счёт молитвы и хорошего примера – когда я показываю им специально, насколько я забочусь о них, насколько я забочусь об их связи с Творцом, насколько вкладываю всё в группу, чтобы у меня были все возможности действовать правильно. Это я должен делать, потому что у нас есть лишь всего две силы, которые продвигают нас – это зависть и тщеславие. Они сжигают нас, толкают, они не дают нам расслабиться. Каждый человек должен достичь состояния, когда в группе он будет чувствовать себя ответственным за группу. А если группа ещё не находится в хорошем состоянии, то он должен видеть себя ответственным за это.

Ученик: Эта работа – подталкивать товарищей, не создаёт ли она какое-то самонаслаждение, чтобы это не подняло мою гордыню или тщеславие?

М. Лайтман: Я не могу ещё в точности сейчас пока что это объяснить, это внутренние выяснения человека. Но если он занимается этим вопросом – кто я, что я по отношению к группе, что я могу сделать, как они видят меня, как я вижу их, каков правильный шаг по отношению к Творцу, который мы сейчас можем сделать. Если он выясняет, то, конечно, он ошибается и упирается в разные состояния, которые не может в точности выяснить. Но это складывается, складывается, потому что мы не понимаем, что мы постоянно находимся в силе «Нет никого, кроме Него». И во всех состояниях, даже в огромных сомнениях, в нарушениях, в прегрешениях как бы величайших – мы все находимся только после того, как высший свет выполняет действие. (01:02:16)

Ученик: В таком случае, будет ли правильной просьба, чтобы Творец помог мне достичь этой любви к товарищам?

М. Лайтман: Да, ты прав. В конце концов, правильная молитва – она приходит от Творца. Даже написано: «Он помещает молитву в мой рот, и я начинаю молиться». Хисарон приходит также свыше, а не то чтобы я сам, самостоятельно его организовал, создал. Но с помощью специальной подсветки в разбитом кли появляется хисарон, и тогда мы получаем его и начинаем действовать более ясно и правильно.

Вопрос: Мы делаем в десятке упражнение, где все молятся об одном товарище – о его успехе, о продвижении, благополучии и прочем, и прочем – чтобы ему было хорошо. Он в свою очередь молится за всю десятку. Как нам развить нашу связь, сделать её более качественной, а не увлечься именно мерой усилий, приложением усилий и так далее? Что можно добавить здесь ещё, если правильно мы делаем, и если неправильно, то что?

М. Лайтман: Нет ответа простого на твой вопрос. А как мы изучаем, мы должны постоянно-постоянно выяснять эти вопросы, как сейчас, когда мы учимся во время урока, готовимся к конгрессу в Латинской Америке. Мы будем работать через пару недель на самом конгрессе, и так мы продвинемся. Ничего не поделаешь – такова наша работа. Чем больше мы возвращаемся к тем же вопросам, путаемся, выясняем и так, и этак – таким образом мы выясняем наши келим. Мы не можем ещё почувствовать эти исправления, которые мы выполняем ежесекундно.

Но, поверьте мне, вы потом раскроете, что произвели множественные исправления. Поэтому всё, что вам требуется – это постоянно, насколько только можете, выяснять: как я, группа и Творец, каким образом мы можем быть в правильном взаимодействии, в правильной работе. Я организую «я, группа, Творец», или «Творец, группа, я», или «группа, Творец, я» и так далее. Я выстраиваю эти вопросы. Чем больше я выясняю, тем быстрее я приду к состоянию, когда выяснение станет внутренним, и раскроются во мне разные решимот. И эти решимот всё более будут разворачивать меня в правильном направлении. И каждый момент надо работать над этим, не расслабляться. (01:06:35)

Вопрос: Как в десятке мы развиваем зависть при помощи игры? Мы же можем играть в то, что я завидую кому-то, то есть показывать это. Хотя понятно, что как таковой зависти сжигающей, о которой вы говорите, я в себе не наблюдаю. Как играть в это? В десятке обсуждать это постоянно, генерировать такое поле?

М. Лайтман: Я скажу, почему ты такой спокойный. Потому что охраняешь сам себя. Ты не хочешь пораниться как-то. Поэтому стоит тебе опустить товарища в том, насколько он важен перед тобой: «Он не особенно умный, не особенно понимает, не очень чувствует, он такой-сякой». Ты приводишь несколько примеров, когда, как тебе кажется, он был не на высоте в духовной работе, и тогда ты опускаешь его и так живёшь. То есть ты не принимаешь его на более высшем уровне, чем ты, – и тогда у тебя есть возможность подняться, тогда ты получишь силы подняться, если ты опускаешь его. И тогда тебе не надо подниматься, а даже можно опуститься, и будет всё еще хорошо. Вся наша проблема в том, как мы принимаем, представляем себе, кто такие наши товарищи, насколько они великие, как Бааль Сулам пишет об этом: «Мы должны привести товарища в состояние, как величайшего в поколении». Самый-самый-самый мудрый, великий в духовном во всём нашем поколении. (01:08:42)

Чтец: Продолжим. Седьмой отрывок из книги «Любовь к миру».

7. Молящийся за товарища получает ответ первым. Это означает, что человек, молящийся за товарища, становится каналом отдачи, ведь благодаря ему проходит свет, и он против своей воли получает ответ первым, потому что благодаря ему проходит свет. [Рав Менахем Мендель из Косова «Любовь к миру»]

М. Лайтман: Ещё раз, пожалуйста!

7.Молящийся за товарища получает ответ первым, ведь человек, который молится за своего товарища, становится каналом передачи света, для того чтобы передать своему товарищу. И через него проходит свет, и автоматически он получает ответ первым, потому что именно благодаря ему проходит свет. [Рав Менахем Мендель из Косова «Любовь к миру»] (01:09:45)

М. Лайтман: Представьте себе, что я взял хисарон товарища и включился в него и поднимаю этот хисарон к Творцу. И тогда я связан и с товарищем, и с Творцом своим. И выполняя связующую роль между ними, я становлюсь каналом. И в этом канале есть всего лишь моё желание – связать Творца с моим товарищем, который получает от Творца через меня. А я отдаю всё. Что это означает? Всё, что я хотел бы получить сам и постоянно находиться в этом, и проживать эти состояния, – я полностью замыкаю себя и становлюсь всего-навсего каналом, через который всё проходит. Через меня проходит!

Но при таком отношении, когда я действую так, как будто мне ничего не надо, а только лишь быть связью между ними, – именно это называется «выше знания», выше сокращения, когда я становлюсь хозяином всего этого изобилия, которое проходит через меня. Я становлюсь хозяином желания отдавать (Творца) и желания получать (товарища). И желание получать товарища становится желанием отдавать Творцу – получить ради отдачи. И всё это находится в этом канале, которым я являюсь. Здесь я делаю на себя сокращение, масах и обратный свет – то, каким должен быть духовный парцуф. И таким образом постигаю всё, что требуется: Творца, товарища и связь между ними, и изобилие, которое проходит от одного к другому. То есть это состояние, как написано в этом отрывке, оно очень-очень исключительное. Но оно находится на расстоянии руки. (01:12:41)

Прочти, пожалуйста, ещё раз.

Чтец: Ещё раз. Из книги «Любовь к миру», седьмой отрывок.

7. Молящийся за товарища получает ответ первым, ведь человек, молящийся за товарища, становится каналом отдачи товарищу, ведь благодаря ему проходит свет, и он волей-неволей получает ответ первым, потому что именно благодаря ему проходит свет. [Рав Менахем Мендель из Косова «Любовь к миру»] (01:13:08)

Вопрос: Если стыд появился на четвёртой стадии, то откуда появилась зависть, и в какой стадии?

М. Лайтман: Нет никакого стыда. То состояние, которое я описал, когда я становлюсь каналом между Творцом и товарищами, – всё становится честью, потому что я связываю Творца с творениями, я исправляю часть творения, и за счёт меня Творец наполняет творения. Здесь стыд становится уважением, достоинством. Но это происходит после огромного разбиения, когда человек понимает, что все его желания только ради себя, и он не в состоянии сделать ничего, а только плачет и просит, чтобы Творец дал ему возможность молиться за ближнего. Здесь происходит огромный поиск того, что должно произойти. Здесь выяснения, когда человек не может достичь молитвы за других, до того, как он полностью не преобразит себя. Тогда он прыгает ночью, не знает, что же ему делать, он просит и ругает себя: «Почему прошу именно это, – это же всё ради получения» и так далее и тому подобное... (01:15:27)

Реплика: Извините, это не вопрос, просто есть особенная возможность. Ощущается что-то такое, что бывает только один раз. Я хотел попросить у товарищей, чтобы каждый так погладил товарища, так нежно: «О, мы тебя не достаточно ощущаем. А вы сделайте какое-то внутреннее движение, и все товарищи в мире тоже. Хотел бы послушать товарищей из Реховота, может быть. Я видел группу Орландо, они в полном составе. Давайте сделаем это! Может Рои Мирон песню исполнит, если можно.

Песня (01:16:11 –01:17:50)

Реплика: Орландо, после того как вы получили такое предварительное слово, прошу вас.

Вопрос: Здравствуйте, друзья. В тот момент, когда я стал каналом, что следующее? Что это значит относительно группы?

М. Лайтман: Когда я стал каналом по отношению к группе, я стал сфирой в группе. И так в группе кроме меня есть ещё товарищи, каждый из которых выполняет ту же самую работу, и также и он становится сфирой по отношению к группе. Группа, сфира – от слова «сапир» – светящаяся, которая светит. Откуда светит? Из того, что он становится каналом для передачи изобилия от Творца к группе. Обязанность каждой сфиры – объединить парцуф с высшим светом и дать наполнение каждому в группе, которое приводит к исправлению и ко всем подъёмам. Поэтому каждый обязан таким образом представить себе, как он преобразуется в канал, и с помощью этого канала, становится сфирой в общем парцуфе. (01:1:39)

Ученик: Вы до этого упомянули, что мы становимся обладающими высшим благом – то есть воздействием Творца относительно нас и желанием товарища. Как желание товарища становится высшим благом? Как вы можете это объяснить? (01:20:10)

М. Лайтман: Желание товарища не считается изобилием, а является хисароном. Я рад этому, ибо для меня он, как свет. Об этом сказано: «Тьма будет светить, как свет». Ибо разница такова: если я хочу что-то отдать, то я, когда раскрываю этот хисарон, – для меня это свет. Нет больше нехватки у меня, всё есть. Это то, что мы понимаем, когда один человек любит другого. Что он раскрывает в этом человеке? Раскрывает в этом человеке то, что он любит его. И если тому не хватает чего-то, то для него это возможность дать, и для него это свет. Хисарон сам по себе, который он может реализовать в отдаче, становится светом.

И на самом деле, есть ещё один вопрос. Что такое свет? Что-то, что наполняет меня? Наполняет меня не свет. Наполняет меня ощущение, что я могу дать, воздействовать, наполнять кого-то. И тогда получается, что раскрытие хисарона – это то, что нам необходимо. Это будет для нас светом, и он наполнит нас. Но об этом мы также ещё скоро поговорим. (01:22:00)

Реплика: Вчера наша десятка приняла решение, что есть возможность, когда физически рав не находится с нами – мы должны быть не только, как в один из очередных дней, и мы были уже в 3:30, ещё до обычной подготовки. Мы пели песни, пришли все в белых рубашках. Может, покажите нашу прекрасную 23-ю десятку. Великие товарищи пришли в белых рубашках. Просто приняли на себя обязанность быть дежурной десяткой, чтобы товарищи завидовали и пробудились. И мы видим группы, которые пришли в полном составе. И так мы держимся в этой сильной подготовке и должны были рассказать об этом нашем впечатлении, и дать воодушевление.

Вопрос: Во время этого упражнения, когда думаешь, просишь о том, чтобы товарищи (десятка) слились с Творцом, постоянно пробуждается вопрос: «Что мне за это будет, какая плата?». Как в этом случае отвечать эгоизму на эти вопросы? Что там, не знаю, что будет всё хорошо, или наоборот, что ты умрёшь, или говорить, что-то, я не знаю. Или не общаться с ним, «ударить ему в зубы»? (01:23:51)

М. Лайтман: Да, нечего тебе ответить своему эго, нечего. Только снова, если ты находишься в группе, а они пробуждают в тебе разные новые свойства: зависть, страсть, уважение, ты начинаешь работать, потому что тебе неприятно. Как это так, я что, не такой как они? Что я хуже них, ну и так далее. То есть, если группа пробуждает в тебе такие чувства, то они могут (эти вот чувства) действовать даже на твоё эго и сделать из тебя человека, который находится выше своего эго. Но это при условии, что они так тебя пробуждают. А иначе у нас нет никаких шансов подумать хорошо о действиях отдачи.

Если группа поддерживает и говорит, что это хорошо, и товарищи показывают, что уже находятся в духовном, то тогда я уже начинаю гореть внутри. Если я хуже них, то огонь зависти − это действует. И зависть − это результат стыда. Это то, что бьет по собственному моему достоинству. А стыд − мы с вами изучали, − это пробудилось в первый раз в кли, в Малхут Бесконечности. То есть стыд этот настолько силён, что может работать над человеком в любом состоянии. Неважно, что у него будет.

Даже Малхут Бесконечности, когда была полна светом бесконечности, стыд заставил и её опустошиться. И если мы приводим себя к ощущению стыда, то способны на всё, только чтобы избавиться от этого ощущения. Поэтому давайте возьмём пример от Малхут Бесконечности, и когда мы находимся в полностью противоположном от неё состоянии, противоположной точке, поймем, что на нас ощущение стыда может действовать так, что мы гарантированно удостоимся раскрытия. (01:26:45)

Вопрос: Могу ли я взять хисарон от товарищей, с которыми у меня нет связи, или только хисарон товарищей, с которыми я связываюсь каждый день в десятке?

М. Лайтман: Я не знаю. Должна быть группа. Вы ведь все люди, которые учатся постоянно и долгое время. И нам нужно найти такое устойчивое состояние в связи между нами, чтобы мы смогли с помощью разных видов связи, когда мы можем организовываться между собой всё больше и больше, достичь цели. А иначе, что мне с того, что я работаю с этой группой немножко, потом бегу к какому-то другому товарищу, который мне там понравится, и потом в другую группу? Таким образом я не могу работать с ними. Я не могу достичь состояния, когда они пробуждают во мне зависть, какое-то чувство собственного достоинства, страсть, какие-то страхи, стыд, потому что убегаю от них. Ну, я начал с одной группой, потом перейду к кому-то другому. Я не даю этим чувствам неприятным, действительно неприятным, происходить во мне, потому что не чту источник, и думаю: «Ну, хорошо, ладно, есть кто-то ещё, кто думает обо мне лучше». Поэтому должна быть постоянная группа, и мы там можем производить различные действия. (01:28:55)

Вопрос: Каким образом показать товарищам, что я уже нахожусь в духовном, чтобы они мне поверили?

М. Лайтман: Они тебе не поверят. Они же знают, что ты не находишься в духовном.

Ученик: Но вы сказали, что нужно так играть.

М. Лайтман: Это, чтобы не завидовали тебе, – поэтому я так говорю. То есть, есть зависть, которую ты способен пробудить в товарищах от правильных действий, от хороших поступков. И даже пусть думают, что ты в духовном. Но это не должно ведь так быть, не надо выделять эту точку. Достаточно показывать им, что ты на самом деле вкладываешь себя в духовное продвижение. Этого достаточно. Ты увидишь, насколько это не даст им покоя, и они постараются сделать то же самое. Так у тебя есть выигрыш со всех сторон. И насколько ты пробуждаешь их, и насколько они – тебя.

Чтец: Продолжим. Восьмой отрывок. Из трудов РАБАШа, первый том. «Молитва многих».

8. Если есть несколько человек в обществе, которые могут достичь цели творения – слияния с Творцом, – и тем самым они доставят Творцу большее наслаждение, чем, если бы только он один удостоился приближения Творца, он отказывается от себя. И хочет, чтобы Творец помог им, так как они доставят Творцу удовольствие большее, чем может быть от его работы. И поэтому он просит за все общество, чтобы Творец помог всему обществу и дал бы им чувство удовлетворения, от того что они могут отдавать Творцу, чтобы доставить Ему наслаждение. И так как во всем должно быть пробуждение снизу, поэтому он дает пробуждение снизу. А пробуждение свыше получат другие, то есть те, о которых Творец знает, что будет от этого больше пользы Творцу. [РАБАШ, статья 15 (1986) «Молитва многих»](01:31:37)

М. Лайтман: Мы видим здесь, что есть на самом деле очень простой подход. Я прошу-прошу-прошу у Творца, чтобы Он помог, чтобы Он сделал исправление всем моим товарищам. И ничего, кроме этого, меня не интересует. Молиться за каждого товарища из моей десятки. Просить у Творца: «Помоги ему, дай ему, смотри, что тут нужно, и так, и вот так». Короче, я – переходное звено. Я передаю Творцу эту просьбу от себя из своего сердца – за товарища. И так за каждого товарища.

Мы с помощью этого оберегаем себя от собственных интересов. Мы делаем действие по отдаче. Мы связываемся с Творцом, потому что этим становимся в подобие по свойствам с Творцом. Почему? Потому что я поднимаю хисарон за других. А Творец хочет через мою просьбу дать другим. Так кто же я – относительно Него? Я с Ним – партнёр, партнёр! Я несу Ему место работы, где Он наслаждается. Работа Творца – наполнять других. Так моя работа становится, в принципе самой обычной, простой, понятной всем – проси за товарищей, требуй за них. (01:34:28)

Вопрос: В нашей работе есть очень много рекомендаций каббалистов, которые при кажущейся простоте являются невыполнимыми. Мой вопрос про действие представления товарища великим в поколении. Во-первых: нужно ли просить Творца, чтобы Он по-настоящему дал возможность представить товарища великим, или можно это сделать с помощью своего воображения?

А во-вторых, вы говорили, что это дает силы, когда товарища представляешь великим, силы для развития. Я вот, например, не чувствую таких сил, просто чувствую, что всё в порядке: товарищ великий, и я чувствую себя спокойно, то есть никаких таких чувств. Проясните, пожалуйста.

М. Лайтман: Если ты чувствуешь, что Творец занимается товарищами больше, чем тобой, а ты не завидуешь, и ты спокоен – тогда что, тебя духовное не интересует? Как ты можешь быть спокойным при этом? Это неестественно. Нет, нет, это неестественно. Я этого не понимаю. А почему это должно быть так?

Зависть может быть в любом состоянии: то, что кто-то молится за товарищей больше, чем я; то, что Творец дает другим, а мне не очень-то, − это тоже. Зависть может быть со всех сторон, со всех направлений, потому что – по отношению к желанию получать. Ну, какие у нас есть желания получать? Говорят – 613 желаний. Так вот в каждом желании получать, во всех даже формах этого желания, есть рядом с этим зависть. Страсти, уважение, самоуважение действуют на желание получать. Они окутывают его таким вот образом, позволяют человеку привести желание к исправлению.

Поэтому, если ты видишь, что всё так существует в таком виде, что мимо тебя проходит, а тебе это не интересно, − это значит, что у тебя нет большого хисарона. Ты должен включиться в товарищей ещё больше, чтобы получить от них хисарон и желание. (01:37:06)

Вопрос: В последнем абзаце то, что было: я молюсь за общество и тем самым доставляю самое большое наслаждение Творцу. Но там написано, что я должен попросить у Творца, чтобы дал мне это ощущение, что это доставляет наслаждение Творцу. Может быть, я что-то упустил? Или это именно точно так просить что-то, потому что иначе я не знаю, доставляю ли я наслаждение этим, что я молюсь за общество?

М. Лайтман: Ещё раз.

Ученик: Сейчас в цитате мы читали, что я молюсь за общество, потому что это доставляет наслаждение Творцу. Вместе с тем там отмечено, что я прошу этого ощущения, что это даёт Ему наслаждение. То есть я всё-таки прошу о чём-то? (01:38:07)

М. Лайтман: Нет-нет-нет, я не прошу ощущения, я вообще ничего не хочу. Я хочу, чтобы это произошло в Нём и в них, но во мне ничего. Я отключаю себя от всего, от всех явлений, от всех результатов, от всего. То есть, как будто бы есть два провода, я их сейчас соединяю, чтобы связь была, проводник.

Ученик: Так что даёт мне драйв делать это каждый раз заново, молиться за общество?

М. Лайтман: Но я же делаю это, действительно, ради отдачи, без всякой связи с собой. Потому что связь, которую я сейчас создал (в роли канала), чтобы связала Творца и творение, − я это сделал ради отдачи. Я не хочу ничего, кроме того, чтобы они наслаждались. Они наслаждались. И Творец наслаждается, и творения наслаждаются. А я? А я не хочу ничего. Но ты можешь сказать: «Но можно ли мне сказать, что я хочу наслаждаться, от того что они наслаждаются друг другом?» Большой вопрос, важный вопрос.

Ученик: Есть большой ответ на большой вопрос?

М. Лайтман: Это зависит от величины экрана, который у меня есть. Конечно же, да. Я могу связать Творца со всем кли Адама Ришон. И каждый должен так сделать, каждый должен сказать: «Ради меня создан мир». Но всё это – для того, чтобы на самом деле наслаждаться тем, что ты наслаждаешь их обоих: и Творца, и творение. И тогда наслаждение, которое ты получаешь, в конечном счёте, − это твой мир, когда ты получаешь всё от отдающего, и получаешь всё от получающих, − и это всё твоё. Весь мир! Весь мир. (01:40:08)

Ученик: А мне можно наслаждаться от этого лично? Потому что написано здесь: «удовлетворение». Что есть у меня лично удовлетворение от того, что я молюсь за общество, хотя я не чувствую, что это доставляет наслаждение. Все-таки личное удовлетворение я могу почувствовать?

М. Лайтман: Да, да, пока что да, потом мы это ещё выясним, какие здесь есть еще нюансы, да ты ещё сам к этому придёшь, и я тебе не понадоблюсь.

Ученик: Спасибо.

Чтец: Продолжим. Девятый отрывок из «Молитва многих», первый том РАБАШа.

9. Если есть у него сила просить за общество, тогда это будет ему истинной проверкой, согласен ли он на такую молитву. Но если он знает, что то, что он говорит, это только пустые слова, что же он может сделать, когда видит, что тело несогласно на такую молитву? Чтобы это была чистая отдача без примеси получения. На это есть только один известный совет – просить Творца верить выше знания, что Творец может помочь ему и всему обществу в целом. [РАБАШ, статья 15 (1986) «Молитва многих»] (01:41:30)

М. Лайтман: Молиться не только в этой ситуации. Также, если человек видит, что он не способен, не понимает, не чувствует, не знает, что делать, или нет у него сил что-то делать, – он всегда может просить. Но просьба должна быть в соответствии с его ступенью, как можно больше отсоединённой от результата для себя, а – для всех остальных.

Лучше думать об общей системе Адама Ришон – это что-то такое, что мы не очень-то понимаем, но таким образом мы как-то направляем себя, как на полярную звезду, на север. Да, мы же настраиваем так наши приборы? Так вот и мы – хотя мы и постигаем саму эту звезду, но нам достаточно направлять себя на эту звезду. Вот так мы должны настраивать себя на общую отдачу по отношению к группе, по отношению к человечеству. Пока на данный момент этого достаточно.

Но я вообще хочу здесь добавить, что то, о чем мы говорим сегодня, и вообще на всех этих уроках, которые имеют отношение к Латинской Америке 2019, – это вещи, которые пока что должны происходить в нас. А потом придут вопросы, состояния, понятия новые, которые совершенно не нынешние, и нам понадобится обсуждать их, и выяснять, и принимать решения, – и так будем продвигаться. Вот это, собственно, и есть форма учёбы. Начать с чего-то, а потом распознать, что Творец хочет из всего нашего выяснения, что Он ещё хочет и требует от нас, от меня.

Я думаю, что главным образом мы прошли этот урок. И более или менее поняли, какая должна быть подготовка к нему. Ведь мы сейчас проходим подготовку к конгрессу, и я очень надеюсь, что во время конгресса через две недели, с Божьей помощью, мы почувствуем большое отличие в выяснениях, которые у нас есть сейчас, и которые будут потом. То есть в течение двух недель мы сильно изменимся. Есть у нас ещё вопросы, кроме самого этого урока? (01:44:53)

Вопрос: На этой неделе вы очень много говорили о том, что только через упражнения, которые мы делаем между нами в десятке, мы способны выйти на новый уровень отношений между нами. Вопрос, – что это за упражнения? Должны ли у этих упражнений быть какие-то конкретные итоги? Стоит ли искать эти итоги, или стоит просто сосредоточиться на выполнении этих упражнений? Что должно быть результатом этих упражнений? Мы эти упражнения должны сами выбрать или просто выбрать их из статей РАБАШа, или эти упражнения должны быть общими для всего мирового кли? Немного об этом. (01:45:52)

М. Лайтман: Я вас не понимаю. Вы такие умные, вы думаете, что есть какая-то книга, да? Или какая-то одна статья, где написано обо всём, что у нас есть в этом мире? Обо всём нашем поведении, всей науке, всей нашей психологии, что есть такая книга, где можно было бы всё это прописать? Это то, что ты спрашиваешь: «Ну, где ещё мне прочитать что-то о духовном?»

Мы ничего не сможем прочитать о духовном нигде потому, что всё это находится внутри постигающего человека. Он получает вопросы, получает проблемы, в нём растут каждый раз новые состояния. И тогда он понимает из тех статей, из тех вещей, которые раньше он не видел, о которые писали каббалисты, и он их тысячу раз вообще повторял, а сейчас на тысяче первом разе он видит уже по-другому, новое.

Поэтому я не могу сказать тебе, где прочитать; нет такого – «прочитать». Каждый читает в своем хисароне, который раскрывается. Когда раскроются тебе новые хисароны, более глубокие, ты вдруг увидишь, что вокруг тебя много материала. Ты тысячу раз его проходил, а сейчас, когда ты пройдёшь это, ты увидишь это всё по-новому. (01:47:35)

Ученик: Ну, например, вы сказали на этой неделе: «Переход от заботы о себе, к заботе о ближнем возможен только с помощью упражнений». Дайте тогда, пожалуйста, нам на эту неделю или на несколько дней хотя бы какое-то такое упражнение, выполняя которое наша десятка приблизится к ощущению того, что мы начинаем переходить от заботы о себе – к заботе о других. Вот конкретное упражнение, понятное. (01:48:11)

М. Лайтман: Конкретные, понятные упражнения? Пожалуйста. Вы должны между собой произвести такие простые упражнения.

Скажем, когда вы говорите между собой, вам будет понятно, что если вы в процессе этого упражнения начинаете думать о себе, то, как в игре между детьми: «Ага, попался!» – поймали своего змея за хвост и тащите его сюда за ухо на учёбу. И таким образом давайте такие вот упражнения. Наша проблема в том, чтобы отключиться, отсоединиться от того, чтобы делать расчет для себя каждому, и начать думать о группе. Отключиться от того, чтобы чувствовать себя несоединённым, то есть существующим как бы самому по себе. Такого нет в реальности, но мы именно так представляем себе себя – это называется разбиением в нашем восприятии.

И надо представлять реальность, что она такая сферическая, всё связано, всё связано одно с другим, что мы не можем подействовать в одном месте, чтобы отсюда не появилось воздействие в другом каком-то месте. Но это всё дано для того, чтобы мы могли это проговорить между собой, насколько мы должны постараться. Это только усилие, старание, и не надо быть особо умными. (01:50:05)

Вопрос: Относительно молитвы за общество. Когда просят о десятке или об обществе, не чувствуется такое сопротивление, как когда мы просим о конкретном товарище, и чувствуется сопротивление. Так, что – здесь молитва неправильная? Что предпочтительнее, – молиться за десятку или за одного товарища?

М. Лайтман: И то, и другое. И это должно быть, и это должно быть. Понятно, что если ты говоришь о товарище, – ты возбуждаешь своё эго ещё острее, потому что тебе понятно, что это – товарищ, а это – я, и всевозможные рассуждения и выяснения. А десятка – это нечто такое, как организация, блок такой – и о ней я думаю, у меня естественное как бы склонение в эту сторону. Поэтому по отношению к товарищу – это просто горит, это воспламеняется, это сразу же раскрывается так – очень остро.

Всё, что я прошу, – сделайте и так и так, и увидите. Вы сами должны это выяснить. Есть вещи, которые мне запрещено говорить, потому что по отношению к одному человеку – это еще рано, а по отношению к другому человеку, – там он уже всё это прошёл. Поэтому я не могу вам сказать, как вести себя. (01:51:31)

Ученик: Можно ли сказать, что, когда есть сопротивление, – это больше в правильном направлении, или нельзя об этом сказать, что это в правильном виде?

М. Лайтман: Обычно это так, что если есть сопротивление, то, конечно же, это правильное направление, и я должен идти вопреки сопротивлению к цели. Но я не могу сказать одно слово, когда я думаю еще о тысяче возможностей, где там всё наоборот даже раскрывается. Трудно, очень трудно, и поэтому написано: «Не бывает ума без опыта». Ты не понимаешь еще, что написано, а потом понимаешь, что происходит, и можешь правильно расшифровать каждое слово. И тоже – расшифровывает в соответствии со ступенью. И когда у него есть подъёмы и падения, он видит текст по-разному. (01:52:38)

Вопрос: Последнее время вы говорите с нами в Твиттере. Вы напоминаете нам, что нужно читать ваш Твиттер. И меня, как вашего ученика, обезоруживают немного некоторые вещи. Я, как ваш ученик, читаю каждый день, и ставлю по три-четыре лайка на каждый твит. Относительно действий, которые мы можем сделать. Почему нет какой-нибудь акции всего мирового кли, чтобы мы могли взять ваш твит и сделать лайки, просто чтобы показать наше участие. И если мы это будем делать в течение двух-трех недель, у вас будет по 600-700 лайков за одну ночь. И тогда все узнают о науке каббала. Почему мы не делаем таких действий вместе?

М. Лайтман: Этого я не могу сказать, ничего не могу сказать. Это вам нужно думать и делать самим. Я об этом молчу, потому что нельзя мне, запрещено мне возбуждать вещи, которые имеют отношение только к вам. Но это в вашем продвижении, вы зависите именно от таких вещей. Насколько вы относитесь к распространению или к тому, что пишет ваш учитель, – это всё потом даёт результаты. К моему сожалению, результаты не очень радостные. Поэтому мы продвигаемся к состояниям гораздо худшим и в мире тоже. Да и много еще чего. Просто вы ленитесь.

Вы приходите на урок, как будто услугу кому-то оказали, а после урока: «Ну, Слава Богу, мы можем разойтись по домам, заниматься своими делами», и всё. Не болит ни голова, ни сердце практически, ни у кого. Ну, а что я могу сделать? Это то, что Творец мне дает, и я стараюсь делать то, что возможно, а то, как вы реагируете, – вам надо видеть, что можно. Вот и всё.

Но всегда есть место для исправления, а я продолжаю каждый день как бы заново, а то, что было, – то было. И очень надеюсь, что всё улучшится. Мы находимся действительно в состоянии очень таком продвинутом в мире, в направлении объединения, в направлении исправления или же драматическим образом, или по-хорошему, но это уже всё на пороге, и надо поторопиться. У нас есть возможность действительно быть ведущей группой.

Песня. (01:56:44 –01:58:30)

Ссылка на видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/xTrll17j?language=ru