Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки

Ежедневный урок №1, 1 ноября 2019 года.

Бней Барух - духовный канал мира (Подготовка к конгрессу в Болгарии).

Чтец: В качестве подготовки к конгрессу, который будет проходить в Болгарии, мы пройдем девятый урок, который называется «Бней Барух – духовный канал мира».

М. Лайтман: Согласно тому, что мы учим в науке каббала, как установились все парцуфы, миры, вся линия бесконечности, которая несет свое воздействие творениям от мира Бесконечности, от Творца, мы видим, что природа света и природа желания, с одной стороны, противоположны друг другу, а с другой стороны, в конце развития желания они должны прийти к подобию свойств, к слиянию. Получается, что свет и желание, когда проходят разного рода процессы, выстраиваются в линию и круг. Потому что в конечном счете желание, когда смешивается со светом, связывается со светом. В нем есть часть, которая очень перемешана [со светом] согласно тому, что это стадия «корень», а потом первая, вторая, третья, четвертая. (01:54)

Согласно этим четырем уровням, или четырем стадиям прямого света, мы видим, что отношения между Творцом и творением, светом и кли, силой отдачи и силой получения должны быть тоже организованы в состояниях, когда у нас есть корневая, первая, вторая, третья, четвертая [стадии], которые приходят от Творца. И это называется «линия», потому что она выстроена и ограничена, и приходит к творениям под полной властью свыше. А творения находятся в свойстве круга, то есть они находятся под властью своего желания получать, которое действует на них, и они − просто как рабы этого желания получать, и должны привести себя от работников Фараона к работникам Творца. То есть их связь с Творцом, со светом должна измениться просто диаметральным образом – актом воздействия света на кли, от Творца к творениям.

Здесь есть воздействие через линию. Мы называем это канал, цинор. Исраэль обязаны построить из себя этот канал. То есть часть желания получать, которое создал Творец, обладает способностью сделать из себя канал, выстроить себя таким образом. А часть желания получать не способна на это, не состоит из этих свойств, которые могут уподобить себя свету, и поэтому они, может быть, могут ожидать воздействия света, но не более того.

И поэтому мы видим, что в желании получать, действительно, есть две части. Одна часть может быть активной, продвигающейся к отождествлению себя, может понять замысел творения, понять, что возлагается на него, исполнить. А другая часть желания получать не способна на это. Конечно, есть и промежуточные состояния, – понимает чуть больше, чуть меньше, более развит, менее развит по своей чувствительности к работе Творца, которую совершает высшая часть. (05:44)

Высшая, верхняя часть – это, на самом деле, должна быть самая плохая часть по своему желанию получать, самая эгоистическая, обратная Творцу. Тогда у нее есть больше шансов почувствовать, насколько она противоположна, насколько она должна улучшиться. А часть, которая не очень реагирует на свет и [не очень] стремится быть близкой к Нему, − эта часть относится к уровню живого. И так весь этот спектр от уровня живого до уровня говорящего, здесь есть все 70 народов мира, что называется.

Народ Израиля находится как бы на самом высоком уровне, хотя это не уважается. У них есть самое большое эгоистическое желание получать, они более хитрые, более умные, более неисправленные. Поэтому они больше, чем все народы мира, ощущают, насколько большой разрыв между ними и высшей силой, и от этого у них есть разнообразные склонности. Вместе с тем их сопровождают разные успехи на человеческом уровне: деньги, почести, знания, и так далее. (07:40)

Как бы то ни было, получается, что из всего мироздания есть группа людей (если мы берем их, как сливки с молока, пропускаем их через фильтр), они на самом деле самые эгоистические, самые плохие, у них есть больше всех осознание зла и такое большое злое начало, которое не дает им покоя. Эти люди в конечном счете организуются в группу, которая становится близкой к Творцу в своей работе. Их желание − выйти из противоположности по свойствам, которое они ощущают, приблизиться к подобию свойств, и поэтому они становятся каналом воздействия Творца на весь мир. (08:44)

Это то, что мы читаем в статьях Бааль Сулама: «Поручительство», «Дарование Торы» и так далее. Здесь есть две противоположные вещи, как обычно во всех духовных законах, и это мы видим и в нашем мире тоже. Нужно выстроить это сейчас. Настало время, когда мы должны эти вещи отсортировать на практике, то есть мы должны выстроить их, увидеть эту систему в совершенном, здоровом виде, и как мы продвигаем всю систему.

Это называется, что мы находимся в Гмар тикуне или в поколении Машиаха, когда свет, который проходит к нам, а через нас к народам мира, – это уже свет, который притягивает всё это эгоистическое желание получать к исправлению. И поэтому мы должны понять наше предназначение, наше место. Наше – имеется ввиду всех тех, как сказано: «Кто за Творцом – ко Мне!», то есть в ком есть желание раскрыть Творца. И сейчас наступает наше время. Поэтому наш урок сейчас – Бней Барух, то есть та группа, которая пробуждается быть духовным каналом мира. Есть много групп, которые изучают науку каббала в разных видах. Мы говорим о нашей группе, предназначение которой − быть духовным каналом всех живущих в мире. Потому что этим мы на самом деле хотим приблизиться к общему исправлению, доставить этим наслаждение Творцу. В общем это так, понятно. (11:07)

Чтец: Первый отрывок. Шем ми-Шмуэль. Глава Аазину

1. Замысел творения был в том, чтобы все стали одним целым, чтобы выполнить желание Творца... Но из-за грехопадения (Адама Ришон) этого не получилось, и даже у лучших в поколении не было возможности объединиться вместе для работы Творца, а были только единицы. И исправление этого началось в поколении раздора, когда произошло разделение в роде человеческом, то есть, чтобы началось исправление, люди должны были собраться в союз для работы Творца, начало которому положил праотец Авраам и его потомки. И Авраам ходил и призывал именем Творца, пока не собралось вокруг него большое общество, которое называлось «люди дома Авраама». И это продолжалось и ширилось, пока не образовался народ Израиля. И Окончательное Исправление произойдёт в будущем, когда все станут одним целым, чтобы исполнить Его желание. [Шем ми-Шмуэль. Глава Аазину] (12:24)

Чтец: Еще раз.

Повторное чтение отрывка (12:26 - 13:39)

Вопрос: Что особенного в том, что именно та группа, которая называется Исраэль, хотят доставить наслаждение Творцу, что особенного именно в этой причине?

М. Лайтман: Есть желание получать. Желание получать строится по четырем этапам: корень, первый, второй, третий, четвертый. Желание получать начинает видеть само себя и тоже делится на части. И тогда (из всех четырех стадий) есть корень, самый близкий к свету, и первый, второй, третий, четвертый − они дальше от света. (14:42)

И поэтому есть такие желания (я не говорю о людях, телах, это не связано, это просто нам кажется так), есть такие желания, которые стремятся к свету, хотя противоположны ему, но ощущают, что есть что-то выше их, хотят быть связанными с ним эгоистически, если мы говорим о состояниях, в которых мы находимся в этом мире после разбиения, после грехопадения. То есть, есть такие, которые близки к свету, близки к отдаче света, они самые эгоистические, они чувствуют, откуда может прийти наполнение к ним, и поэтому стремятся. Они называются Исраэль, прямо к Творцу. То есть так они устроены, желание получать в них близко к ощущению света.

Тут есть две противоположности: что они самые эгоистические и что поэтому более чувствительны к свету, готовы к какому-то усилию из-за того, что хотят наполнения, вот и всё. Так желание получать входит в фильтрацию и разделяет само себя внутри, делится на части. (16:31)

В общем у тебя есть часть, которая относится к рош, а затем то, что называется 70 народов мира (ХАГАТ НЕХИМ). И рош тоже делится на три части: коэн, леви, Исраэль, что называется, и тело тоже делится на 70 народов мира. И всё это − парцуф рода человеческого, вместе с Исраэлем, который должен прийти к исправлению. Исправление происходит именно после того, как рош исправит гуф. Гуф принижает себя перед рош, получает приказы и исполняет. В Гмар тикуне, в Окончательном исправлении, у рош больше нет никакой функции: все будут как «одно целое», и в этом и есть исправление. (17:36)

Ученик: Прежде, чем рош исправляет гуф, он должен исправить себя?

М. Лайтман: Конечно.

Ученик: И как происходит его исправление из эгоистического, когда самый большой эгоист должен доставить наслаждение Творцу?

М. Лайтман: Разница между рош и гуф в том, что рош делает направленные действия, то есть получает методику, ощущает методику. Да, рош ощущает методику, и так организован, что готов исполнить исправление. Тогда как гуф понимает, что не способен производить исправление, поэтому у него есть проблема по отношению к рош: он находится в требовании к рош, просто в ненависти к рош, в ожидании к рош. Всё это мы раскрываем, как отношения между народами мира и Исраэлем. Это вытекает из внутреннего духовного корня, и это не прекратится, пока все не исправится. Мы понимаем это, не то, что мы наивны, как обычные люди или как политики разного рода, и в этом различие между рош и гуф. Просто рош находится в свободном выборе, может исполнять исправление, в особенности в наше время. Были долгие времена и периоды, когда рош не мог ничего сделать, а должен был быть включен в гуф для того, чтобы взять от гуф разные хисароны. Это называется «сыны Исраэля вышли в изгнание» − только для того, чтобы присоединить к себе души других народов. (19:44)

То есть рош выбирает изнутри, из гуф, хисароны, которые поможет поднять и исправить, благодаря этому быть готовым к наполнению гуф. Рош на самом деле в ответе за все действия. Поэтому в тот момент, когда мы (как стремящиеся к связи с Творцом) начинаем устремляться к Творцу с хисаронами гуф, и, согласно этому, пробуждаем свои хисароны к Творцу (хисароны рош), всё должно быть направлено на гуф. Тогда этим мы уже несем спокойствие всему миру, этим мы уже выстраиваем всю систему, которая начинает принимать форму, как она уже должна продвигаться к Гмар тикуну. Поэтому − это на самом деле методика и самые надежные действия для того, чтобы успокоить бурю, привести мир в хорошее состояние, дать надежду всем живущим в мире на доброе будущее. (21:07)

Ученик: Если рош направляет на то, чтобы доставить исправление в гуф – это называется наслаждение Творцу?

М. Лайтман: Конечно! Мы не можем доставить наслаждение Творцу, если мы думаем лишь о себе, замкнуты, скажем, в десятке. Что называется «замкнуты»? Мы в десятке развиваем связь между собой, чтобы привести всех живущих в мире к исправлению. Мы находимся в поколении Машиаха, и поэтому у нас нет выбора, мы должны быть в этой силе Машиаха (Моше), которая вытягивает всё кли, всё неисправленное желание получать, к связи с Творцом. Этим мы доставляем Ему наслаждение. (21:53)

В каждом поколении это «доставлять наслаждение Творцу» было по-своему. У тебя есть поколение знания, поколение «выходящих из Египта», разные поколения, поколение разрушения Храма и так далее. Мы находимся после поколения, которое уже перемешалось со всем общим кли народов мира, это называется 2000 лет изгнания. Ещё Ари определил, что это конец изгнания, это выходит из потенциала в практику, получается, еще за 400 лет до Бааль Сулама. И Бааль Сулам определяет, что мы находимся в поколении Машиаха. (22:54)

То есть в доставлении наслаждения Творцу в наше время мы только строим намерение на исправление всего мира. Поэтому вся работа, которую мы делаем в Бней Барухе, направлена на распространение и исправление всех живущих в мире. (23:16)

Ученик: Мы говорим, что и в этой работе есть уровни исправление намерения. Что значит доставить наслаждение Творцу, воздействуя на тело, но в чистом виде?

М. Лайтман: Не знаю. Невозможно знать заранее никакого действия, если ты не раскрываешь своего нынешнего состояния: как ты связан с гуф, и как ты вбираешь от них желания, выстраиваешь себя правильным образом и относительно гуф, и относительно Творца, и просто быть, как канал между ними. В этом и есть наша работа. И нечего мне рассказывать об этом в общем, и где мы находимся. А всё в целом выясняется в том, что мы включаемся во все народы мира, во всех странах, континентах, где мы находимся, и впитываем, вбираем все их хисароны. Хотя это хисароны к материальным наполнениям, но источник всех наполнений един – это высшая сила. И мы стараемся поднять все их хисароны, которые обернуты в наш хисарон, к Творцу, чтобы доставить Ему наслаждение, и тогда получается подъем МАН от нижнего уровня − через нас − к более высокому уровню. Это и есть работа. (25:12)

По каким этапам это пойдет, я не знаю. И это то, что мне кажется, я не думаю, что правильно говорить об этом, мы уже постигаем это в работе. То, что происходило в прошлых поколениях, мы можем изучить из текстов. Мы можем пройти это быстро, потому что уже были люди, которые прошли это и исправили для нас путь, мы уже идем по проложенному пути. Но этапы, которые только мы сейчас начинаем проходить, впервые, − мы не можем изучить это или прочесть, понять и почувствовать. Получить это не от кого, это мы обязаны сделать. (26:12)

Ученик: Чем особенна наша работа взаимовключения, как рош в гуф, и чем она отличается от того, что было проделано до сих пор, то есть в предыдущих поколениях? Я был уверен, что это взаимовключение рош в гуф закончено. Сейчас я слышу, что это не так.

М. Лайтман: Как это может быть, если мы сейчас только закончили период включения рош и гуф в виде разбиения, когда вышли сыны Израиля после разбиения 2000 лет назад в народы мира, чтобы перемешаться с ними, включиться в них, с их науками, их достижениями? Смотри, что они сделали − до такой степени взаимовключились, что они успешнее во всех этих вещах, которые существуют в мире: в науке, в медицине, в технологии, в финансах. Во всем вошли разбитый народ Израиля в это большое мировое сообщество, включились туда, и добились успеха. Хорошо, это называется, что соединились с ними, а сейчас нужно подняться оттуда. И именно благодаря тому, что находимся там, внутри, мы должны сейчас подняться из этого к духовной работе. Если мы сейчас не начнем эту вещь делать сами, то придут негативные силы от народов мира, антисемитские, и будут подталкивать нас из всех наших занятий, в которых мы преуспевали, допустим, за последние двести лет включения в народы мира. (28:12)

На самом деле со времен Ари и далее мы начали включаться в народы мира, и сейчас мы выходим оттуда и вытягиваем за собой все народы мира. Потому что там кризис, он раскрываются всё больше, и не будет у него конца, потому что это кризис, который исходит из раскрытия зла, раскрытия эгоизма. Мы сделаем этот выход и их выведем тоже, или они будут подталкивать нас ненавистью к нам. Ненависть только оттого, что мы не выходим сами и не вытаскиваем их. Здесь все дело в том, чтобы быть в хороших отношениях во взаимной работе. Если ты в рош, во главе, но ты не хочешь быть во главе выхода из эгоизма, они подталкивают тебя, потому, что сами выйти не могут. Тогда ты выходишь через удары или еще хуже этого.

Ученик: Сейчас, в этом подъеме при выходе Израиля из народов мира, − там тоже есть работа по взаимовключению, или там есть только работа по объединению Израиля?

М. Лайтман: Нет, там есть много действий, но все они направлены согласно намерению на то, что мы хотим вместе сделать совместную работу между рош и гуф. Рош неисправлен, гуф неисправлен, мы хотим организовать это, собрать и, главным образом, направить на Творца в том, что мы молимся, просим у Него силу исправления. Когда мы видим, что из всей этой материальной, земной жизни нет никакого будущего ни у нас, ни у них, то есть, у мира, то начинаем отрываться от разных материальных форм (и мы, и они) и подниматся выше в «ради отдачи» (30:37)

Вопрос: Что есть во мне, чего нет у товарища из мирового кли, в котором тоже есть точка в сердце? Чем я отличаюсь от товарища из мирового кли? (31:13)

М. Лайтман: Прежде всего, это исходит из взаимовключения, благодаря разбиению, которое было вначале. Желание получать, которое выходит из лона творения, от Творца, и развивается к будущему творению − это желание получать проходит разбиение. То есть все его желания, которые относятся (на самом деле это включает пять частей), все эти желания проходят разбиение и перемешиваются. (31:58)

Из этого перемешивания есть в каждой части, что называется, скажем, «народы мира», (у которых нет этих частей, связи, прямой связи со светом в корневой стадии) − есть уже связь, и они могут также исправлять себя и приближать себя к Творцу. Не самостоятельно, а в этой работе тоже есть процесс. Это тоже дополнительное перемешивание, как Египет, скажем, как 2000 лет изгнания, как Вавилон, то же Вавилонское изгнание – это называется «четыре изгнания». Перемешивание, желание получать, которое связано с Творцом, − это свойство Исраэль и обязано быть связано также со всеми остальными желаниями получать, более низкими, у которых нет прямой связи с Творцом. И это называется «изгнание». (33:21)

Это изгнание в стадиях алеф, бэт, гимэль, далет – корневой стадии. Тогда все эти стадии (алеф, бэт, гимэль, далет, которые называются «народы мира») получают от корневой стадии, которая включилась в них во всех в этих изгнаниях. Это как маленькие разбиения. Все эти части (алеф, бэт, гимэль, далет) получают от этого включение, взаимопроникновение с корневой стадией, с одной стороны. С другой стороны, корневая стадия впитывает их и может тогда, исправляя себя, исправлять их. Или, точнее говоря, думать о том, как исправить их, и поэтому исправлять себя. Иначе его исправление тоже будет эгоистическим, если я думаю о том, как исправить себя. Это − как мы учим в группе. Если я думаю о том, как исправить себя, а не исправить товарищей, я вызываю разрушение своей души, даже если хочу доставить наслаждение Создателю, как сказано. Как это возможно? − ведь не ради отдачи, не думает об общем кли. В особенности в наше время, в поколении Машиаха. (34:51)

Ученик: Это было немножко сложное объяснение, но я спрашиваю так: если есть желание товарища из мирового кли и желание товарища из Исраэля, что у них отличается? У обоих есть точки в сердце, они все как Исраэль, у них есть общая цель.

М. Лайтман: Нет никакой проблемы. Мы не должны делать какую-то разницу между товарищем из Исраэля и товарищем, допустим, из Европы. Конечно, нет. А что же ты спрашиваешь?

Ученик: Требуется ли от нас другая работа, или мы выполняем ту же самую работу?

М. Лайтман: У нас есть работа подняться выше отторжения, ненависти, отдаления между нами в разных формах, какие бы ни были. Вот и всё. Из-за того, что наши товарищи − из всех народов мира, у них есть также и часть народов мира. Она есть и в нас, кстати сказать, из разбиения. Но не в виде четвертой стадии. Это мы должны изучить. Не то, что изучить, это и не написано до такой степени. Получается, что мы вместе должны преодолеть наше общее желание получать. (36:18)

Ученик: Определения «Исраэль» и «народы мира» становятся все более неясными, и непонятно, кто такой «Исраэль» и кто такие «народы мира»?

М. Лайтман: Исраэль – это «прямо к Творцу». Народы мира – у которых нет «прямо к Творцу». Это прежде всего. Теперь: когда мы говорим об исправлении, здесь уже проблема. Что такое исправление? Какое желание получать в каждом и в общем, во всех? У каждого есть свое желание получать. Это желание получать – насколько оно состоит из народов мира и насколько состоит из Исраэль? (37:05)

Есть, допустим, наши товарищи, у которых есть почти на 100% желание получать, относящееся к гуф парцуфа, к народам мира. И у них есть только маленькая точка, которая связана с Исраэлем. Тогда они относятся по стремлению − к Исраэлю, а по форме эгоизма − к народам мира, и мы должны работать. Когда мы работаем вместе над совместным желанием, когда мы все вместе поднимаемся к общему желанию, то ты не чувствуешь в этом различие. Ты просто работаешь вместе со всеми. (37:48)

Ученик: Та же работа?

М. Лайтман: Та же работа в разной форме, силе. Вопросы, которые каждый должен задать себе – как он стремится к объединению с другими? – вопросы разные.

Ученик: Какой вопрос Исраэль?

М. Лайтман: Вопрос Исраэль: «Почему я должен быть перемешан с народами мира, которые в Исраэль, в нашей группе?». Там есть чехи, русские, немцы, французы − со всеми. Почему я должен быть перемешан с ними? Этого никогда не было в истории, никогда так не было. Хотя были единицы, которые приходили и становились большими каббалистами – раби Акива, Онкелос, царь Давид, есть дом Давида, но это всё отдельные случаи. (38:57)

Тогда как сейчас у тебя есть много из народов мира, тех, кто присоединяется, становится рош духовного парцуфа, души, что называется, и ты должен относиться к ним как к рош, с одной стороны, с другой стороны − у них есть, тем ни менее, решимот, желание от гуфа. И здесь мы должны понимать, что именно те люди, которые присоединяются к нам, с одной стороны − принадлежат к народам мира, с другой стороны – они как раз эта главная часть в циноре, в этом канале, потому что у них есть и от этого, и от этого. У нас есть только от того, что мы включались, перемешивались, но в течение изгнания перемешивание было не физическое, не настоящее, не во плоти. А у них во плоти. Поэтому, в целом, в этом канале (это цинор, это не точка) − там есть собственные четыре стадии, и в этих четырех стадиях есть Исраэль в Исраэле, допустим, пока не доходит до Исраэля в народах мира. Надо найти слова, найдем еще. (40:30)

Ученик: Еще вопрос. Та часть, которая называется «Исраэль» в Бней Барух, как она делится? Какое деление происходит в нем?

М. Лайтман: Есть коэн, леви, Исраэль.

Ученик: Что это значит?

М. Лайтман: Более близкие к свету, более далекие от света по своей изначальной природе. Я не рабби Акива. Ты мне веришь?

Ученик: Я не знаю.

М. Лайтман: То есть каждый родился из своей точки, и каждый должен исправить корень своей души. Вот и всё. Есть такие, кто ближе, и есть такие, кто дальше. Никто не похож на другого, поэтому мы разные, а не одно целое. Мы должны быть как одно целое, но у каждого свое желание получать.

Ученик: Есть разная работа у коэна, у леви, у Исраэль? (41:34)

М. Лайтман: Мы не поднимаем этого, но да. Да, у каждого [разная]. Поэтому мы разные, поэтому ты видишь лица, а иначе ты бы видел какую-то одну куклу, и всё. Каждый... Посмотри, какие тела разные, характеры разные, поведение, внутренние устремления, решимот. У каждого это что-то совершенно другое. Это невозможно сравнивать, это всё результат разбиения, и перемешивания. Перемешивание – это необходимая вещь. И когда я исправляю себя, я волей-неволей исправляю всех живущих в мире, не только Исраэль. Адам Ришон разбился, все прошли первое разбиение, понимаешь? Потом народ Израиля разбился – разбилось только кли, которое было исправлено «ради отдачи». Оно разбилось, чтобы перемешаться со всеми народами мира и снова восстановиться с ними вместе. Но это взаимовключение приходит к нам изначально от Адама Ришон. Поэтому, когда человек исправляет себя, – он исправляет мир. Поэтому каждый человек – это маленький мир. (43:04)

Ученик: А какая общая работа для каждого человека, неважно на каком он уровне желания или стремления, или из какой он части мирового кли?

М. Лайтман: Его работа − стараться исправить то, что он чувствует, хисароны, которые он может раскрыть, в намерении, что этим он исправляет мир, чтобы приблизить его к Творцу, доставить Ему наслаждение. Такова цепочка намерения.

Ученик: И это ожидается от всех, от каждой части, которая называется «Исраэль», на всех уровнях?

М. Лайтман: Не только Исраэль. Это, в конечном счете, ожидается и от народов мира. Народы мира, которые «берут сынов Израиля на плечи и приносят в Храм», что называется, для построения этой души. Народы мира не могут строить, они могут только взаимовключаться, включиться в эту работу, потому что это авиют, а намерение относится к Исраэлю. И поэтому получается, что все участвуют. И у них есть тоже четкое намерение, что так я участвую, это моя часть в построении общей души. Как у меня и у тебя, общая часть тоже есть у каждого. И это не простые части. Ты, может быть, пренебрегаешь ими… Наоборот, как раз из-за того, что эти части присоединяются, и каждый присоединяется тем, что отменяет себя, и кроме того, что отменяет себя, он подталкивает тебя вперед, как сейчас ты чувствуешь от них побуждение, ненависть, отторжение. Они не понимают, откуда это исходит. Ты должен понять, что они должны будут изменить это на другое побуждение, целенаправленное. Зачем я давлю на них? Чего я хочу от них? Как я готов помочь им? И тогда – все вместе... Исправление − оно взаимное. Не может быть рош без гуф или гуф без рош. (45:26)

Вопрос: То, что мы все еще не работаем совместно с Творцом, с этой системой, кажется что у нас все еще есть стремление вредить друг другу?

М. Лайтман: Нет. Мы работаем совместно с Творцом. Это полное прямое партнерство, краткое, но проблема в том, что тебе нельзя это показывать. Нельзя, чтобы ты знал, что ты работаешь так, потому что тогда ты будешь делать глупости.

Ученик: Так что?

М. Лайтман: А так, начнешь сходить с ума.

Ученик: Как, в чем?

М. Лайтман: Начнешь пренебрегать этим. Начнешь думать: «А, ну я уже почти что в полном исправлении. Всё уже хорошо. Всё приходит сверху, от Творца, нечего мне здесь добавить, всё будет хорошо, всё наладится», – разные такие мысли. Пока наше эго не отработано, как следует, мы сразу начинаем думать подобным образом. Мы сразу падаем, на месте. Поэтому нам нельзя показывать истину, что мы все находимся… Поэтому мы должны говорить себе, что мы самые возвышенные творения, ну и так далее, соответствующие Творцу, который нас создал. Он там красиво пишет. (47:16)

Ученик: Так что с устремлением к отдаче, к объединению, я бы сейчас этим пренебрегал?

М. Лайтман: Да, конечно. Потому что ты находишься в желании. Ты ответственный, ты находишься в желании. В тот момент, когда желание получает какое-то наслаждение, оно стремится к нему и всё кончено, оно не смотрит уже ни на что. И так каждый из нас. Поэтому нам дают немножко. Если тебе дают наслаждения, ты живешь в них. Тебе дадут наслаждение чуть больше − ты стремишься к нему.

Как можно выйти с большим наслаждением, к которому ты стремишься, дать тебе еще какую-то обязанность, чтобы ты не захотел само наслаждение, а захотел бы быть, ну в чем-то… Допустим, вместо того, чтобы получить 100 шекелей, захотел бы отдать 100 шекелей. Ты сможешь или нет? Так ты должен развить систему, которая будет обеспечивать тебе важность, смысл, величие цели. И если величие цели будет 100 шекелей, по крайней мере, ты отдашь эти 100 шекелей и не будешь их получать. И поэтому каждый раз тебе дают такие вот возможности в соответствии с твоими силами. (48:56)

Ученик: Так всё дело в еще большем величии Творца?

М. Лайтман: Если ты продвигаешься правильно и стараешься развивать величие Творца всё больше и больше, то тебе дают всё больше и больше: 200 шекелей, 300 шекелей, и так всё больше и больше. Это растет, пока ты не приходишь к состоянию, когда тебе дают уже не только это, а увидеть Творца. Можешь ли ты видеть Его и принимать Его тоже ради отдачи? То есть не ради себя, а ради мира. Когда ты берешь ту силу, которая называется Творец и раздаешь Его всему миру? А для себя тебе ничего не нужно. Ты становишься трубой, проводником. Ты берешь весь этот свет, всю эту мощь, которой можно наслаждаться бесконечно, и ты передаешь это миру, и снова, и снова, и снова, всё больше и больше – и так растут. Что тебе с этого? − Ты доставляешь наслаждение Творцу благодаря тому, что ты доставляешь наслаждение Его людям. (50:10)

Ученик: Так каббалист − это тот, у кого есть огромное злое начало, и измеряется, насколько он может оказаться?

М. Лайтман: Да, конечно. Это называется «желание получать, на которое есть цимцум и масах».

Вопрос: На этом этапе у нас всё еще нет связи с Творцом, если продолжить вопрос. В чем наша главная работа во время этого скрытия, когда у нас нет места связи с Творцом, что мы можем молиться, получать силы по-настоящему?

М. Лайтман: А что у нас есть, скажи?

Ученик: Пока что есть товарищи…

М. Лайтман: Десятка − это выражение Творца относительно меня.

Ученик: А в чем наша главная работа в десятке, когда у нас нет такой связи?

М. Лайтман: Раздавай им то, что хочешь раздавать миру, обращайся к ним так, как ты обращаешься к Творцу. Играй с ними в оба направления. Я очень надеюсь, что мы сделаем здесь большую работу и в преддверии конгресса, и во время конгресса – это действительно может быть скачок.

Вопрос: Бааль Сулам делит человечество на 4 части: Исраэль, праведники народов мира, народы мира и грешники народов мира.

М. Лайтман: Да.

Ученик: То, что мы сейчас собираемся сделать − это соединить Исраэль и праведников народов мира?

М. Лайтман: И с грешниками тоже, а в чём проблема? В каждом из нас есть что-то из этого. (51:54)

Ученик: Но сейчас, как бы всю неделю перед конгрессом, когда мы должны соединить Исраэль в Исраэле и Исраэль с праведниками народов мира, все наши товарищи в мире – сейчас не этот момент?

М. Лайтман: Нет, наши товарищи, которые находятся вместе с нами во всех наших группах в нашем мире, только они не евреи, но они относятся к Исраэлю, они относятся к тому же устремлению, Яшар-Эль. Ты их не отделяй.

Ученик: То есть это объединение в рош?

М. Лайтман: Да, это объединение в рош. Конечно, внутри рош, чтобы быть соединенными с гуф. Тогда раскрываются такие части в рош, у которых есть также часть и из гуф, поэтому ты видишь, у тебя есть Рига, Вильнюс, Шауляй, Десятка утреннего урока, Питер, всё, что хочешь. Такой признак. Прежде такого не было, 100 лет назад ты бы не сделал этого, тебе бы не удалось. Почему? Пробуждаются желания, которые относятся к рош, но, с другой стороны, у них есть также свойство гуф. И в этом именно и состоит тот переход, потому что главная труба − это они, нужно очень и очень их беречь и развивать. (53:37)

Ученик: Вчера вы спросили так: когда вы приезжаете из Израиля на конгресс, с чем вы хотите обратиться ко всем товарищам в Европе? И наоборот, как товарищи из Европы должны обратиться к Израилю? Что Вы имели ввиду? Что вы хотели, чтобы мы сделали?

М. Лайтман: Я имел ввиду, что мы должны подняться над внутренними противоречиями, которые могут быть. Я знаю, что это есть в них, это невозможно стереть, это не то, что, не дай б-г, кто-то виноват в этом. Как раз наоборот: именно потому, что у них внутри есть такие чувства, и то, что они не евреи, − это хорошо, у нас есть работа и над этим, и из этого мы выстраиваем канал. Это не просто какой-то определенный уровень, а это просто нисхождение свойств из рош в гуф. Чем более раскрываются эти свойства гуф, тем [более] этот канал распространяется, и мы должны работать над ним. Поэтому я очень радуюсь, что это так, поэтому я пробуждаю это специально, намеренно. Ты можешь спросить, я получил такие вопросы: «А почему вы пробуждаете такие вопросы? Мы хотим быть все вместе со всеми товарищами, и мне неважно, кто он и что. Я объединяюсь со всеми!» – это всё правильно. Но вместе с тем нужно видеть эти вещи, потому что ты должен их выстроить, ты должен работать с рош. Это не то, что ты отменяешь всё, и мы находимся где-то там в нирване – нет, как раз наоборот. Очень хорошо, что мы раскрываем все эти вещи, «все преступления покроет любовь», без этого связи не будет. (55:33)

Ученик: С чем мы должны обратиться к товарищам в Европе? Те, кто в Израиле.

М. Лайтман: Что мы поднимаемся над всеми проблемами, но не игнорируем их. В этом разница.

Ученик: А они с чем должны?

М. Лайтман: И они тоже. Главное − они, мы должны помочь им в этом. И тогда мы выстраиваем эту трубу, этот канал. Без них мы не можем быть в связях с народами мира. Ты понимаешь, в них есть эта связь, есть этот переход от Исраэль к народам мира, а в нас нет. Мы должны увидеть, насколько Творец устроил эти вещи постепенно и высший свет буквально стекает сверху вниз.

Вопрос: В чём методика на самом деле? Как впитывать хисарон из народов мира? Впитываем ли мы?

М. Лайтман: Когда мы работаем вместе с ними, этого достаточно. Я просто открываю вам картину немножко большую, увеличиваю ее, чтобы вы поняли, что здесь происходит. И даже, если мы на конгрессе не столкнемся с этими вещами, но чтобы это было у нас заранее как-то подготовлено, мы всё равно приближаем себя к практическому исправлению. (57:30)

Вопрос: Несколько дней мы говорим об этом. Когда я слушаю Вас и вхожу в эти вопросы, я чувствую, что у меня начинает усиливаться эго и все эти вещи. Я должен удерживать конечную цель. У всех нас, у мирового кли Бней Барух, какова теперь конечная цель, которую мы должны достичь?

М. Лайтман: Конечная цель в том, что мы приходим к объединению над всеми теми проблемами, которые пробуждаются и будут пробуждаться, и мы их не затушевываем, не штукатурим. Правильно ли употреблять это слово? Не затушевываем, я их не затушевываю, не замазываю, конечно же, не перечеркиваю, не стираю все эти различия, а наоборот, чем больше они возникают, то объединение между нами (над ними, несмотря на них!) будет более эффективным, более сильным и более реализованным.

В этом мире мы думаем эгоистически, что если мы сотрем все различия, то всё будет хорошо. Давайте забудем, давайте успокоимся – наоборот, внутри должен бушевать огонь, и даже внутри должна быть война (но война – так, в чувствах), а снаружи мы должны научиться, как покрывать это любовью. И не может быть одного без другого. Если ты говоришь о любви абсолютной, то знай, что внутри там горит ад. Насколько хотят сжечь друг друга, как ученики раби Шимона, хотят убить друг друга, вот так. Мы должны еще изучить этот подход, но это природа. Ты не можешь убежать и сказать: нет, всё это успокоение. Знаешь, что такое успокоение? Это такие нервы, такие проблемы, это такие преступления, это совершенно обратное Творцу внутри, и полное подобие свойств снаружи, над этим. И нужно эти вещи изучать. Они обязаны быть вместе, иначе никогда не будет совершенства творения. Иначе не будет творения. Либо Творец отдельно, либо творение на этом животном уровне, оторванное от истинной, настоящей жизни, как мы. Это иллюзорный мир. (01:00:37)

Вопрос: Чувствую эти вещи, но практически…

М. Лайтман: Нам не достает об этом говорить ещё и ещё, включаться в это, работать над этим. Это совершенно новая картина, то, что вы сейчас получаете. Это относится уже к двум линиям. (01:01:01)

Ученик: Множество вопросов, но главный вопрос − я просто обратил внимание, когда мы говорим «все прегрешения покроет любовь», мы убегаем от этой работы. Не знаю откуда это.

М. Лайтман: Конечно. Только от этого и бегут, только от этого. До сих пор всё было очень хорошо. Но когда ты должен удерживать и то, и другое, и добро, и зло, и ненавидеть, и любить – мозг это не может выдержать. Немногие люди могут это выдержать. И это относится к корню души. Но постепенно, постепенно... Я хочу сказать всем: пусть человек не думает, что это не для меня. Постепенно мы приближаемся к тому, что все включатся в это. Кто меньше, кто больше. (01:02:03)

Ученик: Я хочу выяснить, откуда этот страх? Желание получать так защищается?

М. Лайтман: Нет, это не из-за желания получать. Человек даже готов умереть… Я умру, ну, так что? Здесь противоречие, когда ты не можешь эти линии уравнять. Как может быть огромная ненависть и огромная любовь? И одновременно? И то, что я должен это совмещать, выдерживать и не взрываться? И каким-то образом мириться и с тем, и с другим? (01:02:37)

Ученик: Но это роль рош – работа в трех линиях.

М. Лайтман: Ты можешь говорить теоретически, как хочешь. Человек это не может выдержать. Это раздвоение, его просто разрывает изнутри. Он готов бежать, он готов делать всё, что угодно, только бы не чувствовать этого. (01:02:56)

Ученик: Так когда мы будем готовы к работе в трех линиях?

М. Лайтман: Когда ты сможешь подняться выше знания. Тогда получишь от Творца. Поневоле ты будешь плакать и кричать, и получишь от Него силу отдачи. И тогда почувствуешь, что это лекарство. Это очень большая вещь. (01:03:42)

Вопрос: До этого у нас была картина, что у нас есть девять первых. Я ставлю их над собой как бы, как одно целое. Одна единица, у которой есть совершенство, а во мне еще нет. Это мое средство подняться над любовью к товарищам к любви к Творцу. Вдруг мы помещаем еще какое-то загрязнение в эту картину. Как бы есть различия, разрывы, ненависть. (01:04:12)

М. Лайтман: Это признак продвижения. Когда ты смотришь на младенца, [ты видишь,] какой он чистый, красивый, приятный, милый, вечно улыбается, а потом ты видишь его в три-четыре года. Там уже что-то начинается, он начинает уже фальшивить. Потом в 10 лет − ты уже не можешь ему полностью доверять. В 11 лет − уже абсолютный врун. Так что ты хочешь? Растут. Растет желание получать. Только люди, которые не понимают, что такое жизнь, думают так, как ты. Ты же ведь не живешь на облаках, не витаешь там? Ты живешь на земле, я бы даже сказал, под землей. (01:05:06)

Ученик: Как всё-таки удерживать картину, когда товарищ надо мной, он исправлен, он посланец Творца, он пример для меня? И так же начать с ним сейчас расчеты?

М. Лайтман: Если ты знаешь, что против твоего желания получать могут противостоять только девять товарищей, ты ставишь их и всё время заботишься о том, чтобы они буквально стояли таким образом, так вот, всё время перед тобой, – то через них ты получаешь силу противостоять твоему внутреннему эгоизму. Вот этому, десятому.

Ученик: Есть такой момент, что в конце я как бы должен увеличить важность внутренней части в себе и внутренней части, допустим, в Торе, как он пишет в конце «Предисловия к Книге Зоар». Всё время эта война в направлении внутреннего свойства отдачи. Не удается видеть в этом, как собрать это устремление товарищей, как будто у них есть это устремление к внешнему, не облачается… (01:06:19)

М. Лайтман: Я не знаю.

Ученик: И я не знаю тоже, как это спросить.

М. Лайтман: Ну, прояснится.

Вопрос: Что касается построения этой пирамиды света – насколько важно, чтобы мы, товарищи из Европы, построили бы ее вместе, активно, на утренних уроках, как мы сейчас? (01:07:00)

М. Лайтман: Я вижу в вашем присутствии каждое утро на моем уроке буквально огромную поддержку и меня, и всего мирового кли. Я очень рад, что я вижу вас вместе на одном экране, что, может быть, туда присоединятся еще постоянные люди. И это меня очень радует, это дает много сил всем. Вы этим совершаете большую работу, даете всем большой пример. Я надеюсь, что во время конгресса вы тоже будете выполнять эту работу так, чтобы все почувствовали, что есть в Европе такие десятки, что они взяли вот эту линию и держат ее, двигаются по ней. Поэтому большое вам спасибо! Спасибо! (01:08:01)

Вопрос: Мы читали здесь, что было большое собрание людей, работников Творца. Началось с праотца Авраама и дальше. Авраам ходил и призывал к Творцу. И тогда собралась к нему большая община – люди дома Авраама. Что это за призыв, с которым Авраам ходил и призывал к Творцу? Как нам это сделать?

М. Лайтман: В распространении. Очень просто – распространяя.

Вопрос: Вы сказали, что товарищи из народов мира – это основная часть цинора, так как у них есть связь с гуф. А что есть у товарищей из Исраэль – связь с АХАП высшего?

М. Лайтман: У них есть ГЭ, рош в очень явном виде. У них есть связь с товарищами, которые не евреи – в одном рош они действуют все вместе относительно народов мира. Разница между евреями и неевреями, которые находятся в рош, в том, что у израильтян, иудеев, есть взаимовключение с народами мира, которого они достигли через разбиение и изгнание. Когда было четыре изгнания, они выходили в народы мира, смешивались с ними, с воспитанием, с культурой, с наукой, передавали им свою религию и разные вещи. Они получили от нас, а мы получили от них. И это есть в израильтянах, в иудеях.

Поэтому здесь есть очень особое смешение между 70-тью народами мира, которые находятся в рош согласно их стремлению, которое сейчас в них пробудилось, и между Исраэль, которые прежде впитали в себя народы мира, и у них тоже есть это. И из этого выстраивается этот канал. Мы потом увидим в этом канале, что это такое. Это очень особые вещи. Я даже не могу… Будем изучать это. Даже в ТЭС он говорит и тут, и там о таких вещах. Да, это очень важно.

Сам рош функционирует только в своей связи с Творцом. И ученые говорят, что наша голова связана с какими-то там волнами, с мыслью, которая находится, витает в воздухе, в пространстве. И больше в рош ничего нет. А все силы, законы – это то, что рош передает гуф. И поэтому он пишет: главное, что Исраэль – это не рош, а проводник, это труба, цинор. Хотя и называется «ли рош», но это согласно стремлению к Творцу, а согласно стремлению к роли, к своей функции, к народам мира, гуф − это рош, который стремится к гуф. (01:12:41)

Ученик: Правильно ли я понимаю, что настоящий такой цинор, он может быть построен только из очень глубокого взаимовключения между Исраэль и между товарищами из народов мира, в ком открылось это стремление? И каждая часть по отдельности, у нее нет ни одной возможности составить этот цинор вместе?

М. Лайтман: Верно. Поэтому сейчас для меня очень важен этот конгресс, эта связь между израильтянами и европейцами. Потому что там все народы мира таким образом, что как будто бы там все народы мира, 70 народов мира находятся вместе. С русскими нам легче, мы больше перемешаны, чем с европейцами. Поэтому там более простая работа. Ну, хорошо, посмотрим. Находимся вместе в этой работе, справимся. Ближайшая неделя должна прояснить нам многие вещи. Но мы должны действительно... Это практическая каббала: мы выстраиваем кли, и Творец тогда… Если мы даже хоть немножко [преуспеем] в этом, Он обязан раскрыться. Мы просто раскрываем все эти вещи, потому что в рош Он не может раскрыться. Это называется, что мы находимся в периоде Машиаха, в последнем поколении. Если мы строим рош и переход, и гуф, то мы близки к раскрытию.

Чтец: Второй отрывок из Предисловия к книге Зоар, 63 пункт. Говорит Бааль Сулам:

В нашем поколении, в котором суть этих душ является худшей во всем творении, что до сегодняшнего дня не могли быть проверены в духовном, но вместе с тем, они дополняют келим парцуфа миров и парцуфа общей души. И только они могут завершить работу. Таким образом, только с завершением подготовки этих низших душ могут проявиться высшие света, и не ранее. [Бааль Сулам. Предисловие к Книге Зоар, п.63] (01:15:21)

М. Лайтман: Это понятно, да? Именно потому, что у нас есть большой авиют, ужасное состояние, весь парцуф раскрывается полностью, потому что мы связаны вместе и взаимо зависимы, вокруг всего земного шара – такое вот его внешнее проявление. И мы как раз достойны раскрытия Творца, если мы выстроим в правильном порядке все эти вещи, которые зависят от нас. (01:15:53)

Вопрос: Подготовка к этому конгрессу ощущается очень сильно, мы входим в подготовку. Есть вопрос по поводу зеркального конгресса. Здесь много зеркальных конгрессов, много кругов, мужчин, женщин, будут семинары. На этих семинарах в течение зеркальных конгрессов нужно ли направлять и заботиться об успехе учеников в Европе или между нами, в десятке, на зеркальном конгрессе? (01:16:41)

М. Лайтман: Нет у нас Европы или Америка, или Израиля, или еще кого-то. Есть части более активные, есть части менее активные – это верно. Это как бы в общем, но удельно, относительно каждой части – это зависит от самой части. Допустим, Торонто, насколько вы будете объединены, связаны с конгрессом? Будете делать все, что мы будем делать там практически, будете сидеть и реализовывать это между собой − и будете связаны с нами всем сердцем и душой. Какая разница, что вы сидите в Торонто, а мы сидим в какой-то глухой деревне в Болгарии? Какая разница? (01:17:39)

Если вы сердцем и душой вместе с нами, то мы вместе. Как раз наоборот, это расстояние − воображаемое, это иллюзия. Она призвана показать нам пока расстояние между нами, пока мы не отменим это расстояние нашим внутренним усилием и не будем его ощущать. Я очень надеюсь, что так вы почувствуете, что вы вместе с нами сидите в том же помещении и в одном сердце, как РАБАШ пишет, что укрываемся одним покрывалом, тем же зонтиком любви и все это общее. Я очень надеюсь, что так и будет. Наконец нам стоит всем пробудиться.

Попробуйте привлечь по возможности всех товарищей. Постарайтесь реализовать этот конгресс у вас, чтобы это буквально стало конгрессом. И чтобы вы все время были вместе, не отрываясь от нас. Насколько возможно.

Я понимаю, что у вас есть там несколько таких часов, когда вы не способны бодрствовать, ну, так сделайте это в другое время – это, действительно, очень тяжело. Что поделать? Ну, это всего лишь три-четыре часа, какой-нибудь один урок, когда вы не будете вместе с нами, а все остальное [время] вы можете быть вместе с нами. Поэтому будем надеяться, что вы все организуете хорошо. И будете и вы, и Латинская Америка, и все будут с нами большую часть времени. (01:19:47)

Вопрос: Я хотел продолжить вопрос про взаимосмешивание во время конгресса. Пару дней назад группа «Балтия» провела семинар с вопросом, как мы хотим, в каких десятках мы хотим сидеть во время конгресса. И, конечно, все сказали, что хотим перемешаться с европейскими товарищами, но также с товарищами из Израиля. И вот пару дней назад вы сказали, что пока нет ответа и подождем два дня. Два дня прошло, может быть…

М. Лайтман: Я оставляю решение за вами. Я хочу, чтобы вы поняли, чтобы вы прочувствовали, чтобы вы пропитались этим хисароном, что я так хочу что-то сказать и не могу, потому что у нас нет общего языка. Это как маленький ребенок: он смотрит на тебя, он хочет что-то «а-а-а-а» такое. Хочет сказать что-то, но нет у него, нет у него средств. И вы должны почувствовать, насколько отсутствие внутренней связи между нами изолирует нас друг от друга. Это Вавилон. (01:21:51)

Что делать, я не знаю. Что вы думаете? Обсудите, посмотрите, я не знаю. Я нахожусь здесь сегодня и завтра, а потом уезжаю. Подумайте. Подумайте о том, как организовать эти десятки. Я не знаю. С одной стороны, мы очень хотим быть связаны все, чтобы я был понятен другому, а он – мне, внутренне и прямым образом, чтобы мы почувствовали себя все вместе. С другой стороны, мы видим – пока мы не начнем, пока мы не дойдем, не достигнем этого общего внутреннего языка, ничего не случится. Ничего не произойдет, так ставят нас. Я не знаю, у меня есть различные мысли о том, как это должно быть, но не с нами, а в будущем мире, когда люди будут связываться между собой не с помощью техники. Как люди начнут ломать вот эти перегородки между ними, подниматься над этими барьерами между ними. Ну, посмотрим. Пока что нет, не могу сказать вам. Не могу сказать.

Мы прочитали второй отрывок? Ну прочитаем третий. (01:23:37)

Чтец: Третий отрывок, статья «Мир в мире» Бааль Сулама.

3. И не удивляйся, что я соединяю вместе мир в отдельном обществе с миром во всем мире, потому что мы действительно уже достигли такой ступени, когда весь мир становится одной общиной, одним обществом, когда каждый человек в мире, обеспечивая себя за счет всего человечества, вынужден заботиться о благе всего мира и служить ему. [Бааль Сулам. «Мир в мире»] (01:24:17)

М. Лайтман: Еще раз.

Повторное чтение отрывка (01:24:19 – 01:24:53)

М. Лайтман: Хорошо. Что поделаешь? Это со стороны необходимого, это не порицается, не восхваляется. Мы должны почувствовать, что мы обязаны всему миру, и каждый поневоле связан со всеми. Дальше. (01:25:09)

Чтец: Четвертый отрывок из сборника рабби Нахмана.

4. Каждый человек должен сказать – весь мир создан только для меня. Получается, что если мир создан для меня, то я должен понимать и постоянно интересоваться исправлением мира и наполнять хисарон (потребность) мира, и молиться за них. [Антология рабби Нахмана. Первое Издание, п.5] (01:25:37)

М. Лайтман: Дальше.

Чтец: Пятый отрывок, Бааль Сулам «Последнее поколение».

5. Цель жизни – удостоиться слияния с Творцом только исключительно ради пользы Творца. Или привести массы к тому, чтобы достигли слияния с Творцом. [Бааль Сулам «Последнее поколение»] (01:26:04)

М. Лайтман: Это немного проблематично для понимания, но в чем-то мы все-таки можем увидеть, насколько важность распространения покрывает все. Насколько я приближаю людей к знанию о Творце, к знанию о полном исправлении, о процессе – этим я доставляю буквально наслаждение, равное, по крайней мере, тому, как если бы я это делал напрямую Творцу. То есть, либо быть в слиянии таким образом, как я нахожусь в слиянии, либо привести других к тому, чтобы они были в слиянии, то есть это одно и тоже. Дальше.

Чтец: Шестой отрывок. Дегель махане Эфраим.

6. Человек, который хочет действительно работать на Творца, должен включиться во все творения, и должен присоединить себя ко всем душам и включить себя в них, а они – включиться в него. То есть, оставить себе только то, что необходимо для соединения со Шхиной, поскольку для этого необходимо сближение множества людей, потому что, чем больше количество людей, работающих на Творца, тем более раскрывается им свет Шхины. И для этого необходимо соединить себя со всеми людьми, со всеми творениями, и всё поднять к их корню для исправления Шхины. [Дегель махане Эфраим (Знамя стана Эфраима). Глава Шлах] (01:27:54)

Вопрос: На этой неделе мы начали работать по объединению с европейскими десятками. Наша десятка соединилась с десяткой из Польши. Я почувствовал в этом объединении, что я получаю от товарищей из десятки Польши огромное воодушевление, очень интимное, глубокое, волнительное. Мы последние дни говорим, что в этом соединении между европейцами и израильтянами должны быть какие-то трудности, какие-то проблемы, которые нужно покрывать любовью. Пока я получаю только воодушевление огромной силы от этого. Что-то не в порядке со мной?

М. Лайтман: Когда я начал заниматься каббалой, я был в таком воодушевлении. Я на каждый урок приходил, наполненный таким воздухом, вдохновением. Потом это все гасло все больше и больше. Начал раскрывать, что есть различные «терки» между товарищами в группе. То есть желание получать раскрывается, разбивается посредством каждого состояния и требует исправления. А то, что ты почувствовал воодушевление от них, это очень хорошо, но этого недостаточно. Не может быть, чтобы соединение между нами было только в одной линии. Это не работа, не серьезная работа, не духовная работа. Духовная связь строится на авиюте. А то, что ты чувствуешь только воодушевление, это замечательно и хорошо, но этого недостаточно. (01:30:25)

Что делать? Раскрыть всю глубину соединения, работать над этим так, чтобы тот высший свет, который будет тебе светить все больше и больше, светил бы и внутри твоего эго и их эго. И вы увидите, насколько вы разные и далекие, и не очень-то вообще близки друг другу. А потом еще и ненавидите друг друга, а потом хотите поубивать друг друга. Ну, как ученики раби Шимона. (01:31:03)

Ученик: Так, что за работа, которую я должен делать? В чем она заключается, чтобы прийти к таким результатам?

М. Лайтман: Только стараться связаться с ними, но не отменять эго. «Все преступления покрывает любовь». Поэтому я не просто так несколько дней назад начал говорить о тех противоречиях, которые есть внутри между всеми товарищами, и получил на это такие вот реакции: «А зачем ты это делаешь? Нам так хорошо, мы так связаны и соединены, настолько всё замечательно. Что ты все портишь?» (01:31:52)

Где такое вообще в мире видно? Конечно, в мире такого никто не видит. Не видят! А нам нужно это, потому что мы необычный мир: мы должны быть связаны по двум линиям, и чтобы средняя линия была раскрыта – как Творец между нами. Как Он мир устраивает у себя наверху, так и у нас. А иначе не будет, а просто устроите какую-то радостную вечеринку в виде конгресса – это не цель. Мы должны прийти со всей тяжестью в сердце, как люди взрослые, а не маленькие дети, которым музыку запустили, и они скачут. А мы приходим для того, чтобы делать духовные действия, которые всегда состоят из двух состояний, противоположных друг другу, и мы приходим к соединению между ними. Только так. (01:33:03)

А иначе я бы вообще на такой конгресс не поехал. Я это сделал специально, заранее, когда я думал, что еще мы можем сделать, и каким образом пробудить ненависть, отторжение, подозрительность, беспомощность, что мы, действительно, не можем поладить, не знаем и не умеем. А что вы сделали для десятки? Вы же таких вещей не раскрываете. А если раскрываете, так отбрасываете это всё. Вы не стараетесь подняться над ними. Поэтому у меня нет выхода, я так делаю. Я думаю, что я правильно сделал, может быть, недостаточно. (01:33:55)

Ученик: Все, что вы говорите, все понятно. Непонятно только, что у меня не в порядке. Что, когда я соединяюсь с товарищами из Польши последнюю неделю, я не почувствовал никакого отторжения, ненависти, ничего от себя к ним. Ничего я не пытался затушевывать.

М. Лайтман: Продолжать объединение, пока свет не раскроет вам, что между вами есть различные поломки, и принять эти поломки с любовью. С любовью! Вообще, ты знаешь, и дома, да и всюду, если ты находишься вместе с близкими тебе товарищами, между вами есть различные вещи. Но вы это всё не заштукатуриваете, а вместе с этим чувствуете связь. Вы как в семье. (01:34:52)

Вопрос: Что значит прийти на конгресс с тяжестью в сердце? (01:35:02)

М. Лайтман: Я прихожу, чтобы наладить связь. И я хочу раскрыть все помехи для этой связи. И включить их вместе со всей связью. Я хочу научиться тому, что значит «связь по двум линиям», когда есть ненависть, когда есть любовь, отторжение, непонимание, различие языков, которые я не понимаю, разные вещи. Но мы не ведем себя, как в салонной беседе, нет такого, а мы понимаем цель, что мы должны быть соединенными, хотя мы приходим из разных линий. И там, в Нем будет радоваться наше сердце – в Творце, а до Творца – до Творца все находятся в ссорах настолько, что как ученики рабби Шимона. Это очень высокая ступень, когда хотят поубивать друг друга. Если бы каббалисты этого не писали, мне было бы сегодня очень трудно объяснить вам. Но это обязательно, обязательно приступить к этому, понять это. И поэтому, я пробуждаю вещи, которые не настоящие – настоящие. Что, их нет? Есть. А почему ты это все возбуждаешь? Потому, что я хочу построить настоящую любовь, которая строится над ненавистью и отторжением. И Творец так это сделал изначально: «Сотворил Я злое начало». (01:36:42)

Поэтому, когда мы приходим на конгресс, я смотрю на каждого: есть в нем и враг, и любящий. И я принимаю две эти формы – я принимаю их и тем, что я люблю, и тем, что я и ненавижу. И они тоже так. И мы строим систему, которая связана с двумя этими вещами. Это проблема, а иначе мы никогда не придем к состоянию «выше знания». Духовное находится в вещах, скрытых пока еще от нас. Такой подход строит из нас духовное кли. И поэтому, действительно, каждый должен быть связан с двумя этими аспектами, ничего не заштукатуривать, ничего не скрывать. Нет такого в природе, что что-то исчезает.

Иначе не будет. Будем говорить: «Когда же будет мир в мире? Как мы будем замечательно соединены со всеми странами, правительствами?». Это такой младенческий подход, что все должно быть красиво и замечательно. Никогда не будет. И мы видим, насколько они ведут себя, наоборот, но и войной – это тоже нехорошо. Когда же мир будет? Когда смогут соединить мир и войну в средней линии, только так. А этого никто не умеет. Поэтому написано: «И не будут больше учить один другого». Да, вот как война, как это у Йишаяу. Только таким вот образом. Это очень высокая ступень и настоящая, и духовная, а иначе, в плоскости этого мира, вы всегда будете, как маленькие дети, когда мы ничего плохого не открываем, или мы воюем, хотим убить друг друга. Надо соединить их оба – в этом наша учеба, это то, что мы должны принести миру и научить всех. Никто не будет знать, как это делать, и сопротивление, столкновение и ненависть будут расти все больше и больше в мире. И все будут просто в смятении, что делать нам с нашей природой. И только мы знаем решение. Они не могут даже понять это решение. Поэтому вы видите, как трудно войти в состояние, когда есть два мнения, две противоположные вещи, пока не появляется третья линия, которая и свяжет их вместе. (01:40:05)

Вопрос: Должны ли товарищи пробуждать между нами эти противоречия так же, как это делаете вы?

М. Лайтман: Если вы способны это делать, то только двумя руками. Не одной рукой, то есть дать возможность вырваться эгоизму. Когда я могу это сделать, это и называется «я пробуждаю зарю». Что делает этот старик? – он ищет недостатки. Зачем? – чтобы их исправлять. А зачем искать хисароны, если ты их исправляешь? – потому что за счет этого он растет: левая, правая, левая, правая. И так поднимается. Поэтому, если вы хотите искать хисароны, – пожалуйста, это очень достойно при условии, что вы заранее готовите правую линию. (01:41:00)

Ученик: Но как нам делать это? Допустим, в группе есть очень много всяких напряжений.

М. Лайтман: В первую очередь, союз, и знать, как его исполнять. Поручительство, и знать, как его исполнять. Все эти обязательства – это очень важно, чтобы это произошло. Это все «выше знания», то есть неважно, какое состояние, неважно, к какому состоянию мы приходим, потому что я не знаю, что я сейчас пробужу. Ты знаешь, может быть я там добавил, как в атомной бомбе: ты ещё один грамм добавил – всё, конец света. Что это такое, один грамм? Там же килограмм был, а ты ещё грамм добавил – взрыв. Поэтому мы должны быть защищены, быть готовыми и уметь, и знать, в направлении чего мы идем. (01:41:55)

Ученик: Я как бы говорю: «А для чего мне сейчас раскрывать с Гершен, если нам нормально, хорошо в десятке?» Для чего мне раскрывать, пробуждать все эти проблемы?

М. Лайтман: Внутри десятки? Нет-нет, подняться на следующую ступень. А как вы поднимаетесь с первой ступени на вторую? Ну как? За счет чего? Вы должны возбуждать эго (желание получать), будить его. И желательно, чтобы вы это делали, а не Творец, чтобы вы шли на двух ногах: левой и правой. «Я пробуждаю зарю».

Ученик: Что гарантирует, что мы сможем удержать, чтобы не было взрыва?

М. Лайтман: Нет, этому надо учиться. Надо учиться, как это делать, ну конечно. У нас должен быть такой урок после конгресса: «Как мы исполняем это движение по ступеням».

Ученик: Так как сейчас (может быть, вы можете нас научить), как нам сейчас пробуждать что-то? Что значит «пробуждать зарю» в правильном виде? (01:43:07)

М. Лайтман: В первую очередь, это не произойдет, а с другой стороны – произойдет. То есть вот этот сбой я уже заложил внутри. Да, будет у каждого. Это все для того, чтобы мы приготовили себя заранее к тому, что у меня есть любовь. Когда раскроются преступления – я их покрою. Как ты своих детей маленьких терпишь? Потому что у тебя есть заранее к ним любовь. И даже, если они что-то гнусное делают, у тебя выхода нет: ты все «глотаешь», все это покрываешь. Также и здесь. Зачем мне надо терпеть? Цель обязывает, она мне важнее всего. Так я терплю, но принимаю. И вот это страдание потом дает как раз эту сладость. (01:44:09)

Ученик: Но вы сказали, что мы не пробуждаем левую линию, прегрешения, а мы идем только к объединению. Что раскроется – раскроется. А сейчас вы начинаете…

М. Лайтман: Ты хочешь, чтобы мы вернулись туда? Есть новые вещи, которые раскрываются. Что вы все время тянете себя в прошлое?

Ученик: Потому что было запрещено. Вдруг ты должен пробуждать это… Только объединение.

М. Лайтман: С какой стати пробуждать зло?

Ученик: Да.

М. Лайтман: Правильно! Были молодые еще, маленькие, младенцы. Ну, так вот было. Я обычно смотрю по телевизору 45-й, по-моему, канал или 41-й. Что-то про космос, такие вот вещи. Ну скажем, пусть будет Дискавери. Так вот, рядом с этим есть детские каналы, мультики. Все замечательно, хорошо, в розовом цвете, зайчик какой-то там скачет. Ну так и что? Для каждого возраста, для каждой ступени развития есть собственные формы. Что ты хочешь? Это очень ярко так. (01:45:40)

Ученик: Еще, другой вопрос. Какая связь, как Вы сказали раньше, между двумя линиями и выше знания?

М. Лайтман: Когда соединены вместе, как от одного Источника. Когда я соединяю их, во мне нет никакой разницы между правой и левой. Нет между жизнью и смертью никакой разницы, потому что обе исходят от высшей силы. (01:46:19)

Вопрос: Еще вопрос по поводу связи между израильтянами и европейцами – можно? После того, как мы вернулись с конгресса в Молдове, я говорил с товарищем отсюда, из Израиля, из Петах Тиквы, который родился в Советском Союзе в свое время. И он сказал мне так: «Послушай! Мне, как человеку, который родился в Советском Союзе и сейчас живет в Израиле, и был в Молдове – мне тяжело с ними соединяться. Я чувствую в сердце те впечатления, старые воспоминания, когда я там жил, когда я там был евреем, как я жил там, с этими людьми. Мне сейчас тяжело с ними соединяться, с людьми из народов мира. Мне нужно подниматься над горой всяких этих ощущений, которые были у меня в прошлом. И я завидую вам, потому что ты родился в Израиле, у тебя нет всех этих прошлых впечатлений, и тебе легко соединяться с товарищами». (01:47:24)

Сейчас, на этой неделе, когда вы говорили о том, что со стороны европейцев по отношению к евреям есть ненависть внутри, я тоже это умом понимаю, но получается, что я один здесь такой «пристукнутый». У этих есть какое-то отношение, о котором вы рассказываете, и у этих есть, а у меня нет. Я родился в Израиле, у меня нет никакой ненависти к польской десятке, я не чувствую никакого расстояния от них, я чувствую внутреннюю близость. Так, что мне сейчас делать, когда у меня нет всех этих прошлых ощущений? Как мне понять? Что? Откуда я должен пониматься? (01:48:00)

М. Лайтман: А что ты можешь? Они на самом деле хотят соединиться с тобой и сердцем, и душой. Но вместе с этим у них есть еще один слой, еще одно желание, которое отталкивает их от тебя, то есть они не могут смотреть на тебя с любовью, с объединением, с объятием. Чем ты можешь им помочь? (01:48:28)

Ученик: Это то, что я должен искать?

М. Лайтман: Конечно! Потому что это, конечно же, есть в каждом. Это, конечно же, хорошо, если мы будем «пробуждать эту зарю», эту темноту, если мы будем думать об этом. И не то, что мы будем готовы к этому, а когда мы будем работать с этим. Нет, не будет готовых к этому, но работать с этим надо. Потому что это точно там есть. Я не жду этого от кого-то. Что придет «Десятка утреннего урока» (как там называется? А, они себя «Европой» называют). И что они чувствуют? Чего они не чувствуют? Я заранее должен видеть все недостатки, насколько я понимаю, которые заложены во всем человечестве. Все недостатки! И я вижу их, как вещь естественную, Творец это приготовил. Я это не отношу, там, к полякам, или к голландцам. Я отношу это к Творцу, Он мне эти вещи сделал. Ну, поднимитесь немного над материальным! И тогда − что мне надо делать со всеми этими состояниями? Мы производим тут исправление, настоящие исправление человеческой природы, мировой природы, я не знаю − природы всех миров. Я не знаю, что еще сказать. (01:50:11)

Вопрос: Вы вчера на утреннем уроке сказали, что без Творца нет раскрытия злого начала и, конечно же, нет покрытия злого начала, это понятно. Нужно привлечь свет, раскрыть внутри своего желания злое начало и потом покрыть его любовью. Самый простой, легкий и быстрый путь мы знаем: это молитва, поднять МАН.

М. Лайтман: Правильно.

Ученик: Но вы сказали недавно, что и молитва… что есть какой-то там ангел свыше, он ответственный за это, если даст силу, сможет человек молится, если нет, так нет. На утреннем уроке вы сказали это.

М. Лайтман: Видимо я сказал это. Что, есть ангел ответственный за молитву?

Ученик: Я просто слышал, что-то такое вы сказали.

М. Лайтман: Есть в группе еще какой-то тормоз?

Ученик: В группе нет молитвы. Большинство товарищей в группе, у меня такое ощущение, также и я − мы не можем молиться. В тот момент, когда ты начинаешь молиться Творцу за товарищей, желание получать тебя останавливает. Оно показывает тебе всякие состояния, картины.

М. Лайтман: Да, если нет хисарона, нет молитвы.

Ученик: А что остается тогда? Продолжать делать действие так, как мы делали до этого − утренний урок, распространение, все, что есть? Но есть проблемы: есть небольшая часть товарищей, которая понимает, что этот путь нужно продолжать, пока свет возвращающий к Источнику не начнет работать, даст силы молиться и войти в духовное. Но большая часть товарищей уже разочарованы, у них уже нет сил делать эти дела, нет у них вкуса, желание получать не получает наполнение от этого.

М. Лайтман: Что они делают?

Ученик: А ничего не делают. Приходят-уходят, приходят-уходят, там-сям, а так…

М. Лайтман: Ну и ладно. (01:52:20)

Ученик: Вопрос: до конгресса осталась неделя. Состояние в группе такое, что не было радости, которая была на первых конгрессах.

М. Лайтман: Ах, были в детском саду?

Ученик: И нет также состояния, когда есть мужчины, которые готовы к войне, что нужно выйти воевать.

М. Лайтман: Нет, против кого.

Ученик: Да, состояние такое, мертвое. Так я хочу задать вопрос, что делать? Продолжать то же самое, как есть: нет − нет… Надо что-то пробуждать! (01:52:55)

М. Лайтман: Воевать с самим состоянием. Это состояние (как вы сопротивляетесь) дается свыше.

Ученик: Мой вопрос, как пробудить товарища в группе? Что есть война, борьба?

М. Лайтман: Конечно, я об этом говорю. Как воевать с этим состоянием, пробуждать их, как ты можешь пробудить их. Вот это равнодушие, это и есть враг – другого ничего нет. Это самое худшее, что только может быть. Это враг, это ваш враг.

Ученик: Это понятно нескольким товарищам, как передать это всей группе? Большинству?

М. Лайтман: Как вытащить себя из равнодушия? 

Ученик: Да, всю группу.

М. Лайтман: Рабаш пишет об этом много – помогать друг другу, многие такие вещи. (01:53:43)

Ученик: Они слышат это, но когда приходит время действия…

М. Лайтман: Ну так, делать это по часам. Написано, скажем, с девяти до десяти мы поем − значит поем. Сидим так, с такими физиономиями, вот как этот столб, вот тут рядом со мной, и поем, поем, поем. Потом читаем, читаем, читаем. Но специально так. И не меняй ничего. Попробуйте выйти в различных… Но, вместе, вместе! Если вы будете делать такие действия вместе, ты увидишь, как в течение пяти минут всё загорится. Потому что вы получили сверху, при согласии между собой, что это нынешнее состояние приходит от Творца, и вы хотите преобразовать его в хорошее, духовное состояние. И вы делаете единственное действие, которое вы способны сделать – читать, петь, кушать вместе, неважно что, но что-то вместе. Мы не можем быть вместе, в одном сердце – сердце умерло, ну так, хотя бы тела. И если ты делаешь только это, но с намерением, в результате решения... (01:55:16)

В магазин идите вместе, я не знаю, купите там бутылку водки, какой-нибудь рыбки соленой, хлеб, лук, так РАБАШ говорил. Да, хлеб, лук и немножко масла. Режут лук, каждому по куску хлеба. Они пили бренди «Три семерки», и всё. Это называлась трапеза. Ты выпил полный стакан этого бренди, кусок хлеба, который ты мокнул так: тарелка стоит, а по середине много-много нарезанного лука, всё это в масле, не то, что там какое-то масло оливковое, а обычное. И тогда каждый берет свой кусок хлеба, так на лук кладет, переворачивает, то, что прилипло – прилипло... Сделайте так: стакан бренди и хлеб с луком, сидите вместе. И вы знаете, что вы делаете это, чтобы сломать это равнодушие и безразличие. И вы увидите. Если этого недостаточно − ещё стакан. (01:57:04)

Ученик: Я – за! Попробуем это сделать.

М. Лайтман: Они так делали, им было больше 70-ти уже. Когда я пришел к РАБАШу, ему было уже 73, что-то вроде этого. Они были мои ровесники, как я сейчас. И там были проблемы с сахаром, ну в смысле, диабет – неважно, что там было, они пили этот бренди, каждый – полный стакан. Я говорю тебе, надо делать механические действия для того, чтобы выйти на воздух, подняться в мир, подняться. Это вещь хорошая. Вы не понимаете вот это отчаяние – это тоже хорошо, и надо учиться тому, как мы умеем проходить эти состояния отчаяния. Это искусство: ты попадаешь в это отчаяние, и нужно знать, как ты его принимаешь? Надо голову склонить: я наклонил голову – это пройдет, я уверен, что пройдет. Насколько я могу – я включаюсь в это, насколько нет – так не включаюсь. Но еще до того, как меня отчаяние опустит, я сам приспускаю для того, чтобы потом управлять им. Это еще придет. То, что мозги не делают, время делает. (01:58:42)

Реплика: Я хочу добавить по поводу того, что просто сидят товарищи, говорят хорошо. Но, что сказал учитель? Каждый урок вы говорите, но мы не способны это сделать. Есть особая проблема, которую можно решить без проблем: если мы сядем все вместе в круг, и посмотрим, что говорят учителя, что говорит рав, какие советы дают, если мы это сделаем вместе, то нет проблем. Если это простое действие с водкой, селедкой… Но должно же быть внутреннее содержание. Для чего мы это делаем? Мы должны знать, совет учителя, для чего мы это делаем? И здесь мы убегаем, как будто нет учителя, нет книг, странно.

М. Лайтман: Это не странно. Вы должны в хорошее время приготовить, договориться, что вот это вы будете делать. Нет здесь такой группы, которая не могла бы обязать себя. Одного вы тянете, второго тянете и дальше так. (02:00:00)

Ученик: У нас есть какая-то небольшая осторожность, это называется, словно в посудной лавке, вдруг мы завтра придем на урок и увидим, что будет у нас тут взрыв такой.

М. Лайтман: А почему боитесь?

Ученик: Почему мы боимся? Наша группа и другие группы, есть проблемы также и в других группах. В Израиле недавно мне сказали: «Наверное, когда мы закончим с Европой, рав начнет концентрироваться на проблемах израильских групп, потому что там очень сильная стагнация в группах». Есть нехватка включения в это для того, чтобы настроить наши келим на простые вещи на пути. Каждое утро можно вытащить несколько предложений из содержания уроков, что является решением всех проблем, которые у нас есть, чтобы получить дополнение, для чего работать. И благословенно, чтобы так было. Нужно, наверное, много водки, чтобы это помогло. (01:01:10)

М. Лайтман: Но какая-то часть, все таки, как-то еще живые? Они молятся за других?

Ученик: Ну, относительно − да, находятся во внутренней связи. И кто я, чтобы измерял?

М. Лайтман: Просить у Творца, действительно обратиться к Творцу и требовать, просить, не знаю, по-всякому за этих товарищей, которые не могут проснуться, именно так. Вы знаете, что такое «воскрешение мертвых»? Это когда мы просим «воскресить мертвого», а не то, что это происходит свыше. Мы пробуждаем эту силу, которая называется «ангелом», и этим мы пробуждаем вот эти мертвые части, по-настоящему разбитые. Нет выбора, вы натыкаетесь сейчас на духовную работу и бросаете. Нет тут ничего, ничего тут не поможет, и никто эту работу не сделает, только вы. (02:02:20)

Ученик: Да, конечно. Группы могут помогать друг другу, мы открываем зум: но два-три человека говорят, а остальные молчат. Ты видишь 16 человек внутри, и никто не хочет говорить. То есть вообще невозможно понять, что происходит.

М. Лайтман: Я скажу, чего не хватает – несчастий.

Ученик: У нас есть проблема.

М. Лайтман: Нет у вас несчастий. Я постараюсь, я постараюсь.

Ученик: Есть у нас одно, я надеюсь, что поможет нам.

М. Лайтман: Дальше.

Вопрос: (Вопрос из Европы) Я хотел спросить по поводу встреч, когда мы с израильскими группами. Это включение − только для подготовки к конгрессу или наше объединение между десятками будет и потом, после конгресса, тоже? Нам понадобится это поручительство, это связь. Что с этой связью? Это временная связь?

М. Лайтман: Не знаю, я не могу тебе сказать это, потому что это не имеет отношения ко мне. Кто здесь ответственен за это? У нас есть такой товарищ, которого зовут Рои Акока и, кстати, он знает французский, он приехал сюда из Канады. Поговорите с ним, он отвечает за группы, десятки, за все эти вещи. Поговорите с ним и посмотрите, что делать. Вы хотите видеть эти соединения: встречи так или иначе, я не знаю, я не вхожу в это. Я и здесь не делил группу на десятки, я не знаю, кто к какой десятке относится – это не моя работа. Мне нельзя в это вмешиваться, запрещено мне. Поговорите с ним и спросите его. (02:05:04)

Вопрос: Вопрос по изменению курса в левую сторону. Это, конечно, несколько неожиданно, но звучит очень интригующе. Такое ощущение, что мы как будто к этому готовы. И здесь вопрос в том, что наверняка это будет сулить массу сюрпризов, и хочется, может быть, дополнительно как-то укрепиться на берегу. Есть ли специфика какая-то? Знаете, есть поговорка: «Что для русского хорошо, для немца - смерть». То есть, если израильтянин, допустим, пьет два стакана водки – это нормально, то у нас могут быть небольшие нюансы с этим делом. Для всех ли релевантен этот вот курс влево, есть ли какая-то специфика есть по группам, по континентам? Или все шагаем, а там уже по ходу разберемся? (02:05:55)

М. Лайтман: В каждом из нас в его жизни был такой момент, когда мы почувствовали, что мы выходим из состояния детства и входим во взрослую жизнь. В детстве у нас была одна линия. Когда мы взрослеем, мы (так же, как и весь взрослый мир) как бы соединяемся с двумя линиями: добро и зло, зло и добро. И я должен между ними как-то правильно устроиться, найти свое место. Это уже не так как среди детей. (02:06:50)

То же самое сейчас чувствуем мы и в нашем духовном подходе: раньше у нас была как бы одна линия, все время радость, всё прекрасно, объятия, нет ничего плохого, только хорошее, а начинает появляться зло − сразу же покроем любовью, и только любовь, только хорошо. Сейчас нет − не только покрываем зло, как будто его не существует, а сейчас мы изучаем, как мы, наоборот, раскрываем зло, как мы сохраняем зло, как мы уравновешиваем зло добром. Потому что, если исчезнет зло, то исчезнет добро.

На что это похоже? Когда мы по-настоящему идем в духовном, там мы раскроем два этапа. Первый – это отдача ради отдачи, а второй – это получение ради отдачи. «Отдача ради отдачи» – это только я покрываю зло, а «получать ради отдачи» − я, наоборот, пробуждаю зло и работаю с ним ради отдачи. (02:08:11)

Так еще раз я говорю, есть два вида работы. Есть детство, ибур, еника, гальгальта вэ-эйнаим. Только стремимся к добру, только стремимся к отдаче, потому что это келим отдачи. Это называется «выполнять 248 заповедей», только «отдача ради отдачи». А потом мы переходим к Шаса, 365 заповедей «получать ради отдачи». Так в желании получать выражаются эти числовые значения. Мы потом поймем, что в этом работа. (02:08:55)

Когда мы уже заканчиваем в конце концов этот детский период взросления (когда было хорошо, когда я прихожу домой и спрашиваю: «Мама, где мои чистые вещи? Где мне еда, всё? Мама, дай мне всё») − а теперь мы закончили, уже нет мамы, нет ничего, ты уже самостоятельный. И вся проблема, что ты должен заботиться обо всех вещах, ты уже получил сейчас право быть самостоятельным, и это неприятно. Каждый, кто проходит это состояние переходного возраста детства к такой жизни, он чувствует что-то неприятное: нехорошо ему, эгоизм не хочет этого, это обязывает. Но мы изучаем, как нам именно с помощью того, что мы пробуждаем эгоизм, [перейти к] «я пробуждаю предрассветную тьму». Благодаря этому я поднимаюсь выше и начинаю управлять реальностью.

Что говорит Творец? Кто такой Творец? − тот, который создал желание получать. А мы кто? − а мы те, которые берем желание получать и начинаем управлять, управляем им. Мы управляем им, то есть мы этим поднимаемся на уровень Творца, становимся подобными Ему, учимся у Него. Что Он там создал? Как Он это создал в противоположной форме, чем я? Так мы берем это желание получать и учимся, как с помощью этого желания получать уподобиться Ему, Творцу.

Период, который мы сейчас начинаем изучать, − это уже период взросления, взрослого, взрослый период. Мало кто это может вынести, никто не хочет этого. Никто не хочет иметь обязанности. Когда мы растем (в нашем мире), мы получаем какую-то свободу, как взрослый, но работать и быть такими «вынужденными», делать вещи, которые мы не хотим, как взрослые – этого мы не хотим. Но у нас нет выбора, мы должны взрослеть. И я знаю это, поверьте мне. Мы должны просто немножко повзрослеть. И тут наконец уже приходит состояние, которое мы уже много раз изучали: «человек да поможет ближнему», что нам необходима группа, нам нужен пример, чтобы показывать друг другу зависть, страсть, почести – все эти вещи пробуждают. И здесь группа в особенности должна стараться хранить каждого и обязана заботиться о каждом. (02:12:16)

Вопрос: Неприятно, страшновато, но в то же время это действительно очень интригующе. Если мы будем вместе, как бы показывать друг другу эту готовность, то мы готовы, в принципе, с удовольствием шагнуть туда все вместе. Спасибо.

М. Лайтман: Прекрасно. Молодцы.

Вопрос: Я как раз хочу сказать, вы молодец, я снимаю шляпу. Вы сказали: «Нужно исправление, ты и я». А я думаю, как начать с чем-то? И если мы это будем делать, останутся два человека, так вы сказали, несколько лет – вы сказали. Я снимаю перед вами шляпу, у вас есть такое мужество. Вы не боитесь, что тут никого не останется? (02:13:09)

М. Лайтман: Не то, что это я такой умный или там герой, а это потому, что время требует и обязывает, только из-за этого. Я бы не открывал свой рот и вообще бы не думал об этом, ни о Европе, ни о таком конгрессе, ни пробуждать зло в вашей среде, внутри вас. Просто нет выбора, мы обязаны. Ну так останемся ты и я, ну и что? Так всё равно между нами, в наших глазах, никто ничто не стоит.

Ученик: Я думаю (может, действительно, это жизненный опыт), но нам не хватает этапа, как сначала обеспечить уверенность. То есть, чтобы десятка знала, что идут сейчас на войну?

М. Лайтман: Что нужно сделать? Уверенность… Каждая группа обязана соединиться два раза: утром и вечером, 10 минут утром, 10 минут вечером в обращении к Творцу.

Ученик: Ну хорошо, напомнить группе, что мы сейчас будем делать совершенно новую работу. Это практическая каббала. Практическая. Знайте, что сейчас мы идем в бой, так помните всегда, какой должен быть конечный результат, чего мы должны добиться. Тогда люди будут вспоминать об этом. Да, война, но, все таки, какова наша цель? Будем напоминать. Иначе все сейчас разойдутся, разбегутся – в этом наша проблема.

М. Лайтман: Останемся вместе. Ну, останемся вдвоем, нет выбора. Мы действительно должны пройти через это сито, этот фильтр. И когда ты проходишь через этот фильтр, тот, кто остается – остается, тот, кто нет – нет. Как пишет Бааль Сулам: «Многие упадут на пути». Все равно мы обязаны прийти. Путь фильтрует людей. Каждый достигает своей ступени и, может быть, потом, в следующей жизни, сможет продолжать. Смотрите, что происходит с группой Ашкелона? Ну, хорошо, так они в следующей жизни продолжат. Может быть, тоже так же будут сидеть, пока все это не накопится и даст им стремление, толчок все равно что-то сделать. Нельзя по-другому, нельзя. Нет методики, которая может здесь что-то другое сделать. (02:16:07)

Вопрос: Мне кажется, что вы оторваны от групп. Серьезно. Я уже тут подумываю, как мне отсюда уйти, но вы сейчас говорите, что мы должны раскрывать зло. Вот у вас есть любимый ученик в Петах-Тикве, такой здоровый парень, забыл его имя. Вот он готов раскрыть зло. Он занимается боксом, да? Вот он занимается боксом – он может раскрыть зло, а кто не занимается – не может. У нас нет механизма, который бы реально показывал, как мы должны работать со злом, как должна реагировать группа. Например, у меня конфликт продолжается два с половиной года. Последний конфликт был месяц тому назад. Я обратился в группу, обратился к координаторам, и это все вот так замазано и остается, как говорится, заштукатурено. Они сейчас опять пытаются собрать одного, другого. И вам задают вопросы ученики: как...

М. Лайтман: Это все такие вещи, которые ежедневно присутствуют в каждой группе. Не об этом речь идет. Ты сам должен знать, как ты должен подниматься над этим. Для тебя важно прийти к Творцу? Более важно или нет? Если да, то эти люди, которые сидят рядом с тобой, − это именно те люди, с которыми ты можешь прийти к этому состоянию. Если нет, то оставь тогда, иди домой. Иди домой вместе с твоей гордыней, если она не дает тебе согнуться перед ними. Так иди домой. Что ты сидишь тут и все время жалуешься? Это называется «глупец сидит сложа руки и ест себя». Также и Рабаш говорил. Поймите, у вас нет выбора. Нет у вас выбора. Если у тебя есть выбор – убегай. Иди, наслаждайся жизнью. А если ты видишь, что нет выбора со всеми твоими расчетами, тогда выполни работу, и нечего плакаться. И не говори, что другие виноваты. Они не виноваты, другие. Ты слышишь меня или нет? Они не виноваты, твои товарищи, никто из них. Потому что кроме тебя есть только Творец. Так прими это так, как есть, и пригнись по отношению к этому, пригни свою голову. (02:19:05)

Ученик: У меня нет претензий. Вы меня неправильно поняли. У меня нет претензий к этим товарищам, у меня нет претензий вообще ни к кому. У меня есть претензия к тому, что у нас нет методики, как группа работает в таких случаях. Я 10-11 лет с вами, я имею кучу примеров, когда из-за отсутствия этого метода (как мы должны работать реально, какого-то духовно, реально технически задействованного метода) люди уходили, и не один – по четыре человека сразу уходило из группы. Мы столько прилагаем усилий для того, чтобы собрать этих товарищей через кампусы, через что-то. И в то же время мы, группа, не реагирует на эти вещи. У меня нет претензий ни к кому. Я сегодня имел претензии и к товарищу, потом к себе (как вы говорите), потом имел претензии к группе, потом имел претензии к вам, потом к Творцу. И сегодня опять я имею претензии к себе. Но тем не менее, что я читаю в «Принципах работы в группе», там расписано что-то иначе, чем мы говорим сейчас. Мы не реагируем на эти вещи. У нас нет механизма, как это делать. Это проходят месяцы. Проходит конфликт, проходят месяцы, годы и это…

М. Лайтман: «Каждый судит в меру своего изъяна». Ты судишь Творца, который тебе это дал, и так ты заканчиваешь свою жизнь. Не поможет тебе, это тебе не поможет! Ты можешь продолжать говорить еще долго, еще 11 лет так будешь говорить – это не поможет. Есть перед тобой написанное РАБАШем, труды РАБАШа и Бааль Сулама. Если ты сможешь выполнять это − ты придешь, если не сможешь выполнять − так не придешь. Кроме этого, 11 лет − это еще не конец пути. Что такое, в общем-то, 11 лет? Человек в 11 лет еще ребенок. Что ты уже так волнуешься? Ты хочешь, чтобы твой эгоизм получил всё бесплатно? Не получится, ты должен подготовить кли. Где твое кли? Творец готов тебе налить, но куда наливать? Что ты подготовил, кроме твоих претензий? (02:21:34)

Вопрос: Вы говорили о встречах между Петах Тиквой и Европейскими группами, что всё слишком хорошо. Со стороны нашей группы мы ощущаем – когда встречаемся с 19-ой десяткой Петах Тиквы − что они как будто нас на руках носят, как маленьких детей. Они почти пытаются нам всё готовое дать. А у нас пробуждается желание взять всё, не зарабатывая. Вопрос в том, можем ли мы отдаться им в руки, как пациент отдается врачу? Вы сказали, что он должен искать именно то свойство, которое сопротивляется объединению с евреями. Можем ли мы отдаться вам, евреям, как пациент отдается врачу, чтобы вы над нами поработали, чтобы вы в нас раскрыли именно то свойство, которое должно сыграть окончательную роль в нашем объединении? (02:23:15)

М. Лайтман: Представь себе, что есть муж и жена, и у них есть маленький ребенок. И муж, и жена эти очень любят этого ребенка. Но между ними есть постоянные споры. Что они должны сделать для того, чтобы соединить связь между ними ради ребенка? Ребенок все время является тем источником, который держит их вместе, благодаря ему, они дополняют друг друга, несмотря на то, что они ненавидят друг друга. Ребенок держит семью, он сближает родителей, чтобы каждый смог подняться над собой, чтобы быть в хорошем отношении к другому, чтобы создать такое место для ребенка, чтобы он мог расти в хорошей семье. Может быть, из этого мы получим пример, как мы должны вести себя. Как Творец дал творению цель жизни – мне важно! Так я иду и соединяюсь с товарищем, несмотря на то, что между нами есть все время какая-то ругань, какие-то конфликты. Или, наоборот, равнодушие − это самое худшее, потому что над равнодушием очень тяжело построить что-то. Это, как болото: что бы ты не делал, всё тонет в этом болоте, и всё. Но когда конфликты, споры – это хорошо. Творец создал всех разными, разбил нас, и всё. Споры, конфликты – это раскрытие того, что Он создал, как написано: «Создал Я злое начало». В равнодушии нет раскрытия зла, и это самое плохое. Ты находишься, как в таком безвоздушном пространстве. (02:25:30)

Вопрос: Можно передать сообщение из группы Америки?

М. Лайтман: Да, я чувствую что там, именно там есть некоторое пробуждение.

Ученик: Я хочу передать послание нашим товарищам из Соединенных Штатов от одной из команд «Арвут» и представителей групп, которые там. У нас будет 11 зеркальных конгрессов – по всем Соединенным Штатам. Хотим пригласить всех товарищей, которые только могут приехать на любой из этих зеркальных конгрессов. Каждый из них доступен с точки зрения расстояния, просто на машине можно приехать. Я сейчас просто покажу, что это за места. Это с севера на юг, с запада на восток, любой может найти это место. Вот адрес, пожалуйста, куда писать. Пожалуйста, товарищи! Каждый, кто думал, что ему некуда приехать, напишите по этому адресу, вам помогут связаться. Не оставайтесь дома, один. Не смотрите это виртуально, приезжайте, посмотрите, что такое быть на уроке вместе, на трапезе вместе, обняться с товарищем. Используйте эту возможность! Мы очень просим! Давайте сделаем это конгресс вместе!

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/pQRevXhy?language=ru