Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 14 октября 2021 года
Бааль Сулам. Шамати, 19. Творец ненавидит эгоизм, урок 4
Чтец: Мы с вами читаем Труды Бааль Сулама, 535-я страница статья Шамати, «Что значит, что Творец ненавидит тела в работе». Мы продолжим со слов «Следует знать, что один против другого...».
М. Лайтман: Мы находимся в этой статье уже несколько дней, сегодня мы закончим, я надеюсь. И я советую, чтобы каждый, каждая десятка все-таки периодически перечитывала эту статью, потому что она действительно организует нам правильным образом подход к постижению божественного.
Чтец: Следует знать, что «одно против другого сделал Творец». Другими словами, в той мере, в которой есть раскрытие в святости, в той же мере пробуждается и Ситра Ахра. То есть, когда человек утверждает: «Весь он мой», то есть что всё тело относится к святости, Ситра Ахра тоже, споря с ним, утверждает, что всё тело должно служить Ситре Ахре.
Поэтому человек должен знать, что когда он видит, что тело утверждает, что оно относится к Ситре Ахре и изо всех сил выкрикивает известные вопросы, то есть свойства что и кто, – это является признаком того, что человек идет по пути истины, то есть что всё его намерение – доставлять наслаждение своему Создателю.
М. Лайтман: Еще раз.
Чтец: Поэтому человек должен знать, что когда он видит, что тело утверждает, что оно относится к Ситре Ахре и изо всех сил...
М. Лайтман: Зачем я работаю, для кого я работаю, зачем мне нужна духовная работа и так далее и тому подобное. Тогда…
Чтец: … это является признаком того, что человек идет по пути истины, т.е. что всё его намерение – доставлять наслаждение своему Создателю.
М. Лайтман: Он все еще не получает ответа, реакцию на это, но уже ясно, что намерение его прийти к доставлению наслаждения Творцу. Потому что он видит сопротивление со стороны своего эго, которое не дает ему ничего делать, даже самые маленькие вещи, которые до этого он делал, не думая, сегодня даже после многих мыслей и усилий ему очень тяжело исполнить что-то, относящееся к отдаче, к объединению и так далее. Дальше.
Чтец: Поэтому главная работа совершается именно в этом состоянии. И человек должен знать, что это является признаком того, что его работа попадает в цель. И признак этого – что он воюет и посылает свои стрелы в голову змея,
М. Лайтман: То есть в Ситра Ахру.
Чтец: …коль скоро он кричит и выдвигает претензии «что» и «кто», что означает: «Что это за работа у вас?» То есть «что вы выиграете от того, что вы работаете только ради Творца, а не ради собственной выгоды?» А претензия «кто?» означает претензию Фараона, который задавал вопрос: «Кто такой Творец, чтобы я слушался Его голоса?»
М. Лайтман: Две эти претензии мы слышим от нашего эго: «Что это за работа у вас, почему вы хотите отдавать, а не получать? Кто такой Творец, чтобы я слушался его голоса? Зачем работать для кого-то, почему работа для кого-то – это важнее?» Это Творец, или другие – не важно кто, но кто-то вне меня. Тело говорит: «Почему это важнее, чем то, что ты работаешь для меня?» Это два вопроса, в которых человек всё время находится. Если он действительно в них находится, это признак того, что он правильно направлен в пути.
Вопрос (Киев-1): Что плохого в вопросах «кто и что?», – знать Творца, на которого ты работаешь?
М. Лайтман: Замечательно, это хорошие вопросы. Нельзя их и стирать, а нужно с ними правильно работать. Потому что без того, что человек выясняет их правильно и отвечает на них правильно, он не может прийти к духовному, к истине, к одной силе, которая управляет, – к Творцу. Потому что во всех этих вопросах есть много видов «кто и что». «Что это за работа у вас?» То есть зачем работа по отдаче? Зачем тебе отдавать? У тебя есть природа – работай, зарабатывай и всё. «Отдавать» противостоит природе, – это много сил, которые путают разум и сердце. Ты не можешь вообще быть в этом – «Что это за работа такая у вас?»
И кроме того, вопрос: «Кто? Кому ты хочешь служить?» Если ты работаешь для себя, то есть ты понимаешь, что тебе хорошо, – согласно этому ты делаешь. Как в этом мире с работой, с семьей, с разными вещами, которые ты хочешь достичь в своей жизни, – это называется правильная работа, когда ты видишь, что делать для того, чтобы преуспеть, заработать.
Но работать для Творца? Он скрыт, неизвестно, существует ли Он вообще. Кто Он, что Он, что Он хочет от человека? Уверен ли ты, что, когда ты приходишь к отдаче, ты придешь к Нему? Вообще, кто Он такой, что для Него ты должен работать? Откуда ты знаешь с уверенностью? Против этого у тебя всегда есть твое эго, которое все время скрывает Творца. И поэтому есть два вопроса: «Что это за работа?» (то есть отдача), и Творец – «кто это?» Две эти вещи все время ускользают от нас, я не вижу их на горизонте. Иногда они раскрываются, и тогда я чувствую себя плохо.
Я ищу Творца и может быть не нахожу, и как я могу от этого плохого ощущения сделать какое-то действие по отдаче? Допустим, я хочу и не знаю: какое, как, кому, чему? Как я могу укрепить себя в работе «Кто и что»? Это проблема.
Ученик: А как правильно ответить на эти два вопроса?
М. Лайтман: Мы сейчас увидим, что он говорит.
Чтец: Мы продолжаем последний абзац.
И, на первый взгляд, кажется, что претензия Фараона «кто» является разумной. Ведь в мире принято, что когда кому-нибудь говорят: «Иди, поработай у него», человек спрашивает: «У кого?» Поэтому, когда тело спрашивает: «Кто такой Творец, чтобы я слушался Его голоса?» – это является разумным доводом. Однако, согласно закону, гласящему, что разум не является самостоятельным объектом, а является отражением того, что находится в ощущениях, так всё и выглядит в разуме, что называется: «А сыны Дана: Хушим».
Другими словами, разум судит 'дан' лишь согласно тому, как чувства 'хушим' дают ему исследовать и придумывать какие-то изобретения и уловки, которые будут соответствовать требованию чувств. Иначе говоря, то, чего требуют чувства, – разум старается предоставить им то, что они просят. (09:52)
М. Лайтман: Еще раз.
Чтец: Другими словами, разум судит 'дан' лишь согласно тому, как чувства 'хушим' дают ему исследовать и придумывать какие-то изобретения и уловки, которые будут соответствовать требованию чувств.
М. Лайтман: То есть главное у нас все-таки чувства. И чувства дают разуму разные описания, разные формы, и тогда разум уже приносит это как разумный довод. Но все-таки все зависит только от чувств, потому что мы помним, что основа всего творения – это желание. А разум призван служить желанию в разных формах: напрямую, в обратном виде, но исполнять в конечном счете то, чего изначально желает желание.
Чтец: Иначе говоря, то, чего требуют чувства, – разум старается предоставить им то, что они просят. Однако у разума самого по себе нет никакой потребности в каком-либо требовании для себя. Поэтому, если у чувств есть требование отдачи, разум работает в линии отдачи, и разум не задает вопросов, так как он только обслуживает чувства.
М. Лайтман: Здесь есть много вещей, которые мы можем выяснить, если вы захотите. Разум и чувства – это две вещи, которые управляют нами или мы управляет ими, – зависит от того, как относиться к ним. Но главное во всем творении – разум и чувство, то есть голова и сердце. Их мы должны как можно больше объяснить себе, так, чтобы всякий раз мы различали: что такое разум и что такое сердце, претензии разума и претензии сердца, и как нам работать, как нам исправлять разум и сердце.
Вопрос (Петах-Тиква-20): Мы вначале работаем с разумом, как бы убеждаем себя работать в десятке, что Творец существует, и мы приближаемся к Нему, идем к Нему. Тогда приходят чувства и меняется разум – так мы работаем?
М. Лайтман: Как правило верно. Мы приходим к науке каббала из-за того, что мы хотим знать, хотим познать, понять: в чем секрет жизни, кто управляет жизнью, как я могу войти в управление своей жизнью и так далее. Всё это со стороны разума, мне не хватает знания, не хватает разума. Но кроме того, что мы учим, мы входим в какое-то высшее исправление, на нас действуют силы, которые начинают расширять наши желания, и тогда мы начинаем быть в путанице.
То есть наше желание растет, и оно задает разные вопросы в желании: «Что это за работа у вас, зачем ты хочешь отдавать?» Или: «Почему тебе говорят отдавать, если ты целиком и весь хочешь получать, наполнять себя?» – И это твое естественное стремление, скажи, эгоистическое, неважно. Это – «я»: я хочу наполнять себя разного рода чувственными эмоциональными наполнениями, а также разумными, рациональными. И здесь, в науке каббала, мне говорят (и пока я понимаю это, тоже проходит много времени): «Нет, ты не должен работать со своим разумом и со своим чувством, а стараться прийти к божественному разуму и чувству».
Божественные разум и чувства – это когда ты чувствуешь ближнего и только потом себя, – так, чтобы ты мог помочь ближнему. Твой разум должен работать за чувством – как помочь ближнему. И тогда получается, что те свойства, определения, ценности отдачи, к которым я не привык, которых я не желаю, которые я всегда отталкиваю, вдруг в науке каббала вталкивают меня, вносят внутрь, я должен быть в этом.
А я просто не желаю. Есть люди, которые ближе к отдаче, к любви к ближнему, и они помогают животным, людям. Я не такой. Я нормальный человек, у меня нет никакой проблемы, я не хочу никому причинить зло, но и бегать делать всем добро я тоже не чувствую, что обязан. Я вижу также вокруг себя, что люди так не делают. Каждый заботится о себе, о своей семье, о своем народе. Если мы говорим о климате, о разных глобальных вещах, что мы все принадлежим этому, – может быть все заботятся о земном шаре, но не то что у меня есть естественная склонность к этому.
А здесь, в науке каббала, я слышу, что от меня требуют перевернуть себя. Кто это – коммунисты, социалисты, идеалисты? Я не знаю, что это за каббалисты такие. Кто они? Они говорят: нет, это законы природы, и хотим мы того или нет, мы должны будем исполнять их. А в природе есть только одна сила – сила отдачи и любви. Поэтому, если бы мы не портили природу или не видели бы ее своим эгоистическим взглядом, то мы увидели бы полную гармонию, что называется «райский сад» – Высший мир. А когда мы вносим свой дурной глаз – наш эгоизм, мы портим свое видение, мы сокращаем свое поле зрения до границ, которые называются «этот мир». И даже в этих границах мы видим и понимаем всё в искаженном виде.
То есть что бы то ни было, мы должны будем сменить наш подход к жизни, к существованию, к природе – или хорошим путем или плохим. Как правило это происходит обоими путями, это называется «средняя линия», так объясняют нам. Но на самом деле изначально Творец создал нас, установил нас в обратном виде относительно Себя. Он создал желание получать, которое работало в отдаче, то есть были Адам и Хава, то есть желание получать и намерение отдавать находятся в райском саду, то есть все в отдаче, в высшем свете.
Но в этом состоянии они не постигали своего состояния. И для того, чтобы дать им ощущение и постижение, осознание Творца, быть как Творец по чувству и разуму, – для этого они должны получить свойство, обратное Творцу. Всё можно исследовать только из противоположной формы, противоположного вида. Поэтому есть разбиение – это называется «грех Древа познания». Каждое поколение начинает исправлять свой грех, своё разрушение с точки разбиения, и так мы начинаем познавать себя. (19:41)
Когда мы приходим к какому-то состоянию, когда силы природы подталкивают нас к тому, чтобы познавать все больше и больше систему отдачи против нашей системы – системы получения, тогда мы видим, что главным образом есть два вопроса. Всё концентрируется на двух вопросах: вопрос разума и вопрос чувства. «Кто такой Творец, голоса Которого я должен слушаться?», – это чувственный вопрос. «Что это за работа у вас?» – вопрос разума.
И мы должны работать над этими двумя вопросами. С помощью их выяснения мы можем прийти к пониманию, что противостоит системе отдачи. То есть мы находимся в системе получения, в разуме и сердце, в «кто?» и «что?» И можем прийти из этого к системе отдачи, тоже к «кто?» и «что?», к постижению Творца и к ощущению всего мироздания целиком.
К этому мы сейчас и должны прийти. Даже если мы не понимаем точно, что происходит с нами, поскольку мы занимаемся этим как дети, которые не знают точно, чем занимаются. Но они заняты своей игрой, и сама игра продвигает их, и они начинают видеть, что это нужно делать так и так. Они учатся, падают, получают удары, плачут, но вместе с этим растут. Как написано: «Нет праведника, который делал бы хорошо, если это не проходит через плохой опыт». «Нет праведника на земле, который делал бы хорошо и не грешил».
Только через ошибки, через грехи мы приходим к правильным действиям, и так далее. То есть не надо впечатляться. Пойдем и сделаем. Вопросы «кто?» и «что?» – это главные вопросы в творении, которые вытекают из того, что мы состоим из системы разума и системы чувств.
Вопрос (Турция-1): Вопросы «кто?» и «что?» получат ответ, или будут каждый раз обновляться, чтобы мы отвечали на них?
М. Лайтман: Всё кли Адама Ришона разбилось, разделилось на множество частей и для каждой самой маленькой части Адама Ришона есть связь с Творцом, есть место в программе, как все они должны соединиться снова вместе в то же тело, которое называется Адам Ришон (это парцуф, по сути дела, или душа). И там есть место для каждого. Без кого-то, даже одного, это не может быть совершенным, не может быть Гмар Тикуна, Окончательного Исправления.
И поэтому мы находимся в этой системе, мы не можем убежать из нее, не можем изменить ничего, кроме того, чтобы дать согласие и ускорение в пути. Я могу ускорить мой приход к исправленному месту, к исправленному состоянию. Если я не делаю этого, то есть силы в природе, которые будут давить на меня и заставят меня все-таки прийти к этому раньше или позже. Я только могу ускорять развитие.
Это очень много, потому что я могу прийти в этом кругообороте к моему частному Окончательному Исправлению, и я могу вертеться еще очень много кругооборотов, может быть, с другими людьми, которые не смогли это сделать, и не приблизились к этому вообще. То есть все зависит от нашего усилия, – насколько мы хотим собрать этого мини Адама Ришона в нашей десятке, насколько мы хотим, чтобы эта система была бы просто живой, жила бы между нами. А потом мы выясним, каковы отношения, которые должны быть в правильном парцуфе, чтобы поднять этот парцуф с уровня мира Асия (даже этого мира), поднимать-поднимать через все миры до мира Бесконечности через 125 ступеней. Это цель нашей работы в десятке. (25:34)
Вопрос (Киев-3): Когда приучают себя работать ради отдачи, и разум уже не спрашивает «кто?» – это середина или конец пути?
М. Лайтман: Я не могу сказать. Это может быть в любом состоянии. Может быть, у человека пробуждается вопрос: «А зачем я работаю? Я не хочу», – и он сопротивляется, кричит, и просто раскрывает ненависть ко всему этому, но не уходит, не убегает с пути. И тогда почти сразу же после этого он чувствует, что как раз благодаря этому у него есть решение, что он может продвигаться в некотором изменении взгляда на то, что происходит.
И поэтому наше продвижение – как раз в «кто» и «что» – то разумное, то чувственное, и так всё больше. Потому что всякий раз я останавливаюсь и говорю: «Зачем я делаю, почему я делаю? Мне не сто́ит, у меня нет от этого ничего». И в других ситуациях я нахожусь под ощущением, что меня не интересует весь этот разум, я нахожусь в ощущении приближения, продвижения и развития. И все эти рациональные вопросы, которые были, уже не возникают у меня в голове. Чувство сильнее разума, когда оно присутствует, сильное, – действует. А разум сильнее чувства, когда чувство не работает, и тогда мы можем пробудить разум. Они работают попеременно.
Ученик: Мы раньше слышали, что есть отрезок пути, который мы проходим без падений. Состояние, которое здесь описывается – это не об этом переходе речь, когда после него больше нет падений?
М. Лайтман: Я не думаю, что есть места, в которых нет падений. Написано: «Тысячу раз упадет праведник и встанет». Не может быть духовного подъема, если перед ним не было бы духовного падения. Не может быть, потому что ты должен раскрыть разбитое кли, поискать как исправить его, организовать всё окружение для его исправления, а потом подниматься. А иначе как ты это будешь делать?
Поэтому без падений нет подъемов. А падение – это не падение, это подъем в левой линии. Мы называем их падениями, потому что так короче, но это не падение. Мне добавляют желание получать, я раскрываю себя снова и снова упавшим для того, чтобы я взял эти келим и с ними снова приблизился к группе и к Творцу, и старался бы со всеми келим, которые раскрылись в падении, прийти снова и снова к слиянию.
Поэтому невозможно сказать, что есть состояния подъема без падения, которое предшествовало бы им. Более того, написано, что самое большое падение будет на последних шагах перед Окончательным Исправлением. И там будут состояния очень тяжелые. На нашем земном шаре, в нашем мире будут такие волны голода и жестокости между всеми людьми, до такой степени, что человек будет не уверен, что он находится у себя дома. Написано: «Ненавидящие человека живут у него в доме». И так далее. Поэтому были каббалисты, которые писали: «Я бы не хотел жить в такой ситуации», – до такой степени они хотели передать нам эти состояния, что всякий раз, когда мы приближаемся к большим исправлениям, у нас будут большие падения.
Надо понимать, что вся картина, которую мы чувствуем, – это картина в нашем разуме, как мы учим из восприятия реальности. И поэтому, если мы знаем, как подходить к ней, как исправлять её, то я могу видеть, что мир добрый или относительно добрый, но не настолько ужасный. То есть мы можем изменить мир, потому что мир (олам) от слова «олама» (скрытие), – то есть насколько я скрываю свое эго под экраном – я вижу истинный мир, я вижу Творца над собой. Насколько я не могу скрыть его – я вижу обратное, разбиение перед собой.
Мы еще поговорим об этом. Просто, чтобы вы видели, насколько в этой статье нам есть о чем поговорить. (32:07)
Ученик: Всё же непонятно: с одной стороны, он пишет, что когда приучает себя работать ради отдачи, то разум уже не задает вопрос «кто?», но с другой стороны, кажется, что эти вопросы будут до самого конца пути. И это путает. В чем тогда суть этого состояния, когда разум уже не спрашивает «кто»? Это когда и где?
М. Лайтман: У нас есть две части в пути: часть пути подъема малхут до уровня бины, и часть от середины бины до кетэра. Когда мы поднимаемся от малхут к бине, мы хотим обрести свойство отдачи, и поэтому мы не хотим заниматься получающими келим, – только отдавать, отдавать ради отдачи: давать, объединяться и так далее. После того как мы обретаем свойства отдачи, мы стремимся пользоваться ими.
Так что мне делать с ними, если я сейчас хочу отдавать? Я нахожусь в состоянии, как женщина в конце беременности. То есть она очень хочет родить, у нее есть родовые схватки, она хочет уже из себя вывести этот плод. Так и мы, когда приходим к уровню бины, наполняемся разными свойствами бины (отдачи), мы хотим продолжать это.
И тогда мы порождаем из себя второй этап, вторую половину пути, когда мы уже хотим перейти к отдаче, и приходим к отдаче. Но и в отдаче у нас тоже есть подъемы и падения, разные состояния, гораздо более мощные, чувственные, чем было раньше. Мы еще будем говорить об этом.
Вопрос (Италия-4): Работа в каббале – это постоянная война между этими вопросами и целью? Верно?
М. Лайтман: Я не думаю, что это является войной. Можно сказать, что это война, но я думаю, что это торжество! Давай посмотрим на это так, почему бы и нет? Я думаю, что обычные люди, которые не приходят пока еще к какой-то связи с исправлениями, находятся во время войны: войны за выживание, понять ради чего я живу, когда большинство людей вообще хотели бы покончить со своей жизнью, и так далее.
Они находятся под властью разных компаний и разных объединений, которые продают им всю эту дрянь, а эти хотят работать для того, чтобы купить всю эту дрянь, для того, чтобы пополнить банковский счет богатых, которые обманывают их и продают все это.
Я не думаю, что, когда мы смотрим на жизнь, мы потеряли что-то. Есть у нас воззрение. Может быть, мы еще не сформировали своего видения мира, но в любом случае: где мы находимся и где эти несчастные люди, которые не знают, для чего они живут, какова цель жизни? Все время их погоня только за тем, чтобы достичь-достичь-достичь чего-то, хотя бы чего-то, чему учат их другие люди по телевидению.
Так мы, по крайней мере, берем для себя цель работы, цель жизни, цель природы – вечной, совершенной, на которую мы направлены. Не добились пока еще, но мы в пути. По крайней мере мы в любом случае продвигаемся к чему-то вечному и совершенному, а не живем как все.
Вопрос (Хадера-1): Вы в свое время сказали, что разум – это тоже чувство такое. Почему наше сознание нуждается в разуме и чувстве, и только когда они дополняют друг друга, мы можем прийти к картине реальности, чтобы она сложилась? Почему нам нужно и то, и другое? Почему они дополняют друг друга?
М. Лайтман: Главное – это чувство. Желание – это чувство. Но для того, чтобы дать различаемые особенности каждому желанию, каждый раз, когда изменяется желание, нам нужен разум, потому что разум контролирует чувства. Это то, что происходит.
Ученик: Связано ли это с правой и левой линией, или со свойствами творения?
М. Лайтман: Мы будем изучать, как это связано, но сейчас принцип простой: всё творение – это чувство, желание. Желание – это материя творения, а разум нам нужен только потому, что это желание разбилось на множество частей и нужно собрать их в каком-то виде. И дать им вследствие этого также вес и направление, каждому, распознать его место в новой, исправленной системе, и поэтому нам нужен разум. То есть разум развивается в той мере, в какой мы будем производить духовное исправление.
Ученик: В конце нашего пути, когда мы поднимемся и соединимся со светом, разум исчезнет?
М. Лайтман: Разум не исчезнет, он будет на том же уровне, что и чувство. Оба они будут использоваться вместе для достижения совершенства. (39:54)
Вопрос (Африка-1): Как подходить к состоянию, когда мы находимся против духовного и начинаем осознавать истинный источник нашего пробуждения?
М. Лайтман: Мы просто должны продвигаться. И на каком-то этапе в пути, который мы преодолеваем, мы начнем точно различать разум и чувства, и как противопоставить одно другому, как выяснить уровни в нашем чувстве и, в соответствии с этим, уровни нашего разума. И связь между чувством и разумом будет определяться облачением прямого света в отраженный свет.
Тогда мы начинаем с помощью отраженного света исследовать, понимать прямой свет, принимать его и чувствовать, понимать его разумом и чувством. Там есть вместе разум и чувства, и тогда мы сможем быть состоящими из этого. Это придет – я думаю, что достаточно быстро.
Вопрос (KabU 7): Что такое святость, и как мы ее ощущаем в десятке?
М. Лайтман: Святостью называется отдача и любовь. И это также два пути, то есть это тот же путь – две его части. От малхут до бины – это уровни отдачи, от бины до кетэра – это уровни любви. От малхут до бины это действие «не делай» – то есть не заниматься желанием получать. А от бины до кетэра мы уже начинаем заниматься желанием получать, но ради отдачи. Поэтому есть там соединение, что является выражением любви.
Вопрос (Merkaz 1): Если разум только служит чувствам, то почему, когда пробуждаются чувства, я чувствую ненависть, желание навредить ближнему? Получается так, что разум рассчитывает цену выгоды для себя относительно вреда ближнему?
М. Лайтман: Разум работает вслед за чувством. Чувство сильнее, и это ответ.
Вопрос (Киев-1): Скажите, если я правильно понял, то телесный уровень разума и чувства – это мои, а божественный разум и чувства возникают в объединении десятки?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Как должны выглядеть в десятке вопросы «кто» и «что»?
М. Лайтман: Система десятки должна быть как десять сфирот, как парцуф, связь должна быть как в парцуфе. И мы не знаем в точности, что это, и каждый раз это меняется. Мы видим парцуфы, которые меняются, если не поднимаются от уровня к уровню в каком-то мире, от мира к миру и так далее, все меняется. Но вся наша работа только отменить каждый себя по отношению к другим, служить как можно больше всем в десятке. И так мы продвигаемся. Нельзя здесь больше добавить.
Ученик: Как мы помогаем друг другу в десятке продвигаться через вопросы «кто» и «что»?
М. Лайтман: Главным образом примером. (44:49)
Вопрос (Тель-Авив-4): Можно сказать, что разум отменяется перед чувством, как бы в отдаче?
М. Лайтман: Не то чтобы отменяется, разум помогает нам понять, как и почему, и куда мы с нашим чувством продвигаемся.
Ученик: Но он как бы работает на чувствах?
М. Лайтман: Он работает на чувствах.
Ученик: Так что мы должны изменить, чтобы чувства работали для разума?
М. Лайтман: Нет, мы этого сделать не можем. Мы можем только все больше и больше чувственно приближаться между нами в десятках. И тогда мы вследствие этого поймем новые особенности в разуме и в чувстве. Поймем, что мы чувствуем, почему мы так чувствуем и откуда, и так далее. Только вследствие приближения в десятке, после многих всевозможных действий и времени. Проходит еще несколько месяцев, и снова мы чувствуем, что у нас нет выбора, но мы должны внутренним образом еще больше сблизиться друг с другом.
Ученик: Так может можно сказать, что мы достигаем какого-то чувства объединения? Мы уже на каком-то этапе можем измерять наше общее продвижение в разуме и чувстве в десятке?
М. Лайтман: Да-да. И ты можешь это также видеть по товарищам, что есть такие, которые больше пренебрегают друг другом, а есть такие, которые больше сближаются друг с другом. Нужно оставить для них место для осознания зла и исправления.
Ученик: И разум, и чувства общие в десятке или только чувства?
М. Лайтман: Нет. Как я могу работать без разума? Пока что мой разум совершенно оторван от чувства. Затем мы приходим к объединению между нами, и тогда разум и чувства каждого и всех нас вместе будут относиться к единой системе. Мы раскрываем, распознаем их уже в таком виде.
Ученик: Можно сказать, что чувство принадлежит нам, но разум как бы приходит свыше?
М. Лайтман: Да, может быть, что так легче тебе пока что сказать. Но на самом деле, как разум, так и чувства приходят свыше. Человек как пустой компьютер, в который ты должен внести программу и данные. Тогда программа является разумом, а данные – это чувства.
Вопрос (Zafon 2): Как правильно соединить пазл чувства и разума?
М. Лайтман: Это человек должен выполнить, исходя из своего опыта и усилий. Стараться работать с разумом и чувствами вместе.
Вопрос (Петах-Тиква-14): Можно сказать, что разум и чувства – это как работа со стороны келим и со стороны светов?
М. Лайтман: Нет, не сто́ит.
Вопрос (Петах-Тиква-31): Ты получаешь жизненную силу и чувство глубокой истины, которая есть в утреннем уроке с товарищами. В следующее мгновение разум прилагает усилия, чтобы забыть это в течение дня. Как не забывать то, что сердце ощутило на уроке?
М. Лайтман: Я нахожусь так же, как и все, с телефоном, и у меня внутри загружена эта утренняя статья, я каждый раз возвращаюсь к этому тексту. Не ко всему тексту, потому что это длинная статья. Я могу сверху вниз и снизу вверх гулять по всей статье и этим обновлять во мне всевозможные чувства. И это я рекомендую делать всем.
Вопрос (Haver 2): Можно ли сказать, что ум измеряется теми изменениями, что есть у нас в чувствах?
М. Лайтман: Да, это верно. Разум дан для того, чтобы измерять чувства, ты прав. Это вспомогательный инструмент для чувства. Главное – это чувство, а разум дан только для того, чтобы выяснить чувства, сравнить их и сделать выводы из этого, но затем снова задействовать чувства.
Вопрос (МАК-3): Можем ли мы как-то повлиять на чувствительность? Как развить чувства?
М. Лайтман: Конечно, с помощью мысли, с помощью углубления в мысль вы можете поднимать чувствительность. Насколько человек все больше и больше погружен в какое-то явление, он становится все больше и больше чувствительным к этому явлению, ко всем нюансам, ко всем составляющим в нем.
Вопрос (Турция-4): Есть ли духовный разум в десятке? Если да, то как мы можем постичь его?
М. Лайтман: Духовный разум в десятке конечно же будет в тот момент, когда она начнет становиться десяткой, когда соединятся все вместе. Вы должны почувствовать после нескольких усилий быть вместе, что есть у вас общее чувство, общий разум, мысль, осознание, понимание, что есть уже что-то, что родилось из вашего объединения, есть что-то, что родилось в вашем объединении, и это является «новым», это называется «парцуфом».
Вопрос (W Internet): Написано: «И признак этого – что он воюет и посылает свои стрелы в голову змея, коль скоро он кричит и выдвигает претензии «что» и «кто». Как можно уберечься от головы змея?
М. Лайтман: Голова змея – это наша пока эгоистическая голова. Это называется «головой змея», поэтому уберечь себя от нее возможно только с помощью того, что я меняю голову (рош) получения на голову (рош) отдачи. И я в соответствии с этим, соединяюсь с остальными головами моих товарищей, и так я спасаюсь от того, чтобы находиться внутри змея. (54:09)
Вопрос (W Internet): Какое наполнение соответствует вопросам «кто» и «что»?
М. Лайтман: Какое наполнение соответствует вопросам «кто» и «что»? Только раскрытие свойства отдачи в желании и раскрытие силы объединения в голове, в мысли.
Чтец: Какое строение в духовном исправлении мы строим с помощью вопросов?
М. Лайтман: Без вопросов невозможно, как написано также в науке каббала, что все построено на вопросах, скажем, на тех же вопросах «кто» и «что». Это основы творения, все построено на вопросах и поэтому нужно задавать вопросы. Я только попрошу, дважды подумайте, когда вы спрашиваете, мужчины и женщины, чтобы эти вопросы не путали товарищей. Потому что, даже если вы получаете ответы на них, но эти вопросы во вред вам. Нужно, прежде всего, думать, как я с помощью моих вопросов помогаю другим. Прежде всего! Если я вообще не помогаю другим своим вопросом, то я не задаю его. Не задаю. Потому что этим я только приношу вред другим и также себе. Мы должны безусловно прийти к состоянию, чтобы все захотели услышать ответы на вопросы, которые приходят согласно статье, – только такие вопросы я задаю.
Ученик: Вопросы «кто» и «что» будут расти по количеству или по качеству?
М. Лайтман: Нет, только по качеству, по глубине. Насколько мы будем продвигаться в пути до конца исправления, мы будем с вопросами «кто» и «что». «Кто такой Творец, чтобы слушаться Его голоса?» То есть почему я должен слушаться силы отдачи, а не своей силы получения, которая находится во мне и управляет моим разум и чувством? И то, что Творец дал мне возможность очистить себя от материального разума и думать о духовном, тогда есть у меня сейчас вопрос: «Кто такой Творец, чтобы я слушался Его голоса? И «что это за работа для вас?», – когда надо мной сейчас есть как бы два хозяина, да?
Есть «царь глупый», с которым я родился, – это мой эгоизм, желание получать. Я нахожусь в нем, и все работает для него, когда я не различаю, что это не я, а он, – настолько, что всё, что есть во мне, я всё отношу, всё даю, работаю только для своего злого начала.
Это плохой царь. Почему плохой? Потому что я не вижу в этом никакой пользы, он только соблазняет меня делать все больше и больше, но всё, по сути дела, переходит к нему. Это называется «изобилие проглотил и изрыгнул», – когда он изрыгает все результаты моих усилий.
А кроме этого, есть еще: «Что это за работа для вас?» Почему вы хотите выйти из работы на старого и глупого царя, когда спрашиваете: «Кто такой Творец, чтобы я слушать Его голоса» Да? Так здесь работа над тем, для чего нам нужно это. – Мы должны работать над величием свойства отдачи и любви к ближнему и важностью духовной цели вместо материальной цели. И это не так, как мы говорим для начинающих, что будет у тебя будущий мир, вечное, совершенное. Это – конечно, но не это истина. Истина в том, что мы должны изменить наши ценности, что сила отдачи и любви к ближнему выше и больше, чем сила получения и любовь к себе. (59:42)
Вопрос (W Internet): Мне удается работать и подниматься над личными вопросами «кто?» и «что?», когда эти вопросы становятся вопросами десятки?
М. Лайтман: Нет, они должны быть вопросами десятки, это всё, если это не вопросы «кто» и «что» – это не вопросы от десятки. Это эгоистические вопросы от кого-то там в десятке. Понятно? Вопросы «кто» и «что» относятся к пути – это духовные вопросы, только к ним мы должны относиться. Нет у меня других вопросов в жизни.
Вопрос (W Internet Москва-8): Что мы должны делать, когда приходят неправильные чувства, которые направляют на разум? И как перейти к божественному разуму?
М. Лайтман: Лучше всего – это сблизиться с группой, чтобы было у меня какое-то групповое действие, даже физическое. И тогда в соответствии с этим я отдаляюсь от «кто» и «что» материальных и приближаюсь к вопросам «кто» и «что» духовным. Ещё раз я говорю, что должна быть в вашем телефоне статья, и вы (и мужчины также), должны повторять эту статью. Достаточно прочитать две-три строчки и уже есть у вас, о чем думать.
Вопрос (W Internet): Духовные чувства и разум заменяют материальные разум и чувства или добавляются к ним?
М. Лайтман: Это происходит попеременно: одно вместо другого или присоединяется одно к другому, пока человек не входит в духовное и уже находится в духовном ощущении по-настоящему. Об этом написано: «Душа человека обучает его». Он только должен прикладывать усилия в тех местах, в которых рекомендуют нам каббалисты. Но как это продвинет его, он не знает, мы должны просто продолжать.
Вопрос (W Internet): Почему мы отталкиваем людей, которые заботятся о нас? Где здесь закон, что любовь покрывает все прегрешения?
М. Лайтман: Я не знаю, что она имеет в виду в точности, но если происходит так, что вместо хорошего и правильного отношения мы отвечаем противоположным отношением, так товарищи должны пробудить в человеке правильные чувства, чтобы он, что называется «вернулся к ответу», раскаялся.
Вопрос (W Internet): Что означает «скрывать эго» и «раскрывать Творца передо мной»?
М. Лайтман: Что означает «скрывать эгоизм» и «раскрывать Творца перед собой»? Я думаю, что в стремлении к любви к ближнему, к любви к товарищам, мы решаем эти две вещи вместе. Я только попрошу: поймите, и мужчины, и женщины, что у нас нет выбора, что мы в любом случае должны прийти к любви к ближнему, а через любовь к ближнему мы придем ко всем другим решениям.
Мы обязаны вернуться к системе Адама Ришона, и в той мере, в какой мы возвращаемся к этой системе, к этому единому кли, в этой же мере мы действительно поймем, почувствуем и постигнем наш духовный мир и наше духовное состояние.
Вопрос (W Internet): В нашей духовной работе разум пытается заставить чувства пробудиться к ближнему. А как он может ускорить и помочь сердцу развить истинное ощущение любви к ближнему?
М. Лайтман: Нужно просто выполнять то, что говорят нам. Еще раз повторите статьи РАБАШа о группе, снова перечитайте. Сейчас мы заканчиваем эту статью, давайте мы сделаем так, что вы после этой статьи пройдете еще раз статьи РАБАШа о группе. Или подведете итог всех его статей и будете проходить по итогам, как можно больше и даже каждый день.
Я сожалею, но я чувствую, что мужчины вскоре просто начнут меня атаковать. Так давайте мы вернемся к мужчинам. Большое спасибо женщинам за хорошие вопросы, и мы возвращаемся к мужчинам. (01:06:11)
Чтец: И разум подобен человеку, смотрящемуся в зеркало, чтобы понять, грязный ли он. И все места, в которых зеркало показывает ему, что он грязный, он идет помыть и почистить, так как зеркало показало ему, что на лице человека есть безобразные вещи, и их нужно почистить.
М. Лайтман: Ещё раз.
Повторное чтение отрывка (01:06:44-01:07:09)
М. Лайтман: То есть то же самое должен делать нам разум. Показывать нам, где мы испачканы, для того, чтобы мы знали, как почистить себя и прийти к подобию Творцу.
Чтец: Однако самое трудное – это узнать, что называется безобразной вещью. Может быть, это желание получать, т.е. то, что тело требует делать всё только ради собственной выгоды, или желание отдавать есть безобразная вещь, которую тело терпеть не может? И разум не может выяснить это, подобно зеркалу, которое не может сказать, что такое безобразный, а что такое прекрасный. А всё зависит от органов ощущений, потому что только органы ощущений определяют это.
М. Лайтман: Ещё раз.
Повторное чтение отрывка (01:08:09-01:08:56)
Чтец: Поэтому, когда человек приучает себя работать по принуждению, работать в свойстве отдачи, тогда и разум тоже работает в линии отдачи. И тогда не может быть, чтобы разум задал вопрос «кто?», в то время когда ощущения уже привыкли работать в виде отдачи. Иными словами, ощущения тогда не задают вопрос: «Что это за работа?», потому что они уже работают ради отдачи, а разум, само собой, не задает вопрос «кто?». (01:09:41)
М. Лайтман: Секундочку, вернись. Посмотрите, что написано здесь, прочитай даже первое предложение.
Чтец: Поэтому, когда человек приучает себя работать по принуждению, работать в свойстве отдачи, тогда и разум тоже работает в линии отдачи.
М. Лайтман: Еще раз. Видите, с помощью чувства, с помощью усилия в чувстве, мы воздействуем на разум, так мы устроены. Поэтому, когда человек приучает себя работать в принуждении, когда я заставляю себя и хочу давать ближнему, и хочу что-то делать, что относится к отдаче, работать в свойстве отдачи, то и разум действует согласно вот этим линиям отдачи. И так я изменяю свою природу.
Чтец: И тогда не может быть, чтобы разум задал вопрос: «кто?»…
М. Лайтман: Потому что он работает то же в отдаче. Мой вопрос: кто такой Творец, чтобы я слушал Его? Для чего мне нужно работать в отдаче? Теперь нет этого вопроса. (01:11:12)
Чтец:… в то время когда ощущения уже привыкли работать в виде отдачи. Иными словами, ощущения тогда не задают вопрос: «Что это за работа?», потому что они уже работают ради отдачи, а разум, само собой, не задает вопрос «кто?».
Выходит, что главная работа совершается с (вопросом:) «Что это за работа у вас?» А то, что человек слышит, что тело, на самом деле, задает вопрос: «Кто?» – это из-за того, что тело не желает настолько унизить себя. Поэтому оно задает вопрос: «Кто?», и, кажется, как будто оно задает разумный вопрос. Однако истина – как сказано выше, то есть главная работа производится с (вопросом) «что?» [Бааль Сулам. Шамати, 19. Творец ненавидит эгоизм] (01:12:16)) (Название статьи на сайте: Что значит, что Творец ненавидит тела, в работе)
М. Лайтман: То есть сколько мы будем заняты отдачей, так мы и будем продвигаться, и согласно этому наш разум изменится. Еще раз.
Повторное чтение отрывка (01:12:30-01:13:04)
М. Лайтман: То есть стараться производить действия по отдаче между нами и в этом будем продвигаться.
Вопрос (Петах-Тиква 9): Он здесь говорит, что разум не может служить зеркалом и сказать, что не исправлено у меня. Вопрос: есть ли какое-то другое зеркало, в которое я да, могу посмотреть? Или подход такой, что неважно, и вообще не надо задавать вопрос?
М. Лайтман: С какой стати, пожалуйста. Если есть вопросы, ты не можешь пренебрегать ими. Так устроена система, что все равно эти вопросы пробуждаются, и они пробуждаются все по делу. Вопрос: как ты их сортируешь, и как ты на них реагируешь.
Ученик: Я спрашиваю: Если разум – лживое зеркало, есть какое-то другое зеркало, которое говорит правду?
М. Лайтман: Только таким образом, что ты исправляешь разум, через антиэгоистические действия, которые пробуждаются. В тебе всегда пробуждаются разные действия и вопросы эгоистические и ты идешь в противоположность им, в намерении, в усилии, в сознании того, что ты делаешь. И в результате этого ты ожидаешь также новых состояний каких-то, постижение в разуме.
Ученик: Но как я могу знать, что все эти ощущения, которые я получаю и понимаю в разуме, – они верны?
М. Лайтман: Согласно твоим усилиям производить действия, именно действия антиэгоистические. Вместо того, что ты делаешь то, что тебе хочется, ты делаешь то, что Творец хочет от тебя – ты заменяешь Фараона Творцом. «Для чего эта работа и кто такой Творец, чтобы я слушался Его?». И исходя из этого, ты постигаешь суть этого вопроса: «Для чего вам эта работа?»
Ученик: В этом усилии делать действия отдачи, у меня есть возможность, у меня есть зеркало, чтобы я знал, что я делаю правильно или просто пробовать и все?
М. Лайтман: Именно здесь и есть у тебя эти состояния. Потому что они как раз против твоего злого начала, против твоего эгоизма. Нет у тебя более четких осознаний и параметров. Допустим, ты думаешь что-то сделать для себя. Подумай, как ты вместо этого можешь сделать что-то для товарищей, для десятки. Конечно, у тебя просто так не возникнет такая мысль в голове: либо ты увидишь такой пример, либо Творец предоставляет тебе такую возможность, посылает тебе такую возможность. Он дает тебе желание заботиться о себе и вместе с этим посылает тебе еще какую-то мысль, как бы отдельную, что ты можешь подняться над своим эгоизмом и произвести действие по отдаче. (01:16:45)
Вопрос (Турция-1): Можете ли Вы объяснить лучше, что означает написанное, что «человек приучает себя работать по принуждению в свойстве отдачи»?
М. Лайтман: Какое значение, когда человек приучает себя работать в принуждении? Когда он и товарищи договариваются между собой, что они каждый раз в десятке напоминают о важности объединения. Поэтому каждый раз они стараются держать, как мяч в воздухе: когда стоят там пять или десять человек в кругу и каждый вот так передает мяч другим. Таким образом, мяч – это как важность духовного, и который находится над ними в воздухе. Это то, что нам нужно – это называется «влияние окружения на человека». Давайте немножко дадим этому внимания, силы и время.
Вопрос (Тель-Авив-1): Мы ничего не отменяем, так если мы ничего не отменяем, что значит «очистить грязь»?
М. Лайтман: Очистить грязь. О чем я говорил, где я говорил про грязь?
Ученик: Было там что-то в отрывке, который мы читали сейчас.
М. Лайтман: Грязью называется все, что мешают видеть мне истину – это называется «грязь».
Ученик: Но мы же ничего не отменяем, так что это означает, что нам делать с этим, с этой грязью?
М. Лайтман: Грязь хороша, когда она указывает мне на состояние, которое я должен исправить. На состояние, которое я должен исправить! И поэтому у меня есть работа, то есть грязь дает мне работу, когда через очищение этой грязи я достигаю истины.
Вопрос (Петах-Тиква-17): Вы сказали, что человек должен делать чувственные усилия, а не в разуме. Что значит «усилия в чувстве»?
М. Лайтман: Что я хочу поднять важность отдачи над возможностью получения.
Ученик: Но я хочу то, что я хочу. Что значит делать такое усилие? Желание, оно само...
М. Лайтман: Усилие – против желания. Иначе это не усилие.
Ученик: Как я могу работать против желания?
М. Лайтман: Я прошу прощения, уважаемый. Ты вообще не слышишь, что я говорю. Ты подумай. Усилием называется в том месте, где я не хочу, и я хочу изменить свою мысленаправленность, свое желание. Там – имеет место усилие. И всё. (01:20:45)
Вопрос (Петах-Тиква-25): Как я могу исправить мое отношение или те изъяны, которые я вижу в товарище?
М. Лайтман: Выше знания, выше разума, ты должен желать. Нужно только желать видеть товарищей совершенными. Для чего? Потому что это признак того, что ты продвигаешься, что ты совершенный, на твоей ступени. Потому что насколько тебе сейчас раскрываются в них разные негативные свойства, ты хочешь покрыть их любовью. Что значит покрыть любовью? Я не хочу видеть их негативными, я хочу видеть их позитивными, так же, как в нашей любви, скажем, к детям. Мы не видим в них плохого, – а только хорошее. Любовь портит зрение. Поэтому каждой матери свой ребенок кажется самым красивым, самым умным, и самым-самым.
Так мы должны понять, что для нас самое важное – прийти к уровню любви.
Ученик: С тем, что я отменяюсь, и не знаю, либо я просто поднимаюсь выше, что такое исправление? Скажем, у меня была ситуация, в которой были разные состояния (ведь мы проходим разные состояния), так что такое вообще исправление, если я перешел на следующий этап и всё, этим я исправляю состояние?
М. Лайтман: Зависит от того, каким образом ты проходишь. Может быть ты говоришь: «Ну, нет выбора. Я отказываюсь или я уступаю». Это – не исправление. Ты должен прийти к такому исправлению, когда ты поднимаешь себя выше всей своей критики, выше всякого своего негативного отношения к товарищу, и над этим всем ты говоришь, что ты любишь его со всеми недостатками, которые есть у него, ты любишь его буквально как мать своего маленького ребенка.
Ученик: Я должен ему это сказать?
М. Лайтман: Ты не должен говорить. Для чего говорить? Это понятно, что каждый должен так относиться к другому.
Ученик: Достаточно, что я показываю ему свое отношение любви?
М. Лайтман: Не нужно даже показывать этого. Это все зависит от духа группы, атмосферы в ней. Это называется «скрытая Тора». Творец раскрывается каждому индивидуально. И так же мы, – не должны сейчас так вот изливаться в любви, что цветы начать дарить друг другу?
Ученик: Нет. Но это отношение иногда...
М. Лайтман: Если это отношение помогает нам в любви к товарищам, всем, то мы будем говорить об этом. Но если это не помогает и даже может ухудшить, опустить нам любовь к товарищам (если мы много говорим об этом), то это обесценивает ее, эту любовь. Так мы не говорим, – как мужчины мы большую часть времени молчим. Это женская природа – больше говорить, а мужская природа, она более внутренняя такая, замкнутая.
Вопрос (Петах-Тиква-19): Молитва, которая выходит из разума, а не из чувства, есть в ней какая-то польза?
М. Лайтман: Конечно, есть у нее тоже польза. Но это кажется только человеку. Не может быть, что выходит молитва только из разума. Нет. Это не компьютер, молитва должна выйти из чувственных, из эмоциональных состояний. Наша природа – это желание, то есть чувство. (01:25:59)
Вопрос (Петах-Тиква-5): Вы можете объяснить подробно, как вопрос «кто?» относится к чувству, а «что?» – относится к разуму?
М. Лайтман: «Кто такой Творец, чтобы я слушал голос Его»? Это больше относится к разуму, потому что Творец – это желание отдавать, творение – желание получать. Кто будет управлять мной? Я думаю пока что об этом в своем разуме. Рассуждаю. А работа в вопросе «что?», она более личная: не к кому я там отношусь, к кому-то сверху, а что это за работа – то есть, что требуется от меня? И то, что я нахожусь под властью желания получать (это мне понятно), и в этом все мои чувства находятся в нем, в желании получать, и то, что сейчас я должен сменить свои чувства, все свои желания на желание отдавать, – оно обретет совершенно иное направление: как я буду работать с этим, – то эта работа более чувственная.
Вопрос (Latin 6): Когда человек ненавидит свое желание получать, получается, что это внутреннее изучение, важно почувствовать это внутреннее изучение, или должно быть какое-то другое отношение к эгоизму? Как работать с ним и не воевать с ним?
М. Лайтман: Я не думаю, что можно быть с нашим эгоизмом в каком-то соглашении, в каком-то мирном договоре. Это нам не поможет. Это так же, как нам не помогают все эти соглашения между людьми или между странами, которые ненавидят друг друга. Это только лишь на то время, когда мы откладываем это, и ненависть разгорается еще больше. Поэтому не может быть никакого перемирия, покоя, каких-то соглашений со злым началом, а только как написано: «Дай ему в зубы». Только таким образом. Ты не можешь умертвить его, ты не можешь сделать с ним ничего, кроме как затолкать его в угол и удерживать его там. И каждый раз он будет выскакивать оттуда, и тебе снова придется его принуждать. И так – каждый день.
Вопрос (Кармиэль): Можно ли так сказать, что зеркало – это моя десятка, которая показывает мне мои недостатки?
М. Лайтман: Немножко наоборот надо сказать, что моя десятка – это зеркало, которое показывает мне мои недостатки. Верно, верно. То есть, что я должен видеть в десятке? Насколько я пока не нахожусь в совершенстве в своей отдаче им, потому что моя отдача им – это отдача Творцу. (01:30:37)
Ученик: А вот эта любовь, которая как бы закрывает глаза, не сотрет ли потом видение собственных недостатков? Любовь к десятке, я имею ввиду.
М. Лайтман: Нет, потому что ты должен реализовать эту любовь к десятке. И ты реализуешь ее с помощью того, что ты себя преклоняешь, свое эго относительно них. Поэтому не переживай, ты в этом не умаляешь и не скрываешь свое эго, наоборот: ты видишь больше – где ты должен его исправить, и ты должен его покорить относительно десятки.
Вопрос (KabU 7): Может ли человек осознавать, что его чувства сильнее разума или наоборот?
М. Лайтман: Так мы на двух ногах: то этой ногой, то этой. Еще мы научимся ходить, мы сейчас лишь входим в этот процесс.
М. Лайтман: Ну и закончим это женщинами.
Вопрос (W Internet Австралия): Каково правильное точное определение чувства в науке каббала? Я слышала, что это данные. Что это означает?
М. Лайтман: Я не знаю, что они слышали. То, что они слышали, я не хочу слышать. Вопрос: что такое чувство? Чувство – это то, что ощущается, это то, что наполняет желание получать человека. Это называется «чувство». Очень просто.
Вопрос (W Internet Москва): Какое действие называется действием отдачи?
М. Лайтман: Отдачей называется действие, которое исходит из того, что ближний, – или один человек, или десятка, или мир, или Творец – они больше, чем мое желание. И тогда я использую свое желание, чтобы наполнить желание вот этого ближнего.
Вопрос (W Internet Германия 6): Иногда возникают вопросы в десятке, но эти вопросы не реализуются всей десяткой, а только один или два человека задают их. Какие вопросы считаются эгоистическими, либо вопросами десятки?
М. Лайтман: Я думаю, что изначально десятка должна согласиться, что все вопросы, которые возникают в десятке, это вопросы, которые относятся ко всей десятке, а не к кому-то – да, к кому-то – нет. Но если они продвигаются вместе, скажем, женщины или мужчины, если продвигаются вместе, то нет такого, что одно – это относится к одному и не относится к другому. Нет такого. Все вопросы важны для всех одинаково и все ответы принимаются всеми в равной мере. (01:34:45)
Вопрос (Internet USA 3): Из полного отчаяния и разочарования в собственных силах как можно продвинуться к цели творения?
М. Лайтман: Именно из полного отчаяния мы можем продвинуться к цели творения, и нам не на кого больше положиться, кроме как на Творца.
Ученик: Как это делать, что делать?
М. Лайтман: Что делать? Очень просто. То, что мы учим. А на что я полагаюсь? На свои разум и чувства, на свои силы?
Песня (01:35:43–01:38:30)
Набор: И. Николаева, Т. Курнаева, Э. Малер, Н. Рошанская, Л. Панкова, Л. Саакова, А. Модель, И. Воронина
Редакция: Х. Ибрагимова, Е. Тузман
Видеофайл в Медиа Архиве: