Стенограмма составлена на основе стенограммы на иврите и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Полдень), 4 июля 2026 года
Часть 1: РАБАШ. Цель группы – 2. 1-2 (1984) (в записи от 18.05.2003)
Чтец: Дорогие друзья, мы входим в дневной наш субботний урок. Мы будем изучать урок Рава в записи от 18 мая 2003 года. Урок основан на статье «Цель группы – 2». «Труды РАБАШа», том 1, стр. 12.
Будем читать статью вместе в десятке.
(01:13) Цель группы – 2
Поскольку человек создан с кли, называемым «любовь к себе», в том месте, в котором человек не видит, что из его действия выйдет что-либо для собственной выгоды, у него нет топлива, которое позволило бы совершить хотя бы малое движение.
А без отмены эгоистической любви невозможно прийти к слиянию с Творцом, т.е. к подобию по форме.
А, поскольку это против нашей природы, нужно общество, чтобы все вместе были большой силой и мы могли бы работать вместе, чтобы отменить желание получать, называемое злом, так как оно не дает нам прийти к цели, ради которой человек создан.
Поэтому общество должно состоять из отдельных людей, которые придерживаются единого мнения, что нужно прийти к этому. И тогда из всех этих отдельных людей возникает единая большая сила, позволяющая бороться с собой, ведь каждый включает в себя всех. Получается, что каждый опирается на большое желание, состоящее в том, что он хочет достичь цели.
А чтобы было взаимовключение одного в другого, каждый должен отменить себя перед другим. А это происходит благодаря тому, что каждый видит достоинства своего товарища, а не его недостатки. Однако тот, кто думает, что он немного выше товарищей, уже не может объединиться с ними.
А также во время собраний нужно быть серьезными, чтобы не выходить из намерения, ради которого они собрались. А из соображений скромности, что является очень большим делом, было принято показывать наружу, что он не серьезен. Но, на самом деле, в сердцах их был огнь пылающий.
Однако людям маленьким, по крайней мере во время собрания, следует остерегаться того, чтобы не устремиться за речами и действиями, не ведущими к цели, ради которой они собрались, состоящей в том, что с помощью этого нужно прийти к слиянию с Творцом. А о слиянии смотри в книге «Дарование Торы».
Только когда находятся не среди товарищей, лучше не показывать наружу намерения, скрытого в их сердце, и внешне быть, как все, как сказано: «И скромно ходить пред Творцом Всесильным твоим»1. И хотя на это есть более высокие объяснения, но и простое объяснение есть тоже очень большое дело.
Поэтому стоит, чтобы среди товарищей, которые соединяются, было бы равенство друг относительно друга, чтобы один смог отмениться перед другим. И в обществе следует особенно следить за тем, чтобы в них не вошло легкомыслие, ибо легкомыслие разрушает всё. Однако, как сказано выше, это должен быть вопрос внутренний.
Тем не менее, когда присутствует кто-нибудь, кто не принадлежит этому обществу, нужно не показывать ему никакой серьезности, а внешне уподобиться тому человеку, который сейчас пришел. Т.е. говорить не о серьезных вещах, а о том, что подходит человеку, который сейчас пришел, называемому незваным гостем. [РАБАШ. Статья 1-2 (1984). Цель группы – 2]
Чтец: (05:00) Переходим к уроку с Равом от 18 мая 2003 года.
(Трансляция урока в записи)
М. Лайтман: Видим мы отсюда, из статьи «Цель группы», что поскольку человек создан с кли, которое называется себялюбие, то буквально каждый и каждый обязан работать по отношению к группе, давать группе воодушевление. И это воодушевление, которое каждый обязан давать всей группе, – Рав пишет, что нужно быть серьезными. То есть серьезными не в том, что я вхожу в такое важное молчание, а серьезный – это когда я держу внутри себя цель и осуществляю ее серьезно по отношению к группе, внешним образом, так, чтобы каждый и каждый мог этим воодушевиться.
Теперь, на больших ступенях там люди уже сами как бы переходят от внешнего выражения к тому, чтобы пробуждать один другого к более внутреннему выражению – посредством мыслей и намерений. Поэтому он говорит. Однако людям маленьким, по крайней мере во время собрания, – по крайней мере во время собрания, они – следует остерегаться того, чтобы не устремиться за речами... и так далее. А люди, которые растут, – им уже неважна внешняя форма, они могут как бы говорить о всяких более внешних вещах, а внутри заниматься более внутренними вещами, и передавать воодушевление группе, каждый другому, посредством мыслей, а не посредством внешнего выражения.
Но это еще не для нас, нам запрещено этим заниматься, это придет само. А мы воодушевляемся один от другого – от его внешней формы, и очень-очень нужно остерегаться причинить вред таким образом, как будто во внешнем человек… Несерьезность во внешнем – это потом стоит многих сил, это должно быть как игра, и это очень трудно. А у нас несерьезность – это не игра, это наше внутреннее состояние, которое нельзя выносить наружу.
(08:33) Что он пишет: Только когда находятся не среди товарищей, лучше не показывать наружу намерения, скрытого в их сердце, – а когда находятся с товарищами, тогда да, можно показывать наружу то, что есть в сердце. То есть серьезность в цели. Поэтому стоит, чтобы среди товарищей, которые соединяются, было бы равенство друг относительно друга... Что такое равенство друг с другом? Это может быть: один молодой, один старый, один уже давний в группе, а один новенький, – равенство это по цели, чтобы не было среди них чужих людей, о чем он писал раньше. Или дальше он пишет, как о незваном госте.
Если есть равенство по цели, то неважно – это как в лодке или на корабле, где у тебя тысяча ролей для каждого и каждого, от больших до малых, и все они необходимы, чтобы плыть. Так что нет здесь большого и малого, нужно заботиться обо всех – об общем подъеме настроения и об общей цели между ними, это называется, что они равны. Поэтому они называются товарищами, иначе это не была бы группа; в группе каждый равен другому. И нужно очень-очень остерегаться также и в этом.
То есть на предприятии есть у нас тот, кто кричит, есть такие, кто кричит, а в группе это совершенно запрещено, нужна большая работа, чтобы действительно видеть всех совершенно равными, иначе не будет духа группы, общность цели не будет пребывать между нами. Теперь вы понимаете, до какой степени Рав должен остерегаться с группой и давать им простор, не запирать их на себе.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (11:19) Что такое легкомыслие у нас? Это вещь относительная? Или это меняется?
М. Лайтман: Легкомыслием называется все, что чуть меньше серьезности. Что называется серьезным человеком? Серьезным называется тот, перед кем есть цель, и ради нее он все время действует. Знаешь, во внешнем самый лучший пример здесь – это Пинхас, да. Пинхас, да, все смотрят на него: он все время в расчетах, все время что-то записывает, все время в такой внутренней озабоченности, внутренняя забота, и все, все вот так. Да?
И это внешний пример, что называется серьезным. Ты начинаешь его спрашивать – он начинает пробуждать всю свою систему, пока она не выдает какой-то ответ, и все... Это называется серьезностью – как бы когда человек замкнут на одной цели и все время действует к ней. Это может быть в шутке, это может быть во всяких (контекстах), привязано к той одной цели, которая сейчас определяет все его мысли и все его действия. Не только сейчас, а все время – это называется серьезным.
Теперь, на более высоких ступенях человек начинает быть снаружи немного меньше того, что внутри. Когда и почему? Потому что когда у него есть основа, фундамент и привычка, благодаря которой он связан с целью свободно, все время. Не то чтобы свободно, но это уже не стоит ему определенных сил, а «привычка становится второй природой», – он не может иначе. Он не может иначе; для него есть, пить и находиться во всяких состояниях в мире, не знаю каких, – это все внешнее по отношению к внутреннему состоянию, которое существует в нем, которое он уже построил.
Так вот, таким образом внешнее выражение может быть как бы свободным, и тогда невозможно увидеть по нему, что он на самом деле думает, в чем он на самом деле пребывает, где он на самом деле. По РАБАШу вообще невозможно было увидеть это: снаружи могли быть шутки или всякие вещи, состояния, истории, а внутри было прямо постоянное состояние очень высокое. И тогда человек как бы автоматически хранит себя таким образом, что внутри он находится в постоянном состоянии, а снаружи может быть даже во всяких чуждых компаниях, неважно, это уже не… это уже начинает быть другой работой, в подъеме АХАП.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (14:59) Те отношения, которые были вчера серьезностью, может завтра быть легкомыслием и…
М. Лайтман: Нет, мы должны позаботиться, чтобы… Я скажу тебе: каждый, кто заботится о том, чтобы группа была серьезной, способствует созданию в группе общую серьезность, а каждый, кто немного опускается ниже этого, всегда может восполнить себя посредством группы, и сразу почувствует разрыв между собой и группой, который обяжет его снова вернуться к этому. Понимаешь, это просто – это некий постоянный уровень, который все время поднимается, но статичный, такой, что ты уверен, что по отношению к нему ты можешь существовать. Иначе же, если нет такого постоянного уровня внутри группы, то никто не знает, где он находится, и убегает от ощущения к ощущению, вообще не знает, – это совершенно шаткое состояние.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (16:23) Что такое групповые действия?
М. Лайтман: Групповые действия – это в учебе, в чтении всяких этих вещей, посредством которых мы хотим именно пробудиться вместе, – это групповое действие. И наша учеба сейчас – это групповое действие, и очень сильное; по сути, это вершина всех подготовок, которые сейчас должны осуществиться. В то время как сейчас мы читаем и учимся, мы притягиваем окружающие света из тех состояний, которые Бааль Сулам устанавливает. Сейчас мы будем учить, скажем, «Учение десяти сфирот», так вот из тех мест, которые мы учим, – то есть Бааль Сулам устанавливает эти места и то, в каком виде он преподносит их нам, – мы оттуда и в том же процессе, в том, что он установил в своей книге, притягиваем окружающие света.
Это как будто он дает нам программу развития, если мы учимся по его книге. Также – откуда, с какого уровня, и также – в каком процессе входят света и действуют на нас окружающие света. А мы сами должны лишь привнести силу притяжения к этим светам – притянуть их из тех мест, где они находятся, где он находился во время написания. И все.
Ученик: Кроме учебы?
М. Лайтман: Кроме учебы – все остальные действия предшествуют учебе. Предшествуют учебе. Поэтому когда мы были… где Сенька? Когда мы были в Америке и встретили ответственного у Берга за русских в Лос-Анджелесе или Сан-Франциско?
Ученик: Лос-Анджелес.
М. Лайтман: Лос-Анджелес, да. Так вот, запись уже есть, да, я думаю? Так вот, я говорил с ним в ресторане там, и сказал ему: мы можем присоединиться к вам, нет никаких проблем, институт, институт – что нам за важность, давайте мы будем учить у вас, только два условия: чтобы это было бесплатно, – вы можете взимать деньги, но мы нет, – это одно. И второе – что мы будем учиться по источникам. Ведь если я не притягиваю свет из источников – ни Бааль Сулам, ни РАБАШ, ни рабби Шимон, ни АРИ, – то откуда придет окружающий свет? Я обязан учиться по источникам.
(19:15) Подготовить себя посредством учителя, посредством Рава, посредством группы – это совершенно нормально, но потом окружающий свет – такую большую силу может дать мне только душа рабби Шимона, АРИ, Бааль Сулама. Так это то, что я сказал. А если не источники, то что это – просто философия или какие-то такие рассказы, которые каждый может написать? Поэтому – видел ли ты когда-нибудь, чтобы мы учились не по источникам? Нет такого.
Можем учить что-то, что я когда-то где-то написал, – но и это мы здесь никогда не учим, это противно, я не могу. Это хорошо, чтобы, может быть, пробудить себя или как-то упорядочить что-то непонятное, чтобы была большая связь с учебой, но, конечно, только источники. «Учение десяти сфирот» – я думаю, никогда не будет того, что сочли бы способным заменить его; нам нужно будет учиться по нему, потому что такие окружающие света ты не возьмешь ниоткуда.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (20:31) Может ли товарищ вывести другого товарища из чрезмерной серьезности, как ему кажется или..?
М. Лайтман: Конечно, это возможно – что один товарищ вызовет падение, то есть выход из серьезности у другого; нет ничего проще и нет ничего опаснее. Можно ли к этому прийти? За полгода, за год можно к этому прийти. Понимаешь, такое отношение – самое разрушительное, оно отнимает у тебя все воодушевление. Главное, что тебе нужно от группы, – это воодушевление, а он обрывает это, как будто: что он сказал? Это глупость. Это не глупость. Это не глупость, это внутренняя подготовка, внутреннее отношение, так настроенное к цели.
Если такое есть в группе, нужно устранить это – и человека, и эту склонность как бы делать какое-то такое легкомыслие, – ее просто не может быть. Вы не знаете, как сейчас за несколько слов, за десять секунд, я могу опустить здесь состояние и превратить группу совершенно во что-то другое. Не то что я, а каждый. Это то, с чем нельзя соглашаться ни в коем случае.
Когда я начал учиться у Рава, примерно через два-три месяца я спросил, ну так мы говорили с Менахемом Эдельштейном, старик, он жил на Рейнес напротив нас, он был на три года старше РАБАШа, то есть когда я пришел, ему было около восьмидесяти. Так вот, я спросил его: «Ну, когда?» Он говорит: «Знаешь, еще чуть-чуть, еще чуть-чуть совсем, ну вот-вот, вот-вот». И это мне помогло. Потом я говорил с кем-то другим, … как его там зовут, между прочим хороший парень, он мне много помог, и я бывал у него, когда приезжал из Реховота на какие-то субботы и прочее.
(23:26) И вот я спросил его, а он говорит: «Кто может этого достичь, лет двадцать-тридцать работы, о чем ты говоришь? Двадцать лет работать, и, может быть, да, а может, нет». Потому что он родился у… его дед был великим. Был рав великий, Лембергер его звали, большой ученик Бааль Сулама. Было там пять-шесть обладателей постижения среди его учеников, и он был одним из них. Так вот, тот парень – его внук, но кроме того, что он внук, – ничего. Внук, красиво нам пел, как обычно, знаешь.
Он мне говорит… Я пришел к РАБАШу. Ну, знаешь? «Что здесь происходит, что он говорит?» Ведь я был всего два-три месяца. А этот человек родился здесь, весь его род здесь, отец его здесь, все от Бааль Сулама, – смотри, что он мне говорит. РАБАШ хотел его выгнать, знаешь, и вообще начать там не знаю что, он так… я не забуду эту реакцию. Как можно такое говорить начинающему? И кто говорит, кто он такой? Что он понимает? Он прошел эти этапы? Он достиг чего-то, он знает? И это действительно было… Ладно, я не… я быстро прошел все эти вещи, но правда помню их как… Такое нельзя слушать, цель должна быть – что вот-вот я постигаю, и все, и все время так; таким образом ты притягиваешь окружающие света. Если можешь сдержаться – сдержись. Понимаешь? Так сдержись, это не называется МАН.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (25:52) В любом состоянии, неважно каком, в любом состоянии я должен как бы…
М. Лайтман: В любом состоянии нужно приводить… Но это не должно быть напряжением, просто нервами; это должна быть нацеленность только на это, только это в жизни. Есть у тебя такие состояния? Так пусть они все время будут внутри; это не должно мешать тебе ни учиться, ни работать, ни делать что-либо в жизни, а если это мешает – признак, что не устроено правильно. Не может быть, чтобы духовность в жизни в каком-либо состоянии противоречила материальности, она должна облекаться прямо как перчатка внутри, во всех действиях. Ты знаешь, что духовность – это рука, а материальность – это перчатка; во всех твоих делах в жизни она может облекаться очень красиво. Если нет – значит, ты еще запутан.
Ученик: …
М. Лайтман: И если видишь, что не справляешься, оставь эти крайние состояния, попробуй подойти к ним иначе.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (27:07) То, что Вы сейчас сказали: если духовность не облекается прямо как рука в перчатку в материальность, то я не устроен правильно, – значит, проблема здесь в моем отношении к духовности или в моем отношении к материальности? Где здесь проблема? …
М. Лайтман: Проблема не в… Если духовность не облекается точно в материальность, проблема не в отношении к тому или к этому, а в том, как связать их между собой. А связать их между собой – это тоже то, чего мне недостает увидеть, что эти состояния, и духовное, и материальное, я получаю из одного источника, у которого там все объединено без всякой разницы. Этого пока нет, и это может быть проблемой даже на очень больших ступенях. И я также видел по РАБАШу – он не мог говорить с другими, рабби Шимон вдруг сжигает кого-то – просто, скажем, что это… Приходит ко мне человек на прием, рассказывает мне что-то, я не могу его слушать, он меня раздражает. Зачем, и что, и почему?
Это называется, что я действительно не нахожусь в состоянии, где могу облечь одно в другое. И неважно, в каком… это на всем протяжении пути, пока не будет полного облачения. И неважно, в каких случаях: можно быть большим каббалистом, а в каком-то случае в этом мире – в чем-то… РАБАШ не мог, ему было проблемой услышать какое-то лишнее слово, по телефону он говорил, знаешь, десять, пятнадцать слов, как будто каждое слово стоит миллион долларов, чтобы, не знаю, покороче, понимаешь. Да, нет, давай. Ни «здравствуй», ни чего-либо – вот так.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (29:03) Бааль Сулам пишет здесь, что самоотмена – это путь, из которого можно действительно выйти на ускорение друг с другом. Он говорит, что это как бы просто – это видеть достоинство товарища, а не его недостаток. Что это за «просто»?
М. Лайтман: Где написано?
Ученик: Он пишет в отрывке, начинающемся на странице 145, – чтобы было взаимовключение друг в друга.
М. Лайтман: Страница 125 в нашей статье. А чтобы было взаимовключение одного в другого, каждый должен отменить себя перед другим. Это здесь вопрос, или дальше?
Ученик: Что такое правильная самоотмена?
М. Лайтман: Где написано «правильная»?
Ученик: Написано, что благодаря тому, что каждый видит, что это – благодаря тому, что каждый видит …
М. Лайтман: Так вот это – А это происходит благодаря тому, что каждый видит достоинства своего товарища, а не его недостатки. То есть я должен извлечь из тебя то, что, может быть, у тебя есть какое-то достоинство, девяносто девять процентов – недостаток, нет у тебя ничего хорошего, кроме одной вещи. Что это за одна хорошая вещь?
Ученик: Это устремление к цели.
М. Лайтман: О, это для меня хорошо, и это я должен найти в тебе. Может быть, у тебя есть еще тысяча и одна хорошая вещь, но они мне безразличны; я выбираю только это – это для меня хорошо. То есть все проверено и измерено, и выяснено и выбрано только согласно цели. Ты можешь быть хорошим парнем, и у тебя множество хороших свойств – для меня они сейчас не существуют; я хочу объединиться только с той точкой в тебе, а в другом, даже если нет всех этих прочих вещей, – точка, та же точка.
И это – благодаря тому, что каждый видит достоинства своего товарища, а не его недостатки, целенаправленно.
Однако тот, кто думает, что он немного выше товарищей… Что значит «немного выше»? Что у меня больше, чем у другого, – тогда зачем мне объединяться с другим, тогда мне нечего в нем найти и нечего у него взять. … он уже не может объединиться с ними.
Зачем? Теперь, если человек растет правильно, то в любом состоянии он видит, что ему нужно только это свойство, точка в сердце каждого, которая есть в каждом, – она ему нужна, и он видит это в каждом.
Ученик: А что значит расти правильно и оставаться в самоотмене? Все же приходят иногда такие состояния такого гадлута.
М. Лайтман: Состояния гадлута, которые приходят, – это чтобы показать тебе, что ты должен исполнять то, что он пишет здесь в этой фразе. А что ты думаешь? Если бы у тебя не было иначе, то зачем он писал бы эту фразу? Если это не происходит, то об этом не говорили бы.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (32:31) Как можно отменить желание получать?
М. Лайтман: Как можно увидеть желание получать?
Ученик: Отменить.
М. Лайтман: Отменить желание получать как возможно? Зачем? Это вся моя жизнь; если я отменю желание получать, то я не сдвинусь, тогда я умру. Желание получать не называется злом; злом называется то, что я работаю с ним себе на пользу, не считаясь с кем-то еще, кто есть в реальности, с Творцом. Так вот, здесь группа должна мне помочь – учить, что есть Творец; и если желание получать направлено на Него, то желание получать больше выигрывает, оно может больше получить. Мы сейчас работаем в ло лишма; сейчас мы хотим, чтобы Творец был важнее для моего желания получать, чем все остальные вещи в этом мире.
Я могу получить наслаждение от футбола, от хорошей еды, от вечеринки с товарищами, от какого-то фильма, от учебы, от мудрости, от всяких вещей, неважно. Тысяча и одно наслаждение могут быть у меня в этом мире, которые притягивают меня и мое внимание; я должен прийти к состоянию, где для моего желания получать источником наслаждения, большего, чем все прочие наслаждения, будет Творец, больше всех, и все. Так зачем мне убивать желание получать?
Увеличить его и направить его на Творца – вот что я обязан [сделать], это называется временем подготовки. И каждый раз мне будут давать все большее желание получать к разным другим вещам, а мне нужно на этом, поверх этого выстроить такое желание получать, чтобы оно, это большое, из всех этих источников наслаждения было направлено на Творца. Чтобы я наслаждался от Него – вот и все, я должен сделать только эту селекцию. Притягивает меня то, и то, и то, и то. Нет. Посредством группы сделать промывание мозгов, что Творец предпочтительнее, вот и все. А?
Ученик: (35:23) Творец важнее…
М. Лайтман: Что Творец важнее, я могу больше получить от Него – вот что мне нужно, и все. Устремляться к Нему как к источнику величайшего наслаждения – это называется до такой степени, что не дает мне уснуть. Тогда я тянусь к Нему, окружающие света приходят и делают сгулу (чудесное средство), постепенно дают мне прелесть святости, что здесь есть некое превращение в «ради отдачи» также, что я начинаю думать о Нем, я люблю Его, я начинаю любить Его, не только себя через Него, но и Его тоже. Это постепенно получают. Это уже сгула. Мы не знаем, как это действует. Как из первой стадии выходит у нас вторая стадия из четырех стадий прямого света. Свет, который приходит, действует таким образом. Даже окружающий свет, не…
Так у меня сейчас есть простая работа: чтобы группа меня убедила – я один не могу, – чтобы группа убедила меня, что Творец больше, чем весь этот мир. Мне стоит быть с Ним в связи, приближаться к Нему больше, чем приближаться ко всяким источникам наслаждений в этом мире.
Почему я не могу сделать эту работу один? Зачем мне группа? Потому что вещи этого мира скрывают от меня Творца. Я тянусь к ним. А точка в моем сердце – она только точка. Она не дает мне раскрытия больше, чем точка. И он говорит, что дополнительное раскрытие мое, воодушевление от меня, восхищение мной – ты можешь получить только от точек в сердцах твоих товарищей. Так мне нужно через них, через группу притянуть себе дополнительное воодушевление сверх того, что у меня есть, чтобы в сумме воодушевление мое и группы, которое я от нее получаю, было больше того, чем притягивает меня этот мир. Вот и все. Здесь нет ничего, что выходит за рамки простого расчета.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:51) Что такое групповая подготовка к уроку?
М. Лайтман: Правильная подготовка к уроку? Групповая? Это когда мы сидим вместе с одним намерением, чтобы произвести какое-то одно совместное действие вместе, из одного источника, чтобы оно пришло к нам – посредством нашего общего желания, и мы притягиваем это к себе, все вместе.
Ученик: Какое правильное действие нужно сделать, чтобы прийти к этому?
М. Лайтман: Действия подготовки? Я не знаю. Представь себе, что есть нечто сверху, и у каждого есть веревка, и если мы потянем вместе, мы сможем опустить это ближе к себе. И еще немного, и еще немного – и так это. Ну..? Представь себе, простое действие. Здесь ничего нет. Духовное – это просто. Нам кажется, что это сложно. Тяни это – и все. Тяни, как за веревку.
Ученик: …
М. Лайтман: О… так вот подготовка, теперь ты понимаешь. Так вот подготовка к уроку – это что мы свяжемся между собой, почувствуем эти нити, и что эта работа будет совместной. Это подготовка к уроку.
Ученик: Это только в мысли?
М. Лайтман: Это убеждение, внутреннее убеждение посредством группы. Групповое согласие – вот что мы делаем.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (39:37) Если я нахожусь в состоянии, когда не воодушевляюсь, или товарищ, прямо в таком состоянии сонном, пассивном… Если я беру это состояние к себе и связываю его с собой и чувствую его, это уже действие, как бы, отдачи групповой или что-то еще? …Этого достаточно, что я беру к себе и ощущаю… или нужно еще что-то? Кроме материального в этом мире…
М. Лайтман: У меня нет ответа на вопрос, что нужно делать товарищу или между товарищами. Это просто, как сама жизнь. Это тысяча и одна возможность, вариантов, подходов, а цель – то, чего ты хочешь этим достичь, – она определяет. Как можно… можно ли написать книгу о поведении в жизни или о случаях, которые мы проходим в жизни? Подход – мы выясняем подход, а дальше все уже неважно.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (40:58) Насчет совместной работы в группе. Почему нужно, чтобы был правильный вес всяких внешних действий, и какой должна быть их цель…?
М. Лайтман: Цель всех действий группы должна быть, в конце концов, сосредоточена на одном итоге: мы приступаем к учебе, и во время учебы мы не должны забывать, что учеба целенаправленна. То есть не сам порядок и мудрость, которые там есть, – цель, а мы притягиваем силу свыше посредством того, что учимся, и эта сила должна поднять всех нас к нему, к тому источнику, откуда приходит свет.
Мы притягиваем свет свыше, и он должен поднять нас наверх. Если человек думает об этом на протяжении учебы, он выполняет условие о намерении в количестве и в качестве, и тогда действительно за короткое время это действует на него так, что поднимает его выше махсома и продолжает дальше. И продолжает дальше.
Наш источник находится в Конечном Исправлении. Оттуда мы посредством наших источников, источников Бааль Сулама, притягиваем света и можем подняться до того места. И всегда, и всегда действия такие – и до махсома, и после махсома, только после махсома они более ясны, они более выяснены у человека.
Он знает, он немного больше понимает эти силы. Он находится с ними уже в каком-то особом соединении. У него уже есть личное ощущение, где он находится, и как он действует в личном обращении к каждой силе из всей совокупности сил, действующих на него, и это проясняет ему органы его души.
У него уже есть внутреннее ощущение, что его общее желание к Творцу разделено, скажем, на десять частей. И как он работает с каждой частью в особой связи с Творцом. Это уже начинает быть парцуфом. Но неважно – даже если это парцуф, это все равно работает таким же образом: что он притягивает «свет, возвращающий к Источнику»2. Ты назовешь его тогда «свет АБ-САГ», неважно как. И этот свет потом, когда исправляет его, наполняет его. Это уже зивуг дэ-акаа и подъем к высшему. Это неважно, потом… Это то, что мы учим, но это тот же принцип, другого нет.
Ученик: (44:16) Как правильно использовать внешние действия, чтобы были как бы внутренние..? Есть, мы делаем много действий.
М. Лайтман: Мы должны сделать проверку, какие наши действия работают правильно, а какие – нет. Пришли ли мы перед уроком к состоянию, где мы сейчас готовы учиться только ради этого и только это по-настоящему не забывать. Может быть, читают страницу и ничего из нее не помнят, и даже ничего там не понимают. Это неважно.
Прежде всего – намерение. «Я учусь ради этого». И если из всей страницы ты прочтешь одну фразу и сможешь немного вникнуть в нее на десять процентов, в общем, это неважно. Намерение, величина намерения – она определяет приход окружающих светов. А если нет намерения, то ты можешь прочитать тысячу страниц, и запомнить, и знать их, и при этом не притянуть даже одного грамма силы света, и будет у тебя только мудрость, и ты останешься гоем (народом). «Мудрость у народов – верь»3. И все. То есть только в величине устремления притянуть свет ко мне, чтобы он притянул меня к себе.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (45:38) Намерение должно быть также как решимо, потребность и величие Творца..?
М. Лайтман: Намерение – это, по сути, то же решимо, или, скажем так, намерение – это сила, которая приводит в действие решимо из величия и низости. Но нет, сейчас не стоит это разъяснять, потому что потом это само прояснится. Намерение – призвать то самое, ту жажду, ту потребность к силе, чтобы она пришла ко мне, и исправила меня, и привела меня к цели, к тому, чего я хочу. То есть учеба – это средство, а цель – это сама цель.
Да.
Ученик: Если я с этим работаю и я хочу видеть отношение товарища…
М. Лайтман: Это уже частности.
Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (46:44) Как частное усилие человека – достаточно ли этого для объединения с группой? Обновлять ли это во время объединения с группой?
М. Лайтман: Во время урока не думать так много об объединении, о группе и всяких вещах. Во время урока должен быть один фон: что мы вместе сейчас совершаем действие, что мы хотим эти окружающие света, чтобы ко мне пришла сила свыше, изменила меня, исправила меня и приблизила меня к цели. И все. И это – по направлению вверх, и по отношению к нам, что мы вместе это совершаем. Как в атаке, как в бою, когда идут вместе. У тебя есть ощущение, что ты находишься со всеми вместе, и ты сам тоже совершаешь это действие. Верно?
Да.
Ученик: Что значит притягивать силу исправления? Достаточно ли, скажем, что человек…
М. Лайтман: Потом поговорим об этом из опыта…
Да.
Ученик: …
М. Лайтман: Это не на сейчас. Вы… да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (48:03) Цель работает вместе с желанием понять то, что написано, или только..?
М. Лайтман: Цель работает вместе с желанием понять то, что написано. Мне нужно также соединиться с текстом, но не так, чтобы соединение с текстом стерло цель и устремление к ней, и вообще чтобы был подход к тексту как к средству. Нет. А то, что я хочу его понять, – это средство, потому что я хочу понять, как это на самом деле действует в духовном, то, что я изучаю. Я хочу войти в это. Это тоже называется, что я тянусь к цели. Но если я не могу таким образом – не нужно.
Много раз я спрашивал РАБАШа: я совсем не способен, – были такие состояния, – я не способен также думать о цели, и об окружающих светах, и о том, как они меня притягивают, и неважно в каком, как выразить это внутреннее напряжение, и вместе с этим учиться. Он говорит: «Неважно. Сколько строк ты слышишь? Совершенно нормально. Прошло два часа, ты услышал несколько строк, но все время ты входил-выходил, входил-выходил с намерениями и с тем, что мне нужно от учебы, это и действует».
Ладно.
(Окончание урока в записи)
Набор: Команда синхронного набора