Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки

Ежедневный урок №1, 12 ноября 2019 года.

«Отягощение сердца – приглашение к подъему»

Чтец: Урок на тему «Отягощение сердца – это призыв к подъему» по пятому уроку мирового конгресса в Болгарии.

М. Лайтман: Мы знаем, что весь наш путь – это подъемы и падения, что невозможно подняться на ступени иначе, как если ты получаешь дополнительный авиют, с которым работаем, преодолеваем, и это называется, что поднимаемся на следующую ступень. «Был вечер и было утро – один день». Всё начинается с тьмы, с ночи, с испорченного желания, и когда исправляем его, то приходим ко «дню».

Поэтому после болгарского конгресса у нас есть две вещи. Конечно же, мы проделали очень хорошую работу, и был подъем, а сейчас нужно почувствовать падение. Но это должно быть немножко по-другому, потому что мы расширили кли. Это уже не в том же месте, то есть не в десятке, когда был подъем, потом падение, еще подъем, еще падение. Каждое падение всё больше, дольше, глубже, чувствуем больше отягощение сердца. И уже из опыта мы знаем об этом, и радуемся этому, и понимаем, что это подготовка для следующей ступени, для следующего подъема.

Но здесь может быть, что процесс будет немножко смазан, потому что мы говорили не о подъемах и падениях – мы говорили о расширении и сжатии. Это немножко по-другому: здесь надо научиться чувствовать эти изменения, когда есть внутреннее кли в подъемах и падениях, и есть окружающее кли для окружающего света, для подъемов и падений. Мы начнем распознавать, в чем отличия между ними. И это чуть-чуть смазывает тему, вопрос, но увидим это с течением времени. То есть, в первую очередь, чтобы был опыт, то есть вот эти различные ощущения, а потом поймем, что происходит и как с этим работать. Но как бы то ни было, нам было бы хорошо вернуться к теме «Отягощение сердца как приглашение к подъему». Продолжим. (03:19) 

Чтец: Мы читаем из пятого урока мирового конгресса в Болгарии на тему «Отягощение сердца – призыв к подъему», начинаем с третьей цитаты. Статья РАБАШа «Что такое "пастухи стада Авраама и пастухи стада Лота" в духовной работе». (03:39)

3. В каждом начале человек обязан начинать заново принимать [на себя] власть небес, недостаточно того, что вчера у него была вера в Творца. Поэтому каждое принятие человеком власти небес означает новую ступень, то есть он берёт сейчас часть пустого пространства, в котором отсутствовала власть небес, и вводит это пустое место, и наполняет его властью небес. Получается, что он выяснил сейчас что-то новое - то, чего не было, прежде чем он взял это пустое место и наполнил его властью небес.  И это называется, что он поднял новую искру в святость, и во множестве подъемов он всегда поднимает искру из пустого пространства к святости. Получается, что от каждого падения он приходит к новому началу и поднимает новые искры. [РАБАШ, статья 6, (1991), "Что такое "пастухи стада Авраама и пастухи стада Лота" в духовной работе"] (04:54)

М. Лайтман: Мы уже знаем, что так это происходит, и согласны с этим. Но надо еще обратить внимание: Творец, когда открывает нам дополнительную часть из разбитого кли, хочет, чтобы мы не только почувствовали тьму, отсутствие сил, беспомощность, но чтобы мы понимали, что это новая ступень, что это исходит от Творца. Это обычно действует на человека так, что человек успокаивается. Ну, что ж, новое состояние, конечно же, я слаб, конечно же, я не могу – это пройдет, ну день еще, два, не страшно. Такие вот состояния надо пройти. То есть не бывает ума без опыта, и это приводит к состоянию, когда он с этим согласен и ждет, пока всё это пройдет. (06:10)

И здесь как раз место приложения усилий. В тьме, которая приходит, мы должны показать, что мы, с одной стороны, согласны с этим, и нам не важно, как мы чувствуем [себя]. Да, может быть, мы не в очень хорошем состоянии, и понимаем, что это приходит от Творца, это нас радует, это всё-таки Он управляет всеми состояниями. Но нам здесь надо добавить именно работу во тьме. Основная работа − по ночам. Мы должны добавлять именно в таких состояниях, когда мы чувствуем отсутствие сил, когда мы не чувствуем в этом правильную ориентацию, и постараться как можно быстрее выяснить состояние и сделать его рабочим. То есть, что такое рабочее состояние? Когда мы, как можно быстрее, через различные действия, которые, как нам кажется, мы должны сделать, мы приходим к единственному эффективному действию – к молитве. И в этой молитве мы просим не то, что нам будет больше света или ощущений, но мы хотим возможности доставлять наслаждение Творцу через товарищей. (07:59)

То есть здесь, на этом месте тьмы, смятения чувств, мы должны найти территорию, которую мы хотим оживить, и это основная работа. И если мы найдем правильный подход, то будем добавлять к этому подходу всё больше и больше нюансов, деталей. Мы будем понимать, что мы как раз должны работать и добавлять именно в состоянии тьмы, что работа по ночам − это благословенная работа, и мы ее ищем. Действительно, ищем, и из тьмы мы обнаруживаем свет – то есть не свет, который приходит от Творца (это и есть свет), а свет, когда мы чувствуем именно в темноте способность работать, добавлять в свете веры, в свете хасадим, то, что мы собираем. И получается, что, действительно, день и ночь может прийти от Творца, а может исходить и от человека, что человек может светить, освещать ночь, и так продвигаться. То есть «я пробуждаю зарю», но это совсем другая заря − это то, что исходит со стороны работы человека, в отличие от того, что это приходит свыше. Давайте продолжим, еще увидим. (10:07)

Но, искать! Искать, как я могу постараться в состояниях тьмы не расставаться с Творцом, «нет никого кроме Него», с десяткой, святостью, то есть хасадим, ради отдачи, сила отдачи – это то, что я ищу и к чему стремлюсь, и этим я удовлетворяюсь.

Чтец: Четвертая цитата из РАБАШа, «Вся Тора - это одно святое Имя». 

4. Мы всегда должны помнить о цели насладить творения, и если злое начало приходит к человеку и задаёт ему все трудные вопросы Фараона, то не нужно отталкивать его, а надо сказать: «Сейчас со всеми твоими вопросами я могу начать работу ради отдачи». То есть не говорить, что вопросы злого начала возникают для того, чтобы понизить человека с его ступени, а наоборот, они приходят, чтобы дать ему место для работы так, что с помощью этого он будет подниматься по ступеням совершенствования. То есть всякое преодоление в работе называется продвижением в работе Творца, как монета к монете собирается в крупную сумму, так и преодоления собираются до определённой степени, нужной, чтобы стать кли для получения блага. [Рабаш. Статья 22 (1985) «Вся Тора - это одно святое Имя»] (11:57)

М. Лайтман: Представим состояние, что я нахожусь без работы, каждый из нас. А если у тебя нет работы, так тебе и кушать нечего. Сейчас приходит кто-то и говорит: у меня есть для тебя работа. Так этот человек, как будто бы приходит к тебе и подаёт тебе пищу, одежду, всё, что тебе нужно. Так ведь? Поэтому нам надо быть благодарными Творцу, что дает нам возможность работать. Есть такие, кому не дает, – миллиарды людей, они же не получают работу Творца, чтобы работать у него и получать тогда плату, свет хасадим, быть отдающими, как Он, и видеть, что в силе отдачи получают огромную награду. (13:08)

Так человек, который получает отягощение сердца, должен радоваться тому, что приходит к нему такое состояние – место работы, место, куда Творец приглашает его к себе, как раз тем, что наполняет его в том месте, где Он находится. Он тогда отталкивает его от себя. И вот это Его отношение к нам надо понимать и относиться к нему целенаправленно. Поэтому в состояниях, когда свет не светит (то есть я в моем ощущении чувствую, что не светит), я чувствую в этом также и приглашение искать, как я могу возбудить мой свет внутри тьмы.

Когда Творец открывает мне тьму, это означает, что Он раскрывает мне разбитое желание получать, а я должен принести туда свет хасадим, чтобы это желание начало освещаться светом. Поэтому всё время надо думать об отношении к состояниям. Если мы обращаем внимание, то мы увидим, что в каждом состоянии (когда как будто бы светит − и когда нет; в разуме и в чувстве светит − и как бы не светит), во всех этих состояниях всегда есть, что добавить. И добавить в направлении слияния с Творцом, когда я всё больше и больше нахожусь в состоянии, когда работаю с Ним, как партнер. То есть Он делает один шаг, и я соответственно этому делаю второй шаг, то есть дополняю. Он делает, и я делаю, Он делает – я делаю.

И так постепенно я прихожу к состоянию, когда я всё больше понимаю Его действия, я могу разделить Его действия на этапы, на шаги, на причину и следствие. И в соответствии с этим я чувствую, насколько эти действия приходят ко мне в определенном порядке, причинно-следственном образом, что они всё время поднимаются по качеству. (16:24)

И тогда получается, что в том, что со мной происходит, я не чувствую отягощения сердца, а это какой-то язык, то есть Творец таким образом разговаривает со мной. И тогда я начинаю чувствовать во всех этих падениях и подъемах строение кли, наполнение кли, и мы разговариваем с Ним, я и Он. Так каждый начинает чувствовать десятку как некий механизм, который играет, звучит. Есть у меня все возможности выразить себя, есть все возможности слышать и чувствовать Творца внутри этой десятки, как в музыке через инструмент − десять келим. (17:50)

Вопрос: В чем именно состоит наша взаимная работа с Творцом? Что я делаю, и что Он делает?

М. Лайтман: Общая моя работа с Творцом в том, что я стараюсь дополнить в каждую секунду там, где я нахожусь, то, что я получаю от Него вот в эту секунду. Ощущения, понятия – всё это исходит от Него. Как я должен это восполнить, что «нет никого, кроме Него, Добрый, Несущий добро»? Как я могу сделать это не простейшим каким-то образом, когда это я и Он, а через десятку? Здесь мы пока еще недостаточно ориентируемся. Тогда я начинаю чувствовать, как я и все мои товарищи должны быть соединены между собой для того, чтобы привести себя в соответствие правильному ответу Творцу. (19:31)

Ученик: А в чем ответ?

М. Лайтман: Ответ в том, что вся десятка соединена так, что находится в объединении, которое называется взаимным поручительством, для того, чтобы в итоге восполнить нашу общую реакцию Творцу. (19:58)

И попробуй подумать: вот есть у тебя группа, и есть Высшая сила, которая делает что-то в группе, как какие-то изменения состояний между вами, и вам нужно постараться с изменением этих состояний восполнить (каждый себя) так, чтобы почувствовать, что это десятка сбалансированная, что все находятся в одной мысли, в одном намерении вместе доставить наслаждение Творцу. (20:35)

Насколько каждый хочет тогда почувствовать всех вместе, каждый − всех, для того, чтобы в итоге вы бы почувствовали, что Творец доволен. И тогда таким образом вы начинете приближаться все больше и больше к тому, чтобы разговаривать с Ним. Это и есть язык. Во всех этих десяти келим начнете чувствовать соединение, механизм, что разговаривают друг с другом. Вы почувствуете, что если вы находитесь вместе, вы Его слышите, вы разговариваете с Ним. (21:37)

Я помню, как-то много лет тому назад видел фильм (я думаю, что даже, когда ещё был в России). Космический корабль, я не помню, Венера или Марс, и начинают чувствовать, что кто-то есть. Кто-то есть, а кто – неизвестно. Да, может быть, «Солярис» Станислава Лема. И тогда начинают понимать, что то, что они чувствуют, − это исходит из того голоса, и как они могут отвечать этому голосу. Вы можете представить себе это? То же самое и у нас здесь, в этом ощущении: помогая друг другу в ощущении товарищей, мы можем прийти к состоянию, что если мы связываемся вместе, то всё, что у нас есть (нашу мысль, наше намерение, наше желание), мы можем передать всё это тому голосу, голосу Творца, и слышать в том же общем кли. Это в принципе нам нужно сейчас организовать. Ну, как-то так. (23:28)

Вопрос: Я бы хотел уточнить. Это мой разговор через десятку?

М. Лайтман: Вместе. Вместе с десяткой. Но что значит – вместе с десяткой? Это − как ты представляешь их находящимися с тобой вместе. Ты в них, они в тебе, и в этой мере вы вместе включаетесь в Творца. (24:01)

Ученик: Да, потому что вы начали сначала описывать этот диалог человека с Творцом через десятку, а затем – я как-бы внутри этого механизма нахожусь, в связи с ним.

М. Лайтман: Нужно прийти к состоянию, когда нет меня и нет этого механизма, это одно целое. Это такое особое ощущение, когда соединяются вместе и чувствуют не вместе, а это такой эффект резонанса, когда все эти гармоники соединяются вместе. Это не вопрос силы, а нового качества − именно потому, что вместе. (24:55)

Вопрос: Я бы хотел спросить, чего нам нужно ждать сейчас? Каково новое выражение падения? (25:10)

М. Лайтман: Падение может быть радостным, легким, прекрасным, мы уже привыкли к таким падениям. Не страшно, что я чувствую себя не очень хорошо, если я в каком-то помутнении, запутан. Творец не дает нам такие падения, что мы просто «бум», и уже сдвинуться не можем. Нет, падения становятся более качественными. Это как какому-то профессионалу. Ты, скажем, даешь ему какую-то картину, а он показывает тебе маленькие нюансы. Или музыканту. При этом обычный человек скажет: «Ну, что, тут всё нормально», то есть он понимает только какие-то грубые вещи. Это вопрос специализации, специалиста. (25:59)

Также и мы. Иногда мы получаем просто огромные падения, человек сдвинуться не может, не видит, не слышит. Я видел такие у РАБАШа, это вообще нечто. Это с одной стороны. Но подождём. А у нас будут падения и подъемы не грубые, не такие как были раньше. Мы начнем различать в них – ага, у меня нет сейчас такого устремления, как было раньше, [такого] слияния или того тонкого отношения к десятке, как было раньше. Так, чуть-чуть меньше. Дают тебе возможность поднять эту чувствительность, у тебя чувствительность становится всё больше и больше. И в этой новой чувствительности ты почувствуешь… Как он это пишет об этой чувствительности? Короче: если обычный человек не видит, что есть какое-то изменение, но специалист или человек, который чувствует, видит множество изменений. (27:32)

И поэтому нам нужно обращать внимание. Может быть, в сравнении с предыдущими падениями, которые у нас были когда-то, у нас нет сейчас отягощения сердца, всё нормально, то есть как бы на меня сейчас ничего не давит. Но ты соединен с десяткой? Да я не очень-то и чувствую. Вот это и есть падение. Ты думаешь о слиянии с Творцом или ты находишься в каком-то таком неясном состоянии? Да, неясном. Это и есть падение. Это падение на новом уровне чувствительности, когда тебя привели к чувствительности в десять раз большей, чем раньше была. То есть тебе нужно видеть большие подъемы и большие падения в более тонких состояниях. (28:39)

И это не то, что у тебя нет настроения или мозгов нет, чтобы работать сейчас, как работалось раньше – нет. А настроение − не очень-то чувствую, разум… Нет, раньше вообще не мог думать ни о чем, настроение вообще – всё в глазах потемнело. Сейчас не так. Ты должен сейчас в этом новом желании и в новом разуме различать и распознать, что нет у тебя слияния, то есть поднять себя к большей чувствительности в разуме и в чувстве, к более тонким нюансам. (29:28)

И ты должен это сделать через силу и в молитве, прося, и тогда ты действительно поднимаешься на новую ступень, когда ты хочешь различать вещи, которые раньше не различал. А что? Всё нормально. Нет-нет, не всё нормально. У меня нет слияния, нет у меня мысли о Творце, о десятке, нет у меня чувства, что должно быть. Всё. Я в таком помутнении. Это неплохо, но плохо то, что нет у меня в этом слияния, чувствительности ни в разуме, ни в чувствах. Вот этого требовать, это добавлять, и тогда ты начнешь различать тьму, падения в вещах более тонких. (30:21)

Как будто бы Творец говорит тебе: «Ой, бери всё, нормально всё» − нет, я не согласен. «Забирай и уходи!» − я требую приблизиться. То есть тьма сегодня для меня − это гораздо больше, чем было раньше. Где он пишет о самом тонком нюансе, что это вещь великая? (30:56)

Реплика: То, что вы говорите, это в Шамати, 61-я статья. Он пишет: «Если нижний в своем малом действии...»

М. Лайтман: Да-да-да, читай.

Чтец: Шамати, 61-я статья. Труды Бааль Сулама, 577-я страница.

...Если человек считает, что отключение на мгновение от мысли о слиянии с Творцом равносильно самому большому прегрешению, то Творец свыше также соглашается с этим, и действительно считается будто совершил он самый великий грех. В итоге получается, что праведник устанавливает, насколько придирчиво Творец будет относиться к нему, вплоть до «толщины волоса», и как низший устанавливает, так это и принимается Творцом.

А если человек не ощущает самого небольшого запрета словно самого строгого – тогда и свыше не придают значения случающимся с ним мелким грехам, не рассматривая их как большие прегрешения. Выходит, что с таким человеком Творец обращается как с маленьким ребенком, считая, что у него и заповеди маленькие, а также и прегрешения маленькие. Ведь и те, и другие взвешиваются на одних весах. И такой человек считается небольшим.

Тот же, кто придирчив даже к своим небольшим действиям и хочет, чтобы Творец также придирчиво относился к нему «на толщину волоса» – тот считается большим человеком, у которого как заповеди большие, так и прегрешения большие. И в мере наслаждения, ощущаемого им при выполнении заповеди, с той же силой ощущает страдание, содеяв прегрешение. [РАБАШ, Шамати, статья 61, «Очень трудно около Творца»]

М. Лайтман: Вы хотели изучать тему «Отягощение сердца». Я хотел передать, что отягощение сердца − это не то, что мне тяжело, не то, что тьма, что не понимаю ничего ни в разуме, ни в сердце. Это могут быть вещи очень легкие такие, их не дают тебе сверху. То есть их ищут, чтобы ты сам зашел чувством, разумом, где еще я могу найти точки связи с Творцом. И это уже называется отягощением сердца. То есть не дает, а надо просить, надо требовать, надо силой приобрести это. (34:43)

Вопрос: В тот момент, когда он определяет новое качество, тьму…

М. Лайтман: Нет. Я хочу сказать, что это не тьма. Не та, как была раньше. Раньше тьмой было, например, с кровати встать не мог, или говорят, а я не слышу, слова не понимаю – это тьма. Нет, сегодня нет. Я понимаю, о чем говорят, и чувствую то, что чувствую, но у меня нет этого стремления к слиянию, вот этого устремления, как иногда у меня бывало, а сейчас нету. Вот это для меня сейчас тьма. То есть чувства работают, разум работает, а вот стремления, страсти нет. Где это устремление, где эта страсть? Вот это – тьма. То есть я начинаю обнаруживать тьму, определять тьму более высоким образом. То есть я измеряю тьму не настолько, насколько получаю от Творца, а насколько я стремлюсь к Нему. (35:58)

Ученик: Тот момент, когда не хватает стремления, это тьма на качественном уровне?

М. Лайтман: Только это. Не важно мне, что я получаю от Него, мне это не важно. Я не требую получить, я требую давать, стремиться. И это новая чувствительность в работе Творца, то есть в отношении к Творцу. (36:33)

Ученик: А в этой точке, когда он чувствует именно это новое качество, что происходит?

М. Лайтман: Я хочу, чтобы у меня было стремление, чтобы мои разум и чувства работали только для того, чтобы доставить наслаждение, что об этом я забочусь. Я не забочусь о том, что есть у меня в моих келим. Я забочусь о том, что есть в моих келим к Нему. (36:57)

Ученик: Я прошу стремления?

М. Лайтман: Да.

Вопрос: Я бы хотел спросить, нужно ли нам готовиться к отягощению сердца, что у нас будет отягощение сердца? (37:30)

М. Лайтман: Нет, но нам нужно всегда проверять. Всегда проверять, есть ли у нас новое состояние? Новые состояния приходят иногда оттого, что Творец нам светит лицевой стороной или обратной стороной. И мы в соответствии с этим должны реагировать. Я сейчас, после конгресса, не чувствую ничего. Ни хорошо, ни плохо – ничего. Это сейчас у меня называется «падение», «подъем», или какое-то статическое промежуточное состояние – об этом мы говорим. Так вот, в каждом состоянии человек может задаваться вопросом, что у меня называется состоянием падения? Чувствую ли я, что стремлюсь к Творцу меньше, чем мое обычное состояние, или нет? (38:55)

Ученик: Почему я спрашиваю? Ведь я не знаю, не чувствую отягощения сердца.

М. Лайтман: Об этом мы и говорили, что ты можешь не чувствовать отягощения сердца. Это отягощение сердца в новом виде. Все сейчас закончили конгресс, вернулись в замечательном ощущении. Все понимаем, что мы достигли нового состояния. Так вот, в этом новом состоянии, отягощение сердца − это тоже новое отягощение, я поэтому и говорю. Если я раньше различал свое отягощение сердца тем, что нет у меня желания, или что я мозгами не могу, как обычно действовать, ощущения мои как-то сбились в чувстве и в разуме − а сейчас не так. Так есть сейчас отягощение сердца есть или нет? (40:09)

Отягощение сердца есть каждую секунду, если ты можешь увидеть это, потому что в каждую секунду раскрываются новые келим. Сейчас ты пришел к состоянию, что может быть, то, что ты чувствуешь, – хорошо по сравнению со старыми состояниями. Ты же не чувствуешь, что тебе плохо в ощущении, что ты запутался умом? Но есть ли у тебя устремление к Творцу, устремление через группу дать Ему, относиться к Нему, давать Ему? Есть или нет? Нет, в этом у меня помутнение такое. Замечательно, вот это и есть отягощение сердца, новое отягощение сердца – то, чего не было раньше. Раньше я не обращал на это внимание, а сейчас от меня требуют это. То есть подъемы и падения сейчас – по отношению к страсти, к устремлению к Творцу, к отдаче Творцу. По отношению к этому сейчас проверяй себя, в подъеме ты или в падении. Не в том, что ты чувствуешь в своих келим, а насколько ты чувствуешь по отношению к Творцу.

Ученик: Я хотел сказать, что все, что мы получили от конгресса, хочу передать десятке. И это дает мне возможность быть связанным с Творцом.

М. Лайтман: Замечательно, прекрасно.

Вопрос: В этом отрывке из Шамати написано, что если человек относится ко всему, даже самому малому, как к большому…

М. Лайтман: …по отношению к слиянию с Творцом.

Ученик: Да, понятно. То, скажем, человек относительно своей десятки, даже в самой малой вещи, даже в его разговоре или действии, должен относиться так тщательно?

М. Лайтман: Да. Но надо научиться, как относиться. Тут ты прав.

Вопрос: То, что вы объяснили о новом отягощении сердца, недостатке стремления к Творцу, к объединению… В течение конгресса, вообще с этим не было проблем, потому что мы сидели за столом, смотрели на товарищей, и все было просто. Сейчас я лично не запутан, но я чувствую себя разбитым. То есть у меня есть очень сильная связь со своей десяткой, с группой Петах Тиквы, с местной группой в Европе, мы делаем усилия войти в единую десятку в Европе. Во что я должен вкладывать свои усилия? На что мне себя направлять? Мне не хватает какой-то основы для того, чтобы проделать качественную работу. Что вы посоветуете? (44:00)

М. Лайтман: Так меня могут спросить еще тысячи человек: с какой десяткой я рекомендую быть слитым? Я думаю, что наша ежедневная работа на утреннем уроке должна выяснить нам: с кем мы можем быть слитыми для того, чтобы относиться к Творцу? Скажем, я сейчас вижу вас, 11 человек, я знаком со всеми вами. Я думаю, чтобы вот так вместе вы предстаете перед нами и для меня как десятка. Разумеется, ты можешь быть связан с еще другими десятками. Но на самом деле то, что мы говорим о десятке, − это не люди, это их свойства, которые мы хотим собрать в единое целое. Там, где ты чувствуешь себя существующим, что ты там присутствуешь, чувствуешь их, пока говоришь с ними, или они могут присутствовать в твоем сердце – это десятка. Это не настолько критично, эта десятка или та.

Представь себе, что ты находишься в кли Адама Ришон, что всё это − интегральное кли, и ты должен быть связан с различными десятками. Пока что мы говорим только о том, кто ближе к тебе, с кем ты можешь быть постоянно связан и которые могут будить тебя, а ты – их, устанавливать такие связи на земном уровне, так скажем, в соответствии с нашим состоянием. Вскоре вы начнете видеть и говорить об этом. В свое время, когда оно придет, − что это немножко иначе, что есть иной смысл в десятке, более высокий, более оторванной от этой нашей действительности. Так думай. Я думаю, что десятка – это те, с кем ты находишься на утреннем уроке. Вы должны определить, что она здесь. Ведь мы определяем, работаем, говорим потом в течение дня, может быть, пару раз. Это десятка. Успеха вам! (47:29)

Вопрос: Вы говорили, что тьма – это, что у человека нет устремления к Творцу, которое было у него когда-то. Как у человека может быть вера, что он вернется к этому устремлению, к ощущению поиска?

М. Лайтман: Объединение с десяткой и молитва к Творцу. Чтобы был такой ответ, даже не надо спрашивать. Что делать? С десяткой стремиться к Творцу, поднимать молитву с десяткой к Творцу. В этом всё наше решение.

Вопрос: Какая должна быть работа между товарищами в десятке в этом состоянии, которое вы описываете? (48:44)

М. Лайтман: Помогать, «человек да поможет ближнему». Насколько нам важно сейчас найти в соответствии с недостатком тьмы… Тьмы не хватает. Мы вдруг чувствуем, что у нас нет желания. У нас нет этого стремления, которое было раньше. Потому что раньше было стремление из того, что мне не хватает. Теперь должно быть стремление, что как будто бы не хватает Творцу. Как мне в себе найти такие желания, такие стремления, чтобы я стремился к Нему, чтобы я стремился отдавать, направлять себя на Него, в то время, когда у меня нет недостатка в этом? Вначале Он будил тьму, а теперь я должен будить тьму. Это намного тяжелее. Теперь я должен заботиться о кли, о хисароне по отношению к Творцу. Вначале я обращался к Нему от того, что мне было плохо. Сейчас мне не плохо. Так, как же мне обратиться? Именно сейчас место для стремления к молитве к действию. Понятно, что мы находимся в более тяжелом состоянии. Это новая ступень, принципиально новая.

Ученик: Надо ли в открытую обсуждать это состояние и выяснять, как подниматься отсюда? Может быть, это сегодня наша повседневная работа?

М. Лайтман: Может быть. Посмотрим, насколько сможем держаться. Я вижу, что болгарский конгресс, который мы прошли, привел нас к новому состоянию, к новой ступени, к новому пониманию, что нам сейчас нужно пробуждать наш хисарон к Творцу самостоятельно, но в общем кли, и в этом работа. Это новая работа. То есть мы говорим сейчас об отягощении сердца по отношению к этому. В чем сейчас отягощение сердца, что я нахожусь в заботе о том, что у меня нет стремления? Вначале у меня была помощь Творца, Он пробуждал во мне различные тяжелые состояния, плохие состояния. Тогда я бежал к Нему. Сейчас я нахожусь в состоянии, что я должен бежать к Нему не потому, что мне плохо, а оттого, что я вижу, что я не делаю хорошо Ему, что я о Нем не думаю – от этого мне плохо, с этого я должен начинать работу. (52:10)

Вопрос: Так отягощение сердца сейчас – это как раз то, что нет у меня хисарона? Надо создавать?

М. Лайтман: У меня нет естественного хисарона, что мне плохо. Но я сейчас перехожу к тому, что у меня есть хисарон оттого, что я не вызываю наслаждение у Творца.

Ученик: Так, что же движет мною? В чем это отягощение?

М. Лайтман: В этом и отягощение.

Ученик: Что я не могу что делать?

М. Лайтман: Нет естественного хисарона, когда мне плохо, мое желание получать, как бы не работает, и сейчас я должен развивать желание отдавать.

Ученик: Так мне плохо, что у меня нет желания отдавать?

М. Лайтман: Да.

Ученик: И это ощущение отягощения?

М. Лайтман: Да, это новое отягощение сердца, это новая ступень, вы начинаете немножечко чувствовать. Вы увидите – это новое состояние, это большое продвижение к духовному. Если мы начинаем это реализовывать, то войдем. (53:34)

Вопрос: Новое устремление должно быть на другом уровне, там больше деталей?

М. Лайтман: На другом уровне, да. Такой уровень, что я бужу стремление. У меня как бы нет к этому природного стремления, нехватки от природы. Что мне не хватает, чтобы отдавать? Но я сейчас пробуждаю эту вещь. Стремление отдавать – присутствует во мне или нет? Нет, и это я сейчас определяю, как тьму. Всё.

Вопрос: Новая ступень, и есть такое помутнение, если можно так сказать. Очень простой вопрос. Каким учебным материалом стоит заниматься в этом состоянии? Как бы с чего начать: с таких вещей, как ТЭС, или какие-то более умственные, о чем можно было бы думать, или более чувственные?

М. Лайтман: Написано, что человек учится там, к чему стремится его сердце. Поэтому сказать тебе, где учиться, я не могу. Есть об этом много статей. Собственно, вся наука каббала построена на том, насколько человек стремится отдавать Творцу, насколько он делает сокращение на свои ощущения. Нам пока не нужно делать сокращение на наше ощущение. Потом придут эти новые распознавания, что когда мне плохо или хорошо, что когда Творец наполняет меня полностью настолько, что я не могу даже подумать о Нем, и это отягощения сердца, самые тяжелые. Не просто какими-то конфетами, а раскрывает… ну ладно, это будет потом, я не могу сказать, что произойдет. Обычно это весь материал, который говорит о духовной работе, но и в ТЭС мы можем найти какую-то поддержку, не сразу, а в общем. (56:05)

Ученик: Мы начали урок, как десятый урок после конгресса. Но начать развивать чисто умственно, через голову, через тексты, которые учат об отягощении сердца, о чем можно подумать. С другой стороны, может быть, лучше было бы встать в таком помутнении и начать с ТЭС? Это просто свет, он постепенно начнет выяснять, и прояснится нам наше состояние. Поэтому мой вопрос: может быть, было бы правильней как бы вернуться из этого состояния на новой ступени и заниматься какими-то умственными вещами или светом через ТЭС?

М. Лайтман: Я думаю, что мы должны заниматься тем, чем мы сейчас занимаемся. Кроме того, не я выбрал эту тему, но я думаю, что сегодня это актуальная тема. Кроме этого, если ты стремишься к ТЭС, то в любой момент, пожалуйста, ты можешь открыть и учиться. Я не чувствую, что здесь есть много людей, который стремятся к изучению ТЭС; сейчас нам важно [другое]. Я не представляю себе, чтобы мы сегодня открыли ТЭС и начали учить, и каждый там получил бы ответ на свой вопрос. И он бы и не заметил, что находится в новом отягощении сердца. Благодаря тому, что мы изучаем именно этот материал, каждый может поискать в себе и определить: есть у него сейчас отягощение сердца или нет? Отягощения в новом понимании, что я сегодня не стремлюсь отдавать Творцу. Я не очень стремлюсь сегодня объединиться с десяткой, но всё в порядке. То есть мы уже не можем вернуться к состоянию, в котором мы были раньше, мы должны переходить к новому пониманию. (58:29)

Чтец: 6-я цитата РАБАШ «Лишма и ло лишма»

6. Падение, которое человек получил, для его же пользы. Это о нём свыше заботятся по-особому, опуская из предыдущего состояния, в котором казалось ему, что есть у него немного от совершенства, о чём говорит его согласие оставаться в таком виде во все дни своей жизни. Тогда как сейчас, видя, что отдален от духовного, он начинает думать: "Чего же в самом деле от меня хотят? Что на меня возложено сделать? К какой цели я должен прийти?" И видит человек, что нет у него никакой силы для работы, что находится он между небом и землёй. И лишь тогда может человек укрепиться в осознании того, что только Творец может помочь ему, сам же по себе - он потерян. Об этом сказано: "Надеющиеся на Творца - обновят свою силу". То есть те, кто видят, что кроме Творца в мире нет ничего другого, что помогло бы им, - такие люди каждый момент возобновляют свою силу. Выходит, что само падение как раз и является подъёмом, поскольку именно оно позволяет им поднять свой уровень, так как нет света без кли. [Рабаш. Статья 29 (1986) «Лишма и ло лишма»] (01:00:15)

М. Лайтман: То, что нет света без кли – этот принцип говорит, что нам нужно определять в соответствии с нашими келим, что такое свет, который бы хотели, чтобы он наполнил кли. Это может быть совершенно иное наполнение от состояния к состоянию. Вопросы об этом отрывке.

Вопрос: Про авиют, который раскрывается со стороны Творца, можно сказать, что это беито, когда всему свое время? А когда мы пробуждаем − можно сказать, что это ахишена, с опережением?

М. Лайтман: Да. Тоже верно.

Ученик: Почему я спрашиваю? Потому что тот хисарон, который мы возбудили, мы много говорили о левой линии, об антисемитизме, все эти вещи, которые мы пытались как бы обсуждать и делали все эти действия по объединению всего европейского кли, и мы тоже − это было действие как бы с нашей стороны, мы это делали. Это тоже называется «пробудить зарю» – то, что вы говорили? (01:01:41)

М. Лайтман: Всё верно.

Ученик: Сейчас вопрос. Авиют – это авиют со стороны Творца. А отягощение? Это то самое отягощение? (01:01:53)

М. Лайтман: Всегда всё свыше, все всегда нисходит свыше. Я не понимаю, о чем ты спрашиваешь?

Ученик: Я спрашиваю, как пробуждать этот хисарон и не чувствовать отягощения? Наоборот, работать с хисароном, пробуждать хисарон без отягощения?

М. Лайтман: Правильный хисарон ты получаешь от Творца через десятку. Иначе это неправильный хисарон, точка. Это хисарон к отдаче. Ты должен просить, чтобы у тебя было. (01:02:32)

Ученик: Если Творец дает нам отягощение, то это отягощение через те состояния, которые мы проходим без нашего участия? Нам ведь нужен другой хисарон?

М. Лайтман: Тебе нужно еще подумать. Это вскоре придет, и боль проявится сильнее.

Вопрос: Когда человек видит, что у него нет хисарона отдачи Творцу, объединяется с десяткой, как он все это пробуждает? Как он пробуждает желание?

М. Лайтман: Пробуждай через десятку. Ты должен связаться с десяткой и попросить у Творца. Попросить у Него, у Творца, чтобы Он дал тебе желание отдавать Ему, что этого тебе не хватает.

Ученик: То есть в каждый момент, в каждую секунду – в этом вся работа? Что мне нужно точно делать?

М. Лайтман: Тебе нужно просить всё у Творца. (01:04:12)

Вопрос: На конгрессе мы тоже эту тему разбирали подробно, и как я запомнил, там было четыре основных стадии, которые мы проходим. То есть первое – это то, что я связываю все с Творцом, чувствую Его в разуме, в чувствах. И в общем первое – это Творец. И как я услышал, этим занимаются все, и религии, и верования. Следующая стадия – это уже наша, каббалистическая, то есть я ищу связь через десятку…

М. Лайтман: Секунду. Я тебя не понимаю. Ты хочешь чему-то нас научить или у тебя есть вопрос? Потому что то, о чем ты сейчас говоришь – мы об этом не говорили, поэтому не хочу связывать одно с другим. О том, что мы говорили, у тебя есть что спросить? (01:05:01)

Ученик: Да. Когда я определил, что все от Творца или что мне не хватает этой связи, эта следующая стадия, через десятку, – мне хочется понять, как здесь связывать Творца с десяткой?

М. Лайтман: Ты не можешь связать себя с Творцом, кроме как через десятку. Если это не через десятку, то ты не связываешься, а тебе только кажется, и ты находишься в своих фантазиях. Вот и все. (01:05:41)

Ученик: Да, это понятно. Ну, вот именно, всё: определил, что не хватает этой связи, не хватает этого стремления. Хочется это практически, через десятку… Какая молитва должна быть, или что? Что дальше делать? Не знаю, может быть я конечно опережаю.

М. Лайтман: Ты не можешь поднять молитву по формуле. Тебе нужно поискать в сердце и найти, чего тебе не хватает для связи с Творцом. Представить себе это состояние и тогда увидеть, каким образом я могу это выстроить в группе. И тогда обратиться к Творцу. И всё так, через группу − к Творцу, решать проблему, проблему с молитвой, с подготовкой к ней. Чего именно мне не хватает, как мне это поднимать – обо всем спрашивай Творца. Но тебе не поможет, если ты начнешь делать расчеты по четырем этапам. Эта вся математика – она не поможет молитве. Включи сердце и добьешься успеха. (01:06:52)

Вопрос: Что означает «делать хорошо Творцу, для Творца»?

М. Лайтман: Это очень просто: то, что ты делаешь в своей десятке. Если ты делаешь хорошо всей десятке без исключения, то ты, в конечном счете, это делаешь и Творцу. Когда ты начнешь Его чувствовать? – когда вся десятка, в твоих глазах, будет как единое целое. (01:07:48)

Вопрос: В последний день конгресса говорили о том, что когда мы приходим к состоянию, что надо объединиться и не получается – это самое лучшее место для того, чтобы поднять молитву. В чем разница между этим и отягощением сердца? Почему это не называется отягощением? (01:08:34)

М. Лайтман: Почему не благословенно отягощение сердца?

Ученик: Но ведь это же самое лучшее место прийти к молитве?

М. Лайтман: Да. А кто сказал, что это не благословенно?

Ученик: Но мы к этому относимся, как что-то… (01:08:51)

М. Лайтман: Кто относится? Покажи, где написано. Если я нахожу кли, с помощью которого я могу обратиться к Творцу, так нет благословения большего, чем это – то, что Творец дает мне кли. Ведь, кто дает? Кто раскрывает мне этот новый хисарон? С самого начала всё в Нем. Я не понимаю: вы что, вообще что-то относите к человеку? Всё исходит свыше. Только наше отношение к тому, что Он делает с нами, – это меняется. Мы вообще не выходим из кли Адама Ришон – он не разбит, не исправлен, ничего. Все разбиения и все исправления – это в нашем ощущении, где мы это определяем. Или то, что у младенцев считается разбитым и целым, или что у взрослых считается разбитым и целым. Так и мы сейчас говорим об отягощении сердца, то есть мы меняем все время наше отношение к келим, к светам – это мы меняем. И в соответствии с этим, мы продвигаемся. (01:10:02)

Вопрос: Мне кажется, что когда мы после конгресса говорим об отягощении сердца, это звучит, как будто мы пытаемся почувствовать, как выйти из этого, чтобы не слишком страдали…

М. Лайтман: Нет, мы не говорили о том, чтобы не падать в это. Где мы об этом говорили? Наоборот. Когда-то это было так. Сейчас нам нужно определить, что мы находимся в новом отягощении сердца. Чем больше я в этом отягощении − я люблю это отягощение сердца, потому что оно говорит мне, что нет во мне достаточного стремления к Творцу. В этом отягощение сердца. Я хочу, чтобы у меня было стремление всё большее и большее, и вдруг я начинаю чувствовать секунду это стремление к Творцу. Это, вообще, страдание или наслаждение? Это тьма или свет? То, что я стремлюсь к кому-то, кого я люблю, это стремление – это наполнение? Ты понимаешь, о чем я говорю? То есть я начинаю путаться. Стремление, тьма, не хватает мне – это может меня наполнить? Да, это меня наполняет. Я, кроме этого, ничего не хочу. Быть в стремлении − этого достаточно. Я рад этому, это наполняет меня, я счастлив. Я говорил о десятилетнем ребенке, который старается думать о девочке. Мы сейчас находимся в ином отягощении сердца, что нет у меня стремления к Творцу. То есть не животный хисарон, который был у меня раньше, а хисарон более духовный. И это у нас называется отягощением сердца сегодня. (01:12:21)

Вопрос: Это ведь не авиют внутри кли на экран?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Это отягощение?

М. Лайтман: Да, мы уже приближаемся к этому, верно. Он понимает. (01:25:56)

Ученик: Это вещь, которую мы тоже получаем свыше?

М. Лайтман: Разумеется.

Ученик: Так не хватает только держаться этого?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Хисарон к этому?

М. Лайтман: Да. Я рад это слышать. Хорошо. (01:13:10)

Ученик: Так, как же это реализуется в конце?

М. Лайтман: Продолжим и увидим. Главное, что сейчас есть понимание, что есть стремление к отдаче, в этом стремлении есть ступени авиюта, больше или меньше. И когда приходит это стремление (мы должны воевать, чтобы оно у нас было), и стремление само может наполнить кли. То есть нехватка, когда мы говорим, что чего-то не хватает, − это наполнение. По-настоящему − это наслаждение для души. (01:13:53)

Ученик: Это методика Ари?

М. Лайтман: Нет, это наука каббала. Ну, можешь назвать это методикой Ари, но это и в Зоар, и везде. Это в соответствии с законами природы, материальной и духовной, где в духовном мы наполняем себя хисароном, что то, чего не хватает в материальном − именно это является наполнением в духовном. 

Вопрос: Приходит ли такой момент, когда хисарон наполняется, или нужно, чтобы хисарон, недостаток, был постоянен, вечен? (01:15:01)

М. Лайтман: Он хорошо спрашивает. Сейчас заботимся о хисароне, а не о наполнении, которое сейчас мы чувствуем как хисарон. Мы сейчас всё время должны заботиться о хисароне отдавать, любить. У нас будет еще много таких изменений, потому что хисарон отдавать и любить мы всё еще чувствуем материальным образом, эгоистическим, как тот мальчик по отношению к девочке. Но мы вскоре выйдем на новый этап. Отягощение сердца – это главное. Каждый раз определять качественные изменения в отягощении сердца, об этом наша забота. (01:16:02)

Вопрос: Спасибо вам большое за то, что вы нам сейчас даете, и на конгрессе и сейчас. Это действительно какая-то совершенно новая ступень. Что касается отягощения сердца и этой тоски по Творцу, о которой мы с вами говорили на конгрессе, у меня вопрос в связи с этим. Эта просьба, которая у меня есть сейчас. Творец путает, не дает каких-то там особенных страданий, но сердце становится глухим по отношению к Нему. И есть хисарон в том, чтобы была эта тяга к Нему, эта страсть. Какого ответа я жду в этой молитве от Творца? Я как бы стремлюсь к этой тоске по Творцу, к этой любви к Нему, а какого ответа я жду? Чтобы Он дал мне именно эту любовь к себе, это наслаждение от любви к Нему? (01:17:16)

М. Лайтман: Я не отвечу тебе. Ты должен это раскрыть самостоятельно, и так каждый. Ищите и почувствуете. Вопросы и ответы − в пути, и так это всё выстроится. Я не могу ответить. Это вещи чувственные, очень специфические для каждого, для состояний, в которых он находится. Мы входим в какое-то общее состояние и о нем говорим, но ты спрашиваешь о вещах частных, и это ты должен раскрыть самостоятельно. (01:18:03)

Вопрос: Будет ли правильно сказать, что наше кли − это кли к Творцу, в отдаче Творцу? (01:18:21)

М. Лайтман: Ну, вы умники. Пусть будет так. Я не скажу да или нет, пусть будет так.

Вопрос: Во время подготовки к европейскому конгрессу, у нас были связи между десятками. Сейчас, на чём нужно сосредоточиться в этом новом состоянии? Сосредоточиться внутри десятки, в местных десятках, или продолжать это давление вовне, с другими десятками? (01:19:01)

М. Лайтман: Вам нужно еще немножко подождать, несколько дней, может быть, до конца недели, и затем поговорить об этом. По структуре общего кли у нас есть иерархия, то есть порядок включения и связи между всеми. И у человека должна быть его личная десятка, она обязательно должна быть. Эта десятка может быть виртуальной, может быть физической. И человек должен найти эту десятку и так продвигаться. Этой десятке потом нужно будет организовать, чтобы они были связаны вместе. Есть десятки, которые связывались между собой естественным образом, есть такие, которые мы свяжем через какой-то центр – не знаю, увидим. (01:20:36)

Я оставляю это… Как это сказать? Как ты берешь коробку, вкладываешь туда различные цветные шарики, встряхиваешь ее и потом смотришь, как они между собой выстроились. Я не думаю, что кто-то здесь должен определять эти вещи для вас. Вы, европейцы, должны определить свой порядок, меру связей между вами, и это не относится к вашей связи с какой-то группой, которая находится в ином месте. Европа – это Европа, но все-таки должна быть иерархия: десятки в стране, десятки на континенте, десятки на земном шаре. Так постарайтесь быть…

Связь – это не значит, что ты не можешь быть связан другими видами связи с другими десятками. Пожалуйста, но главное, что нам должно быть ясно (так мы говорили именно с тобой, в особенности), что нам нужно установить какое-то руководство в Европе, чтобы оно организовало десятку для каждого и все десятки собрало в одну единую десятку, в европейскую группу. Это важно. От этого зависит, как будете дальше продвигаться. Вы пока не чувствуете такой необходимости в этом, каждый всё еще находится внутри себя, еще нет у него такой постоянной, сильной связи с десяткой. Но придет время, когда вы почувствуете, что без этого невозможно, и тогда вы почувствуете, что ваш мозг, ваш разум, ваше сердце уже говорят из десятки, а не из самого себя. Это придет. (01:23:15).

Вопрос: Тут сказано: «Надеющиеся на Творца обновят свою силу». Могу ли я сказать, что надеющийся на десятку обновит свою силу? Будет ли это правильно?

М. Лайтман: Да, разумеется.

Чтец: Седьмая цитата. РАБАШ, «Что «У нас нет другого Царя, а только Ты» в духовной работе».

Человек должен говорить, что находится в низменном состоянии не потому, что сейчас он стал хуже. А так как сейчас, желая исправиться и действовать только ради небес, сверху ему раскрывают его истинное состояние, которое заложено в его теле. До сих пор это было скрыто и не выявлено наружу. А теперь Творец раскрыл ему это. И об этом человек говорит, как о милосердии, тогда как Творец ему раскрыл зло, которое в нём, чтобы тот узнал истину и смог обратиться к Творцу в истинной молитве. Выходит, что с одной стороны, человек видит сейчас, как он отдален от Творца. С другой стороны, он должен сказать, что Творец приблизился к нему и заботится о нём, показывая ему недостатки. Поэтому он должен говорить, что это милосердие. [РАБАШ, Статья 1 (1991) «Что означает: «Нет у нас царя, кроме Тебя," в духовной работе»] (01:25:10)

М. Лайтман: Страдаю ли я сегодня, сейчас, что у меня нет стремления отдавать Творцу, как я бы страдал оттого, что у меня было стремление достичь духовного, и у меня этого нет? Или я страдаю оттого, что я не понимаю, где я нахожусь и что происходит со мной? Нахожусь ли я сегодня, сожалею ли я сегодня от нехватки стремления к Творцу? И если нет, то что мне делать? Как мне достичь этого хисарона? У меня есть десятка, если мы находимся вместе и понимаем, что наша проблема в том, что у нас нет стремления к Творцу, − как нам прийти к этому стремлению с помощью молитвы? Как мы хотим насладиться тем, что у нас есть стремление к Творцу? То есть «тьма будет светить, как свет», та тьма, тот хисарон, − чтобы он был для нас, как свет. Понятно? Так, пожалуйста, поговорите между собой, как нам прийти к общему устремлению к Творцу. Если нет − чтобы Он подсветил нам и дал нам это стремление настолько, чтобы у нас оно было. Помнишь, как говорится, что они обманывают сами себя? Найди нам этот отрывок. (01:27:23)

Чтец: Бааль Сулам, 19-е письмо.

В момент подготовки красота и прелесть считаются совершенством – к этому он стремится, за этим тянется. Но во время исправления, когда наполняется земля знанием Творца, я видел мир перевернутый, что только трепет и тяга к этому стремятся и чувствуют, что во время подготовки обманывали себя. [Бааль Сулам, Письмо 19] (01:27:54)

Вопрос: К тому, что сейчас: если человек видит, что нет у него устремленности и это не мешает ему, он не страдает от того, что нет у него устремленности? Так что это?

М. Лайтман: Пусть молится!

Ученик: Но молитва − ведь это тоже устремленность?

М. Лайтман: Нет, есть молитва без стремления – о том, чтобы было стремление.

Ученик: В чем разница от молитвы к устремлению?

М. Лайтман: Молитва – это обращение к Творцу, когда я хочу, чтобы у меня что-то было. И даже, если я не хочу, то я хочу, чтобы я захотел. (01:28:40)

Вопрос: Как вы измеряете устремленность?

М. Лайтман: По наполнению.

Ученик: В чём это находит свое выражение?

М. Лайтман: Насколько я наполняюсь стремлением. Насколько стремление наполняет меня. Тот ребенок, который стремится к девочке, что он знает? Он чувствует, что когда он думает о ней, это наполняет его. Почему, когда я думаю о Творце, это не наполняет меня? У меня этого нет в естественной форме, но я прошу, чтобы было.

Ученик: А это более чувственно, с ребенком? Вот этот пример с мальчиком, он более чувственный, у него есть объект для представления.

М. Лайтман: Там это проходит и ничего не остается. И ты с помощью окружения можешь достичь состояния посредством зависти, почести, страсти. Ты будешь очень сильно желать Творца, и такое устремление тебя наполняет. Тебе, кроме этого, ничего не нужно. Это называется духовное наполнение. Там есть НАРАНХАЙ дэ-НАРАНХАЙ, даже не знаешь какой. Устремление – это кли.

Ученик: Что такое стремление к товарищам, не к Творцу?

М. Лайтман: Скажи мне: как ты наполняешься любовью? Какое кли тебе нужно для любви? Устремление! Если у тебя есть устремление, и это устремление находится под сокращением, экраном, отраженным светом, − ты его не гасишь, ты постоянно заботишься о нём, чтобы оно не погасло. Если оно угаснет, у тебя от твоей любви ничего не останется. Вот в чём разница между любовью и сексом: мы путаемся, не можем отличить одно от другого.

Ученик: Что такое стремиться к товарищам? В чём разница: стремиться к Творцу или стремиться к товарищам?

М. Лайтман: Это то же самое стремление, как кли и свет. Мне нужно устремление к товарищам для того, чтобы вместе с ними взрастить свое устремление к Творцу. Творец непонятен. Образ Творца раскрывается постепенно, по мере устремления к товарищам и вследствие этого. Есть действие – есть результат. От действия соединения с товарищами появляется результат: в моем сердце формируется образ Творца.

Вопрос: Если я хочу дать наслаждение Творцу, должен ли я признать полную власть десятки надо мной?

М. Лайтман: Да. Сейчас, может быть, это не обязательно, но в принципе − да. Я должен соединиться с десяткой для того, чтобы раскрыть образ Творца. Только в десяти Он раскрывается. Даже свет нэфеш дэ-нэфеш мы не можем постичь, кроме как в кли, которое состоит из десяти частей.

Ученик: Если я признаю власть десятки надо мной, почему это называется «объединение», а не «служение», допустим?

М. Лайтман: Ну, ты можешь назвать, как хочешь. Должно быть это объединение. Мы читали много раз, что такое объединение. Поучите еще. (01:34:00)

Вопрос: Если я строю десятку, я тем самым строю устремление к Творцу? Но после конгресса десятка как будто рассыпалась, и товарищи уже не ощущаются как мои свойства, мои качества. Строя эти качества в себе заново, я тем самым отстраиваю это устремление к Творцу?

М. Лайтман: У нас будет много изменений после этого конгресса. Часть из них мы почувствуем сразу же, часть впоследствии, но главное, что мы ни от чего не отключаемся, а изучаем, как влияет на нас то, что мы получили на конгрессе. Конечно, нам придется еще и еще раз проверить все связи между нами, связи в десятке. И посмотреть, как мы можем еще и еще включиться друг в друга. Будут вопросы, но это придет в порядок, я уверен. (01:35:38)

Вопрос: Скажите, пожалуйста, что значит из последнего отрывка, что «во время подготовки они обманывали себя»?

М. Лайтман: Во время подготовки ты думал, что наполнение в желании получать – это наполнение, которое ты ищешь, это наполнение, которое должно быть у тебя, и всё. Почему бы и нет? Но после того, как ты проходишь исправления, ты видишь, что наполнение – это именно устремление, как само по себе, не эгоистическое наполнение в келим получения, а альтруистическое наполнение. Оно наполняет кли, потому что кли постепенно начинает чувствовать, что есть цимцум на желание получать, что желание получать не пригодно для того, чтобы я его наполнял, и нужен масах. Я всё же получаю определенное ощущение, определенное действие по направлению к ближнему, чтобы наполнить его. Это происходит под действием света, возвращающего к Источнику. Я не ожидал этого. Но так случилось. (01:37:47)

И сейчас я раскрываю, что в настоящем состоянии я уже хочу наполниться моим отношением к ближнему, а не отношением ближнего ко мне, то есть, сколько я получаю от него. У меня есть возможность любить ближнего, и я это ощущаю, как мое наполнение, мне хорошо от этого.

И тогда начинаю понимать, что не хватает человечеству, людям: они желают любви, в конечном итоге, объединения, лишь не знают, как это применить. А если я смотрю на всё мироздание, я вижу, что всё мироздание тоже страдает и находится в таком безвыходном ужасном состоянии, не видят решения, все-все страдают. И я чувствую, что я могу войти в состояние, чтобы либо обучить их, либо наполнить, помочь им организоваться так, чтобы получить наполнение. От чего? Наполнение от хисарона. То есть я должен дать им осознание Творца в минимальном виде, как это есть у меня сейчас. У меня пока еще нет настоящего экрана, нет цимцума, масаха, отраженного света, но чуть-чуть я уже начинаю различать между получением и отдачей. Я могу это передать им. Я дам им масах и всё остальное. Они поймут, это они могут понять, что можно наполниться хорошим отношением к ближнему. И в этом мы должны быть каналом передачи для всего человечества. На этом первом нашем уровне, на первой ступени, где мы сейчас начинаем различать между наполнением себя и наполнением в устремлении к другому, мы можем уже различить нашу духовную работу по отношению к мировому кли (не к нашему, а вообще к человечеству). (01:40:35)

Вопрос: Если я вижу, что в течение конгресса во мне не возникло это стремление к Творцу, что мне делать?

М. Лайтман: Быть серьезнее!

Ученик: Что значит «быть серьезнее»?

М. Лайтман: Выясни это.

Вопрос: Если сейчас я не знаю, что такое Творец, и к чему мне стремиться, я понял, что сначала мы должны построить какой-то образ Творца в десятке?

М. Лайтман: По-другому не может быть. Без десятки Его нет. Нет такого. Пока что, на текущий момент, мне нужно. Это место, где я нахожу Творца. Его нет без десятки.

Ученик: Как мы строим образ? Что такое образ?

М. Лайтман: Образ – когда я объединяю всех вместе, чтобы все десять стали, как один. Они входят в мои чувства, я начинаю понимать, что вот это есть Творец – впечатления от всех вместе, «как один человек с одним сердцем». Когда все они находятся в моем сердце, я ощущаю Творца. Это и есть Творец.

Ученик: Еще раз. Что такое Творец?

М. Лайтман: Впечатления от десяти, как от одного, называется Творцом. Нельзя Его представлять как-то иначе, кроме, как в десятке. Нельзя! Это называется «поклонение идолам». Ты строишь себя, образ, подобие. «Нет света без кли».

Вопрос: Целое производство работает над стремлением, производя фильмы, сериалы. Допустим, романтический фильм: парень встречает девушку, всё построено на их отношениях, что они делают. И в тот момент, когда они вместе, фильм заканчивается, уже не интересно.

М. Лайтман: До этих пор мы можем выразить материальную любовь, потому что любовь – это всё же устремление. Как только они достигают физического объединения – это уже падает на животный уровень. Дальше, что ты хочешь сказать?

Ученик: Так я хочу сказать, что всё такое стремление, говорится «Знание в народах – верь». То есть человечество работает над тем, что это очень сильно, само устремление. Это то, что дает человеку жизнь, удовольствие, что-то живое, когда он стремится к чему-то. Как вы говорите: мальчик к девочке, и тогда это очень чувствуется.

Я хотел спросить, может быть, можно сказать так: после конгресса, который был очень особым, и то, что мы получили свыше этот особый конгресс, и то, что сейчас вы говорите о стремлении, и вот этот новый особый путь исправляться с отягощением сердца, − всё, что мы получаем сейчас свыше, мы сейчас должны снизу увеличить хисарон к стремлению. Это может быть то, что мы сейчас должны сделать?

М. Лайтман: Вот об этом мы и говорим всё время. Если я повторился, добавьте что-то от себя. Я понимаю, со своей стороны, что то, как я выражаю себя, это «не очень».

Вопрос: Я не очень понял, когда вы сказали, что мы можем передать в такой работе это наполнение даже человечеству, что забота – это и есть как бы наполнение. Мы видим, что даже нам самим сейчас трудно в это въехать, сколько мы уже проработали, чтобы как-то к этому приблизиться. Может, вы просто об этом сказали «в целом». Это не то, что мы сейчас должны как бы как-то передавать, почувствовать?

М. Лайтман: Умозрительно мы можем это понять. Посмотри на мать и ребенка. Выражение ее любви к ребенку в том, что она постоянно о нем заботится. Постоянно заботится о нем, без перерывов. Постоянно думает о нем.

В нашем случае мы должны понять, что выражение любви и связи – в заботе. Сейчас вопрос такой: когда мы достигнем заботы о Творце? Это выражение любви: «И возлюби Творца своего». Что такое «возлюби Творца своего»? Я забочусь о Нем. Что значит забочусь? В отдаче. Чего не хватает, что я могу отдать? Не хватает Ему моей заботы. Это называется – отдать, ничего другого, ничего.

Представь себе людей в нашем мире. Есть девушка, парень. У них есть всё. Что он может ей дать? Чего у нее нет? Что она может дать, чего у него нет? Допустим, у них есть всё. Чего не хватает? Заботы, внимания. Всё, ничего другого, этого у них нет. Это зависит от самих людей.

У Творца есть всё. А это – называется отдача. «Если ты прав, что ты ему отдашь», – сказано. Это мы должны развивать. Об этом мы сейчас говорим. (01:47:32)

Ученик: Это понятно, но это надо какой-то хитростью, наверное. Нельзя человеку сказать… Мы всегда говорим, мы должны говорить только о том, что ты можешь получить, связанное с наукой каббала. Нельзя же говорить о том, что ты должен отдавать. Как-то надо подвести к этому хитро, да?

М. Лайтман: Я сейчас не говорю о распространении. Вы запутались. Я сейчас говорю с постоянными десятками. Зачем ты сейчас говоришь о распространении? Скажи еще, что ты хочешь написать в газете об этом какую-то статью. О чем ты говоришь? Ты понимаешь, к кому я обращаюсь?

Ученик: Да, я понял. Просто вы сказали, что в целом мы сейчас должны реализовать. Я вот в этом и уточнил, я не понял, как мы этот посыл можем в принципе передать?

М. Лайтман: Не знаешь – не передавай. Я не сказал, что это нужно делать сейчас. Я сказал, что когда мы достигнем отдачи человечеству, не мировому Бней Баруху, а человечеству, тогда нам придется также передать им и то, что связано с заботой. Потому что в материальной заботе мы понимаем, и можем понять духовную ступень даже без масаха, как сейчас у нас. Мы можем понять саму эту идею и передать ее дальше. Но это не сейчас, ты пока что позаботься о себе. Пока у тебя нет представления об отдаче, что ты хочешь сказать об этом другим? (01:49:11)

Мы должны понимать этапы, как это идет постепенно. Не знаю, в правильном ли мы месте находимся? Может быть, через год нужно было об этом начинать говорить.

Вопрос: То, что было на прошлом конгрессе хисароном, сейчас стало новым хисароном?

М. Лайтман: Да. (01:50:07)

Вопрос: В продолжение вопроса о реализации связи между десятками до конгресса. Каждая десятка из Петах-Тиквы была связана с несколькими десятками из Европы. Стоит продолжать?

М. Лайтман: Я не знаю, я не знаю. Именно потому, что вы прошли конгресс, и вы чувствуете, что получили что-то, начните делать ревизию на всё, что было, и всё, что есть и должно быть, организуйте сами, а иначе вы не повзрослеете. Я не знаю, что вам сказать, а если бы знал – не сказал бы. А я, действительно, не знаю. Действительно, нет. Потому что это вещи новые. И в том, что касается и вас, и меня. Я не стыжусь этого. (01:51:20)

Слава богу, мы хорошо продвигаемся в исправлениях. И не мы это делаем. Так свыше нас организовывают, и слава богу, мы видим, что делаем правильно что-то, то, что зависит от нас, а остальное Творец закончит, мою работу.

Ученик: Я расскажу впечатления. Я впечатлился от товарищей, с которыми я сидел на разных семинарах и при разных возможностях. Они говорили о том, какое воодушевление это вызвало в них. Я даже не думал, что эти связи дадут такое впечатление товарищам из Европы.

М. Лайтман: Это не товарищи из Европы, а товарищи с точкой в сердце. Это не европейцы. Это части Адама Ришон. Совсем другое.

Ученик: В начале урока вы говорили о том, что мы можем пройти этот этап по-новому, потому что у нас есть сжатие и расширение. Как мы можем использовать методику сжатия и расширения, чтобы ускорить обретение келим стремления?

М. Лайтман: Я хочу, чтобы вы сами решили, каким должен быть порядок, чтобы вы нашли формы объединения с европейцами. Всё. Вы должны организоваться, но не так что каждый делает то, что считает нужным, а организовано. И позже продолжим, сегодня или завтра.

Видеофайл в медиа-архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/qEorQ6YW?language=ru