Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 15 июня 2024 года
Часть 1: Рабаш. Письмо 33, 30
Чтец: Мы читаем книгу «Труды РАБАШа», второй том, 1484-я страница, 33-е письмо.
Письмо 33
(00:39) В честь мудрого учителя в группе…
Получил письмо от твоего внука..., в котором он задает несколько вопросов. Обычно я отвечаю в общем, а не в частностях, хотя и люблю, когда спрашивающий интересуется именно подробностями, а не общим, но, в сущности, общее содержит множество частностей.
То есть ответ, как правило, более полезен для работы истинным путем. И именно когда есть у спрашивающего множество подробностей, есть место тому, чтобы общее осветило частное, называемое нами множеством келим, и этого достаточно, чтобы понять, поэтому я отвечу в общем.
Известно, что главное – это радость. Но надо понять, что такое радость, как написано: «И в веселии, что проку» (Коелет 2:2), и почему определили благословение для работы в радости, как написано: «…за то, что вы не служили … в радости» (Дварим 28:47).
И можно понять вопрос радости, будучи в этом мире (как сказал мой отец и учитель, что дают ему все пути этого мира – только [чтобы] взять от них буквы и келим для духовных потребностей).
Мы видим, что люди прилагают усилия каждый день – кто на работе, кто в торговле, и весь день человек ждёт, когда придёт время, чтобы он смог вернуться домой, хорошо поесть и повеселиться с домочадцами и детьми.
Либо тот, кто уходит за море и страдает в работе и страстно желает того момента, когда сможет вернуться домой. И когда видит, что время возвращения домой приближается, то радость начинает стучать в его сердце, и тогда стремление, которое всё время есть у него – добраться до цели – возвеличивает саму цель.
То есть он чувствует, что стоит приложить все свои силы только для того, чтобы смог вернуться домой и насладиться. Ведь иначе, если бы не приложил усилия, то не было бы у него, чем насладиться дома. Так как дом был бы пуст, и не мог бы он наслаждаться.
Таким образом, здесь есть две вещи:
1) Хорошая трапеза, или много денег у того, кто приходит из-за моря,
2) Стремление прийти к цели.
И можно сказать, что если можно было бы взвесить удовольствие на весах, то можно было бы сказать, что если удовольствие от трапезы или от того, что человек привозит деньги из-за границы, весит один килограмм, то страстное желание того, кто целый день желает вернуться домой и хорошо покушать – может увеличить удовольствие настолько, что оно будет весить сто килограмм.
И так же [относительно того], кто стремится вернуться домой с деньгами, которые заработал за границей, стремление безмерно и безгранично увеличивает удовольствие, а увеличение удовольствия соответствует только величине стремления.
А величина стремления растёт пропорционально приложенным усилиям, то есть, если человек тяжело работает и соответственно этому страдает, то тогда сами эти страдания приносят ему огромное стремление освободиться от них и прийти к вожделенной цели. А вся жизненная сила, которая есть у него, в то время, когда он испытывает страдания – только от [предвкушения] будущего. То есть от того, что он чувствует, что ещё немного – и приблизится время, когда он сможет вернуться домой.
(06:56) В соответствии с этим получается, что если есть у человека хорошая трапеза или много денег, для которых он не приложил усилий, то тогда он вкушает удовольствие только в соответствии с уровнем (1), то есть в размере одного килограмма. А тот, у кого есть усилия и стремление, получает наслаждение в размере уровня (2), то есть сможет увеличить удовольствие в сто и в тысячу раз.
И не следует затрудняться, в чем истина. То есть, если есть удовольствие в трапезе и в деньгах, то какая разница, есть ли страстное желание, ведь трапеза и деньги – это вещи существенные, и как может быть, что усилия и стремление добавят удовольствия?
А дело в том, что всё упомянутое выше: и материальные, и духовные приобретения, имеют одну природу. Ведь любое наслаждение – и материальное, и духовное, называется светом. А для света у нас есть правило, что его невозможно постигнуть. То есть невозможно определить его собственную конечную форму, а только посредством келим. То есть мы определяем форму света в соответствии сo свойствами келим.
А словом «келим», как известно, называется страстное желание к чему-либо. Получается, что келим увеличивают свет. То есть, не свет должен быть большим, а келим должны быть большими. И только если есть у него много келим, то есть большее стремление, тогда ощущается большее удовольствие в свете.
Поэтому даже в материальном не трапеза и деньги определяют величину наслаждения, а приложенные усилия и желание устанавливают величину наслаждения.
И отсюда поймём вопрос радости. Обычно тому, кто начинает работу на Творца, посылают посторонние мысли в процессе занятий Торой и молитвой. И это приносит человеку страдания. И эти страдания – они только в той мере, в какой человек хочет от них избавиться и изгнать их.
А как изгнать эти мысли? Только посредством радости. То есть [нужно] чтобы была у него уверенность в том, что он придёт к желаемой цели, то есть сможет доставить удовольствие Творцу и стать Его слугой.
И необходимо рисовать себе [в воображении], как хорошо и приятно быть в тени Царя, наблюдать Его прелесть и посещать Его дворец, как написано: «Творец веселится с праведниками», и, конечно же, и я приду на эту ступень.
И тогда он посмотрит на эти посторонние мысли, из-за которых терпит урон, то есть не может быть среди приближённых к Творцу. И тогда у него уже есть возможность взвесить определение «дать хорошую оплату праведникам и рассчитаться с грешникам», то есть оценить значение света и тьмы.
Получается, что в том размере, в каком есть у него страдания от посторонних мыслей, в этом же размере у него и радость, когда посещают его хорошие мысли. И если есть время, когда его не посещают никакие посторонние мысли, то он рад. А во время падения он должен получать жизненную силу и радость от будущего, то есть когда наконец-то Творец смилостивится над ним и приблизит к себе.
И получается, что посредством посторонних мыслей он увеличивает трапезу, то есть то время, когда у него присутствуют хорошие мысли. И он может восхвалять и благодарить Творца за то, что Он приблизил его к себе теперь.
Получается, что главное в посторонних мыслях – это то, чтобы они дали человеку радость. То есть страстное желание: когда же придёт время и он сможет служить Царю без всякого изъяна. И тем самым посторонние мысли поднимаются, как сказано в книгах, что человек должен исправить эти посторонние мысли, приходящие к нему во время работы.
И да поможет нам Творец, дабы удостоились мы работать на Него в радости и добросердечности
Твой друг [РАБАШ. Письмо 33]
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (14:07) Мы часто слышали о понятии радости, насколько она важна в работе, насколько это центральная тема. Из того, что я слышал сейчас в этой статье, радость больше относится к чему-то будущему, к тому, что случится. Он говорит: или от материальных наслаждений, или от стремления к цели. Вопрос: радость – это то, зачем нужно стремиться, гнаться в пути? Должен ли я достичь радости?
М. Лайтман: Да, нам нужно представлять себе это состояние, когда мы пребываем в радости и связываемся с источниками радости, и они наполняют нас, и так мы продвигаемся на пути работы до Конца Исправления.
Ученик: То есть мы часто забываем о радости. Мы говорим о цели, о важности, необходимости в десятке, и как бы радость, насколько я понимаю из статьи и то, что Вы говорите, – это критический момент. Нельзя забывать и нужно ставить все время акцент на радости.
М. Лайтман: Да, это признак того, насколько это дорого нам. Так как же мы можем забывать об этом? Но мы, по всей видимости, находимся в процессе, который приходит к нам поневоле, а то, что приходит поневоле, не радует.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (16:26) Он здесь пишет: но общее состоит из частностей, и то, что полезнее для работы на истинном пути, именно когда у спрашивающего есть много деталей, тогда есть возможность общего светить в подробностях. Называется это келим, и понятно понимающим. Далее он пишет, что только если у человека много келим, то есть большое устремление, тогда он чувствует большее наслаждение.
Я чувствую, что это то, что происходит здесь каждый день через взаимовключение наших келим друг в друга, через вопросы и ответы. Это истинная радость, то, что я чувствую каждый день, когда я включаюсь во все потребности товарищей, в их вопросы, в ответы? Есть подъем духа каждый день все больше. Об этом он говорит здесь? Это радость?
М. Лайтман: И об этом тоже.
Ученик: Что же такое свет, который светит нам через келим?
М. Лайтман: Это то свечение, которое мы можем получить от келим, к которым мы приближаемся.
Ученик: Что значит келим, к которым мы приближаемся?
М. Лайтман: Что мы приближаемся к келим, которые светят нам, светят во всех деталях, которые мы представляем себе, что собираемся это получить и связаться с ними, так от них мы и наслаждаемся.
Ученик: То есть насколько я представляю себе эту общую картину в радости, в объединении, в соединении с товарищами?
М. Лайтман: Да.
Ученик: И туда я стремлюсь, и оттуда получаю келим, и тогда наполняюсь любовью.
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (18:51) Могу ли я, если у меня есть дорогой товарищ, через свое устремление и усилие поднять его вплоть до трапезы левиатана?
М. Лайтман: Я не знаю. Я не знаю также, что такое трапеза левиатана.
Ученик: Могу ли я сделать так, чтобы мой товарищ после усилий увеличить устремление, как он говорит в этом письме, поднялся до уровня человека, чтобы он достиг корня своей души?
М. Лайтман: Я не понимаю эти твои определения.
Ученик: Могу ли я своими усилиями сделать так, чтобы мой товарищ практически поднимался до уровня человека?
М. Лайтман: По всей видимости, да.
Ученик: И как этими усилиями, в стремлении, то, что является пиком стремления человека, чтобы человек стал человеком, и он мог бы задействовать свою машину?
М. Лайтман: Я не знаю, я не знаю этих определений, не знаю этих условий. Не знаю.
Ученик: Кто решает, что мой товарищ сидит в царском дворце? Мой товарищ или я?
М. Лайтман: И этого я тоже не знаю.
Ученик: В стремлении есть встреча с товарищем, и я хочу встретиться с дорогим мне. Если я ничего не знаю на эту тему, а я только предан тому, что хочу увеличить стремление встретиться с ним, то чем больше я это увеличиваю, тем дороже мне товарищ. В этом процессе, когда товарищ становится ближе к моему сердцу, что важно в процессе? Что является причиной того, чтобы стать человеком, когда я выполняю духовную работу?
М. Лайтман: Не знаю, еще раз спроси.
Ученик: Он описывает, что работа человека – постоянно увеличивать встречу с дорогим для него, с трапезой, он называет это целью. А я увеличиваю наслаждение и цели, и встречи, и совместного нахождения, для того, чтобы была эта трапеза в царском дворце. Царский дворец он называет окончательной целью. И товарищ – это тот, с кем я выполняю работу, а я прилагаю усилия и стремлюсь. Мой вопрос: как я превращаю свою жизнь и свои усилия в усилия Адама на пути к Творцу?
М. Лайтман: Тем, что ты прикладываешь усилия, для того, чтобы находиться в таких состояниях. Вот и все.
Ученик: Да, но я могу хотя бы встретиться со своим товарищем.
М. Лайтман: Хорошо. Я не знаю. Иногда ты говоришь в такой форме, когда это слишком высоко или не касается темы.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (22:56) Мы увеличиваем друг другу устремление к цели, все время говорим об этом все больше и больше. И это благодаря примеру, который мы подаем друг другу?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А можно еще что-то делать, кроме примера?
М. Лайтман: Нет. В этом все дело.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (23:26) Он пишет, что нужно создавать образ. Например, как здорово и приятно находиться в тени Творца и находиться в Его чертогах. А еще написано, что Творец веселится с праведниками, и наверняка я тоже достигну такого уровня. Вот относительно того, чтобы создавать образ хорошей связи между нами, это понятно, потому что это то, чем мы живем постоянно.
М. Лайтман: Верно.
Ученик: Что значит создать образ царского дворца?
М. Лайтман: Что все как бы в чем-то раскрывают Творца в своих келим и хотят все больше и больше увеличить Его, приблизиться к Нему и так представить наш путь, когда находятся в большем стремлении и постижении Творца.
Ученик: Как говорится «все», то есть человек должен всех так себе представлять, или все должны говорить об этом?
М. Лайтман: Все должны об этом говорить, и помогать друг другу, и поддерживать, и думать друг о друге.
Ученик: То есть это то, чем должна быть занята десятка – представлять себе, что такое царский чертог.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И тогда это образ, это не что-то внутреннее, то, что человек создает сам себе. Или в том числе?
М. Лайтман: И то и другое. Когда все думают о том, что все стремятся находиться в ощущении того, что у них есть единый источник, и они хотят вокруг этого источника объединиться.
Ученик: То есть образ должен быть чем-то общим?
М. Лайтман: Да.
Ученик: И неважно, думает ли об этом человек, или это делается вместе, это то, когда мы все вместе, тогда создается образ?
М. Лайтман: Да, что-то вместе.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (25:56) Как страдания дают человеку стремление избавиться от этих страданий?
М. Лайтман: Страдания могут быть такими, что они сотрут впечатление от состояний, которые проходит человек. А могут быть такими, что они только увеличивают аппетит и вкусы. Поэтому бывает и так и так.
Ученик: А что приводит в самих страданиях, которые проходит человек, к пониманию того, что ему нужно избавиться от них?
М. Лайтман: Когда не связывает их с целью, он не может их связать с целью.
Ученик: Он пишет также, что устранить посторонние мысли можно только с помощью радости.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так что такое правильный образ радости, выводящий человека из страданий?
М. Лайтман: Радость оттого, что светит ему от цели. И когда цель светит, тогда человек чувствует радость.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (27:41) Иногда, даже не иногда, а всегда, Бааль Сулам и РАБАШ дают советы, каким образом действовать в нашей работе. А иногда ощущается, что мне нужно очень много времени и внимания, для того чтобы вообще подойти к работе. Теперь, вот это медленное прохождение, когда проходит десятка состояние и меняется очень быстро состояние, а я вообще еще не подошел к делу со всеми советами. Он говорит: представить себе цель и все остальное. А пока что все проходит мимо, ты как маленький ребенок, который собирается что-то делать, а у тебя уже отобрали игрушку, и ты не можешь даже начать заниматься. И тогда я говорю: только соединись с товарищами. Но это тоже, товарищи все время двигаются в большем темпе в своем объединении, и тогда это приводит к тому, что это как бы парализует тебя, и ты не знаешь что делать.
М. Лайтман: Прилепиться.
Ученик: Но вот это желание прилепиться, оно вообще парализует тебя, не давая возможности выполнять советы и работу.
М. Лайтман: Но прежде всего прилепиться, быть в слиянии.
Ученик: Что это значит? Что значит сначала быть в слиянии? На чем сконцентрироваться?
М. Лайтман: Пройти те состояния, которые проходят все.
Ученик: Скажем, вчера на трапезе Вы сказали, что нам предстоит сейчас новое состояние, и что мы будем видеть цель гораздо ближе, и что мы сможем прийти к ней быстрее. Я чувствую, или боюсь того, что все уже находятся гораздо ближе к этому, а я сзади. У меня нет понятия, что делать для того, чтобы приблизиться. Что делать?
М. Лайтман: Исправить себя для того, чтобы радоваться за товарищей.
Ученик: Как я могу радоваться, когда я чувствую, что они так далеки от меня в этом понимании, что цель больше для них?
М. Лайтман: То, что я связан с ними, это должно покрыть мне, не знаю, недобрый взгляд, то, что называется сглаз, все мое недоброе отношение к ним. Не сдерживаю, не мешаю ли я им? Может быть, мешаешь.
Ученик: (30:44) Так как мое слияние должно дать возможность предотвратить или покрыть то, чтобы не задерживать их?
М. Лайтман: То, что ты с их помощью хочешь прийти тоже к слиянию, которое есть среди них, и достичь цели.
Ученик: Я возвращаюсь к началу вопроса. Я могу из этой замедленности своей, нерасторопности, прилепиться к ним?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Как? Что нужно делать там?
М. Лайтман: Как маленький со взрослыми, когда он чувствует себя как находящийся у них на руках.
Ученик: Для того, чтобы быть на руках, нужно ведь поднять меня. И я должен прийти с требованием поднять меня на руки?
М. Лайтман: Нет. Ты приходишь со стремлением быть связанным с ними.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (31:56) Он пишет здесь, что только с помощью радости, после того, как приходят посторонние мысли, они приносят ему страдания, и с помощью радости и уверенности, что в конце концов придет к желаемой цели, доставлять наслаждение своему Создателю. Он пишет здесь, что через страдания он должен прийти к уверенности, что придет в Царский чертог. Как во время страданий, когда он чувствует себя удаленным, и его отдаляют посторонние мысли, он может почувствовать уверенность, что придет в Царский чертог?
М. Лайтман: Потому что страдания дают ему ощущение истинности, то, где он находится по отношению к цели. И когда он чувствует страдания, то он также чувствует в них и расстояние от себя до цели, между собой и товарищами. Тогда он раскрывает советы, средства, как достичь их, как включиться в них.
Ученик: Из этих состояний цель кажется гораздо дальше.
М. Лайтман: Да, верно.
Ученик: Во время страданий тогда есть даже желание уйти.
М. Лайтман: Нет, не нужно уподоблять себя маленькому ребенку, который вдруг себя обнаружил среди взрослых. Все наоборот, человек хочет быть связанным с ними, как товарищ.
Ученик: Откуда ему взять силы в этих состояниях?
М. Лайтман: Через боль, из своих страданий.
Ученик: Эти страдания…
М. Лайтман: Это неважно. Неважно, откуда эти страдания. То, что он чувствует страдания от того, что не находится вместе с товарищами, и не может быть с ними в одном устремлении вперед. И поэтому этим он и раскрывает силы.
Ученик: И что он делает с этими силами?
М. Лайтман: Он стремится достичь. Он стремится прийти к объединению с ними изо всех своих сил, старается.
Ученик: И он должен в это время… Потому что мы знаем, что наш путь – это путь молитвы. Вопрос: должен ли он тогда быть просящим, объединиться с товарищами или должен лично уйти от страданий? Как обращаться к Творцу в этом случае?
М. Лайтман: Он должен обратиться к Творцу. Он должен только понять и выполнять то, что необходимо, то, что должен делать человек, как он. Что он должен делать?
Ученик: Может быть, моя просьба – просто согласиться, чтобы Творец провел меня по этому пути?
М. Лайтман: Да, да, конечно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (35:41) Какова связь или разница, если она есть, между радостью и благодарностью? Мне кажется, что это близкие понятия, но все-таки отличающиеся.
М. Лайтман: Радость кажется более эгоистической, когда он чувствует свое внутреннее состояние. А благодарность – это когда он связывает себя с Создателем и полностью находится в направлении к Нему.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (36:40) РАБАШ говорит: не то чтобы свет должен быть большим, но келим должны быть большими.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И Вы нам объяснили, что это стремление мы получаем от окружения.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И мы также учим, что без веры выше знания мы не сможем прийти к концу пути.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Вы можете помочь связать веру выше знания со стремлением и увеличением келим? Как это взаимосвязано?
М. Лайтман: Я не знаю. Тебе нужно решить эти вопросы самому.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:32) Я хочу спросить о цели. Я читаю отрывок. Тот, кто идет в заморскую страну и страдает от работы и ждет времени, когда он может прийти домой. И когда приближается время прихода домой, тогда радость начинается биться в его сердце, и тогда это стремление все время прийти к цели увеличивает цель. Что такое «цель»? И это является системой, которая изменяется?
М. Лайтман: Задача в том, чтобы присоединиться к цели, то, что говорится: вернуться домой и находиться среди домочадцев и с семьей. В этом его радость.
Ученик: И цель может подстегивать человека?
М. Лайтман: Конечно, цель задействует человека, ведет человека, да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (38:46) Вопрос об этом механизме стремления. Есть стремление. Я читаю. Понятие келим. Известно, что есть стремление к чему-либо. И получается, что келим увеличивает свет. То есть свет не должен быть большим, но келим должны быть большие. И только если у него много келим, то есть большое стремление, тогда чувствует большое наслаждение в свете. Мой вопрос такой: если пока еще нет наполнения в келим, почему исчезает стремление?
М. Лайтман: Ему не за что ухватиться.
Ученик: Само стремление – это кли, желание наполнить его. То, что приходит свет и должен прийти к следующей ступени, я понимаю. Когда есть трапеза передо мной, и я голоден, и если я не поел, я буду продолжать быть голодным. Стремление не исчезнет. Почему в духовном это не так?
М. Лайтман: В духовном у нас есть причины, есть голод, есть устремление, есть ощущение жизни, жизненной силы, которые мы не так осознаем. Это только для приобретения, для результата. И тогда получается, что наши ощущения должны привести нас к правильному хисарону.
Ученик: Есть ощущение определенного хисарона, и то, что Вы говорите, оно исчезает, потому что оно неточное. Если бы было правильным, то оставалось бы?
М. Лайтман: Да.
Ученик: То есть каждый раз, когда исчезает у нас стремление, это Творец как бы направляет нас на более правильное стремление?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (41:43) Он описывает здесь состояние, когда он говорит, что у человека есть страдания от посторонних мыслей, и затем он пишет. Сейчас найду, где это написано. В третьем абзаце снизу. Получается, что в той мере, в какой есть у него страдания от посторонних мыслей, у него есть радость, когда у него есть правильные мысли. А если есть у него время, когда нет у него никаких посторонних мыслей, тогда он рад. Затем он говорит: и во время низкого состояния он должен получать жизненные силы и радость от предвкушения будущего, то есть что в конце концов Творец смилостивится над ним и приблизится к нему. Что это за состояние низости?
М. Лайтман: Недостаток сил.
Ученик: И если у него недостаток сил, как он может радоваться этому состоянию будущего?
М. Лайтман: Постепенно он начинает выкристаллизовывать в сердце, и в разуме уверенность, что только Творец может это сделать – приблизить его к истинному хисарону, к духовному.
Ученик: Что выводит его из состояния низости и дает ему эти мысли?
М. Лайтман: Это постижение, что это не в руках человека, а в руках Творца.
Ученик: (43:43) Он должен еще больше слиться с группой, или это его личная работа? Потому что я представляю состояние униженности, когда не за что просто держаться.
М. Лайтман: Я бы сказал, что нет. Как раз в таком состоянии он чувствует, что он обязан за что-то держаться. Только не понимает, не раскрывает, за что именно. А здесь ему начинает светить цель творения. И он знает, начинает понимать, что только за счет устремления к цели творения он может себя спасти.
Ученик: Как может быть состояние, которое он описывает здесь, что нет посторонних мыслей, и это приносит мне радость?
М. Лайтман: Все мысли, которые у него проходят, это все мысли правильные. Они приближают его, как раз приближают его к цели.
Ученик: Что такое посторонние мысли, которые он описывает?
М. Лайтман: Что нет помех, а любые помехи эти уже соединяют его и цель в одну связь.
Вопрос (Ж Интернет): (45:34) Что меняется в страданиях по мере того, как человек продвигается в учебе?
М. Лайтман: Еще раз.
Реплика: По мере продвижения человека в учебе, что меняется в его страданиях?
М. Лайтман: Качество страданий, от чего он страдает: что все больше и больше он страдает от недостатка связи – настоящей, вечной связи с Творцом.
Вопрос (Ж Интернет): (46:20) В изучении каббалы только из страданий продвигаются?
М. Лайтман: Смотря что называть страданиями. В Талмуде он приводит пример: если хочет, допустим, пять шекелей вытащить из кармана, а вместо этого вытаскивает десять шекелей, то это страдание.
Вопрос (Ж Интернет): (47:08) РАБАШ пишет вначале: я люблю, когда спрашивающий спрашивает в подробностях, а не в общем. Что значит в подробностях задавать вопросы?
М. Лайтман: То, что это исходит из келим человека, из светов, которые пробуждают келим.
Вопрос (Ж Интернет): (47:45) Как можно возвращать радость на пути к цели? И что является причинами, что исчезает радость в пути?
М. Лайтман: Радость исчезает в пути, потому что… Секунду. Радость и что еще он спросил?
Реплика: Почему в пути исчезает радость, на пути к цели? И как можно вернуть радость?
М. Лайтман: Не нужно возвращать радость. Нужно продвигаться все больше и больше, все больше и больше держаться за цель, и не заботиться о том, что цель принимает каждый раз другой вид, другой образ.
Вопрос (Ж Интернет): (49:10) Будущий образ является ключом для продвижения, когда это пробуждает в нас стремление находиться в тени Царя и так выходить из страданий?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Интернет): (49:28) Я не могу отказаться от своего желания быть уникальной. Отсутствие желания быть подобной другим задерживает мое духовное продвижение?
М. Лайтман: Нет. Главное, нужно продвигаться в общем, со всеми основными потребностями, с хисаронами, вместе с подругами. Не будет никаких проблем, пройдем всё.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (50:17) Кажется, что есть большая разница между материальным и духовным в отношении радости. В материальном, когда человек приходит к наполнению или к радости и наслаждению, по сути дела, там исчезает желание. А в духовном, кажется, что это не так. Кажется, что радость в духовном является необходимой, и только тогда человек, по сути дела, создает отраженный свет, возносит благодарность Творцу, и тогда создается также большое кли. Правильно смотреть на это так, что радость необходима? Все обсуждение, которое было сейчас, мы говорим, как бы в материальном мире есть радость, исчезает желание, что делать. Но в духовном без радости просто невозможно продвигаться.
М. Лайтман: Верно.
Ученик: Когда мы вместе, как нам проделать эту работу между нами, что касается того, чтобы на самом деле почувствовать эту радость, что она духовная, это не радость оттого, что нам хорошо?
М. Лайтман: Надо объединиться, нужно стремиться к духовной цели, и должно быть ощущение, что мы все время будем организовываться больше и больше.
Ученик: Все это понятие увеличения келим, о котором мы говорили на этом уроке, исходит из того, что мы вместе будем учиться тому, чтобы воздавать благодарность Творцу, благодарить Его за то, что мы раскрываем, что Он нам дает?
М. Лайтман: Да. Тут у нас есть понятие объединения и устремления, что каждый из них находится в правильное время в правильном месте. Так мы продвигаемся.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (52:40) Как можно лучше всего увеличивать в группе уверенность, что цель близка, и вскоре мы достигнем ее, что это будут страдания любви, а не страдания оттого, что мы находимся на том же месте и только просим спасения?
М. Лайтман: Ладно. Я не могу сказать. Давайте-ка двигаться дальше. Что у нас есть? Да, кроме...
Чтец: Есть у нас 30-е письмо, которое мы можем прочитать. 30-е письмо или уже перейдем к статье «Поручительство»?
М. Лайтман: Ты все время со своей поднятой рукой. Ну, что ты хочешь? Постарайся найти. Не хочу я слышать вопросов. Я хочу, чтобы как раз ты поискал ответы сам. Все.
Дальше.
Чтец: (54:19) Прочитаем 30-е письмо. «Труды РАБАШа», второй том, 1478-я страница. Мы читаем 30-е письмо.
Письмо 30
Моему другу...
Я получил твоё письмо на Шушан Пурим и обрадовался, так как ты единственный, кто описал мне подробности всего, что там происходит. И я отвечу на твои вопросы.
По поводу того, где учиться твоим детям. Им лучше пойти в хасидскую школу. Поскольку там, во всяком случае, более надёжно относятся к трепету перед Творцом, тогда как в остальных школах нужно остерегаться других её членов по этому поводу.
Насчёт того, чтобы купить часть Зоар, то я не заинтересован в этом. У меня на это свои скрытые причины, но об одной причине я могу тебе написать. Ведь когда что-то делают, ожидают получить за это вознаграждение, материальное или духовное. В этом случае, с точки зрения материального, чтобы заработать денег, существуют ещё множество торговых сделок в мире, но я это не делаю, так как не хочу заниматься торговлей. С точки зрения духовного, то есть иметь часть из комментария «Сулам» на книгу Зоар, так у меня уже имеется большая часть этих книг, поскольку Тора удостоила меня иметь две части, так как по закону Тору, есть только четыре наследника, и мне полагаются две части... Так что, мне не нужно покупать за деньги, чтобы мне дали то, что мне полагается. Но у меня есть и свои тайные причины.
Пожалуйста, постарайся передавать мне все подробные детали происходящего там. Благословляю тебя на светлый праздник.
Барух Шалом Алеви Ашлаг [РАБАШ. Письмо 30]
М. Лайтман: Но здесь нет много вопросов. Что у тебя?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (57:28) Относительно рекомендации воспитания детей, Вы можете сказать что-нибудь об этом?
М. Лайтман: Нет, нет, не могу. Я маленький в этом отношении. Ну, дальше.
Чтец: (57:50) Перейти к следующей части?
М. Лайтман: Да.
Чтец: Перейдем к следующей части урока. До этого споем вместе песню.
Песня (58:02)
Набор: Команда синхронного набора