Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 11 февраля 2020 года.

Отчаяние от собственных усилий.

М. Лайтман: В рамках этих избранных отрывков на тему, о которой мы говорим, нам нужно понять, что сила зла и сила добра должны быть уравновешены, «одно против другого создал Творец», и так они должны существовать в человеке. Поэтому мы не предпочитаем силу добра, а добром называется отдача, и это не в соответствии с нашими ощущениями, а сила отдачи относительно силы получения, обе они должны быть равны, «одно против другого создал Творец». И поэтому тьма и свет, состояния падения и подъема, всё, что есть у нас, что мы можем разделить одно относительно другого, мы должны придать важность тому и другому в равной степени, отнестись к этим двум силам, как к силам творения, где мы должны знать, как работать с ними двумя, как навести между ними правильный порядок. Разумеется, отдачу мы хотим использовать над получающими келим. Но без получающих келим, как мы вообще можем отдавать? Нет такого, силы отдачи в нас нет, сила отдачи – это сам Творец. А у нас есть только сила получения, но мы можем использовать силу получения ради отдачи, как будто бы через получение мы можем отдавать.

И поэтому состояния, в которых мы не чувствуем подъем, объединение, отдачу, а наоборот, чувствуем, что нет сил, нет настроения – мы должны понять, что это потому, что сейчас в нас увеличивают нам желание получать, отрицательную силу, как бу отрицательную, над которой затем мы можем увеличить положительную силу. И не может быть одного без другого, они приходят поочередно, одно относительно другого, одно за другим. И поэтому нам нужно уважать силу получения, то есть нашу природу, так же, как и силу отдачи, и не пренебрегать ей.

Поэтому здесь есть, чему учиться, серьезно, и, я бы сказал, это учеба взрослого человека, когда мы не пренебрегаем злом – что это зло (когда я не постигаю, не понимаю) – а те периоды, когда я не понимаю, не постигаю, не нахожусь в таком возвышенном настроении, может быть даже не контролирую себя, и чувствую, что забываю слова и вообще не очень понимаю, где нахожусь – всё, что происходит с нами, это признаки новой ступени, в которой я еще не ориентируюсь. Поэтому не пренебрегать такими состояниями, не отчаиваться от таких состояний. Отчаяние от собственных сил должно быть не в падении, совсем нет. И ощущение падения – это добавка желания получать: Творец как бы добавляет, обновляет творение, и поэтому я в этом расту. (04:49)

В чём я расту по отношению к неживому-растительному-животному, и ко всем человеческим формам? Именно поскольку у меня есть большее эго, «каждый, кто больше своего товарища, его злое начало больше». Поэтому надо изменить наше отношение к неприятным состояниям, когда я нахожусь во тьме, в безысходности, в плохом настроении, не очень ориентируюсь, чувствую себя запутанным, что я вообще не знаю, что происходит со мной. Эти состояния очень важные. Поэтому не должно быть отчаяния в силах, наоборот, должна быть радость, что мне добавляют сил (сил получения, верно). Но без них я разве смогу расти? Прежде всего, ступень оценивают по силе желания получать в ней, насколько у тебя есть желание получать, а затем - согласно исправлениям. Но основа – в желании получать.

Если я получаю отягощение, большее желание получать, это признак того, что я смогу на него также получить экран, отраженный свет, построить парцуф, овладеть ступенью большей, чем сейчас. В то время, как когда я не чувствую отчаяния, падения, отягощения сердца, отягощения разума, мне нечего преодолевать, и дальше подниматься. Поэтому нам нужно отнестись ко всему, что мы проходим, целенаправленно. А затем: тьма – тьма, свет – свет, нет настроения – есть настроение, запутался – распутался, все состояния нам надо проходить, не предпочитая одно другому, для всего надо выделить место, всё исходит свыше, и так я расту.

И если я правильно отношусь к этим состояниям, то я строю сокращение, экран, отраженный свет, парцуф, и действие отдачи по отношению к Творцу. Но это я так – к слову хотел сказать. Вы тоже можете видеть по мне разные состояния, в особенности, когда иногда приходит ко мне такая запутанность, что не знаешь, где ты находишься, не только забываешь слова (у меня с этим вообще проблема – с языками) человек, он как в тумане. Но вместе с тем нужно стараться относиться к каждому состоянию, как исходящему от Творца и необходимому в пути, поэтому я отношусь ко злу также, как к добру и наоборот. Понятно? (08:52)

Вопрос: Скажем, есть товарищ, по которому ты видишь, что он находится в таком состоянии, и кроме этого объяснения (которое он наверное не примет, потому что находится в этом состоянии), что я еще могу сделать, как его товарищ? Товарищ получил такое отягощение сердца, или он сказал, что он в таком состоянии, а я сейчас хочу ему помочь, – что я делаю?

М. Лайтман: Дать ему вот этот файл отрывков из первоисточников.

Ученик: Но в таком состоянии тяжело ему принимать эти вещи, чтобы как-то изменять себя.

М. Лайтман: Ты мне рассказываешь?

Ученик: Так я чувствую, что такое состояние.

М. Лайтман: И я это чувствую, я тоже понимаю, поэтому и говорю. Что ты можешь ему сделать, – укол? В медицине делают просто − делают укол. Так это. Когда с человеком не о чем говорить − впрыскиваешь ему лекарство. Нечего делать. Нужно в какой-то форме добавить человеку сил в важности. И это можно сделать с помощью различных внешних факторов: группа, трапеза, маленькое такое собрание товарищей, может быть какая-то экскурсия, прогулка к морю, но главное, чтобы человек не убежал из этого. С одной стороны – он находится в состоянии отчаяния; с другой − он не убегает от состояния, он хочет просто сейчас смотреть на свое состояние правильным образом, уравновешенно. Но это возможно только с помощью окружения. Нечего делать. Не слышит. Не слышит! Это называется бессознательным состоянием, об этом тоже есть много статей, и что не делает разум – делает время в конечном счете. Что значит – время? Проходит длительное время, и мы должны внести его в группу, и чтобы он находился с нами, и в таком виде пройдет.

А бывают такие состояние, когда человек просто ничего не воспринимает. РАБАШ пел – он заходил в комнату, закрывал себя там, плясал и пел с каменным лицом – вот так вот, когда не было никакого впечатления ни от чего, никакого воодушевления. Состояния у тех, кто находится на духовных ступенях, намного хуже, чем те, что у нас, крайние состояния проходят по ним. В конечном счете, это то самое состояние раби Акивы, когда он пригибал голову и волны перекатывались через него, но в конце концов вынесли его на берег. Так это. Понятно? Ну, я вижу, что все понимают.

Главное – человеку заранее выставить для себя различную поддержку. Скажем в 10:00 утра у меня съемки с Нормой, в 11:00 съемки с Орэном, в 12:00 съемки еще с кем-то, я уже не помню с кем, затем приходит Муши с несколькими людьми обсуждать конгресс или что там, ну и так далее, и так далее. Есть новенькие, которые приходят с различными проблемами, посоветоваться. То есть человек всё время должен находиться в работе. И я стараюсь ничего не отменять. Тебе нужно всё время находиться в физической работе – съемки, всякие там собрания, заседания – внутри ты проходишь различные свои внутренние состояния. Но может быть ты чинишь какой-нибудь мотор и, кстати говоря, это намного лучше, чем сниматься, нет ничего лучше.

РАБАШ был сапожником, он писал мезузы, всякие такие виды работ. Тогда не было работы. Это были 40-е, 50-е, и даже 60-е годы в стране. Были очень такие тяжелые периоды, тяжелые времена. Это не то, что сейчас, когда ты сидишь в синагоге и получаешь за это деньги. Тогда все работали. И он говорил: «Когда я был сапожником, было так хорошо. Ты забиваешь эти гвоздики в кожу и вместе с тем всё проходит». А ему уже было 80, и он как бы скучал по тем временам. 

Это очень-очень нехорошо, если у человека нет занятий, нет работы. Пусть что-то начинает делать: что-то писать, что-то производить, только не сидеть сложа руки. Тогда время проходит намного более продуктивно. (16:18)

Чтец: Мы читаем избранные отрывки по теме «Разочарование, отчаяние в собственных силах», начиная с 16-го отрывка из статьи РАБАШа «Что такое «Тора» и что такое «закон Торы» в духовной работе».

16. В то время, когда человек хочет делать всё ради Творца, а не ради себя, тело противится изо всех сил, то есть тело возражает: почему ты хочешь уничтожить меня и всю ту власть, которая есть у меня. И ты приходишь ко мне (говоря), что нужно работать только ради Творца, а не ради себя, и это на самом деле отмена желания получать во всем. И ты говоришь мне, что мудрецы сказали: «Тора выполняется лишь теми, кто умерщвляет себя перед ней». То есть уничтожить всю власть собственной выгоды и заботиться только о благе Творца, и прежде этого человек не может удостоиться Торы. И человек видит, что не реально, чтобы была у него сила идти против этой природы. И тогда нет у человека иного совета, как обратиться к Творцу и сказать: сейчас я пришел к состоянию, когда вижу, что если Ты не поможешь мне, я погиб. И нет у него надежды, что когда-то будет у него сила преодолеть желание получать, являющееся его природой, но только Творец может дать иную природу. [РАБАШ. Статья 37 (1991) «Что такое «Тора» и что такое «закон Торы в духовной работе»] (19:37)

М. Лайтман: Факт, что нам нужно в каждый момент обращаться к Творцу с просьбой. И чем больше мы обращаемся (просто наполнить все мгновения), чем больше наши просьбы будут направлены, выстроены к единому Творцу, насколько мы представляем себе это свойство духовное, мы добьемся большего успеха. Это молитва собственно. Как нам постараться находиться в том, как написано «дай Бог, чтобы ты молился целый день»? Скажем, сегодня мы выходим в день после утреннего урока, как каждому из нас почувствовать, что его обязанность быть «шацем» – посланником общества, которому вся группа говорит: «Ты сегодня должен молиться за нас, мы в твои руки передаем свою судьбу»? Как нам так обязать каждого товарища? Это то, что разбивает все стены и между нами, и между нами и Творцом, − нет ничего кроме молитвы. Нужно может быть это организовать материально? Ну, что делать, чтобы действительно каждый почувствовал, что он обязан, что за ним стоят сотни или даже тысячи товарищей, как его маленькие дети, которые зависят от него?

Семинар (22:25-26:35)

М. Лайтман: Как я могу почувствовать, по-настоящему почувствовать ответственность, как боль в сердце, как заботу, которая всё время существует во мне, как я могу это сделать? В этом, собственно, вся сила нашего продвижения к цели. Как я могу почувствовать ответственность, что я обязан молиться за всех? Всё постигается только в молитве, а молитва должна быть только молитвой в обществе, молитвой за общество, по крайней мере за десятку или за всю душу Адама Ришон. Как мне почувствовать ответственность за это? В этом, собственно, вся моя роль, вся моя миссия, вся моя духовная работа, спасение моей души. Как мы можем помочь друг другу быть на взводе, чтобы каждый чувствовал внутреннее неспокойствие, что мы недостаточно об этом заботимся?

Семинар (27:55-29:39)

17. Главное в работе, что сверху не дают половины. Иначе, если бы человек вернулся наполовину, он получил бы и помощь сверху только на половину работы. Но поскольку сверху не дают половины, поэтому человек должен молиться Творцу, чтобы дал всю помощь. Означает, что во время молитвы человек наводит порядок в своем сердце, поскольку молитва – это работа в сердце. Человек должен решить сам, что он хочет, чтобы Творец дал ему желание отказаться от всего, то есть, чтобы не оставалось в его власти никакого желания, а все его желания были бы направлены на возвеличивание Творца. А когда решился в своем сердце на полную отмену, то просит Творца о помощи реализовать всё с уровня силы – в действие, силой. Это означает, что и на уровне силы мысли и желания он видит, что тело не согласно на это, чтобы он отказался от всех желаний ради Творца, и не ради себя. И тогда он должен молиться Творцу, чтобы помог ему, чтобы захотел отменить перед Ним все желания и не оставить себе никакого желания. И это называется совершенной молитвой. [РАБАШ. Письмо 65] (31:28)

М. Лайтман: Вопросы о том, что было раньше и сейчас. 

Вопрос: В этом отрывке, что мы сейчас прочитали, что значит, как написано: «Что принять такое решение – полностью себя отменить, – и тогда он получает помощь»?

М. Лайтман: Насколько он понимает, что должно быть. Но как без решения ты можешь сделать какое-то действие?

Ученик: Почему не вместе, когда ты решаешь – уже всё…

М. Лайтман: Что значит – вместе?

Ученик: Ну, я понял в уме, что я должен это сделать, и теперь я начинаю просить.

М. Лайтман: Мне не понятно это. А что – просить без мысли, без решения? 

Ученик: Решение – это не требование. То есть, когда я уже решил для себя, что нужно себя отменить, это разве не требование уже? (32:28) 

М. Лайтман: Я не знаю твою философию. Как может быть, что ты приходишь к Творцу с просьбой, если ты вначале ее не устанавливаешь, если ты ее не проверяешь, а кричишь, как ребенок? Но ты не кричишь, потому что у тебя нет инстинктивного крика к Творцу, у тебя есть крик только к маме, не знаю там к кому, к полиции, но к Творцу у тебя нет, у тебя нет связи с Ним. Поэтому нужно здесь построить порядок действий. И человек должен идти с глазами на своем затылке. Как мне установить просьбу к Творцу в форме разумной, изощренной чувственной, с помощью действий, которые приводят меня к правильной просьбе, чтобы я пришел к Нему, чтобы я обратился к Нему, чтобы я вступил в контакт с Ним? Это не смешно. У тебя есть возможность обратиться к кому-то важному человеку, – так как ты обращаешься, – просто так? Ну так он пройдет мимо тебя и не обратит на тебя внимания. Тебе нужно что-то, чтобы тебе было очень важно, чтобы Он почувствовал, что тебе это важно, потому что Он открыт для этого, как говорят нам каббалисты. (34:02)

А с другой стороны – ты должен знать, как коснуться Его, как вступить с Ним в контакт, как пробудить Его, как обратить на себя Его внимание, чтобы была связь, чтобы твоя просьба (как хисарон) и Его общий хисарон помогать всем подниматься, чтобы две эти просьбы дополнили друг друга? Иначе, что это будет? Вам нужно объединить свои хисронот «я – Возлюбленному, а Возлюбленный – мне», чтобы это было единым кли. Тебе нужно искать. Что ты просто так говоришь? Когда это у тебя получится, расскажешь мне. И мы увидим, сколько еще времени это займет.

Поэтому я говорю, что все эти вещи, после того, как человек пришел к отчаянию, он тогда понимает, что действительно, как пишет РАБАШ, что если он в группе правильно не устанавливает связь со всеми товарищами (со всеми вместе, как они вместе находятся и как он с ними, они в нем), – он не знает, к кому обращается. И он вначале обращается к товарищам. Он должен прийти с ними в объединение, вплоть до любви, и тогда он обращается к Творцу, потому что он понимает, что иначе Творец не поможет ему прийти к любви с товарищами. И тогда Творец помогает.

Представь себе − ты обращаешься к Нему не с чем-то, а только чтобы Он помог тебе отнестись к товарищам с любовью. И тогда ты, наверняка, готов к выходу из своего эго. Если ты обращаешься напрямую к Творцу, ты не выходишь из своего эго. С Ним я могу соединиться: я − Ему, Он − мне. Но если ты хочешь соединиться с товарищами, любить товарищей, и ты не можешь (это уже осознание зла настоящее), ты тогда обращаешься к Творцу, чтобы Он помог тебе в этом, ты не хочешь ничего, кроме этого: «Ты обязан помочь мне любить товарищей. Любить товарищей – это мне нужно». И тогда Он помогает, потому что тогда действительно твоя просьба является просьбой ради отдачи. Поэтому вначале любовь к творениям, а когда ты обрел это, в той мере, в которой ты это обрел, что ты любишь их (ну или не любишь, а как-то соединен с ними), в этой мере ты тоже можешь прийти к любви к Творцу. Не больше, чем это. Никогда не может быть больше, чтобы любовь к Творцу была больше, чем любовь к товарищам, потому что это кли. Любовь к товарищам – это кли. Ты действительно всех объединяешь и у тебя есть твоя душа. В то время, как любовь к Творцу – это уже действие ради отдачи из этого кли, это уже действие к свету. Да, Дуди. (37:55) 

Вопрос: Но, как это почувствовать? Ответственность – молиться всё время за товарищей, быть посланником общества (шацем) и всё время обращаться к Творцу, исходя из этого? 

М. Лайтман: Иначе я не выхожу из намерения ради получения. 

Ученик: Этого не достаточно… 

М. Лайтман: Творец специально разбил кли, чтобы была возможность, потому что в цельном кли ты бы находился в состоянии «хафэц хэсэд» и всё. Хафэц хэсэд не отдает, он − хафэц хэсэд: «У меня нет рубашки, мне ничего не нужно, делайте что хотите, а я сижу на этом дереве, мне хорошо». Поэтому только с помощью этого ты можешь выйти в намерение «ради отдачи», у тебя нет никакой иной возможности. Поэтому кли разбилось, у нас есть возможность связать все эти части и попросить Творца, чтобы Он установил нам связь. Так Он тогда нам нужен, но мы должны использовать Его – это называется «победили Меня Мои сыновья». Мы говорим: «Ты сделал это разбиение, мы понимаем, осознаем, благодарим Тебя за это разбиение, которое сейчас, именно сейчас мы можем объединиться и почувствовать глубину разбиения и, относительно него уровень любви объединения, и – сделай это – соедини нас». Тогда у Творца будет работа. Где написано об этом?

Ученик: Я спрашиваю на предварительном этапе, когда есть ощущение, потребность всё время молиться за товарищей, ещё до того, как ты действуешь по отношению к ним, – ты никогда не находишь сил молиться, всё время обращаться к Творцу. Быть только в этом?

М. Лайтман: Да, только в этом, только в этом, иначе это будет полностью ради получения.

Ученик: Как постоянно обращаться к товарищам, всё время молиться за них, не оставлять это? 

М. Лайтман: Тебе нужно находиться с ними в связи, и «человек, да поможет ближнему». Ни у кого нет в этом потребности, но, если мы включаемся вместе, каждый, все могут подействовать друг на друга, чтобы это стало необходимостью. (40:40)

Ученик: Как? Как в точности мне этого будет не хватать? У меня нет нехватки в этом.

М. Лайтман: Поговорите, что только в связи между собой вы формируете состояние, называемое любовью, и там раскрывают Высший мир, Творца, который его наполняет, и всё это в правильной связи между товарищами. У тебя нет иного места, иной возможности, ничего нет, только так. Понятно? Ладно, вперёд. (41:24)

Чтец: 18-й отрывок из статьи РАБАШа «Чем отличается врата слез от всех остальных ворот»

18. Когда человек уже знает, что он – грешник в смысле «грешники при жизни своей называются мертвыми», то есть он уже осознал, что находится под властью желания получать, и поэтому отделен от источника жизни, и потому он стучится сейчас и хочет вернуться, то есть он хочет, чтобы свыше ему оказали помощь, чтобы он стал способен выйти из эгоистической любви, и у него была бы возможность любить Творца «всем сердцем своим и так далее». Получается, что он чувствует, что он – грешник, ведь вместо того, чтобы любить Творца, он любит себя самого. Выходит, что тем, что он стучится [в ворота], как мы понимаем, он делает всё, что в его возможностях, чтобы Творец приблизил его и вытащил из-под власти его собственного зла. Это и называется истинными слезами. И это, как мы выяснили выше, смысл слов: «Раскрой нам врата в момент закрытия врат», – то есть, когда он видит, что все ворота закрыты, тогда он начинает стучать. Получается, что в момент закрытия врат, – то есть, когда он уже молился, и ему сообщили причину греха, – в этот момент он начинает проливать истинные слезы, то есть в это время он просто желает быть иудеем. Тогда то, что он стучится, считается слезами, и поэтому: «Раскрывающий врата стучащимся обратно». [РАБАШ, статья 3 (1989) «Чем отличаются врата слез от всех остальных ворот»] (43:20)

М. Лайтман: То есть нужно быть терпеливыми и понимать, что последний момент – это самый важный момент, и он вырастает из отчаяния в собственных силах и необходимости прийти всё-таки к цели. А слёзы (это уже над его силами, те чувства, которые он в разуме и в силах сформировать) – нет у него таких сил, и он видит, что своими силами он ничего не достигает, и все его действия не помогли ему, тогда есть такая добавка, которая называется «слёзы» и тогда прорывается у него отчаяние. Ну нет других слов, из этого уже заканчиваются молитвы Израиля, нет ничего, и тогда эта точка, когда человек к ней приходит, она сверх того, что он мог сделать. А мы сегодня остановились пока на ступени, далекой от этого, а просто – как ребенку, которому надоело во что-то играться, – он бросает и уходит. (45:40) Понятно?

Вопрос: Можно ли сказать, что мы останавливаемся, потому что нет еще состояния отчаяния?

М. Лайтман: Мы останавливаемся, потому что не ценим действия отдачи. «Отдавать кому-то другому, не мне? – я ничего не чувствую, ничего в ответ, я как бы в воздухе должен что-то делать, – я останавливаюсь, оставляю это. (46:19) Нью-Йорк.

Вопрос (Нью-Йорк): Я чувствую, что мы сегодня живем в таком времени, что в течение дня я думаю, занимаюсь намного большими вещами, чем люди, скажем, 100 лет назад. И я хочу понять, как можно действительно очистить свои мысли, сосредоточить их только на важной вещи, на главном, а не на всяких второстепенных вещах? Я не понимаю, как мы можем это вместе сделать?

М. Лайтман: Это придет. Занимайтесь всё больше и больше этим, и вы увидите, насколько ваш язык будет более конкретным, понятным, потому что у вас будет общий запас слов, он будет небольшим. Вообще сколько в науке каббала есть слов? Посмотри «Учение Десяти Сфирот», проверь и посмотри, сколько там слов всего, ну, может быть, 1000 слов найдёшь, не более. Так это. И это потому, что мы всё больше и больше находимся в ощущениях, в чувствах и мыслях общих, и поэтому мы всегда одно из другого можем осознать, получить, и тогда выяснять из тех же слов, более выяснять. Несмотря на то, что мы говорим о каких-то других вещах в другом мире; поди, попробуй объяснить человеку со стороны, – займёт у него 15 лет, пока он начнёт это чувствовать, а без того, чтобы он чувствовал, – не может ничего услышать. Что он может услышать из слов?! Так это. (48:32)

Ученик: Я помню, что 8 лет назад я слышал, как вы говорили, что это должно быть, как мать, которая думает о своем младенце. Но теперь у меня уже есть младенец, но вместе с тем я вижу, что мне не удается, я чувствую, что мы настолько далеки от ощущения, что это действительно самая важная вещь, и с такой легкостью нас выкидывает.

М. Лайтман: Но, хотя бы это ты уже знаешь, что так легко тебя выбрасывает, – это уже постижение. Это уже постижение! Вперёд. (49:13)

19. Когда человек приходит в состояние полной потерянности и не видит для себя никакого права на существование в [этом] мире, чтобы ему было за что держаться, и все уловки и советы у него уже закончились, и он видит, что после всех трудов и усилий, всё потеряно, – тут он должен укрепиться и сказать, что «всё, что потеряно, потеряно во благо». То есть [это] Творец привел его во все эти состояния «потерь», и что они – во благо, то есть что благодаря тому, что он пришел в состояние, ниже которого нет, у него возникнет возможность подняться вверх, как сказано: «Возвышен Творец, и низкий увидит». [РАБАШ, Статья 626 «Всё, что Творец делает, Он делает во благо»] (50:16)

М. Лайтман: Он не дает нам здесь совета – как я могу выйти из этого состояния. Посмотрите, этот отрывок − он делится на две части: когда человек приходит в состояние полной потерянности, то есть всё потеряно; потом тире и тут, в середине предложения «он должен укрепиться и сказать, что всё…». То, есть он не объясняет, как укрепиться, но понятно, что это наше состояние, которое мы проходим. И тогда здесь уже есть вопрос: как это сделать? Но поток этого действия, причинно-следственная связь − так это происходит, мы тут не видим, не изучаем как перевернуть это состояние. Но «велик Творец, а низкий увидит», то есть «низкий» – это первая часть предложения, а второе – это «возвышен, велик Творец», который делает это всё меж нами. Всё? Хорошо? Нет вопросов. Ну, прекрасно, спокойно. Дальше. (52:37)

20. Когда человек молится Творцу и говорит: «Ты обязан мне помочь, потому что я хуже всех, потому что я чувствую, что желание получать властвует в моем сердце, и поэтому нет ничего в святости, что может войти в мое сердце. И я не хочу никаких излишков, а просто, чтобы я мог сделать что-то ради небес. И у меня нет никакой возможности для этого. Поэтому только Ты можешь спасти меня». И этим можно объяснить написанное (Псалмы 34): «Близок Творец к сокрушенным сердцем». Объяснение. Эти люди просят Творца, чтобы помог им, чтобы их сердце не было разбитым, а чтобы стало целым. [РАБАШ, статья 2, «Вернись Исраэль к Творцу твоему»] (54:53)

М. Лайтман: Нет вопросов? Что за состояние? Вы не хотите задавать вопросов? Вы не заинтересованы? Есть какая-то пассивная такая итальянская забастовка?

Вопрос: Как прийти к истинному ощущению, что я хуже всех? Эго не хочет так думать. К такому ощущению, не знаю, может быть даже я могу это сделать. Я чувствую, что другие не делают. Тогда, как мне прийти к такому ощущению, что я хуже их? 

М. Лайтман: Ты пришел к чему-то?

Ученик: Нет. 

М. Лайтман: Так, чем ты гордишься? В чем ты думаешь, что ты лучше других?

Ученик: Так я об этом и спрашиваю. Как начинать ценить вещи, как воспринимать неважные вещи, как важные? Вы сказали, что чтобы прийти к молитве, я должен хотеть, чтобы Творец не помогал мне ни в чем ином, кроме любви к товарищам. 

М. Лайтман: Да.

Ученик: Чтобы прийти к такому состоянию. Дуди спрашивал. Есть условие, чтобы прийти к такому состоянию, когда я понимаю, что нажимаю на правильную точку и не прошу ни о чем другом. То есть я прошу только чисто духовное. (56:33)

М. Лайтман: Духовное – это любовь к товарищам. Не называй духовным что-то воздушное. 

Ученик: Да. Как сделать это вещью единственной, которая необходима мне? 

М. Лайтман: С помощью убеждения, с помощью Высшей силы, чтобы помогла тебе, когда ты просишь этого, и ничего более. Нужно изменить систему ценностей. Как я выхожу из себя в истинную реальность, которую я сейчас не вижу, не чувствую. Ведь то, что я сейчас вижу – это такой мир, который я так себе представляю. Как мне выйти из себя? 

Ученик: Я должен почувствовать по отношению к товарищам какую-то такую большую обязанность, стыд, зависть?

М. Лайтман: Нет. Нет у меня по отношению к ним ничего отрицательного и по отношению к себе я тоже не чувствую такого. Я начинаю буквально с нуля.

Ученик: Не получается. Я слышал эти три условия молитвы. Но как прийти к потребности, чтобы именно это было нужно тебе? (58:08) 

М. Лайтман: Больше думать об этом, всё больше и больше. Как ты можешь достичь истины? Мы сейчас находимся во лжи. Я большой эгоист и хочу познать, достичь: что действительно происходит, на самом деле; как мне раскрыть истинный мир. Я вижу, как всё человечество: насколько ошибаются; насколько в глупости находятся; занимаются какими-то просто нереальными сумасшедшими вещами, которые вообще… Это ничего не дает им, как рождаются, так и умирают. А я хочу знать истину, и истина прежде всего – это выйти из себя. Потому что каждый судит из своего изъяна, мы видим это в мире. Посмотри, что происходит?! Так, как же мне подняться выше своей природы, выше эгоизма своего, чтобы я мог хоть как-то постичь, что происходит? Иначе никто не знает, и я не знаю. Мне нужно подняться над собой – это то, что мне дают выполнить. Я обязан включиться в группу – это мое новое и единственное кли, которое может заменить мне мой эгоизм.

Поэтому у меня есть только две вещи: либо я нахожусь внутри себя, либо я нахожусь внутри группы − одно из двух. Теперь, если я нахожусь внутри себя, − понятно, я − животное, занимаюсь какими-то вещами необходимыми, я так решил и всё. Но если я внутри группы и нахожусь там для того, чтобы выйти из себя, так я начинаю сейчас смотреть: как я могу заменить свое «я» на группу, как будто бы я забочусь о них, и я их ценю. Везде, где только возможно, чтобы группа была надо мной, во всем надо мной, надо мной, надо мной. И так, после нескольких таких действия я начинаю понимать: что значит быть внутри группы, а не в себе. И так мы продвигаемся, и в соответствие с этим, ты вызываешь свет, возвращающий к Источнику, − все. Но без этих простых действий выйти из себя в группу − нет ничего. И здесь ты можешь просить Творца, чтобы помог тебе. Ясно? (01:01:13)

Вопрос: Я уже сделал то, что вы сказали: просил, хотел войти выше знания, делал то, что товарищи говорят, заполнял этим делом. Сделал всё это. Но всё еще не чувствую, не доволен, сержусь. Творец не дает мне, − что мне делать?

М. Лайтман: Оставляй.

Ученик: Не готов оставить. Не сдаюсь. 

М. Лайтман: Это как у Тома Сойера в книге Марка Твена. Ты читал эту книгу?

Ученик: Да.

М. Лайтман: Ну, отлично. Так ты начитанный. Он хотел ловить рыбу, просил у Творца, чтобы Он дал ему удочку. Творец ему не дал, так он из этого понял, что нет Творца. По-простому всё, да? Видишь? На месте сразу, просил − Творец не дал, не ответил – значит нет Творца. 

Ученик: Но ему не хватало намерения.

М. Лайтман: Но, так что же ты спрашиваешь о себе тогда? 

Ученик: Я хочу почувствовать это намерение.

М. Лайтман: Так проси. 

Ученик: Просил. 

М. Лайтман: Не отвечает, – оставь.

Ученик: Не готов оставить.

М. Лайтман: Так продолжай. 

Ученик: Сколько? 

М. Лайтман: Пока не получишь.

Ученик: А если у меня нет терпения ждать?

М. Лайтман: Подумай, как ты можешь обратиться к Нему, соблазнить так, чтобы Он тебя услышал. Ну, может быть Он тебя не любит, – что сделаешь? Хорошо, есть тут несколько вопросов. Я хочу ответить на вопросы групп, не на все вопросы. (01:03:26) 

Вопрос (Румыния): Вопрос: как я могу играть по отношению к товарищам?

М. Лайтман: «Есть глаза – да не видят они» − мне не важно, что они делают, не делают. Если я пришел к науке каббала, я нахожусь в группе, группа занимается по методике Бааль Сулама и РАБАШа, и они хотят это выполнить, хотя пока еще не способны на это, но есть у них цель прийти к этому – так я иду с ними с закрытыми глазами.   

Вопрос (Франция): Два вопроса, если можно. Если я чувствую отчаяние от невозможности соединиться с помощью своих усилий, могу ли я выразить это в десятке на наших встречах в зуме или на собрании товарищей, на конгрессе? (01:05:05)

М. Лайтман: Нет, ты приходишь в маленькую группу или в большую группу только, чтобы дать воодушевление (а не то, что ты приходишь, когда ты в отчаянии) – тогда и ты приобретаешь, и они приобретают. Но если ты хочешь прийти к ним и еще опустить их своим состоянием, своим ощущением, так это тебе возвращается в несколько раз хуже.

Вопрос (Италия): Когда я чувствую эти состояния, что Творец тянет меня вниз и увеличивает мое желание получать, должен ли я это воспринимать как учебу? Насколько я могу молиться за товарищей, делать действия в группе и измерять, насколько я могу преодолеть? Это правильное направление мысли?

М. Лайтман: Да, должен только в этом устремляться – чтобы постоянно менять свой эгоизм. Когда-то ты думал постоянно инстинктивно только о себе, сейчас ты хочешь прийти к состоянию, что ты всё время думаешь о группе в инстинктивной форме, непрекращающейся. Понятно? (01:06:38)

Вопрос (Каунас): Постараемся быть чаще. Я хотел задать такой вопрос. Молитва – это ощущение из разочарования?

М. Лайтман: Молитва – это когда ты хочешь свое сердце приблизить к Творцу.

Вопрос (Ашкелон): Я слышал, что нам нужно только час в день находиться в левой линии из 24-х часов. 

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так почему мы не учим только один урок об отчаянии в своих силах из 24-х уроков?

М. Лайтман: Говорится о человеке, который находится в работе Творца, что он действительно только полчаса в день занимается самокритикой, а всё остальное время старается увеличить Творца в своих глазах. Это верно. Примерно также мы и делаем. Примерно так мы делаем, кроме того, что иногда происходит, что мы находимся в состоянии, когда человек сидит сложа руки и ест себя. Проверь, что ты делаешь. (01:08:19)  

Вопрос (Новосибирск): Я хотел спросить про последовательность. Само выяснение в сердце, ощущение того, что нет во мне просьбы за товарищей, сопереживания и всех выяснений. Это является уже молитвой или же должна быть последовательность: я должен ощутить эту пустоту, а после этого обратиться к Творцу и сказать, что я не могу это сделать, мне нужно наполнение, мне нужно исправление? Или же сами выяснения в течение дня, внутренние ощущения десятки, группы и являются молитвой? (01:09:02) 

М. Лайтман: Да, да, все эти выяснения являются молитвой.

Вопрос (Минск): Мы должны ощутить, что возвышен Творец, и при этом я низкий. И в этом взрослость восприятия. И при этом установить открытость сердца, быть открытыми в молитве. Как это соединить? 

М. Лайтман: Так же, как мы должны быть и в состоянии низменности, также и гордости (на высоте), смотря от чего. То есть низость от низкого состояния, нулевого состояния в собственных силах и величии нашей цели. И в этом, и в другом − так мы должны быть в группе. С этим мы закончили. (01:10:07) 

Вопрос: В правильной молитве есть как бы два подхода. Один подход – это, скажем то, что мы сейчас читали в последнем отрывке, что человек молится и говорит: «Ты обязан мне помочь, потому что я хуже всех», так вы сказали – чтобы Он помог мне быть в любви к товарищам, а я самый плохой. А второй подход − когда я молюсь о товарищах (а мне запрещено отдалять себя от общества) и тогда вся просьба моя, даже если о любви к товарищам, всё равно она не правильная. Так, как же сочетать одно и другое?

М. Лайтман: И одно и другое. Я хочу молиться за товарищей. Но кто я? Кто такой «я»? Я должен исправить себя, и тогда я молюсь за товарищей.

Ученик: Как молитва о самом человеке из эго, пусть даже о любви к товарищам, может быть правильной, чистой?

М. Лайтман: Потому что я прежде думаю, для чего я это делаю, к чему я хочу прийти, когда связываюсь с ними и нахожусь в них. И, исходя из этого, я прошу Творца, обращаюсь к Творцу, чтоб помог мне выполнить мою роль в них. Да, хороший вопрос. Хорошо, что мы сейчас изучать будем «Предисловие к Учению Десяти Сфирот» или «Бейт Шаар Каванот», или даже статья «Мир». Что у нас дальше?

Вопрос: Рав, говоря о молитве. Вчера у нас тут была общая такая молитва обо всех товарищах, о силе участия в групповом действии, в действии по распространению, о посещении уроков. После того, как мы целый день молились, мы вечером увидели результат, что действительно многим товарищам, многим десяткам удалось заняться распространением. Так о чем сейчас молиться? (01:12:18) 

М. Лайтман: Спасибо, что ты нам напомнил об этом. Я думаю, что это действие − оно до сих пор еще перед нами какое-то время. И мы должны постоянно заботиться об этом, потому что этим мы формируем наши состояния. И мы должны заботиться также, как мы заботимся о нашем доме, о здании, об устойчивости, нашей мощи − так мы должны заботиться об этом. Мы должны быть известной силой в Израиле и так же в мире, и, действительно, на короткое время мы к чему-то пришли.

И сейчас нужно расширить наше участие, и войти еще сильнее, распространиться вширь (в основном вширь) в разных кругах сначала в Израиле, а потом в Северной Америке, а потом во всем мире. Мы обязаны это сделать, иначе мы не реализуем нашу роль. Мы не приближаемся к тому, чтобы реализовать нашу роль − и это не хорошо. Так, для чего мы тогда существуем? Мы не получим никакого продвижения − так пишет Бааль Сулам и РАБАШ. Если мы не готовим себя к нашей роли, так для чего тогда мы? (01:14:00)

Исраэль сами по себе не существуют. Они бы и не существовали. В тот момент, когда увеличился эгоизм в Вавилоне, и начал развиваться − тогда раскрылась необходимость в такой группе в Вавилоне, чтобы она начала их привлекать и организовываться к тому, чтобы быть в отдаче, в соответствие с тем желанием получать, которое увеличилось. А до этого был один народ, были все равны, жили вместе друг с другом хорошо. Нет эгоизма − нет потребности в Исраэль, чтобы смог притянуть это эго к исправлению. Так во всем человечестве.

В тот момент, когда увеличился эгоизм внутри вавилонян, тогда они начали спорить друг с другом, ругаться, тогда пришел Авраам и начал вытаскивать из народа этого (вавилонян) тех людей, в которых есть какое-то стремление, какое-то отношение к отдаче, чтобы привести весь Вавилон к исправлению, к Конечному исправлению в конце концов. И в этом наш роль. В этом наша роль. Каждый человек в мире, у кого есть такая склонность к духовному, что в нем живет вопрос «в чем смысл моей жизни, для чего я живу, а что с моим эгоизмом?» − со всех сторон: также со стороны отдачи, также со стороны получения, чувствует себя, что он не может быть как неживое-растительное-животное – на этих уровнях, он должен быть с нами. Он должен быть с нами. (01:16:15) 

Вопрос: Я хочу сказать, что вчера я получил огромное воодушевление от 29-го письма РАБАШа. 

М. Лайтман: Да, я слышал, слышал.

Ученик: Я беседовал с товарищами об этом ощущении. И я хочу спросить, можно ли еще раз прочитать это письмо? 

М. Лайтман: Это час читать надо. Он имеет в виду письмо «Ту Би Шват»? Не надо, дорогой мой. Мы может быть прочитаем его в Песах, когда у нас будет время, мы будем сидеть вместе. Это может быть. 

Ученик: Не то, что мы понимаем, но такое ощущение, огромное воодушевление.

М. Лайтман: Хорошо-хорошо, я тебя понимаю. Хорошо. Он хочет знать, как заниматься деревьями. Ты понимаешь? Нет-нет там он вообще написал в таком виде, что это не его стиль. Ладно, что мы сейчас учим? Предисловию к Учению Десяти Сфирот.

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/ZBtWYlCS?language=ru