Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Полдень), 6 января 2024 года

Часть 1: Бааль Сулам. Шамати, 34. Преимущество земли – во всём

Чтец: Мы с вами читаем «Труды Бааль Сулама», страница 547-я, статья Шамати 34 «Преимущество земли – во всём».

(00:36) Известно, что ничто не раскрывается в своем истинном виде, а [раскрытие возможно] только в двух противоположностях, «как преимущество света из тьмы».

Это значит, что любое явление указывает на другое, и именно из двух противоположностей можно постичь истинную действительность противоположного понятия. И потому невозможно постичь явление с абсолютной ясностью, если у него нет явления ему параллельного.

Например, невозможно оценить и сказать, что это явление хорошее, если нет явления ему противостоящего, указывающего на плохое. Аналогично: горькое и сладкое, ненависть и любовь, голод и сытость, жажда и утоление жажды, разделение и слияние. Отсюда получается, что невозможно достичь любви к слиянию до того, как он достиг ненависти к разделению.

И совет, как удостоиться уровня ненависти к разделению, состоит в том, что сначала человек должен узнать, что такое разделение вообще, другими словами, от чего он отделен. Тогда есть возможность сказать, что он хочет исправить это разделение.

То есть человек должен дать себе отчет, от кого и от чего он стал отделен. А потом он может постараться исправить это. И он соединит себя с тем, от кого он стал отделен. Иными словами, если он понимает, что он выиграет, если соединится с ним, тогда он может оценить и узнать, в чем будет потеря, если он останется в разделении.

А выигрыш и потеря измеряются по наслаждению и страданиям. Другими словами, от того, что несет человеку страдания, человек отдаляется и ненавидит его. И мера отдаления зависит от меры ощущения страдания, ибо в природе человека убегать от страданий. Поэтому одно зависит от другого. Иными словами, какова мера величины страдания, такова и мера, в которой человек старается и производит разные действия, чтобы отдалиться от этого. То есть страдания вызывают ненависть к тому, что несет ему страдания, и в этой мере он отдаляется.

И из сказанного следует, что человек должен знать, что́ такое подобие по форме, чтобы знать, что ему нужно делать, чтобы прийти к слиянию, называемому подобие по форме. И благодаря этому он узнает, что такое различие по форме и разделение.

(05:02) Как известно из книг и от мудрецов, Творец – добрый и творящий добро, то есть Его управление раскрывается нижним как доброе и творящее добро. И так мы обязаны верить.

Поэтому, когда человек смотрит на пути Управления миром и начинает видеть на себе или у других, как от Управления они переживают страдания, а не наслаждения, как это подобает имени Творца, то есть Доброму и Творящему Добро, ему тяжело в этом состоянии сказать, что высшее управление осуществляется свойством «добрый, и творящий добро, и дарующий им всё благо».

Однако следует знать, что в таком состоянии, когда они не могут сказать, что Творец дает лишь добро, они называются грешниками 'раша́'. Ведь от того, что они ощущают страдания, – это заставляет их обвинять 'марши́а' своего Создателя. И только когда они видят, что Творец дает им наслаждения, они оправдывают Творца. Как сказали наши мудрецы: «Кто такой праведник? Тот, кто оправдывает своего Создателя», то есть кто говорит, что Творец управляет миром путем праведности.

И получается, что во время ощущения страданий человек становится далёк от Творца, ведь в силу [своей] природы человек начинает ненавидеть того, кто вызывает его страдания. Выходит, что из-за этого человек вместо того, что он должен был бы любить Творца, теперь, страшно подумать, получилось наоборот: ведь человек приходит, страшно сказать, к ненависти к Творцу.

А что человеку нужно делать, чтобы прийти к любви к Творцу? Для этого нам дано особое средство 'сгула' – заниматься Торой и заповедями, ибо «свет в ней возвращает к источнику». То есть там есть свет, который дает человеку почувствовать опасность состояния разделения. И постепенно, когда человек намеревается достичь света Торы, у человека образуется мера ненависти к разделению, то есть он начинает чувствовать причину, приводящую его и душу его к разделению и отдалению от Творца.

Другими словами, человек должен верить, что управление Творца осуществляется свойством «добрый и творящий добро». Однако, поскольку человек погружен в эгоистическую любовь, что приводит его к различию по форме, – ведь было произведено исправление, называемое «ради отдачи», что называется «подобием по форме», так как только таким образом можно получать это благо и наслаждение, чтобы он не мог получить благо и наслаждение, которые Творец желает дать, [для себя] – это приводит его к обретению ненависти к разделению.

Тогда у него есть возможность оценить величину выгоды от подобия по форме. И тогда он начинает стремиться к свойству слияния. Получается, что любая форма указывает на вторую [то есть обратную] форму. Отсюда получается, что все падения, которые человек ощущает, когда он приходит к разделению, дают ему возможность различать две противоположности.

Другими словами, из падений человек должен получить понимание, в чем состоит польза от подъемов. Иначе у человека не было бы возможности оценить важность того, что его приближают свыше и ему дают подъемы. И у него не было бы способности взять ту важность, которую он мог бы взять.

(10:54) Это подобно тому, как человеку дают еду, а он никогда не ощущал вкуса голода. Получается, что падения, являющиеся временем разделения, приводят его к важности слияния, заключенного в подъемах. А подъемы приводят его к ненависти к падениям, которые приводят его к разделению.

Иными словами, он не может оценить величины зла, заключенного в падениях. То есть что человек говорит, страшно подумать, плохо об Управлении и даже не чувствует, о ком он злословит, чтобы он знал, что должен совершить раскаяние в таком большом грехе, что называется, что он, страшно сказать, злословит о Творце, как сказано выше.

И из сказанного следует, что именно тогда, когда у него есть две формы, он способен различить расстояние, существующее между двумя противоположностями, как сказано выше: «Как преимущество света из тьмы». Ведь только тогда он может ценить и уважать слияние, благодаря которому можно достичь благо и наслаждение, заключенное в замысле творения, состоящего в желании Творца насладить Свои творения.

И всё, что мы видим своими глазами, – это лишь то, что Творец желает, чтобы мы постигли в том виде, в котором мы постигаем, поскольку это путь, позволяющий прийти к совершенству цели.

Однако удостоиться слияния с Творцом не так-то просто, ибо требуются большие усилия и старания, пока мы не удостаиваемся достичь и почувствовать благо и наслаждение. А до этого человек должен оправдывать Управление и верить выше знания, что Творец ведет себя с творениями как добрый и творящий добро, и говорить: «Глаза у них – но не видят они».

И это, как сказали наши мудрецы: «Пришел Хавакук и свел все [принципы] к одному, как сказано: «Праведник будет жить своей верой»». Что означает, что человеку нет необходимости заниматься частностями, а он должен сосредоточить всю свою работу на одной точке, то есть на общем, которое заключается в вере в Творца. И об этом он должен вознести молитву. Другими словами, чтобы Творец помог ему, и тогда он смог бы работать в свойстве веры выше знания.

И в вере есть особое свойство, благодаря которому человек начинает ненавидеть разделение, и поэтому считается, что опосредованно вера вызывает в нем ненависть к разделению.

И мы видим, что существует большая разница между верой и ви́дением и знанием.

Ведь то, что можно увидеть и узнать, – если разум обязывает его [думать], что это стоит делать, и он однажды решил так, этого решения об этом ему уже достаточно [чтобы делать], как он решил. Другими словами, как и в каком виде он решил, так он и делает на практике. Ведь разум сопровождает его в каждом действии, чтобы он не нарушил того, что разум сказал ему. И он дает ему понять на сто процентов, в той мере, в которой разум привел его к тому решению, которое он принял.

В то же время, свойство веры является соглашением в потенциале, то есть он преодолевает разум и говорит, что, в самом деле, стоит работать, как обязывает работать вера, – выше знания. Поэтому вера выше знания помогает только во время действия, то есть когда он верит. Ведь только тогда он готов вкладывать силы для работы выше знания. В то же время, когда он оставляет веру хоть на малое мгновение, то есть вера ослабевает у него на мгновение, у него сейчас же прекращаются Тора и работа, и ему не помогает то, что он принял на себя некоторое время назад ярмо веры выше знания.

(17:25) В то же время, в том, к чему он пришел в разуме, что это вредно ему, и оно подвергает опасности его жизнь, он не должен всякий раз возвращаться к разуму и объяснению, почему это опасно. Но, поскольку он один раз постиг и понял разумом на сто процентов, что он должен заниматься именно теми вещами, которые, как разум подсказывает ему, являются плохими или хорошими, он уже идет согласно этому решению.

Мы видим разницу между тем, к чему обязывает разум, и тем, к чему обязывает лишь вера. И в чем же причина того, что в том, что основано на вере, нужно всякий раз вспоминать форму веры, иначе он упадет со своей ступени и окажется в состоянии, подобающем грешнику? И такие состояния могут быть даже в течение одного дня, когда он будет падать со своей ступени много раз за один день, потому что не может быть, чтобы в течение дня не прерывалась у него хотя бы на мгновение вера выше знания.

И следует знать, что причина того, что мы забываем веру, состоит в том, что вера выше знания и разума противоречит всем желаниям тела. А поскольку желания тела возникают у него из заложенной в нем природы, называемой желанием получать, как в разуме, так и в сердце, тело всегда тянет его в свою природу. И только когда он сливается с верой, тогда у веры есть сила вытащить его из желаний тела, чтобы он шел выше знания, то есть против разума тела.

Поэтому, до того как человек удостоился отдающих келим, что называется слиянием, вера не может быть у него постоянной. А когда вера не светит ему, он видит, в насколько низком состоянии, подобного которому нет, он находится. И всё это проявляется у него из-за различия по форме, как сказано выше, и это – желание получать для себя. И это разделение вызывает у него все страдания, которые разрушают у него все здания и все усилия, которые он вложил в работу.

И он видит, что когда у него пропадает вера, он находится в состоянии, которое хуже, чем когда он встал на путь работы на отдачу. Благодаря этому он обретает ненависть к разделению, ведь он сейчас же начинает чувствовать страдания, как в своей частной жизни, так и во всем мире. И ему тяжело оправдывать управление Творца творениями – что оно в свойстве «доброго и творящего добро». И он чувствует тогда, что весь мир померк для него, и ему неоткуда получать радость.

Поэтому, всякий раз, когда он начинает исправлять тот изъян, что он злословит о [высшем] управлении, он обретает ненависть к разделению. А благодаря ненависти, которую он ощущает к разделению, он приходит к любви к слиянию. Другими словами, какова мера, в которой он ощущает страдания во время разделения, такова и мера, в которой он приближается к слиянию с Творцом. Как сказано выше, в той мере, в которой он ощущает тьму, что это – зло, в этой мере он приходит к ощущению слияния, что это – хорошо. И он знает, как ценить это, когда он временно обретает некоторое слияние, тогда он знает, как уважать его.

(23:07) И из сказанного мы сможем понять, что все страдания, существующие в мире, – это лишь подготовка к настоящим страданиям. И к этим страданиям человек должен прийти, иначе он не сможет удостоиться чего-либо духовного, так как «нет света без кли». И об этих страданиях, настоящих страданиях, говорится, что он обвиняет Управление, то есть злословит. И об этом он молится, чтобы не злословить об Управлении.

И эти страдания Творец принимает, что называется, что Творец слышит молитву всех уст. И причина того, что [молитву] об этих страданиях Творец слышит, состоит в том, что человек не просит помощи для своих получающих келим, ведь можно сказать, что, если Творец даст ему то, что он просит, это приведет к тому, что он будет еще дальше от Творца из-за различия по форме, которое он получит из-за этого.

А прямо наоборот: он просит веры, чтобы Творец дал ему силу преодоления, чтобы он мог удостоиться подобия по форме, потому что он видит, что в этом у него нет постоянной веры, то есть когда вера не светит ему, он впадает в сомнения в Управлении и приходит к состоянию, называемому «грешник» 'раша', как сказано выше, так как он обвиняет 'маршиа' своего Создателя.

Получается, что всё из-за чего он испытывает страдания, происходит от того, что он злословит о высшем управлении. Отсюда получается – что у него болит? – Ведь вместо того, что человек должен был воздать хвалу Творцу и сказать: «Благословен Творец наш, который создал нас во славу Свою!», то есть что творения уважают Творца. А он видит, что управление миром происходит не во славу Творца, потому что у каждого есть претензии и требования, что управление должно быть явным: что Творец управляет миром как добрый и творящий добро. Но поскольку это не раскрыто, то [люди] говорят, что это управление – не во славу Творца. И это больно ему.

Получается, что человек из-за страданий, которые он ощущает, обязан, страшно подумать, злословить. Выходит, что то, что он просит у Творца, – чтобы Он дал ему силу веры и он удостоился бы свойства «доброго и творящего добро», вызвано не тем, что он хочет получить благо, чтобы наслаждаться самому, а тем, что он [не хочет] злословить, страшно сказать. И это больно ему.

Другими словами, он со своей стороны хочет верить выше знания, что Творец управляет миром в свойстве «добрый и творящий добро», и он хочет, чтобы его веры было достаточно для полного ощущения, как будто это внутри знания.

Поэтому, когда он занимается Торой и заповедями, он хочет привлекать свет Творца, требуя не собственного наслаждения, а он не может выдержать то, что он не может оправдать управление Творца – что оно происходит в свойстве «добрый и творящий добро». И это вызывает у него страдания, поскольку он оскверняет имя Творца, имя которого «добрый и творящий добро», а его тело утверждает наоборот. И в этом состоят все его страдания, потому что из-за того, что он находится в разделении, он не может оправдывать управление Творца. И это называется, что состояние разделения ненавистно ему.

(28:47) А когда у него есть эти страдания, Творец слышит его молитву и приближает его к Себе, и он удостаивается слияния, так как страдания, которые он ощущает от разделения, приводят к тому, что он удостаивается слияния. И тогда говорится: «Как преимущество света из тьмы».

И потому сказано: «Преимущество земли – во всём». «Земля» – это творение. «Во всём» – то есть благодаря этому преимуществу, когда мы видим разницу между состоянием разделения и состоянием слияния, благодаря ему мы удостаиваемся быть слитыми со «всем», ибо Творец называется корнем всего. [Бааль Сулам. Шамати 34. Преимущество земли – во всём]

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (30:19) Как пользоваться состояниями страданий так, чтобы меня волновало то, что я оскверняю имя Творца как Доброго и Творящего добро?

М. Лайтман: Повтори.

Ученик: Как пользоваться состояниями страданий так, что я оскверняю имя Творца как Доброго и Творящего добро, когда я думаю иначе?

М. Лайтман: Я думаю, что лучше всего поговорить с товарищами. Тогда ты будешь смотреть на свою мысль со стороны, и это даст тебе возможность отнестись объективно к состоянию.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (31:28) Если я правильно понимаю, страдания – это горькое, а Добрый и Творящий добро – это истина. Если я ставлю истину против горького, так нужно ввести веру в ощущение, чтобы было одно ощущение напротив другого ощущения, то есть горькое против Добрый и Творяший добро? Хотя это тоже война, но все же это легче. Или оставить «Добрый и Творящий добро» как веру, и тогда перевести горькое в сладкое или в ложь?

М. Лайтман: Так ты можешь работать с чувствами и вкусами?

Ученица: Нет, что просить, к чему стремиться?

М. Лайтман: К чему стремиться? Ты должна смотреть на эти вещи друг против друга, одно относительно другого. Повтори, повтори еще раз.

Ученица: Нет никого, кроме Него – это истина, а страдания – это горечь, горькое. Вопрос: нужно ли мне перевернуть... То есть если горькое – это ощущение, должна ли я стремиться к тому, чтобы перевести веру в ощущение? И тогда ощущение будет напротив другого ощущения, то есть и Добрый и Творящий добро – напротив горького, и тогда, по сравнению с верой, это горькое становится как сладким, и тогда сладкое становится ложью?

М. Лайтман: Как ты можешь так жонглировать этими вещами? Я не понимаю.

Ученица: Я не могу. Я спрашиваю, к чему стремиться? Пока я еще ничего не могу, все очень запутанно, и я пытаюсь наладить это все, упорядочить.

М. Лайтман: Это я вижу. Нет.

Ученица: Не пробовать так?

М. Лайтман: Ты не можешь так делать. Нет. Продолжим, потом снова к этому вернемся.

Ученица: Спасибо.

М. Лайтман: Хорошо будет, если ты это запишешь, запишешь вопрос, как можно более явным, четким образом.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (34:04) Может быть, в продолжение этого вопроса. Мы изучаем, что истинные страдания – это злословить на высшее управление. Так что же значит эти истинные страдания?

М. Лайтман: Истинные страдания – это когда человек чувствует, что он злословит о высшем управлении, которое наверняка доброе и несущее добро. И тот, кто думает, что он находится в зле, он осознает это, он признается, что упражнение неверно, и он судит Творца таким образом, что Тот в его глазах нехороший, не несущий добро.

Ученица: И тогда из этого места он поднимает молитву к Творцу и говорит, чтобы Он помог ему видеть Его Добрым и Творящим добро?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (35:07) Прийти к состоянию, чтобы мне было больно, что я злословлю о Творце, а не о себе – это 700 ступеней надо мной. Каково первое, самое близкое изменение, которое я должна сделать на пути туда? Потому что мы делаем очень много внешних действий, но не затрагиваем это истинное место, вот это внутреннее.

М. Лайтман: Это неверно. Я, может быть, не знаю, чем вы занимаетесь, какими внешними действиями, но то, что мы делаем в разговоре между нами, в объединениях, даже на трапезах, во всем, что мы делаем, это действия, которые эффективны и очень эффективны для нашего духовного продвижения.

Ученица: Все-таки я чувствую, что мне удобно совершать эти действия, мне удобно приходить на уроки, на трапезы, встречаться, мне нормально.

М. Лайтман: Да.

Ученица: Это часть моей жизни, я не могу с этим расстаться вдруг. Но мне неудобно видеть мою следующую ступень, мне неудобно понимать, что я должна изменять внутри себя, чтобы быть на миллиметр выше, чем то, что я сейчас.

М. Лайтман: Это отталкивает тебя?

Ученица: Нет, во-первых, мне не удается это видеть, потому что у меня нет даже какой-то истинной картины, я не могу сказать: вот это картина истины. И даже думать не могу о том, что я буду лучше, или какой-то человек будет лучше, меня это не интересует, меня это отталкивает.

М. Лайтман: Честная. Ладно, так что сделаем?

Ученица: Проинструктируйте, как человек может видеть свою картину верно, куда он должен развиваться.

М. Лайтман: И какими ты видишь подруг? Подруг твоих.

Ученица: Сейчас?

М. Лайтман: Сейчас.

Ученица: Хорошие, приятные подруги с «точкой в сердце».

М. Лайтман: Если человеку говорят, что он приятный, это признак того, что нечего о нем сказать.

Ученица: Не знаю, приятные подруги, у меня нет какого-то внутреннего зрения.

М. Лайтман: Именно так и говорят, так говорят: ноль, о человеке.

Ученица: Мне нечего сказать, у меня нет никаких ощущений от них.

М. Лайтман: Вообще?

Ученица: Нет ничего, кроме внешнего взгляда.

М. Лайтман: То есть ты их не видишь? Ты их не видишь, они как будто бы не существуют.

Ученица: Я вижу их так же, как я вижу всех остальных людей, просто я нахожусь с ними в постоянном и ежедневном процессе. Я не выдумаю сейчас что-то.

М. Лайтман: Нет, не надо ничего придумывать, этого не надо делать. Но как может быть, что люди, которых ты знаешь так много лет, не оставляют впечатления какого-то ни в разуме, ни в чувствах?

Ученица: (39:00) У меня есть впечатление, но материальное.

М. Лайтман: Что значит материальное? Это как они красиво одеваются?

Ученица: Да, у этой такой характер, у этой такой характер.

М. Лайтман: Но это ты на уровне салона и кухни.

Ученица: Да, у меня нет более внутреннего видения этого, мне Творец этого не дал.

М. Лайтман: Творец не должен давать. Это все зависит от того, насколько ты должна «войти» в подруг и почувствовать их.

Ученица: Я все еще не понимаю, как это связано с моей следующей ступенью.

М. Лайтман: Это будет следующая твоя ступень. Насколько ты видишь их сейчас, это будет следующая твоя ступень.

Ученица: Как каббалист видит людей вокруг него?

М. Лайтман: Так и видит.

Ученица: То есть, что он видит?

М. Лайтман: Насколько ему удается или не удается видеть их большими. И он понимает, что они больше, чем то, что он может себе представить. И в соответствии с этим, он может сказать.

Ученица: А что Вы видите в нас великим, когда Вы на нас смотрите?

М. Лайтман: Есть люди, которых я очень ценю. Так же и несколько женщин.

Ученица: А что Вы цените?

М. Лайтман: Ценю? Честность и стремление к цели, преданность группе, возможность понять другого.

Ученица: Это что-то, что они получили от Творца, или это что-то, что Вы думаете, что они развивают это?

М. Лайтман: Они так же хотят быть такими.

Ученица: Так и я хочу. Что же делать?

М. Лайтман: Молиться.

Ученица: Так снова. Я обращаюсь к чему-то внешнему, что ты меня изменишь?

М. Лайтман: Почему внешнему? Ты обращаешься из сердца, из глубин сердца. Ты просишь Творца, чтобы Он изменил сердце, отношение к группе, к подругам. Почему?

Ученица: Как я не вижу подруг, я также не вижу себя, мне не удается увидеть себя.

М. Лайтман: Себя ты не видишь, это верно.

Ученица: Так и подруг я не вижу, это то же самое зрение. И тогда я убегаю во внешние действия, мне там легко, мне очень легко выполнять внешние действия.

М. Лайтман: Да, это понятно.

Ученица: Так как же увидеть себя, подруг, посыл, который Творец хочет мне передать?

М. Лайтман: Есть кто-то, кто хочет добавить? Ты хочешь что-то добавить? Если нет, то нет. Ты хочешь добавить? Ну.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (43:01) Подруга говорила сейчас о бегстве во внешние действия.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Здесь в группе женщины или занимаются внешними вещами, или сидят на уроке и занимаются внутренним.

М. Лайтман: Да.

Ученик: И женщины, которые занимаются внешним, это необходимо для нас, для организации, для того чтобы обслуживать ее. Люди, которые делают внешние вещи, что это их продвигает, что это им дает? Как они должны внутренне работать в тот момент, когда они делают внешние вещи?

М. Лайтман: Что они делают ради той же самой цели духовной.

Ученик: Как может быть в тот момент, когда мы убегаем во внешние действия, что мы должны оставаться в намерении? Убегаем во внешние действия, даже в организации, во внешнюю работу.

М. Лайтман: Почему убегаем?

Ученик: Пойти там поработать на кухне, делать любую вещь.

М. Лайтман: Организация обязывает.

Ученик: Иногда обязывает, а иногда и нет.

М. Лайтман: Иногда человек думает, что нет выхода сегодня, у меня нет ни головы, ни нервов, и лучше я пойду на кухню. Это я понимаю. Это я понимаю. Но просто так?

Ученик: Но пока еще нужно оставаться в намерении.

М. Лайтман: Насколько возможно.

Ученик: Так вопрос: как оставаться в намерении? Как не заниматься только внешним, этот сизифов труд выполнять внешний и не более?

М. Лайтман: Я думаю, что мы находимся все время в духовной работе. На самом деле, относительно улицы или вообще людей, мы все время находимся в духовной работе. Поскольку это просто окружает нас, хотим мы или нет, это идет подсознательно. И поэтому, я не могу сказать, мы всегда работаем, мы всегда находимся в продвижении.

Ученик: Даже если я делаю внешнюю как работу?

М. Лайтман: Даже пусть ты делаешь внешнюю работу, или даже ты вообще не думаешь о духовном, ты все-таки внутри себя находишься в духовной работе.

Вопрос (Чтец): (46:35) Я думаю, что центральный вопрос, который я слышу, нет такого как «я». «Как десятка?», – здесь спрашивается. Как мы чувствуем десятку? Может быть, вначале кажется это внешним, но затем привычка становится частью нашего внешнего свойства, чувствовать десятку, а не насколько я преуспеваю, насколько десятка преуспевает, товарищи преуспевают. И вопрос такой: как я всегда буду на это настроен? Нет такого, как я сам.

М. Лайтман: Ладно.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (47:15) В продолжение Вашего вопроса к подруге. Как правило человек принимает правильную форму, когда у него вытаскивают прямо ковер из-под ног, почву из-под ног. Когда я прихожу к таким состояниям (не представляю, если бы у меня забрали мою десятку, забрали бы мою группу), тогда я пробуждаюсь, вау, я же тогда не смогла бы существовать и тогда мне не с кем было бы говорить на одном языке, не с кем было бы делиться ощущениями. И это тогда меня выводит из внешних действий, из материальных вводит внутренне. Это производит некий шок, потрясение, и тогда человек выходит из рутины, из привычки.

М. Лайтман: Ладно. Это понятно нам.

Ученица: Но Вы просто спросили, поэтому я ответила. Можно еще вопрос? По поводу оправдания Творца. Оправдание Творца – это не только сказать, что Он Добрый, Творящий добро. Я понимаю из статьи, что это также прийти и быть в радости, даже когда ты чувствуешь страдания. И дело в том, что как можно быть в радости, если когда есть страдания и удары, человеку очень тяжело радоваться. Может быть, он может в вере выше знания понимать, что это ради его блага и добра, но быть в радости – тут есть разница. Как это сделать?

М. Лайтман: Когда с помощью страданий человек потом удостаивается награды.

Ученица: Да. Из-за страдания, он страдает, что он находится в разделении. Но я говорю о страданиях, когда мы находимся в период войны, мы видим много погибших, и это очень больно. Да, можно, конечно, оправдать Творца и сказать, что мы не понимаем всего, управления, и все происходит от Доброго и Творящего добро. Но как же быть в радости? Вы говорили, рассказывали, что РАБАШ заходил, запирался в комнате и прыгал, чтобы прийти к радости. Невозможно понять, как в этот период можно прыгать в комнате, и это помогает.

М. Лайтман: Помогает. Помогает.

Ученица: Есть что-то, что мы можем сделать, кроме этого, чтобы добавить радость над болью?

М. Лайтман: Стараться преодолеть горечь и боль, и гнев, в основном внутренний, внутреннее раздражение.

Ученица: Это спокойствие – это для врагов, не что-то...

М. Лайтман: Нет. Постарайся меня понять, и так продолжать.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (50:17) Может быть, в продолжение этого вопроса. Когда мы ощущаем горечь – это ощущение, и тогда мы пытаемся подняться в вере выше разума. А ведь выше разума – это в уме, я вижу подруг выше себя и себя уменьшаю, и все это в разуме. Я убеждаю себя, что есть Творец, и Он велик. Как эту вещь, веру выше разума, перевести в ощущение?

М. Лайтман: Это еще не сейчас. Еще не сейчас.

Ученица: То есть пока еще работать…?

М. Лайтман: Пока что работать так, как мы говорим: насильно, насильно.

Ж Петах-Тиква-Центр: (51:19) Хотела сказать подруге, что ее потребность, она известна, мы все проходим те же состояния, и то, что она открыла свое сердце, нам всем дает возможность молиться за нее, чтобы раскрылось ее сердце, чтобы увидела она вдруг все так, как она просит.

М. Лайтман: Да, я тоже согласен с тобой, что она очень сильно меняется. Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (51:52) Я не обвиняю никого, я не обвиняю Творца и люблю подруг, и много молюсь, но в последнее время я не могу слушать уроки. Если я пытаюсь углубиться в текст, я как будто теряю сознание. Если я отключаюсь и просто сижу, я чувствую себя лучше. Но что же я делаю неправильно?

М. Лайтман: Береги себя, насколько ты можешь, держись, насколько ты можешь быть связанной с нашими беседами, с нашими разговорами, и так продолжай. Ты впитываешь материал.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (52:47) Мне удается увидеть в страданиях часто путь, по которому меня ведет Творец. Но что это значит? Это значит, что я обвиняю себя, как будто я начинаю обвинять себя, что я что-то неправильно сделала, и должна была делать что-то другое, и это вводит в еще большее обвинение.

М. Лайтман: Нет, нет, это нехорошо. Это называется, что глупец сидит сложа руки, и ест себя поедом.

Ученица: Так что же я должна делать иначе?

М. Лайтман: Молиться, просить. И то, что есть в тебе – это то, что сделал Творец, поэтому ты должна обратиться к Нему и попросить, чтобы Он исправил. Не убегать от этого.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (53:57) Подруга, которая была перед этим, спрашивала: если я оправдываю, должна я просить забрать мои страдания, и тогда я оправдаю Творца? Или что-то в этом роде. У меня нет проблем оправдать Творца, я в течение нескольких лет прохожу очень тяжелый период, и до сих пор я там. И сначала мне было очень тяжело, но сейчас я уже достаточно долгий период оправдываю Творца. Кроме того, этот период помог мне приблизиться и полюбить Творца. Вопрос. Несмотря на то, что четыре года назад я получила очень серьезную болезнь, и это очень мне мешает, я не прошу у Него забрать эту болезнь. Я живу и выполняю свою внутреннюю работу, и прошу очень много за подруг. И я оправдываю Его, но о себе я совсем не прошу. Что же я делаю правильно или неправильно?

М. Лайтман: Так проси за других. Проси за других, за подруг.

Ученица: Я прошу.

М. Лайтман: Всё. И этим ты и себя излечишь. Успеха.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (56:02) Полного исцеления этой женщине и всем остальным, кому необходимо. Я очень отождествляю себя с тем, что говорила сейчас предыдущая подруга. Я думаю, что все, кто находится на пути, проходят такие этапы, когда мы как будто являем собой келим, над которыми Творец работает. Но выходит, что в последние месяцы, даже если мы это не говорим себе внутри… Вы как-то сказали, вот этот гнев внутри, действительно есть много гнева внутри. Также и в молитвах, чтобы мы что просили – чтобы Он отменил то, что Он делает? Мы очень часто просим в результате того, что произошло, но выходит, что мы обвиняем Творца, потому что то, что произошло, сделал Творец. Я немного запуталась, но...

М. Лайтман: Мы просим у Творца, может быть, понять, что Он хочет.

Ученица: Также и это, верно. Но мы, во-первых, просим, чтобы все солдаты были здоровы, чтобы все раненые выздоровели, чтобы все было хорошо, чтобы был мир.

М. Лайтман: Да, да.

Ученица: А где я, и просить веру и силу преодоления для того, чтобы прийти к тождественности форм, к равенству, к подобию по форме? Это может быть в обычные дни, когда я там...

М. Лайтман: Ладно, ладно.

Ученица: В обычном состоянии сейчас я не чувствую, что мои уста и мое сердце согласны с тем, что я хочу говорить.

М. Лайтман: Мне нечего ответить.

Ученица: Как прийти к этому?

М. Лайтман: Просто приходят, слушают людей и стараются войти в их ощущения.

Ученица: Если просим за других, это тоже злословие?

М. Лайтман: Почему злословие?

Ученица: Как будто я злословлю на Творца, что Он дал болезни.

М. Лайтман: Глупости.

Ученица: То есть это не злословие, просить за других?

М. Лайтман: Нет, нет.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (58:30) Как можно развивать прямое направление к цели? Нужно быть преданным в стремлении к цели?

М. Лайтман: Развивать стремление к цели мы можем с помощью того, что мы все больше и больше думаем о ней.

Ученик: А преданность группе как мы развиваем?

М. Лайтман: Преданность группе? Если я продвигаюсь к важности цели и понимаю, что так мы продвигаемся в сближении друг с другом. Так и сближаемся.

Ученик: Изменения, которые происходят в человеке в духовном развитии – это результат, потому что он просил их, или окружение хотело, чтобы эти изменения произошли в нем? Что вызывает в человеке изменения в духовном развитии?

М. Лайтман: Это свыше. Свыше. Это зависит не от того, насколько ты просишь или не просишь, или товарищи просят или не просят, это уже по решению свыше.

Ученик: Было очень однозначно сказано, что все зависит от того, что сделает тебе Творец или нет. Так что зависит от человека? Где влияние окружения, если в конце концов все решает Творец?

М. Лайтман: Нет, прежде всего корень души, а затем корень группы. И благодаря этим двум вещам ты продвигаешься, насколько ты можешь их принять всерьез, слиться с этим, молиться об этом, просить Творца и к этому приближаться.

Ученик: А как принимать всерьез свой корень души, корень группы? Как ты начинаешь больше входить в это?

М. Лайтман: Я просто чувствую это. Я чувствую это, что самое важное – это приближаться к Творцу, сближаться с Творцом через корень своей души.

Ученик: Последний вопрос. Как бы получается, что духовное – настолько тонкая вещь, что в мгновение ты можешь уклониться от правильной работы.

М. Лайтман: Это главное в работе.

Ученик: Так как же тебе сохранять вот эту чувствительность и тонкость, что на самом деле ты работаешь правильно?

М. Лайтман: Это привычка, я думаю. Это привычка. Я привык видеть что-то в компьютере, или даже смотреть телевизор, и вместе с тем находиться в мыслях о духовном.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:57) РАБАШ пишет, в тот момент, когда он на краткое мгновение оставляет веру, то есть когда ослабевает у него на мгновение вера, сейчас же прекращается у него Тора и работа, и не несут ему пользы. Что приводит к этому отрыву и к ослаблению?

М. Лайтман: Что если это не находится в мысли, то ты уже не там, это понятно.

Ученик: А как сохранять мысль и не прерываться?

М. Лайтман: Мне годами помогало писать, переводить. Такая работа.

Ученик: Но ты же чувствуешь, когда ты отрываешься. Есть еще мысль, когда ты начинаешь убегать, отключаться от этого – как в этой точке ты можешь ухватиться за что-то и войти снова?

М. Лайтман: Не знаю, как сказать тебе. Но это усилие. Постарайся из всех мыслей, из желаний, мыслей, из всей своей работы в разуме или в чувствах, постарайся соединить их с духовным путем.

Ученик: Этот перерыв, он обязателен?

М. Лайтман: Отрыв он обязательный.

Ученик: А что же мне делать? Что в моих силах делать, если наоборот, Он меня оторвал?

М. Лайтман: Ты должен стараться выстроить для себя всякие причины, которые притянут тебя в духовное, которые вернут тебя к этому.

Ученик: Если человек пишет, переводит, занимается нашим контентом, это не обязательно приведет к тому, что его мысль будет о центре группы.

М. Лайтман: Это он должен стараться так входить, над головой.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:05:48) Статья начинается с фразы «преимущество света из тьмы», и сразу за этим он продолжает и говорит, что есть совет прийти к ненависти к разделению. Это человек вначале должен знать, что такое разделение и так далее.

М. Лайтман: Да.

Ученик: В работе в десятке создается впечатление, что мы боимся потерять объединение в десятке.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Но это все еще не ненависть к разделению.

М. Лайтман: Отлично.

Ученик: Это огромная разница.

М. Лайтман: Ну?

Ученик: Как восполнить эту разницу?

М. Лайтман: Что вы боитесь оставлять друг друга, потому что сам человек ничего не может. «Наименьшее множество – двое», – говорят. Когда, если по крайней мере два человека думают о цели, так они держат друг друга в этом.

Ученик: То, что стараются удержать друг друга по отношению к цели, это все еще остается в месте, где есть страх потерять объединение. А где начинает появляться ненависть к разделению?

М. Лайтман: После того как ты прерываешься несколько раз, приходит к тебе ненависть к разделению. Когда ты начинаешь воспринимать, насколько ты теряешь от этого – и лично, и в отношении группы, насколько ты теряешь вследствие этого перерыва.

Ученик: Но это разделение должно проявиться как-то внешне в десятке?

М. Лайтман: Нет, нет. Это может быть только на мгновение. Это как... кто сказал? Я не помню, не могу сейчас вспомнить, что... Один говорит, что... я сейчас прервался на мгновение, а другой сказал: у меня это уже тысячу раз произошло.

Реплика: Четыреста раз. Четыреста.

М. Лайтман: Ну, четыреста прерываний. Но кто это сказал?

Реплика: Бааль Шем Тов.

М. Лайтман: Бааль Шем Тов, да? Мне тоже так кажется. Да.

Ученик: Но здесь в той же фразе упоминается, что нужно определить ненависть к разделению, нужно определять, от чего ты отделяешься.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так от чего ты отделяешься?

М. Лайтман: От слияния с Творцом.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:09:03) Он говорит здесь об ощущении и нашем раскрытии Творца, а затем он говорит о слиянии, и в конце концов он говорит о двух силах, которые создают всю действительность, и нас также – что это любовь и ненависть, или разделение и объединение. Но в моем отношении к товарищам я могу измерить себя научным образом: сегодня я люблю товарища, завтра я ненавижу и так далее, сегодня я люблю его больше – то есть очень точно. Как из этого я могу прийти к ощущению Творца? Я скажу даже больше, я осознаю, что если что-то меняется в моем отношении – это потому что я просил Творца дать мне эту силу любви, но я все еще не чувствую Его. И тогда я внутри вот такого цикла.

М. Лайтман: Продолжай, продолжай.

Ученик: То есть я оставляю просьбу, я с помощью страданий почувствую больше?

М. Лайтман: И об этом проси.

Ученик: И когда я почувствую Творца, это вытащит меня из этого цикла, из этого круга?

М. Лайтман: Да, да. Ты уже близок к этому.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:10:27) Какова правильная реакция на все страдания, которые приходят?

М. Лайтман: Повтори.

Ученица: Какова наша правильная реакция на все страдания, которые приходят?

М. Лайтман: Когда приходят страдания, мы пытаемся их воспринимать в таком виде, что мы понимаем, что они исходят из того же источника: нет никого, кроме Него, и Добрый и Творящий добро. И мы просим у Творца воспринимать их как Добрый и Творящий добро.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:11:19) Написано, что и в то время, когда не светит ему вера, он видит, как он находится в низменном состоянии, хуже которого нет. Скажем, когда я чувствую низменность, а именно в моем материнстве, есть большая разница между той матерью, которой я хотела бы быть, и тем, что раскрывается мне. Я не верю, что мне даны такие души, их воспитывать. Вдруг я сержусь на них и ставлю им какие-то ограничения в не очень приятной форме, и тогда я к Нему обращаюсь и говорю. Должна ли я говорить: окей, Ты такой меня создал, или я должна говорить все время: измени меня, сделай меня лучшей матерью?

М. Лайтман: Да, ты можешь просить. Ты можешь просить, чтобы дал тебе больше терпения, больше понимания. Да.

Ученица: И если это больно, что делать с этой болью?

М. Лайтман: Все это проходит.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:12:31) По поводу молитвы. Написано в статье, что он просит: дай мне силу преодоления. Так же и в десятке мы должны просить: дай нам силу преодоления?

М. Лайтман: Да, вместе.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:12:53) Я думаю, что это продолжение вопроса подруги. Если я правильно ее поняла, она требовала впечатления от объединения, к которому она может стремиться, и соединиться с подругами и желать соединиться с Творцом. Также и в статье он говорит, чтобы мы почувствовали этот отрыв и ненависть к этому разделению, мы должны почувствовать сначала вот эту прибыль от соединения. У нас нет этого ощущения, что мы действительно выигрываем, получаем от соединения – ни с подругами, ни с Творцом. Как бы нам не хватает ощущения исправленного состояния, ощущения объединения.

М. Лайтман: Но это, пока мы не постигнем, мы не можем назвать по имени.

Ученица: Так мы не дойдем к ненависти к разделению, пока мы не почувствуем?

М. Лайтман: Нет, постепенно, шаг за шагом. Не надо требовать того, чего нет.

Ученица: Хорошо.

М. Лайтман: Это так со всеми чувствами. Даже передать это один другому мы не способны.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:14:21) Кажется, что в момент разделения, даже самого большого разделения, когда эгоизм властвует над нами, мы можем это видеть в действии. И речь в статье идет о вере, то есть состояние веры может нас вывести и приблизить, поднять к следующей ступени. Хотела выяснить, какова связь между эгоизмом и верой, где вера приводит его в порядок?

М. Лайтман: Вера – это сила, которая поднимает нас выше того, что ощущается в этом мире, я бы сказал. Вера – это высшая сила, к которой мы можем подключиться и буквально воспарять.

Ученица: То есть самоотдача, о которой здесь идет речь – это то, что посредством окружения, группы у нас есть сила, которую нам дает группа, и мы должны преодолеть эгоизм, чтобы приблизиться к этому?

М. Лайтман: Ты близка к этому, да. Очень хорошо.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:16:21) По правде говоря, я уже не знаю, что сказать, у меня так много пронеслось в голове во время этого урока. Я больше всего восприняла из урока и из статьи, что истинное страдание, к которому мы должны прийти, это то, что мы отделены от Творца.

М. Лайтман: Да.

Ученица: Вообще, перед тем как человек приходит к пониманию и постижению этой ступени, всегда сначала ощущаются страдания, и он моментально ненавидит Творца, он находится в ненависти к Творцу, потому что он находится в желании получать.

М. Лайтман: Да.

Ученица: Так как же работать с этим? Мы поняли, в чем заключается тут главный посыл. Но как не упасть каждый раз в страдания желания получать и начать страдать от того, что я отдалена от Творца?

М. Лайтман: Начни с другого конца – когда ты находишься в радости, наполнена, и Творец любит тебя и приближает тебя. Когда нет ничего лучшего в любое мгновение вашего существования. И так держись. Все время быть в радости. И тогда почувствуешь, насколько ты на самом деле приближаешься к Нему, и можешь вследствие этого говорить с Ним, советоваться с Ним. И так оно будет. Нет у тебя никого, кто любил бы тебя больше Творца. Нет никого, кто бы заботился о тебе больше, чем Он. И просто ты должна возвращать Ему это. И тогда будет слияние между вами. Не убегать от Него.

Ученица: Спасибо большое. Это было очень волнительно.

Чтец: (01:19:20) Если Вы хотите, мы можем почитать этот отрывок о четырехстах прерываниях.

М. Лайтман: Да.

Чтец: Это из книги бесед о жизни с адмором из Муглиц.

Однажды пришел один знаменитый человек и извинился перед рабби из Люблина, что все ограды и ограничения, которыми он себя ограничивал, не помогли ему справиться со злым началом, и по-прежнему у него нет ни дня без греха. И сказал ему рабби из Люблина, что из того, о чем ты говоришь, ясно, что ты еще не начал работу на Творца, даже немного, потому что в каббале есть такое, что каждый из Израиля, кто не чувствует 400 грехов с начала утра до утренней молитвы – это признак того, что не начал работать на Творца в святости и чистоте.

М. Лайтман: Насколько мы продвигаемся в духовной работе, приближаемся к Творцу, есть все больше ощущений прерываний, падений. Но так продвигаемся, таков наш путь. Таков наш путь.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:21:03) Так в принципе, любое состояние страдания, которое приходит, если есть в нем какой-то посыл от Творца к нам, кроме того, что мы отдалены от Него, и мы должны приблизиться?

М. Лайтман: Да.

Ученица: Так как же понять, каков посыл?

М. Лайтман: Если вы все объединитесь, даже в десятках, не обязательно все абсолютно, в десятках, вы начнете больше чувствовать, что Творец хочет передать вам. Потому что это как усилитель.

Реплика: Усилитель.

М. Лайтман: Да. Как усилитель. Тогда вы будете чувствовать все больше и больше, и больше.

Ученица: Каждый раз, когда приходит страдание, работа в том, чтобы прилепиться к десятке и в этой работе почувствовать, что посылает нам Творец?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:22:15) Учитель, мы чем дальше продвигаемся, тем больше дельта подъемов и падений. Особенно в наше время, когда мы так интенсивно молимся, и есть очень серьезные такие подъемы и соединения в десятке, а за ними следуют какие-то страшные падения. Потом, когда немножко обращаешься к десятке, пробуждаешься, оглядываешься, думаешь: «Какой кошмар!»

М. Лайтман: Это потому, что ты отрываешься от десятки. Если бы ты была соединена с десяткой, так и подъемы, и падения были бы намного не то что не ощутимы, а гораздо более эффективными для понимания, для понимания разумом чувств.

Ученица: Тут и проблема, что когда падаешь, эгоизму кажется, что «да нет, я же не отключаюсь». Но я отключаюсь, Вы правы. Как тут обойти его, понимаете? Обойти, чтобы как-то…

М. Лайтман: Все время быть в связи с подругами, как будто вы их обнимаете и держите вместе, прижимаете к груди, и так держать их.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:24:30) Вы сказали подруге, что она должна вернуть Творцу. И мне не хватило, чтобы она доспросила, как же вернуть Творцу эту любовь, что Он заботится, и что нужно вернуть Ему. Как это вернуть?

М. Лайтман: Как ты чувствуешь, как она чувствует.

Ученица: Ну, а что Ему нужно? Что Он хочет?

М. Лайтман: Это согласно тому, что человек чувствует. Если я ничего не получаю от Творца, мне нечего вернуть Ему.

Ученица: Это все исходит из того, что... Ну, мы все же понимаем, что никто Его по-настоящему не любит. Мы же верим, это где-то в задней части нашего мозга. Как же понять это? Как вернуть?

М. Лайтман: Ты окончательно ошибаешься.

Ученица: Но я думаю, что каждый думает, что Творец его любит.

М. Лайтман: Ты можешь без такого напора? Без того, чтобы я напоминал тебе об этом?

Ученица: Да, да. Все, я уже успокоилась, все.

М. Лайтман: Это называется «успокоилась».

Ученица: Нет, но я на самом деле годами в этом варюсь. И может быть, этому моменту, о котором спросила подруга, итог подвести? Допустим, я верю в то, что Он любит нас, и что Он такой с нами Добрый, приятный. Так что же Он хочет обратно?

М. Лайтман: Он хочет в ответ, что на самом деле в том, с чем ты обращаешься к Нему, чтобы в этом было немного правды.

Ученица: Я не поняла.

М. Лайтман: А мне нечего добавить. Здесь мне нечего добавить.

Вопрос (Ж Петах-Тиква-Центр): (01:26:33) Приходим ли мы к ненависти, к разделению, и сразу же мы приходим к любви, к слиянию? Это то, что мы должны понять сразу из статьи?

М. Лайтман: Это должно быть в точности направлено на товарища и на Творца из моего сердца, и тогда мы придем к этому.

Ученица: Так, как будто наша цель – это создать больше моментов объединения и любви, чтобы мы почувствовали, что получаем от этого объединения. А в разделении – мы бы почувствовали ненависть к этому разделению?

М. Лайтман: Да.

Ученица: И это называется сокращением, ускорением времени – как можно больше возвращаться к любви к подругам?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:27:48) Когда подруга говорила, я получал большое удовольствие. Я знаю, почему. Потому что подруга – это замечательная часть чудесного творения, которое сотворил Чудесный Творец. И сейчас у меня вопрос. Как с помощью света и кли, и экрана написать Тору на скрижалях сердца?

М. Лайтман: Я этого не знаю.

Ученик: И я не знаю. Спасибо.

М. Лайтман: Будем молиться.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:28:16) Когда мы молимся, Творец сразу дает ответ. Но эго скрывает. А если бы оно не скрывало, то эго бы сопротивлялось продвижению. Что можно сделать в таком случае?

М. Лайтман: Объединять товарищей и прорывать махсом. Вот и все. Вместе, в желании, из нашего сердца.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:28:48) Вам часто задают такого рода вопросы. У нас в десятке подруга находится в больнице. Это та подруга, которая держит всех. Что мы должны...

М. Лайтман: Вы должны только лишь молиться за нее, просить за нее.

Ж Петах-Тиква-Центр: (01:29:19) Я только хотела поблагодарить за все усилия, которые вкладывают товарищи. Чувствую, что мы все очень близки к ступени, о которой Вы говорили несколько дней назад. Мы только должны больше объединиться и просить, и Творец ответит.

М. Лайтман: И тебе большое спасибо.

ИНФО: (01:30:00) Да, прежде всего, спасибо за этот особый урок. И мы хотели напомнить, что для товарищей из Совета Рава, из любых состояний можно выходить с помощью распространения, и распространение – это то, чем всегда можно заниматься, продвигаться, и думать об исправлении мира, о том, как мы это продвигаем.

Объявление (01:36:10)

Песня (01:36:17)

Набор: Команда синхронного набора

Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/sC1lbPwG