Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 15 сентября 2020 года.

Подготовка к покаянию, часть 2.

Чтец: Мы с вами продолжаем подготовку к Слихот.

М. Лайтман: Да, мы продолжаем подготовку к «Покаяниям». Эта тема нам необходима, мы находимся перед Рош а-Шана, который наступает в ближайшую пятницу и субботу. Стоит это выяснить, это очень важная тема. И вообще всё, что раскрывается в пути, является первостепенным.

Я вижу, что это те же вопросы, которые вы хотите выяснить. Хорошо, посмотрим. 

Вопрос (Hebrew 10): Cреди каббалистов есть понятие извинения?

М. Лайтман: В чем разница между каббалистами и теми, кто еще не каббалисты как вы?

Ученик: У нас принято просить прощения, если кто-то нанес ущерб кому-то. Принято ли это среди каббалистов?

М. Лайтман: Зависит от того, за что просить и кто просит. А что каббалисты? Каббалист – это человек, у которого есть расчеты с окружением и с Творцом больше, чем у обычного человека. Есть ступень светского человека, есть ступень религиозного человека, и все они работают для того, чтобы получить вознаграждение, которое, как им кажется, они получат в этом мире или в мире будущем. 

И есть каббалист, который старается всё делать только на благо Творца. Тогда все его действия направлены на то, как достичь того, чтобы доставить наслаждение Творцу. И такое отношение к Творцу отличает обычного человека от каббалиста: он хочет получать от Творца лишь то, что может быть на благо Творцу, то есть доставить Ему наслаждение. 

А обычный человек делает расчеты, осознанно или неосознанно, и здесь всё направлено только на себя. И поэтому обращается он к Творцу или не обращается, как светский, – его интерес направлен только на самого себя. И разница между светским и религиозным в том, что религиозный использует Творца, чтобы наладить свою жизнь в этом мире и в мире будущем, как он думает. (03:02) 

А каббалист старается настроить себя полностью на «ради Творца», только на благо Творца. Он начинает понимать, ощущать и раскрывать, что Творец находится внутри группы, внутри общества, как сказано: «В народе моем Я нахожусь». И поэтому он начинает заботиться о ближнем. Забота о ближнем — это забота о десятке, а потом забота обо всем мире. И в этом разница. 

Стремление обычного человека – ради себя. Стремление религиозного человека – использовать Творца ради себя. А каббалист использует себя, чтобы достичь через общество Творца. Но когда он делает это ради Творца, он должен делать это прежде всего ради группы, как сказано: «От любви к творениям к любви к Творцу». Иначе не достигнешь. 

И так постепенно он формирует себя правильно. В этом принципиальная разница между каббалистом и остальными. Проверьте себя, в каком направлении вы идете.

Ученик: Вопрос как раз об извинениях – ведь каббалисты всё относят к источнику и понимают, откуда это происходит. Какой смысл тогда среди каббалистов просить прощения, откуда это исходит?

М. Лайтман: Очевидно, я не могу правильно выразиться. Кто такой Творец? Это то, что в итоге раскрывается внутри группы. Как ты относишься к группе – называется, что так же ты относишься к Творцу. Ты должен достичь интегральности всей группы, и это интегральное состояние всех, без всякого ограничения, дает тебе ощущение высшей силы, формирует Творца. Это называется «Творец». 

Поэтому у тебя нет выбора, тебе необходима прежде всего десятка, а затем от десятки выйти ко всем. И это, в сущности, тоже постигается внутри десятки. Это принципиальная разница между каббалистом и религиозным человеком. Посмотрите, что делают религиозные люди, как они думают только о себе – всё за счет ближнего, во всех аспектах. 

Могут ли каббалисты так относиться ко всем, когда никто друг друга не интересует, главное, чтобы мне было хорошо за счет окружающих людей, с помощью которых я себя усиливаю? Это обратно каббале. 

Поэтому разница между наукой каббала и религией такая явная. И поэтому весь религиозный мир ненавидит каббалу, потому что она совершенно отличается в основе своей от религии. Мы не будем углубляться в это, не будем больше говорить об этом, это только для Слихот. (06:57)

Вопрос (PT 25): У нас в последнее время очень преданная десятка, она может служить примером. Какое-то время назад вы дали нам упражнение перемешать все десятки, а я просто боялся потерять свою десятку. Этот страх является жизненно необходимым?

М. Лайтман: Да, это хорошо, это хороший страх. 

Вопрос (USA LA): Вы сказали, что просить прощения – это как бы убегать от того, что требует Творец от меня и от каждого. Если я нахожусь в падении – в чем разница между ощущением падения, просьбой о прощении, и чувством, что я убегаю от этого?

М. Лайтман: Ты должен выяснить, осознаешь ли ты во время падения, что это падение, или ты находишься без сознания. Это нужно выяснить. Главное, посмотри: падение или подъем – это относительно товарищей. Если ты можешь продолжать быть в связи с ними и ощущать себя хорошо, и способен отдавать им – это все еще не падение. Ты пока что не находишься в падении. (09:00)

Вопрос (Latin): Я хотел спросить, есть ли связь между скрытием Творца и ощущением хисарона?

М. Лайтман: Конечно. От скрытия Творца у нас раскрываются все хисронот. Только от скрытия Творца. 

Вопрос (Италия-4): Вы раньше сказали, что мы хотим находиться в отдаче, но эгоизм наш все время растет. Как мы можем это понять и все-таки оставаться в отдаче?

М. Лайтман: Мы должны представлять себе, что мы продвигаемся двумя ногами, по двум линиям. И чем больше мы будем в отдаче, раскроется нам больше сила получения. Плюс и минус должны быть равнозначны, как в каком-то двигателе, в какой-то системе, которая работает, допустим, на электричестве – плюс и минус должны быть один относительно другого. 

Поэтому, если мы находимся только в силе добра или только в силе зла – это состояние нерабочее, когда мы не можем выяснять какие-то вещи и продвигаться. Но плюс и минус должны работать, воздействовать на нас и на группу взаимным образом. Мы находимся между плюсом и минусом и ощущаем и то и другое, находясь между ними одновременно. 

И так мы себя выстраиваем позитивным образом, в оптимальном продвижении. И негативные и позитивные явления, и тьма и свет имеют тот же самый вес, и мы осознаем это и между ними выстраиваем себя.

Ученик: Когда эгоизм растет, когда желание получать становится больше – я испытываю страх.

М. Лайтман: Понятно, ну и что? Без страха ты бы разве продвигался? С этим страхом ты должен бежать в группу и получить от них дополнительные силы. Сила находится только в группе, Творец находится в группе. И поэтому, если ты чувствуешь в чем-то недостаток, неуверенность, потребность в чем-то – сразу в центр группы, прежде всего! Как ребенок маленький – прежде всего бежит к матери. (12:21)

Ученик: Для того чтобы прийти к состоянию Рош а-Шана – в каком внутреннем состоянии я должен быть, как я должен думать о десятке, чтобы она привела меня к этому?

М. Лайтман: Что ты и десятка должны быть объединены, хоть как-то понимать, где вы находитесь, и что есть связь между вами. И что вас связывают для того, чтобы начать молиться Творцу, просить у Него новую ступень, чтобы было новое Начало года, Рош а-Шана. И это невозможно без того, чтобы вы выяснили, чего вам еще недостает для объединения между вами и с Творцом. Выясните это, и вы будете стоять перед ступенью Рош а-Шана.

Вопрос (Тель-Авив-2): Я слышал от вас раньше, что в тот момент, когда мы чувствуем себя далекими от товарищей, мы также отдалены и от Творца.

М. Лайтман: Конечно, в той же мере.

Ученик: Так, как же возможно в таком состоянии просить у Творца, когда ты отдален от Него? 

М. Лайтман: Через товарищей. Ты с товарищами все равно находишься в связи, по крайней мере в физической. Поэтому мы и находимся в физическом мире. Это иллюзорный мир, и нам кажется, что мы находимся в какой-то связи друг с другом. Хотя даже и нет связи между нами, но нам кажется, что она есть. 

Мы находимся в такой единой оболочке, которая называется «миром»: мы связаны друг с другом словами, разными связями, – это всё для того, чтобы мы начали издалека, за пределами духовного потихоньку приближаться друг к другу.

Ученик: Так я прошу у товарищей?

М. Лайтман: Да, проси у товарищей всё, что хочешь. И выясняй с ними, как достичь духовной связи, перейти от материальной связи к духовной. И затем мы раскроем, что и эта материальная связь – она не материальная, это ахораим первой духовной ступени. (15:14)

Ученик: Предположим, что раскрылось состояние ненависти между мной и товарищем. Я просил у Творца сил, чтобы преодолеть эту ненависть и выполнил какое-то действие по отношению к товарищу. Чего я должен ждать?

М. Лайтман: Ты должен достичь состояния, когда ты прощаешь товарища на 100% – это вопрос покаяний. И ты просишь у Творца, чтобы товарищ сделал то же самое. И вы выясняете это между собой и просите, чтобы всё, что было злом, стало добром на новой ступени. Так мы производим исправление: раскрывается неисправность, разбиение, а мы исправляем его. Необходимо, чтобы так происходило.

Ученик: Это должно очевидно проявиться?

М. Лайтман: Это должно быть проявлено, конечно. Сказано, что прегрешение человека перед товарищем невозможно компенсировать, как только между ними. Когда ты обращаешься к Творцу, Он не может тебе помочь, Творец не может исправить неисправности между тобой и товарищем. Ты можешь обратиться к Творцу, но затем ты должен обратиться к товарищу и выяснить с ним, выстроить с ним это.

Поэтому перед Рош а-Шана есть такое состояние, когда каждый просит прощения у каждого в группе. Я даже не осознаю, что я задел кого-то чем-то, но я прошу прощения. Здесь наверняка откроется много разных вещей, когда я пренебрегал ими и так далее. (17:13)

Ученик: Скажем, состояние не меняется.

М. Лайтман: Если состояние не изменяется, вы не достигаете первой духовной ступени. Очень просто. Если вы не можете исправить это состояние между вами и Творцом во что бы то ни стало – то жаль продолжать. Я говорю со всей серьезностью. Мера твоей связи с Творцом измеряется согласно твоей связи с товарищами. Больше нечего измерять. Вот так.

Вопрос (Латинская Америка-3): Объединение, которое нам нужно, чтобы достичь объединения в Рош а-Шана – это выше знания?

М. Лайтман: Конечно, это первая духовная ступень. Она должна быть выше нас, нашего постижения, нашего разума, нашего чувства. Поэтому мы должны быть максимально чисты от всякого дурного отношения друг к другу, и стараться подготовить себя к доброму отношению насколько возможно. Только таким образом.

Вопрос (PT 17): Потребность в объединении с товарищами и потребность в объединении с Творцом строятся параллельно?

М. Лайтман: Не параллельно, а одно внутри другого: сначала хисарон к товарищам, любовь к товарищам, – и внутри него, над ним у тебя есть такое же отношение к Творцу (и это не может быть другим отношением – к товарищам такое, а к Творцу другое). 

Ученик: Так прежде мы приходим к объединению с товарищами, и в этом раскрывается отношение к Творцу?

М. Лайтман: Конечно, так РАБАШ пишет во всех своих статьях. И вообще есть правило: от любви к творениям к любви к Творцу. 

Вопрос (Питер-1): Прощение и Новый год – какое место имеет в этих духовных действиях радость? 

М. Лайтман: Все время быть в радости, потому что мы находимся в духовном продвижении. 

Вопрос (Казахстан): Что от меня сейчас требуется – вспомнить все свои прегрешения и…?

М. Лайтман: Ты не можешь помнить все свои прегрешения из прошлого, и не нужно этого. Ты должен устремляться к хорошему и из добра ты поймешь, чего тебе недостает. Оставьте то, что было. Что было то было, сейчас вы должны выстроить связь в группе, связь единства и любви. 

И от нее мы потом продолжаем к Творцу, это уже в Рош а-Шана. Скажем, через два дня мы начнем изучать законы Рош а-Шана, а сейчас пока что учим как к этому подойти, как продвинуться к связи с Творцом. И мы готовим сейчас основу, базу, и эта база – десятка. 

Ученик: Мы постоянно работаем над этим. В чем особенность вот этой темы «Подготовка к покаянию»? 

М. Лайтман: В том, что мы проверяем, чего нам недостает, чтобы раскрыть Творца и доставить Ему наслаждение. Вот и всё. И это цель. (22:10)

Реплика (РТ 4): Я слышал, что служить раву можно только участвуя в распространении. И мы хотим с товарищами распространять, но мы все время ссоримся и это наносит как раз ущерб распространению. Я говорю, что сначала мы должны объединиться в десятки и распространять знания Творца, а другой товарищ говорит, что объединение в десятке должно быть само по себе, это не относится к распространению, не надо мешать одно с другим. 

М. Лайтман: Объединение в распространении — это нечто иное, это согласно специализации. А в группе – это люди, которые пришли в каббалу, чтобы раскрыть Творца и уподобиться Ему, это совершенно другая цель. Она не противоположная, но она реализуется между разными людьми. 

Ученик: Но то, что мы не можем работать вместе и это наносит ущерб распространению, – в десятке не нужно это исправить? 

М. Лайтман: Может быть, то, что вы находитесь в противостоянии друг другу и в разногласиях между авторами, как раз и умножает мудрость. Здесь вы не товарищи, а профессионалы, и хотите достичь цели, каждый согласно своему разумению, согласно своему направлению. И поэтому я не ожидаю, чтобы здесь вы были товарищами, любящими друг друга, – как раз наоборот. Может быть, споры и конфликты между вами как раз помогут продвижению. 

Ученик: Разве не нужно в этом прийти к объединению? Каждый по своему мнению, по своему видению – к чему это должно привести?

М. Лайтман: Зависть мудрецов умножает мудрость. Здесь вы не должны работать над объединением, вы должны работать над распространением – это совершенно иная цель. И насколько каждый хочет быть больше другого и даже противоположным другому, тем больший успех у вас будет. 

Вопрос (Хайфа-3): Человек просит прощения и как минимум должен быть прощен. Вследствие этого он должен поменять какие-то свои свойства. А если он не меняет свои свойства, это остается только на словах? А если не меняет, значит ему нужно молиться? Хочу спросить, является ли... 

М. Лайтман: Я не философ как ты. Ты сделай то, что написано, и после того, как ты сделаешь это, мы поговорим о результате. Но быть умником до того, как ты выполняешь действие, это называется философией. Мы не имеем к этому отношения и не говорим таким образом. Поэтому я не могу слушать то, что ты говоришь, это всё неверно. Ты извратил, перевернул всё с ног на голову.

То, что «человек должен изменить себя» – человек ни на йоту не изменяет себя, лишь сверху его изменяют, в той мере, в которой он включается в группу и просит Творца. Свыше он получает изменения, он даже не ощущает их, но должен проверить, что изменяется в нем. А не то, что он сам из себя что-то делает, это совершенно неверно. Стоит больше читать и больше включаться в десятку, получать от них разум. (26:15)

Вопрос (РТ 5): Есть разные виды обращения к Творцу: молитва, благодарность, просьба о прощении. И о молитве мы говорим: «Хорошо, если будет молиться весь день». И если даже человек не очень-то верит, но хочет чего-то – хорошо, когда он обращается к Творцу. В просьбе о прощении нет никакого смысла – все равно, даже если я читаю ее с листа, я не сожалею о том, что сделал. В каком виде это должно быть, чтобы уста и сердце были равны? Нужно ли всегда делать эти выяснения или просто всегда обращаться к Нему? 

М. Лайтман: Обращаться всегда. Потому что даже если ты не хочешь, но, если ты находишься в связи с товарищами, твое обращение все-таки пробуждает свет, возвращающий к Источнику. Ты же не находишься просто между какими-то случайными чужими людьми в духовном продвижении. Поэтому хорошо делать даже механические действия внутри группы, потому что этим ты тоже пробуждаешь свет, возвращающий к Источнику. 

Вопрос (Франция): Как пользоваться законом «возлюби ближнего как самого себя» для того, чтобы мир пришел к состоянию просьбы о прощении и к большему объединению? 

М. Лайтман: Это то, что мы учим, мне нечего добавить. Ты задаешь такой глобальный вопрос. Мы должны сблизиться между собой, объединиться, и чем больше десяток будет в этом участвовать, мы сможем достичь крика и просьбы к Творцу такой силы, чтобы Он помог нам. Это всё. Высшая сила готова помочь только согласно подготовке кли с нашей стороны. 

Вопрос (Latin): Как можно связать эти две вещи: с одной стороны, просьба о прощении за всё зло, которое есть у нас, и за отсутствие объединения, что является причиной коронавируса; а с другой стороны – вера выше знания, где мы должны чувствовать, что всё исходит от Творца и всё это во благо нам?

М. Лайтман: Творец любит таких людей как вы, которые понимают, что находятся на очень простом, начальном уровне. И именно когда они просят у Него, есть больше шансов, что Он ответит. Вот так. 

Вопрос (РТ 8): Вот эта просьба о прощении, она достаточно скользкая. Потому что есть всегда динамика в десятке, есть напряженность, приходишь на урок – и состояние меняется. Нет такой точки, на которую можно указать: вот она! – это каждый раз изменяется. Как можно выяснить ее? 

М. Лайтман: Ты прав. Прочитай второй отрывок. (30:12) 

Чтец: Мы читаем избранные отрывки из статьи РАБАШа «Подготовка к покаянию», второй отрывок.

2. Если человек идет просить прощения у Творца за свои прегрешения – возникают те же две особенности. 

1. Не надлежит просить прощение не за что, а лишь за причиненный ущерб. Иначе человек выглядит ненормальным или подшучивающим над другими, прося у них прощение. 

2. Степень извинения определяется величиной нанесенного ущерба. Следовательно, когда человек просит прощения у Творца за прегрешения против Него, в ущемлении величия Творца, то человек поразмыслить о том, в чем он согрешил по отношению к Творцу. Если же он не чувствует, что в чём-то согрешил и просит прощение, то он, как бы издеваясь, кричит, плачет и говорит: «Прости», в то время как сам не ощущает, что сделал что-то дурное против Творца.

Причиной, по которой человек не чувствует своей вины, описана мудрецами так: «Если человек совершил преступление и повторил его, то преступления становятся разрешенными». Такова причина, согласно которой человек не ощущает своих грехов, когда просит Творца о прощении.

Из второго условия следует, что чтобы определить величину греха, необходимо человеку вначале задуматься и взвесить величину ущерба, нанесенного важности Творца. Иначе не надлежит просить извинения. Человеку лишь нужно стараться, насколько это возможно, просить прощение за свои грехи в соответствии с величиной самих грехов, чтобы они были уравновешены. [2. РАБАШ (1986) «Подготовка к покаянию»] (32:42)

М. Лайтман: Об этом есть вопросы?

Вопрос (PT 3): Должен ли я просить прощения у товарищей, если я уверен, что я не смогу этого изменить?

М. Лайтман: Ты никогда не можешь изменить свой путь, это всё делает Творец. Но в чем вопрос вообще? Ты думаешь, что ты когда-то сможешь стать хорошим своими силами, что в тебе есть что-то хорошее и ты можешь себя исправить? Какая дерзость думать так о себе, что в тебе есть что-то хорошее.

Ученик: Вы раньше сказали, что, если я прошу прощения, а затем повторяю то же самое – это теряет смысл.

М. Лайтман: Так ты вообще не чувствуешь, что ты прегрешил, сделав что-то. Если ты совершил какое-то нарушение, прегрешение, затем снова сделал то же прегрешение – то всё, ты уже не ощущаешь это грехом. Это закон природы.

Ученик: Что же делать?

М. Лайтман Что делать? Раскаиваться, произвести выяснения. Знаете, я прочитаю этот отрывок, может быть, в более легком стиле. Вы следите за текстом, может быть это поможет. (Читает и комментирует): 

(34:41)

2. Если человек идет просить прощение у Творца за свои прегрешения – возникают те же две особенности.

1. Не надлежит просить прощение не за что, а лишь за причиненный ущерб. Иначе человек выглядит ненормальным или подшучивающим над другими, прося у них прощение. 

2. Степень извинения определяется величиной нанесенного ущерба. Следовательно, когда человек просит прощения у Творца за прегрешения против Него, в ущемлении величия Творца, то человек поразмыслить о том, в чем он согрешил по отношению к Творцу

...и нанес ущерб величию Его, то есть он должен знать, что это так. Иначе что, прийти просто так поплакать? Но если он не чувствует никакого греха – и мы не чувствуем никакого греха, я вижу это по вопросам: вы хотите цели, вы не чувствуете, что хотите исправить что-то. Вы хотите цели, да? 

Если же он не чувствует, что в чём-то согрешил и просит прощение, то он 

как будто бы издевается, насмехается над Творцом и над всей этой системой, которую Он создал, потому что не чувствует, что причинил ущерб величию Творца.

Причиной, по которой человек не чувствует своей вины, описана мудрецами так: «Если человек совершил преступление и повторил его, то преступления становятся разрешенными». Такова причина, согласно которой человек не ощущает своих грехов, когда просит Творца о прощении.

Это закон природы. Когда человек совершил прегрешение и снова вернулся к нему – это как будто бы стало ему дозволено, то есть он не осознает, что это грех. И поэтому начинайте думать: я вообще грешу или не грешу в своей жизни? Мы полны грехами, каждый, каждую секунду. Но мы все время эти грехи повторяем, и поэтому мы сразу же перестаем ощущать, что мы грешим. 

И я снова совершил то же самое, это во мне не ощущается как грех, это закон природы. Не ощущается – что я сделал? Кого я там задел? И, действительно, если бы судья понимал природу человека, он бы понял меня, что только один раз я совершаю преступление, нарушение, а в следующий раз уже ничего не ощущаю. Тысячу раз могу сделать и не буду чувствовать, что я совершил что-то плохое. (37:43)

Причиной, по которой человек не чувствует своей вины, описана мудрецами так: «Если человек совершил преступление и повторил его, то преступления становятся разрешенными». Такова причина, согласно которой человек не ощущает своих грехов, когда просит Творца о прощении.

Так, о чем он просит прощения? Нам не о чем просить. Поэтому люди, которые плачут и просят «Прости!», и бьют себя в сердце, рыдают – это пустой плач. Они не чувствуют, что они совершают прегрешение. Мы должны включаться в десятки и выяснять, насколько мы находимся в том же состоянии. Это говорится о нас, когда мы каждый раз пренебрегаем товарищами, связью между нами, обращением к Творцу – мы не ощущаем, насколько мы в этом возвращаемся к тем же вещам и перестаем ощущать их как нарушения, как прегрешения, как неисправность.

Поэтому, продолжает РАБАШ, не ощущает своих грехов, когда просит Творца о прощении.

Делает это механически, если вообще делает. 

Из второго условия следует, что чтобы определить величину греха, необходимо человеку вначале задуматься и взвесить величину ущерба, нанесенного важности Творца. [2. РАБАШ. Статья 36 (1986) «Подготовка к покаянию»]

...если он обращается к Творцу. Насколько он пренебрег Творцом в разных состояниях, чтобы смог попросить у Творца отпустить ему грехи. Какие грехи? Что я недостаточно поднял в своих глазах величие и важность Творца, что все время это находилось надо мной, что все Он делает, все Он организует, во всем Он делает расчет, всем занимается Он. А я завишу от Него на 100%. (40:09)

Нет никого кроме Него. Это то, что я должен ощущать – что я не делал правильного расчета относительно присутствия Творца в моей жизни. И в мыслях, и в желаниях, моих личных и в группе, и относительно того, что Творец пробуждает во мне ощущение реальности – что все это Он формирует, Он, везде Он. 

А я не ощущаю Его как единственную силу, действующую в мире, что нет никого кроме Него, чтобы смог просить у Творца отпустить мои грехи в том, что пренебрегаю Им и Его важностью. Я прошу, чтобы Творец простил, и Он простит согласно тем грехам, которые я чувствую, что я совершил. 

То есть все мои покаяния – это относительно «Нет никого кроме Него», и все мое обращение – это к «Нет никого кроме Него» из десятки. И мы просим выяснить это через связь между нами, насколько я причиняю вред товарищам, их величию, величию десятки, насколько это единственное кли, чтобы сформировать меня относительно Творца. И в той мере, в которой я пренебрегаю десяткой, я пренебрегаю Творцом.

И чем больше мы будем продвигаться, нам будет понятней, что «от любви к творениям к любви к Творцу»: сначала работа и забота о десятке, а через нее – работа с Творцом. (42:29)

Вопросы. Желательно о том отрывке, который мы сейчас читали, это второй отрывок.

Вопрос (Африка): Мы понимаем, что все состояния, которые вы описали, это путь построения экрана, преодолевая все эти изъяны, которые вредят цели. В чем отличие этого Рош а-Шана от других? Как мы можем не допустить того, чтобы наша душа прошла тот же путь, который мы проходим всегда? Как мы можем сделать этот Рош а-Шана отличным от предыдущих?

М. Лайтман: Друг мой, это то, что мы изучаем сейчас: как сделать этот период скачком к первой духовной ступени. И не просто так к первой духовной ступени, а к первой духовной ступени Последнего поколения – это огромная разница между тем, что постигали разные одиночки. Но это совершенно другое понятие – и ощущение другое и другое раскрытие. Это буквально раскрытие Творца творениям в этом мире.

Ученик: Да, мы это понимаем, но вопрос: чем отличается этот Рош а-Шана от других?

М. Лайтман: Тем, что Творец начал относиться ко всему миру одинаково. И поэтому мы тоже должны относиться к нему таким образом: когда мы от всего мира обращаемся к Нему, потому что мы хотим весь мир увлечь за собой к Творцу, к той цели, которую Он поставил перед нами. Это огромная разница, раньше это не было настолько ярко выражено, – сейчас раскрылся Новый год в новом состоянии реальности после тысяч лет развития человечества. 

Сейчас раскрывается, что человечество способно взойти на первую духовную ступень, полностью начать восходить на нее. Конечно же, это несколько десяток, есть еще, еще и еще, – но входят, открывают эту дверь и входят, и после них входит весь мир. После нас входит весь мир! Так будьте достойны этого, чувствуйте ответственность и силу, уверенность, поручительство – и вперед! (46:05)

Вопрос (РТ 34): Мы должны быть в благодарности или просить прощения у Творца за то, что человечество страдает от всей этой «короны»?

М. Лайтман: Мы должны находиться в благодарности и из благодарности прийти к извинению. Но всё начать с благодарности, потому что без величия Творца в наших глазах мы не можем обратиться к Нему правильно.

Вопрос (Latin 2): Верно ли строить молитву, даже если мы ее построим неправильно?

М. Лайтман: Да, конечно, – как ребенок плачет. Положитесь на Творца. Он знает, как расшифровать вашу молитву правильно, Он умеет это делать. Потому что Он пробуждает вас к этой молитве и знает, как вы способны это сделать, поэтому услышит и ответит. 

Это всё исходит с Его стороны в замкнутом круге, когда мы приводимся в действие этим кругом, Творцом, реагируем, а Он отвечает. Всё делает Творец, мы должны только это раскрыть. Так начните – из всего, в чем вы находитесь, – начните просить. 

Вопрос (Latin 7): Было такое ощущение до сих пор, что у нас нет успеха в нашем объединении. Вот это ощущение, то, что мы причинили вред товарищам, – это то, чего недостает нам?

М. Лайтман: Нет-нет, об этом не заботьтесь. Главное – просить и все время быть назойливым, просить, как ребенок и не делать множество расчетов. Эти расчеты приведут вас к состоянию, когда вы будете сидеть и ничего не делать – нет ничего хуже. 

Главное – делать, и всё. А Творец уже выстраивает все эти состояния, Он знает, как вы отреагируете. И поэтому реагируйте, насколько вы можете, – главное, чтобы это было как можно больше вместе. И всё, вперед! (49:17)

Даже если вы будете обращаться к Нему и требовать то, что вам не полагается, но вы требуете: «Мы хотим! Ты нам обязан, Ты нас создал, и Ты обязан дать нам это!» И Он наслаждается, наслаждается от такой просьбы, потому что ты хочешь осознать Его как силу, создавшую тебя, свою зависимость от Него. Нет ничего больше этого. 

Вопрос (Aзия): Стоит ли нам, чтобы не быть человеком, который просит прощения и не знает за что, сосредоточиться на всех наших грехах относительно десятки или стоит молиться об осознании зла? (50:20)

М. Лайтман: Лучше нам направить себя на величие Творца, когда мы хотим познать во всем, что мы прошли, отсутствие связи между нами. В отсутствии связи между нами мы не можем познать величие Творца, и поэтому мы обязаны быть более связанными между собой, для того чтобы раскрыть Его, Его величие. 

Ведь что называется новой духовной ступенью? Когда мы начинаем раскрывать величие Творца, и все духовные ступени – насколько Творец велик, насколько Он властвует и выстраивает буквально всё в творении. И поэтому мы собираемся постичь работу Творца, то есть то, что Он делает в творении. И тем, что я начинаю познавать эти вещи – я отождествляю себя с Ним, я хочу помочь Ему, я хочу взять даже несколько действий на себя и проделать это вместо Него, и так продвигаться. 

И тогда называется, что я становлюсь работником Творца, я как бы выполняю действие вместо Него. И тогда я требую от Него: «Дай мне такие свойства, чтобы я мог проделать какие-то действия вместо Тебя, помоги мне, чтобы я мог взять что-то и сделать». И так мы продвигаемся. (52:11)

Вопрос (Latin 2): Как реализовать раскаяние в группе?

М. Лайтман: Это вы должны искать сами. Должны искать.

Вопрос (Нью-Йорк-4): Вы могли бы объяснить, в чем разницы между работой в покаянии, о котором мы сейчас говорим, и нашей повседневной работой? Почему каббалисты отмечают это как что-то происходящее один раз в году?

М. Лайтман: Нет-нет, это не один раз происходит. Все время есть та же работа, только каббалисты берут одну ступень и делят ее на такие периоды как раскаяние, начало года, Йом Кипур, Суккот, Ханука, Пурим, Песах и так далее. Таким образом это делится, но на каждой ступени всё это повторяется. И поэтому год называется «шана», потому что это повторяется.

Ученик: Если я правильно понял вас, это самое важное, потому что это духовная ступень. То есть мы должны быть заняты этим постоянно?

М. Лайтман: Да, мы должны произвести удар, потому что мы сейчас делаем выяснения: чего нам недостает для того, чтобы объединиться и быть основой для первой духовной ступени. Это называется «быть в выяснении слихот», в выяснении ущерба в нас, изъяна в нас, которые не дают нам объединиться на первой духовной ступени. (54:21)

Ученик: Я стараюсь понять, что я могу взять из этого и добавить к своей ежедневной работе. Каждое утро мы встаем, каждый раз стараемся возвеличивать Творца между нами, проходит день и мы обнаруживаем всякие дыры и так далее. Мы стараемся поднять молитву об этом, снова встречаемся и стараемся это выяснить. Я хотел уточнить: чего недостает в нашей повседневной работе, которую мы выполняли до сих пор, ведь она и так была интенсивной?

М. Лайтман: По моему мнению недостает вам молитвы, точности в молитве, силы молитвы и объединение в молитве, – это главное. К кому вы обращаетесь, с кем вы хотите быть объединены, от кого вы зависите – все эти вещи должны раскрыться в молитве.

Ученик: Мы до сих пор проделываем это упражнение: строим молитву, каждый дополняет строчку и затем работаем над этим в течение дня. Стоит ли производить выяснения, о чем именно мы просим? Потому что иногда ощущается, что это некая общая просьба. Я прошу величия, он просит объединения, третий просит еще чего. Чтобы это не было как в лавке.

М. Лайтман: Разумеется это так не работает. Вы понимаете, что молитва – это работа в сердце? Вы делаете это как работу в сердце или ищете, что там у вас еще на полочке осталось?

Ученик: В этом всё дело. Мы встречаемся утром, только проснулись, я еще стараюсь понять, где я нахожусь, а габай и шац уже говорят: «Ну, давай напишем молитву вместе». А у меня, может быть, наоборот, в конце дня будет больше хисаронов.

М. Лайтман: Ну, делайте это в конце дня, потому что вам как раз удобно это делать в конце дня.

Ученик: Я не говорю именно про американский часовой пояс, я говорю о том, как уделять время, производить выяснения, выявлять хисарон, о котором просить, – чтобы вокруг этого мы выстраивали молитву.

М. Лайтман: Ты задаешь вопрос, на который ответ известен: необходима подготовка к уроку. Я встаю, я делаю различные действия, чтобы пробудиться, прийти в себя, а затем я нахожусь уже перед материалом. Сколько? Ну, 45 минут, час. Я обязан это сделать, потому что начнут спрашивать, говорить – а я буду как болванка? Как такое может быть? (57:33)

Это не только я, который является учителем и увлекает за собой множество людей. Вы должны производить те же действия, не менее того, а даже все больше и больше. Так необходимо читать отрывки, которые вызывают чувства, потому что, когда я встаю, я ничего не понимаю и не чувствую. Иногда я вскакиваю в пробуждении, но все-таки я должен выстроить себя, чтобы это было в моих глазах как новое, когда я пробуждаю себя заново. 

Несмотря на то, что я встал и у меня есть план, что объяснять, что рассказать, что читать, – я все-таки делаю выяснения и проверку. И прихожу к состоянию, когда я до урока, – если я только не болен и не произошло чего-то, – я никогда не нахожусь в состоянии путаницы, когда я не знаю, что и как. 

Мне ясна причина урока, цель урока, как мы должны его провести, как я должен встряхнуть кли, провести этот урок с семинаром или без, в зависимости от нашего состояния, и так далее и так далее. И так каждый должен быть готов, каждый. И поэтому я говорю, что проблема здесь может быть в подготовке к уроку. 

А вне урока – больше в молитве, в направлении молитвы. Всё должно завершиться правильной молитвой из глубины нашего сердца, которая входит в Творца как стрела. Именно как стрела и остается в Нем все время. Это МАН, который исходит от нижней ступени к высшей и там выстраивает сфирот в правильном виде. А сфирот с помощью этого МАНа становятся источником связи, когда оттуда нисходит вниз МАД, свет, к тому, кто поднял МАН. Так мы должны вести себя. (59:54)

Ученик: В течение дня я чувствую, что нужно делать что-то похожее на подготовку к уроку, которую мы проводим. Когда мы собираемся на молитву, без связи с уроком, необходима какая-то подготовка, чтобы выяснить хисарон между нами. Есть ли важность работать с той же молитвой в течение всего дня или каждые несколько часов встречаться и выяснять, и прояснять хисарон?

М. Лайтман: Я бы сказал, что вы должны все время быть в той же молитве, только расширять и выяснять ее все больше и больше. Это называется выяснением молитвы, когда вы исследуете, кто обращается, кто эти «мы», в которых все время происходят изменения, от кого мы обращаемся, с чем обращаемся, какой порядок должен быть в наших молитвах, в наших обращениях и так далее.

И так все больше и больше, в более ясном виде, пока мы не строим, на самом деле, такой хисарон, когда уже можем удерживать в нем себя и Творца. И связь между нами и Творцом уже начинает формировать нас в новом виде, и это называется «первой духовной ступенью». (01:01:21)

Ученик: А ощущение, что мы должны быть в течение дня… Мы провели подготовку, провели выяснение, составили молитву, и сейчас, в ближайшие часы, я должен ходить с ощущением, что мне чего-то недостает?

М. Лайтман: Да, недостает. И ты еще увидишь, насколько недостает. Послушай даже новости, кроме нескольких новостей тебе ничего не нужно, – но, чтобы это доказало тебе, насколько мир идет к уничтожению, скатываясь все больше и больше, и насколько он нуждается в настоящем лекарстве. 

И не найдут настоящего лекарства, это я вам гарантирую, как я это сказал полгода назад, что будет только хуже. А вы так, промолчали: «Ну, ладно, посмотрим, он сказал». Так я вам говорю: к моему сожалению, мы находимся в состоянии, когда будет только хуже, потому что я пока еще не вижу, что мы можем изменить этот мир к добру. 

И поэтому мы должны сожалеть и чувствовать себя ответственными за всю реальность, – буквально ответственными. И в особенности об этом просить извинения у Творца, когда мы понимаем, что всё зависит от нас. «Ты привлек нас, чтобы мы были самыми близкими и первыми к Тебе, и Ты ждешь, чтобы мы попросили за себя и за весь мир, потому что Ты – Высший, а мы находимся под Тобой, а под нами находится весь мир.

Когда мы почувствуем эту связь и будем привлекать от Тебя света, келим, понятия, для того чтобы была эта связь между миром и Тобой, – мы хотим эту связь осуществить и не способны. За это мы просим прощения, потому что мы должны это сделать сегодня. Сегодня!» (01:03:36)

Это не то, чтобы мы просили о чем-то, что каким-то образом было или будет, – это сейчас находится перед нами! И мы должны чувствовать себя ответственными за состояния, которые происходят в мире. И неважно, согласен ли мир, знает он об этом или нет. Это совершенно неважно. Главное, что мы таким образом воспринимаем наше состояние.

Есть у нас основа, чего просить у Творца, за что мы должны попросить у Него прощения, потому что то, что происходит в мире, – это я́ виноват, я́ ответственен за мир, я́ привел мир своим пренебрежением к состоянию, которое мы имеем. 

Если бы я был правильно выстроен, я бы уже до коронавируса, до всех этих проблем принес миру благо, и мир бы повернулся от состояния, в котором был, к более хорошему состоянию. Мир не должен бы был проходить это падение, и кто знает, когда он начнет подниматься из него. 

И за это мы должны чувствовать себя ответственными, виноватыми – что мы предаем в нашей работе нашу связь с Творцом, что мы полностью пренебрегаем нашей миссией. В этом дать себе самоотчет – и тогда нам есть о чем просить прощения. И не для того, чтобы Он простил нас – нет. А что мы хотим исправить это, чтобы Он дал нам разум, чувство, чтобы приблизил нас для того, чтобы мы исправили мир – не для себя самих. 

Это называется, что прежде всего – любовь к творениям, а потом приходим к любви к Творцу. Об этом мы просим, чтобы Он помог нам к этому прийти. И если мы на самом деле входим в истинную форму существования мира, мы должны буквально стыдиться перед всем миром, что мы не выполняем нашего предназначения. И нечем нам гордиться. (01:06:14)

Вопрос (Киев-1): Во втором отрывке, и всё, что мы выясняли сейчас на утреннем уроке – это о точности выяснения ущерба. А в начале урока вы сказали, что мы должны очень точно выяснять меру отключения. И привели пример, там, где я голоден, а Творец для меня приготовил конкретную спагетти, и Он хочет, чтобы у меня было к ней желание. Я не просто голодный – я испытываю голод к конкретной спагетти. Дальше, если я правильно понял, вы сказали, что это выяснение правильного желания мы должны строить над выяснением разбиения, там, где у нас разрыв. А есть ли различные виды разделения? И получается, что мы должны точно выяснять тип и характер разделения, чтобы потом точно попросить конкретный вид объединения? (01:07:16)

М. Лайтман: Мы не способны выяснить ничего, но только если Творец светит нам большим светом. И поэтому мы ничего не выясняем, нет у нас достаточно разума и чувства, чтобы мы могли к этому прийти. Я понимаю тебя как ученого, ты очень серьезный человек, но мы не способны в науке каббала быть такими. 

Мы начинаем каждую ступень с состояния ибур (зарождение), затем еника (вскармливание), а затем мохин (большое состояние). Мы подходим к любому духовному состоянию как несуществующие, с нуля, когда мы не существуем. А затем начинаем как из капли семени расти, раскрывать, и так постепенно приближаемся. И понимание, ощущение, выяснение – это уже последнее состояние на каждой ступени.

Ученик: Во втором отрывке он говорит, что человеку необходимо «взвесить величину ущерба». Что он имеет в виду?

М. Лайтман: Я могу это сделать немного с товарищами, но опять же – это не на сейчас, я не способен, у меня нет келим. В чем я могу взвесить, насколько я наношу ущерб? Это невозможно. Это мы выясним с товарищами, но только в той мере, насколько мы способны стремиться к объединению.

Ученик: Я могу хотя бы выяснять этот вопрос с товарищами в десятке?

М. Лайтман: Нет. Ни в каком виде. Потому что ты будешь делать работу разумом, а ты должен перечеркнуть свой разум и включить чувство, именно его – не работать разумом. Те или иные выяснения с помощью математики и так далее – нет. Я сожалею сказать тебе, что всё твое кли, твой аппарат в подходе к науке каббала относится к разуму, а это нехорошо. Я понимаю тебя, я тоже был таким.

Нужно больше включать сердце и не желать разложить всё в каббале как в математике, как ты знаком с этим из науки: так-так-так, – и тогда у меня получается. Ничего не получается. Получается только одно – ты поднимаешь руки и говоришь: «Я не способен, помоги мне». И в таком же виде ты обращаешься к группе. 

Насколько сердце будет более разбито, вы будете более успешными. И тогда ты будешь большой, потому что кли у тебя большое, и много лет ты с нами. И именно «каждый, кто больше своего товарища, злое начало в нем больше». Поэтому вот это сопротивление к работе в сердце даст тебе огромное духовное кли.

Вопрос (Москва-1): Мы говорим, что все понятия, которые мы сейчас изучаем, они не в нашем выяснении, а должен прийти свет и это выяснение нам дать. И в десятке мы как раз и занимаемся тем, что этот свет притягиваем. А как мы можем понять, как мы можем определить, что наше действие в десятке увенчалось тем, что свет пришел и подействовал? По каким признакам мы можем об этом сказать? (01:11:32)

М. Лайтман: Исходя из того, что я начинаю любить товарищей. Прежде всего я начинаю чувствовать, что вместо отторжения или безразличия я тянусь к ним, я хочу обнять их, я хочу почувствовать их близкими моему сердцу. А затем я чувствую, что обнимаю их, хочу находиться с ними вместе, буквально в одном сердце, – но недостает в этом чего-то, это пусто. И тогда я вспоминаю, что мне недостает здесь Творца, я чувствую, что Его недостает. Но прежде всего – товарищи.

Ученик: А в результате сближения с товарищами, часто, очень часто, может быть, почти всегда, происходит наоборот какое-то ожесточение.

М. Лайтман: Ну конечно! Если работа правильная, то наверняка вы почувствуете ненависть, отторжение настолько, что каждый придет на урок с ножом, и захочет зарезать другого. Я, не дай Б-г, не говорю, что это нужно выполнять в действии, но это именно так: когда я буду смотреть на другого и думать, насколько я ненавижу его, не могу слышать его, не могу видеть его, почему я нахожусь среди них.

И здесь как раз проблема, чтобы такой человек не убежал из группы. Он должен все время воспринимать предостережения, что все это происходит с ним для того, чтобы он преодолел это, а не убегал из группы. И тогда о таких вещах сказано – «все преступления покрывает любовь». Еще преступление – еще любовь, пока мы не приходим к состоянию, когда в этой любви мы чувствуем ее источник – Творца. Это называется «от любви к творениям к любви к Творцу». (01:13:46)

Ученик: То есть верно, что в результате правильной работы в десятке приходит ожесточение?

М. Лайтман: Да.

Ученик: И надо в этот момент не убежать, а прорваться через него? И тогда мы почувствуем свет так, как вы сказали, – как стремление к товарищам, любовь, желание их поднять?

М. Лайтман: Да-да-да. Верно, что вы должны прийти к объятию физическому, а внутри чувствовать ненависть и отторжение друг от друга буквально до слез. Когда слезы текут из глаз каждого, насколько мы ненавидим друг друга, и при этом понимаем, что должны быть выше этого. И что же делать? Беспомощность от такого состояния – и тогда есть правильная молитва к Творцу.

Ученик: Спасибо.

М. Лайтман: Вы можете. Как раз эти группы – могут. 

Вопрос (USA LA): Причина того, что мы не можем найти подход к миру – это то, что мы не отчаялись достаточно и не пришли к началу нашего вклада? (01:15:14)

М. Лайтман: Да, все это верно. И нужно делать сильное давление, чтобы прийти к связи, чтобы раскрылось еще большее отсутствие связи. И тогда вы вследствие этого приходите к состоянию, когда вы обращаетесь к Творцу – плачете и обращаетесь к Творцу. (01:15:58)

Вопрос (Николаев-Сочи): Вы говорили, что нам не хватает ответственности за мир. Глядя на вас, чувствуется огромная важность, у вас есть эта чувствительность к бедам мира. Почему у нас нет такого, чтобы мы целый день думали, как помочь, почему я не чувствую, что это я в этом виноват? Чтобы я прямо не спал, не мог нормально есть, но чувствовал, что я должен, чувствовал, что опаздываю уже? Где взять вот эту степень чувствительности к миру? Где эта аптека, в которой можно эту ответственность приобрести? Этого очень не хватает. От этого все дела как-то не могут выстроиться в линию. Вот вы говорите: «Встать за 45 минут до урока». Я мечтаю о том, как это можно сделать. Не хватает этого. Как в материал погрузиться, как потом с этим выйти в более правильном распространении – вот как, как?! Может, у вас есть какой-то пример, личный совет? Как вы к этому пришли? Как вы дошли до такой меры ответственности, что вы готовы с утра до вечера посвящать этому жизнь? (01:17:01)

М. Лайтман: Важность. Я не знаю, что сказать – важность. Что же можно сделать? Что есть в мире, кроме этого? Во что я могу вложиться? Я уже полгода нахожусь в своем личном карантине, с того времени, когда началась «корона», – для того, чтобы ни в коем случае не заболеть, потому что тогда я отключусь от вас. А я уже в таком возрасте, что у заболевшего большой риск умереть. 

Так я должен оберегать себя для того, чтобы вас вытягивать. Поэтому я нахожусь в карантине. У меня есть здесь место, где я нахожусь в изоляции со всеми приборами, еще с несколькими людьми, которые помогают мне в трансляции, – и так я живу. Я не выхожу наружу. Я даже не покидаю этого огражденного места. И всё. 

Но важность! Что же поделаешь? Вы думаете, что каждый из вас важен меньше, чем я? Это вам только пока так кажется, в материальном. Но в духовном кли нет различия между маленьким-большим, первым-последним. Как раз последние – они важнее. 

Поэтому вы должны только говорить об этом больше. И в наше время, у меня нет слов, – только думать об этом достаточно для того, чтобы видеть, что каждый – он важен. Хорошо? Старайтесь, товарищи. Вы очень важны. Очень. (01:19:00)

Ученик: Я к тому, что вроде много лет занимаемся, вроде все понятно. Вы и полгода назад говорили: «Ребята, будет нехорошо». Сейчас вы говорите: «Будет еще хуже, чем «нехорошо»». И если еще полгода назад эта перемена с коронавирусом как-то слышалась, то сейчас привыкли уже, это как «прегрешение на прегрешение». И уже не чувствуется: «Ну, ладно, – еще хуже – хуже некуда». Оно же само собой не рассосется, да? То есть мы все равно должны будем к этому прийти. Почему мы куда-то уходим? Это Творец так делает? Это молитвы не хватает? Или мы неправильно передаем эту важность друг другу? Вроде от вас она просто на 100% идет. Куда она теряется, этот КПД, не пойму?

М. Лайтман: Если мы не придем к исправлению, то у Творца есть только одна сила – сила света. Свет, который воздействует на нас, неисправленных, приводит нас к еще большей испорченности, ты понимаешь? И тогда получается, что мы будем чувствовать себя еще хуже и всё человечество вслед за нами, понимаешь? И не будет конца этому, пока мы не обратимся к Творцу, чтобы Он сделал исправление, чтобы помог нам понять, что зависит от нас, как объединиться, как просить, как притянуть свет, возвращающий к Источнику. 

Он воздействует в той же методике, Он ничего не меняет по отношению к нам. Может ощущаться, что Он меняется, но Он ни в чем не меняется. Мы обязаны связаться между собой и с Ним – нет иного пути. Нет иного пути! Я очень надеюсь, что мы придем к этому. (01:20:59)

Пробуйте, как раз сегодня, после такого урока, старайтесь в течение дня находиться в связи друг с другом и в выяснении важности связи между нами с раскрытием Творца, потому что этим вы открываете лекарство. Весь мир сейчас ждет, что будет лекарство от коронавируса, да? Сколько миллиардов вкладывают, и находятся в конкуренции, желая это сделать лучше других. 

У нас в руках находится настоящее лекарство. Давайте мы это раскроем, давайте не будем ждать, пока будут умирать еще люди и человечество будет еще больше страдать. И также в духовном – мы не должны нисходить в более плохие состояния. Если мы оцениваем нашу ступень как плохую, мы уже можем подняться. 

Любое состояние должно ощущаться нами как нестерпимое: я не могу даже мгновение оставаться в нем! – И тогда я поднимаюсь наверх, в крике, настоящем. Как мы вместе в десятках приходим к этому истинному крику? Когда не хотим, не можем больше находиться в этом. 

Удачи нам! Будьте здоровы и более удачливы.

Объявления (01:22:49-01:25:15)

Песня (01:25:15-01:28:25)

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/7bQJXmpl?language=ru