Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 17 июля 2024 года
Часть 2: Урок на тему «Десятка как окружение для духовного развития каждого»
Чтец: У нас урок на тему «Десятка как среда для духовного развития». Мы продолжаем читать отрывки из первоисточника, второй отрывок из книги «Маор ва-Шемеш».
(00:18) 2. Главное в собрании – чтобы все были в единстве и просили вместе только одного – найти Творца, потому что в любых десяти присутствует Шхина. И, конечно же, если есть больше десяти, то есть большее раскрытие Шхины. И пусть каждый объединится с товарищем и придёт к нему, чтобы услышать от него что-нибудь по поводу работы Творца, и как найти Творца, и аннулирует себя перед товарищем, а товарищ себя перед ним, и все сделают так же. И, так или иначе, когда собрание проводится с этим намерением, как бы то ни было, ещё больше, чем теленок хочет есть, корова хочет его накормить. В любом случае Творец приближает Себя к ним и пребывает с ними, и великое милосердие и благая милость, явная для всех, нисходит на собрание Исраэля. [Маор ва-Шемеш. Глава Ваехи]
М. Лайтман: Есть вопросы?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:06) Тут как бы есть разница между собранием десятки… Десятка – это некое понятие, это не число. Верно?
М. Лайтман: Я не знаю, куда ты хочешь продолжать.
Ученик: Он говорит, что собираются десять человек, и тогда все лучше и лучше…
М. Лайтман: Допустим.
Ученик: Потому что обычно у нас порядок: десятка – это десять и не больше. Так что он хочет? В чем разница, я не очень понимаю.
М. Лайтман: Если мы говорим об объединении, то чем больше есть людей в этом объединении, они должны каждый отменить себя перед другими, и тогда, очевидно, чем будет больше людей, объединение будет сильнее.
Ученик: Это то, что Вы объясняли нам раньше разницу между работой в твоей десятке и общей десяткой (или общей группой), которая работает на ту же цель?
М. Лайтман: Да.
Чтец: (03:31) 3-й отрывок. Говорит РАБАШ.
3. Он должен раскрывать любовь, которая есть в его сердце, своим товарищам, потому что этим раскрытием он приводит к пробуждению сердца товарища по отношению к [другим] товарищам, чтобы и товарищи почувствовали, что каждый занят любовью к товарищам. И выигрыш от этого в том, что таким образом он получает большую силу, чтобы действовать в любви к товарищам с большей настойчивостью и интенсивностью, потому что сила любви каждого включается в товарища. [РАБАШ. Статья 2 (1984). По поводу любви к товарищам]
М. Лайтман: Есть у нас вопрос. Пожалуйста.
Вопрос (Турция-3): (04:37) Может ли член десятки при большом спросе довести свою десятку до уровня единства, о котором говорит Бааль Сулам, чтобы сформировать коллективный дух? Каким внутренним образом должен он обратиться, этот член десятки к Творцу, чтобы он мог принять участие в инициативе построения этой коллективной души?
М. Лайтман: Понятно. Это серьезная работа. То есть, если в группе существует такой человек, который может поднять желание всей группы к Творцу, желание, чтобы Творец соединил в себе все желания всех членов группы, то такой человек, он действительно собирает желания всех, поднимает их к Творцу и делает всю эту работу.
Чтец: (06:25) 4-й отрывок. «Маор ва-Шемеш».
4. Необходимо, чтобы он представлял себе, что товарищ работает ради Творца намного больше него, [...] «и зависть мудрецов умножает мудрость», и будет укрепляться благодаря этому в работе Творца все больше и больше. И так «каждый будет завидовать хупе товарища», что означает воодушевление – благодаря тому, что он увидит, что хупа товарища больше, чем у него, загорится в нем огонь, и больше воспылает его душа к работе Творца, и он достигнет больших постижений Творца. [Маор ва-Шемеш. Глава Итро]
М. Лайтман: Понятно. Еще раз.
Чтец: Повторное чтение первоисточника (07:28)
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (08:29) Что значит представлять, что товарищ работает на Творца больше? То есть мы обычно то, что видим, судья видит то, что видят его глаза. А что значит представлять?
М. Лайтман: Представлять – это значит представлять. А почему ты говоришь по-русски? Что? Что, ты не умеешь на иврите?
Ученик: Не, я могу, но очень плохо. Я даже боюсь.
М. Лайтман: Нет-нет, надо переходить. Переходить.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (09:18) Мы в десятке делаем действия по совпадению по свойствам. Мы вместе хотим прийти к совпадению по свойствам, со свойством Творца.
М. Лайтман: Да. Интересно, и как вы это делаете?
Ученик: Об этом и вопрос.
М. Лайтман: Ты спрашиваешь меня, а вы же это делаете.
Ученик: Да, я чувствую, что это внутреннее действие. Есть у меня такое стремление, что мы хотим все время выяснить это совпадение по свойствам.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Что такое единство? Что это за действие единства?
М. Лайтман: Единство – это когда мы объединяемся и становимся как один.
Ученик: Я сейчас хочу объединиться с товарищем, с группой товарищей, неважно. Это что-то, что я представляю, и тогда это происходит?
М. Лайтман: Нет, это ты уже говоришь о порядке действий.
Ученик: А что за внутреннее действие, о котором я думаю, что это можно назвать единством? С одной стороны, это действие, которое мы должны делать. С другой стороны, если мы этого не сделаем, то это не произойдет. Поэтому непонятно, что я должен делать и что он должен делать.
М. Лайтман: Вместе молиться. Прежде всего, о том, что вы хотите прийти к единству, чтобы быть более подобными Творцу.
Ученик: Достаточно, что я думаю об этом?
М. Лайтман: Нет-нет-нет, недостаточно.
Ученик: Да, но как бы тогда я привожу в действие молитву, желание по отношению к Творцу.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Мы не знаем, что это, но мы вместе приводим в действие это желание.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Теперь, какова разница между единством и объединением?
М. Лайтман: Единство содержит в себе объединение.
Ученик: Как действие, в чем разница?
М. Лайтман: Действие объединения должно достичь такого состояния, которое приводит к единству.
Ученик: Когда мы в единстве, какова наша форма? Как представить себе это?
М. Лайтман: Вы как один, как одно целое.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (11:51) Что значит, что в десятке есть товарищи, которые говорят, что не завидуют? Нет в них этой зависти. Есть работа какая-то снаружи, внешняя, но тут как бы...
М. Лайтман: Нужно подавать примеры, что продвижение зависит от зависти. Зависть, страсть и честолюбие выводят человека из мира.
Ученик: Да, в разуме они знают, но практически ощущение – ну, знают всех, сидят уже годами со всеми, знакомы с каждым, где он, что он. Как бы смотрят со стороны и говорят: ну, я не завидую. Можно ли завидовать чему-то маленькому, а оттуда перейти к большому?
М. Лайтман: Не знаю, маленькие или большие, но каждый должен завидовать другим в том, что они больше него, больше понимают, больше чувствуют, больше помнят. Короче говоря, продвигаются.
Ученик: Но если у товарища этого нет, что ему сказать себе? Работай над собой?
М. Лайтман: Да. У каждого есть желание получать, над которым можно работать и привести его к тому, что он будет завидовать всем.
Ученик: Это работа самого товарища или работа наша над ним?
М. Лайтман: Его работа, но другие должны в этом ему помогать.
Ученик: Мы можем поговорить о другом товарище, так возвеличить его?
М. Лайтман: Да, ты прав.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (13:44) Только продолжить это. Иногда мы говорим, что у каждого есть своя индивидуальная точка, особенная, и в совместной работе она становится еще более ярко выраженной, у каждого товарища есть свои склонности, свои свойства, как он выражает себя на пути. И это пробуждает воодушевление, впечатление. Но товарищи говорят, что не обязательно зависть, потому что, ну, так Творец сотворил его, с такими свойствами, такими особенностями, возможностями, способностями. Как пробудить зависть? Не воодушевление, не впечатление.
М. Лайтман: С помощью объединения и взаимовключения можно пробудить зависть.
Ученик: Я еще вспомнил. Когда я слышу, как товарищи говорят, что нет смысла желать дочери царя. То есть, может быть, есть ощущение какого-то величия кого-то, но это так далеко, что нет смысла этому завидовать. Что делать с таким ощущением?
М. Лайтман: Что нет зависти?
Ученик: Нет, что это настолько далеко от достижения, что я говорю: ну, ладно.
М. Лайтман: Заранее отказываешься от этого.
Ученик: Да.
М. Лайтман: Нужно давать примеры того, что другие могут находиться в зависти к этому. Потому что только с помощью зависти мы можем продвигаться.
Ученик: Можно ли спросить? Рав завидует?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Чему? Чему высший может завидовать?
М. Лайтман: Я не высший, если ты говоришь обо мне.
Ученик: По отношению к нам да.
М. Лайтман: Ну и что? Что, я должен уподобляться вам?
Ученик: Нет, я спрашиваю, чему Вы завидуете?
М. Лайтман: У меня есть другие примеры.
Ученик: Не мы?
М. Лайтман: Нет.
Ученик: А мы можем завидовать Раву?
М. Лайтман: Если вы можете, если вы видите, если вы можете хотеть.
Ученик: Но есть вещи, которые мы видим в Вас. Но тогда возникает вопрос, завидую ли я чему-то духовному или чему-то материальному, что я вижу? Я приведу пример. Вы всё время говорите, что Вы нетерпеливы, мы видим это на встречах. Но во всем, что касается духовного, ваших учеников, терпение, которое даже невозможно понять, откуда приходит такое терпение. Можно завидовать этому терпению?
М. Лайтман: Да.
Ученик: То есть это хорошая идея, искать что-то, к чему я могу прилепиться и просить, желать?
М. Лайтман: Ты не найдешь много таких вещей, но в общем, да. Ищи.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (16:49) Мы учили, что есть закон абсолютной любви.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Если ты это выражаешь по отношению к кому-то другому, то человек охлаждается. То есть мы видим, что Творец скрыт, и по отношению к детям он дает пример, что мы должны ограничивать нашу любовь, иначе они нас возненавидят. Вопрос: в десятке, я должен ограничивать себя так же в любви? Чтобы товарищ не охладел, и все-таки соблюдал, проявлял какой-то трепет. Или в десятке это не нужно?
М. Лайтман: Я не понял.
Ученик: Есть закон: когда есть абсолютная любовь, то вторая сторона охлаждается. Вопрос: в десятке это тоже происходит? Я должен себя ограничивать?
М. Лайтман: Может быть. Да.
Ученик: То есть, если я слишком сильную любовь проявляю по отношению к товарищу, то это охлаждает?
М. Лайтман: Да, ты этим опускаешь его на более низкую ступень.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (18:01) Я бы хотел продолжить вопрос товарища. Если мы говорим, что работает закон абсолютной любви, и он охлаждает человека. Например, по отношению к Петах-Тикве, если человек знает, что, неважно, приходит к нам ежедневно или раз в месяц, то реакция та же самая: как хорошо, ты великий, мы тебя любим. Это разве не охлаждает людей?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Как выяснить правильное отношение к сегодняшнему состоянию? Может быть, правильным должно быть что-то иное? Может быть, через полгода будет что-то иное правильным, но как выяснить то, что Вы говорите, что вы должны решить? Что мы должны решать? Что Вы имеете в виду?
М. Лайтман: Сейчас еще рано об этом говорить. Но, в принципе, вы должны решить, кто остается в группе, и кого вы выгоняете, потому что они не соблюдают порядок.
Ученик: Мы выделяем место, но они по статусу не находятся в группе?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (19:22) Я бы хотел продолжить выяснение по поводу зависти и пробуждения в десятке. Если десятка уже много лет вместе, то она чувствует себя как обычная семья. Привыкли уже, и завидовать тяжело, и уже чувствуют эти связи, и тяжело их обновить.
Я нахожусь в группе подготовки к уроку, и у нас когда-то было так, что мы работали с другой десяткой Петах-Тиквы. Группы Петах-Тиквы готовили субботу. И через какое-то время мы решили, что двум десяткам это тяжело: есть проблемы, как им соединиться, в течение недели к чему-то прийти. А я чувствовал, что это как раз усиливает, десятка относительно другой десятки. Если мы объединяемся с другой десяткой, чтобы сделать что-то вместе, мы смотрим, это пробуждает нас. Мы чувствовали, что мы должны по отношению к ним выглядеть лучше и учиться на другой десятке, какой у них порядок. Верно, что это тяжело, было тяжело, и каждый раз будет тяжелее. Но была какая-то зависть и ощущение совместной работы. Я не знаю, верно ли. Может быть, в мировом кли есть десятки, которые работают вместе.
У нас в десятке был пример, когда мы много лет работали со второй десяткой Италии – это давало большую силу товарищам. Но когда мы прекратили это делать, то почувствовали, что чего-то не хватает, что-то исчезло. Вопрос: мы все-таки должны каким-то образом приходить, как десятка к десятке, и завидовать, работать и учиться друг у друга? Или это пока что рано?
М. Лайтман: Ничего не рано, но все-таки нужно, чтобы рядом с этим был кто-то, кто мог контролировать.
Ученик: Так да стоит или не стоит? Например, сейчас Петах-Тиква, подготовку проводит одна десятка, там все знают друг друга, быстро приходят к какому-то решению, и все течет.
М. Лайтман: Нет, они должны всегда сообщать, прежде чем они объявляют это, сообщать кому-то, скажем, другой десятке, которая в эту неделю контролирует.
Ученик: Присоединить еще десятку?
М. Лайтман: Нет, нет, это ничего не дает.
Ладно, друзья, нам понятно, что продвигаться – это непросто. Что дальше?
Чтец: (22:20) 5-й отрывок.
5. Каждый должен стараться привносить в группу дух жизни, полный надежд, и вкладывать энергию в группу, чтобы каждый товарищ мог сказать себе: сейчас я открываю новую страницу в работе. То есть, до того, как он пришел в группу, он был разочарован своим продвижением в духовной работе. Тогда как сейчас товарищи вдохнули в него дух жизни, полный надежды, и он приобрел с помощью группы уверенность и силу преодоления. Ведь сейчас он чувствует, что способен достичь совершенства. И все его мысли о том, что перед ним стоит огромная гора, которую он не в силах преодолеть, и что эти помехи по-настоящему сильны, сейчас ощущаются им просто ничтожными и не существующими. И всё это он получил от силы группы, благодаря тому, что каждый стремился внести дух поощрения и поддерживать атмосферу обновления в группе. [РАБАШ. Статья 30 (1988). Чего требовать от собрания товарищей]
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (23:52) По поводу абсолютной любви и ограничений, которые Вы сейчас вспоминали. Как раскрыть сердце и отдать его полностью, не ограничивая себя, чтобы не опускать товарища на более низкий уровень, как Вы сказали?
М. Лайтман: Как может быть, если я открываю свое сердце принять товарища, то я опускаю его?
Ученик: Нет, мы говорили о том, что товарищ проявляет абсолютную любовь.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Мы этим опускаем товарища?
М. Лайтман: Почему?
Ученик: Потому что если это только любовь, то где здесь работа?
М. Лайтман: Но это то, что я чувствую от товарища, что он находится в абсолютной любви.
Ученик: Верно. Так почему это опускает его на более низкий уровень?
М. Лайтман: Я не знаю.
Ученик: Что это за ограничения тогда?
М. Лайтман: Где написано: ограничения?
Ученик: Мы сейчас говорили о том, что когда человек проявляет абсолютную любовь, только абсолютную любовь, то это опускает товарища. Как суметь правильным образом проявить абсолютную любовь?
М. Лайтман: Будем учиться. Но отсюда нельзя изучать эти вещи, несколько этих вещей. Мы говорим о четвертом отрывке?
Чтец: Я сейчас прочитал пятый.
М. Лайтман: Пятый. Ладно, подумаем потом.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (25:52) Мне кажется, что товарищ имел в виду, то, что другой товарищ спросил Вас об абсолютной любви в десятке. Если есть товарищ, который относится к другому товарищу с безусловной любовью, постоянно дает ему любовь, любовь, любовь, то это как бы опускает второго товарища, к которому он так относится. Так Вы сказали. Верно? Что имелось в виду?
М. Лайтман: Это и имелось в виду.
Ученик: Почему это может опустить его?
М. Лайтман: Даже не опустить его, а привести его к ненависти.
Ученик: Почему?
М. Лайтман: Потому что он проявляет такую любовь, которая не зависит ни от чего.
Ученик: Почему это вызывает в товарище ощущение ненависти? Почему не зависть?
М. Лайтман: Потому что он не чувствует границ. Что бы он ни делал. Это мы видим между родителями и детьми. Когда родители открывают сердце, все, что у них есть готовы дать ребенку, ребенок сходит с ума.
Ученик: Это между родителями и детьми, но скажем, между товарищами. Если я вижу, что товарищ все время относится ко мне с любовью. Я думаю, что он в Конце Исправления. Для меня это такой очень высокий эталон. Это как раз хорошо.
М. Лайтман: Но ты не можешь принять, получить от него никакую реакцию. И поэтому ты как будто в воздухе находишься.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (27:29) Продолжение вопроса. Абсолютная любовь. Это не очень хорошо проявлять ее?
М. Лайтман: Верно.
Ученик: Расхолаживает. Но статья, которую мы сегодня читали, если мы не добавляем любви, не проявляем снаружи...
М. Лайтман: Это другое дело.
Ученик: Что это что-то иное? Что такое раскрытие любви снаружи, что не является абсолютной любовью?
М. Лайтман: В границах. При таких условиях вот так лучше, при других условиях это хуже. Но должны быть границы.
Ученик: Можно ли сказать, что это целенаправленные границы по отношению к товарищу, который передо мной?
М. Лайтман: Да. Относительно цели, да. О, о! Чего вдруг? Мы достигли...
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (28:29) На ту же самую тему, что товарищи спросили. По отношению к товарищам в десятке нужно все время быть в таком флирте, проявлять... Быть между трепетом и любовью. Я должен по отношению к товарищам проявлять как трепет, так и любовь?
М. Лайтман: Да.
Ученик: В той мере, в которой есть трепет, есть любовь? Одно поддерживает другое?
М. Лайтман: Поговорим завтра.
Объявление (29:01)
Набор: Команда синхронного набора