Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 25 июля 2026 года
Часть 1: Урок на тему «От любви к товарищам к любви к Творцу» (в записи от 14.06.2013)
Чтец: … В первой части мы будем изучать урок Рава в записи от 14 июня 2013 года. Урок 5 конгресса в Красноярске «От любви к товарищам к любви к Творцу».
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: (05:11) Тема урока мне задана как «От любви к товарищам к любви к Творцу». В принципе любовь к Творцу, то есть к свойству отдачи, это самая главная наша задача, единственная в принципе задача, все остальные они являются только основой для ее достижения, для ее решения. Любовь к свойству отдачи, это значит находиться все время в этом свойстве, своим желанием стремиться к ней, к этой любви, к этому свойству.
Как можно вообще устремиться к свойству отдачи и любить его так, как мы любим сегодня, неосознанно, бессознательно, инстинктивно получать, ощущать в себе. Я постоянно ощущаю, чего бы мне еще не хватало. Автоматически, смотрите, как вы сидите в самой оптимальной позе из всех возможных в данных обстоятельствах, как вы выбираете в жизни максимальное наслаждение при минимуме затрат.
Так мы запрограммированы и так работает постоянно все наше тело, каждая его клетка. Как нам достичь такого же состояния, только наоборот, чтобы свойство отдачи давало нам такое же наслаждение, чтобы мы все время автоматически выбирали, как я могу максимально отдать, как я могу максимально насладить.
Это возможно, если я только кого-то очень сильно люблю и тогда я все время зациклен на то, чтобы замкнут, на то, чтобы максимально его наполнить. Как вот мать своего малютку держит и все время думает, что ему еще не хватает, что ему еще я могу дать. Вы видите, как со стороны она все время смотрит на него и все время в нем.
Как можно нам быть в таком состоянии к свойству отдачи, к любви ко всем? Сколько бы мы себя не убеждали в том, что это мы, это на самом деле моя душа, только она специально вот так вот представляется мною, как все эти существующие вокруг меня. Я именно называю это «существующие» таким неопределенным родом, потому что не воспринимается мной это как необходимое мне, как действительно моя часть.
А свойство отдачи это вообще какое-то чего-то неопределенное. И говорится, объясняется нам так в каббале, что это свойство отдачи оно бестелесно, не ощущаемо само по себе, а только в каком-то носителе. А носитель его это мы.
(08:23) Поэтому, как нам вообще это выразить? Как мне начать ощущать, что отдавая другому я наслаждаюсь? Вот наслаждаюсь самым большим наслаждением. И каждый раз, когда я что-то вот даю, меня наполняет. Если бы мы непосредственно так испытывали бы такие ощущения в отдаче, то мы бы отдавали бы. А как же? Тогда бы наша отдача была бы ради получения. То есть, это было бы закамуфлированный эгоизм, закамуфлированное получение и ничего иного при этом мы бы не испытывали, никогда из себя бы не вышли.
Люди многое в жизни отдают для того, чтобы приобрести наслаждение. Мы постоянно зарабатываем для того, чтобы обменять потом наш труд, наши усилия на какие-то наслаждения, наполнения, удобства. Как нам подняться над тем, чтобы отдача была не эгоистической, когда и само действие, оно в других, и само наслаждение ощущается в других, а не во мне, не в моем эгоизме, не в моих желаниях, когда я просто переселяюсь в других. Возможно ли это? Нет, невозможно. С помощью нашей природы мы ничего не можем достичь. Для этого необходимо именно включение или участие этого высшего свойства отдачи, существующего вне нас, оторванного от нашего эгоизма, Высшая сила, которая называется Творцом, чтобы эта сила нам помогла. Помогла оторваться от себя и начать ощущать и действие, и его результат, и наслаждение, наполнение от результата, все вне меня. А я остаюсь только с одним своим исконным решимо, точкой в сердце, а весь мой эгоизм не наполняется. Он остается пустым. На него действует тот же запрет Первого Сокращения, что эгоистические желания не наполняются.
То есть я полностью должен отказаться от того, чтобы чувствовать наслаждение в себе и перенестись в ощущение наслаждения в других, и чтобы они стали моими. Я не хочу слишком много распространяться на эту тему, потому что это очень пугает, в общем-то, в итоге, человека, он начинает понимать, насколько это от него оторвано, и, в общем, это его ослабляет.
(11:52) Для того, чтобы нам достичь этого свойства, подобия Творцу, то есть только отдачи, и только в ней существовать, в свойстве абсолютной отдачи, без всяких каких-то движений или обратных связей к себе, для этого нам дана группа, на которой мы должны все это обговорить, осознать, ощутить, поэкспериментировать все эти возможности, убедиться в том, что мы не можем этого сделать, и все равно пытаться, вгрызаться друг в друга, чтобы как-то вот для меня эти морды совершенно индифферентны, а я все равно… Даже, может быть, отталкивающими, мне вдруг кажутся, и это так и будет. А я все равно в той мере, в которой я буду желать им отдавать, и в них ощущать свою радость, свой результат, только в них, в той мере я буду ненавидеть их еще больше.
Я буду чувствовать, насколько это противоположно моему эгоизму: работая на другого, и все время, чтобы он был в выигрыше, и я при этом наслаждался бы его выигрышем, его наполнением, его радостью. Только в этом, отрывая все больше и больше от себя, и все больше и больше ощущая, что я обязан чувствовать это в нем, свою радость, свое наполнение в нем, все ради него. Это невозможно сделать одному, должны быть передо мной яркие примеры моих товарищей, которые показывают явно, что они то же самое делают. Когда мы все находимся в атаке против себя, и видим только другого, как объект и как результат нашего действия отдачи. Точка нашей работы, концентрации нашего внимания, она именно в том, чтобы – где я ощущаю, в ком я ощущаю свое наслаждение, свое наслаждение, во мне или в другом. Вхожу ли я в другого, и пытаюсь ли я своими действиями вызвать в нем наслаждение, и ощутить, как он наслаждается. И от этого радоваться. И от этого наполняться. Все время контролировать себя. Я пытаюсь это сделать.
(15:20) Когда человек все время находится вот в этой работе полного внутреннего самоконтроля, напряжения, в своих товарищах, в них я желаю ощутить радость. Моя радость – это радость от ощущения, что им хорошо, что я это вызвал. Я горжусь тем, что я вызываю в них это наполнение, я горжусь тем, что они радуются результатам моего намерения, моего труда. Я могу этим гордиться, потому что это свойство отдачи, я могу от этого радоваться, потому что это не ради себя. Я должен сделать так, чтобы жить в них.
Если я таким образом концентрирую свою работу и все время выхожу из себя, все время вхожу в них, все время переношу себя в них, ощущаю радость от того, что во мне остается пустым мое незаполненное эгоистическое желание, а желание все это в них переносится, – это и называется созданием внешнего кли, ор хозер, обратный отраженный свет, то в итоге я начинаю в них раскрывать свойство отдачи, которое сам в принципе создаю. Этим я создаю Творца. Так и сказано, что мы его создаем, мы его делаем, то есть мы проявляем это общее свойство в наших усилиях в других.
И тогда, когда постепенно я вот так перевожу из себя весь свой эгоизм в других и опустошил, вроде бы, свой эгоизм и перенес его в других, этим я заканчиваю такую меру, которая называется «сэа». Это древняя мера измерения объема, сыпучих продуктов, допустим. Сэа.
Когда я заканчиваю этот перенос из всего того, что я думал насладиться, в то, чтобы их насладить и в них ощутить свое наслаждение, я этим наслаждаюсь, в них наслаждаюсь. Как говорится, ки бо исмах либейну, чтобы в Нем возрадовалось твое сердце (Псалмы 33:21).
Когда я заканчиваю это, я начинаю ощущать первую духовную ступень. В ком? В моих товарищах. И в них же внутри слияние с этим свойством отдачи, которое закончилось в этой сэа, в этом во всем объеме, мною перенесенном. И тогда я там ощущаю это свойство отдачи, интегральное, собранное мною из всех моих попыток.
(18:55) Это десять попыток. Хотя они разлагаются, мы ещё не понимаем, не можем их сосчитать, но в принципе они разлагаются на десятки, может быть, на сотни всевозможных моих вот таких вот усилий.
И начинаешь ощущать свойство, общее свойство отдачи, которое ты сам, в принципе, вызвал. Когда оно интегрируется вместе, получается одно общее, единое свойство. И в этом свойстве, в нем ты начинаешь ощущать его самостоятельное существование. Оно и называется Творец.
Это свойство, оно изначально существовало. Ты от него начинаешь получать, наконец-то, понимание того, что оно тебя и создало, и все, и весь твой эгоизм в тебе создало, для того, чтобы ты его вот так вот собирая, работая над ним в других, перенося себя в других, обнаружил вот это свое духовное кли в других, а свой эгоизм оставил бы пустым, сокращенным, в Первом Сокращении. И это свойство и называется Творец. Поэтому сказано: «От любви к товарищам к любви к Творцу».
В этом вся методика. Ничего другого нет. Только одно это единственное действие по переносу себя в товарищей, по обнаружению в том, что ты перенес, общего свойства отдачи или Творца. Но в этом ты обнаруживаешь новое измерение, новый мир, Высший, существующий на свойстве отдачи, а потому не приходящий, то есть не изменяющийся, постоянно развивающийся, вечный, бесконечный. И ты себя в нем ощущаешь.
Если бы на этом все закончилось, мы бы уже остались бы в этом вечном состоянии и ощущали бы себя в нем, существующими практически в отрыве от нашего тела. Потому что оно находится уже пустым. Тело, имеется в виду наше желание, а это и есть тело. Мы ни с чем не ассоциируем, в принципе, себя, кроме как с желанием. Поэтому люди, которые опустошаются в нашем мире, они кончают жизнь самоубийством. Если он полностью опустошен, он не чувствует, что существует дальше.
(21:55) Но дело в том, что это всего лишь одна маленькая часть, на самом деле, нашего эгоизма. Желание этой внешней силы, Творца, свойства отдачи, чтобы мы ее постили полностью. И поэтому нам добавляется немедленно тут же новый, дополнительный эгоизм, совершенно иного свойства. Уже неземного, как на первой ступени, с которой мы должны были подняться вверх от духовного эгоизма, который называется клипа. И в нем мы начинаем ощущать уже духовные помехи, серьезные духовные помехи. И начинаем из него уже ощущать отрицательный духовный мир, эгоистически.
И над ним нам также надо будет действовать, все равно с товарищами, с моими. Но внутри них я уже понимаю, и забываю, и снова вспоминаю, что я должен реализовывать себя абсолютно по такому же принципу, как и на первой ступени. Но желания мои намного более эгоистичны, я уже начинаю видеть их более глубоко, и себя более глубоко отрицательным или положительным, и так далее. В общем, борьба, она становится качественно иной.
Я все равно должен действовать так же: переносить себя в товарищей, ощущать себя в них, радоваться в них, закрывать себя полностью от каких-то бы ни было последствий, от своих добрых поступков… И все время, все время в них, в них, в них, в них, вкладывать в них. И ощущение то, что это моя душа, которого я достиг, выполнив первую ступень, оно уходит, и мне снова кажется, что с какой стати? Это не моя душа, вот эти вот морды, которые передо мной находятся, и вообще они мне какие-то далекие, противные, и я их и поначалу на первой ступени, в общем-то, они мне были, ну, безразличны, иногда приятны. А сейчас я начинаю их ненавидеть. Отталкивающими кажутся они. И их поступки, их действия, их слова, и все это… Слова их – сплошное вранье, поступки их на показуху какую-то, и вообще все, все, чем они занимаются, это все театр какой-то.
(24:51) В общем, возникают новые, огромные, причем очень серьезные помехи, такие глубокие, реальные, и оправданные в моем рациональном мышлении. И здесь мне, конечно, приходится намного труднее, чем на первой ступени, которая была такой, знаете, уже мне кажется, как детский сад, ну, игрались вместе. Как вот мы сегодня утром делали зарядку, игрались на травке. А здесь уже я вижу их насквозь, их лживость, их самоуверенность… Ну, ну, всюду их эгоизм я вижу. И я должен против этого сейчас, вопреки всему этому, подниматься. То есть находить какие-то возможности действовать ради них, ощущать радость от того, что я что-то делаю в них, от того, что они преуспевают в чем-то, радуются, довольны. И свой успех видеть только в том, как наполняются они. От меня или от других. И мне это вдруг становится даже неважным. Мне главное, чтобы они наполнились.
Если на первом этапе, допустим, я радовался тому, что я их наполняю, и у меня все-таки было какое-то соотношение с собой. А сейчас нет. Я могу делать какие-то действия, и, может быть, через других как-то это действие будет наполнять их. Главное, чтобы им было хорошо. То есть более оторванным я ощущаю себя от результата моих трудов, и мне это уже неважно. Главное, чтобы они наслаждались, наполнялись. И даже если они при этом, вдруг, мне кажется, как-то подозрительно смотрят на меня, не желают быть связанными со мной, не одобряют меня, я им кажусь каким-то отсталым, эгоистическим. А мне неважно, главное, чтобы им было хорошо.
То есть, представляете, сколько здесь обоюдных помех и на меня, и на них. Ну, все относительно меня, естественно, так воспринимается. Подставляются человеку, Творец это делает с таким поразительным мастерством. Если человек может закрыть глаза, крепко только закрыть глаза, то есть не смотреть в свой эгоизм, в свое сердце и в свой разум, и все равно действовать, как идиот, он выигрывает. Это вера выше знания. То есть я принимаю твою игру, он должен сказать Творцу. То есть ты меня разыгрываешь, я принимаю эту игру, я играю в нее. Я против Тебя. То есть кто против меня? Творец, или мой эгоизм, это одно и тоже. Нет никого, кроме Него. Он единственный, играющийся со мной, подставляющий мне все эти пакости.
(28:33) А у меня снова обязательно та же точка должна быть моего определения. Самое главное – в ком я наслаждаюсь – в других или в себе. И так мы постепенно, работая с товарищами в группе, обнаруживаем в этой работе Творца.
Если я буду дальше продолжать, это будет повторяться практически те же слова, потому что нет у нас много слов для того, чтобы выражать эти действия, хотя они качественно разные и очень разнообразные. Здесь открывается такая палитра чувств, которых в нашем мире нет. И словарь наш не может это передать.
Представляете, допустим, мы проходим 125 ступеней. Это бесконечное множество мелких состояний. Каждое состояние – это совершенно иные чувства, но они выражаются одним словом. Допустим, радость, огорчение, злость, обида, зависть. Ну, мы наберем таких пару десятков слов, но все они одинаковые с самой маленькой ступени до самой большой.
Поэтому каббалисты, они все это градуируют в цифрах, авиют, то есть толщина эгоизма, высота ступеней постижения. И таким образом они понимают, о чем говорят, то есть, если я ему называю координату, то он знает, о чем я говорю, потому что он в себе ее воспроизводит, хлопнул и нашел. Так же, как музыкант одному музыканту говорит второму, такая-то нота, с нее начинаем. У него внутри эта нота звучит. В нас нет, которые не изучали там сольфеджио, а в них звучит. И они понимают, о чем речь. Так и каббалисты.
Я надеюсь, что мы с вами вместо наших чувств в словах будем скоро обозначать наши чувства каббалистическими терминами. И так вот передавать их друг другу. И ощущать одновременно. И в наших ощущениях объединяться вместе и от этого объединения.
В нашем мире такого нет, нам кажется, что мы объединяемся в своих чувствах, на самом деле мы не входим друг в друга, потому что у нас нет свойства отдачи. Мы просто адекватно, более-менее, поскольку созданы такими подобными животными, мы ощущаем более-менее подобное, но все равно мы не можем сравниться, а тем более соединиться друг с другом в наших ощущениях.
(32:01) Когда мы соединяемся в свойстве отдачи, происходит чудесное вообще явление. Мы не в себе это ощущаем, а в нашем общем объединении. Вот там играет эта симфония, и она на всех. И в ней объединяясь мы ощущаем ощущения всех. Хотя одновременно и каждый из себя. Мы не можем сейчас это еще понять, эту двуликость как бы духовного восприятия, но вот такая она.
К чему это говорил все? К тому, что без группы невозможно реализовать ни одного духовного движения. Группа это не значит, что мы просто сидим вместе, находимся вместе. Группа это та, которая реализует ну вот то, что я сейчас хотел вам изобразить.
Поэтому каббалисты так много времени, так много внимания уделяют созданию группы.
Пишет нам РАБАШ:
Любовь к ближнему возможна только при самоотречении. С одной стороны, каждый должен принижать себя, с другой стороны, мы должны гордиться тем, что Творец предоставил нам возможность, чтобы мы смогли объединиться в группу, где у каждого из нас есть лишь одна цель – «чтобы Шхина пребывала между нами». [РАБАШ. Цель группы – 1. Статья 1, часть 1, 1984]
Шхина, то есть это общее свойство отдачи, чтобы оно объединяло, соединяло, наполняло нас, заполняло между нами все пространство. Получается, что эгоизм наш за каждым из нас, сзади, за спиной, а впереди нас свойства, взаимные свойства отдачи, которые вместе объединяются в круге, и в нем мы ощущаем общее свойство отдачи, то есть природу в ее высшей, самой внутренней силе, свойстве отдачи.
(34:47) Поэтому общество должно состоять из индивидуумов, с единым для всех мнением о том, что нужно достичь этого общего свойства отдачи. И тогда из всех индивидуумов создается одна большая сила, способная бороться с собой, потому что в каждом включены все. Таким образом каждый базируется на большом желании, и он может достичь цели. [РАБАШ. Цель группы – 2. Статья 1, часть 2, 1984]
Это поразительные вообще свойства раскрываются в объединении. Ты получаешь желания других, но это тогда, когда ты желаешь быть в них. Как в любимом человеке, мы живем его желаниями, то есть его желания командуют нашими желаниями, определяют их. И получается у меня двойное желание. У меня получается сильная возможность идти вперед.
Так вот, когда я собираюсь со своими остальными десятью товарищами, и они, каждый из них, также проникается с желанием к другим, то я уже не от девяти воспринимаю в десятке их желания, а сумму, которую каждый собрал из остальных девяти в себя. Вы понимаете, какое здесь происходит усиление моего личного желания? То есть это девять, в каждом из них тоже по девять. Но это не количественное, это качественное увеличение желания. Оно иное по качеству. По количеству это невозможно изобразить.
В каббале не изображается количество, потому что нельзя вообще измерить количество. Это не измеряется в духовном мире. Хотя мы измеряем вроде бы толщину желания: 0, 1, 2, 3, 4 и так далее, но это не количественные, это только качественные, потому что в каждый раз скачок происходит как от неживой материи к растительной, к животной, к человеку. То есть мы всегда перескакиваем со ступени на ступень, как на следующий уровень развития, но уровень качественный. Как нельзя сравнить растение с камнем. Совершенно иной способ существования. Иное ощущение существования. Так и здесь.
Поэтому, как только мы соединяемся вместе в группе, мы сразу же качественно ощущаем… Мы ощущаем вообще совсем другое, мы ощущаем мир прозрачным, сквозным, и силу отдачи, которая его наполняет, которая определяет все, регулирует все, и начинаем чувствовать себя, свой эгоизм, все это как барахтующиеся в этом свойстве огромном отдачи, которое нами управляет, ведет, объединяет, соединяет. И только маленькое усилие мне надо приложить всегда в другом ощущать свои наслаждения. И не более того.
(38:08) Ну, вот это, пожалуй, то, что я хотел вам сказать… Так, в качестве такого напутствия. Мне, правда, тут дали много всяких материалов. Но это все только лишь разбавит то, что мы с вами сейчас услышали.
Ну, отсюда, естественно, из этого, из всего вытекает все наши групповые законы, как мы должны объединяться в очную группу или в виртуальную группу, как должны быть связаны между собой проводить собрания и так далее. Все вытекает отсюда. То есть самое главное, чтобы все было направлено для соблюдения вот этого условия. Для того, чтобы дать каждому возможность максимально быстрее, легче, энергичней выйти из себя и переместиться в других. Со своей точки в сердце. А свой эгоизм там, где-то оставить, его нет. Забыть о себе.
Ну, в общем, все. Вопросы, может быть?
Вопрос: (40:05) Здравствуйте. Меня зовут Светлана, я из Новосибирска. У меня вот такой вопрос. Вот то, что мы сейчас слышим, вот скажите, пожалуйста, вот те 99%, то есть это люди вовне, ну, мы считаем, что это как бы люди без точки в сердце. Вот, когда ты работаешь с этими людьми и ощущаешь то, насколько они рады тем или иным твоим действиям, а ты только вот чувствуешь, что доставляешь им радость, можно ли вот эти ощущения считать, что это тоже духовная работа?
М. Лайтман: В принципе, когда я перемещаюсь из себя в других, я не в других перемещаюсь, я мою точку в сердце перемещаю в желание, которое называется «моя душа». Все, что вне меня находится в виде семи миллиардов людей, это моя душа. Это одно единое желание. Если я его полностью для себя раскрою, то я полностью… Я достигаю полного своего исправления, то есть достигаю раскрытия своей души, а то, что ее наполняет, будет называться Творец в его истинном объеме, бесконечном. Поэтому, в принципе, моя задача – выйти из себя во всех остальных. Причем, ощущая, я буду ощущать каждого из существующих. Это невероятно вообще в нашем состоянии.
Реплика: Ну, не бывает…
М. Лайтман: Семь миллиардов, семь миллиардов ощутить? Каждого в отдельности?
Реплика: Ну, не семь миллиардов…
М. Лайтман: Нет, нет, это не…
Реплика: Нет, я не имею в виду семь миллиардов, а какая-то вот группа и бывает такое, что ощущаешь только их.
М. Лайтман: Да, хорошо. Так вот, для того, чтобы дать нам возможность, просто инструмент, навыки, навыки работы выхода в любого и каждого и во всех, для этого нам нужна группа. То есть, группа является всего лишь первоначальным нашим инструментом. Каббалистическим языком это всего лишь Гальгальта Эйнаим. Вы изучали ведь, да? Вы смотрите так, что они… Не знаю… Ну, кто да, скажите?
Реплики из зала: Да!
М. Лайтман: А остальные? МАК не заканчивали, значит. Вот теперь я вижу. Включая доктора Влада. Так, значит, «Введение в науку каббала» обязаны изучать все. МАК обязаны закончить все. Об этом нет речи. Иначе у нас не будет с вами общего языка. Даже то, что вам будет раскрываться, вам будет трудно постигнуть. А так вы будете узнавать постигаемое. Понимаете? У вас будет к нему уже название. Вы будете ощущать что-то, обнаружите: «А, это называется так-то. А, это называется так-то». Вы будете совмещать то, что у вас существует внутри вас с тем, что перед вами представляется. Из духовных объемов.
(43:35) Так вот, мы должны достичь слияния со всем человечеством. Будем говорить человечеством. Вот. Выйти из себя во всех. Для того, чтобы это сделать, для этого мы должны организовать сначала наше собственное кли, наш собственный инструмент. Для того, чтобы подготовить его к работе со всем человечеством, для этого практически дана каббалистическая группа и для этого дана каббала. А мы должны освоить эту работу в группе. И затем от группы идти ко всем остальным.
И самая главная работа, она не в группе. Самая главная работа с помощью группы, когда она уже есть, работать со всеми остальными. Вот там раскрываются, как я предчувствую, предполагаю и немножко только знаю, откровенно говоря, немножко только знаю, потому что это все только начинает сейчас разворачиваться к работе, быть готовым. Вот там вот и возникают совершенно иные вообще миры, залитые светом хохма, то есть постижением Творца, глубиной Его.
То, что мы постигаем в группе, мы постигаем всего лишь инструменты для работы с Творцом. Хотя мы с Его помощью начинаем понимать немножко, знать немножко, но внешне, внешне. Потому что мы всего лишь в группе в нашей, мировой, отрабатываем желание отдачи, Гальгальта Эйнаим, свойство отдачи, маленькие свойства. Это всего лишь маленькие эгоистические свойства нулевой, первой и отчасти второй стадии эгоизма. Когда мы начинаем работать уже от группы, ну вот начнем работать от нашей общей группы мировой на общее мировое кли, тогда мы начнем работать со свойствами, с огромными эгоистическими желаниями, которые не могут сейчас раскрыться, как мы, потому что в них желания эгоистические намного больше, они на самом деле выше, чем мы, и поэтому так далеки от духовного возвышения.
Вот вам кажется, что какие-то там аборигены, европейцы, неважно кто там, африканцы, неважно кто, но, в принципе, есть такие целые огромные массы, которые, кажется, что их не пробьешь. Их не пробьешь, потому что у них огромный духовный эгоизм, духовный эгоизм. И мы, когда начнем работать с ними, и на них начнем работать, то есть присовокуплять их же огромные желания к нашим для того, чтобы их исправлять, их наполнять, радоваться в них их состоянию, тогда там мы начнем не просто постигать действия отдачи, а свойства отдачи самой, то есть начнем постигать глубину свойства отдачи, Творца.
(47:17) Ну, с чем это можно уподобить, я не знаю. Есть люди, которые, допустим, слышат музыку и наслаждаются ею. Вот я помню, у меня был абонемент в Ленинградскую филармонию, я туда ходил, слушал. Но я не специалист. И часто я так оказывался с какими-то там специалистами, музыкантами, и немножко просил их, чуть-чуть так, пару слов всего лишь рассказать. Ну, не просто рассказать там, ну, «Лебединое озеро» там всякие-то или там концерт какой-то там Рахманинова, нет. А как они воспринимают это. Это совсем другой мир, совсем другие ощущения, включающие ощущения и технику вместе, когда они наслаждаются и тем, и другим, когда они понимают из глубины, что значит. Ну, это другое, это совсем другое… другое чувство.
То есть ты знакомишься с ним, в каббале причем, ты не знакомишься с этим чувством, ты не проникаешь внутрь него, когда ты проникаешь, ты в нем находишься, ты сам становишься им. Поэтому ставится задача исправления всего человечества как самое глубокое постижение Творца, которое заканчивается полным слиянием с Ним. Да.
Вопрос: (48:59) Ну, у меня сейчас более такой приземленный вопрос, уже работы в группе. Вот, чувствовать наслаждение в товарище. Вот смотрите, я допустим со своей стороны вижу, что вот у человека есть большой недостаток, да? И вот в данный момент он сейчас проявляя этот недостаток, а так как я его чувствую, именно вот его проявление, я должна наслаждаться его вот этим вот изъяном в нем? Он же получает удовольствие от того, что он проявляет.
М. Лайтман: Нет… Что это за такое вообще это… Какие-то у вас мутации. Как это может быть?
Реплика: Ну вот, допустим, человек любит власть. Ну, чисто эгоистически.
М. Лайтман: Да.
Реплика: И вот в группе он упивается своей властью.
М. Лайтман: Если бы это был ваш родной человек, ваш ребенок, вы бы наслаждались бы тем, что он так себя ведет?
Реплика: Я бы ему сделала замечание.
М. Лайтман: Ну, товарищу... Я бы...
Реплика: Я не имею права делать товарищу замечание, правильно?
М. Лайтман: Надо сделать так, чтобы он косвенно понял, что для него же и для всех остальных лучше вести себя по-другому. Но не прямым давлением. Не прямым указанием.
Реплика: Ну, а когда ты видишь, что вот в данный момент...
М. Лайтман: Вот если он вредит, на самом деле, уже так, что разлагает группу, если он приводит в группу посторонние мысли, посторонние идеи, если он начинает провозглашать какой-то новый путь, кто его знает, чего там, то тогда ему не место в группе. Тогда и разговор короткий.
Есть всего лишь два... две причины для изгнания товарища из группы. Это если он идет против нашего общего течения, первоисточников или руководителя, ну, потому что тогда не получится работать, он портит работу. Или в одну сторону идти, или в другую. Но где-то надо определиться. Вот. Значит, или он идет против общего течения группы, или он нарушает ее единство. Нарушает ее единство, это...
(51:48) Ну, пожалуй, самое страшное, это когда он разъединяет семьи, и я категорически предупреждаю вас, что этого быть не должно. Вот. То есть, делайте что угодно, но семья товарища – это святое. Потому что у нас семья является перво... Не потому, что это какие-то красивые причины, эти самые слова, а потому что семья является первичной ячейкой исправленного общества. Ее надо исправлять. И здесь не может быть никаких оправданий.
Значит, или наш товарищ забрел куда-то к другому учителю, или он, извиняюсь, грубо говоря, забрел к чужой жене. К жене товарища. Остальное нас не интересует. Вот эти две вещи, они нарушают движение вперед. Потому что семья является ячейкой группы, и наша идеология является вектором группы.
Я, исходя из этого, говорю, а вообще, в принципе, это духовные законы. Просто я их так выражаю. Не хочу это обсуждать, просто имейте в виду, что если такие вещи есть, их надо просто искоренять, вырезать. Без всяких… без всяких вопросов, дискуссий, это не подлежит никаким обсуждениям. Следующий вопрос, пожалуйста.
Вопрос: (53:32) Сергей, Пермская группа. В последнее время часто вспоминаю молодость, видимо, старею, и вот бывает, вспоминаю такие случаи, которые аж переворачивают всего из-за пренебрежения к себе.
М. Лайтман: Самоедство. Известное, известное явление.
Реплика: Мне кажется, стыдно за то, что я тогда вытворял. Я вот хочу спросить, как бы вот этот стыд...
М. Лайтман: Вы еще увидите, что вы вытворяли…
(Смех. Аплодисменты.)
Никакого стыда. Это специально вам делает Творец, для того, чтобы вы поняли, что это все Он вытворял, а не вы.
Реплика: А вот это состояние можно вот в отношении сейчас перенести как-то?
М. Лайтман: Конечно, можно. То есть вы должны, вы должны осознать, что это все прошлое сделал с вами Он. Нет никого, кроме Него.
Реплика: И этого достаточно, да?
М. Лайтман: Нет, ну, то есть прекратить себя грызть. Если вы осуждаете себя за прошлое, вы этим осуждаете Творца. Потому что все ваше прошлое определено Им. Только лишь настоящее и будущее, которое вы определяете настоящим. Это является вашим. Прошу.
Вопрос: (55:09) Рав, здравствуйте. Оксана Красноярск.
У меня такой сначала понимание, потом вопрос. Вот собирается группа. Понятно, у нас есть точки в сердце. Как бы все понимают, все это осознают, но никто не видит, не чувствует. Чтобы добраться до точки, есть одни ворота, это сердце, его нужно раскрыть. Чтобы его раскрыть, нужно чувствовать человека. Вот почему, откуда вот этот страх перед раскрытием сердца? Как? Откуда он берется? Ведь раньше же в детстве мы умели доверять, а сейчас почему нет? Вот откуда? Откуда он происходит?
М. Лайтман: А вы не обязаны раскрывать другому свое сердце.
Реплика: Даже товарищу?
М. Лайтман: Даже товарищу. Вы делайте это втихаря. Вы просто должны быть в нем. И все.
Реплика: А если у него закрыто сердце? Я это чувствую.
М. Лайтман: А это не важно. Ничего он не может закрыть от вас. Ничего. Вы просто вот... Это не важно, как он реагирует, не важно, как он себя ведет, вы должны быть в его сердце. И все. В его желаниях, в его чаяниях. Вы должны желать ему помогать. Лефарген, как сказать? На иврите есть такое слово. Ну, желать ему хорошего, доброго. Вот так вот, чтобы было ему хорошо.
Реплика: Понятно.
М. Лайтман: Нет. Нет, нет, нет. Как? Нет.
Реплики из зала: Баловать?
М. Лайтман: Баловать – нет.
Реплики из зала: А вдохновлять?
М. Лайтман: Нет, не вдохновлять. В том, чтобы вдохновлять – это внешнее действие. Потворствовать? Нет. Способствовать? Ну вот, как вы желаете, чтобы ребенок преуспел в чем-то. Ну, чтобы удалось ему что-то.
Реплики из зала: Воодушевлять? Уважать? Сопереживать?
М. Лайтман: Сопереживать. Может быть сопереживать. Вот это ближе.
Реплика: Получается, чтобы его радовать, нужно знать, что его радует. Для этого я…
М. Лайтман: Нет, вообще во всем. Ты хочешь, чтобы он радовался.
Реплика: Нет, а если это меня радует, а его огорчает?
М. Лайтман: Ты хочешь, чтобы он радовался, все, тем, что ему хорошо. Чтобы ему было хорошо.
Реплика: Откуда мне узнать, что ему хорошо?
М. Лайтман: Посмотрите в этом самом, в словаре слово лефарген. Я не знаю, как это перевести. В общем, когда ты просто желаешь ему хорошего.
Реплика: Это внутри души вот это чувство глубокое?
М. Лайтман: Да, вот такое отношение к другому.
Это не помощь, это не влияние никакое. Это вот чисто такое душевное…
Реплика: Состояние…
М. Лайтман: …движение.
Оставьте это, так сказать, на ощущении. Придет и мы поймем, что это такое за ощущение. Дальше.
Вопрос: (58:19) Доброе утро.
М. Лайтман: Да.
Реплика: У меня вопрос по...
М. Лайтман: А ты кто такой?
Реплика: Меня зовут Антон, я из группы Красноярска. Вопрос по МАК Онлайну. Я являюсь руководителем студии МАК Онлайн Красноярск.
М. Лайтман: Ты?
Реплика: Да. И у меня такой вопрос. У нас эта группа небольшая и в МАКе задействованы практически все мужчины и часть…
М. Лайтман: Женщин.
Реплика: Женщин, да. И вопрос такой. Могу ли я, как руководитель студии допускать к преподаванию товарищей, которые не посещают регулярно утренние уроки?
М. Лайтман: К преподаванию?
Реплика: Да.
М. Лайтман: Они умеют это делать? Им достаточно тех знаний, которые у них есть?
Реплика: Ну вот это вот... Как раз это и вопрос.
М. Лайтман: Ну если это вопрос, это вопрос к тебе, а не к ним. Если они не способны... То есть они могут болтать, но они не будут знать, чего они болтают. Тоже нехорошо. Что же они будут преподавать?
Реплика: Возможно вопрос более в том, что если у нас постоянные связи с источником на утреннем уроке, то...
М. Лайтман: Здесь не имеет значения особой связи с источниками на утреннем уроке. Здесь главное, чтобы эти преподаватели четко знали, что они должны выдавать. И если они будут отвлекаться от темы, чтобы знали точно границы свои. И не уходить куда-то в лирику в какую-то или во что-то еще. Чтобы точно знали, что физик должен преподавать физику, химик – химию, все, остальное он может не знать. У него должно быть какое-то общее образование, но это то же самое МАК. Надо, чтобы, выходя на урок, они точно знали, что это такое. Вот пускай перед тобой – зачет сдадут. После этого идут на преподавание. А если он приходит там… Сколько раз в неделю вы находитесь с нами на связи?
Реплика: Пока что получается шесть дней.
М. Лайтман: Шесть дней. Ну, хорошо. А они сколько раз в общем приходят?
Реплика: Бывает один в неделю.
М. Лайтман: Один раз в неделю? Ну, все остальные разы он, наверное, сидит и прорабатывает материал.
Реплика: Ну, хотелось бы верить, да.
М. Лайтман: Ну, надо что-то с этим сделать. Но вообще, конечно, нельзя отпугивать людей, надо наоборот, чтобы это его как-то подстегнуло учиться и больше участвовать. Я вам одно скажу. Быть хохмачом, то есть умником, так сказать, в кавычках в каббале, это не проблема. Но когда ты не находишься в группе каждый день, ну хотя бы там 2-3 раза в неделю, не важно сколько, но когда у вас это принято, по крайней мере… Если вы принимаете, что у нас ввиду таких-то обстоятельств мы договариваемся приходить 3 раза в неделю. Но без этих 3 раз, ну, человек значит духовно не продвигается. То есть он может быть каким-то там преподавателем в МАКе, он может спокойно их обучать механике, но духовную работу он знать не будет. Ну, и она ему, наверное, там особенно и не нужна. Или может быть его спрашивают. Я не знаю. Надо смотреть.
Вообще мы же только сейчас говорили о том, как все реализуется в группе. И вы будете это еще более явно все время ощущать. У вас не останется никакой возможности от этого увильнуть. Или в группу, или все. Или конец. Так что тебя пока интересует, у тебя нет других, привлекай их к преподаванию. Пытайся как-то компенсировать их отсутствие другими какими-то возможностями. Делай из них преподавателей четких таких, знает этот по винтикам, а этот по болтикам преподавать или больше никак. Ну, по крайней мере, заполнять учебные часы.
Реплика: Все. Спасибо большое.
М. Лайтман: Прошу.
Вопрос: (01:03:02) Марина из Перми. У меня такой вопрос: я хочу понять, в чем секрет нашей казахской группы. Они всегда излучают радость, они всегда впечатляют, покорили буквально, начиная с Московского конгресса. На Новосибирском помимо того, что они прекрасно выступали на ешеватах и заражали всем… Я просто хотела понять сама в чем секрет, и разговаривала с одной из жен казахских наших товарищей. Она говорит: у меня сильный муж. И вы знаете, в ее словах было ни капли сомнений, ни миллиграмма, что он что-то сделает не так, или он сойдет с этого пути, понимаете? Меня вот это просто поразило. Может быть секрет в их женщинах?
М. Лайтман: Надо будет нам у вас устроить конгресс и привезти туда холостяков. Я не знаю.
Я, к сожалению, не знаком с этими женщинами. И не знаю, почему они так говорят. Но, видно, они правы. И когда жена так говорит о муже, это очень поддерживает мужа. Самое главное в мужчине, в самом таком мачо, это его поддержать как маленького ребенка. Это все. Он в этом очень нуждается. И когда жена так говорит мужу, он после этого не может себе позволить быть слабаком. Он будет стараться изо всех сил, чтобы оправдать такое мнение. Не сможет уронить себя в ее глазах. Это... Умная женщина, она это знает, она этим пользуется. Пользуется для пользы, конечно. Жена в этом отношении может больше, чем вся группа. Это часть, на самом деле, часть мужа, если она идет вместе с ним, обеспечен успех. Так что, женщины, имейте в виду, это серьезная, серьезная, серьезная вообще миссия, которая в ваших руках.
Мы так завязаны друг на друге, мужская и женская часть инстинктивно, внутренне, такими природными связями, которых мы не знаем, они прямо передаются через какое-то внутреннее излучение от нас к вам и наоборот. Вы имеете огромное влияние. Вы можете... Вы можете просто определить успех мужчин. Так что, я на вас очень надеюсь. Не подведите.
Вопрос: (01:06:04) Можно? Здравствуйте, Рав. Виктор, город Омск. Мои хорошие знакомые, прошедшие войну в Афганистане, у них яркие впечатления – понятно. Самые светлые воспоминания – о войне. Казалось бы, о смерти, о грязи, о крови. Самые светлые воспоминания. Вопрос я хотел узнать. Это, значит, взвод, отделение, взвод, рота. Это каббалистическая была группа? Между ними были малиновые шарики?
М. Лайтман: Завязываются такие отношения в человеке, когда он видит, что ему не о чем другом думать, как о общем спасении, потому что себя самого он спасти не может. Он полностью зависит от других. И так все, ощущая друг друга, становятся уже в некоем виде каббалистической группой. Это не важно, что они ничего не знают и не понимают духовной методики. Но вот этот отрыв от эгоизма, когда ему уже нет места, когда ты понимаешь, что или ты, или другой, это не имеет значения, это все равно лучше даже ты, чем другой, появляется вот здесь вот такой переход, мы это чувствуем, знаем те, кто немножко побывал в таких рискованных моментах, вот это самопожертвование, которое проявляется от взаимной зависимости, это – да, это есть, упоение отторжением от эгоизма. Да, есть такое. И, конечно, поэтому они вспоминают об этом. Такую свободу, такое отдохновение не ощутить в нашей жизни. Мы возвращаемся снова в нее. Нас это снова давит. Да… Ну, прошу.
Вопрос: (01:08:09) Здравствуйте, Рав. Барнаульская группа. Юлия. У меня такой вопрос к Вам. Возможно ли продвижение с ускорением без глубоких знаний психологии?
М. Лайтман: Каббалисты ее, в общем-то, не изучали. В университетах она преподается всего лишь там 50-70 лет, я не знаю сколько. Еще в начале прошлого века психологии практически не было как науки. Так что... Да и сегодня это не наука, потому что мы не можем изучать человека, поскольку сами люди, сами человеки. Мы не можем сами себя изучать. Для того, чтобы что-то изучать, надо быть выше. Поэтому из каббалы можно постичь человека и его психологию. То есть структуру души вообще. Психология – это душа. Кто может изучать душу?
Все, что мы изучаем, мы изучаем практически так, как изучаем животных. То есть всевозможные реакции, инстинктивные, или может быть... влияние среды, общества, людей друг на друга. Поэтому, изучая каббалу, мы и изучаем психологию. А вообще вся психология, ее уже нечего изучать, потому что она лет 20 как уже практически закончилась. Серьезно сегодня никто уже заниматься не может, потому что мы перестали понимать людей. И это же говорят сами психологи.
То есть существовала психология где-то с начала прошлого века, и где-то до середины, до 80-х годов, до 90-х максимум, и то уже нет. Вот. И потом она уже все. Никаких ни новых открытий, зависимостей, ничего больше нет, потому как… Все. Человек стал таким непознаваемым, что человек человека познать не может. Для этого нам надо подняться.
Изучая каббалу, сможете понять психологию человека, его душу, потому что все определяется оттуда. Как можно понять вообще человека, если мы не знаем как он управляем, откуда, зачем, для чего, к какой цели он идет, которая определяет его реакции. Мы видим, что люди вообще… Или мы видим их в животном существовании, когда он просто обустраивает себя, чтобы прожить свои 70 лет, или какие-то поступки… Ну, мы пытаемся их как-то смотивировать, но… Это не психология, на самом деле. Это… Это на животном уровне. Так что, нечего изучать. Из каббалы поймете. Да.
Вопрос: (01:11:05) Здравствуйте, Рав, здравствуйте, мировое кли, Максим, Красноярск, виртуальная группа, студент МАК онлайн.
У меня вопрос товарища, который приехал за два дня до конгресса, это была подготовка. Сейчас у него возможности не было, он сегодня уехал. У него вопрос мучает уже на протяжении трех дней. У него была возможность поехать на экскурсию с вами, и была возможность сделать, помочь сделать эту сцену. Он выбрал подготовку. То есть его мучает вопрос, правильно ли он сделал выбор.
М. Лайтман: Конечно правильно. Просто нас отправили на экскурсию, потому что если бы тут было много рук, так мы бы тут наделали… Это знаете, это как сейчас разбирать. Ну, давайте мы сейчас все останемся там, сотни мужиков, начнем разбирать. Мы тут накрутим что угодно. Это надо, чтобы была определенная команда, которая четко знает, где что держать. Смотрите, сколько креплений. Значит надо уметь. Одни крики получатся, больше ничего. Так что мы соберем стулья, мы соберем столы, мы разберем все на... Ну, в общем, все что мы можем, мы должны будем собрать, разобрать. Поэтому мы поехали в экскурсию. Я, кстати, во время экскурсии ничего не говорил. Все было так… Посмотреть на окружающие, прекрасные, конечно, виды.
Это потрясающая страна. Сибирь – это отдельная вообще планета. Вот. Я сколько раз был… в каких только местах не был. В Южной Америке… Ну, везде. Мексика, Аргентина, Бразилия, Чили там… Я уже не помню. Ну, в общем, еще там Колумбия, и так далее. Америка, Канада – все равно такого нет. Швейцария… Серьезно. Это я не вижу…
Другое дело, что это все в течение одного месяца или двух месяцев мне сказали, что это существует. А потом это все… Ну, другая красота, белая. Снегом все покрыто. Но… Ничего он не потерял, наоборот, прибавил. Если бы у меня была возможность остаться, я бы остался. Ну, что бы я делал? Читал бы Шамати?
Всегда работа на группу, тем более на конгресс, она намного более предпочтительней. К нам, когда мы делаем конгрессы в Израиле, и собираются несколько тысяч человек, последний у нас был где-то 6-7 тысяч человек, наверное. 10? 10 тысяч человек. То у нас там работает кухня наша. На кухне работает в одну смену сколько? Ну, где-то человек 200 или 300. Работает человек. На кухню. И люди бывают, приезжают издалека, вот, допустим, представьте себе, приезжает товарищ из Красноярска на конгресс, он входит на кухню, и весь конгресс работает только на кухне. Ну, у него стоит этот самый микрофон, не микрофон, этот наушник в ухе, и он слышит, что говорят. Но он даже не выходит в зал. Все время на кухне. Вот я ему завидую.
Вопрос: (01:14:54) Здравствуйте, Рав. Светлана, Горный Алтай. У меня такой практический вопрос по интегральному воспитанию. У нас нет пока возможности внедрить полностью всю систему, вот та, которая уже разработана, полностью методику интегрального воспитания в том месте, где мы живем. Могу ли я использовать те формы работы, которые существуют в школе, во внеурочной деятельности, в таких внешкольных образовательных учреждениях? Использовать, вот, именно основы интегрального воспитания. То есть преподавать, например, музыку с точки зрения интегральности мира?
М. Лайтман: Ну, это если оркестр или как, я не знаю.
Реплика: Хор.
М. Лайтман: А, хор! Конечно. Ну, вот пускай начнут чувствовать друг друга. Я поэтому люблю грузинские хоры.
Реплика: Но этим мы занимаемся постоянно, хоры и ансамбли. А еще на уроках музыки, вот именно формы работы, которые существуют в учебном заведении, уже существующие, не та система организации, которую...
М. Лайтман: Музыка, музыка, вообще – это индивидуальное занятие. Если только оркестр или хор, тогда другое дело. Но там, где один человек играет, ну, квартет там, я не знаю. Но если один, я не представляю, какое может быть интегральное.
Реплика: Нет, уроки музыки в школе, в общеобразовательной. У нас существует такой предмет, да.
М. Лайтман: А-а.
Реплика: То есть, объяснение законов музыки, гармонии с точки зрения интегральности. То есть, можно использовать вот эту вот площадку?
М. Лайтман: Ну, конечно. Конечно. Ну… Я очень люблю Баха. Хорошо темперированный клавир. Вот. Чувствуется вот это вот. Многосторонность, интегральная многосторонность.
Реплика: Многослойность такая.
М. Лайтман: Полифония, да. Пробуйте, получится. Мы, может быть, перейдем с вами к... Да.
Вопрос: (01:17:11) Здравствуйте. Максим, Москва. Вот вы сейчас товарищу сказали, что не нужно стыдиться своего прошлого. Я каждое утро просыпаюсь с мыслью, что все зависит от меня. Если не я себе, то кто мне. И строю грандиозные планы, хочу сделать что-то замечательное, великое, полезное. Потом как-то дела это отвлекают меня, и вечером я обнаруживаю, что, оказывается, я ничего не сделал. Но я понимаю, что нет никого, кроме Него, значит, этот товарищ так сделал, чтобы я ничего не сделал сегодня. И тем более даже нет никакого смысла заниматься самоедством, потому что этот глупец сидит и поедает себя. Я ложусь спать, утром просыпаюсь абсолютно обнуленный. Новый день, новая жизнь, ничего не было. И все начинается по-новому. Вот как из этого вырваться? У меня получается какая-то такая система отмазок очень сильная.
М. Лайтман: Да. Я думаю, что это потому, что ты затеваешь с утра какие-то свои индивидуальные духовно-эгоистические мероприятия. А надо затевать групповые. И тогда отмазки не получатся, и забывчивость уйдет, вы будете друг другу напоминать, вы что-то все-таки будете делать. Действие духовное, оно может быть только групповым, только в группе, только вместе, хоть еще с одним человеком. Если только я даю себе с утра слово, да неважно что, что бы я ни сделал, или даже преуспел. Ну, вечером я чувствую я – герой. Сегодня я все время думал там, или что-то там намеревался. Это ноль. Это ноль, если это не было связано с остальными. Не то, что я думал про остальных. Если я в этом действии не был с другими.
Поэтому мы годами все время с утра даем себе намерения, обеты, и вечером видим, что да или нет даже не важно, но не получаем результат. Духовная работа это только, если мы в команде. Ну, хоть два человека вместе. А можно больше. Только лишь. Иначе она не духовна.
И когда мы вместе сливаемся, и делаем какое-то действие, и в этом действии желательно, чтобы мы зависели друг от друга, включаясь друг в друга. Я радуюсь тем, что делает он, а он тем, что делаю я, и мы вместе зависим вот так вот друг от друга. А главное, на кого еще? Может быть, мы вместе с ним на группу. И оттуда на Творца. Можем ли мы перенести из себя я радуюсь в нем, он во мне, а в итоге мы начинаем радоваться вместе, как мы Творцу выставляем удовольствие или нет? Выйти из себя в свойство отдачи. Это не может быть работа сделана, если не двое хотя бы…
(Окончание урока в записи)
Песня: (01:20:41)
Набор: Команда синхронного набора