Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки
Ежедневный урок № 2, 28 сентября 2019 года. Рош а-Шана.
Чтец: Мы читаем труды Бааль Сулама, 621-я страница, труды Бааль Сулама, статья Шамати 122 «Понять, что объяснено в Шульхан Арух».
Чтец: Понять, что объяснено в Шульхан Арух, что человек должен вернуться и углубиться в молитвы грозных дней, чтобы, когда придёт время молитвы, он был уже опытен и привычен к молитве. Дело в том, что молитва должна быть в сердце, это означает работа в сердце, то есть, чтобы сердце согласилось с тем, что человек произносит устами, а если нет, это называется обманом, то есть сердце и уста его не совпадают. Поэтому в месяце Элуль человек должен приучить себя к этой огромной работе. И главное, чтобы он мог сказать: «Запиши нас к жизни», – то есть, в то время, когда он говорит: «Запиши нас к жизни», – чтобы и сердце согласилось, чтобы это не было лицемерием, а были его сердце и слова едины. Ведь человек видит то, что видят его глаза, а Творец видит то, что происходит в сердцах.
И согласно этому в то время, когда человек кричит: «Запиши нас к жизни» – (жизнь – означает слиться с дающим жизнь, с источником жизни) это именно с помощью того, что человек хочет работать полностью на отдачу и все его мысли ради самонаслаждения будут полностью отменены. И когда он чувствует то, что говорит, тогда сердце его может испугаться, что не дай Б-г может быть принята его молитва, то есть, что не будет у него никакого желания ради самого себя.
И представляется ему, что он оставляет все наслаждения этого мира, а вместе с этим и всех друзей, и родственников, и всё свое имущество, и все обретенное им, и уходит от всех в пустыню, где нет ничего кроме диких зверей, и никто ничего не узнает о нем и о его существовании. И ему кажется, что разом теряет весь свой мир и ощущает, что теряет мир полный радости жизни, будто умирая по отношению к нему. И в то время, когда представляется ему такая картина, чувствует он, будто потерял разум.
А иногда ситра ахра помогает ему нарисовать его состояние всеми черными красками и тогда его тело отталкивает такую молитву. И получается, что молитва его не может быть принята по той причине, что он сам не хочет, чтобы была принята его молитва. Поэтому должна быть подготовка к молитве, чтобы человек приучил себя к молитве, чтобы сердце и слова его были едины. И прийти к тому, чтобы сердце согласилось с помощью привычки, что получение – это отдаление от Творца, а главное в жизни – это слияние с Ним, то есть отдача.
И всегда должен прилагать усилия в работе Малхут, что называется свойством «письмо» и это чернила и рассвет, то есть он не хочет, чтобы его работа была ясной и понятной (как созвучные имена «Ливни и Шими» из главы «Шмот). То есть человек должен слушать Тору и заповеди не только, когда светло, но и без всяких условий, не делая различия между черным и белым, чтобы в любом случае исполнял требования Торы и заповедей. [Бааль Сулам, Шамати «Объяснение к «Шульхан Арух»] (04:23)
М. Лайтман: Здесь есть момент привычки. Привычка, это не как в нашем мире, хотя это работает в параллельных плоскостях. Привычка – когда благодаря разным действиям мы вызываем на себя свет, возвращающий к Источнику, он действует и выстраивает нам в подъемах и падениях большую важность, меньшую важность духовных состояний, пока мы не соглашаемся потерять всё, чтобы не осталось у нас ничего от прежних ценностей, а захотели принять новые ценности. Отдачу, только выход из себя вовне – это то, чего я желаю. Так постепенно человек готовит себя к тому, чтобы согласиться, и даже молится, чтобы прийти только к этому. Тогда называется, что он может прийти к Рош а-Шана – к новому началу, новому уровню.
Вопрос: Он пишет, что человек должен приучить себя к работе в Малхут. Что такое работа в Малхут?
М. Лайтман: Работа в Малхут – что я хочу принять Творца, что Он правящий, понимающий, знающий, решающий, а кроме Него нет силы и нет действия, которое находилось бы во всей реальности. Я хочу только включиться в Него. А чтобы включиться в Него, мне дана система – это группа, товарищи, этот мир, всё, что есть. В общем, это всё существует для того, чтобы я мог подготовить себя к тому, чтобы отмениться перед Творцом. (07:11)
Ученик: А почему эта работа всегда называется «рассвет и черное»?
М. Лайтман: Вначале мне это кажется черным, а потом, как новый свет. Ясно?
Вопрос: Какие действия строят такую привычку? Только участие в наших рамках или что-то еще?
М. Лайтман: Да ничего, кроме этого. Если человек участвует в наших рамках и старается быть во всех наших действиях, конечно, за несколько лет он приходит к состоянию, когда готов к новому году, к новому изменению.
Ученик: Я внешне участвую уже много лет, и я бы не сказал, что могу согласиться с этим. (08:25)
М. Лайтман: Спроси себя, почему твое сердце не согласно. Спроси себя, что ты хочешь от меня? Я только передаю вам правила творения, которыми вы должны пользоваться, чтобы прийти к Цели творения. Я передаю вам правила, как учитель в школе. Он обучает тебя чтению, письму, разным таким вещам, ты должен потом этим пользоваться. Насколько ты впитываешь материал и пользуешься им на практике, я не знаю. Это ты должен знать, это должно быть твоей заботой. Ты можешь сказать: «Я двадцать лет уже к вам хожу, – и что мне от этого?» Прежде всего, я даю вам всё, что могу, и не могу дать больше. А темп я не определяю. Но насколько я знаю, люди, которые находятся передо мной, готовы это впитать. Вот и всё. Я здесь нахожусь, как с ограничениями: свыше – от Творца, и снизу – от учеников. (09:52)
Ученик: Нет у меня никаких жалоб, а уж тем более к вам, но согласно тому, как я понимаю изменения…
М. Лайтман: Я как раз хочу, чтобы были претензии, и как раз заинтересован в претензиях каждого, только, чтобы после всего проверить их и правильно направить на получение хорошего результата.
Ученик: То изменение, когда сердце начинает соглашаться, происходит только с помощью воздействия света?
М. Лайтман: Допустим.
Ученик: Что называется – пользоваться правильным материалом практическим образом? (10:37)
М. Лайтман: Я даю правила, о которых пишут каббалисты, я объясняю и стараюсь внедрить их в группу учеников. Каждый ученик, насколько он понимает эти вещи, воспринимает, слышит, пользуется этим, исполняет. Есть такие, кто сидит может быть, десять первых лет и не слышит. Они находятся в этом: приходят на разные мероприятия, но не слышат, – это не зависит от них. Пока еще есть какая-то преграда, и они участвуют в учебе, в разных собраниях, но пока внутри сердце не реагирует. И нечего делать. Это не говорит о человеке, что у него нет точки в сердце, и что он не чувствительный, и что у него душа какая-то темная. Нет, не верно. Он потом может стат очень большим, просто еще не пришло время.
Знаешь, как об Эйнштейне говорили, что в школе он не был на хорошем счету. Это как раз характерно для особых людей. И у нас тоже самое. Те, у кого есть сопротивление, трудность восприятия духовных понятий – они потом, как раз могут вдруг сделать большой скачок. Поэтому – что не делает разум, делает время – это точно. Поэтому написано: всё, кроме уйти. Нечего делать, нет большего в жизни, чем стоило бы серьезно заниматься, поэтому мы продолжаем, отдаемся процессу, Творцу, и что случится – случится. (13:20)
Ученик: Что значит – отдаться процессу и Творцу?
М. Лайтман: А это просто. Я стараюсь делать максимум, который зависит от меня, на который я способен, и я понимаю свои ограничения. Кроме того, я смотрю на себя со стороны и вижу, насколько я ленив, насколько я убегаю, насколько я всё время хочу украсть что-то для своего комфорта. И так я вижу эти состояния, но вместе с тем, я понимаю, что у меня нет выбора, что это природа, которую создал Творец. И если я иду вместе со всеми, я им буду помогать, они мне будут помогать, и так – главное – отмениться чуть-чуть, насколько способен перед общим процессом, и с ними вместе я в общем потоке приду к чему-то. То, что человек принижает себя – это уже дает ему очень хорошее продвижение. Вначале он хочет быть, как раби Шимон и еще больше, а потом он понимает, что не это важно, а только лишь участвовать со всеми, быть даже самым маленьким, самым неудачным, но все-таки находиться на пути к Цели творения. И, если я буду пользоваться своими силами, насколько Творец дает мне, – я буду доволен. Это уже очень большой уровень. На самом деле это самый большой. (15:16)
Ученик: Что значит сделать мой максимум, если я не знаю своего максимума?
М. Лайтман: Насколько ты способен и, кроме того, насколько ты не способен и видишь, что ты воруешь тут и там и убегаешь и не хочешь и не очень удается участвовать с товарищами и так далее, но ты видишь эти вещи и, несмотря на это продолжаешь. В нашем процессе очень важно действие по принижению, смирению. Это называется Царь с большой буквы. Понятно? (16:21)
Вопрос: Если я и еще товарищи из десятки слышат какой-то совет от вас и хотят реализовать его, но как бы бюрократия, которая существует, не дает реализовать советы. Так что делать? Быть со всеми?
М. Лайтман: Это не бюрократия, это структура, так мы выстроены, благодаря высшей силе, которая соединяет нас. Пока мы не развяжем этот узел, сложный, связанный, когда нити перепутаны – мы не можем прийти ни к чему. Это специально так Творец организовал нам, чтобы мы поняли, какие Он дает нам сложности, это и есть работа Творца: разбиение, падение, путаница – это всё Его работа. Потому что хорошее состояние идеальное, оно изначально было, то есть всё, что происходит потом – падения и разбиения, взаимовключения, разбитых келим и так далее – это как перепутать нити, пока мы не развяжем их. И дело в том, что главное, прежде всего, это смирение. Смирение. И всё, что делает Творец – во благо, я готов продолжать, я не делаю расчетов, всё только, чтобы смирить себя. В тот момент, когда Творец приводит человека в группу – уже ему есть, что делать. Внутри группы он начинает развязывать эти спутанные нити и приходить к решению. (18:42)
Ученик: Советы ваши – это рекомендации или приказ?
М. Лайтман: Не знаю, с чем вы считаетесь, как с советами. Я говорю много вещей, которые можно реализовать, которые невозможно реализовать, но попытаться реализовывать и так далее. И почему это совет? И то, что сейчас мы находимся в устремлении к объединению мирового кли, я не думаю, что это совет. Я вижу в этом приказания, указания свыше. Я в таком виде хочу привести вас к этому, чтобы это было, как приказ свыше. Это не то, что я вам советую делать. Совет – это сделаешь, не сделаешь; будет у тебя так или так. Нет, здесь это наш долг – исполнить. (20:00)
Ученик: Так всё, что я слышу от учителя, я должен стремиться выполнить?
М. Лайтман: Только не в таком виде, что ты берешь автомат и начинаешь здесь всех строить.
Ученик: В зависимости от того, что вы сказали.
М. Лайтман: Это то, что тебе кажется более важным, или менее важным. Я был более горячим чем ты, более жестким, но уже постарел, что поделаешь.
Ученик: Вы говорите – принижение. Я не понимаю, что значит «принижение»? Это ждать, или ускоряться, толкать?
М. Лайтман: Тоже всё-таки зависит, относительно чего ты говоришь. Невозможно взять и с винтовкой начинать здесь воевать. Нет, ты не можешь. Допустим, сейчас мы хотим объединить всё мировое кли вместе. Мы хотим, они хотят и все-все хотят, у всех есть, у каждого есть понимание и какой-то собственный образ, что называется – быть объединенными. И ты должен предоставить место для всех, быть в каком-то совместном устремлении, именно в этом мы увидим успех. И поэтому нужно с любовью делать, «все прегрешения покроет любовь». Если ты будешь делать это с любовью, дашь место каждой группе, каждому государству, каждому континенту делать то, что нужно, согласно тому, как они понимают, относиться к ним как к любимым детям, и тогда это произойдет. (22:17) Гилад.
Вопрос: Он говорит здесь о привычке, и человек выполняет всё, пока это не становится молитвой. Можем ли мы сейчас, как десятки, включиться во всё мировое кли ради объединения Европы, просто начинаем делать это, месить это, пока на самом деле не станет молитвой?
М. Лайтман: Да, но нам кажется привычкой, если мы делаем это просто так. Привычка, это когда ты повторяешь действия, благодаря этому продолжаешь ещё и ещё маленькое свечение, пока, как говорит Рабаш, первая пуля почти не оставляет следа в броне, вторая уже делает какую-то царапину, потом отверстие, потом еще расширяет, пока не появится отверстие. Это подразумевается под привычкой.
Ученик: Так именно это противоположно тому, что воспринимается, как привычка. Мы думаем, как сделать что-то инициативно, сделать в отличающемся виде, как объединить десятки в пары, чтобы у каждой десятки была пара из Европы. (23:29)
М. Лайтман: Разные продвинутые действия. Даже если эти действия и не продвинутые, если ты повторяешь их, они тоже просто продвигают нас.
Ученик: То есть главное, чтобы устремление было в этом направлении? Вы нам даете направление, и чтобы мы шли в нём?
М. Лайтман: Кроме этого, вы сами тоже видите, что это с той же целью и это логичное и алогичное действие – так мы развиваемся. Ладно.
Ученик: Когда это становится молитвой, когда это на самом деле достигает состояния, когда ощущается в нем, что это единственное самое важное, и нет ничего другого кроме этого на самом деле в сердце у всех?
М. Лайтман: Это как обычно: каждое духовное явление должно пройти четыре этапа. Когда в начале ты делаешь, не зная, а потом делаешь это из механической привычки, понимаешь, как это работает, потом ты знаешь, как это работает, но у тебя нет в этом еще никакого вкуса. Потом ты понимаешь, что нет никакого выбора и понимаешь, что у тебя в этом нет никакого интереса, и именно это ты ценишь. Именно когда ты видишь, что у тебя в этом ничего нет, ты понимаешь, что видимо это действие близко к духовному. Из этого ты уже продвигаешься к правильной реализации в четыре этапа. Хаим. (25:24)
Реплика: Есть здесь предложение. Дело в том, что молитва должна быть в сердце и тайна молитвы в сердце – чтобы сердце согласилось с тем, что человек произносит устами. Что значит, что то, что исходит из уст – это в сердце; и то, что в сердце – исходит из уст?
М. Лайтман: Мы делаем много действий. Я прихожу на ешиват хаверим или открываю книгу, и нет у меня в этом ничего, а мне сказали будет. Это, как у маленького ребёнка. Потом я понимаю, что в этом лекарство и спасение. Постепенно мы приходим к состоянию, когда присоединяем к своим действиям в группе (не знаю как сказать тебе), что это просто источник живой воды, без этого я не могу, не то что я чувствую, а я верю тому, что сказали каббалисты и нет у меня выбора, я делаю это и тогда получается, что я готов быть в свойстве отдачи, только чтобы быть в этих действиях. Это основа, свет действует. (26:55) Понятно? Что Гилад?
Вопрос: Так, что такое молитва в таком случае? Вы сказали о четырех этапах, когда тебе в конце понятно, что у тебя нет никакой выгоды, и ты всё-таки это делаешь. В чём здесь молитва?
М. Лайтман: Молитвой называется хисарон, который я передаю Творцу. Я хочу, чтобы Он отформатировал его, построил его, наполнил и пользовался бы им. Я передаю Ему это, я передаю Ему себя – это молитва. Что остаётся мне? Ничего, кроме того, что я хочу сказать из точки в сердце. (27:43)
Ученик: И мне неважен результат? Вы это дали, и что будет, – то будет?
М. Лайтман: Нет, я хочу доставить этим наслаждение. И как это передать, себя отдать – тут тоже есть этапы. Хочу ли я знать, что я отдаю себя, что я действительно доставляю Ему наслаждение, или я делаю это просто абсолютно без всякого расчёта? Тут есть этапы, и я перехожу уже к состоянию, когда начинаю работать не только с рош парцуфа, но и с тох парцуфа (получать ради отдачи), я хочу быть связанным с Творцом на практике и наполнять Его, насколько возможно моими действиями. Это уже после полной самоотмены. (28:45)
Ученик: Я надеюсь, что не усложняю, но мы в этом процессе пытаемся работать, как десятка, которая работает в мировом кли, чтобы десятка заботилась об Европе. Нет здесь «я», который заботится о чем-то. (29:03)
М. Лайтман: Я не могу заботиться самостоятельно, об этом мы уже говорили, что я в духовном не нахожусь, не действую, должна быть по крайней мере какая-то маленькая связь между нами в десятке, которую я представляю себе; когда я действую из десятки – это уже духовное действие.
Ученик: Так можно представить то, что называется «я, десятка, Европа» или «я, десятка, мировое кли и Творец внутри»?
М. Лайтман: Ты можешь представлять себе, пожалуйста, насколько это присутствует в тебе в истинном виде, но… будем продвигаться к этому. Не говорим на пустом месте. (29:50)
Вопрос: Есть что-то, что я не очень понимаю из вашего объяснения. Скажем, две недели назад вы начали говорить о Европе. Насколько важно им помочь в объединении? И я начинаю с места, когда мне не очень знакома группа Чехословакии и нет никакого отношения, не почувствовал потребности помогать им. Но мы говорили об этом, молились об этом, думали об этом. Теперь прошла неделя, две – есть у меня уже отношение к этим группам? И тогда, когда я молюсь или прошу за них, я выигрываю на этом что-то? То есть раньше я ничего не выигрывал. Теперь, если бы я начал молитву – может быть это правильное место? Но со временем это становится мне важнее? Но вы сказали: «Должны прийти в конце к этапу, когда я ничего не буду чувствовать».
М. Лайтман: Оставь, это ты путаешь. Не углубляйся в это. Всегда то, чем ты занимаешься, конечно, это становится тебе важно, но из того, что это тебе становится важно, – это важно для твоего желания получать или желания отдавать? Здесь ты еще должен будешь отсортировать эти вещи. (31:11)
Ученик: И он пишет: «И нельзя прийти к тому, чтобы сердце облачилось, с помощью привычки, поняло, что получение – это отделение?» Почему получение называется разделением?
М. Лайтман: Я прихожу к состоянию, когда действительно вижу, что в моей жизни я бы отменил все получающие келим, согласился бы жить без всякого получения ради себя, и готов работать в объединении.
Ученик: Все келим человека отделяют его от Творца? Всё, что есть у него в жизни?
М. Лайтман: Творец, не Творец – это мы не знаем. Это пока просто пустые слова. Мы говорим: о получении и отдаче, об объединении и отрыве, вещах, которые находятся в нашем ощущении – об этом речь идет. (32:26)
Ученик: Так получение – это отделение?
М. Лайтман: Я хочу оторваться от получения ради себя. Не быть связанным ни с каким действием по получению, которое я могу представить себе. Я не хочу уже наслаждаться ни от чего, так, как я наслаждался раньше, я уже пришел к состоянию, когда хочу действительно быть в отдаче. (33:00)
Ученик: Хорошо. Трудно это понять. Там, где я уже не хочу получать, и на самом деле, не хочу. В каком месте? Где (я должен понять) те места, где – всё – я больше для себя не получаю? Что это за места? Где это?
М. Лайтман: Где это находится? Между товарищами. Это самое легкое. Самое легкое – достичь это между товарищами.
Ученик: Еще вопрос хотел задать: в теле есть очень много систем связи. Все клетки связаны, все органы связаны, система кровообращения, лимфа, нервная система. Есть те же системы связи в мировом кли?
М. Лайтман: Гораздо больше. Гораздо больше, чем то, что есть в человеческом организме из известного нам.
Ученик: Есть законы какие-то, которые мы должны знать?
М. Лайтман: То, что мы должны знать – мы будем знать. Будем знать. А то, что не нужно знать, – не будем, как с человеческим организмом. (34:29)
Чтец: Труды РАБАШа, второй том, 23 письмо.
Дорогим друзьям, да продлятся ваши дни. Я хочу сблизиться с группой в то время, когда приходит новый год, и мы должны укрепиться в твердой уверенности, что удостоимся спасения в общем избавлении, когда раскроется «благословенно имя славы царства Его» над всей землей, и «услышат далекие и придут», то есть почувствуют, что были отдалены от работы над чистотой святости и заслужат «слышать», и тогда есть единство «делания» (асия) и «слышания» (шмия). И это то, о чем сказано: «Поднимающий из праха бедняка, из сора возвышающий нищего» (Псалмы 113:7). И известно, что есть две общие категории. Первая: свойство моха (разума). Вторая: свойство либа (сердца).
В то время, когда человек чувствует вкус праха в своей работе, как написано: «А для змея прах будет пищей», то есть вкушает в Торе и заповедях только вкус праха – причина тому его «бедность», поскольку недостает ему веры. И потому он падает в качество «либа» (сердце), когда желает получить наслаждения этого мира, что называется «сором». И потому он – «нищий».
И тогда он сожалеет об этом, то есть воздает об этом молитву и кричит к Творцу, чтобы помог ему выйти из этого тяжелого положения и нужды. И что он кричит? «Подними из праха бедняка, поскольку я беден и вкушаю вкус праха, и я нищ и брошен в сор!» А все это из-за скрытия Лика Творца, которое пребывает в мире, а потому просим, чтобы Творец вывел нас из рабства на свободу. И это смысл того, что молящийся – молится около столба. И объясняется в «Сулам», что «столб» – это АХАП Высшего, который упал внутрь Гальгальта вэ-Эйнаим низшего. А в то время, когда Высший поднимает свой АХАП, тогда и Гальгальта вэ-Эйнаим низшего также поднимается. И потому именно посредством этого «столба» поднимаются души из мира в мир. И это связь между Высшим и низшим.
И с нашей точки зрения (с точки зрения Каббалы) можно объяснить сказанное так: «За счет того, что келим Высшего упали на место низшего» – имеется в виду, что если Высший уменьшает себя, то низший чувствует, что «Исраэль, которые в изгнании – Шхина с ними». То есть и Шхина у них тоже в изгнании. И это называется «Шхина во прахе», как сказано, что чувствует в Торе и заповедях вкус праха.
А когда человек сожалеет об изгнании Шхины, то есть не в изгнании Шхина, не дай Бог, а Шхина скрывает себя от Израиля и согласна, чтобы низший говорил о Высшем любую вещь, которую должен сказать. И низший говорит так, потому что так чувствует. А когда раскаивается в этом и молится со всем выражением просьбы о «поднятии Шхины из праха», по этой причине Высший раскрывает себя низшему во всем своем величии, и тогда само собой и низший тоже поднимается. Получается, что в этом заключается всё установление, то есть именно через этот «столб» поднимаются молитвы из мира в мир, из раскрытия ко всё большей ясности. И потому, именно, около (и посредством) этого «столба» нужно молиться.
И из этого пойми, почему Рош а-Шана и Йом Кипур называются праздниками, несмотря на то, что это относится к категории «суда». А главный смысл суда в том, что в это время раскрывается полнота и совершенство, и есть опасение, чтобы внешние не пришли к получению ради себя в разуме и в сердце. Поэтому необходимо приумножить побуждение к возвращению, раскаянию. А смысл раскаяния (возвращения) – это возвращение желания получать к желанию отдавать, посредством чего возвращаются и прилепляются к своему Высшему истоку, и удостаиваются вечного слияния.
И тогда могут получить совершенство, раскрывающееся в «грозные дни», так как пропитание каждого отмеряется в Рош а-Шана, то есть, когда раскрывается свет хохма – совершенство и ясность. Это значит, что нужно подготовить келим, которые будут пригодны для получения, а именно, с точки зрения света хасадим, который нужно протянуть. И в этом суть возвращения (раскаяния) и пробуждения милосердия, что означает: «Как Он милосерден, так и ты будь милосерден», и тогда сможешь получить всю полноту и совершенство со стороны чистоты. И потому это называется «хорошим днем» (праздником), по причине раскрытия совершенства.
И в этом смысл сказанного: «Трубите в шофар в новомесячье, при новой луне (при покрытии луны) – для праздничного дня нашего» (Псалмы 81:4), где «шофар» – от слова «улучшили, исправили» (шапру) свои деяния, поскольку есть сейчас покрытие для луны, то есть скрытие. [РАБАШ, письмо 23] (41:28)
Вопрос: Что это за страдания от того, что изгнана Шхина?
М. Лайтман: У тебя нет важности свойства отдачи, что ты пренебрегаешь этим, у тебя нет отношения к любви к товарищам, к отдаче Творцу. Эти свойства называются свойствами Шхины. Если ты не желаешь их, это называется страданиями Шхины.
Ученик: Но, как приходим к страданию оттого, что мы пренебрегаем и не хотим этого?
М. Лайтман: Это работа в группе, сам человек практически не способен.
Ученик: Как бы с одной стороны – пренебрегает и не желает, а с другой стороны – раскрывается именно с помощью того, что вкладывает.
М. Лайтман: Ты видишь, что товарищи играют, не играют перед тобой (неважно, как ты принимаешь это). Когда ты видишь, что это важно им, а тебе – нет, тогда ты начинаешь уже относиться иначе к действиям по отдаче.
Ученик: На чем основывается то, что могут быть два эти отношения в той же точке, когда с одной стороны, я ценю товарищей и поэтому вижу, что они делают, но я начинаю завидовать им, а с другой стороны… (43:28)
М. Лайтман: У тебя нет важности товарищей, у тебя есть зависть. У тебя есть зависть и не больше этого. Достаточно. (43:51)
Вопрос: Написано: «Поднимающий из праха бедного». Что такое молитва? Это за целое? За частное? Как это работает?
М. Лайтман: Человек молится за группу, не за себя, и просит, чтобы он, как посланец общества, молился, чтобы Творец дал им силы подняться выше этой нищеты, пренебрежения силой отдачи (когда прах покрывает все действия по отдаче, всё духовное и человек удовлетворяется этим). Ладно, вперед! (45:16)
Видеофайл в Медиа Архиве:
https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/sTNTrhOW?language=ru