Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 8 июля 2024 года
Часть 3: «Равны как один: нет сильного товарища, есть сильная группа».
Чтец: Мы читаем подборку избранных отрывков из источников на тему «Равны как один: нет сильного товарища, есть сильная группа».
Я дам небольшое вступление.
Мы сейчас все во время подготовки к нашему конгрессу в сентябре. Конгресс «Укрепляемся ради общего». И мы начали процесс: 10 шагов – 10 недель подготовки к конгрессу. Каждую неделю выбирается тема, которую мы хотим разобрать, и мы хотим усилиться в десятке, хотим быть сильными, как все мировое кли.
Вчера мы начали тему, которая называется: «Все равны как один: нет сильного товарища, есть сильная группа». Провели собрание товарищей вчера, и мы хотим выяснять эту тему на протяжении всей недели: на подготовках, уроках, на трапезах. И поэтому мы подобрали отрывки, чтобы все могли разобраться в этой теме.
М. Лайтман: Пожалуйста.
Чтец: (01:04) Равны как один: нет сильного товарища, есть сильная группа – избранные отрывки из первоисточников.
1. Сказано: «И расположился народ [против горы] как один человек в одном сердце», что означает, что у всех была одна цель – ради пользы Творца. И нужно понять, как можно быть «как один человек в одном сердце», ведь известно, что сказали мудрецы: «Kак лица их не похожи одно на другое, так и мнения их не похожи одно на другое» – и как могут быть «как один человек в одном сердце»?
Ответ: если мы говорим, что каждый заботится о своей нужде, получается, что невозможно быть «как один человек», ведь «не похожи они». Однако, если все отменили свою собственную власть и все заботятся только о пользе Творца – тогда уже не существует их частных мнений, потому что всё частное отменилось, и все они вошли под власть Единого. [РАБАШ. Письмо 42]
М. Лайтман: Все. Есть о чем спрашивать или добавить? Нет.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:47) Он вначале пишет: и расположился народ против горы, как один человек в одном сердце.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Что значит «расположился народ» от слова «ваихан»? Это как остановка?
М. Лайтман: Я так думаю.
Ученик: Если это от слова «остановились» и «расположились», почему народ останавливается тем, что он, как один человек с одним сердцем? То есть, мне кажется, наоборот, – это решение для продвижения.
М. Лайтман: Так он это видит. Это написано в «Писании».
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (03:26) Я хотел спросить о теме подборки этого документа: «Равны как один, нет сильного товарища, есть сильная группа». Почему сила как раз в отношении группы?
М. Лайтман: Потому что каждый, он не сильный, у него нет ничего, в чем он мог бы быть силен. Только группа в целом сильна: все держатся за единую цель, за единую силу, единое желание, идут в едином направлении, и по этому измеряют группу.
Ученик: Когда взвешиваем, оцениваем силу, мощь – это по отношению к человеку или всегда по отношению к группе?
М. Лайтман: По отношению к группе.
Ученик: И тогда что же человек в этом всем, если все по отношению к группе?
М. Лайтман: Потому что каждый взвешивается по отношению к группе, а вся группа по отношению к ее цели особой.
Ученик: Еще раз, а что такое тогда «товарищ в группе», если в конечном итоге все измеряется по отношению к группе?
М. Лайтман: Насколько он отменяет себя по отношению к группе, насколько он готов быть вместе с ней, из этого составляется группа.
Ученик: Что каждый добавляет к силе группы?
М. Лайтман: То, что он отменяет себя и поднимает остальных.
Ученик: Почему отмена человека дает силу группе? Если я отменяю себя, почему группе это дает больше силы и мощи?
М. Лайтман: Потому что у тебя есть сила, которая действует против объединения группы. И если каждый так действует, то нет группы, есть только одиночки, каждый из которых тянет на себя.
Ученик: (05:54) Именно так. То есть, как перейти от одиночек к группе, начинать относиться к жизни как к группе? Как происходит переход в человеке, когда он перестает относиться к себе как к индивидууму, как к единице, а к себе внутри группы, вообще по отношению к группе?
М. Лайтман: Он начинает чувствовать, что вся реальность: неживое, растительное, животное и человеческое – все находится в едином теле. Если он так смотрит на них и желает прийти к связи с ними, то в соответствии с этим так он их и судит, что это не один человек или миллион, или миллиард, или даже больше, а он думает обо всех, как о едином целом. И действительно, на самом деле это так.
Ученик: Так что получается? Что означает, что человек развивается, если вообще нет расчета с ним, а только по отношению его к группе?
М. Лайтман: Это его развитие. Он один из всех, и он организует всех, и дает силу объединения всем к слиянию с Творцом.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (08:04) Он тут пишет, что все должны отменять себя и работать ради пользы Творца. Какая польза нужна Творцу от нас?
М. Лайтман: Чтобы мы были объединенными и пришли к слиянию с Ним. И там мы найдем наше место, свое место.
Ученик: То есть мы работаем ради своей пользы, а не Его пользы?
М. Лайтман: Ну, допустим.
Ученик: И это все соединяется вместе, то есть мы вместе с Творцом становимся одним единым?
М. Лайтман: Да. Потому что мы работаем не ради получения для себя, а ради отдачи Творцу.
Ученик: В таком состоянии мы будем полностью отменены?
М. Лайтман: Мы чувствуем, что тут мы слиты друг с другом.
Ученик: Но мое «я» там же отменяется?
М. Лайтман: Да.
Ученик: И тем не менее человек чувствует?
М. Лайтман: Твое желание получать для себя отменяется.
Ученик: Но всегда мы пользуемся им ради отдачи, работать над ним.
М. Лайтман: Над ним остается.
Ученик: Над ним остается. Остается желание, и я работаю только над ним, а само по себе, оно не отменяется. То есть вопрос остается, что такое отмена?
М. Лайтман: Отмена в том, что я не использую его ради цели притянуть, скажем, к себе наслаждение.
Ученик: То есть человек это индивидуально сделать не может, потому что он эгоист, он хочет наслаждения, и поэтому нуждается в группе? И поэтому группа становится для этого чем-то важным?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (10:02) Что такое «войти под власть Единого»? «Войти под власть Единого», он говорит об этом в конце. Мы все, всей группой должны войти под власть Единого?
М. Лайтман: Включиться в Творца.
Ученик: Включиться в Творца. То есть, как Вы сказали раньше, нужно быть в Его свойствах?
М. Лайтман: Да.
Ученик: И мы постоянно должны выяснять это между нами?
М. Лайтман: Это наше исправление.
Ученик: Постоянное исправление.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (10:34) Он говорит: как лица их не подобны друг другу, так и мнения их не подобны друг другу. И говорит, что если все отменили свою власть и заботятся только о пользе Творца, тогда уже не существует их частных мнений. Вопрос отсюда. Это одно и то же действие, когда мы заботимся о пользе Творца? Тут отменяются частные действия или это два разных действия?
М. Лайтман: Я думаю, что они разные, потому что они противоположны друг другу. Одно – это я объединяюсь с другими, а второе – это я отменяю себя. То есть два действия.
Ученик: Почему объединение в «одно единое» обязывает к отмене себя? Отмене моего частного мнения, как он пишет.
М. Лайтман: Объединение требует частной отмены, отмены частного, потому что они противоположны. Если я хочу включиться в остальных, быть соединенным с остальными, то я уже не могу вместе с этим видеть, что я хочу присоединить к себе, находиться над остальными. То есть одно противоречит остальному, одно противоречит другому.
Ученик: Но все еще внутри цельного, каждый делает что-то свое собственное?
М. Лайтман: Да.
Ученик: То есть есть все же, даже внутри целого, есть различие в том, чем каждый вносит в целое.
М. Лайтман: Но они дополняют друг друга, тут нет противоположности.
Ученик: Так из-за того, что они дополняют, это называется аннулированием частного мнения?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (12:38) Если личность – это продукт группы, и скажем, в группе есть какая-то особая сила, то каждый получает по этой силе. Так почему во внешнем мы все же видим, что есть товарищи, которым удается, не знаю, приходить на урок, заниматься распространением, волонтерством и другими вещами, а есть те, кому нет. Почему? Если есть общая сила группы, эта сила должна освящать всех, чтобы все, по крайней мере во внешнем, могли делать, соответствовать всем критериям.
М. Лайтман: Не у всех один и тот же фундамент. Каждый растет из своего фундамента. И поэтому одни преуспевают в этом, а другие в том, одни больше, другие меньше. Но в целом, когда мы соединяемся ради отдачи Творцу, между нами есть связь и единство.
Ученик: То есть получается, что это как органы в теле. У каждого своя функция в десятке. Каждый успешен в чем-то конкретном. Кто-то в одном, кто-то в другом, в распространении. Поэтому получается, что не может быть, что можно быть в претензии к товарищу, если он делает максимум, исходя из своей основы.
М. Лайтман: Да.
Ученик: С внутренней точки зрения мне это понятно. А во внешнем выражении то же самое? Есть разные внешние критерии, что как бы у нас есть тело, и... То есть, с одной стороны, человек приходит, например, два или три раза в неделю. Это его основа, это то, на что он способен, и поэтому никаких претензий к нему быть не может.
М. Лайтман: Мы можем пробуждать в нем еще и еще ценность объединения, к объединению с группой и так далее, поднимать важность, насколько важность есть в этом. Но в конечном счете сверх этого мы не можем на него подействовать.
Ученик: Потому что как бы я не могу быть в претензии к товарищу, почему ты недостаточно объединяешься, или у тебя нет намерения. Это вообще, такого не может быть. Откуда я вообще могу знать? Но я, да, могу обратиться к нему и сказать, почему ты не пришел вчера на собрание. Или все-таки, ну, у него такая основа, не может он.
М. Лайтман: Нет, нет, нет, мы должны требовать. То, что относится ко всей группе, мы можем требовать от каждого.
Ученик: То есть стараться требовать, а что получится, то получится. Потому что зависит это...
М. Лайтман: Нет, больше, чем получится. Мы можем, если товарищ здоров, мы можем его обязать.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (15:32) Что значит требовать от товарища, если это не его основа? У каждого товарища есть своя основа? Вы сказали, у него есть основа.
М. Лайтман: Ну.
Ученик: Что это за основа, которая у него есть?
М. Лайтман: Я такого не говорил.
Ученик: Но я так услышал. Но не это не имеет значения. Как можно потребовать от товарища, когда у него нет к этому условий?
М. Лайтман: Каких условий нет?
Ученик: Например, приходить на уроки, участвовать в каких-то мероприятиях, что-то делать. Если все равны в начальной точке, тогда все способны на что-то одинаковое.
М. Лайтман: Если он приходит в группу, то он обязуется.
Ученик: И с этого момента?
М. Лайтман: И с этого момента и дальше мы можем спрашивать у него: что происходит с тобой? Почему ты не пришел? Почему не участвуешь?
Ученик: И как я могу судить товарища? Есть ли у меня вообще право судить товарища в группе?
М. Лайтман: По законам группы ты можешь судить его.
Вопрос (Ж Интернет): (16:44) Если то, что измеряется в группе, сила группы, не считается тем, что товарищ сильный или нет, то как человек может добавить свои усилия? Как он проверяет, что он вносит вклад и насколько он вносит вклад в группу?
М. Лайтман: Насколько группа сильная, настолько силен каждый, когда он включается туда.
Ученик: Я могу проверить, насколько я силен, чтобы я мог улучшиться и больше вкладывать?
М. Лайтман: Если ты находишься в группе и понимаешь ее цель и шаги, которые она проходит, и ты участвуешь в этих шагах, то ты в порядке.
Вопрос (Ж Интернет): (17:45) Ведут ли разные взгляды к тому, чтобы быть как один человек с одним сердцем или мы должны отказаться от разных мнений?
М. Лайтман: Еще раз.
Ученик: У группы есть одна цель, но все видят ее по-разному, и мы по-разному выражаем общую цель. Нужно отменить свою цель, свой взгляд или он несет какой-то вклад в группу?
М. Лайтман: Это вкладывает, если не опровергает основы группы.
Вопрос (Турция-2): (18:48) Как мы можем включить себя в систему Творца?
М. Лайтман: С помощью того, что мы объединяемся между собой и включаемся в эту систему, высшую.
Вопрос (Ж Турция-4): (19:29) Если я отменяю себя перед группой, то я не наношу вреда товарищам.
Вопрос отсюда: как я могу реализовывать свои собственные индивидуальные качества, какое выражение моего характера правильное для того, чтобы быть дающим в группе?
М. Лайтман: В этом надо работать вместе с группой. Это то, что мы учим.
Вопрос (Ж Турция-9): (20:36) Есть ли личная связь между мной и Творцом, имеется в виду, я сама нахожусь в Творце? Насколько Он ценит мои усилия, насколько остается там мое «я»?
М. Лайтман: Творец вообще наполняет все и обустраивает все. Это сила, у которой нет границ и ограничений ни в чем. Поэтому Он особый, Он включает в себя и нас, и все миры.
Вопрос (Голландия): (21:34) Насколько я понял, нет какого-то частного мнения или личного понимания. Мы должны прийти к общему пониманию, найти нечто общее для нас, чтобы насладить Творца. Мы должны заботиться только о том, чтобы нести что-то доброе Творцу, наслаждать Его. Что означает видеть общим взглядом благо Творца с точки зрения группы, с точки зрения нашей общей ничтожности, не индивидуальной?
М. Лайтман: Что мы объединяемся, и из нашего объединения, когда мы уже учим, что «мы вместе», какая форма у нас есть вместе, обращаемся к Творцу.
Ученик: А как это можно отнести к Творцу, когда мы объединяемся?
М. Лайтман: Именно когда мы объединяемся, у нас есть возможность обратиться к Творцу. Да.
Вопрос (Киев-1): (22:58) Как нам десяткой, в результате, может быть, какого-то внутреннего упражнения, войти под власть Единого?
М. Лайтман: Нам надо объединиться, в первую очередь между собой, как один. И тогда мы можем приблизить себя к Творцу и увидеть, насколько мы одинаковые или разные.
Ученик: Что это значит, что мы, например, собрались вместе, вроде объединяемся, работаем вместе, молитва? Что значит, что мы входим под власть Единого? Что происходит у нас в десятке?
М. Лайтман: В той мере, в которой мы можем быть как один, мы принижаем себя, каждый относительно остальных. И таким образом, в аннулировании каждого себя, мы прилепляемся к Творцу. И так становимся все одинаковыми относительно Него. Тем, что мы отменяем свое желание получать, свой эгоизм по отношению к Нему, то в этом мы становимся как один.
Вопрос (Новосибирск): (24:41) Я от Вас услышал, что если товарищ приходит в группу, то он обязуется. По законам группы ты можешь судить его. Есть и другой подход, который мы от Вас слышим, что не оказывайте давления, насколько может, настолько может, показывайте пример, который сработает для этого товарища.
М. Лайтман: Это со стороны группы. Со стороны товарища он обязан себя полностью отменить. Постепенно, не с первого же дня. А со стороны группы мы должны все-таки понимать, что это делается постепенно. И так мы действуем на всех.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (25:39) Вы раньше ответили на вопрос подруги, что если есть различия во мнениях в десятке, то это может помочь качеству единства десятки, при условии, что они правильно работают и остерегаются не развалить десятку. Мой вопрос в продолжение. Как правильно работать, чтобы изменения между товарищами, потому что всегда существует различие, как эти изменения усилят объединение, а не развалят десятку?
М. Лайтман: Каждый должен видеть, что он делает свою работу. Отменять себя по отношению к десятке с одной стороны, а увеличивать объединение в десятке с другой стороны.
Ученик: Но как отменить себя с одной стороны и усилить объединение с другой? Это слышится как одно и то же. Как именно мой личный аспект по отношению к углу зрения другого приведут к тому, чтобы работать вместе? Что усилит объединение, по отношению к тому, если бы не было вообще различия?
М. Лайтман: Если бы не было бы различий – это бы усилило объединение.
Ученик: Верно. Но когда объединяемся над различиями, это еще сильнее усиливает наше объединение.
М. Лайтман: Ну, и различия тоже. И тогда получается, что внутри они настолько разные, а снаружи они как один.
Ученик: Вот именно. Мой вопрос такой: как убедиться, что эти различия не разрушают десятку, а только еще усиливают объединение?
М. Лайтман: Если мы все время приближаемся друг к другу с помощью Творца, который объединяет нас и соединяет, и связывает нас вместе, то так мы и продвигаемся.
Ученик: (28:15) То есть то, что соединяет над различиями – это Творец?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А как Он соединяет над этими различиями?
М. Лайтман: Своими силами.
Ученик: А как пользоваться Его силами? Что человек должен сделать, чтобы получить силы от Творца: соединиться с тем, кто отличается от него?
М. Лайтман: Он должен быть все время в напряжении, что несмотря на то, что растут в нем внутренние свойства, в которых он отделяется, отдаляется от других и отторгает их как бы, то, с другой стороны, он стремится, тянется к ним, потому что он чувствует, что именно там, внутри, в объединении с ними он постигает Творца. Поэтому тут есть две противоположные вещи.
Ученик: И тогда он все время должен ставить это постижение Творца над внутренним разделением, которое растет?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Интернет): (29:27) Что значит быть «одним» в десятке? Что это за состояние, когда различные товарищи в десятке – одно целое?
М. Лайтман: Они объединяются в одной цели и понимают, что они должны как-то действовать по отношению к своему личному эгоизму, к каждому. И так вот, они чувствуют себя, что они объединены.
Нам надо перейти?
Чтец: Мы можем продолжить.
М. Лайтман: А, можно продолжить? Ну, замечательно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (30:14) Я слышал, что Вы раньше сказали, я записал, что есть два действия, которые слышатся полностью противоположными. Я хочу выяснить. Одно действие – когда я соединяюсь с другими, другое действие – когда я отменяю себя. Одно действие, первое: когда я соединяюсь с другими – это не с помощью отмены себя?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так что значит второе действие – когда я отменяю себя? В чем разница вообще?
М. Лайтман: Для того, чтобы соединиться с другими, я должен отменить себя. Так? Вот. Ну, так мы и делаем.
Ученик: Почему есть два действия? Почему это считается двумя действиями: соединяется с другими и отменяет себя? По всей видимости, по отношению к Высшей силе уже это второй этап?
М. Лайтман: От своего эгоизма к Высшей силе.
Ученик: Так есть два действия по отмене: одно по отношению к товарищам, другое по отношению к Высшей силе?
М. Лайтман: Это, в принципе, одно действие.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (31:43) Мы видим, насколько объединение на самом деле требует отмены одного по отношению к другому. Вчера на собрании товарищей мы сидели на одном из семинаров и отвечали, кто такой лидер в десятке. Есть такое понятие – лидер в десятке?
М. Лайтман: Нам, может быть, надо это сделать, хотя у нас этого не было, у РАБАШа, но это возможно.
Ученик: Что значит «возможно»? Что значит быть лидером в десятке?
М. Лайтман: Человек, который проходит ротацию, берет кого-то из десятки и ставит на эту роль.
Ученик: Берет товарища и передает ему эту роль?
М. Лайтман: Да, и вот так, в ротации.
Ученик: И он каждый раз меняется со всеми товарищами, и он как один в отношении них?
М. Лайтман: Это не постоянный человек.
Ученик: Я понимаю, каждый раз другой человек в десятке.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Хорошо, и тогда?
М. Лайтман: Когда-нибудь поговорим об этом.
Ученик: Еще не пришло время этому?
М. Лайтман: Совсем еще нет.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (33:06) Написано здесь, что мы, по сути дела, пользуемся желанием доставлять наслаждение Творцу как то, что может объединить нас, соединить. Вопрос, как определить это желание? Потому что мне кажется, что проявляются разные формы, один должен работать на кухне, и он так хочет отдавать там, чтобы вложиться в группу. Другой через распространение это делает, и хочет весь мир уже подключить к Творцу.
И вопрос такой. Есть форма выразить это? Потому что это кажется настолько отличным у каждого. И насколько важно думать, что я на самом деле хочу сделать то, что я делаю, ради Него? По сути дела, два вопроса. Первый вопрос: есть определение, что значит делать что-то на пользу Творца? И второй вопрос: насколько это важно в моем действии, когда я думаю, что это является моей целью?
М. Лайтман: Я думаю, это важно.
Ученик: Есть какое-то определение точное?
М. Лайтман: Я не знаю. Насколько я понял тебя, то нет. Пока что я не могу вспомнить какое-то определение.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (34:55) Когда Вы думаете о будущем нашей организации – это будет организация, которая позволит каждому подключиться к науке каббала в форме, которая подходит ему? Или только будет включать тех, которые готовы посвятить свою жизнь реализации методики? Или и то и другое?
М. Лайтман: И то и другое. И то и другое. Вы знаете, трудно найти людей сегодня, которые готовы полностью вложиться во имя такой как бы иллюзорной цели, я бы так сказал. Поэтому нам надо быть, насколько это возможно, организацией, которая находится в этом мире, предназначена для разных людей, мужчин, женщин, которая относится, принадлежит… как бы это сказать… к цели. Я бы больше ничего не сказал.
Ученик: Как это управляется, когда и то и другое? Как общество устроено таким образом, что есть не две как бы цели, а два подхода?
М. Лайтман: Почему два? Группа вся строится на том, чтобы быть в объединении, чтобы в объединении раскрыть Высшую силу и слиться с ней. Это, в принципе, группа.
Ученик: Хорошо. Если поделено общество на круги внутри себя, это правильно так рассматривать его или нет?
М. Лайтман: Я не думаю, что это главное. Это совершенно вторично.
Ученик: Должно быть стремление быть в каком-то круге, в каком-то месте? Или неважно, где я нахожусь, главное, что я в этом обществе и иду вместе с этим обществом?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:25) Я хочу все-таки выяснить и не затушевывать это. С одной стороны, есть условия, которые определили каббалисты, которые, по всей видимости, не меняются. С другой стороны, мы хотим, чтобы было место для всех. И здесь диссонанс. Как сделать так, чтобы каждый чувствовал себя комфортно?
С одной стороны, мы не хотим ослабить группу, отменяя условия, и сказать, что – не страшно, можно участвовать немного… Есть условия, ничего не поделаешь. С другой стороны, мы видим, что только 10% отвечают условиям. Когда мы были маленькой группой, можно было требовать. Сегодня же есть десятки тысяч, а завтра будут миллионы, ты не можешь требовать от миллионов то, что ты требуешь от единиц. Но хотим, чтобы было место для всех.
Так что может практически помочь в действии, чтобы был мир между всеми? Потому что одни давят на других, потому что действительно хотят, чтобы они соответствовали условиям. А те не могут соответствовать условиям, так они либо уходят, либо есть давление. И это происходит внутри десятки. Так что можно сделать, кроме любви? Когда есть любовь, как в семье, никто не давит. Я понимаю, кто на что способен. А здесь любви пока еще нет. Мы стремимся к этому пока что. И поэтому что может снять это давление и дать существование всем этим типам?
М. Лайтман: Уважение.
Ученик: Где брать уважение, если еще нет любви?
М. Лайтман: Я не могу тебе сказать, но все же нужно учиться, как терпеть всех.
Ученик: Так как учиться? Когда начнем учиться?
М. Лайтман: Это со временем, человек приходит к этому. Каждый.
Ученик: Просто свет, возвращающий к Источнику, все выстроит?
М. Лайтман: Да.
Петах-Тиква-Центр: (39:44) Мы команда, которая занимается группами израильскими. И есть немало состояний, когда товарищ приходит и говорит: есть у меня цель в жизни. Цель в моей жизни – это более высокий уровень. И каждого, кто находится в его окружении, в его десятке, и не отвечает минимальным условиям, его требованиям, он не может его терпеть.
Эта вещь с уважением, ему трудно выражать, когда он говорит: это высшая ценность моей жизни, теперь что я вижу, что уважать? Он мне мешает, он мне портит. Он чувствует, что он не может с ним прийти к нормальным отношениям. И РАБАШ нас ведет шаг за шагом к этому. Но когда это в действии выражается в настоящем времени, ты не можешь это удерживать, это разваливает, это мешает и так далее.
М. Лайтман: Так что ты хочешь, чтобы я тебе сказал?
Ученик: Не знаю, я не хочу, чтобы Вы сказали. Я хочу, чтобы все это услышали, чтобы товарищи подумали об этом, что с этим делать. Прежде всего, чтобы все понимали, что есть место для всех. Все же проявить уважение и позволить дать место каждому товарищу и понять, что духовное и материальное ведет каждого из нас в другие места.
М. Лайтман: Терпение. Терпение. Ничего не поделаешь. Понимаешь?
Почему ты перестал читать?
Чтец: (41:42) 2-й отрывок.
2. Нужно общество, чтобы все вместе были большой силой и мы могли бы работать вместе, чтобы отменить желание получать, называемое злом, так как оно не дает нам прийти к цели, ради которой человек создан.
Поэтому общество должно состоять из отдельных людей, которые придерживаются единого мнения, что нужно прийти к этому. И тогда из всех этих отдельных людей возникает единая большая сила, позволяющая бороться с собой, ведь каждый включает в себя всех. Получается, что каждый опирается на большое желание, состоящее в том, что он хочет достичь цели.
А чтобы было взаимовключение одного в другого, каждый должен отменить себя перед другим. А это происходит благодаря тому, что каждый видит достоинства своего товарища, а не его недостатки. Однако тот, кто думает, что он немного выше товарищей, уже не может объединиться с ними. [РАБАШ. Статья 1, часть 2 (1984) «Цель группы – 2»]
М. Лайтман: Ну, эти вещи понятны. Трудно, конечно, их выполнять, как-то себя каждый раз позиционировать так, чтобы видеть так это и смотреть так на мир, но эти условия понятны. Хорошо?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (43:40) В продолжение того, что спросил товарищ: в группе есть много разных людей, так как она может продвигаться гармонично, когда каждый получает то, что ему нужно для его продвижения?
М. Лайтман: Так они и продвигаются.
Ученик: Когда ты говоришь по отношению к группе, когда хочешь вести ее, ты даешь определенную линию. Как ты можешь дать эту линию продвижения, чтобы это всё коснулось всех?
М. Лайтман: Я еще не знаю пока.
Ученик: Я попытаюсь спросить по-другому: мы очень отличаемся друг от друга – один должен быть в обязательствах на 90%, другой на 60%, а третий вообще на 30%. Как ты можешь дать каждому то, что ему необходимо?
М. Лайтман: Это Творец делает, это не я. Я вообще не понимаю, что ты спрашиваешь.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (45:11) Это вещи, которые мы слышали в течение многих лет. Я помню, что несколько лет назад наш товарищ сказал, что он не может вставать на урок и слушал Вас из постели, и Вы сказал ему: не приходящий на урок словно предает. И мы впитывали это, когда мы хотели прийти к настоящему поручительству, и это в каждом осталось.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Это одна линия. А другая линия, что мы все должны включить все различия и все многообразие. Здесь, я думаю, центральный вопрос: как мы с одной стороны находимся в слиянии, в законах каббалистов и тщательно их выполняем, как написано, а с другой стороны, как это выражается, когда все мы настолько различны в этих стремлениях к Творцу? Как удерживать группу? Группу, может быть, да, но вот как десятку в этих всех различиях?
М. Лайтман: Вы должны понять, что различия между нами будут расти все больше и больше – таков закон. И всем нам понадобится объединиться как одному человеку с одним сердцем вместе с этим, и так продолжать развиваться и расти.
Ученик: Я вижу это у нас в десятке в течение последних лет, как мы делаем это внутреннее соответствие друг по отношению к другу, потому что есть товарищи с опытом, а есть те, у которых немного другой подход. И на самом деле это процесс, который мы проходим вместе.
М. Лайтман: Да.
Ученик: В отношении любви. Есть ли равенство, или любовь всегда от низшего к высшему?
М. Лайтман: Я не могу сказать. Любовь – это обычно от высшего к нижнему.
Ученик: (47:50) Почему я спрашиваю? Потому что это связано одно с другим. Вы сказали, что мы должны делать то, что делаем с любовью. Но если один это делает, может быть, он чувствует, что он не может быть равным товарищам. Он должен включить их, и быть поручителем за них, они меньше, а он больше. И получается, что он не равен им.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И здесь существует дилемма. Должен ли я быть равным товарищам, или я должен быть в любви, и так я как бы отрываюсь от них? Я как высший по отношению к ним, я не хожу с ними на той же частоте. И здесь есть внутренний вопрос в нашей работе. Как правильно относиться в десятке к товарищам? Эта любовь, эта бесконечная милость не отключает ли меня, и не делает ли нас как раз разделенными?
М. Лайтман: Написано, что любовь – это вещь исключительная, необычная. Я думаю, это как раз для этой ситуации, что может быть маленький и большой, и кто-то по серединке, у каждого свои мнения, свои силы, качества. И при всем том между ними есть любовь. То есть любовь, что каждый из своих свойств и качеств очень хочет нести, и давать добро товарищу. Его товарищ тоже. И тогда они, насколько каждый способен, зависят друг от друга и связаны друг с другом.
Ученик: Когда не с помощью силы любви, а с помощью другой силы?
М. Лайтман: Нет-нет, силой любви.
Ученик: Потому что один отдает, а другой получает?
М. Лайтман: Ну и что?
Ученик: Это приводит к разделению, к различию. Мы говорим, что это отличие по форме.
М. Лайтман: Нет, но мы же учим, что тот, кто получает, он тоже должен получать это по причине желания отдавать. И поэтому есть между ними подобие.
Ученик: (50:16) Так должно быть согласие между всеми не по количеству отдачи или влиянию, а как Вы говорите, что мы вместе в одной лодке.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И тогда я могу действительно работать?
М. Лайтман: И так же, даже если и не в этом. Когда все наше устремление друг к другу из того, что каждый хочет восполнить другого, дать ему все, чтобы у него была любовь.
Ученик: И как в конце все это складывается, как Вы говорите? Потому что в разуме это не укладывается. Есть еще небольшая вещь – «Возлюби Творца своего». Творец, Он как бы большой. Как маленький может любить большого? Что это значит, или это не так? «Возлюби Творца своего» – это как бы маленький. Что он делает по отношению к большому? Как он выражает эту любовь?
М. Лайтман: Я не вижу в любви, что тут есть маленький и большой. Что насколько человек большой, он подчиняет себя маленькому из-за любви к нему.
Ученик: Понятно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (52:10) Я слышал о нескольких случаях, как давних, так и новых, когда ученики из-за требования группы к постоянному большему продвижению чувствуют, что они не могут удерживать этот темп, что они «делают дырку» и предают, и поэтому уходят.
М. Лайтман: Еще раз.
Ученик: Я слышал о нескольких товарищах, как тех, кто учится давно, так и новых, которые чувствуют, что не выдерживают заданный группой темп, что они наносят ущерб, и поэтому хотят уйти.
М. Лайтман: Но в каком понимании они причиняют вред?
Ученик: Когда они не выполняют условий участия во всех установках группы, и поэтому чувствуют, что причиняют вред. Их товарищи приходят на утренний урок, встречаются в середине дня, а они не могут. Товарищи занимаются распространением, а они не успевают.
М. Лайтман: Ну так что, тогда они предпочитают уйти?
Ученик: Они удручены этим, они не хотят вообще уходить, находятся во внутреннем противоречии.
М. Лайтман: Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Ученик: Можно что-то им сказать?
М. Лайтман: Я не знаю. Сделать сутки длиннее?
Ученик: Что мы, как группа, должны сказать этим товарищам?
М. Лайтман: Мы стараемся идти навстречу каждому. Мы не в состоянии, я думаю (может быть, есть возможность, я не знаю), идти навстречу семьям с детьми, женщинам и так далее. Я не знаю. Но в целом мы даем тот необходимый минимум, о котором пишет Бааль Сулам, – это учеба изо дня в день, когда уже и не ночь, и не день еще, и так продвигаться. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Еще пару часов добавить к суткам?
Ученик: (55:17) Нет, вопрос в том, каким должно быть отношение этих товарищей, они действительно наносят ущерб?
М. Лайтман: Есть такие, которые не приходят, или приходят два раза в неделю, или два раза в месяц, да.
Ученик: Они причиняют вред?
М. Лайтман: Нет. Каждый человек, даже если он не участвует каждый день и в полной мере с группой, все равно работает таким образом.
Ученик: Товарищ должен как часть своего пути, как часть своего духовного развития, чувствовать себя удрученным, чувствовать угрызение совести, чувствовать, что он виновен в чем-то?
М. Лайтман: Это зависит от него, но группа не должна вызывать в нем такие реакции.
Ученик: Но когда он видит разницу между тем, что группа излучает ему и дает ему пример, и тем, на что он способен, у него возникают эти чувства, пока он не уходит.
М. Лайтман: Так что ты хочешь, чтобы группа перестала так себя вести?
Ученик: Я спрашиваю, какое отношение должно быть, или каково решение этого конфликта?
М. Лайтман: Я не знаю. Так что, с завтрашнего дня будем просыпаться на урок только один раз в неделю?
Ученик: Нет, я не говорил, я спрашиваю.
М. Лайтман: Ну, так что?
Ученик: Каким должно быть отношение к товарищу?
М. Лайтман: Наше отношение должно быть таким, каким оно всегда было от Бааль Сулама и дальше. Мы не сходим с этих рельс.
Ученик: Хорошо. Ну, понятно, что мы не говорим о том, чтобы изменять порядки.
М. Лайтман: Я тебя спрашиваю, что ты предлагаешь?
Ученик: Может быть, как-то обозначить товарищу это отношение, что мы включаем его в себя?
М. Лайтман: Ну хорошо, позаботьтесь, займитесь им, говорите, объясните. Объясните, что нет у вас выбора, что нет больше часов в сутках. Ну, всякие разные вещи.
Ученик: И что – мы принимаем его, каков он есть?
М. Лайтман: Что значит «какой он есть»? Когда он приходит два раза в месяц?
Ученик: Предположим.
М. Лайтман: Ну, да.
Ученик: Принимаем его?
М. Лайтман: Принимаем его. И вместе с нашей работой, когда мы стараемся работать с ним, мы все-таки ждем, что изменится.
Ученик: (58:13) Так здесь существует противоречие: или мы ждем, что он изменится, или мы принимаем его.
М. Лайтман: И принимаем, и ждем.
Ученик: Так тут противоречие?
М. Лайтман: Я не вижу противоречия.
Ученик: Или мы требуем от него, или же мы говорим ему, что ты в порядке, ты делаешь свои 100%.
М. Лайтман: Мы не можем согласиться с тем, что это нормально. Это против распорядка Бааль Сулама и РАБАШа, с одной стороны. А с другой стороны, мы все-таки как-то ладим с ним.
Ученик: Последний вопрос. Может быть, есть место для изменения порядков, вообще структуры группы? Например, поделить десятки на такие десятки, которые отвечают рамкам в общем, и есть частичные рамки и так далее?
М. Лайтман: Нет.
Ученик: Нет? Почему?
М. Лайтман: Потому что ты этим даешь уже какую-то оценку, куда он там относится, как там отменяется. Это нехорошо.
Ученик: Так десятки должны быть перемешаны со всеми этими рамками?
М. Лайтман: Да, и чтобы внутри десятки позаботились, чтобы все продвигались к состоянию более или менее равному.
Ученик: И как это не вредит духовному продвижению тех, кто на самом деле хотят отвечать всем рамкам, и нет у них взаимных отношений правильных?
М. Лайтман: Я не думаю, что такие есть. Что, у нас нет десяток, которые выполняют полностью весь распорядок от А до Я?
Ученик: Да, это то, что мы сказали, что есть товарищи в десятке, которые выполняют от А до Я. Но, скажем, из десяти товарищей это только два. Я просто привожу пример. Три, пять – неважно, но не все.
М. Лайтман: Ну хорошо, будем надеяться, что это изменится.
Ученик: А как это не мешает духовному продвижению тех, кто хотят?
М. Лайтман: А иначе как ты хочешь? Собрать тех, которые могут каждый день быть по восемь часов или как?
Ученик: (01:00:56) Я на самом деле не имею никакого понятия. Я спрашиваю: как правильно?
М. Лайтман: Я вижу, что и во времена РАБАШа… Как там было у Бааль Сулама, я не знаю, но во времена РАБАШа было много таких, которые не приходили; было много таких, которые приходили, чтобы посидеть, поговорить, а не учиться. Всякие были. А он терпел их, терпел.
Посмотрим, посмотрим. С течением времени, я думаю, мы тоже поменяемся. Время изменится, а мы будем умнее, чтобы устанавливать какие-то изменения в группе. Вот так.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:10) В первую очередь я хочу спросить на тему, что нет сильного товарища, есть только сильная группа. Я когда-то слышал от Вас такое, что нет такого – слабый товарищ, если группа сильная, то тот, кто входит в нее, он тоже будет сильным. Мне это немножко мешает, когда мы говорим, что не бывает слабого товарища, бывает слабая группа. Получается, что мы говорим: откуда будет сильная группа, если не будет сильных товарищей? Я этого не понимаю.
М. Лайтман: Но все мы ведь отличаемся, и по времени, и в то же самое время, все.
Ученик: Но ведь мы говорим, усиление в чем? Желание объединиться, вклад в объединение.
М. Лайтман: В своем вкладе по времени, прежде всего по времени, и в постоянстве.
Ученик: Я думаю, что все должны стремиться быть сильными.
М. Лайтман: Хорошо, должны.
Ученик: Теперь, что касается того, что Нив спросил. Бааль Сулам пишет в «Последнем Поколении», то что мы учили, что в исправленном обществе не каждый должен заниматься идеологией, каббалой, учебой ранним утром. Если мы приходим к состоянию, когда мы хотим также включить в себя не только товарищей, которые действительно хотят стать каббалистами, а вообще каждого, кто поддерживает идею, кто хотел бы включиться – есть у него место? Может быть, не все должны изучать каббалу ранним утром? Может быть, найти для них рамки и дать им поддержку? Они оказывают поддержку, каждый со своего места, кто-то раз в неделю на дежурство приходит, и в этом его вклад. И не чувствует, что он…
М. Лайтман: Я согласен с тобой.
Ученик: Он не чувствует, что вкладывает-не вкладывает, дырку сверлит-не сверлит. Может быть, надо изменить фазу, если мы стремимся действовать по законам Последнего Поколения?
М. Лайтман: Ты говоришь правильно. Говоришь правильно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:04:45) Я вижу, скажем, в семье, если мы возьмем семью в качестве примера: дети, родители, бабушки, дедушки. Ответственность лежит на взрослых, которые берут ответственность за семью. То есть это не говорит о том, что дети не являются частью семьи, или дедушки и бабушки не часть семьи, но должен быть какой-то путь, где взрослые могут поддерживать друг друга, а дети почувствуют себя детьми. А любовь – это то, что заставляет всех чувствовать себя в семье.
Насколько правильно, если мы создадим такие рамки для всех? Скажем, могли бы взрослые встречаться, без детей, это нормально, это принято, это естественно. На этой встрече, когда взрослые встречаются, они могут поддержать друг друга. Может быть, есть ребенок, который подрастает, он тоже обнаружит, что есть условия быть взрослым. И мы в группе тоже обнаруживаем, что есть условия, чтобы быть в той группе взрослых, которые поддерживают, обеспечивают, у которых есть силы, которые являют собой пример. А те, у кого еще нет – все равно ты часть семьи, мы тебя любим, для тебя есть свои рамки. А разница только в отношении. То, что я вижу, человек прекращает приходить, нет у него сил. Нет больницы такой, куда бы его могли...
То есть, проявляется такая защита себя, что начинаем его отодвигать, начинаем снимать с него важность, и чисто естественно эгоизм начинает видеть в нем как бы помеху. Вместо того чтобы перевести его на другой уровень и сказать: ага, ты сейчас ребенок, но мы все равно тебя любим, ты часть семьи. Ты можешь приходить на такие-то встречи, а вот на такие пока что еще не можешь. То есть как бы естественным образом градуировать в группе каждого, где он находится, и обеспечивать как бы и жизненные силы, и необходимое тому, кто находится на том или ином месте. Не знаю, насколько понятно я сказал.
М. Лайтман: Я думаю, что я понял.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:07:25) Мы должны научиться немного обнимать, чтобы группа выяснила бы. Найти, может быть, в первоисточниках ту форму работы между нами, потому что, на самом деле, насколько это важно. Там у товарища есть возможность только прийти. Но когда я вижу его проблемы, мы видим, что и в трудах «Последнего Поколения» Бааль Сулам подчеркивает, что можно каждого измерить, обмерить.
Но когда я вижу товарища, но он как бы ослаб, но как бы он ослаб, или он как бы слабый по отношению ко мне, я должен преодолеть. И если я поднимаюсь в этом состоянии, он поднимается вместе со мной, хотя даже если он не понимает, но я должен каждый раз быть в объединении с ним, даже если мне хочется его оттолкнуть. Я не из тех людей, которые с легкостью соединяются с другими людьми, раз, два, три. А потом я больше предпочитаю внутреннюю работу. И я вижу, что я теряю важность по отношению к нему.
Простите меня, если я сейчас затрагиваю что-то, что гораздо выше меня, еще не постигнуто. Но как бы ты обнимаешь его и левой рукой, с левой стороны, через это выяснение в десятке. Но если есть много тепла и любви, то ему больше необходимо это. В конечном счете центр десятки несет всех, как тот самый воздушный шар. Все внутри. Если товарищ пришел, пришел. Те, кто может тянуть, тянут. Но объединение мы должны хранить.
М. Лайтман: Ты прав. Ты прав.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:09:52) У нас есть товарищ в десятке, который постоянно посылает статью, где сказано «все, что угодно, только не уходи». РАБАШ из третьего тома. И он говорит, есть хозяин всей этой истории, и не забывать делать то, что Он говорит, обращаться к Нему.
Вопрос, как мы помним все время, во всех этих состояниях, о чем говорит товарищ, что есть Творец, и как мы включаем Его во всю эту историю. Во все то, что Он, Он в принципе хозяин. И тогда, мне кажется, будет легче заниматься этими ситуациями.
М. Лайтман: Хорошо, спасибо. Ладно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:10:51) Я думаю, что много раз, когда говорили о давлении группы, это не давление группы, а давление товарищей в группе. Я думаю, что частенько стоит, может быть, менять десятку. Может быть, менять. Но у нас недостаточно работает механизм, что можно сменить десятку. Выйти из-под давления товарищей, отдельных каких-то товарищей, которые давят слишком. Это не давление группы. Так я думаю.
М. Лайтман: Ладно. У каждого свое мнение. А что мы должны делать дальше?
Чтец: (01:11:49) У нас еще два прекрасных отрывка. Я продолжаю дискуссию, которая сейчас здесь была.
Пишет святой АШЛА. Несмотря на то, что твой товарищ не соответствует твоим представлениям, ты должен терпеть его и любить его ради Творца, который так его создал.
И есть еще отрывок, это седьмой. Бааль Сулам пишет. «Наука каббала и философия».
7. Закон любви не действует между большим и маленьким, потому что два истинно любящих должны ощущать между собой равенство. [Бааль Сулам. «Наука каббала и философия»]
М. Лайтман: Да. Хорошо. Что у нас еще?
Чтец: Перейдем к «Пиркей Авот». Перейдем к следующей части урока.
Набор: Команда синхронного набора