Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 21 января 2025 года
Часть 1: Бааль Сулам. Поручительство, пункт 18
Чтец: Мы изучаем «Труды Бааль Сулама», статью «Поручительство», 393-я страница, 18-й пункт.
(00:24) 18) И потому мудрец1 объяснил2 суть поручительства притчей о двух людях, плывущих в лодке. Один из них начал сверлить под собой, делая в лодке отверстие. Сказал ему товарищ: «Зачем ты сверлишь?» Отвечал тот: «Какая тебе разница? Ведь я сверлю под собой, а не под тобой!» Сказал он ему: «Глупец! Ведь мы оба погибнем в этой лодке, вдвоем!»
То есть как сказали наши мудрецы, поскольку сбрасывающие с себя ярмо [Торы] погружены в эгоистическую любовь, своими делами они строят железный занавес, не дающий соблюдающим Тору даже начать исполнение Торы и заповедей в правильном виде, то есть в мере слов «Возлюби ближнего, как самого себя», что является лестницей, ведущей к слиянию с Творцом, как сказано выше. И как же верны слова этой притчи, когда он говорит ему: «Глупец! Ведь мы оба погибнем в этой лодке, вдвоем!» [Бааль Сулам. Поручительство]
М. Лайтман: Нет вопросов об этом, да? Продолжим? А, есть?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:21) С какого этапа входит в силу то, что сбрасывающие ярмо, разрушители задерживают соблюдающих Тору и заповеди выполнять «возлюби ближнего как самого себя»? Эта притча с какого момента становится актуальной?
М. Лайтман: Я думаю, что она актуальна с момента, когда они приходят, чтобы услышать слово Торы, им рассказывают, и тогда они обязаны исполнять.
Ученик: Это значит, еще до того, как у них есть поручительство?
М. Лайтман: Нет, конечно, поручительство – это форма объединения между ними, и поэтому это обязано быть раньше.
Ученик: Но, скажем, мы, когда пока еще не у всех есть поручительство.
М. Лайтман: Это зависит от человека. Что ты хочешь, чтобы все подписали документ?
Ученик: Нет, я хочу знать, с какого момента товарищ находится со мной в лодке, если мы вообще в одной лодке, и что называется, что мы в той же лодке?
М. Лайтман: Ты видишь, насколько ты ставишь тут условия. Если товарищ уже услышал и согласен до такой степени, что он просто подписывает договор о поручительстве и знает, что если он не исполняет, то он находится за рамками Торы.
Ученик: Так если он пока еще не подписался, то не называется, что он сверлит дырку. Он не может просверлить дырку, потому что мы не в той же лодке. Каждый в своей лодке.
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (05:14) В чем разница между соблюдающими Тору и сбрасывающими ярмо, разрушителями?
М. Лайтман: Соблюдающие Тору – это те, кто знает, что общее правило Торы – это любовь к товарищам, и они должны соблюдать это, прийти к этому и соблюдать это, потому что в этом вся основа Торы. И все.
Ученик: А сбрасывающие ярмо, разрушители?
М. Лайтман: Сбрасывающие ярмо – это те, кто не хочет исполнять это, выходят из этого обязательства.
Ученик: Хорошо. Так почему сбрасывающие ярмо, когда выходят из этого обязательства, влияют на соблюдающих Тору?
М. Лайтман: Потому что это можно исполнять только при определенном количестве людей, по крайней мере, и только при общем согласии, потому что каждый действует на другого.
Ученик: Какая ответственность есть у соблюдающих Тору за сбрасывающих ярмо?
М. Лайтман: Ответственность в том, что в том обществе, которое согласилось соблюдать связь между собой в возлюби ближнего, как самого себя, они должны это поддерживать.
Ученик: Да, это понятно, поэтому они и соблюдают Тору. Но какая у них ответственность за сбрасывающих ярмо? Есть у них ответственность и забота о них?
М. Лайтман: Заботиться о том, чтобы все знали об этом, и как можно больше вошли бы в этот образующийся круг.
Ученик: Почему соблюдающие Тору не могут создать между собой поручительство? Почему, если сбрасывающие ярмо его сбрасывают, то они вне игры?
М. Лайтман: Да, но они действуют друг на друга.
Ученик: Чем они воздействуют?
М. Лайтман: Они воздействуют своим поведением, своей ответственностью, взаимными действиями.
Ученик: «Соблюдающий Тору» – это может поменяться? Сегодня он – соблюдающий Тору, а завтра – сбрасывающий ярмо?
М. Лайтман: Нет, это ясно, что нет.
Ученик: Почему нет, и почему это ясно?
М. Лайтман: Потому что он согласился на это условие и хочет исполнять его, и поэтому он входит в этот закон и в нем остается.
Ученик: Он уже реализовывает закон или он только согласился в потенциале?
М. Лайтман: Нет, он реализует.
Ученик: Реализует. А кто же сбрасывает ярмо?
М. Лайтман: Тот, кто был как-то реализующим, соблюдающим и отбросил это обязательство.
Ученик: (08:38) Так если он сбрасывает с себя ответственность и не заинтересован в обязательности, почему его относят к тому, что он еще принадлежит к ним?
М. Лайтман: Я думаю, что это, исходя из того, что все, кто находится в том же обществе, ответственны и обязаны быть в связи, называемой поручительством.
Ученик: Человек, который учится здесь и принял на себя обязательства, считается в чем-то как соблюдающий Тору?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А если он вышел, оставив путь полностью?
М. Лайтман: Это его дело. Его нет.
Ученик: Он уже не считается в этом круге?
М. Лайтман: Нет.
Ученик: А тогда кто считается «сбрасывающим ярмо»?
М. Лайтман: «Сбрасывающий ярмо» – тот, кто находится здесь, но все-таки не соблюдает закон поручительства.
Ученик: Почему его присутствие, то, что он находится здесь, пока еще наносит вред соблюдающим Тору? Какая разница, он сидит здесь или вышел? Он вышел из игры внутренне?
М. Лайтман: Он дает пример другим, и физически он тоже ломает объединение между ними.
Ученик: В любом случае, почему он сбрасывает ярмо, он находится, он прикладывает усилия и вкладывается?
М. Лайтман: Я не знаю, что он исполняет, что нет, но понятно, что если он действует на объединение группы – это хорошо, но если он обращается к разделению групп, я даже не очень знаю – это ненормально.
Ученик: Так что значит «действует на разобщение группы»?
М. Лайтман: Не поддерживает объединение между товарищами, не дает им примера и не добавляет от силы поручительства ко всему.
Ученик: Так если человек даже не прикладывает усилия к объединению, он уже сбрасывает ярмо (разрушает)?
М. Лайтман: Ну, это я не могу сказать, потому что есть такое и такое. Но в конечном итоге, через какое-то время мы должны посмотреть: есть ли в группе все, кто поддерживает соблюдение ярма Торы и заповедей или убегает от этого, выходит из этого, покидает это.
Ученик: Человек, который равнодушен в группе, считается сбрасывающим ярмо?
М. Лайтман: Равнодушный к чему?
Ученик: Равнодушен – не делает сейчас усилия, не дает свой максимум, а с другой стороны, он не пренебрегает и не обвиняет.
М. Лайтман: Это понятно, пренебрежение и обвинение, понятно, что это ему нельзя показывать и усиливать, но большая часть людей, которые присоединяются, знают, что они приходят, чтобы включиться в какую-то группу, общество, у которого есть такие и такие правила.
Ученик: (12:31) А если я вижу, я равнодушен по отношению к тому, кто сверлит дырку в группе?
М. Лайтман: Так, прежде всего, ты должен почувствовать, что таково твое отношение к нему, потому что он сверлит дырку, и что в конечном итоге есть общее групповое отношение к таким людям.
Ученик: Если я не выполняю условий, которые установили каббалисты, даже в основных рамках, еще до поручительства, я считаюсь сбрасывающим ярмо?
М. Лайтман: Еще раз.
Ученик: Если я не соответствую условиям, определенных каббалистами, например, не участвую в утреннем уроке и так далее – это считается, что я сбрасываю ярмо?
М. Лайтман: Тоже.
Ученик: Тоже сбрасываю ярмо. Как исправить это состояние «сбрасывающий ярмо»? Если я сбрасываю ярмо, я исправляю себя или наоборот?
М. Лайтман: Через то, что его исправляют, разговаривают с ним, напоминают ему, что группа нуждается в присутствии каждого.
Ученик: А если после 10-20 лет человек все еще на своем стоит?
М. Лайтман: 10 и 20 лет? Группа должна установить: достаточно ли для этого месяц или год, не 10 и 20 лет. И, по сути дела, в тот момент, когда человек переходит в члены группы, он обязан им.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (14:36) В каждом состоянии в течение дня есть во мне сбрасывающий ярмо, и есть спор с ним – почему ты сверлишь дырку. Не нужны здесь месяцы и годы. В любом состоянии и ситуации здесь он всегда сверлит дырку, и всегда у него есть оправдание, хорошее объяснение. Что является элементом, самым определяющим, когда человек может преодолеть в себе самом «сверлящего отверстие»?
М. Лайтман: Это зависит от группы. Возможно, важнее всего для них, чтобы все они были на уроке. И согласно этому они проверяют каждого и оберегают.
Ученик: Но даже внутри, во время урока, я прихожу, сажусь здесь, в отношении к каждому спрашивающему товарищу, я могу сверлить дырку, я могу задействовать себя, его. Как все время оправдывать товарища и затыкать эту дырку? Как все время не давать товарищу, который сверлит дырку, не давать ему это делать? Потому что тем, что я не принимаю вопрос товарища, я уже сверлю дырку.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так как здесь преобразовать все это?
М. Лайтман: Примером. Должен быть пример настолько сильный, что тот, кто не исполняет это, он чувствует, что он разбивает ряды.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (16:51) Относительно статьи здесь, я хотел спросить так: в нашем состоянии сегодня, как мы должны рассматривать эти вещи? Мы уже не два дня в пути. Мы должны видеть то, что он пишет, прежде всего, в себе, как я сверлю дырку, все эти состояния, или должен начинать это искать в товарищах?
М. Лайтман: Я думаю, что каждый может различить, насколько он находится как активная часть группы или нет. Говорится об элементарном исполнении. Он приходит на урок вовремя, участвует в том, что положено ему для участия. И все.
Ученик: Но я обратил внимание в течение лет работы в десятке, что фокус направлен вовне, на определенных товарищей, которые не приходят. Я вижу, что ничего не сдвигается и не продвигается. По крайней мере, в моем понимании. И тогда я начал пробовать, прежде всего, понять, что во мне что-то происходит. Потому что мы изучали, что мы видим собственные недостатки в товарище. Это как увеличительное стекло: у товарища ты видишь, что это преувеличено, а у тебя тебе это кажется слишком маленьким, как соринка в глазу. И ты понимаешь, что это помощь. И тогда ты начинаешь проводить работу по оправданию его. И вдруг я обратил внимание, что это все-таки меняется, что путь такой, что нужно работать в обратном виде, чем показывает разум.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И я вижу, что здесь совершенно другие законы в десятке, не те, которые мы думаем. И я не знаю, в конце, когда я вижу самое важное в окружении, как Вы всегда говорите, – игра. С моей стороны пусть играет, я не знаю, что на самом деле. Может быть, во вне показывает одно, а внутри находится в совершенно другом. А может быть, и наоборот, что я вижу человека низкого, а он внутри производит усилия, и я не стою его подметок. И мы находимся каждый на своем пути и не знаем, каковы его условия. Вопрос такой: как мне произвести разделение между тем, что я беру ответственность за себя и тем, что я вижу, и тем, что происходит в моем окружении?
М. Лайтман: Это зависит от многих внутренних качеств в человеке. И мы не будем сейчас в это входить. Но нам понятно, что у каждого есть какой-то образ самого себя, каким он должен быть, и другого товарища. И мы должны всякий раз работать над формированием этих образов в более правильном виде.
Ученик: (20:22) Теперь, я обратил внимание на такое явление, которое происходит в десятке. Скажем, что товарищ приходит или не приходит. Но когда он не приходит и относится к этому и говорит в десятке: «Мне трудно встать утром». Я очень хочу быть с вами. И когда он показывает желание, неважно, какое действие производит, это уже влияет и дает силы. Прийти и требовать от товарища, чтобы пришел и объяснил, я тоже не думаю, что это возможно. Не каждый хочет объяснять. Вопрос. Если мы, по крайней мере, хотим сделать усилие в десятке, чтобы была такая открытость, чтобы товарищи действительно открывали сердце. Даже если ему трудно, чтобы он пришел и сказал: «Я не способен, помогите мне», – это важно?
М. Лайтман: Есть такое и такое. Есть люди, которые по природе не способны на это, а есть такие, кто выдает из себя все, что чувствует.
Ученик: Так если это так, то не остается ничего, кроме как создать в десятке теплую атмосферу, чтобы помогать товарищам в этом. Но нельзя напрямую требовать от товарища, потому что каждый в своей природе.
М. Лайтман: Да, верно.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (21:40) Написано, что приходящему очиститься помогают. Как происходит так, что я каждый раз, когда я вхожу в контакт с десяткой, я преступник, который хочет вернуться к ответу, раскаяться, но при этом притягивать свет, не нанося вреда товарищам? Как я это определяю?
М. Лайтман: Не знаю. Это какое-то внутреннее ощущение у человека.
Ученик: Да, хорошо. Но я должен прийти сюда и сказать, что я сбрасывающий ярмо, я преступник, так я чувствую по себе. И говоря так, что когда я сажусь перед книгой, Равом и группой, я привлекаю свет самым сильным образом, и это ради товарищей и десятки. Мой вопрос такой. Как я, когда я сбрасываю ярмо, я осознаю и поднимаю товарищей. Это соединяется с вопросом товарища. Как в то время, когда я преступник, я не приношу вред товарищам, а помогаю им?
М. Лайтман: Ты не можешь.
Ученик: Верно. Так что же я могу сделать?
М. Лайтман: Ты можешь сделать. Прежде всего, знать, что называется быть исправленным товарищем в группе, и стараться пройти все твои виды поведения с другими в группе, и исправить их.
Ученик: Но я в это время сижу с товарищами. Я должен сидеть и молчать. И тогда, как сказал товарищ, это является пассивным, и я не участвую активно в группе. И это сбрасывающий ярмо. Как мне активно сидеть в группе, как сбрасывающий ярмо, не делая вреда товарищам?
М. Лайтман: Невозможно.
Ученик: Невозможно. Так сбрасывающий ярмо должен быть пассивным? Он осознает, и он должен быть пассивным в группе, сиди и не делай, совершенно, пока он не почувствует, что вышел из этого.
М. Лайтман: Это приходит с течением времени. И не от одного человека, а от группы в целом, таков общий дух между ними. Человек, который ведет себя определенным образом, не способен слушать это.
Ученик: Как мне… написано: человек да поможет ближнему, это правило в десятке. Сейчас я сбрасываю ярмо. Я, как сказал товарищ сейчас, не могу выйти из своего состояния. Человек не может высвободить себя из тюрьмы. Как я держусь за десятку, и не сверлю дырку этим, а черпаю из них силы здравым образом?
М. Лайтман: Это мы еще будем учить.
Чтец: Есть просьба от товарищей задавать вопросы немного медленнее, потому что переводчикам достаточно сложно переводить. Если слишком быстро говорят, так уже второй и третий перевод не получают полный перевод. Учтите, что есть перевод с языка на язык, и если говорить быстро, то второй и третий языки уже не получают полного перевода.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (25:06) Я сравниваю это состояние, когда сидим в лодке: есть соблюдающие и сбрасывающие ярмо. Это как состояние, когда вышли из Египта еще перед пересечением моря, и тогда Нахшон прыгнул первым.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так есть мгновение до прыжка, и есть соблюдающий Тору, и есть сбрасывающий ярмо. Можно ли подробнее объяснить, что привело Нахшона, чтобы совершить прорыв? Можно ли получить направление?
М. Лайтман: Это пока еще не пример для нас. Пока еще нет. Это пока еще не пример для нас. То есть мы должны учиться, что называется «человек в группе», насколько он обязан группе, и группа обязана ему, и что происходит из того, что он включается в группу, согласен на законы группы, и так продолжает с ними.
Это вещи очень глубокие и совершенно неизвестные нам. Неизвестные. Потому что мы должны понимать, что все те формы связи, которые мы изучали, у них есть определенная форма закона, и члены группы понимают это. Принимают это скрупулезно, чтобы по-настоящему исполнять. Мне кажется, что, может быть, мы пройдем конгресс и увидим немножко больше в себе, каково наше истинное состояние, а потом и займемся этим. Хорошо?
Вопрос (Интернет): (27:55) Когда впервые человек удостаивается видеть, что все мы находимся в той же лодке?
М. Лайтман: Когда он знает это условие, понимает его, хочет почувствовать его, находится соединенным с другими в групповых мероприятиях, и тогда он может в чем-то судить себя, в каком направлении он направлен. Каковы его внутренние условия: они выталкивают его из группы или притягивают его в группу.
Вопрос (Интернет): (28:58) Что это за действия, которые сверлят дырку в лодке?
М. Лайтман: Это главным образом, когда человек выходит из поручительства и не осознает это, что он до такой степени уже находится снаружи.
Вопрос (Интернет): (29:38) Должен ли я оправдывать своих товарищей, и в таком случае, как я могу видеть, что товарищ сверлит дырку в лодке?
М. Лайтман: Об этом нужно говорить и обсуждать отдельно.
Вопрос (Интернет): (30:01) Он говорит, обычно мы не понимаем, что мы сверлим дырку в лодке. Как я могу полагаться на своих товарищей, которые говорят мне, что я сверлю дырку?
М. Лайтман: Как правило, мы думаем о группе, что это собрание людей, с которыми мы участвуем на уроке, учимся вместе. Может быть, проводим какое-то время вместе, трапезы, поездки. И этого достаточно, это то, что должно быть в группе. Мы не оцениваем каждого, насколько он поддерживает личным образом направление на развитие группы. Это пока еще у нас части, которые не выяснены.
Вопрос (Интернет): (31:18) Является ли нашей обязанностью сказать товарищу, что он делает дырку в лодке?
М. Лайтман: Еще раз.
Ученик: Является ли нашей обязанностью говорить товарищу, что он делает дырку в лодке?
М. Лайтман: Мы должны сказать, если действительно есть здесь товарищи, которые «ломают ряды», что называется. Вплоть до того, может быть, что поведение их настолько противоположно, что нужно предостеречь их, что у них не будет места в группе.
Вопрос (Интернет): (32:04) Что значит «исправленный товарищ», как это выражается в десятке?
М. Лайтман: «Исправленный товарищ» – это тот, кто участвует согласно тому, что должно быть в группе, знает свое состояние, и знает в чем его долг. Понятно?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (32:55) Всегда существует проблема с этим подходом, как на самом деле относиться к товарищам, которые не вместе с тем, что требуют каббалисты. Я не знаю, как они сверлят дырку, но они просто не соблюдают условий.
Но есть подход. Я говорил с товарищем из другой десятки и спросил его, как вы относитесь к этому? Он сказал, что мы перестали быть требовательными и воинственными. Мы даем товарищу вести себя, как он может – приходит он или нет. Относимся с любовью, без критики, без требований, кто приходит – тот приходит. Это правильный подход?
М. Лайтман: Прежде всего, это, конечно, неправильный подход. А второе, как они проверяют товарища? Если они не хотят пробуждать критику и требования к тому, кто не соблюдает необходимые условия, это не называется, что это группа и каждый товарищ, и так далее. Мы должны понять, что хорошего в исправленной группе, что должно быть, и с чем мы не согласны.
Ученик: Есть какой-то страх, как бы задеть товарища, страх того, что они уйдут, и страх того, что ты критикуешь, а не судишь и оправдываешь товарища. Как определять эти вещи? Скажем, товарищ из десятки покритиковал меня, что я не сижу с книгами на уроке. Мне кажется, что это легитимно, я не сижу с книгой, как следует, это хорошая критика. Как отличить хорошую критику от плохой?
М. Лайтман: Вы должны говорить об этом, все согласно вашему согласию.
Ученик: Скажем, десятка согласилась не давить друг на друга, а Вы говорите, что это нехорошо.
М. Лайтман: Вообще не давят друг на друга?
Ученик: Вообще.
М. Лайтман: В какой-то момент нет десятки, потому что десятка – это все-таки группа людей, у которых есть цель, у которых есть определенное число групповых условий, которые нужно соблюдать, а иначе мы не придем к цели.
Ученик: (36:09) Это понятно, на самом деле. Только непонятно, как это сделать?
М. Лайтман: Что значит, как это сделать?
Ученик: Как заключить союз, когда нужно выполнять определенные условия? Я сейчас обязуюсь десятке, есть обязательства, утренний урок, маасер и так далее. Хорошо? Так как подойти к товарищу, который не выполняет этих условий в таком виде, чтобы продвигать его, а не отдалить?
М. Лайтман: Так приходят к нему, к этому товарищу, тот, кто находится в группе, двое, скажем, кто активен в этой группе, подходят к этому товарищу и говорят ему.
Ученик: Хорошо, сейчас, скажем, мы сказали ему, но он говорит: «Я не могу прийти на утренний урок, я могу только три раза в неделю». То есть главное, чтобы он обязался в чем-то, не полностью, хотя бы частично?
М. Лайтман: Допустим.
Ученик: Мы хотим видеть его желание, что он может обязаться хотя бы частично.
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Голландия): (38:01) Какова настоящая цель? Что имеется в виду? Или что Творец хочет сказать нам в этой притче о сверлящем дырку в лодке? Каков посыл?
М. Лайтман: Что все мы должны соблюдать единство десятки. Все.
Вопрос (Турция-2): (38:59) Что я должен делать, если часть народа не хочет соединяться? Что делать?
М. Лайтман: Это уже проблема. Группа, которая разобщена – это проблема. Ты должен прежде всего решить, с кем ты хочешь соединиться, с какой частью из группы ты способен и хочешь соединиться, и как ты можешь продолжать в таком виде. Это уже проблема, которую нужно обсуждать, которую невозможно определить одним четким предложением.
Вопрос (Тбилиси): (39:55) Вопрос от товарища. Он свое состояние передает таким образом, и у него вопрос. Если я лицом к лицу со своим эгоизмом, и эго не соглашается на правду, на истину: «Только не это!» В это время, что я должен сделать? Дать ему в зубы? И будет ли это подъемом над эго? Такой вопрос задает товарищ.
М. Лайтман: Написано, что дать ему в зубы.
Вопрос (Киев-1): (40:44) Скажите, какая релевантная форма требования моя по отношению к товарищу, который не приходит на урок, например?
М. Лайтман: Я думаю, что не надо здесь выделять себя перед товарищами. Надо возбудить в группе такое отношение во всей группе, чтобы тот, кто нарушает, почувствовал, что он себя исключает из группы.
Ученик: А как создать такую атмосферу?
М. Лайтман: Как создать? Это должно быть просто записано в аналог группы и принято всеми.
Вопрос (Darom 1): (42:04) Мы видим из отрывка, который мы прочли, по сути дела, это работа с левой линии, с левой стороны. И кроме того, что человек встал или не встал на утренний урок, может быть, нужно больше сконцентрироваться на точности работы в десятке тех, кто приходит.
М. Лайтман: Те, кто приходят, мы не можем подходить к ним и требовать исполнять больше. Но если они выполняют какое-то правило, так мы оставляем это и подходим к другой стороне.
Ученик: Имею в виду, что мы проводим семинары, мы видим каждый, как он ведет себя в десятке. И тяну ли я группу в сторону цели, должен ли товарищ немного направлять меня? Может быть это важная часть в работе?
М. Лайтман: Может быть, что да. Если это принято в группе, тогда каждый может говорить другому.
Ученик: Так отсюда вопрос, стоит ли нам определить такое правило в группе, чтобы мы могли всегда точно настраивать себя в любви, может быть, тоже?
М. Лайтман: Да. Желательно.
Ученик: Дело в том, что это не всегда понятно – эта левая линия для товарищей. Есть много, кто сопротивляется этому, или им не понятно, или не очень хотят. Вопрос, ставим ли мы это в качестве инструкции, что нам стоит работать в таком виде? И так все будут продвигаться.
М. Лайтман: Мы все находимся в разных формах продвижения, и поэтому, для того чтобы прийти к общему знаменателю, к общему решению, мы должны быть объединены, мы должны быть связанными, это уже больше в чувстве. И так мы придем к пониманию, насколько мы в нашей группе находимся во взаимодействии. Это требует времени и групповой работы. Будем надеяться, что сделаем это.
Вопрос (Ж Турция): (45:26) Какова причина, что утренние уроки настолько важны в нашей учебе?
М. Лайтман: Утренние уроки дают нам новый материал и новую связь между нами, и, может быть, новый подход вообще. Поэтому утренний урок, он самый важный. Нет у нас, кроме утреннего урока, ничего, чтобы по уровню важности сравнилось с утренним уроком, так постараемся быть на нем и не пропускать. Хорошо? Ладно.
Вопрос (Ж Турция-7): (46:26) Я вижу, что подруга сверлит дырку в лодке. Я вижу это в моих келим. Может быть, я вижу неправильно. Как можно это выяснить?
М. Лайтман: Это можно выяснить, если мы оставляем нашу специфическую проблему, скажем, мою с товарищем, а потом приходим к решению в другом состоянии, когда я уже не вижу его в таком ясном виде против или за, но в таком промежуточном виде.
Вопрос (Алматы): (47:46) Товарищ, вообще, в целом в лодке оказался неслучайно выбранным Творцом. И по итогам вчерашних уроков я тоже много думал. Я должен с ним же разделить его помехи, его преграды. То есть он сейчас в таком состоянии, что мне кажется с моими келим, что он сверлит дырку.
И теперь в этом понимании, как я должен действовать? Возможно, как Вы сказали, пора уже выйти из этой маленькой лодочки и перейти на большой корабль под названием «Бней Барух». Так действовать из того, что я уже должен разделить с ним это и дальше как-то двигаться?
М. Лайтман: Не знаю, как вам точно посоветовать. Я думаю, что самое главное – это просто держаться друг за друга. Иначе мы пропадем в этом бушующем море, и наша лодочка нас не спасет. Поэтому давайте отбросим всякие привычки, то, что мы раньше решали между собой, принимали за важное, и выделим самое основное. Что я своим поведением в группе должен создавать вокруг себя такую положительную силу, которая бы связывала всех нас вместе. Давайте попробуем это сделать, по крайней мере до… Ну, то что перед нами, как называется это?
Реплика: Конгресс.
М. Лайтман: До конгресса. И давайте попробуем проверить, как это работает. А там поговорим. Хорошо?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (50:31) У нас есть путь, и методика, и Рав, мы изучаем процесс нашей жизни согласно статьям РАБАШа, и живем с женой дома. А жена у нас дома тоже учится и присутствует, и проходит похожие состояния на те, которые мы проходим.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И бывает состояние, когда товарищ находится целиком с нами в пути в десятке, и все. А жена, так сказать, другие состояния проходит, и он влечется за ней. Он говорит, написано: «И оставит отца своего и мать свою и прилепится к жене своей».
М. Лайтман: Да.
Ученик: Где товарищ должен вставить Творца здесь? Где группа, где десятка по отношению к его жене?
М. Лайтман: Товарищ должен почувствовать Творца и группу, и свою семью, как он соединяет все эти три вещи вместе, насколько это возможно – я, группа и товарищ. Да. И тогда, когда я пытаюсь сделать из них не треугольник сил, а единство сил, если я вижу что-то, что я не способен воспринять вместе с другими, тогда я должен думать, что мне делать с этим.
Ученик: Как мне думать? Это увлекает, как туман в голове. Как не потерять эту связь с правильной линией?
М. Лайтман: Я должен привести себя в центр своей десятки, и стараться найти там точку равновесия. Если я нашел, что может быть лучше, и если не нашел, тогда у меня есть проблема, когда на самом деле три этих составляющих – семья и группа моя, моя десятка, и я, находимся одно против другого, и не чувствуем ничего общего. Тогда мы должны будем подумать и объяснить самим себе, как нам прийти к общему знаменателю, равновесию. Да. Нужно работать над этим.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (54:31) Когда человек не может, сила жены достаточно сильна, чтобы отбросить его с пути. Что тогда делать?
М. Лайтман: Так тут, кроме человека, есть также и его товарищи, и они должны увидеть, как в этом состоянии они могут укрепить силу семьи и силу человека внутри семьи – так, чтобы это не привело к развалу.
Ученик: АРИ сказал ученикам: «Пойдем в Иерусалим». Они сказали: «Секунду, а как жена?» Он сказал: «Вы упустили возможность, которой больше не будет».
М. Лайтман: Да.
Ученик: Как нам не провалиться в этом?
М. Лайтман: Мы не находимся в таких состояниях. Мы можем устроить все в том состоянии, в котором мы находимся. Еще подумаем об этом.
Ученик: Что есть перед конгрессом, чтобы раскрывать так много вещей? Почему именно перед конгрессом все вещи всплывают, возникают?
М. Лайтман: Мы хотим быть готовыми к проверке, к критике, участию. И когда мы измеряем все это, у нас есть уклонение в любую сторону.
Ученик: Это уклонение или это помощь как раз, чтобы была сила сопротивляться этому?
М. Лайтман: Все это зависит от того, как человек это воспринимает.
Ученик: Есть такое постоянное явление, всегда перед конгрессом, чем больше подготовка, вдруг больше возникает...
М. Лайтман: Да.
Ученик: Так как удерживаться в этом, что это причина, и не упасть ни в какую яму посередине?
М. Лайтман: Я думаю, что это только с помощью поручительства, нет ничего другого.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (57:17) Прежде всего, хочу вернуться к вопросу товарищей. Что все-таки может поддержать человека? Допустим, его домочадцы определяют, что он с ними должен быть все время. Он замкнут в таких семейных отношениях, а завтра у них меняются желания. Он готов отдавать себя целиком, но это не десятка, не такое окружение. Что может защитить человека в таком состоянии?
М. Лайтман: Мы должны терпеливо стараться объяснить, может быть, всем составляющим эту сеть, нам, то есть товарищам, десятке, вообще всему Бней Баруху, насколько нам важно находиться в нашей связи с управлением, с десяткой. И тогда смотреть на это чувственно. Главное – не взрываться и не приводить те силы, которые находятся в отклонении, к какому-то изменению. Не сразу же соглашаться со всем, что всплывает у нас.
Ученик: (59:40) Еще вопрос. Вы до этого сказали, что, как правило, мы думаем о группе, как о наборе людей, которые учатся вместе, трапезы, поездки, и мы не оцениваем, насколько каждый поддерживает это направление развития группы. Что такое группа, если не собрание людей? Как определить, что такое группа?
М. Лайтман: Группа – это собрание сил, которые работают как паруса на судне, на корабле, когда у каждого есть своя функция, и может быть, что у них есть разные функции, но в конечном счете все направлены на одну цель, к одной цели. Поэтому просто нужно согласиться с тем, что есть много сил, много желаний, много мыслей, и каждый он тоже не простой человек. И мы должны выяснить отношения каждого во всех направлениях и дать людям возможность развиваться, и это уже зависит от нашего отношения.
Ученик: Здесь образ очень красивый: группа – как лодка, каждый товарищ – как парус. Мы не видим на самом деле роли каждого товарища. У каждого есть роль. Так как можно тут взвешивать, оценивать каждого товарища, знать, насколько он поддерживает? Может, я не понимаю, что эта часть завтра будет служить мне в этом плавании. Как измерить отношения каждого товарища, его поддержку, если это не раскрыто наружу?
М. Лайтман: Мы постараемся поднять эту тему и выяснить.
Ученик: Последний вопрос. Этот конгресс, я чувствую, что там есть что-то особое для нашей группы. Что Вы действительно ждете на конгрессе после конгресса, наш следующий этап группы?
М. Лайтман: Наш следующий этап в группе – то, что мы захотим быть связанными под воздействием нескольких сил природы, нескольких направлений. И так мы продолжим существовать. Творец уже направит нас к цели творения. Все.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:03:38) Хотел спросить о подходе, правильный ли он, по поводу обсуждения, которое было тут о семье? Из опыта я обнаружил, что тут есть огромный потенциал в связи между человеком в его семье и, допустим, путем, его десяткой. То есть очень помогает человеку выйти из себя, когда он считает, что нужно служить здесь, служить десятке в том, что нужно. И в своей роли в семье – не выходить оттуда. Это настолько помогает в пути, когда ты наполняешь, в первую очередь, желания жены, детей – это основа, практически, не в намерениях, не в мыслях, а практически. И у меня вопрос. Если человек на это так смотрит, и он делает руками и ногами все, что нужно, то как это продвигает его? Как это глубже вводит его в понятие десятки выше знания в духовное? Ведь он обретает этот этап.
М. Лайтман: Нужно проверить. Нужно проверить, является ли то, что он говорит… Иногда это правильно, а иногда вообще совершенно неправильно, или это обманывает, обманывает человека.
Ученик: Что значит «обманывает»?
М. Лайтман: Значит, что человек не принимает во внимание все силы, которые действуют в группе.
Ученик: Я не говорю о формировании группы, я говорю о формировании человека. Человек формируется с помощью требований реальности: есть требования со стороны семьи, детей, требования со стороны десятки, рамок, книг, и он должен найти путь. Он не может сказать: «Ладно, мне тяжело, я устал». Не может быть такого. Он должен найти путь, в котором он служит всем во всем, что Творец дал ему. Как правильно к этому подходить, как правильно это реализовывать?
М. Лайтман: Так я тебе говорю, прежде всего нужно стараться увидеть всё. Все источники, все данные, а потом решить. Хорошо, друзья.
Вопрос (W Heb 1): (01:06:49) Мы всегда относимся к нанесению вреда группе относительно утренних уроков, маасэра и обязательности этого. Но я хотела спросить о чем-то ином. Есть товарищи, и я спрашиваю, мне кажется, от имени многих десяток, которые берут на себя роль неких стражников и полицейских, и создают своего рода постоянное нарушение внутри десятки, возможно, из-за внутренних качеств. И тогда это не позволяет товарищам погрузиться глубже внутрь и осмелиться, и соединиться больше из-за этого страха, что охранник-полицейский может вдруг хлестнуть тебя таким образом. Вопрос – это так же можно назвать нанесением вреда в десятке?
М. Лайтман: Вы можете пожаловаться на это, так же как вы сейчас спрашиваете, и мы поговорим об этом.
Хорошо. Что у нас есть на втором часу?
Чтец: На втором часе мы изучаем избранные отрывки на тему «Достичь контакта с Творцом». Перейдем к следующей части урока, и перед этим споем вместе песню.
Песня (01:08:18)
Набор: Команда синхронного набора