Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 7 декабря 2020 года.

Средняя линия.

Чтец: Мы на уроке на тему «Средняя линия». Изучаем избранные отрывки из первоисточников, начнем с отрывка номер 22.

М. Лайтман: Вся реальность – и та, которую мы чувствуем сейчас и та, которую мы почувствуем на более высоких духовных ступенях, – раскрывается как состоящая из двух противоположностей, поскольку мы творения и ничего не можем почувствовать по-другому.

Реальность – это Творец, но Его самого мы почувствовать не можем. Но мы чувствуем Его, поскольку мы или противоположны Ему или подобны Ему, как преимущество света из тьмы, черное-белое, любовь над ненавистью, все прегрешения покроет любовь – таким образом. Тогда мы раскрываем Высшую силу, одну, единственно существующую – нет никого кроме Него.

Но мы должны, мы можем, мы способны Его раскрыть как творение, но только через нечто противоположное Ему. И поэтому вся наша работа – в объединении противоположностей. У нас это выражается так, что у нас есть желание получать, и мы стараемся над ним раскрыть силу отдачи, отраженный свет – над авиютом. А иначе мы не можем подсоединить отдельные разбитые келим, которые специально именно так сотворил Творец. (02:37) 

Мы чувствуем себя неспособными быть как одно внутренне, эмоционально, в разуме, в сердце – не можем. Такая изначально заложена в нас подготовка. Подготовка к тому, чтобы выстроить Творца между нами, чтобы Он мог организовать две эти противоположности, когда есть я и кто-то еще, что-то вообще вне меня. Организовать так, чтобы два этих момента, хотя и оставались бы в противоположности друг другу, потому что авиют не отменяется, но все-таки мы свяжем их вместе как одно. Потому что если «как одно», тогда есть единая связь – так мы почувствуем Творца, так я почувствую Его раскрытие.

А сейчас пока мы раскрываем формы ненависти, несогласия, непонимания – нечто вне себя. И все эти формы – это противоположная форма Творца, противоположная форма объединения. И отсюда мы приходим к постижению Творца, насколько у нас есть противоположная форма. И здесь, разумеется, каждый, кто больше товарища, то и злое начало его еще больше – он чувствует, что еще больше отталкивает и ненавидит других.

И чем больше мы растем, из поколения в поколение, тем больше растет ощущение, что я – это я, другой – это другой. И именно над этим мы и раскрываем, насколько можем быть вместе с этим отторжением, все-таки все прегрешения покроет любовь, все-таки в объединении друг с другом. Это отличие между разделением и объединением, между ненавистью и любовью и дает нам мощность раскрытия Творца. (05:06)

Это отличие остается как авиют, а над ним сокращение, экран, отраженный свет, – над авиютом. И тогда как раз между плюсом и минусом можно почувствовать мощь Творца, который раскрывается между нами всё больше и больше. А Он – клей, который соединяет все противоположности, и поэтому, создав Адама Ришон, Он его разбил, изо всей силы вошел во все разбитые части. И находится с тех пор меж всеми разбитыми частями в противоположной Самому Себе форме для того, чтобы мы так могли Его раскрыть, как через противоположное. И поэтому всё, что раскрывается, раскрывается только как нечто из противоположного: от ненависти – к любви, от отторжения и непонимания – к объединению. Вплоть до того, что приходим к слиянию и любви. Поэтому соединить части Адама Ришон как систему или раскрыть Творца, который соединяет, склеивает нас – это одно и то же. И мы ищем, как соединить разбитые части и тем самым насладить Его, и каждый раз по-разному относимся к этой работе, но по сути дела это работа простая. Между нами, между всеми товарищами, во всех наших ощущениях – я и что-то вне меня – именно там находится Творец в противоположном виде. А я должен сделать так, чтобы эта противоположная форма через наши усилия, через просьбу, молитву превратилась бы из силы отталкивания в силу объединения, в силу слияния между нами. И тогда тьма воссияет как свет. (07:30) 

Вот именно там, где была самая большая ненависть – там будет самый большой свет. Не так, что одно отменит другое, а как раз все прегрешения покроет любовь. Мы почувствуем преимущество света из тьмы, когда и первая форма не исчезает, и исправленная форма находится над ней. И это – настолько, что по мере нашего продвижения отличие между нами будет видеться, как бездна, как тьма, всё больше и больше.

Но вместе с тем и именно поэтому мы можем раскрыть Творца, свет, силу объединения и любви с такой силой, в таком проявлении, в таких явных и выпуклых формах – именно за счет проявляющейся тьмы. И поэтому каждый, кто больше товарища, его злое начало еще больше. Злое начало появляется всё больше как раз именно у каббалистов. У них появляются громадные желания, огромные ненависть и отторжение друг к другу, когда они не могут согласиться друг с другом на более высоких уровнях.

И мы тоже скоро раскроем это в наших десятках, просто пока мы еще маленькие, как малые дети, которые играют, как будто каждый сам по себе – они всё еще не могут играть друг с другом. Но потом постепенно проявится связь между нами. И в соответствии со связью мы почувствуем отторжение друг от друга.

Много групп каббалистов в истории разбились на этом пути и исчезли, потому что пришли к ненависти и отторжению таким большим, что не смогли удержаться в том, что это приходит от Творца, принять это. И в любом случае нужно удерживать друг друга для раскрытия Творца над любыми плохими состояниями, в которых Он раскрывается как зло, как плохое состояние. (10:09)

И сказано об этом, что «создал Я злое начало», а над этим может проявиться доброе начало. Таким образом, мы строим среднюю линию, когда мы не нейтрализуем добро и зло, ненависть и любовь, а учимся, как мы можем состоять одновременно и из того, и из другого. Как зрелые люди, вместе, понимающие творение, которое всё целиком состоит из добра и зла в равной мере.

И не может быть зла без добра, а добра – без зла. Они буквально равны друг другу. И именно через связь между ними, а не когда одно отменяет другое, или когда одно больше другого. Даже когда говорим, что «все прегрешения покроет любовь», это покрытие любви над прегрешениями невозможно без самих прегрешений. И именно из двух этих составляющих, когда мы держимся за то и за другое.

А это непросто – удерживать ненависть. Когда приходит любовь, мы не хотим думать о ненависти – мы полностью устремляемся к любви. И это очень большой удар, намного больший. И эта работа намного более серьезная, чтобы удерживать ненависть, как бы сохраняя ее, и не отменить ее, впрыгнув в море любви, нет. Мы должны состоять из того и из другого, и тогда мы находимся против Творца, когда только Он одна сила. Хотя за Ним и стоит плохая, злая сила, как сказано: «Создал Я злое начало». Но мы состоим из того и из другого, и мы удерживаем среднюю линию, а Он помогает нам, Он находится в средней линии. Так мы продвигаемся. (12:22)

И поэтому любой человек, каждый из нас должен почувствовать, что он состоит из двух частей: два мнения, две силы, два противоположных желания, любых, самых разных, не имеет значения. Это состояние обычного человека, который развивается. И мы должны к этому привыкнуть, должны понять, что это правильно.

Правильное творение так и состоит – из двух частей природы, а мы посередине и хотим удержать Творца, который делает мир свыше, где находится и его корень, удержать Создавшего добро и зло, а сам Он еще выше этого. Так вот Он сделает и мир с нами, над нами, тем, что проявится для нас как отличие между добром и злом, между светом и тьмой. И тогда в этом противоречии, в этом контрасте между двумя состояниями мы раскроем Его.

И если мы будем прилагать усилия, будем изучать, как раскрыть добро и зло, ненависть и любовь, отторжение и объединение, тягу и отторжение между товарищами, но никого не отталкивая. Разумеется, при условии, что товарищ тоже ищет ту же самую среднюю линию. Тогда мы придем к желаемому состоянию, и Творец раскроется, направляясь к нам, а мы – направляясь к Нему. Раскроем Его в средней линии, выстраивая его из двух линий: ненависти и любви, отторжения и слияния. И всё это для нас превращается в поддержку друг для друга. Как мы изучаем, что огонь состоит из фитиля и огня, что всегда есть сопротивление – что-то, что приходит через отрицание. И поэтому должен быть и фитиль, и масло, и света. Так мы выстраиваем наше отношение к реальности. (14:50)

Мы должны понять, что любые действия, которые происходят в мире в устремлении к добру, не приведут к добру, а лишь всё к большему и большему проявлению зла, пока все не поймут и не раскроют, что здесь должен быть другой подход для существования. Мы не можем уничтожить друг друга, как это хочется в желании получать – уничтожить всё противоположное. А мы должны научиться, как не отменять друг друга, а наоборот воспользоваться его противоположностью для того, чтобы выстроить среднюю линию.

И это мы сейчас будем наблюдать во всем мире и особенно в тех частях, которые наиболее развиты. Так и будем продвигаться. Именно над всеми прегрешениями, которые мы удерживаем, храним – над ними всё покроет любовь. Если мы не сможем этому научиться, то мы не сможем жениться, содержать семьи, воспитывать детей. У нас не может быть никакого мира с соседями ни внутри стран, ни между партиями или странами – мы просто станем разрушительной силой в природе.

Неживое, растительное и животное могут существовать между собой потому, что там заложено инстинктивное поведение, природное, правильное. А мы можем это сделать, только если найдем среднюю линию, выстроим ее. Это главное – подняться над своим эго. И не отменять его, а приподняться над ним, правильно воспользовавшись той природой, которую Творец создал во мне. И относиться к этой природе аккуратно, охраняя ее, иначе я не смогу создать над ней доброе начало, потому что, если я отменю свое злое начало, то его мне тоже будет недоставать для раскрытия Творца. (17:46)

А всё, что есть во мне, я сохраняю, стою на страже этого. И вместе с этим хочу выстроить силу отдачи, нечто противоположное. И из того и другого я уже хочу собрать систему, и хочу, чтобы мне Творец помог собрать эту систему вплоть до того, что я увижу в Нем своего партнера: Он мне помогает.

А еще Он раскрывается в этих двух системах добра и зла, как Творец (Бо у-рэ) – Он ее создал, Он дал мне обе эти системы в разобранном виде, разбитые. А я, в своем старании правильно их собрать, начинаю видеть Его – то есть это и называется, что «мы строим Его», как в Lego играем.

Что мы, в конце концов, получаем? Форму Творца. Такое раскрытие Творца в нашей работе, которое соединяет добро и зло, нас самих. Вместе с тем, что мы ни в коем случае ничего плохого не теряем по дороге, а лишь в поиске Творца как добра. То есть средняя линия выстраивается на том, что добро и зло мы соединяем друг с другом так, чтобы Творец раскрылся между тем и другим – так мы хотим, чтобы добро и зло соединились. А иначе они просто отменят друг друга, как плюс и минус и это будет короткое замыкание, как в электричестве, мы не сможем приблизить их друг к другу, как магниты невозможно сблизить.

Но мы можем постараться принять форму Творца, которая должна стать такой, чтобы раскрывающиеся добро и зло создали бы на определенный момент форму средней линии, а средняя линия сделает мир между нами. Это то, что мы раскрываем: Творец создал злое начало, Он Сам сформировал доброе начало, а мы делаем их правильное сочетание. (20:15)

И вот эта раскрывающаяся форма, которая соединяет добро и зло, все наши усилия, которые мы прилагаем для этого, называется Адам, – когда мы выстраиваем эту систему, подобную Творцу. И по мере того, как выстраиваем эту систему Адама, в ней раскрывается Творец – это и есть раскрытие Творца творениям, которого мы должны достичь.

И поэтому не надо убегать никогда к тому, чтобы искать Высшую силу. Она находится только между нами: в молитве, в просьбе, в чем-то хорошем, в чем-то плохом, – всё должно быть замкнуто между нами. И в молитве мы молимся все друг о друге, все наши усилия мы вкладываем в себя, друг в друга. Мы говорим об этом и всё, буквально всё стараемся делать вместе и между нами, буквально так. (21:35)

И в этом вся работа каббалистов – те, кто хотят раскрыть Творца между собой, собирают систему из добра и зла, а Творец раскрывается там, как средняя линия. Относительно этого мы и почувствуем, насколько наша реальность ежедневно выбрасывает нас в разных направлениях, не дает нам сосредоточиться между собой и на поиск формы Творца, который соединяет нас во всех противоположностях, а мы должны этому сопротивляться.

То есть, насколько Он разделяет нас, делит нас, удаляет нас и в десятках, и между людьми, и между странами, и народами – всё это происходит из Его желания побудить нас икать место для Его раскрытия. А Он действует как бы против этого, удаляя и путая нас. Мы же должны удерживать друг друга, поддерживать друг друга в группе, во взаимном поручительстве, чтобы Он пришел и соединил нас, без Него мы не сможем. 

Поэтому наша работа должна быть в том, чтобы соединять, усиливать связи между нами для того, чтобы обратиться к Нему, и чтобы потребовать, чтобы Он сделал мир в высях и мир между нами. Мир, от слова «шалом», «шлемут» – совершенство, восполнение всего.

В любом месте, везде, где мы можем раскрыть необходимость в Творце, когда есть между нами трения, непонимание, отдаление – надо этому радоваться. Потому что можно еще и еще привлечь Его в самых разных видах, чтобы Он находился между нами, соединил нас, хранил бы нас и не дал бы нам разбежаться.

Поэтому мы изначально молимся о том, чтобы Он удерживал нас и не дал бы нам возможности убежать. А Он, разумеется, действует противоположно, всё время будет посылать нам упражнения по удалению, отторжению, непониманию. Я постоянно в товарищах буду обнаруживать разные неприятные для меня формы, отличающиеся, совершенно разные. А я должен знать только одно, что это делает Творец и что все эти упражнения только от Него.

Кто мы всего-навсего? Он с нами играет как с куклами, но мы из себя выстраиваем систему Адама, между куклами. И получается, что Творец создал систему, как неживую-растительную-животную и разбитого Адама (человека), а мы собираем этого разбитого Адама. (25:06) 

И только в этом наша работа – постоянно хотим сосредоточиться только на этом. И отсюда все десятки на протяжении дня должны время от времени налаживать связь, должны говорить об этом, как им удается увидеть всё хорошее и всё плохое, что происходит между ними, и как правильно сочетать хорошее и плохое через то, что Творец находится между ними. Силой притягивать Его, представлять, что Он находится между ними. Но представлять Его так, что как добро, так и зло не исчезает, мы его не перечеркиваем, не отменяем друг друга.

А существует и это, и Творец, как их Источник, существует между ними. И мы соединяемся с Творцом в том, что и добро, и зло мы рассматриваем, как то, что приводит нас, является причиной нашего правильного объединения.

Вопрос (Чтец): Творец – это сила, противоположная отрицательной силе? Или это сила, дополняющая отрицательное положительным?

М. Лайтман: Это – всё. Мы потом увидим, как за кулисами, что и за моим разумом и за моим сердцем, – и там Он тоже находится, там Он тоже всё выстраивает. Как мы приходим к тому, что нет никого кроме Него? Когда есть только одна точка, точка разбиения, которая находится буквально в каждом, для того чтобы раскрыть, что кроме Него нет никого. Именно она и существует в этом «нет никого кроме Него».

Ученик: Что это за «положительное», что раскрывается в нас положительным и отрицательным образом?

М. Лайтман: Положительная и отрицательная силы раскрываются, но выше них есть первичная сила, как сказано: «Я первый, Я последний». Это что-то другое, не положительное и не отрицательное. Это природа, это сам Творец.

Ученик: Когда раскрывается что-то отрицательное в десятке, чего мы требуем?

М. Лайтман: Мы не требуем отменить отрицательное. От нас требуется не отменять отрицательное, а прийти к состоянию, чтобы всё отрицательное и негативное мы покрыли бы положительной, позитивной силой, чтобы и из того и из другого, раскрывая расстояние между нами, противоположность между нами, мы бы почувствовали создавшего нас Творца. (27:59)

Ученик: Как не отменить отрицательную часть?

М. Лайтман: А я забочусь о том, чтобы она не отменялась.

Ученик: Каким образом?

М. Лайтман: Я не хочу ее отменять, я к ней отношусь, как к необходимой части творения, а иначе творения не будет.

Творение от слова «брия», «бар» (что-то вне объединения). А я хочу, чтобы оно существовало. Иначе, как я приду к объединению, в 620 раз большему? Это как сила, которая первично исходит от Творца и за счет силы отрицания, удаления, ненависти, я увеличиваю силу объединения над силой разбиения. И тогда получаю эту силу в 620 раз больше. Я получаю НАРАНХАЙ вместо нэфеш дэ-нэфеш дэ нэфеш дэ-Асия. (29:05)

Вопрос (Турция-2): Как мы раскроем зло и добро так, чтобы мы смогли раскрыть среднюю линию? Что это за хорошее, плохое состояние?

М. Лайтман: Мы не должны отменять ни добро, ни зло. Как допустим взрослые люди, у которых есть жизненный опыт. Допустим, в семье у меня есть партнеры – жена или дети. И у каждого из них есть свой характер, и с этим я ничего поделать не могу. Я не могу их согнуть, даже если я как бы действую силой, и мог бы сделать так, чтобы они замолчали. Но само состояние, саму ситуацию исправить я не могу.

Исправление заключается в том, что я могу воспользоваться доброй и плохой силой, говоря, что и то и другое приходит свыше, мы с этим родились. Так давайте выстроим все эти плохие силы между нами так, чтобы они были в восполнении. Но, как это сделать, если сегодня, как мы видим, буквально в каждой семье все хотят просто поубивать друг друга? Так вот – нет. 

Как нам раскрыть противоположные силы (а все противоположны друг другу) – нет никого, кто бы в чем-то был подобен другому. Нам только кажется, что желание сейчас вырастет, и мы увидим, насколько мы отличаемся, насколько мы противоположны и еще больше и больше ненавидим друг друга. Именно поэтому и ненавидим друг друга. Так вот то, что мне необходимо здесь отыскать – это партнерство. Как может быть, чтобы между противоположностями было партнерство? Я прихожу к тому, что у меня нет выбора, «делающий мир в высотах, принесет мир нам».

Я не понимаю, как это работает, но я задействую особую силу, чтобы увидеть добро и зло в равной мере. Не как один положительный, другой отрицательный, а обе они отрицательные, обе они положительные, обе они мне необходимы в равной мере для того, чтобы между ними я раскрыл силу объединения, силу любви. И не может быть одно без другого.

Мы наблюдаем даже в нашей жизни, как иногда между людьми, которые любят друг друга, просто есть какое-то такое естественное побуждение уколоть друг друга, укусить. Потому что таким образом они проявляют свою любовь. Или это даже у нас, на наших уровнях что-то типа флирта друг с другом, когда один как бы и не хочет другого – не то и не сё. Почему? Мы так пробуждаем противоположную силу, потому что невозможно иначе вырастить ее, увеличить.

Это на нашем простом, примитивном материальном уровне, но на духовных уровнях невозможно, чтобы добро было без зла, зло без добра. Чтобы они не обладали такой силой, когда каждый зажигает другого, и тогда огонь любви пылает. (33:00)

Вопрос (Беларусь): Вот раскрывается зло в группе. Группа не выдерживает и разбивается. И если группа разбивается полностью или же может остаться какое-то ядро группы, то таким образом пройдет естественный отбор, и группы соединятся еще теснее в мире?

М. Лайтман: То, что ты мне сейчас рассказываешь, это абсолютно не методика каббалы. Это не каббалистический подход, если группа распадается, потому что они не могут удержать раскрывшееся между собой зло. Зло, которое раскрывается между ними – это Творец, который так раскрылся между ними в Своем противоположном в виде. А они должны видеть это как требование для того, чтобы раскрыть Его правильно.

У них ничего не получится, оттого что они поделились. Ничего! Наоборот, они отменяют свой духовный путь. Как сказано: «Хуц ми це», – ничего кроме того, чтобы выйти, ничего кроме того, чтобы разделяться, разваливаться. 

Бывают люди, которые мешают на этом пути. Они путают других, сбиваются с пути, есть такие, мы стараемся избавиться от них. И иногда это происходит, но кроме этого – нет. Все, кто хотят уйти, пусть уходят, конечно же. Но наш путь заключается в том, чтобы именно над раскрывающимися прегрешениями раскрыть любовь. 

А иначе, какие вы мужчины? Вы не раскрываете силу ненависти, отторжения больше, чем вам необходимо для того, чтобы преодолеть. Творец дал вам возможность преодолеть, а вы отбрасываете эту возможность, не хотите ее принимать: «Мы лучше вместо того, чтобы противостоять трудностям, вместо подъема духовного – спустимся, разойдемся!» Пренебрегаете всей методикой, очень жаль.

Надеюсь, что сейчас вы это исправите и будете идти вперед. И будет еще очень много таких моментов ненависти, отторжения. И если они по пути, если они в объединении – нужно только преодолевать их, нужно только просить о связи с Творцом, Его помощи и помощи от других групп. И в этом вы как раз и должны быть – смотреть вперед. (36:20)

Вопрос (United 4): Товарищ спрашивает: где граница добра и зла, чтобы не навредить друг другу в пути?

М. Лайтман: Нет границы между добром и злом – это место, где мы раскрываем высшую силу. Мы требуем, чтобы она соединила нас. Точка. Мы требуем, чтобы Творец раскрылся во всех противоположных состояниях между нами.

Вопрос (Киев-1): Я давно хотел спросить, извините, может, это личный вопрос. В то время, когда вы у РАБАШа были, были такие моменты, когда в группе раскрывалось зло явно, и это все видели?

М. Лайтман: Нет. Не было. Были мелочи, которые я гасил, потому что я был, как служка рядом с РАБАШем, и если он там был, то принимал участие. Но тогда не учились как сейчас. Не было состояния «группа», и не раскрывали в группах трения, в самой группе и между группами. Мы не дошли до этого, мы еще до этого не дошли.

Ученик: Каждый человек переживал как бы внутри себя, либо же просто группа недостаточно продвигалась? Я вот хочу понять, что здесь критерий…

М. Лайтман: Ты на себе это проверяй, не смотри в историю, ты всё равно ничего не поймешь из того, что было. Это невозможно, ты не можешь это ни проанализировать, ни исследовать. Ты исследуй то, что есть у тебя в группе, и насколько ты должен помогать группе, чтобы Творец раскрылся в ней.

Ученик: Я просто спрашиваю практически именно из своей работы. То есть это должно быть всем очевидно, что это ненависть между нами раскрывается, либо я это внутри себя раскрываю и просто с этим работаю?

М. Лайтман: Вы должны говорить в общем, так, как мы сейчас это изучаем. (39:03)

Вопрос (Тель-Авив 3): Когда вы говорите «покрыть любовью», в этом уже есть неравное состояние добра и зла. Как выстроить равное состояние?

М. Лайтман: Я не знаю, я вижу что написано. Понимаешь? Не жди, чтобы я сказал тебе: «Мы сейчас прочтем отрывки, и вы из них увидите, что делать». Я всего-навсего нахожусь рядом с вами, чтобы вместе с вами лучше понять отрывки, которые нам писали Бааль Сулам и РАБАШ, в этом всё.

Ученик: Естественное устремление, естественное проявление ненависти – убегать к этому объединению. Что делать с этим?

М. Лайтман: Мы не убегаем к объединению, мы сохраняем ненависть и стараемся вместе с тем находиться в любви все вместе: «Все прегрешения покроет любовь». Если я бросаю прегрешения, то мне нечего делать, это уже не наука каббала, это уже какая-то философия, демократия, я не знаю что. (40:20)

Ученик: Что значит «удерживать любовь над ненавистью»?

М. Лайтман: Это учи в группе, как это сделать. Дома ты можешь потренироваться, повсюду. Но когда есть ненависть, а я ее покрываю любовью – это здравый мужской подход, который раскрывает всё зло и покрывает его добром. И добро существует постольку, поскольку оно покрывает зло, а иначе у добра нет никакой ценности.

Вопрос (Центр-1): Почему противоречие раскрывается у человека в пути и становится трамплином для духовного?

М. Лайтман: Над чем ты поднимешься? Что это за трамплин, если не противоположности, которые раскрываются?

Ученик: Какой центральный принцип противоположности? Чтобы появилась молитва? Об этом речь?

М. Лайтман: Противоположности раскрываются, чтобы мы над ними построили среднюю линию. И чем противоположности больше, тем больше объединяющая их и сохраняющая их средняя линия, чтобы левая линия (ненависть) раскрывалась как авиют, а правая линия (любовь) раскрывалась как объединение (закут), тогда из этого будет духовный парцуф.

Вопрос (Петах-Тиква-23): Как правильно воспользоваться десяткой в состоянии «тьма»? Какое правильное место для состояния «тьмы» в десятке? Вообще есть этому место? Как это правильно выразить?

М. Лайтман: В десятке мы всегда в состоянии выйти из тьмы. Не может быть такого, чтобы Творец дал нам всем одинаковые ощущения тьмы, в которые были бы погружены все, и никто не мог бы спасти товарищей. Есть какие-то товарищи, которые объединяются вместе и могут бросить спасательную веревку тем товарищам, которые находятся в худшем состоянии. И таким образом, помогая друг другу, и обращаясь к Творцу, мы спасаем всех и приводим к состоянию, когда мы понимаем, что это состояние пришло от Творца, чтобы мы раскрыли между собой место для Него, чтобы Он объединил нас. И тогда мы обращаемся к Нему, и Он организует связь между нами и там раскрывается.

Ученик: То есть, состояние «тьмы» – это то состояние, о котором десятка должна позаботиться?

М. Лайтман: Мы должны заботиться о тьме, заниматься этим, но мы не притягиваем тьму. Мы всегда устремляемся к свету, к единству, к любви. (43:34)

Вопрос (Петах-Тиква-18): Что именно мне нужно ненавидеть, чтобы это превратилось в хороший материал, в масло для горения свечи? Что я ненавижу?

М. Лайтман: Ты ненавидишь только одно: свою лень, которая не дает тебе возможности двинуться и выяснить все силы, находящиеся между тобой и группой. Только это следует ненавидеть, не зло следует ненавидеть. Ненависть к злу придет потом, когда мы начнем устремляться к добру. Ненависть нам необходима, но она не отменяет добро, она просто формирует, выстраивает добро правильно. Разделяющие силы нам нужны, чтобы над ними выстроить силы объединения, силы единства.

Вопрос (Италия-3): Является ли парцуф средней линией? Если да, то какой смысл у него есть?

М. Лайтман: Парцуф объединяется с экраном – над ним, когда он может уподобиться высшему свету в объединении всех частей, и таким образом он уподобляется Творцу в целом. Парцуфом называется «мера отдачи со стороны творения по отношению к Творцу». Парцуф – это место объединения между творением и Творцом. Парцуф – это всё, парцуф – это всё творение. Нет ничего кроме десяти сфирот. Зависит только от меры этих десяти сфирот. (45:56)

Вопрос (Hebrew 10): Мы слышали, что есть такая функция, которая называется «шамаш» (служка). Что это такое в десятке?

М. Лайтман: Это один из товарищей, которого мы выбираем каждый день или, может быть, раз в неделю, который управляет десяткой административно.

Вопрос (Петах-Тиква-27): Очень глубокое объяснение и на теоретическом уровне очень понятно. Практически, что такое зло в десятке? Это то, что человек думает, то, что человек делает? Что такое зло?

М. Лайтман: Зло, это та сила отторжения, присутствующая между нами, перед тем, как мы нашли в противоположность ей и добрую силу, которая помогает злу над злом объединиться. То есть пока не формируем зло и добро вместе, чтобы они поддерживали друг друга и раскрывали друг друга, ибо тьма раскрывается из света, тогда мы называем силу отторжения «злой» силой. Но когда мы их обустраиваем вместе, то мы видим, что это не зло, а это подобно маслу, горючему материалу. Если я правильно его объединяю, то тогда с его помощью мы можем зажечь пламя объединения между нами.

И поэтому нам необходимо и отторжение и устремление к объединению, и не может быть одно без другого. «Каждый, кто больше товарища – его злое начало больше».

Ученик: Должно быть что-то, что имеет какое-то выражение, какой-то спор должен быть, ссора, или достаточно, чтобы человек подумал об этом? Просто несовершенная мысль о товарище – это уже зло. Что это?

М. Лайтман: Да, даже и это. Он должен выяснить, и может быть, посоветоваться с остальными товарищами, ошибаюсь ли я в том, что этот товарищ наносит вред. Или, может быть, он не вредит, но то зло, которое раскрывается в нем как бы против объединения, помогает нам раскрыть еще недостатки в нашем объединении.

Ученик: Каждая мысль, которая появляется у товарища, можно определить как зло?

М. Лайтман: Есть положительное зло и отрицательное зло. Положительное – это то, которое мы должны преобразовать, и сделать из него горючий материал. А отрицательное зло – то, что путает нас, путает товарищей, опускает связь между нами с духовного уровня на материальный уровень, на выход в бардак, а не в объединение десятки. У нас есть такие примеры, и с этим мы не можем согласиться. (49:37)

Вопрос (Волга): Когда в работе по соединению в десятке уже потихоньку размываются и образы товарищей и слова товарищей, когда всё время направлен только на ощущение единства – вот в этом состоянии я не понимаю, что именно я должен ненавидеть? Что такое «ненависть» в такой уже внутренней работе? (50:04)

М. Лайтман: Ненависть может быть просто от отдаления, когда я не ощущаю нескольких товарищей, что они близки, подобно остальным товарищам. Эти мелочи тоже называются «ненавистью». Нет между ненавистью и любовью чего-то среднего, нейтрального. То есть, если не любовь в некой мере, то это уже мы определяем, как ненависть. Также следует понять, что, может быть, ты не ненавидишь, потому что не хочешь страдать, потому что у тебя есть всякие расчеты. Но если это не любовь, то это ненависть – середины не бывает.

Ученик: Можно уточнить? То есть в этой работе, если какой-то товарищ у меня как бы выпадает, то это уже тоже ненависть? Если в этой работе по соединению какой-то товарищ из десятки у меня как бы выпадает из работы, то это значит, я точно здесь ненавижу, я правильно понимаю?

М. Лайтман: Это защитная сила твоя. Нельзя сказать, что ненависть – ощущаешь, не ощущаешь ее или вычеркиваешь, – нельзя сказать, что практически это ненависть. Но, на самом деле, мы тоже называем это «ненавистью». Поскольку наша цель – это объединение и любовь, то всё противоположное уже называется «ненавистью». (51:58)

Вопрос (Latin 2): Как мы можем воспользоваться отчаянием, как средством для объединения, когда есть удары в десятке?

М. Лайтман: Вы должны зажечь друг друга, должен быть шамаш (служка) и габай, должны быть еще какие-то ответственные в группе, которых мы определяем, допустим, после утреннего урока. То есть, сегодня этот, этот, этот будут отвечать за состояние и продвижение группы. Все прочие обязаны быть под ними и слушать то, что они говорят, и делать то, что они определяют.

Но не быть в таком состоянии, когда ничего не делается, когда вы не ощущаете, что вы продвигаетесь в течение дня. Как такое может быть? То есть, у меня есть встреча десятки сразу после утреннего урока, потом в полдень и потом вечером. Кроме этого у меня есть съемки, кроме этого у меня есть еще встречи, я работаю над статьями, готовлю себя к завтрашнему уроку – я обязан наполнить свое время всем, чем только возможно. Я понимаю, что вы работаете, занимаетесь семьей, но вы обязаны, тем не менее, вместе с этим свою голову, свое сердце нагрузить заботой о десятке. Да. Как у тебя дома есть ребенок и ты думаешь о нем, что с ним происходит, как он там, – так же ты должен думать о десятке.

Ученик: А что относительно лени?

М. Лайтман: Для этого должен быть габай, который пробуждает один другого – «да поможет человек ближнему». Что такое «лень»? Вы привыкли уже ничего не делать. Вы не слушаете в течение дня утренний урок – вы обязаны думать, слушать его, иначе не будет продвижения. Когда слушают его один раз – это ничего не дает. Вы должны два раза слушать урок: один раз утром и один раз в течение дня. И еще говорить об этом. Это называется «два раза в чтении и один раз – перевод». (54:50)

Вопрос (Николаев-Сочи): Какой-то чувственный момент еще отдельно раскрывается: когда мы поднимаемся над ненавистью, то уже само это ощущение ненависти превращается во что-то другое, как бы образуя границу, которая мне показывает, до какой степени я могу соединиться, а до какой дальше уже будет какое-то отторжение. Вопрос в том, что эта ненависть постоянно растет, и я понимаю, что вообще не могу соединиться, ни в чем?

М. Лайтман: А ты проси. Ты должен молиться, просить вместе с группой и даже в одиночку о том, что ты хочешь подняться над ненавистью.

Вопрос (Север-2): Как прийти к состоянию гармонии между любовью и ненавистью в работе?

М. Лайтман: Как можно больше увеличивать любовь, тогда ты придешь к гармонии. Ты не должен заботиться о ненависти – ненависть пробуждают силы, находящиеся в системе, а любовь ты должен пробудить. Поэтому гармония зависит от того, насколько ты устремляешься к любви. (56:24)

Вопрос (МАК-3): Ощущение страдания – это последняя ступень, над которой мы строим экран?

М. Лайтман: Нам не нужно устремляться к страданиям и неприятностям, а постоянно мы должны быть слиты в объединении, в связи между нами и с Творцом, ибо в этом, собственно, спасительный круг. И не входить в страдания – это называется «глупец сидит, обхватив себя руками, и ест сам себя». То есть, я не сижу и не плачу о том, что там происходит. Я не грызу сам себя, это абсолютно не мужской подход.

Мужчина означает «преодолевающий», от слова «гевер» или «итгабэр», когда он постоянно поднимается ко всему, что может вытащить его из текущего состояния. И то, что Творец бросает нас в такие состояния – так это как раз для того, чтобы мы как можно быстрее научились выходить из них. (58:01)

Вопрос (Голландия): Что происходит с любовью и ненавистью, когда они соединены в среднюю линию?

М. Лайтман: Любовь и ненависть, когда они объединены в среднюю линию, дают нам ощущение Творца, когда мы видим, что и ненависть, и любовь – это одна сила в творении, как минус и плюс в выстраивании материальной материи. И поэтому мы относимся в равной мере к ненависти и любви, чтобы раскрыть Творца, как среднюю линию, находящуюся над ними.

Вопрос (Москва-1): Сейчас такое ощущение, что работа осуществляется таким образом: мы обнаруживаем в десятке равнодушие, какое-то отторжение, может быть какую-то тяжесть. И мы пытаемся, каким-то образом над этим подняться и достичь любви. Может быть, такой пример приведу с голодом: человек чувствует голод, но он не знает, наполнится он у него или нет. И это дополнительную тяжесть создает.

А можно ли здесь достичь такого этапа работы, когда все эти состояния отрицательные раскрываются буквально как аппетит, то есть которые на трапезу уже как бы ориентированы? И нет этого состояния отчаяния, что, может быть, ты и не достигнешь этого уровня любви и, может быть, у тебя не получится подняться? Или это отчаяние – обязательное условие в работе по обработке состояния? (01:00:06)

М. Лайтман: Это ощущение, когда я очень сильно стремлюсь к чему-то и не могу этого достичь, это потрясающее ощущение. Оно как раз дает нам возможность почувствовать всю мощь устремления к любви. Представь себе двух людей, которые любят друг друга. Они стремятся друг к другу, но находятся в ситуации, когда не могут встречаться, и никто не знает, что что будет дальше. И они должны сохранять это состояние, очень сильно ценить его, и над ним начать раскрывать связи любви, без затушевывания этого устремления к объединению, когда голод и устремление тоже оставались бы. В этом суть вечной совершенной любви, когда тот самый недостаток, хисарон любви, когда были далеки, не могли соединиться, остается и когда мы приходим к любви, мы можем сохранять её. И если так, то, несмотря на то, что мы связаны и уже находимся в состоянии зивуга, но этим реализуем силу зивуг так, как это было в разлуке.

Поэтому мы постоянно находимся в приближении всё большем и большем. Несмотря на то, что, куда уж ближе – вы уже в зивуге между собой, в слиянии, в объединении друг с другом? Нет, мы ощущаем, что, тем не менее, между нами есть то самое устремление, которое было и раньше, и это устремление мы сохраняем и не хотим, чтобы оно исчезло, потому что если это стремление, авиют исчезнет, то исчезнет и любовь. Поскольку любовь – это нечто большее, чем объединение. Это внутреннее устремление быть одному внутри другого.

Тяжело передать словами этого мира, но в духовном это так. Постарайтесь представить себе это и вы увидите, какая у нас есть возможность продвинуться. (01:02:53)

Вопрос (Италия-4): Вы всегда используете такое выражение: «Всё кроме выхода». Как мне вести себя с товарищами, которых нет, которые не принимают участие? Что нужно делать?

М. Лайтман: Те, кто не участвуют – не участвуют, у меня нет с ними никаких расчетов. Неважно, если они записаны в десятке. Я получаю каждый день отчёт после урока, кто был, а кто не был на уроке. И если они не находятся – что поделаешь! Я не считаюсь с ними. Те, кто приходят – идут цели и удостаиваются раскрытия Творца. Это те, кто выполняют работу. Творец не может разрешить людям не прилагать усилия, потому что усилия строят кли. Если человек не приложил усилия, то у него нет кли, всё прошло рядом с ним.

Мы должны сделать, в конце концов, между нами расчёт: мы работаем вместе, чтобы объединиться и раскрыть Творца, или нет? И мы каждый день получаем еще порцию, ещё порцию для продвижения, как сформировать правильное кли для раскрытия Творца. Сегодня мы говорим уже о трех линиях и о продвинутых состояниях в трудах РАБАШа и Бааль Сулама. А если они не с нами, то ты не сможешь им этого передать, потому что это чувственное включение, в котором мы все вместе сейчас пребываем. (01:05:05) 

Вопрос (Болгария): Мой вопрос в продолжение того, что вы сказали. Не проявляется ли ненависть тогда, когда мы нарушаем принципы РАБАШа? И тогда мы ее не можем покрыть любовью. А иначе ненависть не страшна?

М. Лайтман: Нет, ненависть раскрывается, когда мы через силу пытаемся покрыть её любовью. И всё. Ненависть приходит как подарок от Творца, который хочет продвинуть нас. Ненависть раскрывается в нас, как подарок от Творца, который хочет, чтобы мы продвигались к любви.

Вопрос (Питер-3): А если в десятке порядок, равновесие, все на уроке, все на зумах – любовь, и даже страшно больше объединяться, чтобы не разрушить это равновесие, эту гармонию? Где взять решимость и как правильно это сделать?

М. Лайтман: Ну, ты даешь! Объединяться как можно больше, через силу, пока вы не раскроете, что вы вообще не объединены. Вы такие джентльмены, не касаетесь друг друга: «Мы хорошие, пушистые, всё здорово, запрещено громко говорить, запрещено плохо думать друг о друге». Мы отменяем всё это в самом корне? Не дай Бог! Вы начнете сближаться всё больше и больше, и увидите, насколько вы не в состоянии переносить друг друга, а иначе что вы за группа? Какой-то дом престарелых.

Ученик: А как не разрушить? Как Белоруссия спрашивала, что группа раскалывается. Как сделать это без крайностей? 

М. Лайтман: Не бояться того, что мы пойдем к объединению, и группа разрушится. Главное – объединение. Тогда разойдемся – разойдемся, мне не важно – будем сохранять объединение. Но в то время, когда мы продвигаемся вперед, а не когда мы делаем из себя какие-то «консервы» – не продвигаемся, а только поддерживаем статус-кво. Не дай Бог, только не это! (01:07:54)

Вопрос (Москва-7): Удостоился, например, я подарка в виде того, что во мне пробуждаются мысли, что я не люблю товарищей. Как только эта мысль во мне родилась и пришла – что я должен первое сделать, что второе, что третье?

М. Лайтман: Ты должен сделать расчет, прежде всего, что ты получил это свыше. Второе, каким образом ты можешь воспользоваться этим для продвижения? Потому что, если желание получать больше, то с его помощью ты можешь достичь более высокой ступени. Так мы поднимаемся по ступеням. Ну, и сделай это, выполни эту работу, чтобы все прегрешения покрыла любовь, пока ты не достигнешь состояния, когда ты будешь любить товарищей в новом состоянии. Понимать, что ты получил от Творца эту ненависть, а теперь хочешь получить от Него также и силу любви, чтобы в работе в группе ты получил бы эти силы – минус и плюс, и над ними ты продвинешься к раскрытию Творца.

Вопрос (Сантьяго): Раскрытие зла вне группы, вне десятки может ли считаться как отдача? Всегда ли я должен повторять этот акт отдачи? 

М. Лайтман: Мы не считаемся с тем, что происходит вне группы, не берем в расчет то, что происходит вне группы. Мы можем изучать то, что происходит в других группах Бней Баруха, но то, что происходит вне мирового Бней Баруха мне абсолютно неважно. Неважно. Я не принимаю в этом участие и не хочу, чтобы они имели со мной контакт. (01:10:19)

Вопрос (МАК 2): С одной стороны, вы говорите, что надо максимально стремиться к любви, к объединению в десятке, а с другой стороны – вы сказали, что не надо окунаться в эту любовь. Как это вместе соединить?

М. Лайтман: Пользоваться любовью так, как будто она является одной из составных частей пути, а не так, чтобы ты погрузился туда, не зная брода. Ты должен быть постоянно между двумя: между ненавистью и любовью, – в средней линии.

Вопрос (Петах-Тиква-32): Какова правильная отмена в десятке? Что отменяется?

М. Лайтман: Правильная отмена в десятке – когда я отменяю себя перед товарищами как перед величайшими людьми поколения.

Вопрос (Петах-Тиква-17): Зло – это то, что мы не перечеркиваем, оно раскрывается как результат объединения, оно всегда меняется?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Нужно ли всегда удерживаться над этими изменениями?

М. Лайтман: Постоянно.

Ученик: Из чего выходит следующее объединение? Из зла?

М. Лайтман: Из зла не выходит никакого объединения, из правильной связи между добром и злом выходит объединение.

Вопрос (Турция-2): Мы понимаем, что существование всех противоположностей зависит друг от друга, а если так, то Творец зависит от нашего существования? Или другими словами, являемся ли мы Его противоположными частями?

М. Лайтман: Мы делаем, мы собираем кли, в котором раскрывается Творец как средняя линия. У нас есть злое начало, и мы можем притянуть хорошее начало – силу отдачи, силу получения. Если они сливаются в нас вместе, то мы раскрываем их корень, их причину и это средняя линия. (01:12:41)

Вопрос (Италия-4): Работа в отношении ненависти: по мере того, как я пытаюсь подниматься над ней, она меня больше разбивает. Мне кажется, что при прямой работе с ненавистью мы всегда проигрываем. Как можно работать со своим эго, какую выбрать стратегию?

М. Лайтман: Войти в группу, включиться в группу и не бояться потерять себя. И именно так: включиться, насколько это возможно, как можно больше видеть группу исправленной. А когда ты включишься в нее – ты тоже получишь меру исправления. И без претензий.

Вопрос (Италия-3): Как мы вынуждаем Творца, чтобы Он помог нам над уровнем авиюта, который раскрывается в десятке? Как прийти к ощущению, что всё хорошо?

М. Лайтман: Если вы объединяетесь, и в добре и во зле, и обращаетесь к Творцу, чтобы Он организовал вам всё это состояние, чтобы у Него было место для раскрытия, чтобы вы могли доставить Ему наслаждение – то этим вы обязуете Его, и Он поможет вам. И именно так и произойдет. (01:14:35)

Вопрос (Киев-1): Я услышал, что вы сказали, что мы должны сохранять ненависть и строить над ней любовь. И о понятии «сохранять ненависть». Например, в десятке мы попытались сблизиться – раскрылась ненависть. Мы построили над ней любовь. Дальше, по идее, знаете, как в состоянии эйфории: всё нормально, мы решили все проблемы.

М. Лайтман: Нет, это неверно. Это неверно: то, что мы приходим к доброму состоянию и включаемся в него без злого состояния. Но мы постоянно должны сохранять одно с другим. Мы не теряем никакой силы в реальности. Мы не как маленькие дети, которые плачут или смеются. Мы как взрослые люди, знаем, что есть зло и есть добро, есть время собирать камни, а есть время разбрасывать камни, то есть, и на это и на то.

Мы должны объединить между двумя этими состояниями среднюю линию – в этом наше усилие. Мы должны раскрыть общий корень добра и зла – и это Творец. Мы должны стараться, постоянно говорить об этом, думать об этом, дискутировать об этом, пока вы не раскроете в этом мусоре настоящее, истинное состояние. Его невозможно объяснить. Нет слов, есть особое ощущение. (01:16:21)

Ученик: Но, одновременно есть правило, что мы не копаемся в прошлом. Например, у меня есть в памяти десятилетний мой период пребывания в группе, там много разных было ситуаций с ненавистью. Я должен всё это держать в памяти?

М. Лайтман: Нет-нет, ты должен прямо сейчас то, что есть у тебя сейчас, стараться собрать это состояние из добра и зла, и находиться на связи их обоих к их источнику, который исходит от Творца. И ты связываешься с Ним через эти ощущения. Ты не можешь по-другому удерживать Творца.

Зачем нам нужны эти добро и зло? Затем, что без этого у нас не будет возможности выстроить образ Творца. Ибо мы Его не постигаем. Мы постигаем Борэ – «бо у рэ» («приди и увидь»). «Приди» – мы приходим со стороны кли: авиют, все проблемы. И «увидь» – мы постигаем любовь над всем этим, вместе с тем, когда они вместе дополняют друг друга, – и тогда мы постигаем то, что называется «Бо у рэ» (Творца).

Ученик: В какой момент я могу сказать, что – всё, это состояние ненависти мы уже отработали?

М. Лайтман: Мы не прошли ненависть и не прошли любовь, потому что на самом деле пройти эти состояния мы можем только при условии, что они существуют у нас параллельно – и ненависть и любовь, – а не одно за другим. Когда мы сможем сформировать их вместе и тем самым подготовим место для Творца, как корень их обоих, в равной мере, тогда будет ясно, что мы прошли эти состояния. А пока мы прошли материальные формы, в которых нет ничего духовного всё еще. Духовное начинается с того, что Творец раскрывается над отрицательной формой. (01:18:39)

Вопрос (MAK 6): Как проявляется любовь в десятке? Что это за состояние любви?

М. Лайтман: Любовь в десятке раскрывается в том, что я хочу соединиться с Творцом, и поэтому я люблю товарищей, которые являются компонентами моей души, и вместе с ними я раскрываю Творца. И в той мере, в которой я хочу доставить наслаждение им, в общем, потому что Творец является этим общим, обобщающим, я могу доставить наслаждение Ему. Я не могу отнестись к Творцу больше или иначе, чем я отношусь к товарищам, я не могу ненавидеть товарищей и любить Творца. Это противоречит одно – другому. (01:19:35)

И давайте мы почитаем.

Чтец: Есть более актуальные отрывки, если вы захотите, о которых мы сейчас говорили. Из Зоара. (01:19:54)

1. «Подобно преимуществу света от тьмы». Ибо польза свету приходит лишь из тьмы. Исправление белого – черное, ибо без черноты не была бы постигнута белизна. А поскольку есть черное – возвышается белое и почитается. Пример сладкого и горького: человек не знает вкуса сладости, пока не отведает горечи. Что же делает вкус сладким? Отсюда ясно, что горечь. Ибо если вещи противоположны друг другу, то одна раскрывает другую. Так происходит между белым и черным, между светом и тьмой, между болезнью и здоровьем. Ибо если бы не было болезней в мире, то не было бы никакого понятия о здоровье. Сказано: «Одно против другого сделал Творец». И сказано: «Хорошо, если ты придерживаешься одного, но и от другого не отводишь руки». [Книга Зоар с комментарием Сулам, Глава «Иша ки-тазриа»] (01:21:10)

М. Лайтман: Я попрошу, пришлите мне по почте.

Чтец: Еще раз. [Книга Зоар с комментарием Сулам, Глава «Иша ки-тазриа] (01:22:35)

М. Лайтман: А второй отрывок?

Чтец: Второй тоже из Зоара.

2. Нет иного света, кроме того, что исходит из тьмы. Ибо когда покоряется та сторона, поднимается Творец наверх, и растет слава Его, и служение Творцу может быть только из тьмы, и благо может быть только из зла. И когда человек вступает на дурной путь и оставляет его, тогда возвышается Творец в славе Своей. И потому совершенство всего – это добро и зло вместе, дабы обратиться затем к добру. Нет блага, которое не происходило бы из зла; и в этом благе возвышается слава Творца. Это и есть «совершенное служение». [Книга Зоар с комментарием Сулам, Глава Тецавэ] (01:23:32)

М. Лайтман: Хорошо. Давайте 23-й отрывок.

Чтец: Мы читаем из отрывков «Средняя линия».

23. А главное – это средняя линия, называемая есодом, то есть свойство Йосэфа. Поэтому сказано: «А Исраэль любил Йосэфа».

И есть средняя линия наверху, называемая «тифэрэт», и она разрешает спор между хэсэдом и гвурой, и средняя линия от хазэ и ниже, которая называется «есод», разрешающая спор нэцаха и хода. И главная работа состоит в подчинении левой линии, и именно средняя линия подчиняет ее.

Поэтому левая линия и те, кто связан с ней, хотят отменить среднюю линию, ибо с правой линией левая линия бороться умеет, и ей не нужно отменять ее, поскольку она не боится правой линии. В то же время, средней линии она, в самом деле, боится, потому что средняя линия отменяет левую.

Поэтому она желает отменить среднюю линию наверху, в тифэрэт, и среднюю линию внизу, называемую «есод», и это Яаков и Йосэф. [РАБАШ, статья 378 «И поселился Яаков на земле проживания отца его»] (01:25:11)

М. Лайтман: Это говорит о работе, в которой мы проверим все эти детали. 24-й читай, пожалуйста.

Чтец: 24-я цитата. 

Закон таков, что средняя линия – это смешивание двух линий. А поскольку правая линия святости – это ступень совершенства, выше разума, то левой линией называется то, что он видит внутри разума, что он несовершенен, и наоборот полон недостатков.

Поэтому средняя линия построена из двух линий. То есть, что возможно идти выше разума прежде, чем у него появится разум и покажет ему состояние, как он выглядит в своих глазах внутри разума. Тогда можно сказать, что он не обращает внимания на то, что его заставляет делать разум, а он идет выше разума, и верит верой мудрецов в то, что ему говорят мудрецы, и не использует свой разум.

Но если у него нет разума и знаний, которые бы ему сказали что-то, нельзя сказать, что он идет выше разума. Поэтому это называется средней линией, ступенью совершенства, поскольку он нуждается в двух линиях, то есть, что у него имеется две противоположные линии, и он нуждается в обеих. [РАБАШ, статья 4 (1989) «Что такое «потоп» в духовной работе»] (01:26:50)

М. Лайтман: Да, так мы должны сохранять и плохое и хорошее – во всех формах. И мы должны сохранять это над ними, как Творец раскрывается во всей десятке. И это делать по всему мировому кли.

Вопрос (Турция-3): Что мы видим в средней линии? Это величие Творца?

М. Лайтман: В средней линии мы раскроем всю реальность в истинном ее виде, но в определенной степени, насколько высока будет наша средняя линия, и насколько Творец раскроется в этой реальности, насколько Он ее наполнит. И мы с Ним партнеры: держим, раскрываем и подаем Ему эту реальность, чтобы Он в ней раскрылся. Он наверху, а мы внизу. И встречаемся в средней линии. (01:28:10)

Я прошу прощения, но мы должны перейти ко второй части урока, ТЭС.

Песня (01:28:18-01:32:08)

Набор: М. Мартынова, Л. Панкова, Н. Щербухина, Н. Подебрий, Т. Ярошевская, Л. Соловьева.

Редакция: О. Сафронова

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/qwcKeuBw?language=ru