Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Утро), 11 января 2024 года

Часть 1: РАБАШ. Что означает «того, кто оскверняет себя, оскверняют свыше» в духовной работе. 26 (1989)

Чтец: Мы с вами читаем «Труды РАБАШа», второй том, 897-я страница, статья «Что означает «того, кто оскверняет себя, оскверняют свыше» в духовной работе».

(00:40) В книге Зоар (гл. Беаалотха, л. 23, Сулам, п. 67) сказано: «Что значит «в дальнем пути»? Это потому что того, кто оскверняет себя, оскверняют наверху. … Выходит, что он в дальнем пути от того места и от того пути, которого держатся потомки Исраэля. Ведь он держится дальнего пути, т.е. отдалился от приближения к вам, к Исраэлю … и имеется в виду Ситра Ахра, которая далека от святости… [п. 68] Сказал рабби Ицхак, ведь сказано: «Если будет нечист от умершего или в дальнем пути», – откуда следует, что это две разные вещи … Сказал рабби Иоси: здесь, когда говорится «нечист от умершего», имеется в виду «до того, как его осквернили свыше, а тут, когда говорится «в дальнем пути» – имеется в виду «после того, как его осквернили свыше», и он попал в «дальний путь», т.е. в Ситру Ахру. И получается, что как на том, так и на другом не будет пребывать высшая святость, и он не должен совершать пасхальную жертву в то время, как Исраэль совершает ее».

А в книге Зоар (гл. Беар, п. 46) сказано: ««И Малхут Его над всем властвует». И поэтому называется Шхина: жертва Творцу, всесожжение Творцу … – всё надо жертвовать Творцу и Его Шхине. А потом Шхина раздает всем. Как сказано: «И раздает пищу в доме своем». И даже еду животных … и даже собак – всё она раздает, чтобы исполнилось через нее: «И Малхут Его над всем властвует»».

И следует понять, почему того, кто оскверняет себя, оскверняют свыше, т.е. чем человек виноват, что его оскверняют свыше. Почему его наказывают так, что он не может совершить пасхальную жертву? И говорит книга Зоар, что смысл слов: «Если будет нечист от умершего или в дальнем пути», – «нечист от умершего» – это до того, как его оскверняют свыше, а «в дальнем пути» – после того как его осквернили свыше. И как тот, так и другой, не должен совершать пасхальную жертву в то время, как Исраэль совершает ее.

И надо понять: если он осквернил себя и уже не может совершать пасхальную жертву, для чего же осквернять его свыше? Для какой надобности? И кроме того, зачем оскверняют его наверху, ведь в том осквернении, которое сделали ему свыше, он не повинен? В таком случае, следует понять:

1. Для какой надобности оскверняют его свыше, если он не может приносить пасхальную жертву, поскольку уже осквернен?

(04:57) 2. И зачем его оскверняют? Ведь выбор совершает человек, а раз его оскверняют свыше, получается, что это осквернение не приходит к нему по его выбору.

3. И также следует понять то, что сказано в книге Зоар по поводу стиха «И Малхут Его над всем властвует» – что Шхина раздает питание всем: животным и скоту и т. д. и даже собакам и ослам, т.е. клипот. И для какой надобности Шхина должна обеспечивать им питание, если они противостоят ей и ненавидят святость?

И чтобы понять упомянутое выше, нужно понять, что такое святость и скверна в духовной работе. В практических действиях скверна и чистота понятны – как сказано в Торе или согласно добавлениям мудрецов, касающихся скверны, святости и чистоты. Однако в плане духовной работы – что же является скверной, чистотой и святостью?

Прежде всего нужно всегда помнить два принципа, которые у нас есть, согласно которым происходят все явления в мире, и отсюда у нас исходят [все] явления в духовной работе, которые зачастую кажутся нам противоположными друг другу.

1. Это цель творения, т.е. Его желание насладить Свои создания, из-за которого Он создал в творениях желание и стремление жаждать наслаждений, и это называется желанием получать ради себя. И с этой природой были сотворены все творения, которые называются сущим из ничего, где имеется в виду то желание, которое было создано, представляющее собой хисарон, который творения стремятся заполнить. И это кли появляется у человека без [предварительной] работы, поскольку это кли мы относим к Творцу. И у нас нет никакой работы по расширению этого кли, однако повсюду, где это желание видит, что у него есть возможность получить наслаждение, оно сразу же устремляется к этому изо всех сил. И кажется, как будто это должно наполнить желание Творца, т.е. то, что Творец желает, чтобы творения насладились тем наслаждением, которое Он хочет дать им.

2. Исправление творения. Другими словами, чтобы не было состояния стыда во время получения этих наслаждений, которое, как известно, исходит из того, что всякая ветвь желает уподобиться своему корню. Поэтому произошло исправление, так, что человек со стороны своего желания получать хочет отказаться и не получать никакого наслаждения, вместо этого он будет получать наслаждения из-за того, что Творец желает, чтобы творения получили благо и наслаждение, что и было целью творения. Получается, что тогда у него уже нет стыда, поскольку теперь есть состояние подобия по форме. Другими словами, как Творец желает отдавать, так же и творения желают отдавать Ему, чтобы Он наслаждался тем, что Он «сказал и стало по желанию Его». И только из-за этого они хотят получать благо и наслаждение.

Однако это кли, называемое получением ради отдачи, абсолютно противоположно кли, называемому желанием получать ради себя. Ведь кли и желание получать ради себя мы относим к Творцу, который создал его, как сущее из ничего. Поэтому, если мы хотим работать только ради пользы Творца, а не ради собственной выгоды, это тяжелая работа, ведь мы должны воевать против кли, созданного Творцом. И из этой работы у нас происходят все хисароны, о которых мы учим, например, исторжение светов, разбиение келим, святость и скверна, и Ситра Ахра и клипот, и разные имена, объясняемые в книге Зоар и каббалистических книгах. Все происходит только лишь от исправления творения. И это по той причине, что келим исправления мы относим к творениям, как сказано в начале «Древа жизни» и как выясняется в ТЭС, что первое желание получать, называемое малхут Бесконечности, сказало, что оно не желает получать ради получения, а [желает получать только] ради отдачи.

(11:39) И само собой понятно, что если мы хотим идти против природы, созданной Творцом, что называется противоположностью, это выражается у нас в тяжелой работе, а в высших мирах это привело к исторжению светов и разбиению келим, и тогда появились клипот, и возникла дистанция между святостью и скверной. Ведь святостью называется подобие по форме, называемое слиянием, как сказано: «Святы будьте, ибо свят Я», – что означает, что как Творец желает только насладить Свои творения, так же и творения должны быть на таком уровне, когда они наслаждают Творца, а не [работают] ради собственной выгоды.

Получается, что до того, как мы пришли к исправлению творения, а наоборот, когда человек всё еще погружен в эгоистическую любовь, он не способен получать благо и наслаждение, и над ним пребывают произошедшие сокращение и скрытие. Другими словами, нам нужно сказать, что все скрытия, которые мы переживаем, происходят от того, что таков порядок исправлений, с помощью которых все творения придут к завершению исправлений, т.е. все келим, рожденные в свойстве получения ради себя, будут исправлены на «ради отдачи» и автоматически смогут получить благо и наслаждение. Получается, что тогда, в Гмар Тикуне, уже не будет потребности в сокращении и скрытии, как сказано: «И не будет более скрываться учитель твой».

И из сказанного следует, что отдаление и приближение означает, что если человек делает всё ради отдачи, выходит, что он находится в состоянии приближения к святости, как сказано выше: «Святы будьте…». А если он делает всё ради собственной выгоды, тогда он далек от святости.

Исходя из этого можно спросить: если благо и наслаждение не могут светить в получающие келим из-за произошедшего сокращения, в таком случае, как же творения существуют в мире до того, как они исправили себе отдающие келим? Откуда творения могут получать наслаждения, ведь без наслаждения жить невозможно, ибо таков был порядок творения?

Поэтому мы учим, что сейчас же после сокращения, когда произошло исторжение света, остались решимот для оживления келим. И первые келим, из которых вышел свет, называются «круглые келим» (келим де-игулим), и решимо, которое осталось от света, оживляет эти келим, и это относится только к келим святости, как объясняется, что в парцуфах [мира] Адам Кадмон решимот остались в келим после исторжения светов.

В то же время в мире Некудим, где после исторжения светов келим упали в клипот, мы учим, что решимот остались на месте Ацилута, из-за того что решимот, являющиеся частицами света, не могут войти в клипот, и только искры упали внутрь келим для их оживления. Другими словами, питание келим, упавших в клипот, – только от того, что внутрь их упали искры святости. От этого происходит все питание клипот. Как объясняет великий АРИ, только лишь «неиро дакик», называемый по отношению к святости очень тонким светом, – это всё питание, упавшее в материальный мир.

(17:02) Иными словами, вся жизнь и [все] материальные наслаждения, за которыми все гоняются, чтобы достичь их, ибо они чувствуют, что в этом заключается вся их жизнь, – это всего лишь очень тонкий свет по отношению к духовным наслаждениям. А именно духовные наслаждения имелись в виду, чтобы ими «насладить Свои творения», что называется, как сказано выше, целью творения.

И отсюда поймем, почему святость обязана питать клипот, ибо иначе они не смогли бы существовать. Ведь желание насладить Свои творения приводит к тому, что если у творений нет хоть в чем-то блага и наслаждения, у них нет права на существование, и они должны умереть.

А поскольку человек от природы рождается с тем, чтобы только получать ради себя, он находится под властью клипот, и потому не может получать жизнь от святости. И поэтому, даже когда он начинает заниматься Торой и заповедями, он обязан начинать с «ло лишма». И в таком случае, откуда же у него тогда будет жизнь? Поэтому святость дает питание клипот, чтобы от клипот были жизнь и питание, которые они обеспечивают творениям до тех пор, пока они находятся под их властью.

И только с помощью света, заключенного в Торе и заповедях и возвращающего к источнику, т.е. когда они придут в состояние «лишма», что происходит в то время, когда они могут делать действия по отдаче, от них уходят сокрытие и скрытие, называемое сокращением, и тогда они могут получать свою жизнь от святости, где раскрываются истинные наслаждения – и не как они получали «тонкий свет» от святости, а настоящий свет святости.

И отсюда поймем то, что мы спросили о том, что сказано в книге Зоар по поводу стиха «И Малхут Его над всем властвует», – что Шхина раздает питание всем: животным и скоту и т.д., и даже собакам и ослам, т.е. клипот. Ведь нужно понять, для какой надобности Шхина должна питать их. И из сказанного выше поймем, что поскольку без света и наслаждения существовать невозможно, а другой силы, которая питала бы их, в мире нет, как сказано: «Нет никого кроме Него», – Шхина питает их и дает им пропитание, чтобы они могли существовать. И Шхина раздает питание каждому согласно его уровню, как сказано: «Несмотря на то что все жертвоприношения для Творца, … из них Он раздает собакам, – это негодные жертвоприношения, которые Он отдает Самаэлю, называемому псом … а есть среди них подобные ангелам службы, а есть среди них – подобные людям».

Получается, что Шхина раздает питание каждому согласно его свойствам. Т.е. есть люди, относящиеся к свойству людей, а есть – относящиеся к свойству чистых животных, и есть относящиеся к свойству собак, и т.п. И всем им Шхина дает питание. Однако каждый получает свое наполнение согласно своему старанию подниматься по ступеням святости. Т.е. если человек достиг уровня, когда всё его наслаждение заключается в том, что он служит Царю, он получает наполнение, подобающее святости. А если человек способен работать, только получая для себя, он получает в соответствии со своими ценностями и т.д.

(22:33) Поэтому те люди, которые хотят идти путем истины и не могут преодолеть желание получать ради себя, и они хотят питание, чтобы у них была возможность преодоления, получают от святости, что называется «заключенный в ней свет возвращает его к источнику». И они получают питание согласно своей подготовке, другими словами, они получают жизненную силу, состоящую в том, что они могут делать действия по отдаче. Тогда как те люди, которые все еще находятся в состоянии собак, как сказано в книге Зоар, что они «лают как собаки: гав, гав (дай, дай)», – должны получать питание в келим, направленные на собственную выгоду.

В то же время человек, который хочет выйти из эгоистической любви, иногда получает питание, т.е. жизненную силу, от того, что хочет работать ради отдачи. Но когда он не ценит питание, которое он получил для отдающих келим, ему дают какую-нибудь страсть, чтобы ему захотелось, и он начинает думать о наслаждении от этой страсти и забывает обо всей духовной работе, и тут же получает падение, до того, что он уже не чувствует, в каком состоянии он находится. А на самом деле, он находится без сознания, т.е. сейчас ему неизвестно, что есть такая вещь как духовность, которой он до этого занимался всем сердцем, и вдруг у него всё забылось, пока он не приходит в себя и не начинает чувствовать, что находится в состоянии падения.

И это подобно тому, как если бы у него, не дай Бог, случилась дорожная авария, и он остался без сознания, а после того, как он пришел в себя, он видит, что находится в больнице. Так же и человек, который шел по пути достижения «ради отдачи». Вдруг его поразила некая страсть, которая вошла в его сердце, и он находится без сознания, т.е. упал в материальный мир. И только спустя какое-то время он приходит в себя, т.е. он услышал известие свыше, что он не в порядке.

А страсти у всех людей не одинаковые. Иногда бывает, что его поражает мысль, что для него будет лучше, если он будет работать ради собственной выгоды, а не ради небес. И эта мысль, которая поразила его, уже называется дорожной аварией, если он не видел опасности до этого, т.е. у него еще было время преодолеть эту мысль, чтобы она не вошла в его сердце. Однако форма страсти не одинакова у разных людей. Другими словами, у каждого человека страсть облачается в свою форму. И даже у одного человека тоже не все времена одинаковы. Другими словами, всякий раз страсть облачается у человека в свою форму, и всё согласно времени и т.п.

А страсть подобна приманке – как мы видим, что тот, кто хочет поймать рыбу, берет удочку и вешает [на крючок] какое-нибудь животное или кусочек мяса. И когда рыба видит это мясо, она смотрит на наслаждение, которое она может от этого получить. А когда она смотрит на наслаждение, у нее нет никаких других мыслей, и у нее нет возможности подумать, что взяв приманку, она умрет, ведь человек вытащит ее из воды, и она автоматически умрет. Но в этот момент у нее нет способности думать об этом.

Так же и человек, когда он видит какую-то страсть, это является приманкой, которая соблазняет его воспользоваться этой страстью, и тогда у него нет времени думать, что из-за этого он умрет в духовном смысле. Ведь вся работа, когда он думал, что всё нужно делать ради небес, – когда он смотрит на страсть, она является той приманкой, которая вытаскивает его из духовной воды, где он жил. А как только она вытаскивает его из духовной воды, он сразу же умирает в духовном и остается в бессознательном состоянии, т.е. он не осознает, что он уже умер в духовном, поскольку совершенно не помнит, что в мире существует духовность, и он обо всем забывает.

(29:15) Однако потом свыше ему дают прийти в себя, и он видит, что сейчас он находится в состоянии падения. Другими словами, во время подъема человек смотрел на все страсти, как на вещь, отделенную от него, т.е. они никак не привлекали его, и в глубине сердца он чувствовал силу отторжения так, что он не хотел даже и думать о них. И вдруг он получил прямое отношение к ним, т.е. они стали близки его разуму и чувству до такой степени, что, когда он приходит в себя, он не понимает, как между ними возникла какая-то общность.

Однако существует правило, что когда высший опускается на место нижнего, он становится подобным ему, т.е. получается, как будто они были вместе, и между ними нет дистанции, которая существовала раньше, когда высший пребывал на своем месте наверху. Верно и обратное: когда нижний поднимается на место высшего, он обретает общность с ним – словно бы он всегда был на месте высшего, и он отдаляется от состояния нижнего.

Получается, что эта приманка подобна зрению, где зрение – не обязательно означает видеть глазами, потому что зрением называется также и мысль, другими словами, умственное зрение, т.е. если возникает какая-то мысль о грехе, как в отношении разума, так и в отношении сердца. Существует правило: «Глаз видит, а сердце вожделеет», – получается, что из-за зрения он наверняка придет к вожделению, несмотря на то, что в отношении зрения человек не владеет ситуацией, т.е. когда у него возникает какая-то мысль, чем он виноват в этом? – или, когда он вдруг видит что-то глазами – что он может сделать?

Это мой господин, отец и учитель объяснил, задав вопрос о высказывании мудрецов, что «человек не совершит преступления, если в него не вошел дух глупости». И он спросил: почему ему дается, что в него входит дух глупости, чтобы он согрешил? Ведь если бы в него не вошел дух глупости, он бы не согрешил. В таком случае, чем же человек виноват в том, что в него вошел дух глупости? И он ответил: ведь существует правило «глаз видит, а сердце вожделеет», получается, что и в отношении зрения человек тоже не виноват. Однако если он не раскаялся по поводу зрения, хотя в этом он как будто совершил ненарочную ошибку, он обязательно придет к вожделению, а вожделение – это уже грех.

Получается, что то, что в него входит дух глупости, есть большое исправление для человека, чтобы он не так сильно нарушал святость. Ведь во время греха он уже не ощущает важности святости, ибо в нем уже пребывает дух глупости, и святость автоматически убегает от него. Другими словами, если бы человек сразу раскаялся в случайной ошибке, он не впал бы в настоящий грех, т.е. в вожделение. А если он не раскаивается, приходит дух глупости.

(34:19) И из сказанного поймем то, что мы спросили: почему, когда человек оскверняет себя, его оскверняют свыше, как сказано в книге Зоар о стихе: «Если будет нечист от умершего или в дальнем пути»? И ответ состоит в том, что поскольку он осквернил себя в работе, – следует пояснить, т.е. в зрении, – и осквернив себя, не раскаялся, его должны осквернить свыше, т.е. ему делают так, чтобы в него вошел дух глупости.

И это на благо человека. Ведь, когда человек поступает без разумения, это немного похоже на ситуацию, когда он делает [нечто] без намерения согрешить, ведь у него нет разумения, чтобы мы могли сказать, что он делает это преднамеренно. Поэтому то, что его оскверняют свыше, является исправлением, и в любом случае нет вопроса, почему его оскверняют, ведь этим ему делают добро. И как бы то ни было, осквернился ли он только из-за зрения, что без сомнения считается ненарочным, или тем более потом, когда он оскверняется из-за вожделения, ему уже показывают, что он не близок к святости.

И хотя зрение и было случайной ошибкой, в любом случае в нем еще не было духа глупости. Вместе с тем во время состояния вожделения у него уже был дух глупости. Тем не менее можно спросить: ведь, когда его оскверняют свыше, у него есть две вещи, т.е. зрение и вожделение. Возможно, он хочет сказать, что даже если была бы возможность, чтобы была [лишь] одна вещь, даже и тогда он уже не достоин приближения. [РАБАШ. Статья 26 (1989) Что означает «того, кто оскверняет себя, оскверняют свыше» в духовной работе]

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:27) Здесь в статье говорится о том, что глаз видит, а сердце вожделеет. И он говорит, что дух глупости входит, потому что он не раскаивается в том, что видит. Так что значит, что мы все время должны быть в раскаянии от того, что мы видим и все время находиться в процессе раскаяния? Что значит совершить, прийти к раскаянию?

М. Лайтман: Что все время мы следим за тем, что мы видим, то, что входит в глаз. А от глаза должно дойти до сердца. И мы должны, прежде чем это вошло в сердце, критически рассмотреть это и поставить, как когда-то мы читали: «Поставь себе стражников и охранников во всех вратах своих». И все.

Ученик: А если то же самое повторяется? Та же мысль или то же зрение, видение повторяется?

М. Лайтман: Это нам кажется, может быть, что то же самое, но это не то же самое. Всегда новые решимот, новое зрение.

Ученик: Ну, так в каком соотношении нужно находиться по отношению ко всей материальной действительности? В каком-то нейтральном отношении быть?

М. Лайтман: Почему нейтральном?

Ученик: Все время мы как бы ставим границу, чтобы все эти мысли не вошли в сердце. Все время. Так каково отношение к материальной реальности?

М. Лайтман: Материальное отношение должно быть, что я должен быть все более готов своими силами, более резко в моем чтении различать их, все эти помехи, является ли это помехами от святости или от клипы. Стараться принимать их со стороны святости, что хотя это кажется при поверхностном взгляде, что это против меня, но если я принимаю это так, что это исходит от Творца, я в этом должен стараться определять другое отношение, что это мне во благо. И я должен соединиться с теми условиями, которые приближаются ко мне, и вместе с ними идти вперед.

Ученик: (41:04) Если входят в сам процесс возвращения, раскаяния, о чем это говорит? Я противопоставляю объединение в десятке всему, что вижу, или как это?

М. Лайтман: Что ты говоришь?

Ученик: Все, что я вижу, я противопоставляю это объединению в десятке, или что означает совершить возвращение, прийти к раскаянию?

М. Лайтман: Да, конечно.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (41:43) Есть такой пример, когда есть ангел смерти с мечом, и на конце меча есть капля яда, и человек открывает рот… и эта капля, он проглатывает ее и умирает.

М. Лайтман: Еще раз.

Ученик: Есть такой пример, да, что ангел смерти стоит с мечом, на конце которого есть капля яда, и человек проглатывает эту каплю и умирает, как будто нет выбора, обязан умереть.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так как он здесь может в пути не принимать этого к сердцу или избежать? Не знаю, защититься здесь с помощью группы?

М. Лайтман: Если он связан с группой и с процессом, то он понимает, что все это, то, что приходит, ему во благо, чтобы продвигать его. И если он не готов, то получается, что он принимает этот процесс, как приходящий даже наоборот, чтобы навредить ему.

Ученик: Это он получает до смерти или после? После того, как произошло? Или есть возможность в процессе как-то понять ситуацию и решить, с какой стороны я хочу это получить?

М. Лайтман: Это он определяет.

Ученик: Когда он определяет, до того, как умер, или после?

М. Лайтман: Конечно, до того, как умер. Он должен определить через объединение с товарищами, что все, что приходит, это чтобы подниматься.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (43:52) В продолжение этого вопроса. Глаз видит, а сердце вожделеет – это непонятно. Есть ли расстояние между видением и вожделением, ведь человек вожделеет сразу?

М. Лайтман: Так ты можешь сделать тут какой-то… что-то, что остановит это, проверку, регулятор. Когда это вожделение приходит в сердце, ты можешь остановить его, есть тут еще какая-то сила, которая может остановить его. И ты можешь даже подвинуть его, изгнать и изменить направление.

Ученик: Это так не ощущается. В конце, в последнем абзаце, он говорит: когда его оскверняют свыше, есть у него две вещи, то есть зрение и вожделение. То есть они приходят вместе, это автоматический механизм желания получить, не так ли?

М. Лайтман: Как ты реагируешь на это.

Ученик: Так это вопрос товарища. После того, как я уже увидел, и вожделение уже пришло, и я уже прегрешил, так я реагирую. Есть ли расстояние между тем и другим?

М. Лайтман: Ты дал вожделению разрешение войти в сердце?

Ученик: Я не чувствую, что меня спросили, ведь если я уже увидел…

М. Лайтман: Это то, что там должно быть – глаз видит и сердце вожделеет. Глаз видит – видит, да. Делать нечего, это не в наших руках. Но то, что сердце вожделеет, тут мы должны поставить как бы заслон, барьер, что я не даю сердцу прийти к вожделению, а иначе у меня не будет никакой возможности продолжать дальше.

Ученик: Потому что он раньше это описывал как рыбу, которая видит приманку и сразу же забывает о всех мыслях, опасности, сразу хватает приманку и все, и говорит, что человек то же самое. Но говорит задним числом, что он может очнуться только, когда приходит в себя после аварии и видит, что произошло с ним.

М. Лайтман: Это так учат человека, но в той мере, в которой он все-таки преодолевает и делает правильные вещи.

Ученик: (46:22) Так, может быть, спросим так: потому что он говорит, что если он не видел опасности до этого, как в примере с дорожной аварией… Если он видел опасность до этого, когда он мог преодолеть мысль, чтобы не вошла в его сердце, что значит видеть эту опасность и убрать ее?

М. Лайтман: Что у него есть и эти келим тоже, видеть опасность. Что?

Ученик: Какие келим видеть опасность?

М. Лайтман: Или он как маленький ребенок, или как рыба, заглатывает и думает только о том, что сейчас будет наслаждаться. Или он смотрит вперед, что может быть после этого есть опасность.

Ученик: Это значит, что когда приходит какой-то соблазн, я сразу должен подозревать, почему это приходит и что делать? Что-то в таком виде?

М. Лайтман: Конечно так, но и до этого ты все время ищешь, как приблизиться к Творцу. Когда приходит такой соблазн, ты хочешь понять, он приближает тебя, удаляет или убивает.

Ученик: То есть есть свободный выбор в этом процессе?

М. Лайтман: Да, есть место для выбора.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (47:52) Тот барьер преодоления, когда мы говорили здесь о зрении, относится также к мыслям, которые не о святости?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (48:16) У меня тоже здесь задело предложение. Те люди, которые хотят идти путем истины, и не могут преодолеть желание наслаждаться для себя, они могут получить питание, что они смогут преодолеть, они получают от святости, что называется светом, возвращающим к источнику, они получают питание согласно своей подготовке.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Он как бы дал решение всему. Но как работать над тем, чтобы получать только то питание, чтобы оставаться в святости, и ты мог преодолеть?

М. Лайтман: Они могут получать питание и оставаться в святости, и так продвигаться.

Ученик: Это значит, что наша жизнь должна быть сконцентрирована на том, чтобы получать питание, чтобы оставаться в святости?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Потому что если этого не будет, то уже нет другой опции.

М. Лайтман: Да, там ты уже не хозяин.

Ученик: То есть все зависит от подготовки.

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (49:47) Он здесь показывает нам два этапа: зрение, а потом вожделение. И на уровне вожделения уже дух глупости, и у человека нет никакой возможности что-то сделать, и он говорит Ему: «Смилостивься! Есть здесь исправление». А тогда Он говорит мне как бы, что оставлю тебя, и так и так придет исправление, давай, упади в сердце, предай себя даже греху.

М. Лайтман: Ну.

Ученик: И это как бы говорит человеку в каком-то месте: это не страшно, даже если ты не поставишь эти ворота, как мы говорили раньше, этот заслон, этот барьер, потому что и так Творец управляет всем. Так как же не упасть в это место, когда ты говоришь «все, нет никого, кроме Него», и ты берешь на себя эту ответственность? Потому что есть здесь опасность, ведь он говорит, что это и так будет исправлено.

М. Лайтман: «Нет никого, кроме Него» может быть тут как препятствие. Ты говоришь «все – Творец, у тебя нет выбора» – так ты как бы убегаешь от того, что есть перед тобой. А в этих состояниях ты не принимаешь в расчет «нет никого, кроме Него», ты хочешь принимать в расчет только свой выбор: как ты выбираешь.

Ученик: Да. Как на самом деле не упасть в эту опасность? Потому что РАБАШ говорит, что тебя жалеют, тебе делают благо свыше, даже если ты не ответствен за это и не находишься там.

М. Лайтман: В чем вопрос?

Ученик: Это очень тонкое место. Как обращать внимание на то, чтобы не упасть в это место?

М. Лайтман: Я произвожу расчет, перед чем я стою. Или я получаю прямой путь к Творцу, выше знания, полагаясь на Него, или я принимаю то, что в моих силах.

Ученик: И это ставит меня в это место, что если нет никого, кроме Него, и он говорит здесь, что если ты падаешь туда, это даже хорошо, потому что ты получаешь исправление в сердце. А я говорю, что нет никого, кроме Него, когда есть с одной стороны эта опасность, а с другой стороны есть моя работа. Как это сделать правильно? Потому что в любом случае в конце ведь все это – действие Творца.

М. Лайтман: То, что в конце все это – действие Творца, это понятно, даже не зависит от твоего выбора. И твой выбор тоже выяснится, что целиком зависел от Творца.

Ученик: Верно.

М. Лайтман: Но сейчас то, что мы должны делать, это то, что принадлежит нам, поэтому ты так судишь.

Ученик: (52:55) Это место, как мне кажется, глубокого выяснения, потому что именно в группе, вот здесь...

М. Лайтман: Да, в группе я прихожу к правильному выяснению.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:15) Что это за преграда, заслон между глазом и сердцем?

М. Лайтман: Это два уровня: глаз видит, а сердце вожделеет. То есть если мы хотим работать в этом, мы должны остерегаться уже, чтобы не видеть глазом. Я не иду согласно видению разума.

Ученик: Так заслон до того, как он видит, или между глазом и сердцем?

М. Лайтман: Я этим определяю, будет это или нет.

Ученик: Я не понял, что такое барьер, как я приобретаю этот заслон между глазом и сердцем?

М. Лайтман: Если я хочу делать выбор в зрении, то я стараюсь, чтобы уже в отношении зрения у меня была сила заслона, и я выбирал бы, наступал бы на него. Если я не могу, то это уже большая проблема в сердце: могу ли я в сердце произвести расчет?

Ученик: Как желание получать может вообще противостоять вожделению, которое соблазняет его?

М. Лайтман: Это как написано, что мудрец – глаза его в голове. То есть он с помощью зрения может выяснить, как ему идти.

Ученик: А как ты обретаешь, не знаю, правильное видение?

М. Лайтман: Правильное видение я обретаю через слияние с группой. Это относится все еще к моим органам ощущения.

Ученик: Последний вопрос. Почему то, что оскверняет его свыше, это исправление?

М. Лайтман: Потому что свыше ему добавляют желание получать, и поэтому он становится более нечистым. И это все, чтобы он выяснил, чтобы выяснил свойства, желания, мысли свои с большей точностью.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (56:38) Он говорит здесь о людях, которые хотят выйти из любви к себе: иногда получают питание, то есть жизненные силы от того, что хотят сделать ради отдачи. Однако в то время, когда они не ценят питание, которое получили в отдающие келим, тогда дают ему вожделение, которое они страстно хотят. И вот с этим… Если я представляю себе, что десятка – это машина с хорошими мыслями и питанием, и тогда приходит такое отсутствие важности того, что мы получаем, как машина, которая приближается, и вскоре случится дорожно-транспортное происшествие. Как человек, который находится в десятке уже и начинает приближаться… Отсутствие важности от питания, которое получил в отдающие келим, когда вот-вот сейчас войдет вожделение уже в сердце – как нажать на тормоз, есть руль, чтобы увернуться от этого? Можно?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Каков совет здесь? Я уже в десятке, прикладываю усилия к объединению, желать отдачи, мне уже дают питание даже – и может быть, что я вдруг не буду ценить этого питания и отдачи. Так что же делать?

М. Лайтман: Что нам остается тогда делать? Упасть на руки товарищей не получается?

Ученик: Так как бы отдаться еще больше десятке в то время, когда отсутствует важность, или что?

М. Лайтман: Как это отсутствие важности? Наоборот, десятка очень важна, и я просто ноль, который находится в них, как в бурном море, и все зависит от них.

Ученик: Говорят: не дайте ребенку драгоценного камня, потому что может потерять.

М. Лайтман: Да.

Ученик: И здесь что-то вроде этого, когда дают уже питание отдающим келим, они не ценят этого питания.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как будто в десятке мы должны все время поднимать важность свойства отдачи так, чтобы это…

М. Лайтман: Объединение.

Ученик: Чтобы сразу же распознавать, что это приходит?

М. Лайтман: Да. А что такое?

Ученик: (59:30) Нет, как бы все время нужно…

М. Лайтман: Все время надо работать в направлении объединения, и тогда получается, что в этом все твои выяснения. Соединять, соединять, соединять. И получается, что каждый товарищ в десятке дает десятке еще и еще новые свойства. И если вся десятка преодолевает и добавляет объединение над всеми этими маленькими препятствиями, которые каждый приносит, раскрывает, так они и хорошо продвигаются.

Ученик: Так есть цель, чтобы прийти к отдаче, доставлять наслаждение Творцу, но я все время должен быть в проверке в десятке, в объединении в десятке, оберегать?

М. Лайтман: Не только ты, все.

Ученик: Мы все вместе должны все время распознавать, что происходит в десятке, чтобы была объединенной?

М. Лайтман: Да. И тогда вы увидите, насколько это поднимает вас, поднимает и поднимает без перерыва.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:00:50) Я слышал много раз на уроке слова «дух глупости», но я не понимаю в точности, что это такое «дух глупости»?

М. Лайтман: Дух глупости – когда человек говорит: а, не важно, это не поможет, я уже пытался. Разные такие вещи. И он отталкивает помощь десятки.

Ученик: Это не поведение глупое как бы? Это по отношению к поведению в десятке, это отношение к десятке?

М. Лайтман: Нет, это не поведение глупое, а просто вместо того, чтобы объединяться и давать этому дополнительные силы для проблем, которые каждый пытается принести в группу, он не участвует в этом. Он думает, что и так это пройдет.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:16) Он пишет, если мы хотим работать только на пользу Творцу, а не ради собственной выгоды – это трудная работа, поскольку мы должны воевать против кли, созданного Творцом.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Теперь относительно этой войны. Я в последнее время вижу, что центр моей войны – это за утренний урок. Это буквально война на уровне часов сна, даже уровень, что есть вечером, для того чтобы я встал затем в сознании и готовым к уроку. Теперь я чувствую, однако, что эта война, она пока еще война на уровне. Это как у спортсмена, у которого, знаете, есть у него завтра соревнование, он тоже должен спать достаточно, правильно есть и так далее. Что является войной на уровне утреннего урока? К какой войне на более высоком уровне я должен стремиться?

М. Лайтман: Я должен приходить на утренний урок с вопросами, готовый. Что мне понятно, что мне непонятно, проверять и то и другое во время урока, и притягивать себя, куда группа склоняется.

Ученик: Что является войной здесь, если я сейчас прихожу с готовыми вопросами, я прошел статью до урока, нашел вопросы?

М. Лайтман: Так ты проверяешь, насколько твое сознание находится вместе с сознанием группы.

Ученик: Я хотел спросить: каббалисты, учитель, РАБАШ, они воевали за то, чтобы прийти на утренний урок или это было совершенным желанием?

М. Лайтман: Воевали, пока у них не было совершенного желания.

Ученик: Это было их подготовкой к уроку?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Я просто пытаюсь понять, что является этой войной.

М. Лайтман: Не знаю, что ты хочешь спросить.

Ученик: Какое выяснение, война должны быть, чтобы прийти к…

М. Лайтман: Были состояния, скажем, очень тяжелые. Мы ходили на свадьбы, а свадьбы заканчивались не раньше 12-ти, и без четверти три ты обязан уже быть на подготовке к уроку. То есть ты еще должен успеть прийти домой от того места, где свадьба, а потом прийти обратно в место учебы. Люди просто засыпали с лицом в тарелку, просто так это было очень тяжело, гораздо тяжелее, чем здесь. Здесь вообще не проблема. Вы приходите с силами, как бы...

Ученик: (01:06:00) Как вы помогали друг другу?

М. Лайтман: Так и помогают, каждый заботится о своем соседе, и чтобы он не заснул, не упал. Но... Так это. То, что было хорошо в те времена, что можно было курить. Это очень помогало.

Ученик: А что сегодня может нас поддержать, чтобы мы не засыпали без сигарет, чтобы быть бодрыми внутри урока, быть побужденными, действующими? Что Вы посоветуете?

М. Лайтман: Каждый должен заботиться о своей десятке, чтобы она все время была бодрой. Вот и все.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:07:13) Я хочу спросить по поводу этого примера, скажем. Несколько лет назад я в первый раз приехал сюда. Я был на конгрессе, и ты видишь, как все товарищи, вся та сила, ты ее еще ощущаешь... Это было просто очень здорово и прекрасно. И Вы знаете, это объединение, и когда во мне есть часть, которая хочет этого, видеть товарищей, быть здесь… Я из Латинской Америки приехал. Но это нечистое желание, все время есть эти нечистые эгоистические желания внутри, я чувствую. Скажем, когда есть такой пример, как я должен работать с этим, чтобы это было более чистым желанием?

М. Лайтман: Я не понял.

Реплика: (01:08:28) Вот этот пример, он приехал из Южной Америки, и он хотел, чтобы товарищи приехали на конгресс. И он говорит: как сделать так, чтобы это желание было более чистое? Потому что он видит, что там есть скверна в этом желании эгоистическая, и он спрашивает: как сделать так, чтобы это желание было чистое?

М. Лайтман: Пусть постарается с ними соединиться еще лучше. Пусть почувствует, что они находятся с ним вместе, и вместе с ним стоят перед Творцом, скажем, в этом состоянии, которое мы хотим создать через две недели. И все. Нечего мне больше сказать. Пока что так.

Ученик: Я продолжу. Может быть, есть такое стремление преодолеть, как он пишет здесь в статье, но иногда я чувствую, что на нашем пути есть какая-то эгоистическая скверна, нечистое желание, когда мы хотим единства между нами. Это очень здорово, прекрасно, быть вместе. Это самое высокое наслаждение, которое есть в мире – почувствовать, что мы хотим быть вместе связанными с Творцом. Нет ничего больше, чем это. Это так здорово, но это настолько эгоистично, нечисто, и иногда я чувствую, что Творец дает нам такую каплю почувствовать это, и я потом бегу за этим наслаждением и чувствую внутри, что это нечистая вещь, что я бегу за наслаждением.

М. Лайтман: Так что тебя беспокоит?

Ученик: Я хочу работать в чистой форме.

М. Лайтман: Потихоньку. Это постепенно.

Ученик: Я хочу просто очиститься от этого, помыться.

М. Лайтман: Да, да. Хорошо.

Вопрос (Ж Интернет, Heb 2): (01:11:27) Как различать между желаниями, которых надо опасаться, и развитием на уровень «человек»?

М. Лайтман: Согласно цели, что ведет меня к желанию, к какой цели я стремлюсь.

Вопрос (Ж Интернет, Петах-Тиква-6): (01:11:51) Женщины спрашивают, может ли десятка помочь всем товарищам и хранить их, чтобы они желали только действия отдачи над желанием получать?

М. Лайтман: Всем товарищам в тех же рамках, с которыми они связаны.

Вопрос (Интернет, МАК-6): (01:12:09) Что значит вернуться к ответу, какие внутренние действия выполняет человек?

М. Лайтман: Вернуться – раскаяться. Это называется, что мы приходим к состоянию, когда находимся, как мы чувствуем, между судом и милосердием. И мы хотим выбрать путь истины. Нам не важно, по какому пути мы идем: к суду или милосердию, но только, чтобы это был путь истины.

Вопрос (Ж Интернет, Heb 3): (01:12:56) Написано, что когда высший опускается вниз на место нижнего, он становится таким, как он. Что это означает в нашем работе? Мы же говорим, что высший не меняется, только нижний меняется.

М. Лайтман: Да, но для постижения высшего у нас есть лестница, и поэтому мы хотим подняться по этой лестнице постепенно, каждый раз все выше и выше.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:13:35) Человек на пути все время растет, его желание растет, и любой соблазн, который перед тобой возникает, отдаляет тебя от десятки?

М. Лайтман: А затем и связывает.

Ученик: Именно так. Но как мне различать то, что меня отдаляет, и это опасно, и то, что меня выбрасывает даже на месяц, а потом, что дает мне?

М. Лайтман: Нет такого даже на месяц, нет. Таких расчетов я не знаю.

Ученик: Не отключаются полностью, а мысли идут в другое место. Ты в каком-то процессе, отдаляешься и потом обнаруживаешь, что становишься после этого более сильным в десятке и доставляешь больше наслаждения, когда ты вырос.

М. Лайтман: Я не понимаю такие расчеты. Это неправильно, то, что ты говоришь. Если я должен отдалиться от десятки в мыслях, то это неправильно.

Ученик: То есть любая вещь, которая меня отдаляет даже на мгновение от десятки – я должен убегать от этого?

М. Лайтман: Да, отменять это. Это не приходит со стороны святости.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:14:53) Я хочу спросить об абзацах, которые подпечатал Игорь Мали, что человек получает питание от каких-то святостей, а потом, если он не придает важность этому, падает. Как сделать так, чтобы эта важность оставалась, и не упасть?

М. Лайтман: Что значит ценить питание святости со стороны святости и не падать на месте? Ну, это и есть само решение. А иначе, что делать?

Ученик: Хорошо, я получил силу, сделал действие отдачи, а потом, наверное, что-то происходит, и я отключаюсь. Может быть, завтра я просыпаюсь, не чувствую этого воодушевления, которое получил, этого питания. Я понимаю, что сила свыше, которая дается мне, которая позволяет мне делать действия отдачи... это называется, что я не ценю, нет важности. Я хочу понять, чего нужно избегать и остерегаться?

М. Лайтман: Да, те средства, которые связывали меня со святостью, я сейчас их не ценю, они для меня не важны.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:16:24) Если у меня есть желание получать, которым я хочу наслаждаться, тем миром, который мне может это предложить, и это не отключает меня от объединения – это хорошо, нормально, не надо против этого идти?

М. Лайтман: Я не понял состояния.

Ученик: О каких желаниях говорится, что они – скверна, только по отношению к десятке или вообще?

М. Лайтман: Только относительно десятки, когда я отрываюсь от них.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:17:17) Каждый год я еду в Америку встретиться со своей семьей, и в это время я всегда, всегда... это просто страшное окружение! Моя преданность падает, и связь с десяткой... Я не знаю, что делать. Я просто не могу, не способен не поехать и не встретиться со своей семьей. Так не работает в жизни. Но это же влияет на мою десятку, если я падаю от своей преданности к ней.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Я не знаю, что делать. Я чувствую, что вроде бы ухожу, еду в Америку и там впитываю всякие хисароны, всякие глупости...

М. Лайтман: Я понимаю.

Ученик:...американские. И потом я приезжаю с этим. И что мне делать с этим? Я не знаю, что мне делать с этим.

М. Лайтман: А что ты там делаешь?

Ученик: Я вижу свою семью и товарищей, ну, такие вещи. Часто происходит так, что это падает на время урока, я с ними, пытаюсь слушать через наушники и не могу этого сделать.

М. Лайтман: Так ты должен быть все-таки связан с нами через записи, компьютеры, когда ты находишься все время с нами на уроках, на собраниях. Снова просматривать уроки, читать, быть все время связан, несмотря на то, что ты находишься там.

Ученик: Весь распорядок мой там, все, что там происходит, это очень опасно. Я все время засыпаю там. И если я засыпаю без моего окружения, которое должно быть со мной, как меня пробуждать? Спасибо, что мне свыше дали такую жену, которая на пути находится. Она такая... Но она не моя десятка. А где же силы мужской десятки?

М. Лайтман: Написано: «Жена человека как тело его». Она может повлиять на него больше всех товарищей. Ладно. Ну, нужно подумать о том, что там будет с тобой. Чтобы ты брал книги. Одну-две книги. И все время находился бы в них и перечитывал их буквально в тех текстах, что находишься вместе с нами во всех наших связях и во всех наших мероприятиях. И ты тоже со своей стороны связываешься и пишешь обратно даже на английском. Лучше на иврите. И это как раз может стать хорошим временем.

Ладно, друзья. Жаль терять время. Мы не можем так продолжать. Дальше.

Чтец: Перейдем к следующей части урока?

М. Лайтман: Да.

Чтец: Ну, так перейдем к следующей части урока «Учение десяти сфирот». Перед этим споем песню.

Песня (01:21:30)

Набор: Команда синхронного набора

Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/9t0d0L8O