Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 7 марта 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Что означает «Нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе. 20 (1991) (в записи от 11.05.2003)
Чтец: В первой части мы будем изучать урок в записи от 11 мая 2003 года. Книга «Труды РАБАШа», том 2, стр. 1281. Статья 20 (1991). Что означает «Нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе.
Будем читать статью вместе в десятке. Десятки, которые закончат раньше времени, приглашаются провести семинар по этой статье.
(00:55) Что означает «Нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе
Сказали мудрецы: «Исходя из чего дают имя Творцу, и [почему] называют Его "Макóм" (досл. место), что Он является местом мира, а не мир является Его местом? Из того, что написано: «Вот место у меня»1. Творец является местом мира, а не мир является Его местом»2. А также сказали [мудрецы]: «Нет ничего, что не имело бы своего места»3. И следует понять, чему это призвано научить нас в духовной работе.
Под «местом» в духовной работе следует понимать место хисарона (потребности). То есть, если у человека есть какой-то хисарон, то можно сказать, что у него есть место для получения наполнения этого хисарона. Но если у него нет хисарона, то невозможно сказать, что он может [что-то] наполнить, ведь ему нечего наполнять. Например, если он не голоден, он не может есть, и это называется, что у него нет места, чтобы утолить свой голод. Или, если у него нет жажды, он не может пить воду, поскольку нет у него места для получения наполнения.
И в свете сказанного можно объяснить, в чем заключается разница между «местом мира» и «благословенным местом», то есть местом Творца. И в плане духовной работы следует объяснить, что Творец – это место мира. То есть исправление творения состоит в том, чтобы [наполнить] место Творца, то есть хисарон, называемый «местом Творца», который заключается в том, что Творец хочет отдавать, – в этом Его хисарон.
А то, что можно сказать о Творце, [что у Него есть] «хисарон» – это потому, что Он хочет насладить свои творения. И это желание отдавать. И когда мир будет в таком хисароне – что они хотят отдавать по примеру Творца, тогда мир будет находится в состоянии совершенства. И тогда Творец сможет дать им благо и наслаждение. Почему? Потому что получение блага и наслаждения будет происходить в исправленном виде.
Однако «мир не является его местом», то есть хисарон, желание, которое есть в мире – это желание получать, и оно не относится к Творцу, ведь не от кого Ему получать. Поэтому это желание отдачи, которое есть у Творца, его мир должен принять на себя и не пользоваться природой желания получать – хисароном, с которым рождается творение, называющимся «еш ми-аин» (сущее из ничего). И это называется «местом мира».
И работа человека заключается лишь в том, как выйти из природы желания, имеющегося в мире, и получить иное желание, то есть желание отдачи. И это тяжелая работа. И этого мы можем достичь только с помощью Торы, как сказали мудрецы: «Сказал Творец: Я создал злое начало и Я создал Тору в приправу [к нему]»4. Что именно с помощью Торы можно выйти из-под власти желания получать для себя и обрести желание отдачи, поскольку это вторая природа, и только свет Торы помогает в этом.
Получается, что Он, то есть Творец, является местом мира. Иными словами мир должен прийти и обрести хисарон Творца, то есть желание отдачи. Однако мир, то есть желание получать, то есть хисарон, который есть в мире со стороны творения, это желание получать для себя, и оно не является хисароном Творца.
(06:12) Поэтому говорят «благословенно место», то есть когда человек удостаивается получить свойство хисарона Творца, то есть желание отдавать, тогда человек благодарит Творца за то, что Творец дал ему свое место, то есть желание отдавать, которое есть у Творца. И человек должен достичь такой ступени, чтобы у него было желание отдавать. Поэтому говорят «благословенно место» за то, что Он дал нам это место, то есть свой хисарон, желание отдачи, и это желание Творца может Творец наполнить благом и наслаждением.
И в свете сказанного следует объяснить то, что мы спросили, что означает сказанное «нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе. И объяснение заключается в том, что то, чего человек желает достичь, то есть желание отдавать, ощущается человеком, как недостающее ему. И тогда человек должен работать сначала ради того, чтобы для того, чего он хочет достичь, то есть для желания отдавать, существовало сначала необходимое место, то есть настоящий хисарон. И он выражается в двух аспектах:
Чтобы он чувствовал, что ему недостает этого.
Чтобы он чувствовал, что только Творец может помочь ему, а сам человек не способен никоим образом выйти из-под власти желания получать для себя.
И в этом смысл сказанного «нет ничего, что не имело бы своего места». То есть порядок работы таков, что человек сначала должен приготовить место, то есть хисарон, а затем Творец дает ему наполнение на его хисарон.
Однако следует знать, что хотя главная работа человека заключается в том, чтобы прийти к осознанию, что ему не хватает желания отдавать, и молиться Творцу, чтобы Он наполнил его хисарон, чтобы дал ему это желание, но человек должен идти также и в правой линии, которая считается свойством совершенства. То есть, чтобы человек чувствовал себя совершенным человеком. И это для того, чтобы он был способен воздать благодарность Творцу. Потому что, когда человек молится о чем-то, чтобы Творец наполнил его хисарон, он называется «проклятым», и «не может проклятый прилепиться к Благословенному»5.
Поэтому сказали мудрецы: «Человек должен всегда воздавать хвалу Творцу, а потом молиться»6. И это по причине того, что когда человек воздает хвалу Творцу, конечно же, если он видит славу Творца и восхваляет Его, то тогда человек находится в состоянии совершенства, то есть человек находится в состоянии благословения. И само собой «благословенный прилепляется к Благословенному»7, то есть человек может привлечь благословение свыше.
И порядок должен быть таков, что человек должен найти сам что-то хорошее, что Творец дал ему. И хотя сейчас он находится в хисароне, но [все равно] он должен сам пробуждать решимот от того [состояния], когда у него было что-то хорошее от Творца, и поэтому он может воздать благодарность Творцу за это. Не важно, от чего человек получал наслаждение, а важно, что он наслаждался этим. И сейчас он благодарит Творца за это. И автоматически он находится в состоянии совершенства.
То есть, тогда он был в мире с Творцом от того, что Творец наслаждал его. И тогда уже человек может быть в радости от того, что было у него. И теперь он может прийти к Творцу, чтобы Он помог ему, поскольку он не находится теперь в состоянии печали, ведь сейчас он не чувствует, что ему хуже, чем всем людям, то есть он [не находится] в состоянии «проклятый», ведь «не может проклятый прилепиться к Благословенному». А сейчас он находится в состоянии «благословенный». Поэтому человек должен искать у себя нечто, за что он мог бы воздать благодарность Творцу.
И в этом смысл сказанного: «И да не предстанут пред лицом Моим с пустыми руками»8. И следует объяснить это сказанным выше, что когда человек приходит просить что-то у Творца, человек не должен быть пустым, то есть что у него ничего нет. А человек должен стараться прежде найти что-то у себя, – то что Творец дал ему, что за это он благословляет Творца.
(11:19) А потом он может просить у Творца, как сказано выше, поскольку он думает о том, что получил от Творца. В таком случае у него уже есть связь с Творцом, ведь Творец дал ему что-то, и не важно что это, а важно, что он может воздать благодарность Творцу за это, и у него уже есть связь с Творцом в том, что он доволен Творцом, потому что Творец дал ему.
Поэтому, поскольку он сейчас в мире с Творцом, в этом есть 'сгула' (особое средство), что Творец наполнит его желания, потому что, как сказал мой отец и учитель Бааль Сулам, этим «благословенный прилепляется к Благословенному». Поэтому нужно очень остерегаться, чтобы не упасть в клипу печали, ибо тогда человек находится в разрыве с Творцом. Но не так это, когда он находится в состоянии «благословения».
И главное, что человек должен стараться быть «удостоившимся». То есть, чтобы он молился Творцу, чтобы удостоиться. Потому что когда человек находится в свойстве «удостоился», есть у него желание к Торе и к молитве. И все, что он видит в святости, эти вещи нравятся ему. И он получает от этого приподнятое состояние духа, поскольку он чувствует смысл жизни во всем, что относится к святости.
Тогда как если он «не удостоился», то это совершенно наоборот. То есть нет у него желания к Торе и к молитве. И во всем, что относиться к святости, когда он делает что-то, все это он делает по принуждению. И действительно, когда он отдает себе отчет, он говорит обо всем, что относится к святости, что это для него как смертельный яд, и он хочет побыстрее убежать от всех этих вещей, окружающих его.
И хотя он видит, что люди, которые находятся в его окружении, занимаются Торой и заповедями, и у них есть хорошее настроение во время работы, которой они занимаются, однако тело его приводит доводы, что если бы эти люди ощущали такой же вкус, как он ощущает, конечно, они были бы не лучше, чем он. А иногда он даже не ищет оправдания, почему они могут, а он нет. То есть то, что они занимаются духовной работой с воодушевлением, как в Торе, так и в молитве, этого еще недостаточно ему, чтобы он получил благодаря этому желание к работе. И действительно, нужно сказать, что поскольку этот человек находится в состоянии «не удостоился», то Тора становится ему как смертельный яд.
В свете сказанного следует объяснить то, что сказали мудрецы: «Сказал Раби Йошуа Бен Леви о том, что написано: «И вот Учение, которое изложил Моше»9, удостоился – становится для него эликсиром жизни, не удостоился – становится для него смертельным ядом»10.
И следует объяснить это в плане духовной работы, что если человек «удостоился», то его Тора становится ему эликсиром жизни, то есть он ощущает вкус жизни в Торе и в молитве, и во всем, что в святости. А когда он, страшно подумать, «не удостоился», его Тора становится смертельным ядом, то есть он ощущает в Торе и работе свойство смертельного яда, то есть вкус смертельного яда, и он хочет убежать и от Торы, и от духовной работы, и все, что он делает, он делает по принуждению.
Однако следует знать, что порядок духовной работы человека бывает 2 видов:
В «ло лишма»,
В «лишма», то есть ради отдачи.
И, как говорится в Предисловии к книге Зоар в п. 29: «И знай, что наша работа в течение отведенных нам 70-ти лет делится на 4 периода:
(16:29) Период 1 – существует, чтобы достичь огромного желания получать без ограничений во всей мере его испорченности как плод [деятельности] системы четырех нечистых миров АБЕА. Ибо, если у нас не будет этого испорченного желания получать, мы никак не сможем исправить его, поскольку никто не может исправить то, чего нет в нем, … что клипот будут управлять им, давая ему часть своих светов, чтобы предоставить человеку весь тот материал, с которым он должен работать, исправляя его. И так это до 13 лет…
Период 2 – от 13-ти лет и далее, когда точке в его сердце дается сила, и она [то есть точка] называется «обратная сторона» 'ахораим' святой души, облаченной в его желание получать с момента его рождения. Однако она начинает пробуждаться только после 13-ти лет. И тогда он начинает входить под власть системы миров святости… А главный рост желания получать происходит только в духовном… И вместе с тем это намного более важная ступень, чем первая. Ведь… это та ступень, которая приводит его к лишма. Как сказали наши мудрецы: «Всегда должен человек заниматься Торой и заповедями «ло лишма», ибо от «ло лишма» он придет к «лишма»11... И последняя ступень этого периода, когда он возлюбит Творца в великой страсти, подобно обуреваемому страстью человеку, любящему земной любовью до такой степени, что предмет его страсти стоит у него перед глазами день и ночь. Как сказал поэт: «Когда вспоминаю я о нем, он не дает мне спать»12.
Период 3 – это работа в Торе и заповедях лишма, то есть ради отдачи без получения вознаграждения. И эта работа очищает его желание получать для себя, превращая его в желание отдавать… И в мере очищения желания получать он становится достоин и способен принять 5 частей души, которые называются НаРаНХаЙ (нефеш, руах, нешама, хая, йехида).»
Из сказанного мы видим, что сначала мы должны работать в «ло лишма», то есть достичь желания и стремления к свету наслаждения, облаченному в Торе и заповедях, и эта работа заключается в том, что человек должен работать только ради собственной выгоды. Иными словами, он занимается духовной работой, чтобы насладить желание получать бóльшими наслаждениями, чем материальные наслаждения. Выходит, что эту работу, называемую «ло лишма», он выполняет лишь для того, чтобы удовлетворить свою духовную потребность, а не для того, чтобы доставить наслаждение Творцу. То есть он работает, чтобы исполнять Тору и заповеди для собственной пользы и не думает о пользе Творца.
А когда человек начинает работать в «ло лишма», чтобы достичь духовного удовлетворения, тогда человек начинает ощущать вкус в Торе и работе, и у него есть приподнятое состояние духа, и начинает чувствовать любовь к Творцу, и тогда есть у него очарование Святости. Однако, когда он желает войти в работу ради отдачи, то есть работать ради пользы Творца, а не для собственной выгоды, тогда забирают у него вкус, который он ощущал в то время, когда работал только лишь для собственной выгоды.
И это для того, чтобы он приучил себя работать ради пользы Творца, а не для собственной выгоды. А так как человек привык ощущать вкус в работе в состоянии второго периода, а сейчас не ощущает такого сладкого вкуса, который он ощущал в состоянии работы «ло лишма», то он думает, что то, что он не ощущает такого вкуса в работе, который был у него перед входом в работу на отдачу, это из-за того, что он стал сейчас хуже, чем был тогда. Поэтому он говорит, что он видит, что эта работа не для него, и хочет убежать с поля боя.
(21:38) А правда в том, что человек должен верить, что то, что он не ощущает вкуса в работе, это не из-за того, что он опустился сейчас со своей ступени, которая была у него прежде, а сейчас учат его свыше, чтобы он приучил себя работать ради Небес, не обращая внимания на себя, есть ли у него наслаждение от этой работы. А чтобы он приучил себя работать ради Небес. То есть, как сказал мой отец и учитель (приводится в «Порядке работы по Бааль Суламу»), что человек должен верить, что когда он относит свою работу к Творцу, то Творец принимает его работу, и не важно какая форма есть у его работы.
Получается, что когда человек не чувствует вкуса в работе, то он должен сказать, что сейчас ему представилась возможность работать только ради пользы Творца, то есть чтобы Творец насладился его работой, ибо сейчас человек не ощущает вкуса в работе, чтобы можно было сказать, что вкус привлекает его.
Однако когда человек преодолевает себя и работает ради того, чтобы Творец наслаждался его работой, человек должен стараться получать удовольствие от того, что у него есть сейчас место для работы только лишь ради Небес. И от этого человек должен получить приподнятое состояние духа. И об этой работе сказано: «Служите Творцу в радости»13, то есть в месте, где человек видит, что у него есть работа, то есть видит, что есть у него место преодоления, ведь его тело хочет, чтобы именно желание получать наслаждалось от его работы, а человек должен преодолеть это так, чтобы делать ее только для того, чтобы Творец наслаждался его работой, ибо сейчас человек не чувствует вкуса в работе, чтобы сказать, что вкус влечет его. И это называется работой.
И от этой работы человек должен получать радость, поскольку он видит, что сейчас у него есть возможность делать работу, чтобы она была только для того, чтобы доставить наслаждение Творцу. Но здесь начинаются подъемы и падения, поскольку каждый раз дают человеку почувствовать истину, насколько он на самом деле отдален от этого, поскольку это противоположно [его] природе.
Однако следует спросить, почему Творец сделал так, что человек не был способен собственными силами преодолеть свое получающее кли, а должен нуждаться в Творце, чтобы Он помог ему? Об этом сказал мой отец и учитель (Бааль Сулам), что благодаря тому, что человек не может преодолеть себя без помощи Творца, он видит, что так он останется вне святости. И он (Бааль Сулам) сказал, что причина в том, что если бы человек смог преодолеть зло в себе, он сразу бы ощутил вкус в работе и удовлетворился бы малым. То есть человек сам бы чувствовал, что слава Богу, он занимается Торой и заповедями, и чувствует, что сам делает все ради Небес. В таком случае, чего ему еще недостает? Поэтому он не видит, что еще он может добавить, ведь на самом деле он был бы тогда настоящим работником Творца. А поскольку без хисарона человек не способен работать, он оставался бы в свойстве 'катнут' (малого состояния) в духовном.
Тогда как если человек видит, что у него нет сил преодолеть себя и что-то делать ради Небес, и каждый раз у него есть падения и подъемы, и каждый раз человек видит, что он нуждается в помощи Творца. А помощь, которую дает ему Творец, это, как говорит книга Зоар о написанном: «Пришедшему очиститься помогают»14, – и спрашивает: «Чем помогают?» – и отвечает: «Святой душой»15.
То есть каждый раз он удостаивается более высокой души, в соответствии с той помощью, которую просит человек. То есть, сначала [получает] свет Нефеш, а затем Руах, пока не удостаивается свойства НАРАНХАЙ, что в его душе. Получается, согласно этому, что подъемы и падения, которые получает человек, приходят свыше преднамеренно, чтобы посредством этого он достиг того, что относится к его душе.
(26:58) Но когда человек еще находится в «ло лишма», и даже если еще не достиг «ло лишма» в мере огромной страсти к Творцу, как сказано о втором периоде, что тогда «когда вспоминаю я о Нем, Он не дает мне спать», он также должен начать работу по отдаче и не ждать, пока придет к свойству «ло лишма» в мере сказанного «когда вспоминаю я о Нем, Он не дает мне спать». Ибо человек может остаться в этом свойстве навсегда. Однако после того, как приходит к свойству «ло лишма» и чувствует вкус в работе, тогда уже дают ему свыше пробуждение, чтобы он захотел сделать что-то ради отдачи. И тогда начинается настоящая работа, вплоть до момента, когда свыше дают ему желание отдавать. [РАБАШ. Статья 20 (1991). Что означает «Нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе]
Семинар
Чтец: (31:23) Перейдем к уроку с Равом от 11 мая 2003 года.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: «Шлавей Сулам», том 5, «Что означает «Нет ничего, что не имело бы своего места» в духовной работе. 20 (1991)». По сути, последняя статья, верно?
Как можно это объяснить? «Место» – это как он говорит: есть из ничего, желание получать – это то, что сотворено. То есть творение – это место, в котором раскрывается Творец. Если есть творение, это место, то в нем сразу же есть раскрытие Творца. Когда человека называют творением? Когда он устанавливает, создает, строит, делает, порождает это место. Это место, само по себе, это желание необходимо строить непременно из многих составляющих.
Изначально мы получаем для этого желания все данные, причины, условия, чтобы строить, но работа за нами, как его построить. И как в этом мире, если мы хотим что-то построить, мы берем основания и начинаем строить из них. Так же это в духовном: нам нужно взять основания – желание, сущее из ничего, находящееся в нашем распоряжении, желание наслаждаться, – а затем нам нужно взять метод, как строить, то есть знать, как строят.
Как в нашем мире мы учимся у знающих людей, они передают нам свой опыт, и по этому опыту мы уже пытаемся, стараемся, учимся. И тогда нам удается построить что-то самостоятельно. Так же это в духовном – точно такой же слепок, если хочешь строить, получаешь строительный материал, получаешь план строительства, образцы, и помощь – все есть. И тогда строишь место. Это место называется иногда чертог, кли, парцуф, мир, неважно как, нешама, души – место, где раскрывается Творец.
(34:50) Как в этом мире нам нужно прилагать большие усилия против нашего желания, чтобы построить что-то. Наш разум любит отдыхать, наше тело любит все время находиться в покое. И в покое – то есть делать то, что удобно ему, что хорошо ему. Чтобы сделать что-то, нам нужно действительно потрудиться, сделать усилие против желания. Усилие – это то, что против желания. Я могу прыгать с утра до ночи или бегать, и это не будет усилием, если это по желанию.
И я могу сидеть на месте, не двигаясь, и это будет большим усилием, потому что это против желания. То есть, мера – это мера по желанию человека. Духовное строительство соответствует материальному строительству. Мы получаем желания, которые противоположны тому, чтобы быть местом для раскрытия Творца, и нам нужно их исправить так, чтобы они были достойны того, чтобы Творец наполнил это место. И наша работа – в устройстве места. Это место называется нешама, душа.
Пока мы строим ее, исправляем ее, проходим сто двадцать пять ступеней или шесть тысяч ступеней. Неважно, как считать – можно разделить исправление на разные ступени так или иначе. И по ступеням там раскрывается Творец творению, и тогда человек становится обителью для Шхины, для раскрытия Творца. Все силы, которые существуют в мире – и внутренние, и внешние – все они без исключения лишь помогают нам понять, что эта работа за нами: использовать каждую силу, каждое свойство, чтобы построить это место.
(38:04) Место, которое нужно построить – это не только то, что человек должен исправить себя, но чтобы построить это место, ему нужно получить кирпичи от других, еще желания от других. И из всех желаний, которые существуют в реальности, которые Творец приготовил для творений, каждый должен использовать все желания. Каждый, по сути, строит полное кли, полное место. Получается, что место, которое он построит, будет построено из тех шестисот тысяч частей, основ душ Адама Ришона, каждая из которых построена из шестьсот тысяч.
То есть, кли, которое человек исправляет из оснований, данных ему, – это кли, которое, нельзя сказать, в бесконечное число раз, говорят – в 620 раз, но это больше, чем это. Нельзя сказать, насколько по качеству больше первоначальных оснований, которые были готовы для строительства кли. И вся жизнь, все ощущение реальности, вся вечность и совершенство мы обнаруживаем и ощущаем только внутри этого кли, только внутри места.
Поэтому написано: «Нет ни одной вещи, у которой не было бы своего места», – потому что если есть вещь, если есть что-то, что мы ощущаем как существующее, эта вещь существует только внутри места, только внутри раскрытия. Изначально то, что мы ощущаем, – только со стороны нефеш, то есть, совсем минимальной, нулевой жизненности, в которой находятся лишь затем, чтобы начать работу.
Это, по сути, статья. Да.
Ученик: (41:06) На 6 странице третий абзац он пишет: Тогда как если он «не удостоился», то это совершенно наоборот. То есть нет у него желания к Торе и к молитве. И во всем, что относиться к святости, когда он делает что-то, все это он делает по принуждению. И действительно, когда он отдает себе отчет, он говорит обо всем, что относится к святости, что это для него как смертельный яд, и он хочет побыстрее убежать от всех этих вещей, окружающих его.
М. Лайтман: То, что ты читаешь, – так в чем вопрос?
Ученик: Вопрос: что такое «...все это он делает по принуждению» из всего этого абзаца?
М. Лайтман: Это частная вещь, где РАБАШ описывает, до какой степени человек может не видеть, где он находится. Он может идти как бы по пути, который кажется ему правильным, строить это кли. Но если его работа без усилий, по его желанию, то он входит в смертоносный яд. Ему кажется, что он продвигается, получает подъем, и ощущает, что работа действительно плодотворна.
Если этот подъем не приходит от того, что у него есть возможность, вопреки всем трудностям и вопросам, и ужасным состояниям, которые он проходит, – соединиться с Творцом; что эти противоположные состояния все время – насколько я ощущаю нехватку в обычных своих келим и живу лишь тем, что связан с Творцом, только из-за величия Творца и ни по какой другой причине. Если он живет этим – это называется святостью. Если он наслаждается связью с Творцом, и его желание получать, и его разум соглашаются с этим – это, по сути, противоположно.
То есть, это различение должно быть у человека в очень-очень ясной форме, и в этом вся учеба и группа должны помочь ему. То есть, нам нужен свет, возвращающий к Источнику, который прежде всего покажет нам, до какой степени наши желания противоположны желаниям Творца, отдаче. До какой степени вся реальность, кроме нашей малой реальности, построена согласно желанию отдавать, а мы буквально находимся против духовной реальности, как крошечное зернышко, в котором действует только этот закон – наполнения по желанию получать.
(44:40) И в этом мы видим, что никто не преуспевает, этот закон как будто бы и у нас не выполняется. Он выполняется лишь как подготовка к тому, чтобы мы увидели, пришли к решению, увидели, что эта вещь жизнеспособна или не жизнеспособна. Тогда мы начнем строить на ней нечто противоположное ей, из нее и выше нее. Выше – то есть, переворачивая ее. Тогда человеку нужно подготовить для себя много подготовок, проверок, вещей, которые помогут ему, которые будут напоминать ему при его продвижении, – иначе это не будет продвижением. Наоборот.
Потому что каждая вещь, с которой мы соглашаемся, по сути, непригодна для святости, не может быть. И схватить это внутри себя и знать, в чем противоположность, – потому что противоположность – это не просто я не буду есть, я не буду спать. Противоположность должна быть не в том, чтобы идти против желания, противоположность должна быть в том, что Творец должен быть господствующим над моим желанием. Метод таков, что пока Творец не раскрыт, мне нужно взять группу как определяющую и использовать ее вместо Творца.
Я вхожу в группу и определяю, что ее мнение будет служить мне так, как если бы Творец раскрылся. И тогда я получаю от нее силу, силу власти надо мной. Намеренно я готовлю себя в связи с группой таким образом, что я хочу сейчас войти в группу и буквально потерять себя, раствориться. Чтобы группа начала господствовать надо мной и принесла бы мне ощущение величия Творца. Я Его не вижу, и не нужен Он мне как будто, и пока еще рано мне прикасаться к Нему, и группа теперь начнет «промывать» мне мозг.
(47:56) И мнение группы – оно должно быть, я хочу, чтобы оно было вместо моего рассудка. Тогда я намеренно вхожу в группу и обращаю ее к себе, устанавливаю ее перед собой таким образом, что они перевернут мне все мысли и все желания, что они просто дадут мне другой рассудок. Но эта работа – это не то, что один раз ты закрыл глаза, вошел, бросил себя – и все. Эта работа – кропотливая работа, каждое мгновение нужно все время быть в этом. И в этом трудность. Один раз каждый согласился бы – просто поднять людей разом, как на Песах, например. Все соглашаются.
Тогда здесь решение должно быть не из того, что ты получаешь подъем от кого-то, а решение должно быть из усилия с твоей стороны. Вот оно, усилие – это буквально войти против желания, в котором ты находишься, и построить эту вещь именно в полном осознании, не закрывая глаза. В этом весь успех, я не знаю, как сказать. И если человеку удается систематически делать так, чтобы ему «промывали» мозг этой отвлеченной, странной, ненавистной ему идеей, – тогда он видит, что небеса проясняются, буквально, вместе с трудностью против этого, которая растет. Входишь из скрытия в скрытие, все глубже и глубже, пока не достигаешь раскрытия.
Получается, что усилие это в свободном выборе, не просто так. В свободном выборе в группе. Свободный выбор – это страшная вещь, никому он не нужен, никто его не хочет, потому что мне нужно именно выбирать каждое мгновение и использовать этот выбор, чтобы установить группу так, чтобы она «промывала» мне мозг – и именно этой идеей, что Творец велик и Он должен господствовать надо мной.
Тогда он пишет здесь в статье: почему это невозможно с Творцом напрямую? С Творцом напрямую мы бы использовали то же желание получать. Мы никогда не смогли бы сделать этот трюк, как с группой. В группе я даю некоторое количество усилий против желания, я давлю на себя и вхожу в группу и готов аннулировать себя, раствориться в ней, что называется.
Ученик: (51:30) По отношению ко всей группе, которая может...
М. Лайтман: Это по отношению к мнению группы общему.
Ученик: Какая разница – к одному человеку или к группе?
М. Лайтман: И также в моей работе это по отношению ко всей группе в целом. Я не обращаюсь к одному человеку. Я обращаюсь как бы ко всем.
Ученик: Когда я обращаюсь к другому человеку...
М. Лайтман: Мы обычно не говорим об этих вещах наедине друг с другом. Это не принято, потому что здесь много вещей, которые могут именно мешать. А желательно делать это в целом, по отношению ко всей группе, – тем, что ты обязываешь группу быть более внимательной к тому, каково послание, идеал группы, каковым должен быть ее уровень, что она должна давать всем, какой дух. И все время этот дух оттачивать. Все время этот дух оттачивать – тогда все получат.
Желательно делать это в общем виде по отношению к группе. Здесь много вещей, разный тонких различений. Каждый раз можно видеть, до какой степени эти вещи очень непостоянны и запутаны.
Ученик: Относительно какой идеи усилие?
М. Лайтман: Ты видишь, мы говорили две-три минуты назад, и у всех немного прояснилось. И снова исчезло. Теперь, если я снова построю это, и снова это станет ясным – снова исчезнет. Тогда каждый раз пробуждать это и искать – это и есть усилие. Хотеть, чтобы эта вещь влияла на нас, и как можно больше присутствовала в моей голове.
Ученик: У каждого есть свое мнение, как прийти к одной идее?
М. Лайтман: Какое мнение. Мы говорим только об одном: я хочу войти в группу, чтобы она влияла на меня вместо раскрытия Творца силу, которая может служить мне как раскрытие Творца.
Ученик: (54:42) У каждого это по-разному.
М. Лайтман: Что у каждого по-разному?
Ученик: Зависит от того, насколько... более выяснено…
М. Лайтман: Группа никогда не будет выяснена, исправлена. Забудь об этом. Наоборот: «Разрушение старцев – строительство». Чем больше столкновений – якобы. Но только в этой идее, и ни в чем другом, – тогда это строительство. Потому что это разногласие – именно ради Небес. Разногласие в чем? В том, что ты, или я, или он и он думают, каким образом мы можем помочь группе быть более пылкой в величии Творца. В величии цели.
Это не относится ни к какой физической работе. Ни к какому физическому изменению в группе. Ни к чему. Это относится только к внутреннему усилию человека по отношению к группе. Тогда я думаю так, а он думает иначе. Тогда пусть каждый делает так, как думает. Лишь бы эта общая идея – мы должны выяснить ее. Прояснить ее.
Но кроме этой общей идеи – для нее есть тысяча путей. Каждый чувствует по-своему, и здесь нет как бы разногласий. Это просто каждый из своей души. Тогда я как бы не могу помочь тебе в этом, и ты не можешь помочь мне. Это у каждого внутри самого себя – насколько понимает, и он даже не может это выразить. А лишь идея сама по себе – чтобы она была нам ясна: что она такое.
Ученик: Если такая работа, что называется споры?
М. Лайтман: Тогда получается, что это не споры. Что это – выяснения. Наши споры – это то, что меньше этой идеи, о разных других вещах. В этом не может быть спора. Спор может быть только если кто-то думает, что это не самое главное. И что самое главное? Что все, что мы делаем, – эта вещь должна быть определяющей, именно ради нее мы делаем это. Это называется «самое главное». Это как нечто «великое» – я ставлю его в угол под стеклом. Святыня. Что-то, да? Какой-то шкаф. Особенное. Нет. «Великое» означает, что оно ведущее, оно является началом всех моих мыслей и действий.
Ученик: (58:13) Тогда как в группе работают с двумя вещами. С одной стороны... с другой стороны, оно должно быть самым главным. Как сделать вещь, которая является самой главной, на каком этапе? В каком состоянии, на каком этапе? Мы говорили и в Шаббат, что человеку нужно стремиться быть первым...
М. Лайтман: Первым. Да. В чем хорошо быть первым? В пробуждении группы. Здесь нужно соревнование. Мы говорили вчера. Что как мы соревнуемся в этой жизни, чтобы зарабатывать материальное, и мир именно благодаря соревнованию продвигается. И в духовном тоже есть соревнование. И соревнование в духовном намного более благотворно, чем в материальном, в том, что в духовном все равны. Нам кажется, что мы не равны. У каждого – другая часть души Адама Ришона, у каждого другая душм. Кто знает, кто и откуда. В духовном именно мы равны. Потому что в духовном учитывается суть усилия, которое ты прикладываешь.
Если ребенок делает что-то новое, какое-то новое движение, – как мы восхищаемся им. Потому что для него это большое усилие. Достижение. А взрослый? Ему нужно делать иначе, чтобы мы восхитились им. Каждый – по степени своего развития. Тогда правосудие реальности, общий закон Творца – как не назови – они таковы, что учитывают всю твою суть, что усилие твое в конечном счете измеряется истинными весами. Что он трудится и ты трудишься – все это относительно сил вашей души. И только согласно этому они измеряются.
Тогда как в нашем мире мы измеряем по результату. Ты принес больше, а он меньше – все, ты лучше. То, что он работал больше, но вышло меньше, – нам нет дела до этого. Нам важно получить от тебя. Тогда как в духовном дело измеряется только по отдаче, и в относительной мере для каждого.
(01:01:10) Так здесь нет соревнования, которое является как бы заранее предрешенной игрой. Нет. Наоборот. Это зависит только от человека. И только в форме справедливости по отношению к каждому. Тогда если каждый вносит себя в группу – ты можешь сейчас сказать: откуда я знаю? Сидит здесь какой-то юноша, он, может быть, очень вносит в группу и хочет, но с трудом говорит, может, несколько фраз в неделю. А кто-то другой кричит. Конечно, мы, находящиеся еще в этом мире, не можем измерить правильное усилие каждого.
Тогда мы берем того, кто производит больше шума, – может быть, пусть он будет примером, ведущим, помогающим. Хотя он, может, прикладывает меньше внутреннего усилия, чем кто-то другой, молчащий. С этим нам нужно согласиться, у нас нет выбора, пока так. Потому что нам важно, пока мы еще не исправлены и не ощущаем друг друга как части души, нам важно впечатляться внешне друг от друга. Тогда тот, кто кричит, – но я имею в виду кричит правильно, то есть для пробуждения группы, – он важнее для меня, чем тот, кто, может, прикладывает намного больше усилий, но его внешнее выражение тихое. Ничего не поделаешь.
Это называется, что мы все сейчас находимся ниже махсома, в скрытии, и такова форма нашей проверки. И не путать с духовностью и говорить: что ты понимаешь, он делает больше, он делает меньше. «Нет у судьи больше, чем видят его глаза». Понимаешь? Только по тому, что видим. И не входить ни в какие духовные расчеты, в которых мы ничего не понимаем. И когда мы достигнем духовной ступени, мы постепенно будем судить иначе, относиться иначе.
Ученик: Как учиться от людей получить от них величие?
М. Лайтман: По характеру каждый получает впечатление по-другому. Когда я вижу человека, который работает тихо, скрупулезно над чем-то, и никто не обращает на него внимания, а он делает свое, и вот так точно делает, – это влияет на меня больше, чем то, что я вижу шум и... как будто это задевает меня глубже, я от этого получаю намного более внутренний удар. И так, по сути, у всех – кто улавливает в себе, что видит явление, но...
Ученик: (01:04:39) Где неудача, чтобы пробудить эту идею, может, потому, что она отвлеченная, что она против природы?
М. Лайтман: Неудача в том, что мы не можем пробудить группу в том, что если мы кричим: давайте пробудим группу, – наш крик сразу исчезает. Это непременно должна быть работа каждого в требовании ко всем. И каждый должен схватить себя, что если он не соглашается с тем, что слышит, что величие Творца должно господствовать в группе, – он вырывает в себе эту точку, которая не соглашается, и прилепляется без рассудка к мнению группы. Это называется «идти выше разума».
И это не будет фанатизмом, потому что каждый раз в следующий момент ему откроется все больший и больший и еще больший разум. Ему придется каждый раз делать работу выяснения здравым рассудком – не поможет ему иначе.
Ученик: Что такое мнение группы?
М. Лайтман: Мнение группы?
Ученик: Да.
М. Лайтман: Мнение группы – что слияние с Творцом является нашей единственной целью, и кроме этого у нас нет в жизни ничего больше.
Ученик: Как можно увидеть и почувствовать это в группе?
М. Лайтман: Как можно увидеть это? Это должно быть общим духом. Скажем, как вы ощутили на Песах, что есть некий дух, подъем. Может, не было ясно, что это величие Творца, и цель не была ясна, и каков был облик этого подъема – как будто, но какое-то ощущение подъема было. Все вот так слегка парили немного в воздухе, над землей. Тогда то же самое должно быть все время в группе, и не позволять себе опускаться, и эта вещь должна быть, как бы, определяющей – что и как я делаю в жизни.
Ученик: (01:07:47) В Песах была особая цель...
М. Лайтман: На Песах была определенная цель: быть в подъеме духа, чтобы пробудить всех нас, и всех, и показать всем, кто мы, и что они с нами, и то и это – было много вещей. Большинство связано, конечно, с желанием получать и с материальным, но все же некая внутренняя идея была духовной. Недостаточно выяснена, без сомнения, несовершенна, но все же кое-что было. Это общая работа на праздниках. В повседневной работе – другая работа.
Ученик: Что Вы сказали, что должен быть Творец, вместо раскрытия Творца что-то?
М. Лайтман: Вместо раскрытия Творца – это то, что он пишет в статье, стоит тебе снова прочесть: вместо раскрытия Творца нам нужна другая сила, которая притягивала бы нас к той же цели. Нам нужно пройти через желание получать, противоположное цели, – к слиянию с Творцом. «Слияние с Творцом» – это называется, – приобрести свойство отдачи.
Приобрести свойство отдачи – желание получать тебе никогда не позволит. Тебе нужно пока, внутри желания получать, представлять себе, что ты хочешь это свойство – отдачи. И представлять его и пробуждать его как великое, и это только группа может сделать для тебя. Эта посторонняя сила, если не Творец, – это группа.
Ты видишь: за несколько фраз, которые я произношу, я вижу, как здесь люди теряют эту нить, нить мысли, и путаются, и снова да, и снова нет. Это и есть усилие. Это усилие – что ты все же ищешь, душой, и в моха, и в либа, и в желаниях, и в разуме – как соединить эти вещи и как снова на мгновение увидеть фразу как-то ясно. И снова это исчезнет.
И пока ты снова строишь ее, может пройти так несколько часов и дней. Тогда все время строить эту фразу ясной для самого себя – это называется, что ты буквально выясняешь кли. И группа должна... и это, и эти вещи противоречат желанию, очень трудны. Требуют огромного внутреннего усилия, сил, энергии, калорий даже.
(01:11:13) Это нечто, требующее огромных сил, и только группа, если она пробуждает в тебе важность этого поиска, – это называется, что ты ищешь Творца из самого себя, эту идею. Что такое отдача? Чего хотят от меня? И только группа может все время давить на тебя, обязывать тебя, чтобы ты начал строить.
Этим ты строишь кли. Чтобы ты начал строить это. Но кроме этого... я никогда не найду в себе готовности. Только если придут большие страдания, тогда из вопроса о своей жизни я начну поиск. Но иначе я буду идти по обычному расписанию, годами. А группа, которая может обязать меня, каждое мгновение она колет меня, влияет на меня, пробуждает меня, зажигает меня, и это...
Тогда я буквально каждый раз вхожу в... это называется «входы и выходы». Вхожу каждый раз во «вход». То есть, я снова пробуждаю вещь: где я? Как я устроен по отношению к нему? Где Творец? И снова она исчезает, как будто, эта идея, ради отдачи. Как я нахожусь относительно этого? Что может помочь мне как причина к этому?
Я снова строю всю эту жизнь, как бы, по отношению к цели, снова это исчезает, и снова... И из таких построений – это называется «входы», что я ввожу себя в это строительство, и «выходы», я выпадаю из него, когда дают мне здесь каждый раз падение, каждый раз выход из этого, падение.
Исчезает у меня идея, мысль, сосредоточенность, и снова, и снова, и снова. Если я не получу от группы это буквально как самое великое – что это пылает, а иначе это смерть – такое «промывание мозгов», если я не получу этого, как я все время буду с этим?
Ученик: Как я могу требовать что-то от группы? Я могу лишь давать то, что есть во мне, и все время давать в ответ то, что согласно моему характеру.
М. Лайтман: Хорошо. Как я могу требовать что-то от группы? Очень просто. Группа предназначена, предназначена для этого, построена для этого, чтобы я требовал от нее. Что я требую от нее? Я требую от нее величие, идею ради отдачи, слияние с Творцом. Это ты можешь требовать от группы. Что значит, как ты можешь требовать?
Теперь, согласно чему ты требуешь? Ты требуешь по своему вкладу в группу. Что значит, по вкладу? Что ты вкладываешь тогда? Что ты, по сути, сам вкладываешь эту идею – только себя самого ты не можешь изменить и воспитать, а группу – можешь. Ты выбираешь группу, то есть, ту идею, которую группа потом передает тебе обратно.
Если ты приходишь в группу с каким-то другим требованием, то ты как бы не выбрал. Это не называется «выбором».
М. Лайтман: Да.
Ученик: (01:15:02) Где граница выбора в группе?
М. Лайтман: Нет границы. В этой идее нет границы. Только может быть такое: пробуждать группу к величию Творца... ты можешь спросить так: если я нахожусь на ступени номер десять, а группа сама находится на ступени номер два, – может ли она пробудить меня со ступени десять до одиннадцати?
Что значит, она «промывает» мне мозг? Кто они такие по отношению ко мне, когда между нами такая большая разница в уровне, что они могут пробудить меня? Это не вопрос. Они могут пробуждать тебя и поднимать тебя безо всякой связи с тем, кто они.
Поэтому я говорю, не случайно написано: «От всех учеников своих я учился». Ты можешь взять группу, группу начинающих, в которых есть немного эта идея, и через них получить подъем и «промывание» мозга, подняться из Ецира в Брия, я говорю серьезно. Это не имеет отношения к тому, что человек сам ощущает и выясняет, это имеет отношение к усилию, которое ты прикладываешь по отношению к группе, и у них эта общая идея должна определенно быть. Но неважно, в каком осознании они находятся по отношению к этой идее, а идея эта должна быть, в общем, только. Но если нет, если нет этой идеи, тогда нужно просто сразу менять или бежать. И неважно тогда, великий ты по отношению к ним или мал: они повлияют на тебя в любом случае.
Ты помнишь, как Бааль Сулам пишет, что рав Папа, который был мудрецом в своем городе, и пришли к нему и сказали: «Мы заплатим тебе сколько хочешь, переходи в наш город, все мы хотим учиться у тебя, приди сюда, оставь их, ты и так велик, тебе там не у кого учиться, ты ведь там выше всех». Так что им сказал? «Но среди вас кто я? Я пропаду, потому что вы будете влиять на меня тем, что есть у вас. Правда, они малы, но у них есть такая идея. Они – мои ученики, они малы, но это уже группа, которая учится, и среди них я вырос, поэтому, и я буду расти дальше, а среди вас – не знаю, кто знает». Не потому что разница в уровне, а потому что там есть эта идея, меньше, чем у него, неважно, – у него есть возможность расти дальше, а здесь нет, потому что здесь нет группы изначально. Если бы было хоть что-то немного – перешел бы.
Поэтому группа большая или маленькая, группа сильная, слабая, не знаю что, – если есть эта идея, прежде всего, измеряют группу только по этой идее, качество ее, а высота этой идеи неважна – может быть самые начинающие, а может быть какие-то бывалые.
То есть, снова я говорю: если бы ты вошел сейчас среди учеников рабби Шимона. Ты выиграл бы от них так же, как выигрываешь здесь в своей группе. Согласно тому, что ты вносишь, по тому, что ты требуешь. Потому что и эта группа, которая есть у нас, готова к этому, только нужно ее устроить, а устроить ее – это усилие каждого.
Ученик: (01:19:32) Как можно восхвалять в группе идею, постижения которой нет ни у кого из них в ощутимой форме? Как можно поднять что-то? Ведь это правило – составное из частей.
М. Лайтман: Как можно восхвалять совершенно отвлеченную идею, которая не ощущается, которую представляют себе определенно не в правильной форме, и эту вещь, чтобы она была у нас краеугольным камнем и одновременно будущей целью? Как можно? Именно тем, что эта вещь все время исчезает, это помогает тебе именно к ней продвигаться. Я не могу...
Ну, ну, говори.
Ученик: Если она исчезающая совершенно, то кажется, что это невозможно, но если есть какие-то как будто схватывания время от времени, какие-то определенные зацепки за нее, то можно каким-то образом ориентироваться. Как возникает то, что есть как будто схватывания этой идеи? Даже если не вся группа – двое-трое схватывают, они ведут, потом кто-то другой. Как сохранить стабильность в процессе?
М. Лайтман: В этом процессе мы можем участвовать лишь в том, на что мы способны, нет у нас в этом процессе правильного разума и чувства, нет у нас никакой практической подготовки. Что мы уже обучены в этом, и буквально отягощены какими-то данными, собранными по пути, все, а каждое мгновение начинают буквально с нового момента, и человек ощущает себя как такой потерявшийся малыш, буквально, и нужно привыкать к таким состояниям.
(01:22:16) Эти состояния обязательны, я не знаю, как сказать, но... поэтому я говорю: мне не важно начинать заново, в новом месте, с новой группой, с разными новыми условиями, переворачивать это каждое мгновение. Это должно быть нашим постоянным внутренним состоянием, и не ожидать, что какие-то прежние вещи служат нам как основание.
Снова: если ты держишься только за эту идею – что это Творец и Его величие – и все остальное ты начинаешь строить из этого, то у тебя есть верное направление, потому что Творец, и Исраэль, – ты тоже ищешь в самом себе ту точку, которая может быть связана с Ним, но связана с Ним еще на один процент, скажем. Он как цель виден на сто процентов, я как Исраэль имею от Него один процент, моя цель – чтобы Он у меня был на сто процентов. Это называется «приближаться к Нему». Написано: «Исраэль, Творец и Тора – едины». Это девиз, это закон, это формула, по которой мы продвигаемся.
Кто такой Исраэль и кто такой Творец? Свойства отдачи. Творец – это сто процентов свойств отдачи, Исраэль – один промилле отдачи. Иначе не называлось бы Исраэлем. Что значит, что Исраэль продвигается к Творцу? Что во мне это свойство Исраэля растет от одного промилле до ста процентов. Это называется, что я продвигаюсь к Творцу.
Вместо того чтобы показывать тебе, что вот я продвигаюсь по какой-то линии от меня к Нему в каком-то направлении – вверх, вправо, влево, – без линий, нет линий. Это свойство, которое растет во мне от промилле до ста процентов, называется, что у меня я прохожу ступени и состояния и достигаю цели. Что Творец уже во мне на сто процентов. Как я это делаю? С помощью Торы, с помощью разных средств, которые они назвали нам Торой и заповедями. Свет, возвращающий к Источнику, группа, и так далее. Тогда каждый раз, когда мы выясняем, что это за две точки и что это за средство, каждый раз это – усилие.
Ученик: (01:25:16) Точка в сердце – это Исраэль, точка отдачи. Тогда зачем добавляют желание получать?
М. Лайтман: Зачем мне добавляют точку отдачи в сердце, называемую Исраэлем, – желание получать? Чтобы увеличить точку от точки до ста процентов. Она растет только на этой плоти, называемой желание получать. Эта точка – это точка Бины, сердце целиком – это Малхут, тебе нужно сердце присоединить к Бине, чтобы оно получало ради отдачи. Тогда все ступени построены, как написано у нас, что они построены из плоти, которую ты получаешь от клипот.
От клипот, из своих желаний ты получаешь желания, помехи, желания получать, ты снова входишь с этой идеей о величии Творца, о величии цели, сокращаешь ради этого свое желание получать, поднимаешь эти идеи о величии Творца над желанием получать, выстраиваешь эту идею как рош по отношению к желанию получать, которое ты сейчас получил, – прекрасно, ты снова сделал «вход», как это называется. И сразу ты падаешь, забываешь, это называется «выход». Из таких «входов» и «выходов» – весь наш путь.
И снова ты падаешь. Что значит «падаешь»? Ты получаешь следующее желание получать, и снова тебе на него нужно строить: я, Исраэль, Творец, Тора. И это желание – величие Творца – должно быть над моим желанием получать, то есть оно должно снова определять мне ступень. Группа, идея группы должна быть выше всего, я покоряюсь перед ней, чтобы получить это, чтобы выстроить это верное отношение – что я не сворачиваю с пути, с этой линии, как он описывает в письме там на странице 63.
И каждый раз это работа. Ты можешь сказать сто двадцать пять ступеней, шесть тысяч ступеней, – но это миллиарды состояний, миллиарды состояний, и каждое мгновение мы можем их делать, каждое мгновение, когда помним об этом.
Ученик: (01:27:53) Это во время подготовки?
М. Лайтман: Во время подготовки – это вся наша работа, время подготовки – это весь мир Асия, это время подготовки.
Ученик: Как может расти эта точка до подготовки?
М. Лайтман: Эта точка растет у нас в ло лишма. Мы сейчас увеличиваем свое ло лишма.
Ученик: Это желание получать?
М. Лайтман: Желание получать. Присоединяем все больше и больше и больше желания получать к этой идее – прийти к духовному. По какой причине прийти к духовному? Потому что меня притягивает, потому что это велико. Что значит «велико»? Это больше, чем деньги, честь, знания, больше всяких вещей этого мира, это велико. Тогда духовное – это еще более крупное эго? Верно, это называется ло лишма.
Ученик: Что в это отдача?
М. Лайтман: Отдача в этом? Что я просто говорю «отдача».
Ученик: Нет, эта точка – Исраэль...
М. Лайтман: Эта точка – Исраэль? Что я все же думаю, что это связано с Творцом, что так я могу в своем желании получать представить себе, что такое Творец. Поэтому это называется ло лишма.
Ты видишь, сколько состояний ты прошел бы сейчас, а если бы вот так продолжал весь день и все дни? Тогда одним разговором нам не поможет. Об этом вообще не нужно говорить, это должна быть постоянная работа через группу. Всё.
Теперь, когда мы начинаем учиться, нам нельзя забывать о том, о чем мы говорили, и все время, на протяжении учебы, продолжать то же самое. Тогда ты обнаружишь, что в ходе учебы к тебе приходит какая-то сила, которая начинает изменять тебя так, что ты уже начинаешь видеть то, о чем мы говорили, еще на десять метров в глубину. Если ты не оставишь эту идею. Силой, неважно насколько ты будешь запутан и в этой идее, и в учебе, неважно, что ты выйдешь из урока без того и без другого в выясненном виде. Но главное – усилие, что ты сейчас все время в напряжении, в натяжении: как связать свою работу и то, что я изучаю, и поиск – вместе.
Ну, учимся.
Чтец: (01:31:02) Друзья, сейчас поделимся впечатлениями от урока. Что мы берем от этого урока для реализации в десятке?
Семинар
Чтец: Перейдем к следующей части урока, но прежде вместе споем.
Песня: (01:37:29)
Набор: Команда синхронного набора