Стенограмма составлена на основе стенограммы на иврите и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 21 июня 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Что означает, что благословение не пребывает над тем, что исчислено, в духовной работе. 18 (1989) (в записи от 22.05.2002)
Чтец: Дорогие друзья, в первой части мы будем изучать урок Рава в записи от 22 мая 2002 года. Урок основан на статье «Что означает, что благословение не пребывает над тем, что исчислено, в духовной работе». «Труды РАБАШа», том 2, стр. 859.
Будем читать статью вместе в десятке.
Что означает, что благословение не пребывает над тем, что исчислено, в духовной работе
В книге Зоар сказано: «Приди и увидь: [мудрецы] установили, что высшее благословение не пребывает над тем, что исчислено. А если спросишь ты: «Как же были исчислены Исраэль?», – дело в том, что [Творец] взял у них выкуп за душу1, и постановили они не делать подсчета, пока не собрался весь выкуп и не был подсчитан. И получается, что сначала благословили Исраэль при получении выкупа, затем исчислили выкуп, а затем снова благословили Исраэль. И выходит, что Исраэль получили благословение в начале и в конце, и не было среди них мора. И [Зоар] спрашивает: почему из-за подсчета возникает мор? И отвечает, … что благословение не пребывает на том, что исчислено. А когда благословение уходит, над ним пребывает Ситра Ахра, и она может наносить вред»2.
И следует понять:
Если над тем, что исчислено, не пребывает благословление, какая разница считать ли людей или вместо людей считать выкуп. Ведь в конечном итоге мы знаем количество людей – в таком случае, какая польза от того, что мы заменили [людей на] выкуп. Ведь в конце концов мы знаем их количество.
Почему выкуп – это именно половина шекеля, а не целый или четверть. На что указывает нам именно половина?
Для чего Писание говорит: «Богатый пусть не даст больше, а бедный – меньше»3. Разве есть кто-то, кто не знает, что если нужно узнать количество, и заменяют, чтобы вместо подсчета людей считать что-то другое вместо них, ясно, что у всех должно быть одно и то же, иначе узнать количество будет невозможно? В таком случае, чему же это учит нас?
Чем полезно нам то, что они благословляются в начале и в конце, если посередине есть подсчет? Разве из-за благословений нарушается счет, если на том, что подсчитано, не может пребывать благословение?
И чтобы понять всё это в плане духовной работы, нужно обратить внимание на цель, к которой человек должен прийти. Известно, что порядок таков, что ради любой цели, которую человек хочет достичь, нужно приложить усилия. Ведь без работы невозможно достичь ничего. В таком случае, какова же цель, которую человек должен достичь в духовной работе и ради которой он прилагает усилия?
А ответ: прийти к слиянию с Творцом, называемому уподоблением по форме. Что означает, что как цель Творца в сотворении мира – насладить Свои творения, так же и человек должен держать перед глазами цель – насладить Творца, другими словами, человек должен делать вещи, наслаждающие Творца, и это называется уподоблением по форме. То есть когда эти две формы становятся подобными, тогда цель Творца облачается в цель творений.
Получается, что Его желание насладить Свои создания, что является целью творения, облачается в желания доставить наслаждение своему Создателю, и это называется получением ради отдачи. И отсюда получается – что является вознаграждением, которое человек получает за свои усилия? Следует сказать, что вознаграждение есть достижение цели – подобно вознаграждению в материальных делах, когда человек прилагает усилия и за них получает цель, которую он стремится достичь и которую не дают без усилий.
(05:16) И отсюда получается, что когда человек желает идти путем истины, чтобы достичь своей цели, называемой слиянием с Творцом, то есть чтобы все дела его были на отдачу, он должен приложить усилия, называемые страданиями, что означает, что человек должен идти против своей природы. Другими словами, человек создан в келим самонаслаждения, и он должен идти путем, ведущим к наслаждению Творца, а не к собственной выгоде, а этому тело сопротивляется.
И по этому поводу идет борьба – иногда одолевает желание отдавать, а иногда пересиливает желание получать. И следует знать, что все силы, которые будут у человека и которые позволят ему идти против [своего] желания получать, человек должен получить от Торы. Как сказали наши мудрецы: «Я создал злое начало и создал Тору в приправу к нему»4.
То есть когда он собирается заниматься Торой и прилагает усилия в Торе – какого вознаграждения он ожидает? Надо сказать: построить намерение, чтобы удостоиться желания отдавать Творцу. И это называется, что он учит Тору, чтобы прийти к «лишма», и это называется «ради отдачи», что означает состояние «прилепись к свойствам Его»5.
И получается, что согласно этому у усилий в Торе есть 2 вида.
Когда он прилагает усилия в изучении Торы, для того чтобы благодаря этому достичь собственной выгоды, то есть чтобы его называли «рабби» или ради денежной оплаты и т.п.
Усилия в Торе, чтобы получить силу идти против собственной выгоды. Выходит, что тут следует видеть другой вид усилий. То есть человек прилагает большие усилия, чтобы у него были силы работать в Торе с намерением, направленным против тела. И наоборот, тело насколько возможно сопротивляется ему и не хочет дать ему силы, чтобы прилагать усилия в Торе с этим намерением. В то же время в «ло лишма», как сказано выше, если тело видит, что достигнет того, что оно стремится получить взамен, тело дает ему энергию, чтобы он мог прилагать усилия в Торе и заповедях. Ведь компенсация, которую оно ожидает получить не противоречит природе тела. Поэтому тело может дать ему силы для работы.
Поэтому, когда человек видит, что с помощью усилий он может достичь собственной выгоды, тогда у него есть силы совершать поступки и прилагать большие усилия, и дела рук его не ослабевают. И таким образом начинают воспитание «женщин и малолетних, и всей неграмотной массы», ибо только через «ло лишма» человека можно убедить заниматься Торой и заповедями.
Однако, когда человек должен сменить цель, то есть вместо того, что в начале его работы в Торе и заповедях целью, которой он хотел достичь в обмен на свои усилия, была собственная выгода, а сейчас он собирается сменить цель, то есть вместо того чтобы думать: «Когда я достигну цели ради моего желания получать, чтобы я мог наслаждаться?», – сейчас он стремится к [другой] цели и говорит: «Когда я смогу насладить Творца и отказаться от собственной выгоды?»
(10:17) А поскольку эта цель противоречит [его] природе, он нуждается в большей вере в Творца, то есть он должен всё время стремиться достичь величия Творца. Другими словами, в той мере, в которой он верит в величие Творца, он может совершать действия с этим намерением. Поэтому человек обязан каждый день молиться, чтобы Творец озарил его очи и дал познать величие и важность Творца, чтобы у него была энергия прилагать усилия с намерением на отдачу.
И тут следует различать два момента.
Что у него будет желание доставить наслаждение Творцу, и это будет всем его стремлением.
Что он будет совершать действия с намерением, чтобы эти действия принесли ему желание захотеть делать действия, несущие наслаждение Творцу.
Другими словами, он должен делать действия и прилагать большие усилия, чтобы достичь света и кли. Светом называется, что он получил от Творца желание весь день стремиться доставить наслаждение Творцу. Сосудом (кли) называется желание, то есть чтобы у него было желание хотеть отдавать Творцу. И обе эти вещи он должен получить от Творца, то есть как свет, так и кли. Однако человек должен требовать этого, и об этом сказано: «Цион – никто не требует его»6. И наши мудрецы объясняют: «Отсюда следует, что должно было быть требование»7, – то есть что должно быть требование со стороны нижних, чтобы Творец дал им как свет, так и кли.
И отсюда следует объяснить слова: «И услышат далекие и придут, и дадут Тебе царскую корону»8.
Известно, что порядок работы, как сказано: «Сделаем и услышим», – и свойство «сделаем» относится к творениям, и это называется «который сотворил Творец, чтобы делать»9, – то есть свойство «делать» относится к нам, и через это мы удостоимся свойства «услышать», что означает: то, что Творец дает услышать. А сами творения не способны принять на себя служение Творцу, чтобы оно было только для одного лишь Творца, не примешивая к этому собственную выгоду.
Ведь «услышать» приходит со стороны Творца, как это было при даровании Торы, когда народ Исраэля услышал от Творца: «Я … [и] да не будет у тебя»10, – однако до этого была подготовка к получению Торы, как сказали наши мудрецы11, что было состояние ограничения и отделения, как сказано: «И святи их [то есть готовь] сегодня и завтра»12, – а после этого они удостоились услышать Тору.
И отсюда следует объяснить слова: «И услышат далекие и придут»13. То есть то, что они «далекие» – иными словами, есть понятие «Тора жизни», и это называется, как сказано: «Потому что у Тебя источник жизни»14, – то есть слияние с Творцом. Однако человек далек от этого. И это отдаление тоже исходит от Творца, потому что нельзя быть далеким от чего-либо, иначе как, если у человека есть ясное знание, что это существует, и только он по каким-то причинам далек от этого.
(14:57) В таком случае, нужно чтобы до этого у человека было свойство веры в Творца, а после этого он может сказать, что он чувствует, что далек от Творца. Получается, что это ощущение, что он далек, должно быть у него ощущением, что Творец управляет миром, есть суд, и есть судья, но он ощущает это издали. Иначе, кто говорит ему, что он находится далеко от Творца?
Поэтому то, что человек чувствует, что он далек от Творца, – это ему сообщает Творец тем, что показывается человеку издали. То есть когда Творец скрыт от него, человек не может быть в состоянии отдаления, ибо кто говорит ему, что он далек? А происходит, как сказано выше: оттого, что Творец немного раскрывается ему, у него возникает ощущение, что он далек.
Как сказано: «И услышат далекие» – то есть Творец посылает им свойство «услышать», чтобы они почувствовали, что они далеки «и пришли», чтобы приблизиться. То есть они требуют от Творца, чтобы Он приблизил их, другими словами, чтобы они могли прийти к уподоблению по форме, то есть к отдающим келим. Однако человек может получить эти келим только благодаря помощи свыше. И это называется светом, облачающимся в кли, то есть в желание этой силы.
И это, как сказано: «Если Творец не построит дом, напрасно трудились строящие его»15, – что означает, если Творец не построит «дом», – то есть чтобы сердце стало зданием святости, – «напрасно трудились» – усилия были потрачены даром, – «строящие его» – то есть те, кто хочет построить здание святости, должны знать и верить, что всё происходит благодаря помощи Творца, ибо Он дает как кли, как сказано выше, представляющее собой желание и стремление отдавать, так и свет, являющийся силой, которую человек получает, чтобы делать действия на отдачу. Всё дает Он. Однако до этого человек должен делать действия, то есть до работы человек должен сказать: «Если не я себе, то кто мне?» А после этого он должен сказать: «Если Творец не построит дом, напрасно трудились строящие его»16.
И как было до дарования Торы, – то есть чтобы народ Исраэля мог услышать Тору, которая была дана на горе Синай, со стороны народа Исраэля была подготовка, которая дала им свойство ограничения и отделения, что и называется подготовкой со стороны нижнего, – а после этого есть возможность получения Торы со стороны Творца.
Однако во время подготовки – то есть до того, как человек удостоился кли, называемого потребностью в том, чтобы у него были силы делать так, чтобы все дела его были на отдачу, – эта потребность у него то увеличивается, то уменьшается. Иными словами, иногда он страстно желает, чтобы Творец дал ему силы, чтобы у него была способность делать всё ради Творца, и он просит Творца, чтобы Он помог ему. А иногда после этого у него наступает падение, что означает, что он не чувствует никакой потребности доставлять радость Творцу, а только ищет способы и ухищрения, как наполнить наслаждениями желание получать для себя.
А если во время падения у него возникает мысль о духовном, что нужно делать действия ради отдачи, он начинает думать о Творце, почему Он сделал так, то есть что нельзя работать ради собственной выгоды. И какая разница Творцу, действительно ли человек работает ради собственной выгоды?
И тогда он вообще сомневается в Торе и заповедях. Почему Он хочет заставить нас страдать и дал нам законы, которые тяжело соблюдать? Если Он и в самом деле «отец милосердный», зачем Он дал нам исполнять Свои заповеди со множеством запретов и т.п.? А иногда во время подъема он тоже начинает сомневаться в Творце, ведь для чего Он дал нам исполнять заповеди, относящиеся к «берегите души ваши»?
(20:28) То есть то, что человек обязан пить и есть и т.п., для какой надобности Творец создал эти вещи? Неужели, исполняя эти вещи, человек будет более умным и более богобоязненным? В таком случае человек спрашивает, зачем нужны все эти материальные наслаждения, ведь он не видит, чтобы от этого была духовная польза.
И так человек испытывает подъемы и падения. То есть иногда он не понимает, зачем нам вообще даны материальные наслаждения, ибо сейчас он понимает, что главная цель человека – это слиться с Творцом. В таком случае, зачем же были созданы все эти материальные страсти? А во время падения ровно наоборот – он спрашивает себя, почему нам были запрещены многие вещи, и в общем, почему нам нельзя работать ради собственной выгоды, и мы, якобы, должны работать только ради Творца. А в противном случае мы обязаны страдать в этом мире и в будущем мире.
И таков порядок работы на этапе подготовки. То есть до того, как человек удостоился постоянной веры, он находится, как [камень] в праще, то есть человека бросает из одной крайности в другую, и он видит, что у него нет права выбора, а, что хотят свыше, то и делают с ним, а он как глина в руке гончара, и у него нет никакого самостоятельного мнения.
И человек должен верить, что все состояния, которые он испытывает, – ему во благо. То есть именно с помощью подъемов и падений он придет к желаемому совершенству, как сказано: «Царь умерщвляющий и оживляющий, и взращивающий спасение»17. То есть благодаря падениям, которые называются состоянием смерти в духовной работе, «и оживляющий» – что называется состоянием подъемов в работе, то есть именно благодаря этому: «И взращивающий спасение» – человек придет к своему совершенству.
И отсюда поймем то, что мы спросили: зачем вообще нужно исчислять Исраэль, то есть кому нужно знать количество, в то время как подсчет – это дело опасное, как сказано: «Благословение не пребывает над тем, что исчислено»18? А исправление, позволяющее им давать выкуп, – что это меняет? Ведь в конце концов становится известно количество Исраэля. А кроме этого, то, что благословляют в начале и в конце, – что это добавляет нам?
И в отношении работы, когда всё рассматривается в одном человеке, следует знать, каково количество Исраэля. Однако, как сказано выше, порядок работы, ведущей к «лишма», то есть к отдаче, начинается с правой линии, называемой совершенством, и это называется, что он – человек, на котором пребывает благословение. И в этом смысле человек должен чувствовать радость и воздавать хвалу и благодарение Творцу за то, что Он удостоил его некоторой связи со святостью – не важно, сколько есть у него, ведь он знает, что не заслужил и этого. И это называется, что он удовлетворяется малым.
В таком случае ему нечего подсчитывать, проверяя, сколько у него есть свойств, относящихся к свойству Исраэль, то есть о каком проценте своей работы он может сказать, что это «Исра-Эль» («Яшар-Эль», прямо к Творцу), что означает: сколько сил он готов отдать для святости, называемой «имя небес», это совершенно неинтересно, ибо он говорит: «То, что у меня есть некоторая связь с Торой и заповедями, это важнее всех наслаждений, которые существуют в мире».
(25:26) И нет вопроса об этом: если это настолько важно, почему же он удовлетворяется малым? На это он отвечает себе: «Я конечно же не достоин, чтобы Творец дал мне большую долю, чем та, что есть у меня. Но я только вижу, что есть люди, у которых и этого нет». Выходит, что он – человек, у которого есть благословение, ведь у него есть, чему радоваться. И он видит, что остальные люди радуются и веселятся глупостям.
А ему Творец дал ум и разумение, чтобы понять, что он должен радоваться с Творцом. Это называется, что до того, как он собирается исчислить свойство «Яшар-Эль» в себе, то есть то, что есть у него в глубине сердца, сначала благословляют Исраэль, то есть он говорит, что свойство «Исраэль», заключенное в нем, благословенно, как сказано выше, что у него есть с кем радоваться, поскольку у него есть благословение, и он удовлетворяется малым – тем, что у него есть.
А потом исчисляют Исраэль, то есть он переходит в левую линию и начинает делать самоотчет, сколько Торы есть у него, и сколько трепета небесного есть у него и т.д. И тут он видит, что у него есть множество недостатков, и тогда может возникнуть состояние мора, то есть он может прийти в отчаяние и убежать с поля действия. И сказать, что эта работа на отдачу не для него, а начинать работать в одной линии он уже не способен, ибо он уже не может обманывать себя, говоря, что это истинная работа, ведь левая линия уже говорит ему всякий раз, что называется истинной работой.
И это смысл слов: «Над тем, что исчислено, не пребывает благословение»19. Ведь в нем всегда есть недостатки, как сказано: «Ибо нет на земле такого праведника, который творил бы добро и не согрешил»20. Получается, согласно правилу: к тому, в чем есть недостаток, прикрепляются клипот, – что означает, что клипа показывает ему, что это не для него. Выходит, что такими утверждениями она убивает его. Другими словами, сколько бы у него ни было в духовном, она забирает это у него. И он остается в состоянии «грешники при жизни своей называются мертвыми»21.
Как сказано: «Благословение не пребывает над тем, что исчислено»22. Ведь он всегда видит недостатки, а к любому недостатку прикрепляется клипа. А это называется состоянием мора, как сказано: «И не будет среди них мора при исчислении их»23. То есть благодаря выкупу не будет состояния смерти из-за подсчета, что означает, как сказано выше, что, когда работают в левой линии, то есть несмотря на то что идут в левой линии, и может случиться мор, благодаря выкупу, не будет среди них мора.
(30:17) Поэтому, чтобы этот недостаток не стал известен клипот, дается совет: «Пусть каждый даст выкуп за душу свою … при исчислении их». Другими словами, пусть не смотрят на недостатки, которые они находят, когда человек делает подсчет, сколько процентов входит в свойство Исраэль.
А пусть они сделают подсчет, сколько исправлений им надо произвести, чтобы у них был выкуп за душу свою Творцу. То есть пусть смотрят не на недостатки, а на исправление этих недостатков. И благодаря этому душа их, которая была в клипот, уйдет от них и сольется с Творцом. И это называется: «Пусть каждый даст выкуп за душу свою» – то есть пусть считают исправления, которые им надо сделать. В любом случае, они видят только исправления, как сказали наши мудрецы: «Чек, представленный к оплате, как будто уже оплачен»24. Получается, что когда смотрят на исправления, он как будто бы уже исправил их, и тут нет места для недостатка.
Как сказано: «Это пусть дадут они, всякий, переходящий к сочтенным»25 – и следует объяснить: когда видят недостатки, что называется «переходящий к сочтенным». «Половину шекеля» – «половина», как объясняется в «При хахам» (ч. 2, стр. 78): «Ибо молитва сделала половину. И удел молящегося о себе, что нет у него совершенства [то есть целого], а лишь половина. Ибо совершенному не о чем молиться. Потому предостерегают нас мудрецы, чтобы мы не работали за вознаграждение, а [работали] лишь за совершенство»26.
Это означает, что то, что человек дает, считается половиной, то есть кли, являющимся желанием получать для себя, которое отдалилось от Творца. И нужно молиться, чтобы это кли соединилось с Творцом, который называется светом. А когда свет светит в кли, это называется совершенством. И это смысл слов: «Молитва делает половину», ибо половиной называется кли, поскольку не может быть света без кли. Поэтому, когда он молится и чувствует свой недостаток, есть место для наполнения этого недостатка (хисарона). Выходит, что «это пусть дадут» – это кли, являющееся половиной, что называется пробуждением снизу, как сказано выше, что молитва о недостатке уже называется исправлением.
Это как в следующей притче. Некий человек отдал свой плащ, чтобы с него свели пятна, и говорит хозяину прачечной: «Я считаю число исправлений, которые ты должен произвести, чтобы знать, сколько тебе заплатить». [А в работе он считает пятна, чтобы знать, насколько он должен сообщить Творцу о том, что Он должен помочь ему исправить его, чтобы этот человек стал совершенным.]
И он просит у хозяина прачечной, чтобы он исправил и вывел эти пятна. И тогда нечего говорить о том, что человек придет в отчаяние, когда у него есть много пятен. Ведь он не считает пятна, чтобы видеть, сколько недостатков есть у него на плаще, а он считает, сколько нужно произвести исправлений.
Получается, что сейчас он не думает о своем недостатке, а сейчас он думает об исправлениях. И выходит, что нельзя говорить о том, что среди них будет мор, то есть что он сбежит с поля боя и скажет, что работа на пути истины не для него. Получается, что тут есть большое исправление в том, что считают выкуп, а не недостатки, которые есть у людей. Как сказали наши мудрецы: «Чек, представленный к оплате, как будто уже оплачен»27. То есть когда занимаются исправлениями, это как будто он был бы уже исправлен, поскольку сейчас он смотрит на исправления, а не на недостатки.
(35:04) А в дополнение к вышеназванному исправлению выкупом, который называется «выкуп за душу свою Творцу», – то есть речь идет об исправлениях, позволяющих прийти к слиянию с Творцом, – следует произвести благословение перед подсчетом. Что означает, что нужно идти в правой линии, которая, как сказано выше, называется благословением. И это человек, у которого ни в чем нет недостатка. А потом переходят в состояние левой линии, которая, как сказано выше, называется подсчетом. А потом снова переходят в правую линию, называемую благословением. Поэтому сказано, что благодаря благословению в начале и в конце подсчет будет осуществлен, и не будет среди них мора, а наоборот, благодаря этому они придут к истинному совершенству. [РАБАШ. Статья 18 (1989). Что означает, что благословение не пребывает над тем, что исчислено, в духовной работе]
Семинар
Чтец: (36:28) Переходим к уроку с Равом от 1 февраля 2002 года.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: Мы прочитали статью из «Шлавей Сулам», 2-й том, страница 240, «Что означает, что благословение не пребывает над тем, что исчислено, в духовной работе».
Это все-таки немного непонятно: что значит, что не исчислено или исчислено? Разве человек не должен считать, что у него есть? Разве он не должен знать, где он находится, сколько сделал, сколько ему еще дано сделать? Есть также в «Шульхан Арух», вообще в законах, есть законы, по которым считать обязаны, и есть законы, по которым считать запрещено. Все они относятся к духовной работе – в зависимости от того, с каким настроем, с каким намерением человек приходит считать эти вещи.
Поскольку желание получать целиком построено изначально и дано нам с намерением ради получения, то, если человек подходит к нему не для того, чтобы его исправить, ему нельзя входить и считать это желание получать, и пребывать в нем, ведь таким образом он просто теряет силы, оказывается под управлением желания получать ради получения и отдаляется от цели творения, от того, чтобы прийти к ней. Но если человек приходит сначала к правой линии, а затем идет к левой линии, тогда, конечно, он обязан считать, что есть у него в левой линии и сколько он может оттуда взять и исправить, потому что тогда подход созидательный, полезный для продвижения и исправления.
Поэтому все зависит от намерения: как подходят к желанию получать – и тогда либо вообще нельзя его считать, либо, как раз наоборот, считать обязательно нужно.
Есть вопросы? Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (39:34) Он пишет, что и в подъеме, и в падении есть сомнения. Так что значит правая линия, если это не относится ни к падению, ни к подъему? Что это вообще: ощущение, понимание, отношение?
М. Лайтман: Человек должен прийти к состоянию, когда его отношение к себе, к своим свойствам… Прежде всего, нужно смотреть только внутрь себя, не на мир и не на других – ведь мы все равно совсем не понимаем других, – а только внутрь себя. И когда смотрят внутрь себя, нужно смотреть только под таким углом, что ты приходишь исправить то, что у тебя есть. Если у тебя вообще нет способности смотреть так, то нельзя смотреть на то, что у тебя есть. Тогда нужно сначала заняться тем, чтобы подготовить себя к правильному взгляду. Сомнения, страхи, осторожность – все эти ощущения как раз помогают человеку почувствовать, где он находится, в чем он уже силен.
Я не понимаю твоего вопроса.
Ученик: Потому что я часто отношу правую линию к хорошему ощущению, а плохое ощущение…
М. Лайтман: Нет-нет, хорошее ощущение или плохое ощущение – это последнее дело. Конечно, написано «и живи ими», и написано, что «цель творения – насладить Свои творения», и цель – это именно наслаждения, и «Добрый и Творящий добро» – это необходимо ощутить, и весь наш путь – это путь исправления кли ощущения. Наши келим – это келим для наслаждения, но пока мы не завершили работу, пока человек не достиг Конечного Исправления, он должен все время держать под контролем свое ощущение, чтобы его ощущение его не обмануло.
Если ты идешь за ощущением, то, пока у тебя нет экранов, твое ощущение приводит тебя ко все более и более чрезмерному использованию желания насладиться ради получения. Но человек все время должен контролировать себя – сколько и как он этим пользуется. Иначе он никогда не сможет выйти из получающих келим. По ощущению мы не можем определить ничего. Бааль Сулам приводит много примеров этому; он говорит, что у человека чесотка и он чешется, – так расчесы, которые он чешет, все еще доставляют ему удовольствие, но сам процесс приводит его к смерти, к заражению и смерти.
Так согласно чему идти? Согласно тому, что ты ощущаешь в ощущении, или тому, что ты будешь проверять своим разумом действия, которые ты совершаешь? Ты понимаешь? Вот в чем вопрос. Так вот, пока я не завершил все исправления, то есть и в этом мире, и в духовном, на духовных ступенях, мне нельзя ни на одно мгновение оставаться без контроля над собой посредством разума и без того, чтобы связывать разум с целью творения и с тем, что происходит сейчас, и с тем, что я делаю, и так далее. Разве что ты хочешь также и целенаправленно: вот сейчас я выхожу из всех рамок, из всех порядков, из всего, иду, как в Пурим – все, потеряться. Но и это, если делают, то тоже делают целенаправленно, и тогда в этом тоже есть польза. А быть без контроля – это вообще не…
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:42) Так что же такое радость от того, что я отношусь...
М. Лайтман: И от этого должна быть радость.
Ученик: В ощущении?
М. Лайтман: Да. Что каждое мгновение, согласно проверке – разумной, целенаправленной проверке, – ты видишь, где ты находишься. И можешь ты или не можешь исправить это состояние – не важно, но ты уже его ощущаешь, ты его чувствуешь, ты впечатляешься от него, и эти впечатления – это и называется, что ты проходишь состояния и идешь вперед.
Ученик: Эту необходимость я могу взять от группы. А откуда мне взять эту направленность, прямо в этом направлении? Это тоже нужно брать от группы, чтобы прямо я..?
М. Лайтман: Нет, нет, группа может… нет-нет, группа не должна давать человеку разум; группа должна давать человеку воодушевление. Разум приходит от усилия, после того, как получил воодушевление, и ты работаешь с книгами, с авторами, ты уже работаешь на группу – из этого приходит разум. Разум приходит как следствие твоего усилия, а не оттого, что ты получил от группы. Группа в основном дает нам только воодушевление к цели.
Ученик: Как проверить мое усилие? Откуда я знаю, что я прилагаю усилия? Если я в группе, то видят меня, а если я один, как мне проверить себя? Как мне настроиться, удержать себя в усилии, чтобы я действительно прилагал усилия? Я нахожусь в желании получать – о каком усилии Вы говорите?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (46:36) На странице 246 написано, что человек начинает подсчитывать, сколько у него Торы и сколько трепета перед небесами. Что такое трепет перед небесами?
М. Лайтман: Трепет перед небесами – это называется, сколько у меня есть воодушевления к Творцу и желания иметь намерение ради отдачи Ему. Это и называется трепет перед небесами в общем. Ты не должен бояться Его. Если ты боишься Его, то тогда ты боишься ради получения, это не трепет перед небесами; это страх перед ударами, перед страданиями. Ты боишься не Творца, ты боишься страданий, которые получишь от Него, да?
Это мы просто так говорим: «Я боюсь маму, мама меня ударит». Так думает ребенок. Но это не страх перед мамой; это страх перед ударами, перед страданиями. Да? Мы не должны бояться страданий, мы должны бояться Творца. Что значит – Творца? Что мы не сможем дать Ему, оторвав все это дело от себя. Это называется трепет перед небесами, иначе это называется, что я боюсь удара, а не небес. Верно, удар приходит свыше, скажем, но это не… сами слова не точны.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (48:13) Что значит контролировать состояния, которые я прохожу, посредством разума, если и сам разум..?
М. Лайтман: Есть моха и есть либа. Мы должны все время осуществлять разумный, целенаправленный контроль: в каком состоянии я нахожусь и что я переживаю. Может быть, что я сейчас нахожусь в состоянии, когда не способен ничего сделать, и я буквально как мертвое тело и не могу двигаться, и так далее, и так далее, но это я вижу и ощущаю, и знаю, и я нахожусь в осознании, что это так. Или я в замешательстве, в таком замешательстве, что ничего не знаю, я выдаю слова – не чувствую, что произношу. Я не могу привести в порядок ни одну мысль, не могу вообще ухватить свою голову и стабилизировать ее. Но я оцениваю свое положение и знаю, что сейчас я нахожусь в таком состоянии.
То есть должен быть какой-то сторонний контролирующий механизм, как будто и не мой совсем, как бы буквально со стороны, когда я так вижу себя.
Да.
Ученик: Так что дает разуму якобы более объективный, с помощью которого я могу смотреть на..?
М. Лайтман: Я не говорю, что это объективная проверка, это может быть и необъективная. Я не могу сказать, что объективно, а что нет, но этот сторонний взгляд на себя помогает мне изучать себя.
Ученик: Это не сторонний. Разум – это тоже…
М. Лайтман: Хорошо, но так я изучаю себя, у меня нет другого выхода. Я изучаю себя, я изучаю, кто я, что я, так, как я могу изучать. А как иначе – я что, буду изучать это твоим разумом? Постепенно, по мере того как я переношу на себя свойства Творца, я смотрю на себя со стороны Творца. И тогда постепенно, по мере отождествления со свойствами, которые я приобретаю у Него, свои свойства я начинаю видеть как фараона, как чуждую силу во мне.
Ученик: Свойства Творца я разве не приобретаю сердцем?
М. Лайтман: Да, но разумом ты все-таки делаешь проверку. Только в чувствах ты не можешь оставаться, потому что в чувствах… Как ты сравниваешь чувства, это ощущение с тем ощущением – что истинно из них? Есть добро и зло и истина и ложь. Истина и ложь – это разумная, умственная проверка, а добро и зло – это чувственная проверка. Поэтому ты должен идти согласно истине и лжи. Ты различаешь, но не согласно горькому и сладкому – это вообще… у нас это вещи, которые отбросят нас в противоположность от… Если бы это было противоположностью святости, и мы знаем, что такое противоположность, – тоже хорошо, но и для противоположного мне уже нужен разум, а не только горькое и сладкое. Понимаешь?
Сядь здесь (Рав говорит ученику). Ты в порядке, но оттуда идет свежий воздух; еще немного – и ты заснешь.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (51:54) Мы говорим, что разум служит чувству как бы, но прежде всего – чувство. А разум – это когда приходит какое-то желание, он уже обслуживает… Как сделать так, чтобы разум преобладал над чувствами?
М. Лайтман: Как быть разумом выше чувств? Что может помочь?
Ученик: Чтобы чувство не управляло разумом.
М. Лайтман: Только страх, нет ничего другого. Трепет может быть трепетом перед потерей цели, трепетом перед… Но в чем смысл нашей жизни? Это в конечном счете обязывает нас задействовать разум больше, чем чувство. В чем смысл нашей жизни? Когда я вижу, что в ощущении у меня ничего нет, и я не достигаю наслаждений и вообще ничего, тогда я обращаюсь к разуму, чтобы прийти к хорошему состоянию. Это простые вещи.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:14) Я могу определить линии – правую, левую – если это не по отношению к ощущению?
М. Лайтман: Линии – правая, левая – это вещь очень…
Как сказать «условная»?
Реплика: Условная.
М. Лайтман: Условная? Это вещь очень…
Реплика: Относительная.
М. Лайтман: Относительная, может быть, да. Относительная. То есть я не знаю, что такое правая и левая в духовном плане. Если у меня есть ради получения и ради отдачи, то ради отдачи – это правая, а ради получения – это левая, скажем. И в этом тоже есть множество всевозможных вариантов. Но в нашем состоянии, ниже махсома, правая и левая – это по крайней мере то, что у меня есть воодушевление. Конечно, все это ло лишма, но воодушевление к Творцу называется «правая», а воодушевление по отношению к моему телу, к тому, что оно требует, называется «левая».
Ученик: Можно ли самому определить: я сейчас нахожусь в правой, сейчас нахожусь в левой, или это...
М. Лайтман: Нет, мы пока еще не можем заниматься этим и говорить: да, я в правой, я в левой или что-то. Нет. Главное, что человек должен делать, – это… Почему мы так устаем? Почему мы после статьи или особенно после того, как говорим о чем-то, выжатые? Потому что вся наша работа заключается в выяснении, в разумном выяснении, и это отнимает массу энергии. А если это приходит вместе с чувством, то вообще – человек за час делает работу, какую обычный человек делает за неделю.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (55:19) Когда нужно оценить состояние и отреагировать на него, есть ли связь между «чашей пращи», которую швыряют туда-сюда и зародышем, который видит от края до края, – относится ли одно к другому?
М. Лайтман: Зародыш, который видит от края до края, он видит потому, что он отменяет себя. И тогда все, что с ним происходит, неважно, – это происходит, и он просто находится в этих состояниях, которые проходят. Человек, с которым происходят эти вещи от края до края, включен в них, он включается в них, он впечатляется ими. Зародыш не впечатляется; у него есть экран, и хотя он проходит эти вещи, но проходит их без того, чтобы они господствовали над ним.
Иное дело здесь, у нас «чаша пращи» от края к краю, что мы проходим, из одного крайнего состояния в другое крайнее состояние, иное, тут мы включаемся в это состояние, мы тонем в нем, и оно господствует над нами, каждое состояние. Так это огромная разница.
Ученик: Это не ахораим ступени зародыша?
М. Лайтман: Нет, это не ахораим ступени зародыша, это еще далеко от этого. Это просто говорят человеку, насколько он слаб.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (56:53) Здесь написано, что на хисронот нужно смотреть только в аспекте их исправления. А если приходит хисарон, желание, которое ты не способен исправить, – что с этим делать?
М. Лайтман: Говорят, желание, которое я не способен исправить, – человек должен все-таки каким-то образом прийти к состоянию, когда он его не использует. Или вывести его в какой-то форме использования, когда он знает, что использует, но знает, что это у него осталось, и он обязан прийти к состоянию, когда исправляет. Проверка должна быть. Человек не может исправить. Где это вообще слыхано такое, чтобы кто-то мог что-то исправить? Наше усилие приводит к изменению свыше, свет, свечение – «свет, возвращающий к Источнику»28, свет исправляет. А если не свет, принуждением я не могу исправить ничего.
Тогда скажи так: что значит, что ты совершаешь сокращение? Написано: «сдерживающий свое желание, несмотря на то, что сильно жаждет». Так это не принуждение? Так когда я принуждаю себя – это называется принуждением, или если другие принуждают меня – это называется принуждением? Как мне прийти к состоянию, в котором я не принуждаю себя ни к чему, кроме усилия в учебе, и по мере того, как свет придет и исправит меня, – это будет мое исправление, а в той мере, в какой свет еще не приходит, еще нет исправлений, да?
Означает ли это, что я действительно нахожусь в духовном развитии? Или же если я не могу добиться какого-то исправления, свет еще не исправил, то остальные вещи, которые он не исправил, – то, что я вижу как непорядок, – я все-таки их замораживаю, я ими не пользуюсь, – это духовное развитие или это принудительно? Да?
Ну, что думаете? А? Нет ответа?
Ученик: Нет ответа.
М. Лайтман: Ты не знаешь. Говорят, что нет принуждения в духовном, и даже в материальном – не с хорошей стороны, не со стороны святости. Что это значит? Что если на доске написано, что нельзя делать так-то и так-то, а я беру это и применяю к себе – это называется принуждением? Или на доске написано так-то и так-то, а я навязываю это кому-то другому – это называется принуждением? Прежде всего в этом вопрос. А?
Если я скажу себе «нельзя» и буквально запрещу себе и буду удерживать себя в напряжении от использования какого-то свойства, какого-то желания, – это называется принуждением или нет? Или я должен прийти к такому состоянию, когда я использую все свои желания, какими бы они ни были, но стараюсь прилагать усилие, и придет свет и исправит меня, и тогда я буду в порядке; не придет – тогда использую так, как я есть?
Это неясно, что я говорю? Нет, Санилевич не улавливает. Да? Ну, так что вы думаете?
Петах-Тиква-Центр: (01:00:44) Если это касается меня самого – это не принуждение, так кажется.
М. Лайтман: Если это касается тебя – это не принуждение. Ну.
Петах-Тиква-Центр: Свет придет и исправит свойства, которые…
М. Лайтман: Свет должен прийти и исправить. И запрещено мне говорить себе «нельзя»?
Петах-Тиква-Центр: Это следствие света.
М. Лайтман: Да.
Ученик: Прежде всего, я думаю, что принуждение вообще не связано с запретом выполнения, выполнять что-то…
М. Лайтман: То есть принуждение – это не…
Ученик: Не в запрете, а в побуждении человека сделать что-то.
М. Лайтман: Секунду, секунду, секунду, я не понял. Ты добавляешь. Принуждение относится только к намерениям или к действиям? Это ты спрашиваешь?
Ученик: Нет.
М. Лайтман: А что тогда?
Ученик: Вы сказали, что принуждать – это запрещать себе или кому-то другому сделать что-то. А я говорю, что принуждать – это как раз побуждать себя или кого-то сделать что-то.
М. Лайтман: То есть принуждение не в том, чтобы не делать, а принуждение в том, чтобы делать. В чем разница?
Ученик: Разница большая, потому что… Что такое «принуждает»?
М. Лайтман: И так это против моего желания, и так это против моего желания. Так скажи…
Ученик: Так у тебя есть желание, а так у тебя нет желания, и ты как будто приводишь его искусственным образом.
М. Лайтман: Ладно, верно. Различия, конечно, есть, но и это против моего желания, и это против моего желания. Ну, запрещено в мысли или запрещено в действии – так ты хочешь сказать? Что в мысли это запрещено, в действии разрешено, или наоборот?
Ученик: В обоих запрещено.
М. Лайтман: В обоих запрещено. То есть ты – как он: запрещено… Что?
Ученик: Запрещено по отношению к кому-то другому и в мысли, и в действии. Но…
М. Лайтман: Кому-то другому – и в мысли, и в действии – запрещено. А запретить себе – обязан? Обязан. Но что значит «обязан», если я не способен?
Ученик: Тогда ты приводишь себя к кому-то, кто проделает это с тобой, потому что у тебя нет сил и нет возможности сделать.
М. Лайтман: Скажем, курение. Ты не куришь, ты не знаешь, что это такое. Мне говорят: нельзя курить, министерство здравоохранения постановляет. Какая разница, да? Так с того момента я воспринимаю это как приказ, хоть лопни – я не курю, да?
Ученик: Нет, это снова запрет. Но если бы министерство здравоохранения постановило, что курить как раз обязательно, то было бы…
М. Лайтман: Или, скажем, врач говорит мне, что я должен отныне и впредь есть только капусту.
Ученик: Да, это принуждение.
М. Лайтман: Это принуждение, а то, что нельзя есть сахар, – это не принуждение?
Ученик: Не принуждение.
М. Лайтман: Ну, ладно, я не знаю, я… Различие здесь есть, но принуждение это или не принуждение, это… ну, ладно. Принуждение – это чуждая сила или сила..?
Ученик: (01:03:41) Верно, если я не думаю, что это… то это принуждение…
М. Лайтман: Ладно. Ну.
Ученик: Человек запрещает себе и удерживает себя от чего-то или заставляет себя сделать что-то – тогда это не принуждение, потому что это исходит из его собственного желания.
М. Лайтман: Если я решаю – это не принуждение?
Ученик: Ты принуждаешь себя, скажем, встать в три утра, даже когда не хочешь, потому что у тебя есть цель, и тогда ты принуждаешь, ты делаешь что-то, чего не хочешь.
М. Лайтман: То есть если я принуждаю себя что-то делать или что-то не делать, то, хотя я делаю против, скажем, какого-то одного желания, но в другом желании я как раз хочу принудить себя, и тогда, если я проделываю это над собой, это не называется принуждением. О, это что-то хорошее.
То есть если я… Но вопрос тогда: я пришел к этому решению, что мне нужно исполнять или не исполнять, нельзя исполнять, сам, или я беру эту стигму, какой-то этот закон извне? Может быть, это и подскажет мне в точности, принуждение это или не принуждение. Понимаешь?
Ученик: Так даже если ты берешь рекомендацию из книг или от группы, то в конечном счете ты принимаешь ее, как свое, потому что опасаешься, что это…
М. Лайтман: О, так если я беру ее извне, я считаю, что это правильно, скажем, что это стоит того, то это не принуждение, хотя я и не хочу, но – согласно расчету.
Кто-то говорит, что нет? Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:05:32) Нет, я хотел сказать, что принуждение связано только с моим отношением к какой-то вещи. Скажем, с курением: мне дают рекомендацию, врач говорит мне, что мне нельзя курить, и я могу бросить курить, но мое отношение к сигарете и к курению остается таким же, как у курящего человека. Так на деле я не курю, и это не называется принуждением, потому что это не изменило моего отношения, это не повлияло на мое отношение. А что такое принуждение? Принуждение – это когда меня заставляют, кто-то воздействует на меня.
М. Лайтман: То есть принуждение – это когда на меня воздействуют без моего согласия чуждой силой, да? И я обязан выполнить то, что мне говорят, без внутреннего согласия?
Ученик: Да.
М. Лайтман: Без внутреннего согласия. Хорошо. Почему это обязывает меня делать – страх?
Ученик: Да, страх от давления.
М. Лайтман: Страх, то есть… но и так и так страх. Или я усвоил это, потому что боюсь, и делаю, или я боюсь – чего? Страданий от Него?
Ученик: Я боюсь страданий из-за этой вещи как бы.
М. Лайтман: Я боюсь страданий от Творца, из-за этого я не делаю многих вещей, – это принуждение или нет? Или принуждение – это только если я боюсь какого-то человека? И тогда, может быть, принуждение – это лишь следствие того, что я еще не могу завершить «нет никого кроме Него»29? А?
Да, ну. Ну, ты хочешь, нет?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:08:10) Каждый раз, когда я иду против желания – своего или по отношению к кому-то другому, – это всегда принуждение. Даже если я понимаю, что курить вредно, даже если я решил бросить, но все-таки страдаю, я принуждаю себя – это всегда принуждение.
М. Лайтман: То есть ты говоришь так: я хочу курить, я знаю, что это нехорошо, но у меня нет выбора, тело принуждает меня, и я курю.
Ученик: Нет-нет, наоборот.
М. Лайтман: Что значит наоборот?
Ученик: Я решил, что бросаю курить, я решил.
М. Лайтман: Ну.
Ученик: И я бросил, но я страдаю – я принуждаю себя.
М. Лайтман: Я бросил курить, я страдаю от того, что бросил, я не курю, и это называется принуждением. Хорошо. Ты принуждаешь тело? Нет. Но ты принуждаешь. Ты принуждаешь.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:09:07) Я думаю, что любое состояние, в котором есть только сам человек, его тело, – это неважно, это не принуждение, это просто расчет: от чего у меня больше наслаждения, и все. Принуждение должно прийти оттого, что кто-то другой делает расчет, а я вижу только результат, и результат вынуждает меня сделать что-то иное. Например, Творец – у Него есть какой-то расчет; я не знаю, каков Его расчет, я только знаю, что должен делать то, что Он говорит, и не знаю почему, даже несмотря на то, что вижу против этого огромное наслаждение, – это называется принуждением. И когда расчет не в моих руках. Если расчет в моих руках – это выбор… не выбор, это просто расчет.
М. Лайтман: Расчет. Даже если я вынужден принудительно сделать это, но это расчет. Ладно.
Да.
Ученик: Выходит, что нет принуждения, потому что нет такого состояния, когда расчет не в моих руках. По меньшей мере, не в нашем состоянии. В духовном мы говорим, что вообще нет принуждения.
М. Лайтман: Что это значит? Если кто-то делает расчет, и я не знаю его расчета, но я обязан делать?
Ученик: У тебя есть какой-то расчет, который не является его расчетом, это твой расчет, тогда ты…
М. Лайтман: Это всегда так: речь о вещах, которые я выполняю, а не о тех, что проделывают со мной без моего ведома.
Ученик: Да-да, понятно, что я выполняю, и расчет как бы не в моих руках, но все же я прихожу со своим расчетом. Я говорю: наверное, этот человек умнее меня, или, наверное, Творец больше меня, Он знает, что хорошо для меня, – так я делаю какой-то расчет. Я не принимаю это так. То, что говорит товарищ, – это выше разума, или я не знаю, что сказать, что-то…
М. Лайтман: Хорошо, мы еще поговорим об этом.
(Конец урока в записи)
Чтец: (01:10:48) Сейчас поделимся впечатлениями от урока и что мы берем отсюда для работы в десятках.
Семинар
Чтец: Перейдем к следующей части урока, но вначале споем вместе песню.
Песня: (01:17:07)
Набор: Команда синхронного набора
Шмот, 30:12. Когда будешь делать поголовное исчисление сыновей Исраэля при пересчете их, то пусть каждый даст выкуп за душу свою Творцу при исчислении их, и не будет среди них мора при исчислении их.↩
Зоар, Ки-тиса, пп. 2-3.↩
Шмот, 30:15.↩
Трактат Кидушин, 30:2.↩
Трактат Шабат, 133:2.↩
Йирмия, 30:17.↩
Трактат Сукка, 41:1.↩
Из молитвы Мусаф в Рош а-Шана.↩
Берешит, 2:3.↩
Дварим, 5:6-7. Я Творец, Всесильный твой. Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства. Да не будет у тебя божеств чужих пред лицом Моим.↩
Трактат Шабат, 87:1↩
Шмот, 19:10. И сказал Творец Моше: Иди к народу и святи [готовь] их сегодня и завтра, и пусть вымоют они свое платье.↩
Из молитвы Мусаф в Рош а-Шана.↩
Псалмы, 36:10.↩
Псалмы, 127:1.↩
Псалмы, 127:1.↩
Из молитвы Шмона-Эсре (18 благословений).↩
Зоар, Ки-тиса, п. 2.↩
Зоар, Ки-тиса, п. 3.↩
Коэлет, 7:20.↩
Трактат Брахот, 18:2.↩
Зоар, Ки-тиса, п. 2.↩
Шмот, 30:12. Когда будешь делать поголовное исчисление сыновей Исраэля при пересчете их, то пусть каждый даст выкуп за душу свою Творцу при исчислении их, и не будет среди них мора при исчислении их.↩
Трактат Евамот, 38:2.↩
Шмот, 30:13. Это пусть дадут они, всякий, переходящий к сочтенным: половину шекеля по [весу] шекеля священного; двадцать гер в шекеле, половина такого шекеля — возношение Творцу.↩
Бааль Сулам, Письмо 23.↩
Трактат Евамот, 38:2.↩
Мидраш Эйха Раба, Предисловие, 2.↩
Дварим (Второзаконие), 4:35.↩