Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 29 января 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Почему жизнь делится на два вида. 1 (1988) (в записи от 02.01.2003)
Чтец: В первой части мы будем изучать урок Рава от 2 января 2003 года по статье «Почему жизнь делится на два вида». Статья находится в «Трудах РАБАШа», первый том, 581-я страница. Прочитаем её вместе в десятках. Десятки, которые закончат раньше, могут начать семинар об основных моментах статьи.
(01:08) Почему жизнь делится на два вида
Наши мудрецы сказали: «"Ибо живые знают, что умрут"1 – это праведники, которые в смерти своей называются живыми…»2 И объясняет Раши: «Это праведники – а что значит, что они знают, что они умрут? – Они считаются с днем своей смерти и убирают руки свои от греха…»3 «"Но мертвые ничего не знают"4 – это грешники, которые при жизни своей называются мертвыми»5. И объясняет Раши: «Грешники не знают ничего – потому что притворяются, что не знают ничего, и грешат»6. Конец цитаты.
И из сказанного получается, что есть жизнь, называемая смертью, то есть жизнь грешников называется смертью. И, аналогично, есть смерть, называемая жизнью, и это у праведников. Другими словами, есть два вида жизни:
жизнь грешников;
жизнь праведников.
А как называется жизнь праведников, не сказано, а о чем действительно сказано – что смерть праведников называется жизнью. И очевидно, что следует сказать, что если смерть праведников называется жизнью, жизнь праведников – это, без сомнения, более высокая ступень.
А согласно комментарию Раши получается, что «в смерти своей» – то есть когда они смотрят на свое состояние смерти, они не грешат. Однако какое отношение это имеет к жизни? Разве у того, кто не грешит, уже есть жизнь? И кроме этого Раши объясняет, что «грешники при жизни своей называются мертвыми» – из-за того, что мертвые ничего не знают, другими словами, они притворяются, что ничего не знают. Следует объяснить, что не знают – о дне смерти своей.
И это тоже следует понять: неужели, тот, кто не помнит дня смерти своей, должен грешить? Ведь наши мудрецы сказали: «Всегда будет человек гневить доброе начало на злое начало … Если оно победит его, хорошо, а если нет, пусть занимается Торой. … Если победит его хорошо, а если нет – пусть читает «Шма» … а если нет – пусть напомнит ему о дне смерти»7. Получается, что даже если он не помнит о дне смерти [своей], он все равно не обязан совершать грехи. В таком случае, почему же Раши объясняет, что они притворяются, что не знают о дне своей смерти, и поэтому грешат? Получается, что тот, кто не хочет совершать грехи, всегда должен помнить о дне смерти своей.
И чтобы понять всё вышесказанное, нужно вспомнить всё, что нам предстоит, то есть цель творения, и также, что такое исправление творения, которое произошло потом. И, кроме того, следует понять правило, что нет света без кли.
Известно, что цель творения – насладить Свои создания. И, кроме этого, известно, что нет света без кли. Другими словами, не может быть наполнения без хисарона. И поэтому Творец создал, как сущее из ничего, свойство хисарона и страстного желания получать удовольствия, и это называется желанием получать наслаждение.
(05:53) И на это кли, называемое желанием получать, впоследствии было произведено исправление, называемое сокращением. Другими словами, поскольку из-за получения высшего блага между дающим и получающим нет подобия, и это кли желало подобия по форме, называемого слиянием, оно не хотело получать внутрь своего желания получать, на это свойство произошло сокращение, чтобы оно больше не получало, кроме того на что оно может построить намерение ради отдачи. И в этом состоит исправление творения. Другими словами – чтобы творения не испытывали дискомфорта в момент получения от Творца наслаждения.
И теперь нам понятно, что цель творения состоит в том, чтобы создания получили благо и наслаждение. А исправление творения заключается в том, чтобы создания не ощущали дискомфорта в момент получения наслаждений. А сосудом (кли) называется хисарон, а светом называется наполнение. И согласно этому получается, что сосудом (кли), в который облачена жизнь, называется желание. А жизнь, которая облачена в него, называется светом.
И отсюда поймем, что у нас есть два вида келим.
Одно кли без исправления творения, называемое «получение ради получения».
И у нас есть кли, на которое произошло исправление творения, называемое «получение ради отдачи».
И из сказанного выше, что жизнь называется светом, получается, что у нас есть жизнь, облачающаяся в келим желания получать, и из-за этого мы получаем отличие от Творца по форме, и это вызывает у нас отделение от Источника Жизни. И поэтому эта жизнь называется состоянием смерти – из-за произошедшего там отделения [от Творца].
А есть жизнь, называемая светом, облаченным в келим, на которые произошло исправление творения, называемое получением ради отдачи. И благодаря этому, хотя они и называются получающими, однако поскольку их намерение – на отдачу, они остаются в слиянии даже и во время получения наслаждений. Получается, что тот свет, который он получает, то есть жизнь, называются жизнью, благодаря тому, что он остается в слиянии с Источником Жизни.
И таким образом можно объяснить слова: «Грешники при жизни своей называются мертвыми»8 тем, что всё, что они получают, они получают в получающие келим, что приводит [их] к отделению [от Творца]. Поэтому сказали [мудрецы]: «Грешники при жизни своей называются мертвыми»9. И отсюда автоматически понятно, почему «праведники при жизни своей называются живыми», ведь они получают наполнение кли, то есть свет и наслаждение, в отдающие келим, и таким образом они находятся в слиянии с источником жизни, несмотря на то, что они становятся получающими.
Однако, как же согласно этому объясняются слова мудрецов: «Праведники в смерти своей называются живыми»10? А дело в том, что согласно порядку работы, мы начинаем с «ло лишма», а из «ло лишма» приходим к «лишма».
Получается, что когда человек начинал работу, его намерение было ради собственной выгоды, что называется вознаграждением и наказанием. А потом он удостаивается того, что сверху в виде «пробуждения свыше» ему показывают, что он должен идти истинным путем, то есть чтобы он делал всё ради небес. А когда ему показывают свыше, что такое «ради небес», а не ради собственной выгоды, тогда тело убегает от такой работы и не желает более работать. И человек думает тогда, что он находится в состоянии падения.
(10:48) Иными словами, когда он начинал работать, он был в состоянии подъема, то есть он был чище и не был настолько приземленным, поэтому тело не сопротивлялось его работе. Тогда как сейчас тело стало приземленным и поэтому не желает работать. И тогда он говорит: «Эта работа не для меня. Ведь я вижу, что мало того, что я не продвигаюсь больше, но я еще и отступаю назад. В таком случае, мне жалко моей работы и моего времени. Поэтому, раз я не способен обрести духовную жизнь, я, по крайней мере, обрету жизнь материальную, как у всех людей, которые думают не о духовном, а думают только о материальном. Я тоже стану таким же, как они, по крайней мере, я постараюсь наслаждаться этим миром, насколько возможно. А иначе я останусь в дураках с обеих сторон».
И он говорит: тогда я исполню слова наших мудрецов: «Сказал Ра́ба мудрецам: умоляю вас, не наследуйте два ада»11. И Раши объясняет: «Два ада – трудясь и прилагая усилия в Торе в этом мире, но не исполнив ее, вы унаследуете ад в смерти вашей, и при жизни вашей не наслаждались вы в мире своем»12.
И отсюда следует объяснить, что когда человек приходит в состояние падения, называемое смертью, то есть он ощущает вкус смерти, если он пойдет по пути отдачи, то есть чтобы все совершаемые им дела были бы только для того, чтобы доставлять ими наслаждение Творцу, а для себя он не желает ничего, что называется, что он служит Творцу с полной самоотдачей. И это человек ощущает, что это для него состояние смерти.
И на самом деле возникает заданный нами вопрос: ведь известно, что «заповедь влечет за собой заповедь»13, в таком случае, почему же из состояния, когда, занимаясь Торой и заповедями, он ощущал вкус жизни, он приходит в состояние, когда только начав говорить, что он собирается исполнять Тору и заповеди ради небес, он ощущает в этом вкус смерти, а не жизни? Где же тогда правило, что заповедь влечет за собой заповедь, как сказано: «Бен Азай говорит: Спеши исполнить неважную (легкую) заповедь и беги от греха, ведь заповедь влечет за собой заповедь, а грех влечет за собой грех, ибо вознаграждение за заповедь – заповедь, а вознаграждение за грех – грех»14?
А дело в том, что, это как сказано выше, – то есть начав работать в «ло лишма» и отдавшись этой работе всем сердцем и душой, и приняв на себя всё с полной серьезностью, благодаря этому он удостоился того, что свыше ему дали знание о том, что существует работа ради отдачи, а не ради собственной выгоды.
А причина того, что он удостоился этого знания, ощущения в своих органах, была, что заповедь влечет за собой заповедь. Ведь не всякий удостаивается почувствовать, что́ означает, что вся его работа будет только ради Творца, а не ради себя. И это происходит именно с тем, кто отдал все свои силы в «ло лишма» и благодаря этому пришел к ощущению «лишма». И, разумеется, тело никоим образом не согласно на это.
Однако сейчас, то есть в состоянии, когда он видит, что от работы на отдачу тело ничего не получит, человек стоит перед дилеммой.
Либо сказать, что сейчас он находится в состоянии падения, называемом грехом, и тогда он приходит в отчаяние, говоря, как сказано выше, что сейчас он видит, что главное – это отдача, а на отдачу он работать не в состоянии, и поэтому он должен убежать с поля боя, и, по крайней мере, вернуться к наслаждению материальной жизнью.
(15:58) Либо сказать: «Когда я начинал работать, все мои действия были с намерением «ло лишма», и тогда моя работа не противоречила желанию получать, и тогда тело не сопротивлялось. Тогда как сейчас, когда я удостоился узнать, что есть такое понятие, как «лишма», что означает работать ради пользы Творца, ясно, что тело должно сопротивляться, ведь это противоречит [его] природе».
А как же можно работать ради Творца? Ответ заключается в том, что в природе заложено, что маленький может служить большому без всякого вознаграждения, поскольку он ощущает большое наслаждение от того, что служит ему.
В таком случае возникает вопрос, почему же тело несогласно работать ради Творца. И ответ состоит в том, что тело не верит в величие Творца, ибо в том месте, где надо верить, тело сопротивляется, поскольку вера – это вещь неважная. То есть если Его величие не раскрыто внутри знания, а требуется вера, у человека это называется вещью ничтожной, низкой по своему значению, и такую работу тело терпеть не в состоянии.
В таком случае следует спросить, зачем Творец создал скрытие и сокращение, так что Его величие не раскрыто, а если человек хочет ощутить Его величие, он может прийти к этому только через веру. И ответ известен: до тех пор, пока человек еще не очистился от получающих келим, он будет получать всё, то есть все раскрытия Творца, в келим эгоистической любви, а это приведет его к отделению от духовности, и это будет относиться к понятию «знающий Властелина своего и намеревающийся восстать против Него».
А если этот человек – праведник, как сказали наши мудрецы, что праведником называется тот, кто оправдывает своего Создателя, то есть он говорит, что то, что он сейчас переживает время падения, ясно, что Творец не оттолкнул его от служения Ему, а это для него большое исправление. Другими словами, ему сейчас предоставлена возможность верить выше знания в величие Творца, а кроме того, ему сейчас дана потребность просить у Творца, чтобы Он озарил его Своим величием.
Но он не желает чувствовать Его величие из-за наслаждения, заключенного в этом раскрытии, то есть его намерение – не в том, что он желает насладить свое получающее кли, а наоборот: поскольку он хочет отменить всю свою эгоистическую любовь, а тело не желает смиряться, он просит у Творца, чтобы Он осветил его и убрал бы от него скрытие, чтобы желание получать ради себя отменилось перед Творцом.
И отсюда поймем то, что сказал Бен Азай: «Спеши исполнить неважную (легкую) заповедь»15. Объяснение. Дело в том, что человек стоит перед дилеммой: либо сказать, что то падение, когда он упал со своей предыдущей ступени, – когда у него было желание и стремление работать, а сейчас он в состоянии, когда он чувствует вкус работы, как состояние дискомфорта, без всякой жизненной силы, и он делает всё по принуждению, – пришло к нему свыше из-за того, что [наверху] желают, чтобы он шел путем истины, то есть в вере выше знания, которая называется неважной заповедью, ибо человек пренебрегает ею, ведь она неважна для человека, когда он должен идти выше знания.
(20:38) Либо сказать наоборот, что падение [наступило] не из-за того, что заповедь влечет за собой заповедь, а просто, он – человек более грубый, обладающий худшими человеческими качествами, чем другие люди. И поэтому он просто совершил грех и недостоин исполнять святую работу, а грех влечет за собой грех, «ведь то, что я делаю сейчас в плане Торы и заповедей, я делаю по принуждению, поскольку у меня нет никакой любви к святой работе, поэтому я совершу еще один грех, то есть оставлю путь «по принуждению». А когда у меня будет хорошее настроение, я буду заниматься Торой и заповедями, а пока что я вернусь к материальной жизни и буду наслаждаться хотя бы этим миром, как сказано выше в словах Ра́бы».
И поэтому, когда человек стоит перед дилеммой, Бен Азай говорит: «Спеши исполнить неважную (легкую) заповедь»16, – чтобы ты поспешил исполнить легкую заповедь и разрешить [ситуацию]. То есть это состояние относится к легкой заповеди, которую тебе дали свыше, чтобы ты шел вперед по пути, ведущему к истине. А причина этого в том, что заповедь влечет за собой заповедь, ведь ты начал с «ло лишма», но твое намерение было отдаться Торе и заповедям сердцем и душой. Поэтому заповедь влечет за собой заповедь.
Поэтому свыше тебе сообщили, что существует понятие «лишма», и ты начал ощущать это. А сейчас пришло время, когда у человека есть потребность в том, чтобы Творец приблизил его, ведь теперь человек видит то, что сказали мудрецы: «Злое начало человека одолевает его каждый день… И если Творец не помогал бы ему, он бы не выдержал»17.
«И беги от греха»18, – то есть избегай говорить, что то состояние, в котором ты находишься сейчас, это состояние греха, а говори, что «заповедь влечет за собой заповедь»19, и не может быть, чтобы это было грехом. А если ты не будешь так говорить, а скажешь, что это – грех, знай, что «грех влечет за собой грех»20, поэтому ты будешь обязан совершить другой грех, то есть ты будешь вынужден вернуться к материальной жизни и оставить работу, которую ты начал, ибо ты захочешь наслаждаться хотя бы жизнью этого мира, как сказано выше в словах Ра́бы, который сказал: «Не унаследуйте ад в смерти своей, [ведь] и при жизни вашей не наслаждались вы в мире своем»21.
И из сказанного поймем то, что мы спросили по поводу объяснения Раши, который говорит о словах: «"Ибо живые знают, что умрут"22, – это праведники, которые в смерти своей называются живыми…»23, – «А что значит, что они знают, что они умрут? – Они считаются с днем своей смерти и убирают руки свои от греха»24. «"Но мертвые ничего не знают"25, – это грешники, которые при жизни своей называются мертвыми»26. И [Раши] говорит, «потому что они притворяются, что не знают ничего, и грешат»27.
И мы спросили: согласно комментарию Раши получается, что тот, кто не считается с днем своей смерти, уже грешит. И мы спросили [следующее].
О том, что он объясняет, что праведники в смерти своей называются живыми, ибо благодаря тому, что они знают, что умрут, они не грешат. Получается, что у того, кто не грешит, уже есть жизнь. Какая связь между тем, кто не грешит, и жизнью?
Здесь следует из слов Раши, который говорит об этих праведниках, что живые знают, что они умрут, и считаются с днем своей смерти, и убирают руки свои от греха, – из его слов получается, что то, что они не грешат вызвано тем, что они считаются с днем своей смерти, а иначе они бы грешили. Ведь есть высказывание мудрецов о том, что отнюдь не день смерти удерживает [человека] от греха, как сказано выше: «Всегда будет человек гневить доброе начало на злое начало … Если оно победит его, хорошо, а если нет, пусть занимается Торой. … Если победит его хорошо, а если нет – пусть читает «Шма» … а если нет – пусть напомнит ему о дне смерти»28.
(26:02) Итак, мы видим, что отнюдь не день смерти удерживает человека от греха. И из сказанного поймем [это], и потому следует уточнить, что когда он [то есть Раши] говорил о дне смерти, имеется в виду, что, когда человек пришел в состояние падения, то есть что у него нет вкуса в Торе и вкуса в молитве, а всё, что он делает в Торе и заповедях, он делает по принуждению, и у него нет никакой жизненной силы, – это является настоящим ощущением смерти.
И человек спрашивает себя: «В чем причина того, что я упал из моего предыдущего состояния? То есть до того, как я начал работать на отдачу, я был в радости и уверенности, что я буду работником Творца. И Он всегда пробуждал во мне [способность] вкладывать силы, и я не знал ни лени, ни слабости, а всегда был внимателен ко всему. В то же время, после того как я начал работать на пути отдачи, у меня исчезла вся жизнь, [которая была] в этой работе, и любая вещь идет у меня без охоты. И я ощущаю вкус смерти в жизни, [вызванной] такой работой. Но ведь наши мудрецы сказали, что заповедь влечет за собой заповедь, а я вижу сейчас обратное».
Но дело в том, что человек должен считаться с тем состоянием смерти, которое он ощущает сейчас. И это смысл слов [Раши], что живые знают, что они умрут, считаются с днем своей и убирают руки свои от греха. Объяснение, что «считаются с днем своей смерти» [означает] – согласно закону, что заповедь влечет за собой заповедь, сейчас должен был бы быть день, то есть когда он начал работать в «лишма», должно было бы быть больше жизни, ведь сейчас он идет по пути истины. Почему же сейчас он чувствует состояние смерти, – то есть тьму, а не день, – состояние ночи?
Однако находящийся в состоянии праведника оправдывает своего Создателя, говоря, что нет сомнения, что то, что Творец дал ему сейчас состояние падения – это ему во благо. Это означает, что сейчас Творец дал ему узнать, что значит, что человек работает не ради собственной выгоды, а лишь ради Творца. И тело, конечно, сопротивляется этому, ведь это противоречит природе. Иное дело до того, как он начал работу в «лишма», а работал ради собственной выгоды, поэтому тело не сопротивляется этому. Получается, что это является признаком того, что ему сообщили, чтобы он знал, что идет правильным путем. Ведь тело сопротивляется, а иначе оно не сопротивлялось бы. Поэтому сейчас у него есть потребность, называемая сосудом (кли), чтобы Творец помог ему. Как сказано: «Пришедшему очиститься помогают»29. Ведь для того, чтобы идти против природы, нужна помощь Творца. Ибо то, что входит в рамки природы, человек способен исполнить, тогда как то, что противоречит природе, называется чудом свыше, что означает, что только свыше ему могут дать силы, чтобы он мог идти против природы.
В таком случае слова: «считаются, чтобы понять день смерти» означает, что на самом деле та смерть, которую я ощущаю, является состоянием дня, а не ночи. А под днем смерти имеется в виду, что тут есть место выбора: сказать, что это день, называемый жизнью, или сказать, что это смерть. «И это наступило у меня, после того как я по-настоящему энергично работал, чтобы прийти к той цели, ради которой я родился. И поскольку я начал с «ло лишма», а «ло лишма» не находится в противоположности природе, тело не сопротивлялось.
(30:45) Тогда как сейчас Он удостоил меня свыше идти путем «лишма», поэтому тело сопротивляется и не желает предоставлять силы для работы, ведь это против природы. Поэтому сейчас я ощущаю вкус смерти. В таком случае, если я говорю, что сейчас день, а не смерть, я получаю от этого состояния силу уверенности, что я преуспею на том пути, которым я сейчас иду, и я избегаю говорить, что то состояние, которое я ощущаю, есть состояние смерти, потому что я нахожусь в состоянии греха, называемом падением, и поэтому мне больше нечего делать в работе, ведь я вижу, что всё больше скатываюсь вниз, и потому мне жаль моего времени. А я говорю, что это состояние не является падением, а является подъемом на более высокую ступень. Я взошел на путь истины.
Как сказано: «И убирают руки свои от греха» – то есть они не позволяют себе [букв.: «убирают себя»] говорить, что это состояние является состоянием греха, и в любом случае грех влечет за собой грех, то есть мне стоит оставить всё это предприятие. А я говорю, что я поднялся на более высокую ступень, благодаря тому, что «заповедь влечет за собой заповедь».
Получается, что принцип «заповедь влечет за собой заповедь» можно понимать как применительно к прошлому, так и применительно к будущему. То есть если он говорит, что это состояние есть заповедь, тогда заповедь влечет за собой заповедь, то есть сейчас у него есть вера и уверенность, что он удостоится подняться по ступеням святости и удостоится прийти к цели.
И отсюда поймем, почему мы говорим: «Вспомни о нас для жизни, Царь желающий жизни, и впиши нас в Книгу Жизни ради Тебя Самого, Господин жизни»30. И следует понять, почему эта фраза завершается тем, что мы говорим: «ради Себя Самого, Господин жизни»? И из того, что мы видим, есть два вида жизни:
жизнь грешников;
жизнь праведников.
И жизнь грешников – в получающих келим, и это называется отделением от Творца. А жизнь праведников – в отдающих келим, и это состояние слияния с Творцом. Поэтому мы говорим: «Вспомни о нас для жизни…»31 Для какой жизни? «Ради Тебя Самого» – то есть ради отдачи. Другими словами, мы просим такую жизнь, которая будет в отдающих келим. [РАБАШ. Статья 1 (1988). Почему жизнь делится на два вида]
Семинар
Чтец: (35:40) Друзья, мы сейчас перейдем к уроку с Равом от 2-го января 2003г.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: Мы прочитали статью из сборника «Ступени лестницы», том 5, из раздела «Талмуд Бавли, Благословения», стр. 18, «Почему жизнь делится на два вида».
Истина в том, что мы сами определяем реальность, в которой находимся. С самого начала мы находимся в состоянии, называемом «конец действия в начальном замысле». Со стороны Творца ничего не меняется, Он создал желание получать и наполнил его всем благом и наслаждением, что было еще на первой стадии, исходящей от Него, и в этом состоянии нет изменений.
После первой стадии всё, что происходит – это явления, которые определяет сосуд (кли), которые сосуд ощущает, исходя из того, что так проходят через него его внутренние состояния. Так он себя чувствует. Он не хочет чувствовать Творца, он хочет чувствовать Его, как Дающего, как получающий, потому что именно так он может определять. Иногда он может определить свое отношение к Нему, иногда нет, и так далее. Все чувства сосуда, все его различения – это субъективные различения, когда на самом деле Творец остается внутри сосуда.
Первое состояние, бхина алеф вышло из корня, и это состояние не меняется. Но отношение кли к наполнению является причиной всевозможных впечатлений, изменений во впечатлениях, которые называются состояниями кли. Состояния кли, сосуда зависят только от отношения сосуда к тому, что его наполняет. Как он относится к тому, что его наполняет? Или как к простому наслаждению, или как к тому, что это наслаждение исходит из источника, или только к источнику, в воздействии на источник или в получении от источника, в получении наслаждения или в нежелании испытывать наслаждение. Все это – это отношения, которые сосуд определяет по отношению к состоянию, которое само по себе не меняется.
(39:09) Если кли определяет свое отношение только к наслаждению – это называется материальной жизнью в соответствии с желанием получать. Если кли определяет свое отношение к тому, что его наполняет в соответствии с тем, кто это его наполняет, то его жизнь называется духовной жизнью. Существует два типа жизни: материальная и духовная. Одно не исключает другого, они могут быть один выше другого.
Как человек приходит из состояния полной бессознательности к своему положению? Он должен достичь состояния, когда он действительно наполнен бесконечным светом, зная, кто наполняет его, кто внутри него, кто дарует ему наслаждение и чувство наслаждения. Короче говоря, как человек достигает полного осознания того, что было с самого начала, еще в первой стадии четырех стадий прямого света? Как он приходит к этому? Приходит из того, что…
Бааль Сулам описывает это в притче о человеке, который находится в подвале, что он не знает, где он и что он такое, он видит всё во тьме и страдает, он даже не понимает от чего. Затем его начинают выводить на свет на несколько минут в день. Он ходит по городу и видит, что другие люди счастливы, живут жизнью, но ему разрешают видеть это только несколько минут в день и снова отправляют в подвал. Еще несколько минут в день, и его снова отправляют в подвал, и от этого он получает еще большие страданий, чем были прежде.
Сначала он думал, что это и есть жизнь, что так оно и есть. Либо он находил какое-то успокоение сидеть в темноте, либо вообще никакого успокоения, но как-то… и нет ничего больше. Как только начинают показывать ему, что существует другая духовная жизнь, помимо жизни в подвале, и выводить его из подвала на несколько минут, и он видит, что там другой мир, тогда начинаются проблемы.
(42:05) Тогда он действительно определяет свою ситуацию, когда он находится лишь в ощущении жизни во тьме, как падение. И это ощущение, когда он начинает чувствовать разницу между двумя типами жизни, приходит через пробуждение точки в сердце. Точка в сердце пробуждается, человек начинает чувствовать, что существует некая духовная жизнь, что-то иное, должно быть еще что-то. И с этого момента и далее ему предоставляется возможность действовать, прилагая усилия, вкладывать силы, чтобы выйти из своей ситуации, согласно закону «заповедь влечет за собой заповедь».
«Заповедь» означает, что он должен достичь максимального стремления к духовности, к духовной жизни, и с каждым разом все точнее понимать, что называется духовностью. Сначала ему кажется, что это просто очередные удовольствия, подобные тем, которые он уже знает. Затем, достигнув, согласно усилиям, по тому же закону, «заповедь влечет за собой заповедь», ему начинают показывать немного того, что называется ради отдачи. И тогда он видит, как далек он от этого, и тогда он падает под этим чувством, «тем, что называется ради отдачи», вниз. Он чувствует, кто он есть, это называется осознанием зла.
В тот момент, когда ему позволяют увидеть после его усилий то, что называется ради отдачи, тогда он ощущает через это доброе чувство, и это называется для него подъемом. Затем ему позволяют увидеть, в каком состоянии он находится, и таким образом он чувствует себя в падении.
Осознание зла между духовным состоянием и его собственным состоянием, этот разрыв фактически теперь и есть его следующее состояние, из которого он должен определить свой свободный выбор.
(44:46) Опять же, согласно закону «заповедь влечет за собой заповедь», если он стремится приумножить величие Творца и таким образом подняться дальше, потому что в его природе есть такое свойство, когда маленький отменяется перед большим. Или же он не работает над обретением величия Творца, которое послужит ему топливом, и тогда он идет по закону «преступление ведет к преступлению». Когда его нужно погрузить еще глубже, чем он находится сейчас, потому что, по-видимому, эта ситуация еще недостаточно пробуждает в нем желание требовать величия Творца. Он видит, что все еще способен так существовать, ну, плохо ему, но терпимо. Когда постепенно погружают его еще глубже во зло, он видит, что эта жизнь – не жизнь, и начинает искать и все же поднимается, чтобы требовать величия Творца.
То есть, продвижение возможно только через обретение величия Творца. Здесь требуется помощь Творца. С того момента, как он чувствует, что его продвижение зависит от Творца, он начинает призывать Его, связывать себя с Ним. И тогда из этого начинается изменение его понимания того, что такое духовность и что такое материальное, что такое заповедь, и что такое прегрешение, какое кли ему нужно приобрести, не просто большее кли для наслаждений, но и то, что характер кли, его качество, его содержание должны быть иными. Из этого он постепенно начинает понимать, что ради отдачи – это сила, не то чтобы это было чем-то презренным, и что в этом якобы есть слабость, а что это величайшее и самое могущественное.
Затем в нем происходит изменение в том, что называется жизнью, и то, что называется смертью. И стремление к духовной жизни, согласно более правильному толкованию того, что такое духовная жизнь, снова заставляет его пройти через процесс «одна заповедь порождает другую заповедь». Он прилагает усилия ло лишма, и постепенно ло лишма, снова – в соответствии с процессом приложения усилий, осознания духовного подъема против падения, требования величия Творца – постепенно все эти меняющиеся обстоятельства формируют в нем количество и качество такого ло лишма, что приводит его к спасению, и он входит в подлинно духовную жизнь, истинную жизнь.
(48:52) Я думаю, что эту статью можно дополнительно истолковать, внести в нее еще одно объяснение, как и в любую другую статью.
То есть, не забывать, что все ситуации, через которые мы проходим, это всего лишь наши внутренние и субъективные чувства, определяемые лишь природой кли, и мы можем постепенно сами определять природу этого кли. То есть, как я хочу относиться к тому, где я нахожусь, пока не исправлю свое чувствующее кли, своё кли восприятия так, чтобы привести себя в состояние души, наполненной Творцом, который присутствует в ней и окутывает её, как это было с самого начала. Я скорректировал свои чувства, чтобы по-настоящему почувствовать, где я нахожусь.
Вопрос (Интернет): (50:28) Каждое ли падение называется «смертью»?
М. Лайтман: «Смерть» – это то, что я определяю как смерть. Возможно, сейчас я чувствую себя очень хорошо в своем ощущении, но я определяю, что это чувство как смерть, потому что оно ведёт к разделению и далеко от цели.
Так, либо я определяю своё состояние по ощущениям в органах, либо я постепенно создаю кли выше разума, над собой, и живу в духовном кли. И тогда я вовсе отключаюсь от животных ощущений, в костях, а живу в привязанности к Творцу, к духовной идее, и тогда я уже определяю, что такое жизнь и что такое смерть, по другим меркам.
То есть, является ли падение смертью? Это зависит от того, что я определяю, как падение и как подъем.
Если падение – это называется, что я отключился от Творца на один момент, перестал думать о Нем – это мое падение, это называется «смерть». Если мое падение в том, что мне сейчас плохо, настроение не очень хорошее, и я не нахожусь в намерении, не нахожусь в проверке моей связи с Творцом, а я погружен в это ощущение, которое такое серое, то по этому я буду определять, что такое жизнь и смерть.
То есть все зависит от того, где мы находимся в точке нашей чувствительности. Или в келим, которые ощущают, или в келим, которые направляют. То есть келим, которые направляют – это значит, что они находятся в связи с Творцом, и поэтому определяют, каково состояние, или в животных келим, когда я определяю по своему животному, как я реально чувствую – хорошо мне, плохо мне, я полон, я пуст, настроение хорошее, плохое, есть силы или нет сил. Так, пробуждение, воодушевление, да или нет.
Это, то есть то, что определяется не со стороны связи с Творцом, а по всем остальным различениям – это называется животностью. То, что определяется только из связи с Творцом, что сначала я связываюсь с Ним и потом смотрю на свое состояние, если исходя из этого – это называется духовностью, пока что.
Потом духовность и материальность получат другой характер, другие названия, у них будут различения, ступени. Пока что это только так: связь с Творцом – духовность, без связи с Ним – материальность. Если смотреть так, можно самим определить многое.
Вопрос (Интернет): (54:08) Что значит, что удостоился познать вкус смерти?
М. Лайтман: То, что мы проходим от нашего начального состояния до конечного состояния на всем пути развития – это то, что мы обязаны пройти. Исходя из строения души каждого, он обязан пройти все состояния и обязан быть грешником, и обязан быть праведником, и «не выполнит человек заповедь, если не оступился в ней». То есть сначала нужно оступиться, сначала нужно войти во все ощущения зла и смерти, как в таком материальном осознании, так и в таком духовном осознании.
То есть как в келим, которые ощущают, так и в келим, которые определяют по отношению к Творцу, и из всех этих определений состояний он приходит к противоположному. То есть невозможно достичь ступени Кетер, если ты не будешь в точке Малхут и не почувствуешь всю ее горечь и всю тьму, пустоту, и из этого начнешь прилагать усилия и тогда подниматься. Невозможно одно без другого. Только все зависит здесь от нашего отношения, от темпа, от помощи со стороны группы и так далее. Если относиться ко всем этим состояниям как к созидательным состояниям, тогда каждое из них проходит в радости и воодушевлении, и человек проходит быстро.
Также радость и воодушевление – это относительная вещь. Не может быть, чтобы человек не падал и не чувствовал буквально смерть и отчаяние, и отсутствие сил. Но эти вещи он чувствует только для подъема, и тогда это проходит у него быстрым и эффективным образом, скажем так. Чтобы он не сидел и не грыз себя. Так конечно, что он спрашивает, почему написано, что удостоился вкусить вкус смерти. Что действительно удостаиваются спуститься ниже, чтобы подняться выше.
Вопрос (Интернет): (56:49) Что значит читать «Шма» в духовной работе?
М. Лайтман: Ну, «Шма» в духовной работе – это уже буквально действие окончательного слияния. Но до этого у нас есть просьба о помощи Творца. Что человек приходит к состоянию, когда без осознания величия Творца он не может перейти от животного ощущения, когда он чувствует свое состояние и только по этому живет, как животное, к тому, что хочет связать себя с Творцом и жить согласно своей связи с Творцом.
Так вот, перейти от животного ощущения к духовному ощущению он может только если Творец будет для него важнее, чем животная жизнь внутри его тела. И это должно раскрыться как более важное, и тогда, исходя из закона, который уже заложен в нас, что малый отменяется перед большим, я от материального ощущения перехожу к духовному ощущению.
То есть конечно, что я свяжу себя с Творцом в тот момент, когда я смогу представить Его как великого, как необходимого мне, как спасающего меня и так далее. Так постепенно человек приходит к пониманию, что ему необходимо, чтобы величие Творца было перед его глазами выше всех его остальных ценностей, чтобы спасти себя от плохих состояний, которые ему видятся, материальных. То есть нуждается в Творце даже в эгоистической форме, конечно.
И из этого он начинает приучать себя постепенно, просто жизнь обязывает его, молиться, что называется. То есть просить видеть себя зависимым. Просить, чтобы Творец все больше и больше раскрывался ему как великий, потому что без этого он падает в материальную жизнь и чувствует себя в ней плохо.
(59:40) А потом, помимо того, что он просит Творца быть великим, чтобы ему было лучше, он начинает сверх этого чувствовать, что стоит молиться Творцу не ради того, чтобы ему было лучше, а ради того, что связь с Творцом – это связь, которая выше всех других ценностей.
Я помню, как мы были в Тверии и в других местах, когда мы вставали с Ребе ночью, вдвоем, так он говорит: смотри... Большой человек, человек, который находится в духовности, в божественном осознании, сейчас он встает с кровати и говорит: «Сейчас первый момент, чего я хочу – мне сейчас нужно учиться, чтобы моя голова начала работать». У него это было ужасно: когда вставал, вставал такой... не понимал, где он находится и что вообще с ним происходит. Так, ночью, когда мы там вставали, в два ночи, в три.
Сейчас, он говорил, что ему нужна учеба и каббала только для того, чтобы просто быть обычным человеком, думающим о животном, о материальном. Для этого мне нужна эта учеба, чтобы привести голову в порядок. То есть как включить компьютер, понимаешь? Что-то такое – проснуться, прийти в себя. Потом больше, потом больше. Чувствовалось, как в течение, скажем, нескольких минут там, десять минут, четверть часа, постепенно он начинает подниматься из животности, буквально так, из полного беспамятства относительно того, где и что.
Не думайте, что человек, находящийся в духовности, живет только среди ангелов, там парит и все. Интересно, что действительно, не начав немного тянуть этот материал, даже в такой простой форме, невозможно проснуться, невозможно прийти в себя даже как материальный мозг. Это напоминает Бааль Шем Това, который в своих падениях даже забывал читать, как выглядит буква.
Ну, все, я самом деле, ответил на их вопросы. Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:47) Он возвращается здесь ко «дню смерти». Что такое день смерти? Это разные смыслы...
М. Лайтман: Точно тот же вопрос. Только один вопрос, который я думал, что не нужно отвечать, так ты и спросил. Что такое день смерти? Как может быть день и смерть. То есть то, что кажется ему днем, он чувствует, что это буквально состояние смерти. То есть смена точки зрения на состояние. То, что казалось мне хорошим, и это день, и это светлое и красивое состояние, я вижу теперь, что смотрю на это корыстным, животным образом, что мне хорошо, что мне просто удобно, и по этому я определяю, что такое духовность.
И вдруг у меня здесь есть другой взгляд – увидеть, что это просто животность и нет у меня в этом связи с Творцом, и нет у меня никакого прорыва отсюда к настоящей духовности. И просто мое состояние хорошее, поэтому я определяю, что это день. Так что буквально мое определение, что это день – это смерть, и я должен начать относиться к своим состояниям с новым, другим критерием. Можно сказать критерий.
Ученик: Какой критерий?
М. Лайтман: Критерий – мое отношение к Творцу, моя связь с Ним, мера моего отношения к Нему. С этим относиться к состояниям. Не по ощущению, а как в каждом состоянии – не как я чувствую, а как в каждом состоянии я связан с Ним.
Ученик: А что это в моем состоянии, что я могу сделать? Думать... для чего Он привел меня к этому? Это только мысли, это не... почти нет ощущений...
М. Лайтман: Ты говоришь так, что даже когда ты начинаешь думать о Творце, это не приносит тебе внутреннего ощущения. Это еще очень-очень далеко от ощущения. Это буквально только мысль. Верно. Это мера скрытия. Но благодаря тому, что ты будешь прилагать усилия в этом, возвращать каждый раз эту мысль к себе, ты притянешь эту мысль к себе, и все время будешь хотеть, чтобы Его присутствие было в каждом состоянии, благодаря этому ты начнешь чувствовать все больше и больше.
Свет будет воздействовать. Не проходя махсом. Я говорю об этом пока только на уровне этого мира. Ты начнешь чувствовать Его присутствие, все же, как далекое. Конечно, не в ясной форме в органах, что ты знаешь, в какой связи ты с Ним находишься, что связь с Ним называется мерой твоего парцуфа, мерой твоей ступени. Нет, но у тебя будет от этого какая-то связь с Ним, такая еще не конкретная, а какое-то смутное чувство такое... но будет.
(01:06:09) Есть что-то, что человек говорит: «Так я чувствую, такой интуицией, в...», – не может сказать, не может видеть, и не может... «Так… у меня есть такое ощущение». Так что-то такое неясное, но что оживляет тебя и определяет в твоей жизни. И на самом деле мы живем не по фактам. Если мы действительно посмотрим, как мы живем, мы живем совершенно как будто у нас нет разума. И в случаях, когда мы идем по разуму, мы потом получаем удары.
Ученик: Так по этой последовательности этих мыслей, можно прийти к тому, о чем Вы говорите, что иногда состояния подслащиваются,... что есть подслащивание, скажем, всяких...?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Когда ты начинаешь учиться, тебе легче говорить, что «нет никого, кроме Него». Что в каждой вещи, которую ты делаешь, ты пытаешься вставить мысль о Творце. Чем больше эта вещь, которая называется «Творец», проясняется, и ты начинаешь понимать, что это, все больше и больше, и ты все еще обязан жить в рамках... я не знаю чего, работы и семьи, намного труднее найти Его там.
Намного труднее связать Его, эту суть, которая называется законом отдачи, с тем, что реально происходит на практике. Как Вам вообще удается это делать? Если раньше это было, может быть, слово «Творец» или какое-то понятие, связать это легче. Но сейчас ты начинаешь понимать, что такое Творец, связать это невозможно.
М. Лайтман: Ты говоришь так, что ты проходишь такие состояния, которые ты никак не можешь связать с Творцом. Эти состояния Он дает тебе специально, чтобы ты да постарался связать эти состояния с Ним. И если ты не можешь связать после всех усилий, то это результат, который тоже должен быть.
После «если не я себе, то кто мне» нужно сказать «нет никого, кроме Него», и что по Его воле было определено, и если бы ты даже не делал этого, тоже все равно прошел бы это и получил бы эту вещь и... понимаешь? Ты обязан пройти. Ты обязан стараться. Ты обязан прилагать усилия.
К чему прикладывать усилия? Наша проблема в том, что мы разбрасываем усилия, мы направляем усилия совершенно не на состояние, которое... то есть не в том направлении, которое нужно. Нам не нужно улучшать само состояние. «Сейчас мне плохо, так я сейчас иду улучшать его, чтобы мне было хорошо». Чтобы мне было хорошо, я должен улучшить его тем, что я силой ввожу Творца в картину, в состояние, в котором я нахожусь.
Таким образом должно быть улучшение, а не тем, что я отношусь к своим материальным проблемам как животное, и я улучшаю их своими усилиями по отношению к тому, что я вижу. Это совершенно без пользы. Это приносит мне еще большую проблему, чтобы в конце концов я понял, что Он приносит мне это, и что я должен связаться с Ним. Что все эти состояния – это только для установления связи с Ним.
Ученик: (01:09:45) Ввести Творца – Вы имеете в виду вынести расчет из себя наружу. Чтобы мне дали силу...
М. Лайтман: Не вынести расчет из тебя наружу, а ввести Его внутрь тебя. Нет. Пусть будет так. Мне не важно, как сказать. По сути, чтобы принять Его в расчет. Еще один фактор.
Ученик: Но как ты принимаешь Его в расчет? В каком...
М. Лайтман: Я принимаю Его в расчет как причину того, что сейчас происходит со мной, потому что это верно, даже если я чувствую, что это не так, и я стараюсь, чтобы это знание, которое у меня есть – это не истинное знание, я не знаю, это не раскрылось мне, это не раскрытие – но чтобы это знание действительно определяло мою жизнь выше ощущения, что я чувствую, что все, что у меня есть, это от картины окружающего состояния. И тогда постепенно я начинаю облачать, скажем, духовность на материальность. Так нужно научиться остерегаться, чтобы это не было воображаемым, чтобы здесь не было каких-то ошибок и всякого... Но скажем так, каждый момент и момент, когда Творец и цель быть с Ним в связи как можно более тесной не находится у тебя, ты не находишься на той же дорожке, как он говорит нам на страницах 63-64 в Письмах.
Ученик: Если мы кли ощущения, какую силу ты можешь вырастить выше ощущений? Как ты можешь вырастить силу сейчас выше ощущения?
М. Лайтман: У нас есть много таких состояний, когда мы живем не по ощущению, а по необходимости, по тому, что я обязан, мне определяют, и так далее. Что это значит? У меня болел зуб, я пошел к врачу, он провел мне лечение, во время лечения мне было еще хуже. Так возьми животное, все же они тоже понимают, но скажем, не очень, возьми... или младенец, неразвитый человек, у которого есть какая-то рана, иди с ним к врачу – он не хочет, он боится. Я тоже не хочу и я боюсь, но я обязываю себя сделать это, потому что я знаю, что от этого есть исцеление. Только по ощущению – это жизнь неживого, растительного и животного.
(01:12:47) Ты хочешь подняться выше своего ощущения, выше своих «получающих келим», так сказать, выше своего знания, так у тебя нет выбора. И дают человеку в этом мире тоже склонности немного, чтобы из них он начал свое «ло лишма», и потом смог перейти к «лишма». Также что, люди в этом мире живут только по ощущению? Есть состояния, когда уже не совсем. Ты можешь сказать: «Да, дают ему удары, так он хочет или не хочет, но встает утром и идет на работу». Он знает, что ему будет плохо. Но есть вещи, когда человек все же находится выше этой животности с какой-то идеей, с какой-то особой мыслью, что это как пример того, что не живут только по... можно отключить себя от этого.
Скажем, какой-нибудь художник, ты знаешь, были такие великие, умирали с голоду. Неважно ему, он должен что-то сделать, привязан к идее. Мы, человечество думает, что это духовность. Почему думает, что это духовность? Потому что действительно человек поднимается над своим телом ради такой абстрактной в сущности идеи. Не думает, что в конце концов это гордость, и честь, и утверждение своего «я» в мире. Но это все же не связано с животностью как таковой, это уже человечность.
Ученик: Но здесь почти не позволяют вам это... мне было бы намного легче быть привязанным к Раву. Зачем мне нужно работать? Я мог бы заниматься этой идеей все время, и мне не нужно было бы смешиваться с вещами, которые не полностью противоположны?
М. Лайтман: Ты жалуешься на то, что Творец бросает тебя во всякие состояния, которые не очень правильны или хороши, видимо, для твоего продвижения?
Ученик: Нет.
М. Лайтман: А что?
Ученик: Я спрашиваю, потому что я не понимаю как можно. Или Он – сила отдачи, моя связь с Ним в том, что я захочу быть Дающим как Он, и я, который нахожусь внутри, не знаю чего, как бы... где здесь связь? Нет здесь...
М. Лайтман: Связь очень простая: посредством света, которым Он светит – Он светит точно в соответствии с твоим состоянием, и этот свет, который Он посылает – точно в соответствии с решимо, которое пробуждается сейчас именно этим светом, и это состояние тебе нужно сейчас реализовать. Тебе нужно построить его.
Ученик: (01:15:31) Как я строю его?
М. Лайтман: Как ты строишь его? Это то, что он объясняет тебе в статьях. Построение... Самый короткий и самый ясный совет – введи Творца в картину, точка. Это... отсюда и далее начинается развитие. Чего я хочу от Него, для чего Он мне нужен, будет мне в конце концов плохо или хорошо – это что-то определит или нет, или главное, чтобы Он все время присутствовал в моем ощущении, и так далее. Отсюда начинается дальнейшее развитие.
Но... и главное, что ты ввел Его в картину – теперь твоя задача как можно больше ощущать Его. Как можно больше ощущать Его как определяющего все, как вращающего тебя и наполняющего тебя. То есть ты силой хочешь вернуться к тому первому состоянию, из которого мы. И там мы на самом деле находимся, только из-за затуманивания чувств не ощущаем, где находимся, как сын царя, который находится в темном подвале.
Ученик: Если я начинаю в том же состоянии...
М. Лайтман: И вся эта материальная жизнь – посмотри, для чего создана, чтобы вывести его на несколько минут, показать ему, что такое жизнь, чтобы он страдал из-за того, что он не находится в ней. Только для этого весь этот мир так немного сверкает, кажется тебе. Так если ты принимаешь его таким образом, ты знаешь, какой рычаг у тебя в руке. Представь себе – каждую секунду, когда ты наслаждаешься этим миром, начни чувствовать, что тебя вывели из подвала, чтобы показать тебе эту клипу, возбудить тебя, именно чтобы познать подвал.
Ученик: Если я сейчас хочу быть подобным Ему, мне нужно делать расчет как Он – не для себя, как бы наружу, и сейчас для этого я требую величия. Так тем, что я уже требую величия для себя, я возвращаюсь внутрь...
М. Лайтман: Какого величия ты требуешь? Ты требуешь Его величия для чего?
Ученик: Быть как Он.
М. Лайтман: Нет... чтобы чувствовать себя хорошо. Оставь это «чтобы быть как Он» – это... не будь оторван от реальности.
Ученик: Нет, но если я начинаю снова требовать, если...
М. Лайтман: Требуй, требуй Его, чтобы чувствовать себя хорошо, достаточно.
Ученик: Но сейчас я уже интерпретирую «чувствовать себя хорошо» по-другому.
М. Лайтман: Нет, не интерпретируй по-другому, интерпретируй как нужно. Как ты умеешь интерпретировать, чтобы мне было хорошо. Не убегай от меня, иначе мне плохо. Если Ты находишься, тогда я оправдываю все свое состояние, тогда даже если мне плохо, будет хорошо, у меня есть надежда, у меня есть какое-то оправдание моей жизни, тому, что произойдет со мной. Пусть будет так. Это... с этого начинают «ло лишма», но это будет как... чтобы это определилось в твоей сути, что это то, чего я хочу все время.
Ученик: (01:18:53) Так как я приду к духовности?
М. Лайтман: Не беспокойся, что ты не придешь, ты придешь, именно таким образом придешь. Слушай, положись на меня, я говорю тебе – таким образом приходят. Не прыгают, а видят реальное состояние, истинное состояние, и очень-очень реалистично, очень ясно относятся к нему. Для чего мне сейчас нужен Творец? Чтобы мне было хорошо, вот и все. Так прежде всего Он присутствует, отлично. Теперь дальше, может быть, дальше можно продвигаться. Начинают с этого.
Не зря я привел пример с Ребе, который встает с кровати и говорит: «Я не могу думать ни о чем, какая голова, какая... ничего не организовано у меня в голове, я даже не знаю...», – смотрит как, ты знаешь, так – не полусонный, а буквально... Он говорит: «Сейчас нам нужно что-то почитать». И тогда я читал полстраницы, и человек начинает так... от животного буквально так приходить в себя. Поэтапно, не прыгай.
Хорошо.
(Конец урока)
Чтец: (01:20:32) Друзья сейчас поделимся впечатлениями от урока. Что мы берем от этого урока для реализации в десятке?
Семинар
Чтец: Перейдем к следующей части урока, но прежде вместе споем.
Песня: (01:27:00)
Набор: Команда синхронного набора
Коэлет, 9:5. Ибо живые знают, что умрут, но мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, так как и память о них предана забвению.↩
Трактат Брахот, 18:1.↩
Трактат Брахот, 18:1, комм. Раши.↩
Коэлет, 9:5. Ибо живые знают, что умрут, но мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, так как и память о них предана забвению.↩
Трактат Брахот, 18:2.↩
Трактат Брахот, 18:1, комм. Раши.↩
Трактат Брахот, 5:1.↩
Трактат Брахот, 18:2.↩
Трактат Брахот, 18:2.↩
Трактат Брахот, 18:1.↩
Трактат Йома, 72:2.↩
Трактат Йома, 72:2, комм. Раши.↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Кидушин, 30:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Авот, 4:2↩
Трактат Йома, 72:2, комм. Раши.↩
Коэлет, 9:5. Ибо живые знают, что умрут, но мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, так как и память о них предана забвению.↩
Трактат Брахот, 18:1.↩
Трактат Брахот, 18:1, комм. Раши.↩
Коэлет, 9:5. Ибо живые знают, что умрут, но мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, так как и память о них предана забвению.↩
Трактат Брахот, 18:1, комм. Раши.↩
Трактат Брахот, 18:1, комм. Раши.↩
Трактат Брахот, 5:1.↩
Трактат Шабат, 104:1.↩
Из молитвы «Амида» в Рош а-Шана, Йом Кипур и грозные дни.↩
Из добавки к молитве «Амида» в Рош а-Шана, Йом Кипур и десять дней раскаяния.↩