Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Утро), 13 февраля 2024 года

Часть 3: Бааль Сулам. Введение в книгу Зоар, пункт 11

Чтец: Мы с вами изучаем «Труды Бааль Сулама», 104-я страница. «Введение в книгу Зоар», 11-й пункт, «Труды Бааль Сулама», 104-я страница.

М. Лайтман: Да, пожалуйста.

Чтец: 11) И нужно исследовать здесь те четыре способа постижений, которые приводятся выше в первом ограничении, а именно:

1. материю,

2. форму, облаченную в материю,

3. абстрактную форму,

4. суть.

Однако я объясню их вначале на конкретных примерах этого мира. Например, когда ты говоришь: герой, или человек честный, или лжец и т.п., ведь перед тобой находятся:

1. Его материя, то есть его тело,

2. Форма, облаченная в его материю, то есть герой, или честный, или лжец.

3. Абстрактная форма. Другими словами, ты можешь снять форму героя или честного человека, или лжеца с материи этого человека и изучить эти три формы сами по себе, не облаченные ни в какую материю и тело. То есть изучить качества героизма, и честности, и лжи и увидеть в них достоинство или порок, когда они абстрагированы от всякой материи.

М. Лайтман: Да. Если нет вопросов, мы продолжаем.

Чтец: И есть еще четвертое, которое я не прочитал.

4. Суть этого человека.

М. Лайтман: Да.

Чтец: (02:33) 12-й пункт.

12) Знай, что в четвертом способе, то есть в сути человека самого по себе, без материи, у нас нет никакого постижения. Ибо пять наших чувств и наше воображение, предлагают нам не более чем раскрытие действий этой сути, но [не предлагают] ничего от самой этой сути. Так, например:

Зрение предлагает нам только лишь тени этой сути, воспринимаемой [нами] соответственно впечатлениям, оставляемым ими на фоне света.

Слух есть лишь сила удара некой сути о воздух. А воздух, толкаемый ею, ударяет по барабанной перепонке нашего уха, и мы слышим, что вблизи нас находится некая суть.

Обоняние есть лишь воздух, исходящий от сути и ударяющий в наши обонятельные рецепторы, и тогда мы чувствуем запах.

Аналогично этому, вкус есть лишь следствие контакта некой сути с нашими вкусовыми рецепторами.

Таким образом, все эти четыре чувства предлагают нам лишь раскрытие действий, исходящих из некой сути, но [не предлагают] ничего от самой этой сути.

(04:39) И [это относится] даже к осязанию, самому сильному из чувств, отличающему горячее от холодного и твердое от мягкого. Ведь всё это не более чем раскрытия действий, происходящих внутри сути, и они являются лишь проявлениями этой сути. Ибо горячее можно остудить, а холодное – подогреть, а твердое с помощью химии можно превратить в жидкость, а жидкое – в газообразное, то есть лишь газы, которые абсолютно не воспринимается пятью органами ощущений, однако вместе с этим суть всё еще присутствует в нем. Ведь ты можешь снова превратить газы в жидкость, а жидкость в твердое тело.

И вот ты ясно видишь, что пять чувств не могут раскрыть нам никакой сути, а [могут раскрыть] лишь свойства и проявления действий этой сути. И известно, что всё, что не ощущаемо нами, не может быть также и представлено в нашем воображении. А то, что невозможно себе представить, никогда не сможет появиться в нашей мысли, и у нас нет способа познать его.

Таким образом, мысль никак не может постичь суть. И мало того, нам неизвестно, что собой представляет даже наша собственная суть. Ведь я чувствую и знаю, что занимаю место в мире, и что я твердый, и что я теплый, и что я мыслю, и [имею] другие подобные проявления моей сути. Однако, если ты спросишь меня, в чем состоит моя суть, из которой вытекают все эти проявления, я не знаю, что ответить тебе. Ибо [высшее] управление лишило нас постижения любой сути, и мы постигаем лишь проявления и образы действий, происходящие от [различных] сутей.

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (07:46) У меня есть вопрос, который немного трудно объяснить, но здесь написано так: чувствую и знаю, что занимаю место в мире, и я твердый, я теплый, я думаю – и тому подобное, из-за раскрытия действий моей сути. Откуда я знаю, что есть моя суть?

М. Лайтман: Я не знаю.

Ученик: Так почему я это называю именем и как бы...

М. Лайтман: Потому что я раскрываю действия, которые выходят из этого.

Ученик: Почему выходят из этого? Я раскрываю явление.

М. Лайтман: Явление, да.

Ученик: Да, но почему я говорю, что это выходит из моей сути?

М. Лайтман: А откуда они приходят?

Ученик: В этом именно и весь вопрос. Если мы пытаемся установить, что это моя суть, я вижу, что здесь проблема, потому что иногда мы не понимаем, здесь написано, как будто это моя суть. Может быть, это Творец, может, другая суть. То есть есть здесь такое, что мы пытаемся определить существование самой сути, и пытаемся отнести к этому какое-то определенное качество. Поэтому мне здесь трудно понять, как вообще мы говорим о чем-то, что совершенно не существует. Если это существует, так есть какое-то раскрытие этого. Если это не существует, как вообще говорят об этом и дают этому какое-то имя?

М. Лайтман: Есть что-то, что существует, но мы не воспринимаем его, а только с помощью раскрытия каких-то явлений, которые выпирают из него наружу.

Ученик: Я чувствую проблему в этом определении. Существует то, чего я не воспринимаю. Если я этого не воспринимаю, как я определяю, что это существует?

М. Лайтман: Потому что ты различаешь явления, которые исходят из него.

Ученик: И отсюда следует?..

М. Лайтман: Что что-то существует, но ты видишь только явления. А что это такое на самом деле, ты не видишь.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (10:23) Какие сути существуют в реальности?

М. Лайтман: Я не знаю. Может быть, есть очень много, я не знаю.

Ученик: Я спрашиваю это, потому что мы все время в восприятии реальности, и оно все время в развитии. Так я понимаю, что если я думаю о том, какие сути есть, то есть желание получать, и есть свет – это две сути. И я спрашиваю: я, как постигающий эти две сути, к чему я себя отношу? Я являюсь третьей дополнительной сутью? Человек – это еще одна суть?

М. Лайтман: Нет. Человек сам по себе – это соединение сутей, собраний.

Ученик: Что является особенностью человека? Как будто ему дали возможность смотреть со стороны?

М. Лайтман: То, что он может постичь себя.

Ученик: А что такое «себя»? Что это за суть «себя»?

М. Лайтман: То, что он существует напротив Творца, это дает ему отношение с Творцом. И исходя из этого, мы можем постичь сами себя.

Ученик: То есть отношение наше к Творцу – это, по сути дела...

М. Лайтман: Творение.

Ученик: Если это творение, значит, нужно все время это развивать?

М. Лайтман: Да.

Дальше.

Чтец: (12:10) 13-й пункт.

13) В первом способе, то есть в материи, иначе говоря, в проявлениях действий, исходящих из любой сути, у нас есть полное постижение, ибо они объясняют нам с абсолютной достаточностью суть, заключенную в материи. Таким образом, что мы совершенно не переживаем из-за отсутствия постижения сути как таковой, и у нас нет в ней недостатка, как нет у нас недостатка в шестом пальце на руке. А постижения материи, то есть проявлений действий этой сути, нам совершенно достаточно для любых наших нужд и познаний – как для постижения нашей собственной сущности, так и для постижения любой сущности, находящейся вне нас.

М. Лайтман: Хорошо, дальше.

Чтец: (13:36) 14-й пункт.

14) Второй способ, то есть форма, облаченная в материю, тоже является ясным и совершенно достаточным постижением. Ведь мы познаем ее из реальных и практических опытов, которые мы обнаруживаем в поведении всякой материи. И отсюда исходит всё наше глубокое познание, на которое мы можем надежно опереться.

М. Лайтман: То есть форма, облаченная в материю – это нормально, мы это постигаем.

Дальше. 15-й.

Чтец: (14:29) 15-й.

15) Третий способ, то есть абстрактная форма. Другими словами, после того как некая форма единожды раскрылась нам, будучи облаченной в какую-либо материю, наше воображение обладает силой совершенно абстрагировать ее от материи и исследовать ее в отрыве от всякой материи. Подобно хорошим и добрым качествам, рассматриваемым в литературе по нравственному воспитанию. Ведь мы рассуждаем о таких качествах как истина, ложь, гнев, мужество и т.п. в то время как они совершенно абстрагированы от всякой материи. И мы приписываем им достоинства или недостатки несмотря на то, что они являются абстрактными.

И знай, что этот третий способ не приемлем с точки зрения осторожных каббалистов, потому что на него нельзя положиться на сто процентов. Ибо когда [эти формы] обсуждаются в отрыве от материи, в них можно легко ошибиться.

Так, например, поборник идеальной морали, другими словами, человек нерелигиозный, настолько превозносит достоинство правды как таковой, в отрыве от материи, что даже когда можно спасти кого-нибудь от смерти благодаря лжи, которая будет им сказана, может сам решить, что даже если весь мир погибнет, с уст его не сорвется заведомая ложь. И это не является мнением Торы, ведь: «Ничто не устоит перед спасением жизни».

(16:49) И, действительно, если бы он изучал формы правды и лжи, когда они облачены в материю, он понимал бы их только согласно тому, полезны ли они или вредны для этой материи. Иными словами, как результат большого опыта, накопленного людьми, когда стали ясны великий вред и разрушение, вызванные ложью приверженцев лжи, и великая польза, произведенная приверженцами правды, державшимися решения говорить только правду, люди пришли к согласию, что нет достоинства выше правды и нет низости позорнее лжи. И если бы этот идеалист понимал это, он, безусловно, согласился бы с мнением Торы, что ложь во имя спасения хотя бы одного человека от смерти неизмеримо важнее всего величия и достоинства абстрактной правды.

Таким образом, нет никакой определенности в понятиях, относящихся к третьему способу, то есть абстрактным формам. И уже можно не говорить об абстрактных формах, которые никогда не были облачены ни в какую материю, ибо подобные исследования являются лишь пустой тратой времени. [Бааль Сулам. Введение в книгу Зоар]

М. Лайтман: Это непростая вещь. Не простая. Что значит пустая трата времени? Почему мы все-таки не должны продолжать и исследовать все больше и больше, и сказать, что мы когда-то придем к этому состоянию? Почему он не говорит, что в конце всех исследований мы придем в нашем развитии, мы придем к состоянию, когда мы да сможем определить?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (19:32) Что такое абстрактная форма в нашей работе? И почему он так предостерегает от этого? Почему он против этого?

М. Лайтман: Потому что ты не можешь ухватиться, ты не можешь ее держаться. Ты берешь книгу, и там написано, что такое, когда человек герой или лжец – неважно. Потом ты идешь к кому-то и хочешь облачить это на него. И что получается у тебя? Что ты, собственно, берешь абстрактную форму и облачаешь на живого человека.

Ученик: Так, может быть, мы вернемся? Что такое материя, а что такое форма, облаченная в материю?

М. Лайтман: Ну, мы это уже учили. Материя – это сама по себе материя, по которой не может быть никакого сомнения, потому что это ощущается нашими четырьмя органами чувств. А форма, облаченная в материю – это внутренняя часть.

Ученик: Но в работе можно сказать, что это желание и намерение на желание. Что это в нашем отношении к реальности? Мы ведь не говорим о материале каком-то, верно?

М. Лайтман: Ты спрашиваешь о какой ступени?

Ученик: О нашей работе.

М. Лайтман: Наша работа должна быть во всех этих четырех ступенях.

Ученик: (21:16) Так для того, чтобы знать, чего остерегаться, я хочу начать сначала. Что такое материя в нашей работе и что значит форма, облаченная в материю?

М. Лайтман: Материя – это на самом деле материя. Это дерево, камень, железо. Неважно, материя.

Ученик: А форма, облаченная в материю?

М. Лайтман: Это форма, которая вообще не относится к материи. Ты можешь нарисовать ее в компьютере или своим воображением, а затем передать эту форму… Как это сказать? Ну, из этого сделать это в материале.

Ученик: Так есть у нас опыт и знание в нашей жизни, что такое материя, что такое форма, облаченная в нее. И он говорит: очень остерегайтесь абстрагировать эту форму и делать выводы из этого.

М. Лайтман: Ну.

Ученик: Так чего здесь остерегаться? Где граница, чего мы должны остерегаться?

М. Лайтман: Это не граница материи и формы, облаченной в материю. А когда мы учим форму, облаченную в материю, чтобы мы не убегали от реальности.

Нет, я уже устал.

Форма, облаченная в материю – это то, что мы видим. Ты можешь сказать: человек, несмотря на то, что он из глины или из камня – это форма.

Ученик: Да.

М. Лайтман: Форма абстрактная. Ты уже не говоришь о чем-то, что существует, а то, что существует в твоем воображении.

Ученик: Так он предостерегает от воображения. Не пользуйтесь воображением, там, где…

М. Лайтман: Он хочет определить нам эти границы, до какой степени мы можем продвигаться с нашими органами чувств и воображением, и там, где мы уже не можем этого делать. И это все.

Вопрос (Чтец): (24:08) Когда мы говорим, что мы должны обращаться к Творцу, просить, что является правильным образом Творца, согласно этим определениям? Когда мы обращаемся к Творцу, для чего мы обращаемся, к чему, к какой форме, какой сути, какому облачению?

М. Лайтман: Это Высшая сила, которая определяет нам весь материал, все формы и всю реальность, которая дана нам в ощущении.

Ученик: Слышится, что это абстрагировано от желания. То есть, если есть Высшая сила, которая все устраивает, она вне желания?

М. Лайтман: Высшая сила, Творец, конечно же, это абстракция.

Ученик: Когда мы обращаемся с молитвой, куда мы обращаемся, к чему? К сути?

М. Лайтман: Мы обращаемся к Высшей силе, в силах которой построить нам все это восприятие.

Ученик: А где это воспринимается, эта сила? Где она воспринимается у нас?

М. Лайтман: В нашем воображении.

Ученик: Так, об этом воображении. Это что, форма эта абстрагированная? Что это, суть?

М. Лайтман: Это воображение находится в нас.

Ученик: Но ясно, что находится в нас. Мы можем это представлять.

М. Лайтман: В нашем воображении.

Ученик: Верно. Но мне это слышится, как опасность находиться в четвертом определении сути или абстрактной формы.

М. Лайтман: Нет, ни то и не другое. Если мы говорим о Творце, у нас нет возможности ухватить, понять это.

Ученик: Вот именно. И когда мы обращаемся с молитвой, когда наша работа, в конечном счете, сводится к молитве, к кому мы обращаемся?

М. Лайтман: Обращаемся к какой-то Высшей силе.

Ученик: Какой-то?

М. Лайтман: Какой-то, которая не находится в нашем восприятии.

Ученик: То есть она абстрагирована от нас?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так почему мы не переходим к четвертому или третьему определению? Предостережение третье, четвертое – не касаться сути или абстрагированной материи. Когда мы обращаемся с молитвой, мы как раз касаемся этих пределов.

М. Лайтман: Но Творец находится вне этих ограничений.

Ученик: Но почему же это не называется, что мы переходим эти ограничения: третье и четвертое?

М. Лайтман: Я тебя не понимаю. Эти ограничения: три и четыре, что это?

Ученик: Суть и абстрактная форма.

М. Лайтман: Да, я не могу понять ни суть, ни абстрактную форму. Я способен понять, как творение, только форму облаченную.

Ученик: Это называется Творец, да? Когда Его постигаешь – Творец, Борэ, приди и увидь – когда Он облачается в меня, облачается в мое свойство отдачи, которое во мне.

М. Лайтман: Ну.

Ученик: Так прежде, чем Он облачился в меня, когда мы говорим молитва, к какой форме Высшей силы мы обращаемся?

М. Лайтман: Ты обращаешься к Творцу, который по твоему восприятию, твоему воображению, как ты это себе представляешь, у тебя есть с Ним связь.

Ученик: (28:05) Так как представить, как правильно обращаться вообще к Творцу?

М. Лайтман: Как ты можешь себе это представить?

Ученик: Мы должны представлять Его согласно тому, что Он должен раскрыться в наших взаимоотношениях, в виде отдачи, когда мы чувствуем себя в едином желании, в одном сердце, с товарищами в десятке, там. Это называется Творец (Борэ).

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так к какой форме я правильно обращаюсь, когда я обращаюсь к Творцу?

М. Лайтман: Ты обращаешься к форме, которая выше тебя, включает в себя все, бесконечное, и невозможно понять ее, невозможно ее определить каким-то образом, а просто Добрый, Творящий добро и Управляющий всем.

Ученик: А почему это не называется перейти ограничения абстрактной формы и сути?

М. Лайтман: Ты не помещаешь его ни под какие ограничения, никакие границы.

Ученик: Вот именно. И поэтому это называется, что Он абстрагирован от меня, и поэтому я должен здесь ошибиться, согласно тому, что я понял из того, что говорит Бааль Сулам, что мы не соблюдаем третье и четвертое ограничения. А мы определили, что Творец абстрагирован от меня, Бесконечность, вне всего, нет у меня никакого постижения Его.

М. Лайтман: Ну, хорошо.

Ученик: Как же я могу обратиться к кому-то, абстрагированному от меня, если это ограничение?

М. Лайтман: Это другой вопрос. Как я могу обратиться к чему-то, что не воспринимается моими органами чувств, да?

Ученик: Да.

М. Лайтман: Я обращаюсь к чему-то, что влияет на мои органы чувств, несмотря на то, что я не ощущаю этого. Почему? Я скажу. Потому что у меня есть вера мудрецов. Вера мудрецов.

Ученик: Которые уже постигли это.

М. Лайтман: Они уже постигли или не постигли – у меня нет возможности здесь определить. Но то, что я полагаюсь на них, дает мне возможность обратиться к ним, к этим мудрецам. Это такая вещь очень скользкая.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (31:08) Продолжить это. Можно сказать, что обращение к Творцу является материей?

М. Лайтман: Нет.

Ученик: Это желание, которое вдруг есть в человеке, потребность обратиться к Творцу. Почему же это не материя?

М. Лайтман: А что это за материя?

Ученик: Само обращение к Творцу.

М. Лайтман: Ты можешь говорить про любую ступень сейчас и говорить, что первая ступень – это материя.

Ученик: Не понял.

М. Лайтман: Почему вдруг первое обращение к Творцу, которое ты выбираешь, называется материей?

Ученик: Если нет, почему я это буду делать, если у меня нет желания к этому?

М. Лайтман: Хорошо. Есть у тебя желание постичь Творца. Ты можешь сказать, что это действительно существует?

Ученик: Желание постичь Творца?

М. Лайтман: Да. Так как может быть это желание постичь что-то, что ты не можешь определить, которое как бы не существует относительно тебя?

Ученик: Так вот это и трудно. Но обращение к Нему – это в любом случае что-то начальное, первое, что может быть у меня такое желание.

М. Лайтман: Он не определяет это таким образом.

Хорошо, мы оставим это на завтра.

Объявление (33:07)

Песня (35:07)

Набор: Команда синхронного набора

Ссылка на урок в Медиа Архиве https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/tWmBWr2c