Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 31 января 2025 года
Часть 2: Урок на тему «Место мира»
Чтец: Избранные отрывки из первоисточников на тему «Место мира», 9-й отрывок, РАБАШ «Покрытие и раскрытие».
(00:20) 9. «Когда Исраэль исполняют желание Творца, их работа исполняется другими». Работа есть труд по [исправлению] свойств. Ведь когда он исполняет желание Творца, он не видит никакого места, которое он должен был бы исправить. Но тогда Творец делает ему крылья, то есть свойство покрытия, и получается, что у него уже есть место, где нужно работать, чтобы раскрыть это место и раскрытие хисарона. То есть работу эту делает для него Творец, то есть Он раскрывает ему этот хисарон. [РАБАШ. 700. Покрытие и раскрытие]
Прочитать еще раз?
М. Лайтман: Да. Ты же видишь, нет пока вопросов. Но если есть вопросы, то пожалуйста. Прочитай еще раз, может быть не слышали.
Чтец: Повторное чтение первоисточника (01:49)
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:55) Что такое исполнять желание Места, Творца?
М. Лайтман: Желание Места. Желание – это понятно. Место – это Творец. То есть если мы облачаемся в желание, которое соответствует желанию Творца, так это называется, что мы выполняем Его желание.
Ученик: Но он говорит, тогда у них нет работы, Он делает как бы покрытие.
М. Лайтман: Да, но это что-то другое. Вопрос, что нам надо выполнить желание Творца на том месте, где мы находимся.
Ученик: Желание Творца – чтобы мы объединились?
М. Лайтман: Чтобы объединились, да, соединились, объединились.
Ученик: Почему же это называется, что в таком состоянии нет работы?
М. Лайтман: Потому что нам надо только раскрыть это место, то есть хисарон. И тогда, что мы тогда увидим?
Ученик: Есть у нас хисарон объединиться, или мы должны искать его, просить?
М. Лайтман: Нет, изначально хисарона нет. Но если мы хотим облачиться на такой хисарон, то отсюда мы можем увидеть новую действительность.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (05:22) Какие необходимые условия, чтобы нам сверху раскрыли хисарон?
М. Лайтман: Когда ты ищешь, когда ты ищешь этот хисарон в высшем, на который ты хочешь облачиться, и так ты будешь заботиться обо всем творении, чтобы оно достигло своей формы.
Ученик: Откуда я могу знать, что то, что я ищу, это истинный хисарон? Какие критерии здесь есть?
М. Лайтман: Ну это, конечно, наверняка ты не находишься на месте, потому что пока твои желания, действительно, выводят тебя из этого места, уводят. Но для того, чтобы прийти к желанию высшего, тебе нужно совершать такие действия, упражнения.
Ученик: Хисарон – это результат чего? Каких-то действий, которые я буду делать, и они приведут меня к хисарону?
М. Лайтман: Хисарон – это результат того места, в котором ты находишься.
Ученик: Я не понял, что значит «место, в котором я нахожусь»?
М. Лайтман: Во всей своей жизни ты переходишь с места на место, с места на место. Ты не знаешь, в какие места ты включаешься, откуда вышел или зашел. Ты просто чувствуешь, что, как написано, «меняешь место – меняешь судьбу». И каждый раз у тебя новые желания.
Не понял?
Ученик: Каждый хисарон порождает новое место или каждое место порождает хисарон? Получается, что такой переход – это такой путь, пока я не достигаю большого хисарона?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Что характеризует большой хисарон?
М. Лайтман: Большой хисарон уже приводит тебя к состоянию, от куда ты хочешь подняться на новую ступень. Подняться на новую ступень. Понять, а для чего, почему и как я пришел к этому, и что мне дальше делать, и что дальше выполнять.
Есть еще вопросы, наверняка.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (08:46) Тут написано: «…их работа исполняется другими». А потом он пишет, что работу эту делает для него Творец. Можно ли отсюда понять, что он подразумевает, когда делают другие, он имеет в виду Творца? Кто такие другие?
М. Лайтман: Другие – это те, которые влияют на него, и так меняется его желание получать.
Ученик: А почему это называется работа?
М. Лайтман: Работа – это называется завершение работы, скажем так, результат, завершение. И поэтому, то, что он постигает сейчас – это называется завершение работы.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (10:24) Подобно тому, что писал РАМБАМ, что женщинам и малолетним нельзя показывать чистую работу, не ради получения вознаграждения, а ждать, пока они вырастут и поумнеют. Чего недостает этим женщинам и малолетним, чтобы они обрели разум?
М. Лайтман: Ты не можешь представить себе каким может быть хисарон?
Ученик: Может быть, достаточно сильного желания? Но если это так, то что даст нам это желание? Учитывая, что если это правильно, то есть сначала у нас нет, а потом есть.
М. Лайтман: Хорошо. Понадобится проверить.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (11:35) Согласно этому отрывку, как может быть, что творение делает работу Творца, прежде чем есть экраны? Как может быть, что он выполняет желание Творца, если нет хисарона? А как он может выполнять работу Творца без экранов, вот этих покрытий? Как это возможно?
М. Лайтман: Ты прав. Вопрос.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (12:17) Он здесь подчеркивает работу по исправлению свойств. Что это за свойства и над чем нужно работать?
М. Лайтман: Это свойства.
Ученик: Я пытаюсь понять. Мы приходим в десятку, мы готовимся к конгрессу. Что значит работать в десятке над исправлением свойств? Чего я должен достичь? Над чем я работаю? С одной стороны, говорится, все в мысли прояснится, с другой стороны, ты преодолевай себя с люди, с которыми ты находишься. Что значит исправить свое свойство в десятке, на конгресс? Что значит в десятке работать над свойствами на конгрессе?
М. Лайтман: Ты должен включиться в тех людей, с которыми ты находишься.
Ученик: Ну и что? Что произойдет? Ну, включился я. Пуци-муци, могу его обнимать и целовать, и что дальше?
М. Лайтман: Но так, как ты сказал, так у тебя и получится.
Ученик: Что получится? А что я должен делать конкретно? Приходим утром в десятку, на конгресс, Вы начинаете говорить, музыканты играют. Что я должен делать конкретно? Как я могу решить эту проблему со своими свойствами? Что я должен делать конкретно, чтобы чего-то достичь?
М. Лайтман: Я не знаю.
Ученик: Как? В чем заключается работа?
М. Лайтман: Это то, что ты должен этому научиться на конгрессе.
Ученик: Научиться на конгрессе? Мы уже 20 лет тут учимся, и даже больше. Каждое утро мы повторяем этот материал, и слышим, надо объединяться.
М. Лайтман: Ты должен знать, как включиться и включить в себя все те свойства, которые раскрываются вам.
Ученик: Хорошо. Объясните, как это делать? Вы все время говорите, объединяйтесь, вы не объединены. Что я должен делать, чтобы объединиться? Из Ашкелона спросили. Вот он пришел со мной, мы не из одной десятки. Как я могу вообще включиться в него, соединиться с ним на трапезе, в песнях? У меня нет с ним другой связи, кроме как мы сидим за одним столом. Что я должен делать? Что говорят каббалисты?
М. Лайтман: Вы должны понять эту главную точку, которая есть в каждом, что он хочет делать с ней, как я могу соединиться с ним для того, чтобы помочь ему в этом.
Ученик: (15:12) А тот, кто сидит со мной за столом, что он должен делать?
М. Лайтман: А он должен проделать с тобой то же самое.
Ученик: Но что именно?
М. Лайтман: Помочь тебе.
Ученик: Чем он мне поможет?
М. Лайтман: Прийти к Творцу, а иначе зачем ты пришел на конгресс?
Ученик: Это понятно, но я хотел бы понять больше. Вы говорите в общем. Как он меня пробуждает? Что он должен со мной сделать? Мы сидим за столом, каждый пришел со своей десяткой. Как я должен относиться к нему, как он должен относиться ко мне, чтобы мы могли продвинуться на этом конгрессе? Ведь это не только слушать песни и есть вместе, и слушать Вас, а как мы производим работу вместе, сидя за одним столом? Что мы должны делать? Вы говорите «включайтесь, взаимовключайтесь», но я не могу понять, что происходит.
М. Лайтман: Все?
Ученик: Да, я спрашиваю по-простому.
М. Лайтман: Хорошо, хорошо. Дай мне только войти, вступить, несколько слов сказать.
Ученик: Да, пожалуйста, конечно.
М. Лайтман: Ты хочешь на конгрессе прийти к раскрытию Творца. Тут альтернативы этому нет.
Ученик: Понятно.
М. Лайтман: Понятно. Для того чтобы прийти к раскрытию Творца, ты должен выстроить общее кли. И там будут все-все-все состояния, все ощущения соединены вместе, таким образом, то есть равным образом. Как ты представляешь это себе?
Ученик: Как мы учим, как Вы говорите: служи ему, принеси ему кофе, красиво относись к нему.
М. Лайтман: К кому, к кому?
Ученик: К этому товарищу.
М. Лайтман: Ашкелон?
Ученик: Да, к этому ашкелонцу.
М. Лайтман: И?
Ученик: Допустим. Что я должен делать? Что, принесу ему кофе, буду красиво разговаривать с ним? На конгрессе мы очень так любим друг друга, гладим друг друга. Может ли из этого произойти исправление? Я спрашиваю Вас.
М. Лайтман: Это может привести к объединению.
Ученик: Какое объединение?
М. Лайтман: Между вами. Между вами.
Ученик: Я не знаю, какое объединение получается, кроме того, что красиво говорить ему и узнать, как здоровье его жены.
М. Лайтман: Нет, он не приехал за Ашкелона, чтобы от тебя стаканчик кофе получить.
Ученик: (18:19) Что я должен делать? Как я должен вести себя с ним, а он со мной? О чем мы вообще говорим, что мы делаем? Что я должен почувствовать к нему? Что? Любовь, которую я пока не чувствую? Ну, не чувствую. Он не мой ребенок, не мой сын. Почему я должен чувствовать к нему любовь? Я не чувствую. Много лет я не чувствую.
Могу встретить его здесь, на входе. Привет, как дела? Все. Нет какого-то продолжения, чтобы я мог сказать, о, я тут… Может быть, мы даже поругались, потом помирились, может быть, из этого что-то выйдет, когда он вызывает у меня дискомфорт какой-то. Но на конгрессе нет дискомфорта. Есть кайф, все приходят, кайфуют на конгрессе. Как я могу сделать так, чтобы конгресс превратился в место для работы? Ведь мы читаем здесь про место.
Как превратить это… Может быть, это даже решение. Как превратить конгресс в место работы? Это то, о чем я спрашиваю. Чтобы я извлек из этого что-то, не только прийти, поесть, попеть. Мы наслаждаемся тут, мы все товарищи. Как я превращаю это в место для работы, чтобы это стало местом?
М. Лайтман: У тебя есть ответ?
Петах-Тиква-Центр: (19:50) Я скажу о себе. Мы живем в материальном мире. И для меня важнее всего было как-то отделиться от материального и ощущать те вещи, которые я не ощущаю обычно. Когда мы устраивали конгресс в пустыне, когда нас выбросили там, где-то далеко от материального, там я почувствовал раскрытие, там я увидел Вас и плакал с Вами. Там я почувствовал такие вещи, которые никогда нигде раньше не чувствовал.
Я говорю про себя, я не знаю про всех остальных, не знаю про Цвику или еще про кого-то, но я, лично я, мне не хватает оторваться от всего. Потому что здесь я прихожу утром, я записался, прекрасно, все, зашел. Но материальное все время сидит во мне, я не могу оторваться от него. Когда мы были там, в том отдаленном месте, далеко, я помню, рядом с Эйлатом, я раскрывал вещи, я сидел за столом с людьми, которых я не знаю. И у меня происходили раскрытия того, чего не бывает в другом месте. Мне это было важно сказать.
Петах-Тиква-Центр: (21:47) Спасибо Цвике за прекрасный вопрос. Я думаю, это вопрос хороший. Я думаю, что конгресс – это не место, куда мы приходим погостить и получить удовольствие от кофе. Конгресс – это место, куда мы приходим работать на всех уровнях, поэтому я сначала записался бы на всевозможные дежурства, на дежурство на кухню, на охрану, и сделал бы максимально все, в чем можно отдавать, отдавать в материальном мире. Ты хочешь работать – здесь полно мест работать. Можно подойти к Алону и сказать: «Алон, я хочу каждый день на конгрессе, чтобы у меня было два дежурства». Получи, и тогда нет вопросов – ты служишь группе. Просто. А потом уже все остальное. Спасибо, товарищу, за прекрасный вопрос.
Петах-Тиква-Центр: (22:59) Есть такое выражение по поводу того, что Цвика сказал: всякие там сюсюканья, «пуцы-муцы», есть выражение у мудрецов, что запрещено пренебрегать учением, которое человек изучает. То есть, нельзя пренебрегать тем, что он учит, и даже в тяжелые моменты. Когда мы используем такие выражения, «что мне от этого?» – всякие там сюсюканья, кофе мне приготовят – это называется «огрубление сердца». И нужно беречь тонкость души. И даже когда мы занимаемся всякими этими вещами, дело же не в этом. Нужно остерегаться всяких пренебрежительных слов в работе. Это то, что я хотел бы сказать Цвике.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-38): (24:55) Мы ждем с нетерпением работы на конгрессе. Я хотела бы спросить, для чего человека поднимают к желанию, к Творцу, не постоянным образом – что это не его, а затем показывают ему его истинное состояние. Почему ему показывают это состояние желания Творца, к которому он не готов?
М. Лайтман: Это нам кажется, что это его желание. Так ведь, уважаемая?
Ученица: На уроках Вы и Творец поднимаете в нас очень высокие желания, а потом раскрывается, что это не наше желание, что это была очень-очень высокая ступень. Для чего нам дают это почувствовать, без того, чтобы мы могли практически достичь этого?
М. Лайтман: Да. Хорошо. Я слышу, надо на это ответить. Не сейчас, но, может быть, через несколько дней, надо постараться на это ответить.
Вопрос (Хадера-1): (26:34) В отрывке написано, что человек выполняет желание Творца, и часть желания его исправлена, есть экран и хисарон, и он выполняет работу. И ему раскрывают новый хисарон, и дают крылья, то есть экран. Насколько я понял из этого отрывка, что прежде всего ему дают экран, а потом раскрывают хисарон. Может быть, это неверно?
М. Лайтман: Да, это правильно.
Ученик: Но ведь мы учим, что всегда наоборот, сначала раскрывают хисарон, а потом строят экран?
М. Лайтман: Так это снизу, но сверху сначала так.
Ученик: Но если ему уже дают экран, то в чем заключается его работа?
М. Лайтман: Правильно понять, что с ним делают.
Вопрос (Ж Турция-6): (27:49) Место называется хисароном, но если Творец совершенный, как можно говорить о каком-то недостатке в Нем, хисароне?
М. Лайтман: Творец совершенен, а мы говорим не о хисароне Творца, а о хисароне, который у нас, по отношению к нам, и как мы можем исправить этот наш хисарон и присоединить его к Творцу.
Вопрос (Москва-1): (28:42) Хотел задать вопрос в рамках подготовки к конгрессу. Конгресс – это еще большее усиление и концентрация десятки, находясь в окружении других десяток? Или это все-таки больше, когда товарищи соединяются между собой и как бы свои десятки, так в кавычках, оставляют?
М. Лайтман: Когда все десятки объединяются между собой, и каждая десятка влияет на всех.
Вопрос (Италия-3): (30:00) Как прийти на конгресс с более сильной молитвой, чем голос моего эгоизма?
М. Лайтман: Это на самом деле вопрос. Есть на это ответ?
Петах-Тиква-Центр: (30:44) Ответ – это все зависит от подготовки. Прийти на конгресс – это уже слишком поздно. Вы учили нас, что все зависит от подготовки конгресса. И здесь мы должны проделать работу. И продолжая вопрос товарища, не надо ждать конгресса по поводу хисарона. Есть очень простые выяснения. РАБАШ говорит нам, что стремление – это кли. Если РАБАШ говорит, то я тоже хочу. Откуда я могу достичь стремления, если я пока еще животное? Прошу прощения.
Это не должно меня расхолаживать. Я должен быть обеспокоен и это мое стремление. Я хочу знать, что Творец – Добрый и Творящий добро, и что Он ждет нас, и мы вместе достигнем успеха.
М. Лайтман: Он не ответил вам?
Петах-Тиква-Центр: (32:01) Вопросы, которые задавали товарищи, очень важны, жалко, что не все задают вопросы. Исходя из опыта, мы знаем, что если мы готовимся к конгрессу в десятке, проходим все темы, они важные, лишма, поручительство, и так далее, мы уже тогда приходим на конгресс как готовая десятка. И мы сидим как десятка на конгрессе, не расходимся, и мы относимся к общей силе.
Это очень особое чувство, может быть, нельзя об этом рассказывать. Но я хотел спросить: ощущение как десятка, мы вместе поднимаемся и поднимаемся, и вдруг я слышу такие вопросы от других товарищей, что я впал в какое-то черное состояние. Многие товарищи получают такие состояния.
Меня это очень удивило, потому что мы готовим конгресс, мы прилагаем усилия, всякие дежурства, подготовка, для того, чтобы товарищи поднимались, а не впадали в черное состояние. И мы хотим сделать так, чтобы каждый товарищ ощущал подъем.
М. Лайтман: Ну, хорошо, я надеюсь, что они услышали.
Петах-Тиква-Центр: (33:36) Я тоже хочу отреагировать на вопрос, я думаю, что это важно. Мы говорим о свойстве. Свойство – это и количество, и какие-то пределы. Мы знаем много примеров, когда приделали границы. Есть притча, когда маленького слоненка привязали к маленькой палочке веревочкой, и он вырос и уже весит 4 тонны, но все равно боится порвать эту веревочку.
И так, когда мы приходим на конгресс, мы хотим немножко содрать эту клипу, мы хотим приблизиться к товарищу, но это пугает – это страшно, нарушить эти границы, и поэтому можно и двадцать, и тридцать, и сорок лет работать. Но если мы не принимаем решение прорваться сквозь эти границы, то мы останемся как этот слон, который вырос и боится порвать эту нитку.
И эта работа всегда предоставлена нам. Может быть, на конгрессе можно прорвать эти путы. И самое тяжелое – это приблизиться к товарищу, который рядом с тобой. И это работа. Товарищ, ты не просто так сюда приходишь. А мы все как товарищ, я, конечно же, говорю из себя.
Петах-Тиква-Центр: (35:24) Когда я слышу вопрос товарища, это лишь причина добавить еще любви к связи между нами. Это как такой энергетик, который добавляется в хисарон, большой хисарон, покрыть всех любовью. И я знаю его много лет.
Это не то, что вышло у него, сорвалось с губ или вышло из сердца. Действительно, сократить дистанцию между нами, освободить место для Творца. И конгресс – это колоссальные товарищи, когда мы смотрим, что произошло здесь, в этом здании. И всю неделю тут работали, и это все, друзья товарища.
Если бы они не вложились, мы бы здесь не были сейчас, в этом месте. Поэтому огромное спасибо Творцу, товарищам. У нас огромные товарищи, неважно, где бы они ни находились. И с севера, и Сибирь, и Австралия, и Америка. Я стремлюсь увидеть товарищей из Америки, там вся десятка собирается приехать.
У меня есть товарищ, который не спал всю ночь, чтобы привезти меня сюда. Раньше я мог вести машину, а сейчас нет. И какая любовь царит между нами, когда мы читаем про поручительство, про избранный народ. Я чувствую это каждую секунду, я смотрю на экран, я смотрю, как люди стремятся к конгрессу.
Я стал эгоистом, я прошу силы прийти на конгресс. Я раньше никогда об этом не думал, я всегда был с другой стороны, всегда делал какие-то вещи. Это огромное ощущение. Так мы меняем реальность. Мы реализуем то, что мы читаем во всех этих текстах. Мы читали об избранном народе, мы читали о вознаграждении, мы читали о братской любви, мы читали о царстве священников. Все это сегменты, которые находятся в каждом из нас.
Спасибо товарищу, что поднял эту тему, потому что это дало мне возможность увидеть еще возможность, я думаю, другим тоже, покрыть любовью, все хисронот, которые раскрывает нам Творец. Спасибо всем великим товарищам. И всем, кто работал всю неделю в этом здании, низкий поклон.
Вопрос (Интернет): (38:41) Что значит найти место исправления в том желании, которое раскрывается?
М. Лайтман: Есть ли у кого-нибудь ответ? В желании, которое раскрывается... Ну-ну, да.
Петах-Тиква-Центр: (39:26) Я хотел сказать про то, что товарищ спрашивал, как он может прийти с молитвой, которая заглушает голос его эгоизма. Я слышал от одного тренера, который говорил, что он видит тех игроков, которые готовятся к хорошей игре, и другие, которые готовятся к отличной игре. Это все молитва. Это все очень просто. Это разница между хорошим игроком и исключительным.
М. Лайтман: Замечательно. Хорошо.
Нет у тебя молитвы. Ты это все. Нет молитвы. Нет волнения. (Обращаясь к кому-то из зала).
Петах-Тиква-Центр: (40:33) Слышу всякие претензии товарищей. Это очень легитимно. Но, с другой стороны, я смотрю на 10-15 лет назад, то, что я изучал из каббалистических текстов, и то, что я смотрю сегодня – изменяется восприятие от урока к уроку, это то, что мы учим здесь. И неправильно говорить, что мы слышим из урока в урок одно и то же. Каждый день, когда мы слышим, ты раскрываешь миры, просто миры. И вся цель, когда ты сидишь перед товарищем, и ты не знаешь его, и ты начинаешь разговаривать с ним, ты раскрываешь мир.
Это наш путь. У нас есть определенный путь, который дают нам каббалисты. Мы должны быть постоянными. Это то, что нужно – постоянство. И я понимаю товарища, он говорил всего сердца. Больше мне нечего сказать, кроме того, что мы должны продолжать. Просто продолжать тот путь, которого мы удостоились. Спасибо всем.
М. Лайтман: Удачи.
Вопрос (Salt Lake City): (42:17) Могу ли я спросить по поводу взаимовключения? Как мы должны взаимовключаться, с каким намерением мы должны это делать, какова правильная причина?
М. Лайтман: Мы это изучали по утрам в последнее время. Наше взаимное включение должно быть соединено с хисароном, когда мы очень хотим, чтобы он нас покрыл, чтобы мы все хотели его достичь, чтобы это было… как прийти к слиянию между нами. Потому что Творец, Он есть результат слияния между нами. Мы все хотим прийти к Нему, к Нему. Где Он? Как мне прыгнуть, чтобы коснуться Его? Но на самом деле, слияние с Творцом – это уже итог, это уже результат того, что мы хотим дотронуться друг до друга, прикоснуться. Будем надеяться, что мы подготовим такой хисарон и придем к Нему.
Так что нам осталось еще?
Петах-Тиква-Центр: (45:00) Мы можем перейти к следующей части «Учеба с товарищами».
М. Лайтман: Хорошо, я вам не мешаю.
Чтец: Перейдем к следующей части.
Набор: Команда синхронного набора