Стенограмма составлена на основе русского синхронного перевода и прошла корректуру. Возможны небольшие смысловые неточности.
Ежедневный урок (Полдень), 14 декабря 2024 года
Часть 1: Урок на тему «Отдавать ради отдачи»
Чтец: Мы на уроке на тему «Отдавать ради отдачи», читаем избранные отрывки из первоисточников и начинаем с четвертого отрывка.
(00:28) 4-й отрывок. РАБАШ.
4. То, что человек дал своему товарищу вещи, от которых товарищ наслаждается, – такое дарование само по себе называется отдачей. «Чистый человек» (иш зах) – это тот, кто пытается создать людям хорошее настроение, чтобы они ощутили себя хорошо. Об этих келим не следует говорить, что есть в этих действиях свойство суда (дин). То есть, что есть суд, запрещающий пользоваться келим, которые хотят отдавать.
Только тут тоже есть вопрос о намерении, – на самом ли деле его уста и сердце находятся в согласии. Это значит, что в том, что он дает другим, его намерение направлено на то, чтобы другие насладились от этого, а о себе он не заботится, а заботится обо всем обществе. И это свойство называется «отдающий ради отдачи». То есть и действие, и намерение, все они ради отдачи. [РАБАШ. Статья 31 (1990). Что означает, что высшее благословение не покоится на том, что сосчитано, в духовной работе]
М. Лайтман: Нет вопросов? Еще раз.
Чтец: (02:31) Еще раз 4-й отрывок.
Повторное чтение первоисточника
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (04:01) Я действительно хочу это понять. В состоянии, когда я хочу сделать действие по отдаче, с намерением на отдачу, и до сих пор мое злое начало мне говорит, что тебе будет хорошо, потому что ты от этого что-то выиграешь. В исправленном состоянии я не должна слушать эти голоса, это злое начало, которое проталкивает все еще мысль, что это будет тебе на пользу, ты выиграешь от этого?
М. Лайтман: Так в чем же разница, если злое начало останавливает тебя, или не останавливает, и ты стараешься достичь отдачи ради отдачи в полном виде?
Ученица: У меня ощущается это так, как будто это портит, пачкает эту работу, загрязняет ее, эта работа нечистая, потому что была нечистая мысль.
М. Лайтман: Почему?
Ученица: Потому что я что-то от этого получила, выиграла что-то. Потому что злое начало меня очень хорошо знает, когда я делаю что-то, что я каким-то образом могу все равно что-то выиграть. Как можно этого избежать?
М. Лайтман: Ты не должна бежать.
Ученица: И каббалисты так тоже переживают, то же самое состояние?
М. Лайтман: Да.
Ученица: В чем разница?
М. Лайтман: Разница, очевидно, в том, что он может подняться над своим желанием и действительно быть в ради отдачи, а ты пока стараешься и не можешь.
Ученица: И я должна делать такое действие, и по-прежнему оно будет называться отдачей?
М. Лайтман: Нет. Когда действие будет отдачей?
Ученица: Когда это действительно на пользу товарищу.
М. Лайтман: Как ты об этом узнаешь? Как ты узнаешь, что ты ничего не выигрываешь?
Ученица: Когда будет молчать мое злое начало.
М. Лайтман: Есть еще ответ у какой-нибудь?
Ж Петах-Тиква-Центр: (06:33) Может быть, эта точная точка, о которой Вы говорили, что человек способен подняться над этим и понять, что злое начало правит им, и он преодолевает это.
М. Лайтман: И что это за причина, по которой он может преодолеть свое начало?
Ученица: Я не знаю, я сама себя спрашиваю. Но, по-моему, когда я доставлю Ему наслаждение, даю Ему что-то хорошее.
М. Лайтман: Да. Еще вопросы?
Ж Петах-Тиква-Центр: (07:07) Может быть, величие Творца изменит наше намерение.
М. Лайтман: Но согласно какому признаку я понимаю, что я нахожусь над этим?
Ученица: Когда ты идешь против своего желания, что ты не наслаждаешься от этого действия, и ты делаешь это ради Него.
М. Лайтман: Не наслаждаюсь от действия.
Ж Петах-Тиква-Центр: (07:42) Может быть, когда человек начинает обращать внимание на товарища, на его наслаждение, тогда мне не важно, что происходит со мной. И что мне важно то, что будет с товарищем, потому что я совершаю действие по отношению к товарищу, и тогда от этого моего действия наслаждается Творец.
М. Лайтман: Красиво.
Ж Петах-Тиква-Центр: (08:13) Может быть, радость – это измеритель того, что я совершаю добрые действия, и я могу доставить радость своим товарищам. Может быть, это говорит о том, что я направляюсь к Творцу.
М. Лайтман: Может быть.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (08:32) У меня есть общий вопрос. Как я вообще могу отдавать товарищу, поскольку я всегда буду от этого наслаждаться? Допустим, по отношению к товарищу, к подруге в десятке, я чувствую, что я связана с ней, и у нас есть одна и та же цель. И каждое мое действие – как будто бы отдача. Как будто бы есть у меня какая-то личная выгода, потому что ее успех – это мой успех. И как я могу вообще находиться в состоянии отдачи в таком состоянии? Всегда есть личная выгода от этого.
М. Лайтман: Может быть. Кто еще думает?
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (09:14) Когда чтец читал отрывок первый раз, я услышала, – сделать добро товарищу. Во второй раз я услышала, чтобы он чувствовал хорошо сам с собой. И мне это слышится по-другому. И в соответствии с этими вопросами, которые мы сейчас слышали, сделать что-то хорошее для товарища, это значит: допустим, я подруге делаю пирог, чем-то ее веселю, и если я при этом чувствую себя хорошо сама с собой, то это требует от меня мысли, выяснения, отмены.
И мне нужно облачиться в ее хисарон: что я могу сделать для нее? Это ощущается не как мое действие в основном, а насколько я чувствую ее хисарон, хисарон своей подруги. И это правильное рассуждение? И это способ отменить свое наслаждение? И даже не наслаждение ее, а ее хисарон – это правильный путь относиться, правильным образом относиться к этому?
М. Лайтман: То есть наша цель – производить действие без наслаждения.
Ученица: Действие без наслаждения. И моя мысль не о том, какое действие совершаю, а думаю о ее хисароне. Пытаться облачиться в ее хисарон или дать товарищу почувствовать, что он хороший, что он уважаемый, что он добрый, что он знающий. Когда я соединена с такими мыслями, я сразу же отменяю свое желание.
М. Лайтман: Хорошо. Подумаем об этом.
Ж Петах-Тиква-Центр: (11:05) Я думаю, чтобы действие стало отдачей, должна быть связь между хисароном товарища, и я должна отменить себя, чтобы Творец был в общей этой картине. И это является признаком того, что человек достигает какой-то связи с Творцом, и он знает, что он действительно совершает действие на отдачу.
М. Лайтман: Да. Хорошо. Еще.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (11:52) Что такое намерение?
М. Лайтман: Намерение – это то, что человек подразумевает, чтобы вышло из его действия.
Ученица: Это только мысль или это кли, что каббалист живет в другом намерении?
М. Лайтман: Это кли.
Ученица: Как это происходит? Мы каждый раз говорим о нашем намерении, и мне кажется, что это самое такое расплывчатое понятие. Как спрашивали товарищи, как бы я не преданная, и я не честная, я не нахожусь одновременно в тех мыслях в сердце и в разуме, и это как-то растворяется, и за секунду ты уже находишься в другом состоянии.
М. Лайтман: Да.
Ученица: Как каббалист приходит к состоянию, что он создает намерение постоянное, надежное, сильное, в котором он может находиться, проживать его?
М. Лайтман: С помощью правильных упражнений.
Ученица: Какие это упражнения?
М. Лайтман: Упражнения, что он все время хочет быть в таком намерении, в таком действии, и хочет, чтобы это действительно определяло в его сердце.
Ученица: Как эти упражнения выстраивают намерение, чтобы оно стало постоянным, устойчивым?
М. Лайтман: Он ожидает, что Творец сделает это.
Ученица: Это особый свет, который Творец опускает, и он как бы связывает, как бы вырисовывается в этом во все. Что я делаю не так, когда я нахожусь уже миллион лет в этом процессе? Я никогда не думаю о том, что мое продвижение зависит от моего намерения, то же самое происходит.
М. Лайтман: Да.
Ученица: Что я упускаю? Что неверно в моем поведении, в моем отношении? Какой должна быть основа всего моего действия, всей моей работы?
М. Лайтман: Ты упускаешь намерение, чтобы оно исходило из сердца, и чтобы оно входило в сердце.
Ученица: (14:26) Чье сердце?
М. Лайтман: Чье-нибудь.
Ученица: Я не могу этого понять. Вы можете привести какой-то пример, как выглядит действие, намерение которого говорит о том, что это действие действительно верное? Что он делает?
М. Лайтман: Он сосредоточен на своем намерении, чтобы это развилось из его сердца и вошло в сердца товарищей.
Ученица: Он сконцентрирован несколько минут, несколько часов? Сколько времени нужно это удерживать?
М. Лайтман: В соответствии с силой намерения.
Ученица: В этой концентрации он говорит с Творцом, он удерживает Творца, он пытается, чтобы Творец не ушел от него в мыслях?
М. Лайтман: Да.
Ученица: Это упражнение, которое можно делать и продвигаться?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (15:44) В отрывке, который мы прочитали, написано, что чистый человек способен совершать добрые действия и не сказано, что есть свойство суда. Что имеется в виду, что будет суд над этими действиями? Что это значит? Что значит, что свойство суда над нашими действиями будет совершаться?
М. Лайтман: Суд над действиями – это то, что относительно этих действий есть сила, которая мешает человеку. И тогда он принимает эту силу как суд, который вершится над ним.
Ученица: И он одновременно с этим молится Творцу, чтобы Он дал ему правильное намерение?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (16:44) Написано, что его мысль и сердце идентичны, и нет намерения на отдачу. Это значит, насколько я поняла из того, что Вы сейчас сказали, что с помощью игр мы растем и в конечном итоге приходим к отдаче ради отдачи?
М. Лайтман: Да. Я не думаю, что это игры.
Ученица: Ну, такие упражнения, игры... Я называю это играми, потому что это не настоящее. Мы пытаемся это делать, но мы по-прежнему еще не там.
М. Лайтман: Ну, хорошо.
Ученица: Но когда человек приходит к этому, он должен чувствовать, что это дано ему как подарок от Творца?
М. Лайтман: Да.
Ученица: И это, в общем-то, подарок от Творца?
М. Лайтман: Конечно.
Ученица: И это говорит о том, что он чувствует, что, может быть, он может достичь этого своими силами, если Творец не даст ему это состояние отдачи ради отдачи?
М. Лайтман: Наверняка.
Ученица: И это, в общем-то, ответ на вопрос, когда можно узнать: человек приходит или не приходит к этому состоянию. Он чувствует, что это исходит от Творца, не от него самого, не с помощью игр, не с помощью упражнений каких-то, а что Творец должен дать ему подарок?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (18:06) У меня возник вопрос о сущности и вообще о форме работы. Мы проходим воспитательный процесс в течение многих лет, когда учимся согласно правилам РАБАШа, как вести себя правильно в группе, для того чтобы приблизиться к Творцу, уподобиться Ему и развиться духовно. Например, я иду на встречу десятки или на урок. Я уже запрограммирован так, что мое присутствие должно помочь товарищам смотреть и думать, и находиться в более целенаправленной форме. И я так себя веду.
Не то чтобы я таким пришел, прошел процесс, и теперь я такой. Должен ли я заниматься своим намерением? В порядке я или нет? Или я должен просто делать то, что нужно делать, а высший свет уже исправит намерение, и я постепенно почувствую, что, может быть, я это делаю с более правильным намерением? То есть на чем мой фокус? На своем намерении или на том, что я даю товарищам?
М. Лайтман: В том, что ты хочешь реализовать в намерении.
Ученик: Что значит «выполнить в намерении»? Скажем, у меня была встреча десятки, я пришел, старался как можно больше дать величие и важность цели товарищам, не обращал внимания на свое намерение. Вообще, как будто этого не было там. Я пришел дать важность, как можно большую, впечатление, волнение от цели.
М. Лайтман: Ну, это и есть намерение.
Ученик: Это действие?
М. Лайтман: Ну, я не знаю. Это твое намерение, что ты хочешь, чтобы так было.
Ученик: Я не могу на самом деле понять разницу между действием и намерением, потому что внутри еще очень важная точка, на которую я обратил внимание. Может быть, внутри я прихожу совсем по-другому. Скажем, пришел я на подготовку к уроку на каком-то уровне, а сейчас сел за стол, и вдруг я изменился. Что-то во мне изменилось. Вдруг я почувствовал, что начинаю что-то делать для товарищей. В действии – я делаю. Я не сконцентрирован на том, где мое намерение, где мои мысли. Я должен углубляться в это, или неважно, это Творец исправляет?
М. Лайтман: Почему ты думаешь, что Творец исправляет?
Ученик: (20:46) Потому что из того, что я вижу, я напрямую не могу исправить свое намерение. Я могу помочь и делать то, что говорят каббалисты, и как можно больше иногда в усилиях, иногда легче. Но почему я на самом деле это делаю? Хочу ли я на самом деле отдавать? Есть ли у меня в этом наслаждение?
Я уточню вопрос. Какая разница, даю товарищам важность и величие, получая наслаждение оттого, что они это уважают, оттого, что я хочу приблизиться к Творцу? Это дает наслаждение, наполнение. Но главное, что я даю им силы в пути. Неважно, я получаю или нет. С каким намерением я это делаю? Почему это так важно?
М. Лайтман: Так ты думаешь?
Ученик: Вопрос, должен ли я сосредоточиться на этом. Скажем, я прихожу на подготовку к уроку и даю товарищам впечатление. Посмотрите, Гершон, он такой уважаемый. Какая разница? Я им даю сейчас величие и впечатление от пути. Важно ли сейчас, я наслаждаюсь или нет от этого?
М. Лайтман: А ты их спрашивал?
Ученик: Их?
М. Лайтман: Да.
Ученик: А что их спрашивать?
М. Лайтман: Спросить их, думают ли они так же, как ты.
Ученик: Не знаю. Это мысли, которые пробудились в течение урока. Я Вас спрашиваю, насколько нужно этим заниматься? Я наслаждаюсь – изменилось ли мое намерение? Вопрос, нужно ли этим заниматься, или приходит высший свет и делает надо мной это, вследствие того, что я прикладываю силы дать товарищам намерение, а он уже дает намерение?
М. Лайтман: Ну, сейчас ты говоришь уже нечто иное, что ты хочешь дать силы товарищам. Силы товарищам. Это уже нечто совершенно иное. Так что же делать?
Ученик: Это воспитательный процесс, который мы проходим. Это воспитание по-настоящему не связано с внутренней работой. Я чувствую, что прошел воспитательный процесс, я таким не был когда-то, теперь я себя чувствую таким. Но вопросы здесь все время касаются намерения. Должен ли я обращать внимание? Мы должны так много этим заниматься, или каждый товарищ приходит, я даю силы товарищам, получаю от этого наслаждение, почет и все остальное? Или нет, неважно, все это делает Творец? Где здесь фокус в работе? Я думаю, что нужно углубляться все время, а мне кажется, что я совершенно прекратил это делать. Может быть, я в чем-то запутался здесь.
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (23:35) Я продолжу товарища. Что такое вообще направить намерение на товарища?
М. Лайтман: Что ты хочешь с помощью объединения, которое есть у вас во время урока, чтобы все соединились в одном намерении.
Ученик: Я чувствую, и мы говорили до урока об этом, насколько важно на самом деле, чтобы я подготовил себя до действия, чтобы мое сердце и мое действие были равны. Потому что Вы сказали раньше, что есть своего рода сила, которая мешает.
М. Лайтман: Это очень важно.
Ученик: Так я на самом деле должен перед каждым действием сделать свое внутреннее выяснение со своим сердцем? И действия, которые я делаю по отношению к товарищу... чтобы это было равно? Насколько это важно, что я направляю сердце и делаю товарищу, чтобы это было равным?
М. Лайтман: Это называется «уста и сердце равны». Это говорит о качестве намерения.
Ученик: С другой стороны, говорится также, что я не должен для себя ничего просить, а главное для меня, чтобы товарищ насладился. Как мне направить свое сердце на то, чтобы я ничего не хотел, и только чтобы товарищ получил от этого, чтобы я на самом деле наполнил его хисарон?
М. Лайтман: Если ты хочешь своим намерением отдавать товарищу, и для себя ты ничего не просишь, не хочешь, то это, по сути, самое лучшее действие, которое ты можешь желать.
Ученик: И все это должен сделать до действия? Это моя подготовка до действия?
М. Лайтман: И посередине, в течение действия, в процессе.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (25:47) У меня пробудился еще вопрос. Когда мы делаем все больше и больше работы и продвигаемся все больше и больше, я чувствую, что это пропасть между тем, что происходит снаружи и что происходит у нас. Это только усиливается. И это огромное расстояние между ними и нами.
М. Лайтман: И чем это плохо?
Ученица: Я не говорю, что это плохо, я только спрашиваю, передать ли наши намерения. Допустим, когда я прихожу сюда, я как бы растворяюсь в том, что мы сейчас собираемся говорить, читать, в том, что сейчас будет происходить на семинарах. И вдруг пробуждается намерение, которое я не принесла с собой, я над ним не работала. Я пришла с намерением раствориться тут среди друзей, товарищей, и вдруг у меня появляется намерение, и я чувствую, что это не мое, это что-то, происходящее от взаимовключения друг в друга.
М. Лайтман: Чем это плохо?
Ученица: Я не говорю, что это плохо, я говорю, что таков путь. Я не могу принести намерение. Я просто хочу отдаться вашим мыслям, вашим действиям, всему тому, что вы здесь делаете. И ко мне приходит намерение, исходя из взаимовключения друг в друга, новое намерение, другое.
М. Лайтман: Ну, замечательно.
Ученица: Да, я чувствую, что происходит со мной здесь, и, может быть, мы более готовы, и, может быть, когда я прихожу сюда без какого-либо намерения с балаганом в голове, но здесь все выстраивается именно оттого, что здесь происходит и что здесь делается.
М. Лайтман: Очень хорошо.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (27:31) В продолжении вопроса подруги. Как написано в отрывке, что корова больше хочет накормить, чем теленок сосать. И в соответствии с тем, что есть передо мной хисарон получить, я могу себя так же вести. Действительно, что-то влияет одно на другое, и там намерение может быть более правильным, когда Творец соединяет эти хисароны в действии?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (28:24) Моя цель – объединить желание подруг с желанием Творца?
М. Лайтман: Ну, это очень особое, высокое намерение.
Ученица: Я это спрашиваю, потому что думаю и спрашиваю себя, что такое отдача, что такое желание Творца. В нашей десятке как бы в темноте мы пытаемся найти и понять, чего хочет Творец, что такое его желание. Я вижу, что учусь почти всегда от ошибок. Я встаю утром и думаю, что такое отдавать подругам. Я совершаю это действие, и на следующий день или в конце этого дня вижу, что это действительно не желание Творца и неправильное намерение. Из-за этой ошибки я выстраиваю молитву, и я думаю, что именно так ведет себя вся десятка, и она ищет вместе, что такое желание Творца. Это наш общий поиск?
М. Лайтман: Да.
Ученица: И тогда свои усилия в отношении подруг я делаю в том, что хочу прийти к объединению между поиском в этой темноте, которая каждый раз меняется, и хисароном, который поднимает подруга?
М. Лайтман: Тоже верно.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (29:53) Написано, что если человек дает товарищу то, от чего он наслаждается, это называется отдачей. Что правильно: чтобы у него было правильное намерение, или чтобы был наполнен его хисарон? Что такое отдача?
М. Лайтман: Что товарищ получил то, что хотел, через тебя.
Ученица: Если у меня не было правильного намерения?
М. Лайтман: Если не было?
Ученица: Да. Но он насладился от этого, как сказал товарищ, а товарищи получили силы. Но у меня не было правильного намерения, тем не менее, это является отдачей?
М. Лайтман: Нет.
Ученица: То есть, если у меня нет правильного намерения, я должна усиливать свои действия, добавлять и добавлять, чтобы было правильное намерение?
М. Лайтман: Да.
Ученица: И увеличивать количество своих действий, чтобы получить правильное намерение, даже если…
М. Лайтман: Когда ты стараешься преодолеть, тогда это получается.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (31:02) Я понимаю, что у всех нас проблема в том, что мы должны преодолеть желание получать. Все мы получили этот подарок. Несколько дней назад подруга сказала мне, что я эгоистка. Я говорю это своими словами, она не сказала именно так. И я почувствовала, что просто могу умереть от этого. Мы не готовы познать наше злое начало. Должны ли мы начинать выяснять, насколько мы плохие, чтобы Творец помог нам? Но мы должны выйти из этой точки и в первую очередь увидеть, кто мы на самом деле.
М. Лайтман: Да.
Ученица: И это первое постижение, и стоит каждому… Мой совет в том, чтобы каждый из нас понял, что все, что мы делаем, мы делаем ради себя. И мы начинаем это выяснять, и чтобы мы выяснили это и в начале действия, и после. Мы учимся от этого. Если я сделала что-то, но не с полным намерением, тоже стоит делать это выяснение после самого действия?
М. Лайтман: Да, потому что ты никогда не знаешь, сделал правильно или неправильно, или частично. Поэтому желательно продолжать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (32:42) Я пытаюсь понять что-то по поводу действий. Пример. Некоторое время назад я видела, как товарищ или подруга страдают от чего-то. Я даже слышала о том, как товарищ сказал, что его сердце умерло, и я ощутила в тот момент, что мое сердце тоже умерло. Но я чувствовала, что это неправильно, что я остаюсь в этом состоянии – как я могу ему помочь, оставаясь в этом состоянии? Параллельно с этим я почувствовала, что прошу Творца, чтобы Он согласился, и чтобы я просила ради товарищей то, что им необходимо, и получить это, может быть. Что это за состояние?
М. Лайтман: Власть.
Ученица: Что это – власть, и что я могу с этим делать?
М. Лайтман: Это то, что я говорю, есть у тебя.
Ученица: И что делать с этой властью? Отменить ее и попросить, чтобы Творец исправил ее? Попросить десятку, чтобы помогла мне?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (34:31) Подруга говорила здесь об истине, о правде, и это мне кажется чем-то очень настоящим, истинным в нашем пути, существенным. Каждый раз у меня есть такое ощущение, что наши действия в группе и в десятке затушевывают истину. И все-таки, тем не менее, невозможно этого не делать. Вопрос товарища был настолько точен, он спрашивал, нужно ли сосредоточиться на намерении. Если мы продолжаем совершать действия, мы должны сконцентрироваться на намерении, иначе откуда возьмется молитва? Иначе я прихожу, совершаю действия, общаюсь с десяткой, дежурю, готовлю пироги, супы, все – и что из этого всего? Что дальше?
М. Лайтман: Да.
Ученица: Да, и?
М. Лайтман: Что ты хочешь услышать от меня?
Ученица: Я хочу услышать, как я превращаю это в то, чтобы мое сердце и мое действие были равны?
М. Лайтман: Когда это произойдет? Когда «уста и сердце его равны», или сердце будет равным, почувствуешь.
Ученица: Да. А пока?
М. Лайтман: А пока что пробуй молиться все время.
Ученица: Перед каждым действием?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (36:24) Вчера мы проводили в десятке упражнение, которое делаем в течение трех последних недель каждый день. Мы думали об определенной подруге в десятке и совершали такую «атаку любви» на каждую из нас. Утром мы сделали заключение, что это очень продвинуло нас и дало нам очень много сил, и было такое ощущение. Я хотела Вас спросить, что является общим каким-то пожертвованием на наше общее кли, чтобы все мировое кли совершало такие упражнения?
М. Лайтман: Мы соединяемся в этом действии вместе. Мы соединяем себя в одну десятку, и мы намереваемся, чтобы наше сердце и силы соединились и дали правильный результат.
Ученица: И можно сказать, что если сейчас разные женские десятки делают такое упражнение, то мы все объединяемся в одном сердце, которое будет соединено с Творцом?
М. Лайтман: Можно сказать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (38:21) Если я совершаю какое-то действие, думая, что подруге чего-то недостает, и что Творец дал мне келим помочь ей, и я должна помочь ей – такое действие, к примеру, называется действием на отдачу?
М. Лайтман: Да.
Ученица: Хорошо. Но есть такие действия, которые я делаю иногда, допустим, на отдачу, иногда я не делаю это на отдачу, и не каждый раз я нахожусь в отдаче, и не всегда я не в отдаче. Это меняется, и по мере моего продвижения это может измениться на отдачу.
Еще вопрос. Даже если я совершила это действие, и знаю, что Творец дал мне возможность и келим помочь какой-то подруге, и в конце концов я наслаждаюсь от этого или не наслаждаюсь – это не важно?
М. Лайтман: Это не важно?
Ученица: Или это важно? Я могу от этого наслаждаться?
М. Лайтман: Ну…
Ученица: Но это не разрушает мое намерение и мое действие?
М. Лайтман: Да.
Ученица: Это верно?
М. Лайтман: Верно.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (39:38) По поводу упражнения в десятке, о котором говорила подруга. Правильно ли, что десятка сама решает о каком-то упражнении? Допустим, мы чувствуем, что нужно сделать какое-то действие или упражнение, которое сблизит нас, это нормально? Это правильно, если мы, исходя из каких-то своих побуждений, решим сделать такое?
М. Лайтман: А почему бы и нет?
Ученица: Я спрашиваю, потому что у нас было выяснение на эту тему в десятке. Или нужно прикрепиться к тому, что Вы сказали на утреннем уроке?
М. Лайтман: Нет, не обязательно. Я обычно не даю упражнения.
Ученица: Еще один вопрос на эту тему. Если подруги очень впечатляются от какого-то упражнения, говорят, ой, как это здорово, как это пробуждает любовь, сближает сердца и дает нам силы на совместную молитву, может ли десятка измерить успех этого упражнения, потому как мы – десять эгоисток?
М. Лайтман: Да. Нет-нет, то, что вам нравится, глазам десяти эгоисток, этого достаточно, чтобы установить это упражнение на сейчас, а, может быть, через несколько раз, через несколько уроков – снова. Да.
Ученица: Важно ли, чтобы каждый раз разные подруги, допустим, дежурные по объединению, определяли, что это – важно, или будет кто-то доминантный? Или все по-разному выражают себя?
М. Лайтман: Да, да.
Ученица: Если мы постоянно направляем себя к отдаче, на упражнения по отдаче, почему же мы должны ждать подарка от Творца?
М. Лайтман: Я не понял.
Ученица: Мы все время говорим о том, сколько усилий мы должны сделать, чтобы тренироваться на отдачу, преодолевать желание получать. Почему человек должен также ждать, что он получит подарок от Творца, чтобы Он дал ему эту природу?
М. Лайтман: Но какова вся цель этого?
Ученица: (41:57) Цель в том, чтобы быть едиными с Творцом.
М. Лайтман: Но это то, что мы просим. Мы хотим видеть результат.
Ученица: Хорошо. Есть такое предложение «победили Меня сыновья Мои». Это не говорит о том, что я победила, я чувствую, что есть общая сила в общем действии. Я говорю, исходя из собственных мыслей, и, может быть, не понимаю правильно, что тут происходит. Как Вы сказали в начале урока, должно быть общее намерение на уроке, быть в едином намерении. Я слышу, что есть как бы личная борьба, каждый говорит о каком-то своем намерении. Как перейти от этой общей войны к общему намерению, единому?
М. Лайтман: Я не думаю, что это каждый раз возможно. Может быть, когда-нибудь это получится, а может быть, и нет. Но мы должны стараться проверять себя: можем ли мы прийти по-настоящему к состоянию, когда уста и сердца равны.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (43:21) Можно ли сказать, что любовь товарищей, такая, как разум, как чувство, сможет помочь десятке достичь результата, когда все прегрешения покроет любовь?
М. Лайтман: Да.
Ученица: И в этом есть трепет, и мы способны оправдать, и есть общее намерение?
М. Лайтман: Да, это можно делать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (44:05) Вы сказали, что правильное намерение – тогда, когда товарищ получает что-то необходимое ему через тебя.
М. Лайтман: Еще раз.
Ученица: Правильное намерение – это когда товарищ получает через тебя то, в чем он нуждается, что он получил то, чего ему недоставало, чего он хочет.
М. Лайтман: Да.
Ученица: Мы все время стараемся совершать совместные действия, вкладывать усилия, чтобы понять и раскрыть, что такое «ради отдачи». Вопрос сейчас в том, что у каждой десятки есть внутреннее большое, сильное желание достичь цели, но есть что-то внешнее, отличное, у каждой десятки – свое. Как мы можем помочь друг другу, десятка – десятке, достичь намерения, чтобы товарищ получил то, чего он желает, через тебя, если мы говорим о десятке? Как мы помогаем друг другу достичь этого?
М. Лайтман: Как мы помогаем друг другу, чтобы получить от товарища то, что он получил свыше от Творца?
Ученица: Да, допустим, есть у нас разные десятки, много десяток (с божьей помощью). И сейчас, допустим, сидят три десятки за столом, и каждая из десяток хочет сидеть со своими подругами. И нет места для тридцати десяток на одном столе.
И есть большое желание объединиться, желание внутреннее, и есть желание, которое отключает меня от других подруг. Каким должно быть наше намерение, чтобы направить нас к Творцу, к цели? Помочь усилиться в этом желании? И не то, чтобы поддаться этим всем помехам.
М. Лайтман: Кто-то понял, что она спросила?
Ученица: (46:55) Я спрошу по-русски. Вы сказали, что правильное намерение, когда товарищ получает то, что он хочет, через другого. И вопрос такой, относительно десяток. Как мы одна десятка помогаем другой, чтобы то, что хочет десятка одна, она получила посредством другой? Как это?
М. Лайтман: Я не знаю, что тебе ответить. Я не знаю, что тебе ответить.
Ученица: Другой вопрос. Каким должно быть намерение? Чего недостает в моем сердце, чтобы каждый раз стремиться помочь всем? Неважно, это моя десятка или это другая десятка, моя десятка хочет чего-то одного, вторая десятка хочет чего-то другого. Чего не хватает мне, чтобы помочь всем?
М. Лайтман: Нет, ты не можешь всем помочь. Это как будто никому.
Ученица: И к чему направляться?
М. Лайтман: Ты должна стараться соединиться со своей десяткой. Тогда, по крайней мере, есть перед тобой восемь–девять женщин, которые хотят прийти к объединению. Ты хочешь связаться с ними и то, что они хотят, ты тоже хочешь этого желать.
Ученица: А что по поводу другой десятки?
М. Лайтман: Пока что их не существует, другой десятки.
Ученица: И каким должно быть взаимодействие разных десяток, когда мы здесь соединяемся на уроке?
М. Лайтман: Так на уроке и есть какое-то общее действие.
Ученица: Это внутреннее действие?
М. Лайтман: Нет. Есть, но это не очень-то определяет, что делать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (49:54) По поводу хисарона моих подруг. Подруга получает через меня наполнение своего хисарона. И у нас было обсуждение в десятке, и нам не совсем понятно, какой хисарон мы можем передать от подруги к подруге. Допустим, у нас есть общий хисарон – объединиться с Творцом, слиться с Ним. И как я могу передать от подруги к подруге, когда у каждой из них разные состояния семейные, разные помехи, в разной ситуации она находится?
Я чувствую, что у каждой десятки свои помехи, но у каждой, как мне кажется, есть общий тот же самый хисарон. А с другой стороны, я должна соединяться с ними через их материальное. Как я ищу другой хисарон в каждой подруге? Я думаю, что хисарон должен быть тот же самый, по сути. Или я ошибаюсь?
М. Лайтман: Может быть, ты и не ошибаешься, но я пока что нахожусь в ошибке.
Ученица: Что это значит?
М. Лайтман: Это значит, что я не совсем понимаю, о чем ты спрашиваешь.
Ученица: Мы должны соединиться с каждой подругой в десятке через ее хисарон.
М. Лайтман: Как это возможно?
Ученица: В этом и вопрос. У меня есть десятка, у меня есть много подруг, и у каждой есть свой хисарон. Я хочу наполнить этот хисарон.
М. Лайтман: Да.
Ученица: Вопрос. Я должна направить себя к каждой из подруг? Мы делали такое упражнение в десятке и спрашивали у каждой подруги, какой у нее хисарон, чего ей недостает? И каждая говорила что-то свое. Я хочу, чтобы в десятке было что-то одно или другое. И, по сути, это материальные вещи. Немножко другой порядок проведения семинаров, что-то еще материальное. Могу ли я через эти материальные вещи искать хисарон в каждой подруге? Или, по сути, хисарон каждой из подруг – это объединение с Творцом?
М. Лайтман: Я не знаю, что тебе ответить. Я не знаю, что тебе ответить.
Ученица: Может быть, подруга продолжит?
М. Лайтман: Это та, что рядом с тобой сидит? Ну-ну, дай ей.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (52:37) Естественно, мы выясняли. Вы когда-то говорили о том, что материальное товарища является моим духовным. И мы сделали выводы, что я не должна задействовать свой эгоизм на тему, чего не хватает ему? Допустим, как то упражнение, о котором говорила подруга.
И мы точно так же делали такое же упражнение, думали о подруге, говорили о ней. И мы думали, может быть, стоит провести такое же упражнение и сконцентрироваться на том, в чем она действительно нуждается, а не взвешивать это в соответствии со своими какими-то мыслями.
И мы думали, что, может быть, нам стоит сконцентрироваться на каком-то хисароне подруги и над ним работать? Или мы должны на чьем-то общем, на каком-то хисароне объединиться? Или через материальное это все производить?
М. Лайтман: Лучше всего это объединиться в общем хисароне, который есть в десятке, что вы хотите соединиться все вместе. Все вместе. Это хорошо? Нормально? Так передайте подруге, она наверняка знает, что мне сказать.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (54:02) У меня вопрос такой, который уже долгое время есть у меня – это по поводу беседы товарищей, и это вопрос от всех. У всех вопрос был такой, по поводу группы Петах-Тиквы. И Вы тогда ответили, что можно учиться от женской группы Петах-Тиквы, и можно учиться у этой группы преданности и постоянству. И по отношению к мужчинам, они более надежные, более сильные. Вопрос: как мы, мужчины или женщины, должны быть готовыми?
М. Лайтман: Да, да, готовы, пожалуйста.
Ученица: Вопрос по поводу всех женщин. У нас будет в феврале конгресс, и чтобы прийти готовыми, в чем мы должны быть более подготовленные?
М. Лайтман: Мы должны стараться быть объединенными – мужчины, женщины, между собой так, чтобы мы не почувствовали, что мы можем оторваться друг от друга. Вот и все.
Ученица: Можно спросить еще что-то по поводу женского кли общего, включая всех женщин и мировое кли, и израильское. Будет конгресс в феврале, который по теме, как соединиться с лишма. В чем мы продвинулись как женское кли до сих пор, и чего нам еще не хватает?
М. Лайтман: Я не думаю, что вам чего-то не хватает, я не чувствую, чтобы вам чего-то не хватало. Не хватает, но это такие мелкие вещи, что в течение месяца это просто решится.
Ученица: И чего мы достигли?
М. Лайтман: Вы достигли объединения, понимания, и в целом достигли, даже не знаю, что еще и добавить. Я доволен вами, больше женщинами, чем мужчинами. Хорошо?
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (57:20) Я слышал, что Творец дает подарок человеку. И вопрос, могу ли я просить этот подарок для товарищей, чтобы они получили этот подарок, который Творец может им дать?
М. Лайтман: Да.
Ученик: Я чувствую хисарон товарищей, все эти вопросы. Если наш хисарон будет, чтобы все это кли получило, этот подарок лишма, мировое кли, все товарищи, все подруги, мы можем достичь успеха?
М. Лайтман: Наверняка, от всех товарищей, подруг. Какой вопрос вообще?
Ученик: Тем более, что мы товарищи из разных десяток, и мы просто пропитываемся вопросами, каждым вопросом. И пусть Творец поможет всему этому кли получить этот подарок. Это молитва из глубины нашего сердца, чтобы мы смогли достичь вместе успеха.
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (58:43) Во внешнем мире, как бы мерой измерения того, что ты готов, здесь, у нас, мы когда говорим об отдаче, и когда мы находимся между собой – это выше нашего постижения, может быть, даже это выше постижения человеческого.
Вот такой вопрос. Чувствуете ли Вы, что Вы работаете, работаете, работаете, и не приходите ни к какому результату? Или это должна быть работа как сама по себе, и этого достаточно?
М. Лайтман: Нет, должна быть цель перед нашими глазами, перед нами. И мы должны чувствовать, что мы приближаемся к ней.
Ученица: А если человек работает и не чувствует, что он продвигается, как будто он находится на том же месте?
М. Лайтман: Так нет у него правильной связи со своей десяткой и с остальными десятками.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (59:54) Сегодня утром у нас был разговор с нашим управлением, и меня очень впечатлило то, что сказал товарищ, что мы не ждем, пока что кто-то сделает что-то для нас, мы должны взять на себя ответственность и делать.
И я подумала о том, что, допустим, если у нас есть желание провести какое-то мероприятие женское, я как могу проверить, что это желание мое, или оно действительно будет обслуживать группу?
М. Лайтман: Я думаю, что этот вопрос касается всех. И хорошо, если женщины будут спрашивать.
Ученица: Каждый раз перед каким-либо конгрессом мы хотим провести какое-то мероприятие, чтобы оно объединило женщин, и всегда это непонятно, произойдет это или не произойдет. И всегда есть вопрос, и нам говорят иногда – да, иногда – нет, стоит – не стоит, и мы не можем…
М. Лайтман: Произойдет это или нет, зависит от вас.
Ученица: В этом-то и есть суть. На будущее нашей организации, правильно ли каждый раз перед большим конгрессом, когда приезжают подруги, мы проводим что-то для подруг, чтобы оно объединило силы всех нас? Или каждый раз мы должны снова и снова начинать с вопроса, произойдет это или нет?
М. Лайтман: Нет, нет.
Ученица: А что Вы имеете в виду?
М. Лайтман: Я имею в виду, что если вы хотите, это произойдет.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:02:01) Как нам понять минуты, когда действия должны быть направлены?
М. Лайтман: Еще раз.
Ученица: Как понять те моменты, что мы должны соответствовать правильному намерению, или то, что я чувствую?
М. Лайтман: Ну, кто-то может перевести?
Ученица: Как понять моменты, когда действия должны соответствовать твоему намерению? Какие моменты?
М. Лайтман: Проблема, а я не знаю.
Ученица: А вообще должен быть такой расчет?
М. Лайтман: Я не знаю. Я не знаю, как выстроить этот вопрос.
Ладно. Нет, нет. Мы закончили, мне уже подают знаки. Скажите мне, есть ли какая-то насущная проблема, которую мы должны решить сейчас перед конгрессом? Есть что-то такое?
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:04:12) Действительно, здесь женщины, женское кли настолько преданные, и я слышала, что Вы довольны нами, что мы очень объединены.
М. Лайтман: Да.
Ученица: Если я не чувствую, что я нахожусь в этом объединении, о котором Вы говорите, что я должна делать, чтобы быть в этом объединении?
М. Лайтман: Спросить их, связаться с ними. Вот и все. С помощью этого наверняка придешь к этому.
Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:05:05) Я бы хотела продолжить вопрос по поводу хисарона подруги в десятке. Одна из наших подруг получила удар неприятный в жизни, и мы должны знать, понимать, как мы должны ее поддерживать, как думать о ней? Когда мы находимся в преддверии конгресса, как мы используем эту ситуацию, то, что посылает Творец подруге, чтобы десятка продвигалась вперед?
М. Лайтман: В объединении между вами, вы между собой можете все выстроить.
Ученица: Какое выяснение должна сейчас провести десятка, чтобы правильно реагировать на то, что посылает Творец?
М. Лайтман: Что мы можем в связи между нами решать все проблемы.
Ученица: А выход в том, чтобы не только думать о подруге, а думать о том, что происходит между нами?
М. Лайтман: Да.
Ладно. Все.
Объявление (01:06:14)
Мелодия (01:07:44)
Набор: Команда синхронного набора