Барух Шалом Алеви Ашлаг (Рабаш)
Исцеления и выздоровления – гонимому ветром листу, и раздастся: «Вот я в посольстве Владыки своего, чтобы взмывать в рядах летающих», это тот муж, коему помогает Владыка, – по образцу Его, …
Я получил твое письмо, и да даст Творец ясность, что путь наш – путь правильный. И да укрепим мы память нашу ко дню памяти и тогда удостоимся мохин памяти, которым свойственно очищать материальный воздух. И тогда мы вдохнем воздух святости, являющийся истинной и вечной жизнью.
И вот, я хочу добавить к тому, что ты пишешь: «Я уверен, что если бы я встретил самого большого отступника…»
Известно правило, верное для всего мира, что для мастера не хорошо попасть в общество нехороших специалистов и учиться из их дел. То есть когда профессиональный мастер, например сапожник, попадает в общество малопрофессиональных сапожников, они дают ему понять, что не стоит делать хорошую обувь, – делай, как получится, и не стоит делать хорошую и красивую обувь.
Или портной, если он профессионал, когда он находится в обществе малопрофессиональных портных, они дают ему понять, что не стоит напрягаться, прилагать усилия и тратить труды, чтобы одежда была чистой, аккуратной и подходила к заказчику. Поэтому ему надо остерегаться входить с ними в контакт.
Тогда как если он строитель, если он попадет в общество портных, он не может научиться их дурным поступкам, потому что между ними нет никакой связи. В то же время, если у них та же профессия, каждый должен оберегать себя и вступать в контакт только с людьми, чистыми сердцем.
И согласно вышесказанному, всякого, о ком ты думаешь, что он работник Творца, ты должен остерегаться, [проверяя], хороший ли он профессионал, то есть хочет ли он, чтобы работа его была чистой и непорочной, чтобы устремление его было ради имени Творца.
И, по крайней мере, когда он знает, что он не хороший работник, он ищет для себя советы, как стать профессионалом, а не просто рабочим, вся цель которого – оплата. Ведь хорошим работником и мастером называется тот, кто не считается с оплатой, а наслаждается своей работой. То есть если искусный портной, например, знает, что одежда подходит клиенту во всех нюансах, от этого он испытывает духовное наслаждение, большее, чем от денег, которые он получает.
Поэтому с людьми, не принадлежащими его профессии, не страшно, если он общается с ними, – ведь ты занимаешься строительством, а они выделкой кож, и довольно понимающему.
В то же время у людей, которые занимаются Торой и заповедями, но не следят за тем, чтобы одежда подходила клиенту, есть только разум, который противоречит Торе, противоположен мнению Торы. И здесь тебе надо все время быть начеку… и отдаляться от этих людей на расстояние выстрела.
Тогда как с простыми людьми, как сказано выше. Поэтому со сторонниками «Мизрахи»2 у тебя контактов нет, и поэтому ты не нуждаешься в особой осторожности. А от сторонников «Агудат Исраэль»3 уже необходимо беречься, а с хасидами тебе уже нужна бо́льшая осторожность. А с людьми, которые были близки к нашему покойному учителю, уже нужно следить во все глаза, как сказано выше.
Но на самом деле, у этого есть еще одна причина. И она особая, согласно словам великого Ари. А согласно объяснению моего отца и учителя в его книге «Учение Десяти Сфирот», где учитель обосновывает свои слова, почему в мире Некудим мелех Даат, являющийся уровнем «Кетер», то есть первый мелех, во время разбиения упал ниже всех мелехов, так как чем он грубее, хотя он и более возвышен, когда у него есть экран, – в то же время, когда экран у него исчезает, он самый худший. Поэтому он упал ниже всех мелехов.
А можно объяснить его слова так, что те, кто идут путями Творца, обладают двойным желанием получать, как к материальному, так и к духовному, как сказали наши учителя.
Поэтому те, кто был близок к нашему покойному учителю, пока они опирались [на него], у них был экран и авиют, тогда как сейчас, когда у них нет никакого смирения, и нет никакого стремления поставить экран, и вся работа их состоит только в том, как быть «благочестивыми иудеями» или «ребе», – это авиют без экрана. И автоматически от них исходит то, что исходит, и для меня они на подозрении во всем, и никто их не может остановить. И довольно понимающему.
Я сократил, так как не хочу, чтобы они были в моих мыслях. Ведь тебе известно правило, что человек пребывает там, где его мысли. Но поскольку я знаю твое свойство, что ты любишь знать правду, [скажу, что] я был вынужден занять свои мысли авиютом без экранов, относящимся к состоянию разбиения келим, которые еще не встали на путь, позволяющий выяснить их. И да будет Творец милостив.
Чтобы понять вышесказанное с большей ясностью, я дам тебе маленький пример. Известно, что у любых двух ступеней есть промежуточное свойство, включающее в себя оба свойства вместе. Подобно тому, как между неживым и растительным есть промежуточное, называемое кораллами. А между растительным и живым есть «полевые камни», то есть живые существа, связанные пуповиной с землей и питающиеся от нее, а между животным и говорящим есть обезьяна.
Таким образом, возникает вопрос, что является промежуточным между истиной и ложью. Что является точкой, включающей в себя оба этих свойства?
И прежде чем объяснить, я добавлю еще одно правило: известно, что малое невозможно разглядеть. В то же время большое увидеть легче. Поэтому, когда человек пребывает в небольшой лжи, он не способен увидеть истину – что он идет по пути лжи. А он говорит, что идет по пути истины. И нет лжи больше этой.
И причина этого в том, что у него не так много лжи, чтобы он мог увидеть свое истинное состояние. Тогда как если человек обрел много лжи, выходит, что ложь уже выросла у него до такой меры, что если он хочет увидеть, он уже способен видеть. Выходит, что сейчас, то есть когда он видит ложь, – иными словами, [видит,] что он идет по пути лжи, – он видит свое истинное состояние.
Иначе говоря, он видит истину внутри себя – как встать на правильный путь. Получается, что эта точка, то есть точка истины, состоящая в том, что он идет по пути лжи, является промежуточной между истиной и ложью. И это мостик, связывающий истину и ложь. И эта точка является концом лжи, отсюда начинается путь истины.
И таким образом нам станет понятно то, что сказал мой отец и учитель: что чтобы удостоиться «лишма», сначала нужно подготовить самое большое «ло лишма», а потом можно прийти к «лишма».
И можно объяснить это в духе сказанного выше, то есть что «ло лишма» называется ложью, а «лишма» называется истиной. И когда ложь – маленькая, то есть заповедей и добрых дел [у него] немного, получается, что у него есть маленькое «ло лишма», и тогда он не способен видеть истину. Поэтому он говорит тогда, что идет путем добра и истины, то есть что он работает в «лишма».
Тогда как, если он занимается день и ночь Торой и заповедями в «ло лишма», тогда он способен увидеть истину, так как благодаря умножению лжи, [ложь] становится у него большой. Получается, что он воистину видит, как он идет по пути лжи. И тогда он начинает исправлять свои дела.
Иначе говоря, тогда он чувствует, что всё, что он делает, – это только в «ло лишма». И из этой точки переходят на путь истины, то есть «лишма». И только здесь, в этой точке, начинает действовать принцип «от «ло лишма» приходят к «лишма»». Тогда как до того он утверждает, что работает в «лишма», и как же можно изменить его состояние и его путь?
Поэтому, если человек ленится на путях работы, у него нет возможности увидеть истину – насколько он погряз во лжи. Но благодаря умножению занятий Торой и заповедями ради доставления наслаждению своему Создателю можно увидеть истину – как они идут по пути лжи, называемому «ло лишма». И это промежуточная точка между истиной и ложью.
Поэтому мы должны укрепиться на пути Творца, как указал нам мой отец и учитель. Укрепимся в непоколебимой уверенности, и пусть каждый день будет для нас как новый. Ибо каждое мгновение нужно обновлять основы, и благодаря этому удостоимся опоры, которая не пошатнется никогда, и будем идти вперед.
Твой друг Барух Шалом а-Леви Ашлаг