Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 12 февраля 2020 года.

Отчаяние от собственных усилий.

М. Лайтман: В науке каббала считаются с двумя силами. И на самом деле в реальности находятся только они – сила привлекающая и отталкивающая. И обе они приходят от Творца. И обе они по сути дела равны и важны в Его глазах. И мы точно так же должны относиться к ним. И мы постепенно учимся тому, что в особенности вот этот урок, который мы проходим «Отчаяние в собственных силах», это приходит обучить нас тому, насколько отталкивающая сила не менее важна нам, чем привлекающая. Конечно же, мы хотим привлечения, и так нам кажется в нашем желание получать (то есть, не духовном), что это желательно. Но написано (написано!), что «еще больше, чем человек благословляет за добро, должен благословить за зло» и относиться к добру и злу в равной мере. Тогда он находится в сокращении, тогда он находится в точке посередине. В точке, как бы это сказать, не зависимой ни от чего. Тогда он поднимается над своей природой и может быть свободным.

Поэтому состояние, когда мы чувствуем добро и зло в равной степени, они взаимно уравновешены, мы должны обращать внимание на эту точку, она очень важна, потому что мы из этой точки можем решить обо всем в правильном виде – это первое. Второе, что вход в духовное приходит в очень особом состоянии, когда как бы дают человеку вход, а он отталкивает его; дают снова, а он отталкивает. Это своего рода наша психологическая учеба – насколько мы хотим или не хотим, можем отказаться от этого или нет. Это и в нашем мире так – когда человека обучают, дают ему что-то, а он не хочет.

И тогда мы видим также, что Творец должен проделать какое-то действие свыше, для того чтобы привлечь человека внутрь. Поэтому есть и такие случаи на нашем пути. Мы должны еще присоединить эти отрывки, найти и присоединить к этой же теме. Не «Отчаяние в собственных силах», но в любом случае это те состояния, которые мы должны мобилизовать. Мы должны их присоединить к себе, для того чтобы быть готовыми к существованию в духовном мире. И в духовном, мы, прежде всего, должны обратить внимание на среднюю точку – «ни туда и ни сюда» – сохранять равновесие, сохранять самостоятельность, чтобы я не тянулся ни в плохую, ни в хорошую сторону, но величие Творца – это должно, прежде всего, показывать мне направление развития.

Но величие Творца, оно из центральной точки – из средней линии. И мы должны уже видеть, что здесь не правая, ни левая, а средняя – это то, что важно. Выше знания, выше разума, выше всего. Когда всё, что существует в наших килем, и мы можем сказать об этом: хорошо или плохо, правильно или нет, истина это или ложь – это мне неважно. Мне важно только из этой самостоятельной точки, независимой, если я нахожу ее, стремиться к Творцу, когда я в этом случае хоть как-то стремлюсь к средней линии, представляю себе ее, и здесь я могу начать представлять силы: правую, левую, среднюю, а правильнее сказать: левую, правую, среднюю. Нам еще это предстоит пройти, приблизимся к этому. (06:06)

Чтец: 21-й отрывок из второго тома Трудов РАБАШа. Статья «Что означает, что чаша благословения должна быть полной».

21. Когда человек уже находится близко к тому, чтобы получить помощь сверху (то есть близко – означает, что есть у него уже кли, желание отдавать), отсюда и далее он видит, что только Творец может его спасти. Как сказал мой отец и учитель, Бааль Сулам – это самая важная точка в работе человека, когда у него уже есть тесная связь с Творцом, поскольку он видит на сто процентов, что ничего не поможет ему, а только сам Творец может ему помочь. [РАБАШ. Статья 38 (1990) «Что значит: «Чаша благословения должна быть полной» в духовной работе»]

М. Лайтман: Да, то есть он должен быть отчаявшимся в собственных силах (но в собственных!), а не от пути, от цели, потому что здесь не в чем отчаиваться. Если он падает в состояния такого рода, он должен сделать всё возможное, чтобы привести себя к равновесию, потому что, если он неуравновешен, он не находится в правильной реальности. Так если он находится в правильной реальности, то главное – это прийти к величию Творца и связать себя с Ним, когда он видит, насколько у него нет там никаких сил, никакого разума, он не может проделать даже шага вперед, нет у него никаких составляющих для этого, и тогда находится в состоянии буквально зависимом, (зависимом!).

Как говорит РАБАШ: «Это самая важная точка в нашем развитии», потому что вследствие того, что нет ничего, он завис в воздухе, – он понимает, что не в его силах – помочь себе, и тогда остается ему только одно – молитва. Молитва, которую мы включаем из этого состояния, эта молитва, которая помогает, потому что на самом деле нет у нас никакой основы, никаких шансов самим сделать какой-то шаг, и эта молитва приходит буквально из состояния «пустыни», отчаяния в собственных силах, но не то, чтобы это ослабляло человека, как нам представляется это сегодня, потому что мы сегодня полагаемся на наши силы пока что, но по мере нашего приближения к точке входа в духовное человек начинает быть всё более радостным от того, что он раскрывает, что нет у него собственных сил, и тогда он больше зависит от Творца. (10:25)

Эта зависимость от Творца проходит несколько этапов. Один этап, скажем, когда он рад, что всё зависит, слава Богу от Творца, а не от меня, но нужно прийти к состоянию, когда будет у меня сила требовать все-таки от Творца помощи, чтобы работал со мной. И, как пишет здесь РАБАШ: «Человек находится близко ко входу, то есть чтобы была у него потребность и желание отдавать, начиная с чего он входит в это, и тогда он видит, что только Творец может его спасти», помочь ему. И здесь вопрос: есть эта просьба, есть молитва или нет? Он об этом не рассказывает нам здесь в каждое мгновение, но молитва может быть только с поддержкой всей десятки, только при поддержке.

Еще раз я говорю: о десяти (миньяне) мы не говорим, потому что это первое, необходимое условие, когда человек включает молитву по отношению к Творцу. Посмотрите, как до сегодняшнего дня это важно у религиозных, без этого нет молитвы, человек может молиться в одиночестве поневоле, но молитвой по сути дела называется, когда должен быть миньян (десять), кадиш (благословение) – это когда человек обращается к Творцу, чтобы была у него связь. Это может быть только среди десяти, не менее того, даже в благословении на пищу, есть и среди трех, но десять – это уже особое благословение и так далее.

То есть там, где мы не видим в наших статьях (он не пишет об этом каждый раз), что нужно мобилизовать силы и с их помощью обратиться к Творцу, – это понятно, что он это имеет в виду в любом месте, потому что без этого человек себя правильно не сформирует в подъеме над своим эгоизмом в обращении к Творцу. О чем же он будет просить, о чем? Если мы должны прийти к нашему объединению, но нет перед ним разбитого кли, он не видит разбитого кли, то он не раскрывает, что находится в отсутствии объединения с другими. Если не любовь к творениям, как он придет к любви к Творцу? Поэтому необходимо понять, что вход, обращение – все каббалисты, конечно, подразумевают, что мы это делаем, исходя из десятки. Хорошо? Вопросы.

Вопрос: У религиозных всегда есть такое перед молитвой, что кто-то выходит наружу, кричит, пока не соберет десять человек. Где у нас это внутреннее место собрания?

М. Лайтман: Ты должен каждое утро обновлять связь со своей десяткой, а затем в течение дня ты все время держишь их в своем сердце.

Ученик: Но мы это делаем в зуме.

М. Лайтман: Это всё не в зуме, а в сердце.

Ученик: Да. Но материально в зуме. То есть всё время поддерживать?

М. Лайтман: Да. И тогда ты обращаешься. Хорошо? (15:08)

Реплика: Вы произнесли фразу, что десятка может быть только в поддержке десятки, вы сказали что-то такое.

М. Лайтман: Не в поддержке даже десятки – это конечно, – но молитва в конечном счете за десятку. Насколько десятка придет к объединению, в соответствии с этим будет у нее духовное кли. Где ты получишь, как ты выстроишь парцуф, в котором ты можешь начать работать – то, что написано в ТЭС: сокращение, экран, зивуг дэ-акаа, получение ради отдачи? Как такое может быть, как ты собираешь разбитые келим Адама Ришон? Что вы думаете, что это всё находится в вас? Ты должен и в материальном виде представить себе это, чтобы тебе было понятнее, где ты находишься, и также в духовном виде.

Ученик: Но вот здесь есть два условия. Первое – РАБАШ говорит о том, что человек должен быть в состоянии, когда видит на 100%, что ничто ему не поможет, кроме Творца.

М. Лайтман: Да. А что поможет?

Ученик: Молиться за десятку, быть в отдаче.

М. Лайтман: Прийти к какому-то первому исправлению разбитого кли.

Ученик: Но это два условия, да?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: Место, когда он понимает, что нуждается в молитве, каким должно быть само действие, что делать, как происходит этот переход? Я понял, что должен, и без этого не получится – о самой молитве. 

М. Лайтман: Я не понимаю, что такое «место». Что ты имеешь в виду?

Ученик: Человек понимает: да, я нуждаюсь в молитве, без этого не получится. Вы сказали, что он понимает, что ему нужна только молитва. Само действие, как к нему перейти?

М. Лайтман: Человек понимает, что соединить всю десятку вместе – это по сути дела условие для входа в духовное, по крайней мере в какой-то самой малой мере, и он действует по направлению к этому. Посмотри, что пишет РАБАШ из статьи в статью, всё время, систематически. Над этим работаем, видим, что не способны – молимся, снова возвращаемся к тому, чтобы увидеть, что происходит с десяткой, снова молимся. И так всё время, всё время, пока мы не видим действительно, как мы реализовываем объединение. (18:24)

Ученик: Не очень понятно. Если я подхожу к тому, что появляется понимание, что я нуждаюсь в молитве, то какое действие должно произойти, чтобы вышла такая молитва? Должно еще что-то произойти?

М. Лайтман: Что должно произойти? Я тебя не понимаю. Ты не можешь спрашивать о каждом шаге, который ты чувствуешь в данный момент. Если у тебя есть вопрос, ты должен подумать о нем, правильно сформулировать и только тогда спросить. Я вижу просто, что спонтанно это не работает ни у кого.

Вопрос: Если я пришел к состоянию, что я нуждаюсь в молитве – это уже молитва, или нужно сделать еще какое-то действие для молитвы?

М. Лайтман: Нет, есть давление – это ни о чем не говорит. Чего ты хочешь достичь, благодаря этому давлению, о чем ты молишься? Молитвой называется работа в сердце, когда ты чувствуешь разбитое сердце, в котором стоят якобы разбитые части, и ты хочешь их объединить, когда ты выходишь из себя и хочешь соединить их вместе, и ты даже представляешь, как они работают вместе в направлении Творца, когда все направлены на Творца, и тогда ты молишься о том, чтобы так и произошло, чтобы Творец соединил всех товарищей в твоем сердце. То есть все стремления, все чаяния, все желания – чтобы все товарищи вместе почувствовали в одном сердце, что мы вместе с Творцом, который наполняет наши сердца тем, что Он раскрывается и рад.

Ученик: А как практически перейти от «возопили сыны Исраэля» от работы к «и поднялся их вопль»? То есть какое действие? В чём заключается молитва практически?

М. Лайтман: Когда посередине – это предложение «и возопили сыны Израиля от работы», отчаяние в собственных силах, это то, что мы не способны соединить разломы и из этих разломов также не способны поднять молитву. И в этом тоже нам требуется правильное направление и правильный порядок, и чтобы Творец нас научил так же, как и молиться, поднимать МАН. Всему нужно учиться, мы в этом ничего не понимаем. Обо всех этих этапах мы молимся: «Собери нас! Соедини нас! И посоветуй, что делать так и так! Мы не знаем ни одного шага в пути». Обо всех этих вещах, пока мы не выясняем каждый элемент – всё, что есть в этом кли, которое правильно кричит, поднимает МАН и готово тогда в этот МАН получить МАД, то есть в этот вопрос, который мы задаем, мы получаем ответ и тогда всё выстраивается. Наш вопрос – это как отраженный свет, в который мы принимаем прямой свет, и он формирует нас, выстраивает нас, и мы начинаем уже находиться во взаимном действии с Творцом. (22:19)

Ученик: Есть ощущение, что понятно нам, что нам не удается сделать всё это. То есть понятно, что Творец должен прийти нас научить.

М. Лайтман: Лично.

Ученик: Но меньше понятно, как сейчас перейти практически к молитве? То есть я останавливаюсь на нем, что-то читаю, молюсь в сердце?

М. Лайтман: Я хочу, чтобы товарищи стояли в моем сердце. Я хочу, чтобы я буквально их чувствовал в своем сердце и чтобы мы соединились вместе в разных потребностях, хисаронах, которые есть у нас в к духовному и это формируется в такую форму, когда мы желаем соединить все наши желания вместе, соединить их, очистить их от всех отходов. И наши частные желания, которые будут все направлены на наше взаимное объединение, чтобы эти желания соединились вместе в одно желание, в один хисарон, чтобы всё сформировалось таким образом, чтобы это было МАНом, чтобы мы на самом деле просили у Него чего-то необходимого, правильного, того, что должно быть. Так здесь с одной стороны, мы в беспомощности, а с другой стороны, с желанием мы должны прийти к этому. Вот и всё. Дальше! (24:08)

22. Нет более счастливого момента в существовании человека, чем когда он чувствует себя отчаявшимся в собственных силах, иными словами, что он уже старался и сделал всё, что представляется в его силах возможным сделать, а исцеления нет. Ибо тогда он готов к совершенной молитве о помощи к Творцу. Ведь он твердо уверен, что его собственная работа не принесет ему пользы, а до тех пор, пока он чувствует некоторую силу в своей собственной работе, молитва его не совершенна. Ибо злое начало спешит сказать ему, что сначала он обязан сделать то, что в его силах, а потом будет он желанен Творцу. И об этом сказано: «Возвышен Творец, и низкий увидит». Ибо после того, как человек прилагает усилие в разного рода работах и отчаивается, он достигает по-настоящему низкого состояния. То есть он знает, что он самый низкий из всех людей, ибо нет у него ничего полезного в строении его тела. И тогда молитва его совершенна, и он получает ответ из щедрой руки Его. [Бааль Сулам, Письмо 57] (25:33)

М. Лайтман: Но, конечно же, как мы и изучали, он не может сказать заранее, что он отчаялся, но любое состояние в духовном должно прийти свыше с помощью свечения, которое таким образом работает с нами. И поэтому нужно вкладывать силы еще и еще, и еще, даже если мы знаем, что нужно прийти к отчаянию – этого недостаточно. «Ах! я отчаялся», это не действует, не работает. Ты слышишь? Это не работает. 

Но должны вложиться в правильном состоянии, в правильном месте. То есть на самом деле прийти к отчаянию как бы легко: мы начинаем учиться – через какое-то время, через несколько месяцев мы уже отчаялись (да?). Но вопрос: это отчаяние? Нет, отчаяние должно быть из состояния, которое я представляю себе хоть как-то, в какой-то степени правильно – что такое духовное. Когда я правильно представляю себе, что я не могу прийти к нему, потому что я знаю свои силы по отношению к духовным силам, а по сравнению с ними – я вижу – сколько бы я ни действовал, я этого не добьюсь. 

И тогда я себе правильно представляю, что духовную форму я могу принять – только когда мы вместе объединяемся. Духовное не может сформироваться в одном человеке. По крайней мере, наименьшее количество множества – двое – когда объединяется, когда каждый может отказаться от себя ради другого. Хотя пишет Бааль Сулам: «Чем больше общество, тем большая сила у него», но большее может также и рассеять наше внимание, поэтому 10-ть и не более того (это мы способны уловить и это действует на нас). (28:02)

То есть представление должно быть материальным, правильным. Правильным. И не просто так пишется, что молитва – это работа в сердце. С одной стороны – молитва это самое важное, потому что ты обращаешься к Высшей силе, которая только и способна поднять тебя из одного мира в другой. Но обращение к Высшей силе должно исходить из необходимости, из сердца; а подготовить сердце – это и есть наша работа. То есть у нас есть действие, когда мы себя подготавливаем в правильном хисароне. Это тоже происходит с помощью свечения свыше, а затем обращаемся. Снова правильный хисарон – снова обращаемся, снова правильный – снова обращаемся. 

И так всё время, всё время, пока мы не проходим все исправления, когда каждый ответ на молитву, насколько они отличаются согласно нашему хисарону – и так мы обретаем ступени. Но каждая ступень – это новое состояние, которое приходит к нам, раскрывается с помощью ответа на нашу молитву. А для нас сейчас важен подъем молитвы; не ответ на нее, а подъем. Так подъем молитвы должен быть ощущаем нами, когда мы хотим объединить сердца, когда каждое сердце направлено на Творца, как бы; но для того, чтобы направить его на самом деле к Творцу, мы должны соединить их, иначе мы не направлены на Творца, а направлены только на собственный эгоизм.

И поэтому только при условии, когда мы объединяемся внутри сердца каждого в одно сердце, тогда мы направляем себя к Творцу, иначе Он исчезает. Это как – вы хотите уловить цель и не способны – она всё время убегает. Вы хотите словить, она всё время убегает, убегает, не может остановиться. И только если вы правильно формируетесь вместе – цель находится в центре, и вы можете связаться с ней. (31:12)

И поэтому здесь всё дело в том, как сформировать МАН, когда МАН – это хисарон, когда мы не можем быть направленными на Творца вследствие нашего объединения. Хорошо?

Вопрос: Какая разница между отчаянием от своих материальных и духовных сил?

М. Лайтман: Я не понимаю, что такое материальная сила: когда я не могу поднять 100 кг?

Ученик: Ну, допустим.

М. Лайтман: Ну, так понятно мне, что я не могу. Где Ахикам? Есть здесь сегодня или нет? Нет его. Ну, возьми Йохи. Сколько ты там поднимаешь? 200 кг – да? 110 кг? Слабак! Ахикам – 200. 250?! 250 кг, – понимаешь, что это такое?! Что же я хочу сказать? Что это – материальное. Так я, может быть, если бы мне сказали, что я должен поднять столько, для того чтобы войти в духовное, – я бы уже давно проводил жизнь в другом месте. Да? Так мы так должны стараться-стараться-стараться; но вследствие того, что мы стараемся объединиться и просим Творца, и видим, что мы не способны. Но почему не способны? Мы должны проверить, мы должны быть в работе: это я сделал, это сделал, здесь я не смог, ещё и ещё! Что ещё? После того, как я работаю, я должен прийти к состоянию отчаяния в собственных силах – что на это я не способен, не способен, всё! 

И что тогда делать? Следующий этап! Должен быть выход из этого на следующий этап и так далее и ещё-ещё-ещё. Пока мы не раскрываем, что, несмотря на то, что «Нет никого, кроме Него», я должен прийти к состоянию, когда я завишу от Него на 100% и кроме того, вся Его работа зависит от меня, от моего хисарона – всё. И тогда я могу включить хисарон без хисарона, как маленький ребенок – плачет без всякого повода, и так продвигаемся. (34:23)

Ученик: Мне кажется, что настоящие отчаяния достаточно малочисленны, чтобы прийти к настоящей молитве. Единственное, что остаётся – это какая-то искусственная молитва, или молитва, предваряющая молитву.

М. Лайтман: Это потому, что ты понимаешь, что для того, чтобы включить правильную молитву, вы должны объединиться вместе, а вместе пока что ещё нет потребности, не чувствуется, что это необходимо. И здесь – это уже проблема окружения, когда окружение должно настолько воздействовать на каждого, чтобы он захотел.

Здесь главное – зависть, когда я раскрываю, что есть между ними связь, что они связаны между собой, что они хотят находиться вместе и могут, а я нет. Так, что же делать? Вследствие зависти, я тоже хочу. Все эти эгоистические формы, которые есть в нас, они могут помочь нам, все эти формы могут помочь нам желать объединения. Вот и всё. Ты понимаешь? Даже если это задело меня, то есть я готов отказаться от одного глаза, лишь бы у него два вынули – на самом деле это верно, когда я способен идти на всё, что вредит мне и не чувствовать в этом вред, а выигрыш. Подумай об этом примере, простом примере. Это очень, очень важно. Ну, продолжим. (36:24)

23. Сказано: «И возопили сыны Исраэля от работы и вознесся вопль их». Ибо [сыны] Исраэля как целое пришли в тот момент к состоянию отчаяния «от работы». Как человек, черпающий [воду] дырявым сосудом, черпает ее весь день, и нет у него ни капли воды утолить свою жажду, так же и сыны Исраэля в Египте, сколько бы они ни строили, поглощалось построенное тут же землей, как сказали мудрецы. Так же и не удостоившийся любви Творца, всё что он делал в своей работе по очищению души вчера, как будто сгорело дотла назавтра. И каждый день, и каждую секунду, нужно начинать заново, как будто он ничего не делал никогда. И тогда: «И возопили сыны Исраэля от работы». Ибо увидели ясно, что они действительно не способны на то, чтобы вышло что-то из их самостоятельной работы. И поэтому были вопль их и молитва совершенными, как полагается, и поэтому: «И вознесся вопль их». Ибо Творец слышит молитву, но только совершенной молитвы ждет Он. [Бааль Сулам. Письмо 57] (37:55)

М. Лайтман: Нам необходимо видеть себя, во-первых, что мы стремимся к любви к Творцу. Так представлять себе, что называется «люби Творца».

Второе – можем ли мы прийти к этому состоянию, когда мы любим Его? Если нет, то что нам мешает прийти к любви? И о чём мы Его можем попросить? Чтобы помог нам в этом, чтобы мы захотели любить Его настолько, что в просьбе любить Его, которая будет называться МАН – Он не откажет нам. Так есть у нас здесь по крайней мере, пять состояний, можно разложить и на большее количество. Как мы это делаем? Пожалуйста, это семинар. Как мы, исходя из нашей цели – прийти к любви, к Творцу – приходим к состоянию, когда мы можем Его задействовать, обязать помочь нам, чтобы мы пришли к любви и в любви уже проделали отдачу Ему? Вперед. Вся эта небольшая цепочка уже находится перед нами. Пожалуйста.

Семинар (41:11-44:50)

М. Лайтман: Если прежде должна быть молитва о творениях, молитва о товарищах, а потом молитва о Творце, то что я изучаю на любви к товарищам, чтобы прийти к любви к Творцу? То есть, по-видимому, есть там нечто, иначе я не смогу достичь любви к Творцу. Чему мы учимся на любви к товарищам, без чего невозможно прийти к любви к Творцу? В чем разница между ними? Когда прежде должен быть этап любви к товарищам, а потом уже любовь к Творцу. 

Это не потому, что есть кли, и это кли разбито, а именно из-за этого и было разбито кли. Кли разбилось именно потому, что обязаны быть условия, через которые можем прийти к любви к Творцу. Любовь к Творцу – это цель, ее мы должны достичь, тогда у нас будет слияние с Ним. Но невозможно достичь с Ним слияния, потому что есть проблема – как я могу прийти к слиянию с Ним? Поэтому я, как Адам Ришон, должен пройти разбиение и полюбить все свои разбитые части, достичь любви к ним – тогда я приобрету условия для любви к Творцу. Почему? Почему напрямую это невозможно? Прошу.

Семинар: (46:43-48:02)

М. Лайтман: Что всё время ему непонятно? Это как раз хорошее состояние, но ты всё время говоришь: «Непонятно, не понимаю, не знаю». Что с тобой сегодня? Ладно, спроси.

Реплика: Есть в этом уравнении столько неизвестных, и сегодня все эти неизвестные, они всплывают всё больше.

М. Лайтман: Секунду, Хаим, я задал сейчас вопрос. Тебе что-то непонятно в вопросе? Прежде всего, вопрос понятен? 

Ученик: Вопрос сам понятен.

М. Лайтман: Понятен. Есть Дающий, творение – получающее, противоположное Ему. Теперь, если оно противоположно, то нет никакой связи с Дающим, они противоположны, далеки друг от друга. Как может быть, чтобы этот получающий приобрел свойства, чтобы смог почувствовать, понять, включиться, прийти к тому, чтобы была связь с Дающим? Как это возможно? (49:08)

По-видимому, нужно внедрить в него силой силу отдачи, чтобы он научился, как работать с этими силами отдачи. И когда появятся и сила отдачи, и сила получения вместе, он будет поделен между одним и другим (когда в нем есть и силы Творца, и силы творения) в самом Адаме (в человеке), и он бы почувствовал, что не может их соединить, понять их и почувствовать. И в этой мере он не видит и не чувствует Творца. Тогда он захочет включаться, объединяться, но он может это сделать сам по себе, в одиночку. То есть, если он в себе не может найти силу отдачи и получения вместе, он находит Творца вне себя. Вот тогда творению дается положительная сила, отрицательная сила, доброе начало и злое начало, их разбивают, перемешивают, путают; и потом вся его работа будет в том, чтобы Творец ему помог стать, как Он. (50:19)

Так мы и находимся в таком состоянии, и мы близки к состоянию, чтобы оно было достаточно прояснено. Какой вопрос сейчас я задал? Как через то, что мы выстраиваем себя изнутри, мы начинаем связываться с силой отдачи снаружи? И какой ответ? Что отвечаем? Нив, давай отвечай.

Ученик: Мы стараемся почувствовать хисарон товарищей, что они тоже стремятся к той же цели, и помочь им с этой целью – это по сути дела реализация моей любви.

М. Лайтман: Я тебя тоже не понимаю. Хаим прав. Не понял. Как через то, что я вижу, что мои товарищи находятся в смятении, – это мне помогает? (51:32)

Ученик: Я тем, что помогаю просить за них, представляю их уже объединенными, – это мое воздействие, это выражение его.

М. Лайтман: Вот сейчас ты начал говорить что-то правильно, может быть это и верно. Если товарищ рядом с тобой говорит, что он не понимает, не чувствует и не знает, и вообще находится в каком-то безысходном состоянии, в тумане, то ты должен подойти к нему и помочь, поддержать, насколько это возможно, и тогда ты почувствуешь, насколько не он и не ты, а между вами, вы вдруг чувствуете, что что-то выясняется мощное, новое, сильное. Именно в этом и работа! 

Ни в ком не может быть ответа, а только между вами. Творец между нами раскрывается. Это очень точное слово. Ни в ком-то, а там, где есть устремление друг к другу, которое выстраивает сеть связи, духовное поле, поле, благословленное Творцом – там Он находится. Пока что поля нет, каждый из нас, как колючка, которая торчит в земле и всё, мы не связываемся друг с другом, нет связи такой подземной. Когда мы стремимся к этому, мы просим. И тогда понимаем, что только через построение этой связи каждый через эту сеть получит силы разные, всё необходимое для роста: материалы, важность, то есть всё он получает через сеть – когда становлюсь важен не я сам, а важна сеть. (53:43)

Так вот мы на протяжении дня всё время заботимся: как мы оживляем сеть связи между нами. Как мы хотим жить в этой сети, а не чтобы был каждый сам по себе. Каждый сам по себе – это клипа. Сеть между нами – это духовное (кдуша). Интересно, как всё связано: клипа находится в общем-то внутри «кдуша» – святости. И только направление – ради кого я работаю, какова цель моих усилий – определяет, куда будут потрачены силы: или на эту колючку (клипу), из которой ничего не растет, или на поле, сеть связей между нами, которую благословил Творец. Это и будет святость. Понятно? Хаим, понятнее немного?

Реплика: Рав, вчера на самом деле мы очень старались удерживаться в том, что вы сказали.

М. Лайтман: На протяжении дня?

Ученик: На протяжении дня, да, и в конце дня посмотрели – это то же самое кли, полное дыр, в котором вообще ничего не осталось.

М. Лайтман: Но дыр больше, чем прежде?

Ученик: Вчера это чувствовалось буквально. (55:03)

М. Лайтман: Так почему же не благословить это? Если вы приложили усилие и не важно, что вы получаете в конце дня – это наверняка продвижение. Так надо благословить, благословить. Вы не поблагодарили за это, потому что ты иначе взвешиваешь, эгоистически: «Где то, что я заработал?». Ты можешь и так посмотреть: «Где то, что мне положено?» – и несмотря на это, я иду выше этого и хочу увидеть по-другому, оценить по-другому. Нет-нет, это всё проходит, проходит, мы выполняем действия, которых не было раньше, я не преувеличиваю, не было в нашем мире таких действий никогда с самого начала сотворения мира, никогда, чтобы такое количество людей хотело бы достичь цели, и не было бы никакой потребности, никакой другой и только маленькое эго, которое Творец изо дня в день формирует, мешая им – такому количеству людей – такого никогда не было. Это по-настоящему последнее поколение.

Я буду рад, если наши товарищи, гости будут тоже задавать вопросы, пожалуйста, и на испанском, и на русском, давайте. Сейчас ты. (56:40)

Вопрос: Я хочу понять получше, что значит в течение дня? В моем ощущении в течение дня мы не в том направлении: одни говорят о конгрессе, другие о распространении, третьи о кампусе.

М. Лайтман: Пять минут в час. Я помню, я работал в разных местах, были такие очень достаточно жесткие места, но пять минут – ты можешь отойти в уголок и покурить, да-да – такой перерыв на перекур – пять минут в час. Нет, не видели, никто так не работал? Вы вообще молодое поколение. Вообще вам нельзя курить. Ты знаком с компьютерами, и что это такое?

Ученик: Немного, немного, да.

М. Лайтман: Знаком. Так ты можешь поставить себе будильник и других научить, как это сделать, чтобы был тебе звоночек раз в час такой: «Пик», и ты выйдешь на пять минут. У тебя загораются на мониторе часики и прокручивается за пять минут, заканчивается круг – пять минут ты думаешь о цели через группу, всё. Можешь сделать так, чтобы у тебя появилась и какая-то фраза почитать, сделай это для всех. Тебе это тоже пять минут займет – сделать такое. (58:25)

Вопрос (Чили): Есть только две силы. Товарищи, Творец и Его облачения, а я – желание получать. Как мы строим из этого намерение на цель?

М. Лайтман: Что я должен увидеть в товарище? Он стоит между мной и Творцом, мешает мне или помогает – то, что он стоит за мной и подталкивает меня к Творцу? Он тянет, позволяя приблизиться к Творцу, может он стоит за Творцом, и как раз помогает приблизить Творца ко мне? Что я должен увидеть в товарище? Если это просто товарищ, который ничего не делает, то я понимаю, что у меня есть мое эго, и еще одно мое эго находится в товарище. Если я соединю мое и его эго, то может быть у нас будет больше сил, и так мы вместе приблизимся. 

Но как мне увидеть в товарище действия Творца, направленные на меня? Потому что кроме меня всё остальное – это Его действия, нет никого, кроме Него. Как Творец действует на меня через товарищей? Обо всей реальности я сказать не могу, у меня нет такого большого восприятия. Но то, что есть 10 товарищей − я говорю 10, как правило даже меньше, допустим, передо мной пять человек. Так, как я могу увидеть в них средство достижения духовного? Очень просто. Как относиться к ним? Мне понятно, что к самому себе мне нечего относиться, потому что это всё «дохлый номер», это эго. К Творцу прямого подхода у меня нет, только через модель, через группу. Так вот эта группа, пять человек, которые передо мной, – как мне относиться к ним для того, чтобы обратиться к Творцу и получить от Него мой модем, связующий нас? Как относиться к ним, чтобы привести их в действие, чтобы они заработали, а иначе у меня не будет ничего? Так вот это я должен увидеть.

Представьте себе это, выстройте это перед собой, чтобы так было, что у меня нет выбора, я обязан достичь связи с ними. И тогда неважно, какие у них лица: ты можешь сейчас сидеть с этими, завтра будешь сидеть в другой десятке, потом еще в какой-то − не имеет значения, в конце концов ты увидишь, что всё одно и тоже. Всё одно и тоже – это для того, чтобы запутать тебя и оторвать тебя от разных материальных образов. Так вот как мне относиться к тем самым пятерым, которые находятся передо мной (как пять пальцев на руке)? Как мне отнестись к ним, чтобы связаться с Творцом, и чтобы была двухсторонняя связь? Для этого я должен видеть это как инструмент, прибор. Передо мной коробка, я должен ее включить по отношению к Творцу и получить от нее реакцию − так я должен работать с этой пятеркой. Что я делаю? Вот смотри – перед тобой инструмент. (01:02:34)

Ученик: Несмотря на то, что даже если я не добиваюсь успеха, должен быть успех в конце дня?

М. Лайтман: Усилия, большущие усилия, так же, как ты работаешь с этой коробкой. Где она? Ты там на этом приборе что-то нажимаешь, что-то двигаешь, ты стараешься как-то всё выстроить, а там это очень сложно, там полно всего, допустим, как те, кто работает в разведке по безопасности, хотят распознать код вражеский. Программисты всё время занимаются, пытаясь расшифровать какие-то коды. В этом работа, мы хотим украсть, кстати так и описывается это в каббалистических книгах – это такая уважаемая профессия. Мы хотим украсть, украсть у эгоизма и передать в желание отдавать. Это кража, − отсюда так много примеров и параллелей с ворами. То есть именно так и работают. (01:03:54)

Представьте себе: передо мной пять человек. Может на самом деле вместо десяток давайте на пятерки поделимся, может быть это будет эффективнее? И тогда вперед. Ну нет у меня другого модема, нет другого связующего (не знаю, есть еще какие-то слова?) проводник, адаптер между мной и Творцом. Вот так. Хаим, сейчас понятнее? Больше. Хорошо. Есть вопросы? Подумай.  

Вопрос: А как я могу разнообразить свои усилия во время урока? То есть невозможно усидеть просто на одном месте, хочется уйти. Невозможно просто сидеть три часа, концентрироваться на товарищах, пытаться с ними объединиться. Я могу как-нибудь разнообразить свои усилия? (01:05:12)  

М. Лайтман: Смотри, я не знаю, ну для начала это должна быть физическая подготовка. Я, до того, как прихожу на урок, хожу на беговой дорожке (тренинг такой), потом принимаю горячий душ и читаю материалы − не эти обязательно, а другие разные материалы − то, что начинает задействовать голову. Потом прихожу на урок. И на уроке тоже 15 минут подготовки, так я слушаю, что вы говорите. Я могу прийти не без 15-ти, а могу прийти ровно в три, но тоже спускаюсь без 15-ти, чтобы послушать, чтобы включиться в ваше состояние. Я знаю, что есть много людей (немного, но есть такие), которые выходят здесь за занавеску и немножко там делают упражнения: подпрыгивают, приседают, тянутся. Я не против, не против этого, пожалуйста.

РАБАШ раз в час выходил на балкон, чтобы подышать воздухом, ходить − нет, но он выходил перед каждым уроком по полчаса, гулял. Он шел от своего дома до улицы рабби Акива, там по всей улице туда и обратно − много, думаю где-то километр в каждую сторону, два километра. Потом начинался урок. И на уроке он каждый час, по крайней мере по пять минут выходил. Кроме того, все курили − помогало, как раз помогало для концентрации. Насколько нельзя курить и даже говорить об этом нельзя − сейчас все на меня будут кричать, но это помогало концентрации. Сами врачи тоже говорят. 

Доктор, это так или нет? Он говорит: «Нет». Ну, понятно, он не может сказать – да, иначе у него отберут его диплом. И кофе. Не вижу перед тобой стакан кофе. Ну, что это? А еще ты поел немножко – хлеб есть, еще и с маслом оливковым, может еще и соль. Короче, это нужно перед уроком. Очень хорошо перед уроком. Серьезно. Это должно быть для всех: кусок хлеба с оливковым маслом, ну там не знаю, завтрак или что-то такое, неважно. Масло с хлебом − такая основная еда. Ну и тогда ты готов. А если ты не в состоянии усидеть, тебя всё время подбрасывает − выйди за занавеску, попрыгай и возвращайся, пока тело не привыкнет. Всё, чем больше будешь привыкать, ты больше приобретешь мудрости. Есть такая фраза: «Умеющий сидеть, приобретает мудрость». (01:09:39)  

В пустыне мы сидим без столов или со столами? Без. Так может сделаем пятерки? А, есть там столы. Ну ладно, неважно. А на большом конгрессе? Тоже со столами. Да, потому что там трапезы сразу. Ну, подумайте. Надо подумать, потому что пятерка более мобильна.

Реплика: Нормально будет, если мы сделаем попытку до конгресса, что каждая десятка поделится надвое − пятерки, как вы предложили?

М. Лайтман: За тем же столом это будет?

Ученик: Нет, не за тем же столом, на более маленькие столы поделим, чтобы были пятерки. (01:10:54)

М. Лайтман: Я за то, чтобы попробовать. Мне кажется это мобильнее, лучше. Десятку трудно удержать в голове, хотя как бы человек устроен так, чтобы держать перед собой десять – это оптимально, максимум, который в состоянии удержать, больше этого сложно. А почему меньше, если надо идти на полное кли на десять: десять сфирот, десять пальцев, десять всего? Но нам тяжело. Может быть, что для нашего поколения так, попробуем, сделаем. 

Ученик: Я чувствую, что пять − более обязывающе, не убегаешь, по крайней мере пока что. Если пока невозможно удерживать десятку, не убегая – это более обязывает. 

М. Лайтман: Пять-шесть, не обязательно какое-то определенное число. 

Ученик: Да, я говорю более такое оптимальное количество, чтобы удерживать всех одним взглядом. А почему вы думали о пятерках? (01:12:02)

М. Лайтман: Ну я вижу, что десятка − это тяжеловато, как бы «падают с телеги». Я бы хотел их воспринять, но есть так двое-трое, которых я не вижу одним взором. Я по себе тоже вижу − тяжело удержать десятку, хотя я всех чувствую во всех вместе, но когда облачаюсь в вас, то вижу, что… Попробуйте.    

Ученик: Работа та же: или десятка, иди пятерка – это ничего не меняет. 

М. Лайтман: Но подход намного проще, более сконцентрированный, я более обязуюсь, они находятся в сердце у меня ближе и легче, я не отделяюсь от них, все-таки каждый более виден. И хотя я и могу воспринять 10, но сейчас каждый для меня становится в два раза больше; а если передо мной пятерка − тогда проще их удерживать. Попробуйте. Что бы то ни было мы должны видеть духовную работу через, допустим, пятерку, через группу. Это принципиальный момент, очень трудный и мы должны держаться его. Потому что, ну смотрите что произошло с наукой каббала, которая изменилась вплоть до такой общепринятой религии.

Остался миньян (десять человек), необходимый минимум по «Шульхан Арух», хотя отрывки из источников очень хорошие, если мы возьмем ту же самую книгу «Шульхан Арух», или какие-то другие выдержки из законов. Там такие требования, там такие четкие понятия десятки (миньян) об объединении, о любви. Но сами действия материальные, телесные − они не вынуждают меня к этому. Понимаешь? 

Когда я смотрю на жизнь, обычную религиозную, религиозный уклад − он меня не вынуждает к объединению и любви. Нет. Наоборот, иногда поддерживается удаление, вплоть до ненависти, потому что если мы эгоисты, то ненависть нас удерживает. Я держусь за свое, а он за свое, третий тоже за свое. И так мы как бы каждый больше удерживаем свое, как бы удерживаем свою часть (так в иудаизме), хотя это и поддерживает, это правильно, но без духовного, без души. 

Так вот тут как раз мы и должны поднять важность объединения над всем остальным. Ну и конечно, будут соответственно претензии к нам и всякие непонимания, и проблемы у нас. Но всё исходит из того, что мы поддерживаем объединение и хотим показать всем, что объединение – это главное, потому что там раскрывается Творец, и тогда мы достигнем Цели творения. А через объединение мы и реализуем все заповеди. У тебя нет ни единой заповеди, которая выходит за рамки объединения, и не направляет нас на объединение. Все заповеди (еще раз) – это как вернуться к 613-ти, даже к 620-ти частям, соединенным, как одно. Понятно? (01:16:43)  

Вопрос: Немножко вернуться к теме урока. Шхина находится меж нами. Как в состояние отчаяния включить товарища?

М. Лайтман: Ну, это как красиво. Если уже есть у меня видение десятки и то, что все находятся в отчаянии, и над нами есть Творец, который поддерживает это отчаяние, потому что любое состояние мы получаем от Него. Мы сами по себе ничего не создаем, ничего не формируем. Творец − Он помещает нам отчаяние, вот так вот над нами подвешивает. Что же мы должны сделать? Соединить наши отчаяния и вскричать вместе к Нему. О чем кричать? Мы должны видеть состояние нашего отчаяния в том, что сами мы не в состоянии продвигаться. К чему продвигаться? К объединению – для того, чтобы через объединение раскрыть силу объединения и любви, а это и есть Творец, и таким образом Его насладить. И в этом чтобы была вся наша проблема, чтобы вся молитва была об этом и всё. Так, что еще нужно делать, скажи мне? (01:18:13)

Ученик: Выстраивать связи между нами, чтобы взмолиться.

М. Лайтман: Мы выстроить должны отношения между нами, связи. Верно. Да, это мы можем сделать, потому что об этом как раз вся наша литература, все советы всех каббалистов. РАБАШ пишет об этом постоянно. РАБАШ, Бааль Сулам, ты можешь посмотреть и другие книги, но нам достаточно даже этих отрывков. Выйдет у нас книга источников? Ее переводят на другие языки? Да или нет?

Реплика: По большому счету книга к конгрессу не будет переведена на языки, но я знаю, что Хаим уже начал. 

М. Лайтман: К конгрессу всё будет переведено?

Ученик: Будут переведены также и брошюры со всеми уроками.

М. Лайтман: Каждый получит брошюру? 

Ученик: Да, там расписание будет и песни конгресса.

М. Лайтман: И несколько пустых страничек, и карандашик тоже туда, к этой брошюре, да? Это готовится, Ури?

Реплика: Да, нормально. Это можно сделать.

М. Лайтман: Что значит, можно это сделать? Мы говорили об этом несколько раз или нет?

Ученик: Я жду, чтобы получить готовую форму, а карандаши к каждой брошюре будут.

М. Лайтман: Что еще?

Реплика: Относительно книги источников. Отрывки там переведены.

М. Лайтман: Эта книга с источниками? Мы же всё время добавляем.        

Ученик: Это книга, основанная на 10-ти последних годах учебы, где мы изучали избранные отрывки из источников, состоит из восьми основных разделов, где есть 88 подразделов на разные темы. И это включает очень много-много контента, который был на уроке. 

М. Лайтман: И до какого времени?

Ученик: И молдавский конгресс, и болгарский вошли в книгу, и также отрывки вот этого конгресса в пустыне. Мы проверили, чтобы это тоже вошло. Мы сделали очень такую всеохватывающую проверку. Есть еще много страниц в этой книге.  

М. Лайтман: Ну, отлично, здорово. Так эту книгу мы уже получим на конгрессе? Замечательно. Так надо позаботиться сейчас, мы, конечно, уже не успеем ее перевести, но надо позаботиться о переводах. И эти переводы будут на сайте, и, если захотят, так можно будет и напечатать. Я думаю, что есть необходимость, чтобы была реально книга перед каждым на других языках. Посмотрим. Мы будем пользоваться ивритом, посмотрим, насколько это будем использовать − то, что это книга, а не файл. Ну да, это важно. Хорошо. Ясно? Вопросов нет? (01:22:09)

Вопрос: Если я с одной стороны ставлю Творца, а с другой то, что мне дорого, товарищ мой – так я не могу сделать ни шага в сторону Творца, ни в сторону того, кто мне дорог. 

М. Лайтман: Но поставь его между собой и Творцом.

Ученик: Так вот он говорит в статье «Погонщик ослов», что я иду рядом со своим товарищем, и я нейтрализую своего «осла». И тогда он может идти со мной вместе в одном направлении. Что это за свойство в десятке?   

М. Лайтман: По-видимому, мне здесь нужно еще пару ангелов с крыльями, чтобы мне помогли. 

Ученик: Что это за свойство в десятке, которое освобождает человека? (01:23:01)

М. Лайтман: Я не знаю. Я хочу просто тебе показать, что не могу относиться к твоим вопросам и пойми, почему. Может объясните ему? То, что мы учим, вот в таком стиле ты и должен спрашивать. Так ты должен спрашивать и об этом думать. Сколько времени ты думал сейчас об этих ослах, и почему они идут, для чего? Мы не в этом. Для того, чтобы ответить на твой вопрос, мне сейчас нужно вспомнить эту историю, облачиться в нее и выстроить тебе ответ на твоём языке. Для чего? Ну скажи мне, просто я не понимаю.   

Ученик: Что касается меня, то, что вы сказали, что товарищ находится впереди со всех сторон. 

М. Лайтман: Так я говорил только об этом, я не говорил ни про каких ослов и ни о чем. И это плохо, что для тебя именно так. 

Ученик: Я попробую это геометрически представить. Как я из места, где нахожусь, между Творцом и товарищем, нахожусь в месте, когда я ближе к товарищу, и помогаю ему продвигаться всеми своими силами, без того, что я сам задействован? Но все мои силы подтолкнут товарища к Творцу.

М. Лайтман: Если товарищ находится между мной и Творцом, как говорит РАБАШ, когда за каждым из товарищей находится Творец, то есть сначала товарищ, а потом Творец, тогда я должен, насколько я могу, помочь товарищу продвигаться к Творцу. И тогда я увижу, что это не товарищ – это я, исправленный.  

Ученик: Мой вопрос: что это за сила десятки, которая дает мне возможность перейти к тому, когда я нахожусь между товарищем и Творцом? (01:25:02)

М. Лайтман: Я не нахожусь между Творцом и товарищем − товарищ находится между мной и Творцом.  

Ученик: Вот именно в этом мой вопрос. Как мне сделать такой переход между тем, что я нахожусь между двумя, когда я представляю себя близко к Творцу, а товарищ сзади.  

М. Лайтман: Так нет у меня такой картины. У меня такой картины нет. Я не философ, как ты. Я говорю исходя из реальности, о которой пишут каббалисты. 

Ученик: В начале урока вы сказали, что человеку открывают врата − он не входит. Вы можете сказать, что его останавливает? 

М. Лайтман: Ханох, я извиняюсь. Я очень сожалею, я каждый раз отчаиваюсь, но я больше не могу, ты не получишь больше права задавать вопросы. Ты можешь путаться сколько угодно, я уважаю твой философский подход, но я всегда стараюсь следовать за тем, что он говорит вот сейчас, и не представляю себе никаких других образов. Никаких. Почему ты не слит вместе с нами, не стараешься учиться, как мы? Откуда у тебя все эти твои собственные формы? На это у меня нет ответа. (01:26:22)

Вопрос: Как мы с одной стороны видим товарища, как совершенного, а с другой стороны чувствуем отчаяние десятки?

М. Лайтман: Здесь есть несколько ответов. Ну во-первых, десятку я не вижу, как десятку. Я вижу свое эго − то, что так оно проявляется передо мной. Если я забочусь о нем, о своем эго, то я вижу, что Творец облачается в них, в моих товарищей всё больше и больше. По мере того, что я исправляю себя, я вижу, что Творец в них облачается. То есть в общем, эта десятка является воспроизведением или представлением на выставке, как показывается. То есть это мои эгоистические свойства, которые я наблюдаю в десятке. Любой из изъянов, которые я наблюдаю в каждом из них и во всех вместе – это я вижу свои собственные изъяны, свое собственное злое начало. Это на эту секунду, ведь всё меняется настолько, что я начинаю их ненавидеть, отторгать их, сжигать их, убивать их − всё, что угодно. И так я продвигаюсь. 

Товарищи находятся передо мной, и я вижу через то, насколько их отталкиваю, я наблюдаю свое эго. И тогда я прошу Творца, чтобы помог. Почему я не могу попросить Его, чтобы Он помог мне, чтобы мне относиться к ним хорошо, с любовью? Это тоже можно сделать, конечно. Но еще правильнее и еще более анти-эгоистически, чтобы я просил Его, чтобы Он как бы помог им. Ну, что значит помочь им? Это ведь не они, это мое эго, которое я так вижу. Всё верно, но таким образом ты по-настоящему можешь попросить понятно, четко. Если ты просишь Творца, чтобы Он помог им, тогда ты еще более поднимаешься над своим эго и хочешь о нем позаботиться. 

Работая таким образом с десяткой или с пятеркой, и в них, именно в них я работаю с Творцом, тогда я вижу в них себя, я вижу в них, как Творец помогает. И я как бы смотрю внутрь себя через микроскоп, и вижу все свои проблемы, все эти микробы, бактерии, вирусы и прошу Творца в то же время, чтобы Он позаботился. И когда Он заботится, то я вижу и результат Его заботы. Всё внутри пятерки или десятки. Ясно? Хорошо. Вопросов больше нет, тогда вперед. (01:29:53) 

24. Сказано: «И застонали сыны Исраэля от работы, и возопили, и вознесся вопль их от работы к Творцу». Все стоны их были из-за того единственного, в чём ощущалась потребность. Это значит, что не желали никаких излишеств и никакой оплаты, и была у них единственная потребность, потому что ощущали страдания и боль от того, что не могли сделать что-либо ради Творца. Другими словами, это можно объяснить так: хотели они, чтобы появилось у них желание наслаждать Творца, а не собственный эгоизм, но не могли прийти к этому, и от этого страдали. [Рабаш. Статья 16 (1985) «И чем более изнуряли его»] (01:31:36)

М. Лайтман: Вопрос. Если бы Творец не разбил единое желание на множество различных желаний, различных частей, как бы мы могли прийти к отдаче, к доставлению наслаждения и работы ради Творца? Есть ли другой совет, как прийти к отдаче Творцу ради Творца, если бы Творец не разбил кли, не создал бы злое начало и не разбил бы его, не дал бы нам возможность соединить с помощью Него? Когда мы раскрываем зло, тогда Он помогает в той мере, в какой мы просим раскрыть. Если бы он не разбил Адама Ришон, как бы мы могли работать? Не было бы ни миров, ни товарищей, ничего − сразу с Творцом работать. Как бы мы смогли работать? Есть совет? Кто может посоветовать Творцу, что делать? Но нужно представить это, когда нет выхода − только таким образом можно привести творение к любви к Творцу, к подобию, когда раскрывается любовь со стороны Творца. Есть у кого-то совет? У тебя? Ну я верю, что у тебя есть. Пожалуйста. (01:33:26)  

Реплика: Совет: почему изначально нельзя развить осознание у каждого, чтобы прийти с Ним в подобие свойств? Зачем всё это разбиение нужно? 

М. Лайтман: Отлично, это вопрос для всех. Мы понимаем, что разбиение обязательно должно быть, но почему в разбитом состоянии с самого начала, не дать творению понимания, осознания, как прийти к подобию свойств Творцу? 

Ученик: Да. 

М. Лайтман: Если бы творение было в этом, так почему бы и нет? Почему Творец сделал эти тысячи лет материального развития, потом духовного, потом проблемы, какие-то войны. А так каждый рождается и знает, что делать. И так идет, и делает. 

Ученик: Да. 

М. Лайтман: Почему? Пожалуйста, скажите, почему это плохо? То есть отменить точку выяснения, точку выбора. Как такое может быть, если бы мы были созданы без точки выбора? Есть точно намерение, мысль, сила внутренняя, программа. Как мы должны прийти к подобию свойств с Творцом. То есть вопрос более глубокий. Что мы получаем от того, что мы падаем, путаемся, действительно проклинаем всё и воюем между собой? Какая прибыль от того, что мы проходим эти страдания? Можно увидеть это в народе Израиля, на его истории, в нем как раз и должна высветиться эта точка выбора. Ты прав. Почему нет? То есть, что хорошего в этой точке выбора, без которой мы не можем прийти к полному подобию с Творцом? Это вопрос очень непростой. У тебя есть ответ? А, еще вопрос? Ну так мы подождем. Запишите это себе, и мы выясним это. Это тема сама по себе, видимо нужно вернуться к этому. Ответ? Только коротко. (01:36:40)   

Реплика: Мне кажется, это стыд от дармового хлеба. Чтобы мы не получали это бесплатно и могли наслаждаться вознаграждением. 

М. Лайтман: Слышим. И это тоже добавить. Мир создан прежде всего для стыда. Что дает нам ощущение стыда? Ощущение различия между нами и Творцом. Хорошо, мы придем к этому. Это не такой принципиальный вопрос, поэтому понятно, что без этого мы не были бы людьми, не было бы этих сомнений и проблем. А когда нет проблем – существуют механическим образом. Понятно, что не было бы страданий, а если бы не было страданий, была бы радость и не было бы раскрытия. Мы где? Секунду. Подождите, перед этим есть у нас несколько вопросов. (01:38:28)

Вопрос (Италия): Мой вопрос. Чтобы прийти к молитве, я должен достичь любви к товарищам сначала, или просить у Творца, чтобы Он привел меня к любви к товарищам? Какой порядок работы? Как я могу прийти к любви к Творцу, если я вначале не люблю товарищей? Как я могу молиться, если я не чувствую, что они часть меня? Порядок работы. 

М. Лайтман: Очень верно ты говоришь. От любви к творениям – до любви к Творцу. Я прежде всего должен прийти к состоянию, когда товарищи для меня более важны, чем Творец. Более важны! Ты понимаешь, что кажется, как будто я всё разрушаю, этот подход к Творцу. Но товарищ более важен – это очень интересно, это нужно еще учить и расследовать. Но я должен прийти к состоянию, когда товарищ важен. Если говорят тебе: «Или Творец, или хавэр?», ты говоришь: «Хавэр». Действительно так. И потом от любви к товарищам, когда ты действительно с ними объединен, тогда ты можешь только развить. А если перед этим ты развиваешь любовь к Творцу – это эгоистическая любовь. И тогда от любви к творениям, любви к товарищам, ты развиваешь любовь к Творцу. И это абсолютная, настоящая любовь, которая приходит от отдачи, от желания отдать Ему. И называется, что товарищ – это твоё кли. Хорошо? Отлично! (01:40:24)

Вопрос (Москва): Два вопроса. Первый о зависти. Вы даете всегда такой пример. Я должен видеть товарищей более объединенными и этому завидовать. Я это должен увидеть в чем-то конкретно, что они заботятся друг о друге, поддерживают друг друга, или я должен убедить себя в этом, независимо от того, что я вижу, что они более объединенные?

М. Лайтман: Нет, я должен видеть это. Почему они связаны между собой больше, чем я связан с ними? Что есть в них: какие подготовки во всех, что они так говорят между собой? Я смотрю на них со стороны, и вижу: между ними есть связь такая, какой нет у меня с ними. Я завидую. Это зависть, простая зависть. Почему они так соединены, почему они так понимают друг друга, чувствуют друг друга? Они легко приходят на собрание товарищей, они хотят прийти, что-то сделать вместе, а я нет, я вообще забываю об этом. Я даю себе слово, что в следующий раз приду на ешиват хаверим раньше всех. Я прихожу с какими-то отрывками, может быть, хочу что-то сделать хорошее. Приходит время, я, в конце концов, вообще не иду. Происходит так, или нет? Это естественно, я говорю из моего опыта.

И я завидую. Завидую. И, кроме этого, я должен думать, что, когда они приближаются друг к другу – это сила Творца, которая находится в них. Он дает им это. А почему мне нет? Так я завидую, кроме того, что есть такие отношения между ними, я завидую еще, как Творец к ним относится. Вы понимаете это? Творец относится к ним так, Он дает им то, что у них есть, а мне нет. Почему Он меня отталкивает от этой связи со всеми? Почему как раз их Он продвигает, а я вообще не в теме, вообще не отношусь к объединению. То есть я должен здесь сделать расчет. Если говорится о том, что любовь к товарищам прежде, и только после того, как я постигаю ее, я могу прийти от нее к любви к Творцу – так, о чем я вообще говорю, где я нахожусь? Понятно, да? Состояние серьезное. Ну, по крайней мере, нам понятно, что у нас есть проблема. В нас есть вирус. (01:44:09)

Вопрос: Как прийти к хисарону любви к Творцу, чтобы это подтолкнуло меня достичь его через товарищей?

М. Лайтман: Все хисароны к любви к Творцу, которые есть у меня перед тем, как я достигаю любви к товарищам – это эгоистические хисароны. Я хочу, да, я хочу любви Творца. Почему? Потому что я связан с ними. Нет никого, кроме Него. Конечно же я люблю Его. Не дай Бог, не хочу о Нем думать плохо. Кто знает, что случится, если Он отреагирует? Для чего мне это нужно? Поэтому мы не должны думать о любви к Творцу, мы должны думать о помощи от Творца. Потому что, если я думаю о любви, я думаю исходя из своего эгоизма. Я должен думать о помощи Творца. Где Он сейчас может помочь? Я, как младенец, хватаю мать за руку и веду ее и хочу, чтобы она сделала так или иначе. Это то, что нужно. Когда мы можем относиться с любовью к Нему? – Когда у нас есть какое-то отношение вне себя. Нив, ты слышишь? Когда у нас есть что-то вне себя. Когда есть что-то вне себя? Когда мы развиваем это относительно товарищей, тогда в этой мере я могу относиться и к Творцу. Поэтому Творец стоит за товарищами. (01:45:55)

Ученик: Я объясню вопрос так: заниматься любовью к товарищам – это требует много сил.

М. Лайтман: Ну, конечно, и что? Это не силы, это требует тонкости души. Если ты знаешь, где проблема – у тебя нет никакого усилия, никакого усилия – только нажать кнопочку. Только раскрытие того, что должно произойти и с помощью чего это должно произойти – и всё, это происходит. Если ты приходишь к четкому пониманию, что я хочу, чтобы это было так: объединение между товарищами или между мной и товарищами – нужно еще выяснить, что прежде, что после этого – я хочу, чтобы это осуществилось, я понимаю, что только Творец может это сделать. Эта сила в природе, эта сила, которая готова и у Него нет ни больше ни меньше, она находится в любом месте и сейчас я хочу, чтобы она действовала, я задействую. Одна мысль – что я задействую Его – этого достаточно для действия, это сразу же происходит. (01:47:27)

Ученик: Хорошо, это верно. Но Творец по пути ставит препятствия, и человек должен изыскать силы преодолеть их.

М. Лайтман: Силы выяснения, скажи так, это правильнее, силы выяснения. Нам нужно выяснить, от чего еще это зависит и насколько, и как я должен это определить? Всё зависит от точности, не более того.

Ученик: Но мы учим, что есть у нас вещи, которые нам мешают в пути, и те трудности, которые дает нам Творец, чтобы думать о товарище.

М. Лайтман: А я говорю тебе – это не мешает, тебя направляют очень точным образом к той точке, на которую нужно нажать. Нет помех. 

Ученик: Из ответа я слышу – нужно быть просто в правильном отношении всё время в течение дня.

М. Лайтман: Каждый раз более четко.

Ученик: Просто силами удерживать это осознание, а не преодоление?

М. Лайтман: В этом преодоление, и всё. Только быть более четким, более точным. Работа не тяжелая, когда мы понимаем – мы видим, что всё выясняется в мысли. (01:48:54)

Вопрос (Киев): То, о чем мы говорили – о молитве в десятке. В течение дня и даже сейчас на уроке получается, что товарищи находятся в моем сердце, а потом это всё пропадает, и здесь вроде как есть место для просьбы к Творцу. У меня вопрос: вот нужно чтобы было понятно, что Творец отвечает, что Он в этом конкретном в чём-то помогает, или нет? То есть я должен раскрыть Его помощь в конкретном каком-то месте здесь?

М. Лайтман: Да. В конце концов праведник и Творец – «праведник приговаривает, и Творец выполняет». Это наша работа – видеть все эти изъяны, которые с самого начала созданы Творцом, благословить этот изъян, с помощью него я как раз прихожу к раскрытию, к слиянию, к отдаче. И тогда это исправляется. Тогда все эти изъяны – это связано с любовью и возможность быть в слиянии. Это, действительно, наслаждение – раскрыть эти изъяны «я рад этим раскрывающимся неисправностям». Да, Влад. 

Ученик: Да, я понимаю. Раскрываю вот эти изъяны, благодарю за то, что есть возможность попросить. Но вот у меня вопрос в том, что просто не всегда, вернее, чаще всего ты не видишь ответ от Творца в какой-то конкретной помощи. Состояния потом меняются: либо через работу с товарищами чаще всего, да? То есть ты как бы можешь помочь состоянию – важность какую-то дополнительную получить. А нужно ли, чтобы пришло осознание, что вот в этом конкретном месте этот ответ Творца на отчаяние, он помогает? (01:51:12)

М. Лайтман: Не получается это всегда. Для этого нужен опыт, потому что Творец не делает по тому, что ты хочешь, как тебе это видится, а по порядку ступеней. Поэтому, то, что раскрывается, ты должен благословить зло, как добро, и таким образом принять Его работу. В любом месте это Его работа. Потом мы раскрываем, что мы ничего не делали. И когда раскрывается в нас и зло, и какие-то отношения к этому злу, когда раскрывается добро и переходы от добра к злу, от зла к добру – всё это Его работа. Высший свет, паним и ахораим, как мы только ощущаем это всё. И наша работа – прийти к состоянию, когда мы благословляем всё, что происходит с нами. Всё. Даже если острый меч у шеи, не отчаиваться в милости. (01:52:50)

Вопрос (Питер): Если человек в десятке начинает работать, и вдруг приходит, (конечно, это воображение) вырисовывается, будто бы он ответственен за всё то, что есть у остальных. И вот тогда просто непонимание, что просить. И тогда, как бы обращение к пониманию Творца, то есть: «А как ты это делаешь для них? Научи меня». Это проявление отчаяния от собственных сил, или это всё фантазии?

М. Лайтман: Почему это отчаяние, если я прошу у Творца, чтобы Он помог мне, чтобы показал, как правильно работать? Это не отчаяние. Это наоборот – постижение этого состояния. Откуда я знаю, что делать? Пусть меня научит. Да. Это называется «ученик Мудрого». Мудрый – это Творец, а человек просит Творца научить его и поднимается на ступень «ученик Мудрого». Я вам всем желаю. Ну еще вернемся.

Вопрос (Франция): Месяц или два назад вы сказали, что у нас есть отношения с Творцом, нужно просто просить помощи и просить перед этим из центра десятки. У меня было сильное сопротивление этому, и я этого не делал. Наслаждался своим преодолением, но всё равно мне это неприятно. И продолжать это или нет? Я не совсем знаю, что мне делать. 

М. Лайтман: Я тоже не знаю. Повтори коротко.

Ученик: Продолжать ли работать с Творцом, если это не происходит через центр десятки?

М. Лайтман: На это просто жалко времени. Жалко времени. Это, как если ты что-то пытаешься задействовать, когда нет мотора. Ты нажимаешь педаль, а мотора нет. Ну и что может быть? Так ты нажимаешь, нажимаешь – и стоишь на том же месте. Только отчаиваешься. Попробуй, даже немного, маленькое нажатие сделать, но через десятку. И тогда ты увидишь, как ты просто летишь вперед. Я тебе говорю, попробуй. Нужно сконцентрировать силы и представить себе, что десятка работает. Как я отдаю ей, через них Творцу. Но это усилие возьмет тебя вперед очень сильно. Вперед. Это усилие, большое, очень непростое душевное усилие, но в нем ты начнешь чувствовать духовное продвижение. Еще не на духовных ступенях, но как раз вот туда, в эту сторону, в сторону духовного.

Вопрос (Москва): Второй вопрос. Вы дали совет – поставить напоминание, и каждый час, пять минут подумать о цели. Чем мне наполнить эти пять минут? Прочитать отрывок из того, что мы прошли, или позвонить товарищу, вместе прочитать, – как наполнить эти пять минут? (01:57:10)

М. Лайтман: Желательно каждые пять минут, каждые пять минут, это триста секунд, да? Триста секунд ты начинаешь думать только о том, как ты отдаешь группе, как ты хочешь для них духовного продвижения. Может быть также через какое-то материальное благо, дали нам это в материальном, но не то что материальное захватит у тебя все эти триста секунд. Ты начнешь думать, как мы будем сидеть на трапезе и будем есть и пить, и петь песни. Так я могу и десять минут так сидеть, в таком представлении. В общем, представь, подумай триста секунд о том, как ты хочешь побудить товарищей быть более соединенными между ними и Творцом. А ты, как бы, вообще в этом не находишься, кроме той силы, которая выполняет просто, толкает их к этому, представляет их Творцу. Подумай об этом пять минут. (01:58:36)

Понятно? Отлично. Я не знаю, переходить на «Бейт Шаар Каванот»? У нас есть товарищи, которые, может быть, не очень с ним знакомы. Где мы? 

25. Мы просим, чтобы Творец дал нам силы совершать все наши действия ради Творца. Если нет, то есть «если Ты не поможешь нам, то все наши поступки будут только ради собственной выгоды». И это означает «если нет», то есть «если Ты не поможешь нам, то будут все наши действия только ради себя, ради нашей пользы… Вынужденно. …потому что нет у нас силы преодоления нашего желания получать. Поэтому помоги нам, чтобы мы могли работать ради Тебя. Поэтому Ты обязан помочь нам». И это называется «сделай ради Тебя», то есть «чтобы Ты сделал это действие, чтобы Ты дал нам силу желания отдавать. Иначе, то есть «если нет», мы пропали». Это означает, что мы останемся в желании получать ради собственной выгоды. [РАБАШ, Том-2, статья 5 (1991) «Что означает, что добрые дела праведников являются их порождением, в духовной работе»]

М. Лайтман: Только об этом мы должны просить Творца, потому что всё остальное мы получаем. Только обратить нашу цель, чтобы она была ради отдачи. Делать действия мы можем, но изменить намерение с «ради себя» на «ради Него» – это только Он может сделать. Поэтому нам нужна вот эта наша сила, мы не должны быть связаны с Ним никоим иным образом, ни по какой иной причине и ни ради какой иной цели, а только лишь, чтобы Он изменил нам намерение – и ничего, кроме этого. То есть я должен поставить экран на всё, что я могу получить от Него, на всё, кроме одного: силы, которая изменит меня на «ради отдачи». На этом я должен стоять и селективно выяснять, что я получаю от Творца, что я могу получить от Творца, от группы, от мира, от всего. Только всё это заострять и сосредотачивать на одном: изменить намерение на «ради отдачи». (02:02:00)

Это понятно, да? Мы сейчас с вами уже два часа находимся на уроке, и мы прошли четыре или пять отрывков.

Реплика: Пять.

М. Лайтман: 21, 22, 23, 24. Сейчас 25-й. Допустим пять, да. Два часа! Это урок, который практически не содержит семинара, ну немножко. Это урок конгресса – пять отрывков. Почему я получаю от тебя 15 отрывков, я не знаю. Ну, 12, 11, даже 10. Я хочу, чтобы вы поняли, что это не вопрос количества, а выяснения-выяснения-выяснения. Чтобы мы могли всё больше и больше это пережевывать. Это как ты даешь что-то человеку, который не понимает, так он глотает-глотает-глотает, а когда даешь какому-то гурману, он вкушает, у него есть наслаждение. Ты видел, как они пьют вино? Я видел, как ты пьешь, так – бултых! Посмотри, как французы пьют! Ну, есть здесь вопрос, это вопрос подхода. (02:03:36)

Вы хотите перейти к пятому уроку или продолжим этот? Кто за то, чтобы продолжать? А кто за то, чтобы перейти к пятому уроку? Тогда продолжим.

26. Когда человек собирается в себе и ощущает свое жалкое состояние, и пробуждается, чтобы вернуться к Творцу, и изливает свою молитву в страстном желании слиться с Творцом, он принимает все эти молитвы и всё это пробуждение за собственную силу, и сидит, и ждет избавления от Творца, малого или большого, и когда облако продолжается, и не видит он совершенно никакого расположения со стороны Творца, впадает, не дай Бог, в отчаяние, ибо не желает его Творец, ибо после такого большого числа страстных желаний, не обратился Творец к нему совершенно никак, не дай Бог. И об этом сказано: «Ищите Творца в явлении Его», то есть, когда Творец являет вам Себя для поиска, обязательно ищите Его тоже, ведь человек должен быть первым, то есть Творец первый в том, чтобы дать вам сердце, чтобы искать Его.

И когда узнаешь ты это, наверняка укрепишься со своей стороны, насколько сможешь, чтобы искать с большей силой и с большей энергией, ибо Царь зовет тебя. И потому говорит он: «Зовите Его, ибо близок Он», то есть, когда призовете вы Творца, чтобы приблизил Он вас к Себе, знайте, что уже близок Он к вам, ибо, если бы это было не так, наверняка не призывали бы вы Его, и это также мера сказанного: «Прежде, чем воззовут они, Я отвечу», то есть, как сказано выше, что если вы призываете Его, значит, Он уже обратился к вам, чтобы дать вам пробуждение призвать Его. «Еще говорят они, а Я услышу», то есть мера услышанного со стороны Творца полностью зависит от меры страстного желания, которое раскрывается в произнесение молитвы; и когда ощущает человек великую тоску, узнает он во время действия, что Творец в высшей степени слышит его.

И понятно само собой, что узнав это, укрепится он в высшей степени в излиянии своего сердца, ибо нет чести более этой – когда Царь мира внимательно прислушивается к нему; и это подобно сказанному мудрецами: «Творец жаждет молитв праведников», ибо в жажде со стороны Творца к человеку, чтобы приблизился он к Нему, пробуждается сила и великая тоска в человеке жаждать Творца, ибо «как вода – капля к капле, также сердце человека к человеку». И выходит, что, действительно, произнесение молитвы и слышания молитвы, постоянно дополняют друг друга, пока не соберутся они в полную меру, и обретают всё. [Бааль Сулам. Письмо 52] (02:08:08)

М. Лайтман: Вопросы. Вы уловили этот отрывок?

Вопрос: Он говорит «произнесение молитвы и слышание молитвы» – это сочетается вместе, можно ли это объяснить?

М. Лайтман: Я скажу, но – чтобы это вас не путало: молитва тоже приходит от Творца. То, что я говорю – это Творец говорит, но за этим есть то, что я слышу. Когда мы иногда говорим человеку: «Ты слышишь, что ты говоришь? Обрати внимание на то, что из тебя выходит». И поэтому у нас это «выяснения молитвы», «изречения молитвы». Есть, конечно, еще здесь много чего. То есть я от этого учусь тому, что Творец в данный момент хочет, чтобы я произнес. И здесь есть уже учеба: правильно – неправильно, хорошо – нет, почему так. (02:09:43)

Ученик: А когда Он произносит эти молитвы в те 5-ть минут, о которых мы говорили?

М. Лайтман: Конечно, это не та молитва, которая написана в молитвеннике, ты же понимаешь. Когда мы говорим о молитве, мы говорим о знаках сердца – сердце говорит. И поэтому весь молитвенник, который мудрецы великого собрания написали нам – если человек может это сказать, пусть скажет. Есть у него уже какой-то комплект, такая порция своя как бы для масс, но не это молитва.

Ученик: Когда чувствует в сердце, что он действительно хочет соединиться с товарищами, − это единственный путь продвижения к Творцу? В эти пять минут молитвы относительно каждого товарища, нужно просить, чтобы изъяны превратились в ускорение десятки? Или в общем видеть десятку, пятерку? 

М. Лайтман: Это вопросы очень большие, очень обширные.

Ученик: Так откуда начать?

М. Лайтман: Я не могу тебе сказать, это ты должен выяснить. Нет, вопросы, – да. Как я говорю обо всей десятке, о каждом товарище? Или как я вижу, что с этим я нахожусь в слиянии, а с этими – нет? И для чего каждый раз думать, в слиянии я или нет? О себе. Я должен приблизить их, насколько возможно, то есть я вижу товарищей, что они не находятся на 100% в слиянии с Творцом. Прежде всего, это изъян. Так я должен подталкивать их, чтобы они были в слиянии с Творцом, или я должен исправить себя, чтобы увидеть, что они уже находятся в слиянии с Творцом? Да? Это первое. Второе, что я должен здесь организовать молитву. И молитва, которую я организовываю за товарищей, я обращаюсь к Творцу. (02:12:09)

К какому понятию «Творец» я обращаюсь? То есть здесь нужно сформировать хисарон движения, стремления, намерения – это проясняется из работы. Из работы! Но любое занятие этим – это просто благословение; стоит находиться в этом. То, что я думаю, как товарищи будут стоять у меня в слиянии между собой и Творцом, и я привожу к этой форме, – это называется, что я исправляю душу свою в итоге, ведь это отражение моей души то, что я вижу снаружи. 

Что такое десятка? Десятка – это моя душа, когда вместо того, чтобы видеть это внутри себя, я вижу снаружи. Ты слышишь, Шамир? Всё. И передо мной так – всё понятно – только благословить за то, что Он сделал нам, как написано, что Творец сделал нам такую фотокамеру на задней стенке головы.

Представьте себе – я смотрю на вас, и это всё – элементы моей души. Хотя и кроме этого есть, но по крайней мере то, что Он мне тут показывает. И как я могу раскрыть в себе так много разных особенностей? Но это существует, и посмотри, насколько в каждом это сложно из такого множества. И как мы поднимаемся по ступеням, – это всё расширяется на каждой ступени в десять раз больше. Резолюция. Это всё больше, больше и больше, пока весь мир не становится в моих глазах, как одно сообщество. Но не то, что все становятся буквально одним желанием, а так много желаний, так много разновидностей и все они интегрально соединены. И это называется «первое исправленное кли». Ты посмотри, какое постижение есть у нас в Творце через эти келим! Чтобы раскрыть Его, мы должны постичь такое сложное кли, где каждый элемент его состоит из всех. Это невозможно представить. И всё это, как сказано: «Увидит картину Творца». (02:15:06) 

Ученик: Например, вчера мы были на распространении. Можно было увидеть величие товарищей практически: сколько усилий, сколько часов товарищи хотят распространять истину. И это состояние благодарности за то, что ты видишь этих товарищей великими практически. Кроме благодарности в сердце, есть еще что-то сделать, хотеть, чтобы все были в этом, чтобы все получили от этого наслаждение? 

М. Лайтман: Только молиться, чтобы все товарищи получили пробуждение, и начали бы говорить от сердца к сердцу каждому из Исраэля. Да, это очень важно.

Вопрос: Вы сказали сегодня очень важное, что нужно, чтобы было очень четкая связь с товарищами. Как мы строим более острую, четкую связь с товарищами?

М. Лайтман: Я не знаю, мы говорили об этом всё время. Может быть вам нужно поговорить об этом сейчас, потому что вы выходите в рабочий день. Как вы в течение дня, с помощью этого дня и силы забвения (об этом написано), как с помощью этого вы усиливаете связь между вами и с помощью этого вы, буквально приближаетесь к объединению между вами? О раскрытии Творца нечего просить и так уж ожидать. Мы должны побеспокоиться о кли. Свет находится в абсолютном покое. Но хисарон − он только в кли, в кли есть недостаток. Вот это кли – это объединение между нами и по мощности, и по всем свойствам, которые есть там, насколько более сложно составной и так же объединенный – это кли даст нам возможность постичь Творца.

Первая ступень постижения Творца – первое состояние, в котором я действительно доставляю Ему наслаждение. Практически мы и сейчас доставляем Ему наслаждение тем, что занимаемся этим, и пробуждаем много волн вокруг себя на окружающие света. Но то, что мы занимаемся этим, нужно очень это почитать, превозносить и стараться находиться в этом целый день. То есть я работаю, я разговариваю, я слушаю, я еду (не важно) − всё время думаю, как я содействую тому, чтобы быть в объединенной десятке, для того чтобы этим доставить наслаждение Творцу, чтобы Он почувствовал, что мы хотим приблизиться к Нему. И тогда каждый товарищ, чтобы так старался. И вы можете. Я говорю вам − вы уже находитесь в состоянии, когда практически вы можете производить эти действия, то есть получать в них реакцию и ответ практически. 

Ученик: То, что я понял − мы строим хисарон более чистый, к более сильной связи между нами. 

М. Лайтман: Сильная связь между нами, когда я хочу, чтобы была сильная связь между товарищами. Я не думаю о себе, я думаю о том, как я помогаю им, молюсь за них, думаю о них, как о младенце. Это моя душа. Давайте не обманывать себя – это моя душа. Я хочу, чтобы она была исправлена. В сущности, моя душа – это всё человечество. Но по крайней мере, если я это делаю, то я уже начинаю приближаться. А потом я увижу, как вся эта группа, как всё больше и больше в нее собираются круги, более далекие от этого идеала, от этой цели, так, что весь мир находится в этом. И это всё, всего лишь будет десять. Как мы учим: каждая сфира делится на 10, и каждая десятая её снова на 10, и снова на 10 – так ты увидишь не на деление, а наоборот, на присоединение, обратно они будут собираться в десятку – это кли Адама Ришон.

Ученик: Вы знаете, много раз мы пытаемся помочь товарищам, чтобы у нас было более сильное объединение, молимся за них, чтобы был хороший пример. В чём эта помощь, которую я хочу дать товарищам, чтобы построить эту связь?

М. Лайтман: Помощь, которую я могу оказать товарищу, чтобы была хорошая связь между товарищами, в том, чтобы я понял и прочувствовал, что без меня, без моей силы они не могут объединиться. Что жизнь и смерть духовная их находится в моих руках. Ты можешь также представить это, что это твоя душа и ты сейчас решаешь, она будет жить или умрет – буквально так, я тебе говорю со всей серьезностью. Так твоими мыслями о группе ты определяешь. Ну, реши и сделай. А сделать, это значит только думать об этом. Но всё время, как мать, которая думает о маленьком ребенке, которого она больного оставила дома, но нет выбора, она обязана его оставить и выйти куда-то, на работу или еще куда-то. Но она всё время думает о нём, всё время – это главное. Физически она находится в каком-то месте, но ее сердце находится там. Так и мы должны. Постарайся. (02:22:29)

Вопрос: Вот в связи между товарищами можно раскрыть Творца. А как лучше Его насладить – или мысленно, или какие-нибудь действия делать практические?

М. Лайтман: Доставить наслаждение Творцу – это наверняка правильней делать через действия. Так каждое действие, которое мы можем сделать так, чтобы это вызвало большее объединение в группе между товарищами, это очень похвально, это очень эффективно. У нас нет так уж много возможностей в этом, но, допустим, на конгрессе, когда мы готовим конгресс, когда мы готовим уроки, трапезы, связь, выход в мир, переводы – всё, что мы готовим к этому, это очень большое дело. То, что мы выходим на наше распространение, кроме того, это тоже очень, очень и очень важно. Мы этим организуем более правильно нашу организацию, мы должны просить и помогать нашим товарищам всем за границей, в каждом месте, чтобы они организовались более правильно к конгрессу, чтобы у них было всё, что им нужно, обеспечить им материал, обеспечить им хорошую связь, если чего-то недостает, перевод – всё. Заботиться буквально обо всём: как им организовать трапезу, может быть, даже таким образом помочь им, чтобы были общие трапезы, и так далее. То есть, сделать так, чтобы мы по всему земному шару сидели за одним столом, и с одной темой, и выясняли бы её, и объединялись – это мы сейчас должны до конгресса всё организовать. Хорошо?  Я очень надеюсь, что так и будет.

Вопрос (Питер): Когда мы говорим о жажде раскрытия Творца и так далее – можно ли сказать, что на самом деле это истинное, глубокое стремление попытаться понять ближнего, товарища понять, поставить себя на его место, что это на самом деле главная задача для человека, которая стоит в жизни перед ним?

М. Лайтман: Можно так, мы проходим много выяснений. На самом деле, когда мы приходим к концу, то выясняем нашу связь с источником жизни, мы достигаем нашей связи с самим собой. Кто такой Творец в итоге? Это самая-самая внутренняя точка меня, и достичь ее я могу только из противоположного состояния. Поэтому у меня есть эго – желание получать, которое ненавидит Творца, мою внутреннюю точку моей жизни. Это для того, чтобы я выяснил все эти вещи, прояснил их как можно больше, но в конце концов я раскрываю, я прилепляю себя к источнику жизни, я включаюсь в него. Там еще есть такие состояния, о которых мы не можем говорить, у нас даже нет слов, как выразить это нашими словами, из нашего эго. Но только понять, что слияние с Творцом – это слияние с жизнью. Человек приходит к тому, что он слит с самим собой, и Творец находится там. Слов нет.

Вопрос (Киев): Вы Шамиру отвечали на вопрос и сказали, что готовы уже получить какой-то ответ, реакцию к просьбе. И вот я сейчас выйду с урока и буду каждый час по вашему совету в течение пяти минут в сердце соединяться с товарищами и с Творцом. Вот какого ответа и реакции я должен ждать, просить и добиваться?

М. Лайтман: Нет, вы не поняли меня. Вы не обязаны соединяться с товарищами практически, по телефону, а через сердце. Через сердце, я надеюсь, что вы не расстанетесь с ними, будете всё время соединены, но, по крайней мере, что этот звоночек раз в час напомнит вам об этом. Если вы привыкнете к этим пяти минутам в час, потом будет всё больше и больше, это не будет мешать никакой работе. Так о чём он спрашивал?

Ученик: Я спрашиваю о том, как, когда я в сердце товарищей соединяю?

М. Лайтман: Ты должен видеть: допустим, сейчас ты выходишь на работу и работаешь там до 7-8 вечера, есть у тебя работа такая, круглые сутки, как я понимаю, ну, короче говоря, много работы. Ты из часа в час, скажем, в 9 ты внутренне связался, потому что получил напоминание в 10, в 11, в 12. Потом ты начинаешь чувствовать, что эта привычка становится второй натурой, тогда уже нет проблем, и тогда не тяжело уже быть в этом. А потом даже эти 5 минут проходят, ты работаешь на своей работе, а они тянутся, переходят еще в 10 минут, еще в 15 минут, пока ты не начинаешь быть всё больше и больше связанным в мыслях о товарищах, как та же мать, которая думает всё время о своем маленьком ребенке, который остался дома, и это не мешает. Но ты же говоришь о продвижении к Творцу! – это зависит от тебя, и поэтому ты должен радоваться. То есть это должно давать тебе силы в жизни, и также благословение в работе твоей, и Лео в Нью-Йорке, и еще нескольких человек, о которых я очень забочусь, чтобы вы достигли успеха. (02:29:50)

Вопрос (Иерусалим): Можно определить это состояние отчаяния, как результат недостатка любви и невозможность дать то, чего нет у меня, и того, что нет, я прошу?

М. Лайтман: Попробуй и увидишь. Вместо того чтобы ко мне обращаться с вопросом, ты можешь обратиться к Творцу и попробовать почувствовать там, в месте этого вопроса, также и его ответ.

Вопрос (Хадера): Есть у меня вопрос по поводу качественного усилия внутри группы или десятки. Скажем, действительно у меня есть свободное время вечером, или я сейчас сижу и думаю, как я в это свободное время буду отдавать товарищами, или я прихожу сюда, допустим, в центр, и какое-то физическое действие делаю, исправляю столы. Что я должен требовать за это усилие – величие товарищей, любовь товарищей? 

М. Лайтман: То, что мы говорили сегодня: ты не требуешь любви для себя. Ты требуешь, чтобы это было им, ты сейчас отвечаешь за то, что происходит с ними. Как шац, как габай, не думаешь о себе (допустим – ну, если он в порядке, если он не эгоист). Если он не устраивает всё это место для личного блага, он заботится о том, чтобы всё это было им, для них. Это ты должен делать.

Вопрос (Сочи): С одной стороны, чтобы прийти к отчаянию, мне нужно перебрать все варианты, что из этой тюрьмы нет другого выхода. А с другой стороны, я должен каждый день начинать с чистого листа? Или всё-таки надо помнить, что я уже проработал-перебрал, или просто в лоб опять в ту же стену?

М. Лайтман: Дорогой мой друг, начни с чистого листа, не начинай ни с отчаяния, или с чего-то еще. Начинай работать, начинай их соединять, как можно больше соединять их вместе, между собой и с Творцом посередине, вот как такой букет цветов. Начинай выполнять. Если отчаешься от этого, тогда поговорим, но так просто: «Я начинаю день с отчаяния» – откуда у тебя есть отчаяние? Откуда? Слава Богу, ты молодой, полон сил, и ты еще был на уроке – так нет отчаяния. Отчаяние в силах, когда человек хотел сделать что-то, и у него не получается. Так начни работу, и тогда отчаешься. 

Допустим, ты молишься за товарищей, ты хочешь, чтобы была связь между ними и Творцом, чтобы Творец помог им, и ты так делаешь в течение какого-то времени, не полминуты и не день или два – ну, по крайней мере, неделю. Через неделю ты смотришь – что происходит с ними? Ничего хорошего, может быть даже еще хуже стало. А может быть, то, что стало хуже, это хорошо? Так надо же благодарить. Но ты, всё-таки, будешь в отчаянии от собственных сил. Я поднимаю молитву к Творцу о товарищах, я хочу, чтобы они соединились лучше, я чувствую, что поддерживаю их, Творец чувствует, что я обращаюсь к Нему. Я хочу практически своих товарищей увидеть объединенными вместе, это моя душа, мне это необходимо – делай, и тогда поговорим. Ну, через неделю встретимся, хорошо? (02:14:13)

Вопрос (Кармиэль): Можно ли сказать в продолжение всего дня «Весь мир пришел для того, чтобы служить мне, а я – служить Творцу», когда уста и сердце равны?

М. Лайтман: Я не знаю, что такое уста и сердце равны. Я должен видеть, где они соединяются, где они разъединяются, с помощью какого прибора я это проверяю, как я могу поймать себя на обмане, да или нет, и то, что я говорю, – это не то, что я думаю, – думаю в голове или думаю в сердце, как раз-таки должно быть. Очевидно, рот и сердце связаны не в голове, а в сердце. И то, что есть в сердце, чтобы сразу поднялось к устам, а не в голову. Всё это я должен проверить. Поработаем над этим. Всё это еще нам предстоит. Но как раз-таки эта тема «Уста и сердце – равны» – это придет. Ничего не убежит от нас. Хорошо. (02:35:31)

Вопрос: Есть что-то очень особенное, когда мы делаем распространение вместе? Не идет, не получается – вдруг мы останавливаемся, собираемся и говорим о величии товарищей, величии Творца. Есть как раз что-то особенное в том, что это акция по распространению, тогда мысли более точные.

М. Лайтман: Попробуйте увидеть, как после этого у вас получается: лучше или нет? Может быть вы должны прийти еще к большему отчаянию, может быть вы должны достичь успеха, может быть вы должны достичь такого состояния, когда это вообще не влияет на вас: то это или другое. Вы в итоге продолжаете. Сказано: «Тысячу раз упадет праведник и встанет». Это хорошо, это хорошо – я вам завидую.

Ученик: Так я спрашиваю, что это общее распространение – это как раз дает очень четкое понимание?

М. Лайтман: Несколькими словами, которые вы произносите, вы передаете высший дух, который есть уже в вас – каждому человеку, с которым вы разговариваете. Поэтому неважно на самом деле, о чём говорите, главное, что за несколько минут или минуту он слышит, вы уже внесли в него вирус, он уже работает в нём и где-то там начнет выходить, произрастать, как росток. Да. Вот так это. Да, Лейбович? (02:37:24)

Вопрос: По поводу распространения: вдруг что-то очень важное есть, я действительно признаю, что нет другого действия, которое организует так мысли и сердце. Но если такое важное действие сейчас, то я не знаю, как его совершить – нет свободного времени. Как внести в мою закрытую жизнь, когда нет свободного времени, как бы что-то важное?

М. Лайтман: Это как РАБАШ говорит, один из учеников так жаловался: «Как я могу прийти на урок? Потом я должен работать целый день, управлять машиной. Я же могу совершить аварию, еще что-нибудь. Да, да. Так Творец устроил ему…

Ученик: Да, это действительно есть, нужно брать отпуск.

М. Лайтман: Да, да, я не знаю. Это оправдание на 100% справедливое. Это не оправдание, действительно проблемы – это настоящая проблема. Но только потом то, что Творец ему устроил, что у него забрали эту работу и дали ему такую работу, которая начиналась именно в 3 часа ночи. Ну и так он работал. Как же возможно? Уставал, работал. Что поделать – ведь это жизнь. И жизнь, и смерть – это вопрос. Ты не рассказывай мне, что ты такой занятой во всем, и жизнь и всё – это ты расскажи Творцу.

Ученик: Можно найти час в неделю, час с половиной.

М. Лайтман: Ты должен делать расчет, а не кто-то другой. Ты должен сделать расчет, только простой: либо я – в этом, либо я – снаружи. Вот и всё. Сделаешь расчет и увидишь: ничего другого не произойдет. Если я не участвую в таких действиях, где все устанавливают, определяют – я не в пути, я не по пути с ними. Тоже самое ты можешь сказать о подготовке к конгрессу, обо всём. Я знаю тебя. Понятно, что у тебя есть полно работы и высокая занятость. Да, конечно. Ко мне не обращайся. Я не спрашиваю, кто был, кого не было? Я не требую списков. Расчет придет. Понимаешь? Нет меня. Ты почувствуешь разницу на кассе, как говорится. Всё! Что мы должны сказать? (02:40:53)

М. Лайтман: Если мы каким-то образом пройдем уроки перед конгрессом, каждый урок такой – это будет хорошо.

Вопрос: А что побудило провести этот урок?

М. Лайтман: Я думаю, что благодаря товарищам, которые прибыли и также наш товарищ из Чили, известный наш старый товарищ так пробудил нас в начале. И вообще есть уже такая атмосфера единства, конгресса приближающегося, подготовки. Ты слышишь, господин программист? Пошли мне какую-то программку, чтобы я у себя поставил, каждые 5-ть минут чтобы я вспоминал о тебе, что ты мне сделал тяжелую жизнь. И будем надеяться, что вечером мы всё-таки, кроме того умника, пойдем на распространение. (02:42:27)

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/2UQx1n37?language=ru