Беседа с журналистами

20.04.2021

https://kabbalahmedia.info/ru/programs/cu/znU1dmX9

Темы:

Посткорона. Трудности возвращения к рутине. Внесла ли пандемия серьезные изменения в развитие человечества?

Есть ли будущее у современных биотехнологий по внедрению чипов в мозг человека? Интеракция с "облаком мыслей, желаний, информации".

Помехи в Яффо

Вопрос (Хаим): Вы говорите о Фараоне, то есть о нашем эгоизме, так: Посмотрите, как весь мир наслаждается от эгоистических желаний, и чем больше эгоизма у человека, тем он успешней. Так мы продолжаем развиваться до тех пор, пока не достигаем состояния, когда этот путь начинает казаться нам неверным и тупиковым. Мы уже не можем пользоваться эгоизмом, поскольку он не приносит нам плодов: "А король-то голый!".

Значит, мы должны заменить его? Мы хотим выйти из-под власти желания получать, потому как видим, что оно приносит только вред, пробуждает в нас стремление к различным достижениям, которые ни к чему не приводят. Мы строим пирамиды, и, в конечном итоге, оказывается, что мы строим "дома мертвых".

Как Вы видите процесс выхода человечества из этого "дома мертвых", из эгоизма?

М. Лайтман: Когда каббалисты говорят о войне Гога и Магога, о воскрешении мертвых, – речь идет о нас, о нашем желании получать, которое умирает и возрождается с желанием на отдачу. Но прежде, чем оно изменится, мы должны пройти очень серьезные, даже ужасные состояния. Ничего не поделаешь. Нас заставят их пройти. Но чему можно научиться, как продвигаться и подготовиться к ним в соответствии с нашим духом? Это задача, которую мы призваны решать.

Война Гога и Магога - имеется в виду такое противостояние, когда проявляется все зло и показывает нам, что оно хочет управлять в полную силу, и нет никакой возможности ослабить его хоть чем-нибудь. Такое состояние даже трудно представить. "Человек ненавидит близких своих", то есть везде он видит только ненавидящих его, врагов его. И на самом деле будет бояться каждого, и повсюду.

Ведущий: Как выйти из этого состояния?

М. Лайтман: Выход из него происходит через раскрытие, осознание зла. Мы единогласно решаем, что невозможно что-либо сделать, потому что перед нами смерть, физическая и духовная, и тогда принимаем решение помогать друг другу и выходить вместе. Красное море можно пройти только при условии взаимной поддержки, когда все вступают в воду. И тогда вместе проходят любые препятствия.

Ведущий: Вы говорили, что мир начнет чувствовать, что эгоистическое развитие окончено. Что это значит? Как вообще человечество придет к такой мысли?

М. Лайтман: От безысходности. Это раскроется так, будто родится что-то новое. Если ты смотришь на рожающую женщину и знаешь, как происходит процесс и откуда выходит новорожденный, все в порядке. Но если не имеешь об этом представления, то не понимая, что с ней происходит, думаешь, может, надо вскрыть живот, извлечь плод каким-то образом. Также и здесь, мы не знаем, как должно родиться это состояние, оно новое.

Ведущий: Чтобы человек начал думать о другом способе развития, противоположном эгоистическому, он должен иметь какое-то представление о нем. Мы бы не знали, что такое день, если б не было ночи. Если у людей нет понятия об альтруистическом развитии, откуда они будут знать, что нужно выйти из эгоизма и прийти к альтернативному состоянию?

М. Лайтман: Очень просто: "Лучше смерть, чем такая жизнь". У человека не будет выхода. Он захочет любым путем, даже ценой смерти, выйти из существующих состояний. Нам известно много случаев, когда люди предпочитают смерть, чтобы прекратить страдания, - и человечество приближается к этому.

Ведущий: Я могу понять освобождение от страданий, но как человек поймет, что источник всех проблем – его собственный эгоизм?

М. Лайтман: Сам он не сможет понять, но будет правильно подготовлен к этому страданиями, а затем ему раскроется причина. Поэтому наше поколение - это поколение Машиаха, последнее поколение. Впереди новое другое раскрытие, которое называется "Царь Машиах".

Ведущий: Почему Вы считаете наше состояние "домом мертвых"? Это очень сильное выражение.

М. Лайтман: Любое желание получать ради получения называется мертвым, но даже в этом состоянии оно по-прежнему ищет наполнения, пока не придет к полному отчаянию и не станет готово к исправлениям.

Сегодня весь земной шар, действительно, как дом для мертвых. Смотрите, чем занимаются люди, насколько все далеки от духовной жизни. Желание получать только ради получения на всех его уровнях: неживом, растительном, животном и говорящем, - не имеет будущего. Оно живет в иллюзиях, как написано в "Книге Зоар", глаза глядят лишь внутрь себя самого, они не видят мира, жизни, а только то, что находится в их маленьком желании получать.

Иначе говоря, люди находятся вне сознания. Такова наша жизнь, которая является абсолютно неосознанной, и мы даже готовы согласиться с этим.

Разве мы понимаем, как живем, почему, для чего, что происходит с нами? Нет, мы как животные.

Ведущий: Но все-таки люди пытаются понять, что и почему происходит.

М. Лайтман: Они не способны понять, исходя из своих келим. Дело в том, что если человек хочет исследовать какую-то проблему, то должен подняться над ней. Люди ничего не смогут понять о нашем мире, если не поднимутся верой выше разума на более высокую ступень. И даже, что они пытаются в чем-то разобраться, то возникает вопрос, для чего? Ради большей власти, большей выгоды? Намерение изначально порочное.

Ведущий: Когда у людей что-то не получается, они страдают, отчаиваются, иногда делают паузу. Затем из-за отсутствия альтернативы, вновь пытаются вернуться к тому же самому. Как им действовать по-другому?

М. Лайтман: Есть две возможности выхода из тупика: путем больших страданий или распространением науки каббала.

Ведущий: Что называется домом живых?

М. Лайтман: Домом живых называются состояния, когда у человека есть желания, в которые можно получить правильное намерение на отдачу. Дом мертвых превращается в дом живых, когда желание является тем же самым, а намерение использовать его преобразуется на противоположное.

Построить дом живых означает, что желание получать ради получения меняется на желание получать ради отдачи. Творение – это желание.

Вопрос (Хаим): Выходит, что творение в данное время — это дом мертвых. Как оно будет выглядеть, когда станет домом живых?

М. Лайтман: "Да поможет человек ближнему своему". Все будут пребывать в любви и объединении, и Творец раскроется в связи между ними. Благодаря связи с Творцом, все придут к раскрытию всего творения от начала до конца.

Вопрос (Хаим): Как человечество перейдет из дома мертвых, в котором мы находимся сейчас, в дом живых?

М. Лайтман: С помощью осознания зла, которое должно пройти по человечеству в таком виде, что оно скажет: "Хватит! Мы больше не можем!". Люди начнут кричать от отчаяния и прислушиваться к советам каббалистов. Знание того, что мы обязаны требовать у Творца иной жизни, в них раскроется само. Таким образом они будут продвигаться. Это, конечно, процесс, но, на мой взгляд, не длительный.

Реплика (Дуди): Перейдем ко второй теме: "Трудности возвращения к повседневной жизни".

Вопрос (Тали): После года переполоха и неопределенности, изменения привычек, социальной дистанции, экономических трудностей и душевного беспокойства возвращение к повседневной жизни в Израиле чревато трудностями.

Хотя часть населения с радостью включается в привычный уклад, возможно, даже большинство людей, но есть и такие, кто переживает этот процесс по-другому. Именно тогда, когда жизнь начинает входить в прежние рамки, они начинают испытывать внутреннее беспокойство. Специалисты считают, что говорится о 15 процентах населения страны.

Как вернуться к прежней жизни и продолжать жить, как обычно, после года изоляции от общества? Как человек должен организовать себя заново?

М. Лайтман: Я считаю, что в любом случае, человек должен видеть перед собой определенную цель. Для чего он жил до эпидемии? Как он провел год изоляции? Что он хочет сейчас? Каким видит свое будущее?

Может быть, проще принять какую-то таблетку и оказаться во сне, будто он все еще находится на карантине, и все само собой улаживается день за днем? Зачем ему возвращаться в реальную жизнь? Это подобно тому, как в ванне или в туалете забилась труба, и все нечистоты поднимаются вверх. Разве тебе хочется, чтобы снова вернулась та ужасная жизнь, которая была раньше?

Если б меня спросили, то я, как обычный человек, ни за что не вернулся бы туда вообще. Когда люди сидят дома, улицы пустынны, все спокойно и тихо, — это прекрасно. Я замечательно себя чувствовал.

Что мы выиграли сейчас? Снова суета, снова мы включились в разные дела, проблемы. Опять поездка из Петах-Тиквы до Тель-Авива занимает по два часа. Что в этом хорошего?

Реплика (Тали): Абсолютно согласна с каждым Вашим словом, но реальность сильнее. Людям нужно вернуться на работу и зарабатывать на жизнь.

М. Лайтман: Я не говорю, что не нужно. Необходимо это принять. Но вместе с тем, можем ли мы что-то изменить в пути?

Все-таки состояние во время изоляции, которое пришло к нам свыше, оказывало на людей давление и говорило: "Остановись!”. Может быть, все же стоит прийти к состоянию того же покоя без давления свыше, а собственными силами? Давайте сделаем такой переход сами, по своей воле. Но я выезжаю на трассы и вижу там ужасные вещи!

Вопрос (Тали): Вы правы. Но большинство людей, испытывающих тревогу, не осознают, что случилось, какое изменение они прошли. Они не понимают, почему переживают это в таком виде.

Что все-таки с ними происходит? Как можно объяснить их сопротивление возвратиться к привычной рутине, которая раньше обеспечивала им защищенность?

М. Лайтман: Люди уже изменились и не желают возвращаться к прежней жизни, которая обязывает их к конкуренции, жить под давлением извне, выполнять определенные обязательства и быть ответственными за многие вещи. Они уже не хотят этого.

Что плохого в том, чтобы получать 70 процентов от зарплаты и сидеть дома? Дайте так жить до конца жизни, пока меня не переведут из одного дома в другой (на кладбище). Зачем крутиться и нервничать все те годы, которые мне осталось жить? Люди попробовали состояние "Предпочтительнее сидеть и ничего не делать", как написано в Торе. Это на самом деле так. Почему же не жить таким образом?

Вопрос (Тали): В чем суть изменений, которые прошли люди за время эпидемии?

М. Лайтман: Природа показала им, что можно жить без лишней суеты. Я бы объяснил это так. Скажем, что, благодаря огромным усилиям, мы пришли к технологическому и общественному развитию в таком виде, что могли бы работать на полчаса меньше. А также имеем возможность приобретать все предметы первой необходимости на 10 процентов дешевле. Тогда мы видим, что продвигаемся и живем лучше, что есть практическая польза от нашего образа жизни. Но этого нет.

Более того, человека подвергают такому воздействию извне, что из года в год он имеет все больше обязательств. Получается, что эпидемия дала нам, в самом деле, свободу.

Я считаю, что намного больше, чем 15 процентов населения, хотели бы в чем-то сохранить тот образ жизни, какой вели во время карантина. Но они смотрят на окружающих, должны выполнять свои обязательства – у них нет выбора. Но в дальнейшем они будут сожалеть об этом.

Но так или иначе человек прошел определенные внутренние изменения и некое развитие. Это еще прояснится, раскроется и возрастет.

Вопрос (Дуди): Сначала, когда карантин затолкал нас в дома, это было чем-то ужасным. Мне хотелось вернуться назад. Но отсидели первый и второй карантин, я нашел свою нишу, создал себе маленький уголок, условия и распорядок дня, обязательно - спорт. И вдруг меня осенило: "Как здорово!". И работа, и качество жизни, и семья — все пришло в равновесие. Оказывается, можно сочетать все эти вещи. Я увидел иную реальность, не такую, как у моих родителей, к которой мы все привыкли.

Сейчас, когда мы возвращаемся к привычной жизни, вдруг вижу, что есть люди, которых я не видел целый год. Они были не нужны мне, и я был не нужен им. Сейчас снова всплывают нормы общества, я должен принимать этих людей, улыбаться, готовиться к их визиту. Зачем мне эти хлопоты? Ведь все — явное лицемерие. Для чего оно? Пусть каждый сидит на своем месте.

М. Лайтман: Я солидарен с тобой. Если ты меня спрашиваешь, то я тоже так считаю. Зачем? Насколько вы меня знаете, я могу жить в своей комнате и не выходить отсюда до конца жизни. Я и раньше жил именно так. Что мне искать вне моего места?

Вопрос (Дуди): Чего Вам не хватало в этом году?

М. Лайтман: Только немного выйти на природу, к морю, может быть. Что-то в этом роде. Туда, где никого нет. Я не люблю скопление людей.

Вопрос (Дуди): Оказалось, что я тоже. В этом году я выяснил про себя, что мне лучше быть с самим собой, что внутри себя я раскрываю мир намного лучшие. И сейчас, когда начинаю контактировать с людьми на работе, на трассах, в обществе, на культурных мероприятиях, мне это неприятно, я себя плохо чувствую.

Понятно, что я должен включиться в жизнь общества заново, опять присоединиться к нему. Такое состояние есть не только у меня. Я беру себя лишь в качестве примера, но вижу, что это явление очень распространенное. Много людей во всем мире страдают от этого. Как адаптироваться заново? Что вы мне посоветуете?

М. Лайтман: Ждать, пока твоя кожа станет грубее и толще. Когда у тебя будет панцирь на коже, ты сможешь жить среди людей, якобы, нормально.

Ведущий: Чего природа хочет от нас, выводя из общества и возвращая в него? Зачем она каждый раз как бы разобщает нас, перемешивает и строит?

М. Лайтман: Пока мы этого не видим. Но в дальнейшем поймем, что природа хочет нашего объединения друг с другом с открытыми сердцами. Нам необходимо удалить от себя злое начало и объединиться в понимании, что зависим друг от друга и хотим блага друг другу.

Ведущий: Почему после того, как природа уже отключила нас друг от друга физически, и мы поняли, что нужно работать внутренне, душевно, она снова возвращает нас во внешнюю жизнь? Почему не продолжить развитие с той точки, в которой мы были, т.е. углубить нашу внутреннюю связь?

М. Лайтман: Нет, она нас не возвращает, а создает новые, другие условия. И она не может вернуть тебя, и ты уже не такой, как раньше. Просто мы еще не понимаем, насколько нужны правильные отношения с другими людьми.

Правильные отношения означают взаимную помощь, люди собираются, объединяются, дополняют друг друга настолько, что чувствуют себя находящимися в одной системе, зависимыми друг от друга. Этого не произойдет, если каждый будет оставаться в своей комнате.

Мы обязаны контактировать друг с другом, и потому возвращаемся к состояниям, которые были до эпидемии. Но впереди просто не будет. Мы еще увидим атаки на нас со стороны природы, и пандемия вернется, хоть и в других формах. Вместе с тем мы все-таки должны согласиться, что есть во всем этом и нечто положительное.

Ведущий: Хорошо, допустим, мы смирились и сказали, что есть тут нечто хорошее, хотя сейчас мы его не видим. Но все-таки важно понять сам процесс развития.

Человечество продвинулось до определенной точки. Началась глобальная эпидемия, физическая связь испарилась, и мы начали объединяться виртуально. Было ощущение, что очень скоро нам уже не понадобится ни зум, ни система "галакси", казалось, мы переходим к полностью виртуальной связи, всё более и более сердечной. И вдруг опять возвращаемся к физическим отношениям?

М. Лайтман: Таким образом мы проходим все этапы: шаг вперед – шаг назад, шаг вперед – шаг назад, чтобы человек ощутил "преимущество света из тьмы".

Человек живет между ощущениями зла и добра, добра и зла. Только из этих сочетаний он в состоянии постичь истину, правильное место, где ему хорошо или плохо, понять различие между сегодня и завтра. Ты входишь в темноту, а затем выходишь на свет, но это уже не тот свет, который был перед тьмой. Это уже другое время, новый день. Ты вырос, и должен смотреть по-новому, ведь ты получил что-то от ночи и что-то от дня.

Поэтому сейчас мы смотрим на тьму и свет, на день и ночь по-новому. Мы продвигаемся, а потому нельзя сказать, что после пандемии возвращаемся к тому же. Потребуется еще время – несколько месяцев или больше. До сих пор есть много стран и мест в мире, которые находятся в разгаре или даже в начале пандемии. И мы не знаем, как связаны с ними, как все подействует на нас.

Не просто так мы находимся здесь, в Израиле, в самом лучшем положении по сравнению со всем миром. Вообще не понятно, почему вдруг так получилось.

Для нас сейчас важно прежде всего видеть, что состояния "день и ночь" необходимы, чтобы из прохождения света и тьмы лучше различать добро и зло.

Вопрос (Тали): Когда человек закрыт в своем доме, он чувствует только себя. Я слышу от многих людей, что общество других людей его очень напрягает, до невыносимости. Что это?

М. Лайтман: Это нормальное состояние. Посмотри на маленьких детей – они никого не видят. До двух лет играют сами с собой, и даже в три года, хотя и общаются со сверстниками, но с трудом. Таков человек.

Как жили наши праотцы? Каждый - в своем шатре, со своей семьей, со своими родственниками. Так сейчас каждый из нас находится в своей квартире. И так было во всех культурах, у всех народов. Мы видим, что именно этот подход к жизни, возможно, наиболее правильный.

Почему мы все должны жить, как в большом городе, когда все друг друга толкают, и каждый ищет место, где с трудом может стоять, чтобы его не раздавили? Зачем? Я понимаю, что в чем-то это удобно. Кроме того, если люди не только физически, но и морально не чувствуют давлений со всех сторон, то это и не плохо.

Ведь что создает давление, когда находишься среди людей? Оно исходит из того, что каждый что-то хочет от меня. В большинстве случаев я мешаю другим существовать лучше – так они думают.

Ведущая: Когда с человеком происходят существенные изменения, физическое тело привыкает и функционирует в новых условиях, но внутри что-то сопротивляется, затрудняет и сдерживает его усилия. Почему мы устроены так, что физическая и чувственная системы не работают параллельно?

М. Лайтман: Это очень интересный вопрос. Мы должны понять, что Творец пробуждает силу сопротивления между нами при попытке объединиться, чтобы мы поняли, что исправление отношений – это главное.

В мире живет почти 8 миллиардов человек. Мы пришли к таким отношениям, что не можем один без другого и с каждым днем всё больше и больше связаны различными системами – банки, авиасообщение и т.д. Процесс будет продолжаться, и мы почувствуем, что это душит нас, но вариантов нет. Как из этого выйти?

Люди будут вынуждены разрушить эту слишком тесную взаимосвязь – или войной, или установить правильный порядок. Человечество продвигается путем страданий. В нашем случае – это сложности возвращения из пандемии к нормальной, если можно так сказать, жизни, которую человек сам для себя создал, то есть из свободы к рутине.

Ведущая: Как синхронизировать две системы - чувственную и физическую, внутреннюю и внешнюю?

М. Лайтман: Невозможно никак, потому что изо дня в день наша жизнь показывает, насколько мы не в порядке, не способны правильно и хорошо жить, как ежедневно с утра до вечера разрушаем себя. Когда в конце дня я прихожу домой и падаю на кровать, то думаю лишь о том, чтобы быстрее заснуть, - где мое снотворное? И когда встаю утром, то вместо снотворного мне нужна таблетка энергии. И так каждый день.

Ведущая: Механизм духовного развития человека работает синхронно, параллельно, или там тоже есть системы, которые предваряют или приводят в действие одна другую?

М. Лайтман: Так должно быть, ведь это, в конечном счете, один человек. Вопрос мне не очень ясен, однако это выяснится в будущем.

Вопрос (Тали): Вы думаете, что пережитый нами год внес далеко идущие изменения в развитие человечества?

М. Лайтман: Абсолютно понятно, что нет. Мы все понимаем, что недостаточно того, что мы прошли. И думаю, что пандемия может вернуться, и в гораздо более тяжелой форме, чем раньше, с более серьезными ограничениями для нас. И надо будет с этим справляться. Весь вопрос в том, насколько мы понимаем, что все происходит для нашего блага?

Вопрос (Дуди): Как мы можем определить слово "нормально"? Когда-то "нормально" означало, что, вставая утром, мы идем на работу и функционируем в обществе. Затем нормальным стало находиться только в месте своего проживания, быть в виртуальной связи с другими, получая лишь самое необходимое для существования.

Сейчас вновь возникает вопрос: что такое "нормально"?

М. Лайтман: Нормально – это то, что сближает людей между собой, благодаря чему они могут раскрыть смысл и цель жизни, то, что выше повседневной суеты. Кто может сказать: сейчас я продвигаюсь к раскрытию смысла своей жизни - для чего живу, чего мне стоит достичь в этой жизни? Действительно ли вечно то, к чему я стремлюсь?

Понятно, что мое тело умрет, безусловно, часть меня отделится от меня, но как я могу продолжать функционировать со своей душой, подниматься по ступеням существования?

Вопрос (Дуди): Меир Шимон, доктор физических наук, рассказывает о новом интересном развитии.

Вопрос (Меир): Есть новости из области биотехнологии. Компания Neuralink специализируется на создании имплантов с интерфейсом мозга, позволяющих людям с серьезными ограничениями управлять различными устройствами лишь силой мысли. Недавно эта компания имплантировала набор микросхем размером с монету в мозг обезьяны. Такой чип содержит 2 тысячи электродов, подключающихся к мозгу.

В Neuralink провели эксперимент, во время которого обезьяна играла в видео игру, и ее поощряли банановым напитком. При этом исследователи управляли процессами, происходящими в мозгу, и отдавали ему команды выполнить физические действия в эмпирической форме.

Ученые считают, что к концу этого года можно будет имплантировать подобный чип в мозг человека, и основатель компании Илон Маск утверждает, что в конце концов эти чипы будут внедрены в мозг людей. Такой прорыв в области биотехнологии вызывает множество вопросов. Что Вы думаете об этом направлении?

М. Лайтман: Может быть, прежде, до занятий наукой каббала, я был бы рад услышать о таких открытиях, но сегодня мне тяжело так сказать. Я знаю только одно: сколько бы мы ни использовали животных, самих себя и все подобные новейшие технологии, буквально принеся в жертву и человека, и весь земной шар, это не поможет людям стать счастливее.

Мы должны продвигаться вперед в совершенно иной форме: как имплантировать себе в сердце доброе начало? Кроме этого, чтобы вы ни делали, например, внедряли 2000 электродов в мозг обезьяны, - все это неважно, людям такие открытия ничем не помогают.

Я понимаю Илона Маска, большого ребенка, который любит играть в разные игры, и, действительно, ему сопутствует удача, но этот пример не хорош. Когда я слышу о подобных открытиях, о том, что вы делаете с обезьянами, напоминает мне опыты нацистов над людьми. Так я ощущаю. Именно так, хотя по своему образованию я близок к области биокибернетики, системам в теле человека, но с тех пор прошло 50 лет, и я не могу говорить об этом в позитивном ключе.

Это не тот путь, с помощью которого человечество может достичь лучшей жизни. Поэтому, пожалуйста, занимайтесь, разрабатывайте эту область, но я вижу в этих исследованиях лишь еще один фактор, который приведет к дальнейшему отчаянию и в конце концов к раскрытию правильного пути.

Ведущий: Что такое имплантация доброго начала в наше сердце?

М. Лайтман: Эта имплантация не проводится с помощью хирургических инструментов во время операции. Она осуществляется с помощью воспитания в течение многих лет – год за годом, возможно, даже поколение за поколением. Но, в конечном счете, мы можем прийти к исправлению человека. Под воздействием Высшей силы он изменится изнутри, потому что будет готов принять новое намерение.

К этому человечество должно прийти. Но не благодаря новым технологиям, а в духовной форме, лишь с помощью воздействия на самого человека.

Ведущий: Авторы эксперимента демонстрируют, что обезьяна играет в видеоигры с помощью своего осознания, своей мысли.

В данном контексте в английском языке чаще используется слово mind - разум, чем слово brain - мозг, чтобы стало понятно, что речь идет не только о физическом органе, но и о чем-то, связанном с осознанием.

В результате возникает несколько вопросов: говоря об электрических сигналах в мозгу, истолковывают это, как некий вид осознания. Называется ли мыслью электрическое воздействие на мозг человека? Есть ли вообще мысль в голове человека?

М. Лайтман: Нет, это не мысль. Наш мозг – это не более, чем приемник. Все происходит вне мозга. Физически человек может умереть, также как и его мозг, который может разложиться так, что от него ничего не останется. Но знание, ощущение, намерение, – все, что было внутри человека, остается и находится как бы в воздухе, скажем так, - внутри души, внутри сил, действующих в природе. И человек является лишь частью этих сил. Трудно подобрать слова, чтобы описать это.

Мысль зависит не от нашего мозга, а от того, насколько человек в своих желаниях –не в умственных усилиях, а в своих желаниях - стремится к общему глобальному желанию, чтобы добавить к нему способность отдачи.

Ведущий: В нашем теле есть орган, который отвечает за зрение, – глаза, за слух - уши. Но можно ли установить опытным путем орган в теле, которым мы думаем?

М. Лайтман: Мысль не находится в каком-то органе, это нечто, существующее вокруг нас. Мы всего лишь модем.

Когда я живу здесь, в своём теле, то я как бы модем, который связан с неким облаком желаний, мыслей, информации, решимот. Это облако называется душой. Я связан и нахожусь с ним в интеракции, пока живу в теле, и таким образом могу влиять на это облако через физические действия, через желания, пусть даже эгоистические. В этом проявление моей жизни, моего текущего состояния.

Ведущий: Значит, мысль ─ это нечто, находящееся вне тела, за пределами мозга. Связано ли понятие "мысль" с понятием "намерение", и если эта связь существует, то как они соотносятся между собой? Что выше и что ниже? Существует ли вообще корреляция между ними? В своей статье ученые из Neuralink пишут, что могут определить намерение обезьяны выполнить какое-то действие.

М. Лайтман: Я не хочу опровергать, у обезьяны действительно есть намерение, когда она снимает кожуру с банана. Её намерение понятное и правильное, и я рад, что ей удаётся его реализовать.

Что происходит с человеком? Его намерение является правильным при условии, что он действует вопреки своему желанию. Именно тогда он называется человеком, который противоположен обезьяне.

Ведь, в сущности, мы как обезьяны, но если я хочу быть человеком, то должен стать обратным себе, то есть противоположным тем свойствам, с которыми родился и создан. Здесь вся разница.

Ведущий: В статье Neuralink также говорится, что в отдалённом будущем появится возможность связывать разум разных людей…

М. Лайтман: Нет никакой проблемы. Войди в это облако, и будешь связан со всеми сердцем и душой. Не нужно ждать будущего и каких-то технологий, ─ ты можешь сделать это прямо сейчас. И соединиться не только с обезьяной, а с душами, с разумом тех, кто уже жил в этом мире или будет жить. Они существуют вечно, и ты можешь быть связан с ними на разных уровнях. Хочешь перейти во все Галактики? Пожалуйста, нет проблем!

Но это раскроется только при условии, что ты будешь человеком, действующим во благо человечества. И не станешь говорить того, что людям ещё не стоит знать. Пусть развиваются, как маленькие дети, которым даёшь ровно столько, сколько им положено знать в их возрасте.

Ведущий: Что происходит с моим "Я" и в случае, если соединяются разные индивидуумы? Ведь это понятие не оставляет человека в покое. Может быть, Вы сможете раскрыть нам это с точки зрения каббалиста?

М. Лайтман: "Я" человека ─ это часть Творца, точка, которая скрыта от него самого, потому что дана свыше. Это не его эго, которое является только внешней оболочкой на "Я" и оберегает его подобно кожуре, оберегающей плод. Благодаря такому хранению, это "Я" находится в ожидании, пока человек не достигнет необходимой зрелости и сможет устремиться к правильному развитию.

"Я" является корневой точкой системы Адам Ришон, системы общей души, внутри которой есть место абсолютно для каждого. Точка "Я" принадлежит только одному человеку, он обязан её развивать и не сможет избежать этого.

В той мере, в которой мы входим в систему Адам Ришон, начинаем связываться со всеми точками, - вся система становится нашей системой. Эта связь находится выше всяких ограничений, имеет бесконечные возможности. Ее невозможно достичь ни посредством опытов над обезьянами, допустим, ни с помощью компьютеров ─ никаким другим способом.

Система Адам Ришон обеспечивает прямую связь от желания к желанию. И когда эти желания уже сформированы, они подобны Творцу, общему свету, общему разуму, который называется "замыслом творения". И тогда человек начинает постигать, усваивать его.

Ведущий: Человечество научилось создавать искусственные органы тела, уже и сердце заменяют синтетическим насосом. Теперь ученые внедряются и в мозг. А что тогда остаётся от человека? Или же он совершенно не зависит тот своего физического тела?

М. Лайтман: Всё дело ─ в соединении желания человека с Высшим желанием. Кому тогда ты оставляешь это соединение?

Ты можешь заменить человеку руку, ногу и даже сердце. Я помню, как в Южной Африке человеку впервые сделали операцию по пересадке сердца. И как все перед этим беспокоились, что произойдёт, как он будет жить. Это было в 60-х годах прошлого столетия.

Можно заменить все органы, потому что духовное не находится ни в одном из них. Если удалить какие-то части мозга человека, и он лишится способности ощущать, говорить, реагировать, то не сможет жить в общепринятом смысле. Но при этом остается в нем нечто главное, он является таким, как есть.

Невозможно достичь духовного путём земных хирургических операций. Мы не в состоянии имплантировать желание одного в желание другого. Работать с гормонами, делать всякие "фокусы" мы можем, но очень ограниченно. Природа не позволит нам этого, у неё есть программа: необходимо прийти к исправлению именно в этом мире, и тут ничего не поделаешь.

Мы ещё увидим, как все эти исследователи "наткнутся на бетонную стену". Ведь и я очень хотел быть среди них… Но теперь вижу, насколько путь к истине короче, чем раньше, когда мы не знали, что происходит

В 1974-75 годах я работал в институте Вайцмана и тоже "горел" всеми этими исследованиями, стремился к открытиям. Я понимаю учёных, не насмехаюсь над ними.

Но людям предстоит пройти долгий путь, чтобы понять, насколько они ограничены и что главная, духовная часть человека не находится в пределах его досягаемости.

Человек не может изменить свое желание. Скажем, я так хочу с корнем выкорчевывать из себя желание, что дай мне нож, и я бы себя порезал, чтобы выкинуть его. Но не могу, потому что это не находится в самом человеке.

Человек только приемник, передатчик.

Вопрос (Шелли): На днях два араба, проживающие в Яффо, напали на одного раввина, который интересовался покупкой недвижимости в городе. Это нападение вызвало демонстрации евреев и арабов, которые переросли в погромы, нападение на полицейского, сжигание флагов. Молодой человек, присутствующий при всем этом, был очень близок к смерти от линча.

Кроме того, сейчас появился новый тренд: израильские арабы снимают на фото или видео свои действия вандализма, насилия, унижения евреев и выставляют их в общественной молодежной сети Тик-Ток. Потом эти клипы просматривают десятки тысяч людей.

Что тут происходит? Снова начинается какая-то заварушка? И на сей раз, как ни странно, не со стороны палестинцев, а между израильскими арабами и евреями.

М. Лайтман: Помню, когда мы подписали с Египтом соглашение, и египтяне в грузовиках начали проезжать в Газу через границу, то арабы из Газы стали бросать в них камни и вышли против них с палками. Что тогда сделали египетские солдаты? Начали их просто обстреливать. Беспощадно. Всех. Расстреляли сотни людей. И на этом беспорядки закончились.

Есть народы или группы населения, которые не понимают никакого языка, кроме грубой силы. Есть категории людей, требующих объяснение на высоком, интеллигентном уровне, включая доказательства и дискуссию. Все зависит от того, с кем имеешь дело. Как говорит Рабаш: “Ты не можешь выйти с палкой против танка”. Ведь речь идет не о палке и танке, речь идет о форме воздействия на того, с кем имеешь дело.

Существуют люди, которые не поймут тебя, пока не дашь им хорошую, сильную пощечину. Другим, чтобы убедить их, требуются доказательства, логика и т.д. Третьих можно купить за деньги. Надо учитывать обстоятельства, понимать жизнь.

Некий раввин выходит погулять в Яффо, заводит с местными жителями разговор. Он что, думает, что вышел погулять в Нью-Йоркский Боро-Парк? Хотя даже и там уже не ходят свободно. Нечего тут сказать. Люди оторваны от реальности. У них в голове заложено, что они могут победить с помощью Торы. А арабов Тора не воодушевляет.

Ведущая: Бытует мнение, что отношения между израильскими арабами и евреями достаточно хорошие. Ведь мы работаем вместе, они присутствуют почти в любой сфере нашей жизни. Как можно предотвратить ухудшение ситуации?

М. Лайтман: Нормализация отношений должна происходить с помощью разделения до тех пор, пока не воспитаешь население сосуществовать вместе. И только в этой мере можно позволить им приблизиться друг к другу. Тут государство должно играть роль отца и матери, которые берут ответственность за детей, чтобы они не ссорились, в противном случае каждый будет сидеть в своей комнате.

Ведущая: Почему народ Израиля никогда не ощущает себя уверенно у себя дома?

М. Лайтман: Потому что это, на самом деле, не его дом. Это до сих пор не наш дом, все еще не наша Земля Израиля.

Как пишет Бааль Сулам: “Каждый живущий здесь мечтает о том, как он переедет в какое-то место, более надежное, тихое, более устроенное, чем здесь. Зачем ему жить здесь?".

Наша или не наша земля - это вопрос ощущения в сердце, когда привязываешься к тому или иному месту потому, что оно представляется тебе святыней. А чем тебе дорого это место? Тем, что здесь жили твои праотцы? Ну и что? Они жили не только здесь, но и во многих других странах. Кроме того, что тебе от того, что они жили здесь? Можно переехать в любое другое место и там обжиться. Почему нет?

Чтобы считать эту землю своей, необходима внутренняя духовная связь, чувственная связь с ней. Духовность проявляется не в том, что я целую эти камни, и не в том, что за десятки тысяч долларов я хороню своего родственника в земле Израиля.

Человек должен быть в духовной связи только с Высшей силой и через Творца строить свою связь с истинным народом Израиля.

Ведущая: Когда народ Израиля дойдет до такой духовной связи и на самом деле ощутит, что здесь его истинный дом, и получит то, что называется официальным господством, наступит мир с арабами? Наше будущее в том, чтобы они стали нам как бы двоюродными братьями, и мы будем жить с ними как в одной семье?

М. Лайтман: Прежде всего, я не очень сильно за это беспокоюсь и не стремлюсь стать родственником всех арабских семей. Для того, чтобы наступил мир с арабами, должны спуститься силы сверху и организовать их воспитание и исправление. И не думаю, что это произойдет сегодня-завтра. Мы должны работать над исправлением со всем миром, и, как результат, им тоже перепадет. Нигде не написано, что я должен, прежде всего, заниматься арабами.

Перевод:

Люба Высоцкая, Лена Цейтлин, Элишева Винер, Нина Винокур, Лилия Клейнер, Лея Линко

Редактор:

Алефтина Постернак