Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки

Ежедневный урок №1, 19 ноября 2019 года.

Отягощение сердца - Приглашение к построению устремления к Творцу.

М. Лайтман: Стремление к Творцу – это день или ночь?  

Семинар (00:08-03:24)

М. Лайтман: Как я превращаю изменение состояний в состояние, которое целиком является днем?

Семинар (03:52-04:35)

М. Лайтман: Вопросы.

Вопрос: Десятка должна всё время находится в состоянии дня, как десятка?

М. Лайтман: Десятка обязана быть в состоянии, которое целиком является днем. Так и в Торе написано, что нужно прийти к состоянию, которое целиком является днем.

Ученик: То есть, неважно, что происходит со мной на личном уровне, в каждой десятке может кто-то другой удерживать день в то же время?

М. Лайтман: Желательно прийти к состоянию, когда все ощущают день всё время.

Ученик: Это означает, что есть такое состояние в духовном, когда человек не проходит подъемы и падения – об этом вы говорите?

М. Лайтман: Проходит, почему нет, иначе он не продвигается. Как может быть, что он проходит, не проходя? Любое состояние – это раскрытие разбитых хисаронов и их исправление. В этом есть подъемы и падения, отдаления, приближения, но относительно человека постигающего, человека понимающего, принимающего это правильно – это всё день, и в этом нет никакой ночи. Оправдание Творца и ощущение совершенства в творении, несмотря на то, что это раскрытие хисаронов, но в раскрытии этих хисаронов он уже ощущает наполнение. Нет состояния ночи, всё это свет. Только есть свет «ор», и «орта» – как бы ночь относительно неисправленных келим. Арамейский обратен ивриту.

Вопрос: Что значит что мы делаем ночь или день? Что значит, что мы это делаем? 

М. Лайтман: Я не говорю, что мы делаем; это я пробуждаю ночь и пробуждаю день, я не могу сделать их. А передо мной есть возможность пробудить эти вещи, ускорить их. Но из ночи сделать день, это конечно мы делаем, если оправдываем ночь, принимаем ее как день, и это является шансом для продвижения, шансом выразить наше стремление к Творцу, побуждение к Нему – для меня это место отдачи. Наша работа не обязательно ночью. Днем – это восхваление, но надо сказать утром - «милосерден Ты», а благословение ночью, то есть наша работа, она ночью. Те, кто стоят в Храме ночью, называется, что хотят освятить действия Творца, что всё Он сделал, чтобы дать нам возможность выразить свое существование, потому что Он освобождает нам место от своего света, чтобы мы привлекли свет. Ясно?

Вопрос: Вы спросили, хисарон к Творцу – это день или ночь? Сам хисарон.

М. Лайтман: Зависит от того, как ты ощущаешь это.

Ученик: Я еще этого не чувствую, – это день или ночь в моем состоянии.

М. Лайтман: Поэтому это еще и не выяснено, ты еще находишься в вакууме.

Ученик: Правильно, так теперь, если нет у меня хисарона к хисарону в данный момент, я нахожусь в ночи или дне?

М. Лайтман: Ни там и ни там, это ты решаешь, и никто кроме тебя. Как я могу сказать тебе, в каком состоянии в духовном ты находишься?

Ученик: Так у каждого это состояние по-другому?

М. Лайтман: Конечно, только так, лично.

Вопрос: Это на самом деле определяет человек или только в соответствии с тем, насколько приходит свет в желание получать?

М. Лайтман: Я пробуждаю рассвет – это с одной стороны. «Кто превращает вам день в тьму, а тьму в свет?», - как сказано в Зоар, – всё зависит от человека. В конечном счете, человек становится обладающим силой, чтобы вызвать свет, вызвать день, изменять их, соединять их и приходить к состоянию, которые целиком день. Нет разницы, когда тьма для него светит, когда он может выразить свою веру, наполнить ее светом хасадим, а потом привлечь на нее свет хохма.

Ученик: Но это всегда реакция на состояния, которые даны уже, в которых человек находится?

М. Лайтман: И да и нет, зависит от того, на каком уровне человек находится.

Ученик: И рассказывает о самых больших каббалистах, у которых были состояния, что забывали даже буквы алфавита. И о РАБАШе вы рассказывали, в каком состоянии он просыпался.

М. Лайтман: Ну, так что? Какая связь?

Ученик: Он был способен сказать, определить…

М. Лайтман: Даже если не способен при пробуждении, – потом способен.

Ученик: Но вначале был менее способен, да?

М. Лайтман: Да, но без того, чтобы находиться в таком состоянии, когда у него не было сил и ничего, без этого он не мог бы прийти к Окончательному исправлению. Чтобы исправить какое-то свойство, ты должен ощутить его в самом ясном виде, обратном исправлению. Как Раби Шимон, который был Шимоном с рынка. (12:38)

Вопрос: Это очень сложная проблема. Можно ли чуть-чуть выяснить? Тьма, которая приходит, вы имеете в виду здесь то, с чем мы отождествляем себя?

М. Лайтман: Что такое тьма, к которой мы приходим? Зависит, на какой ступени. К каждому приходит тьма в определенном состоянии, каждый расшифровывает тьму, которая приходит, – по-своему. Один – что у него нет успеха; другой – что ему стоит закрыть глаза и отключиться от жизни; третий – как раз видит в этом возможность для следующего подъема. Или может это уже тьма, как стремление к раскрытию, и кроме того, эта тьма дает ему возможность уберечь себя от раскрытия, то есть поставить экран. Есть у тебя много свойств. (13:55)

Ученик: Есть ли один общий знаменатель? Чтобы практически работать. С чем мы отождествляем себя? Мы отождествляем себя с тем, что сейчас плохо, тьма, но это ради исправления?

М. Лайтман: Отождествление в общем – что относительно получающих келим нет наполнения. Нет наполнения в получающих келим, тогда в соответствии с этим, насколько человек готов, и вызывает это у него радость или страдания, или как бы дистрофию мышц внутренних и наоборот пробуждение.

Ученик: И можем мы в этой ночи, в этой тьме выразить какое-то отождествление, что я сейчас в исправлении, и это ради цели?

М. Лайтман: Главное – это жизнь ночью.

Ученик: Почему исправление келим по ночам?

М. Лайтман: Потому что тогда у тебя раскрывается хисарон. Ночь – это раскрытие хисарона. В ней нет совершенства, наполнения, и тогда то, что ты делаешь – ты превращаешь ночь в совершенство, ты желаешь эту тьму, потому что ты можешь добавить к ней, что ты добавляешь свет хасадим. Свет хасадим, это не свет солнца, это когда я хочу быть в этих хисаронах, я стремлюсь и этим живу. Тема наша «Устремление к Творцу» – когда это? Ночью.

Ученик: Что называется «добавить хасадим к ночам»?

М. Лайтман: Потому что тогда тьма будет светить, как свет. Тебе не нужно ничего, кроме этого. Ты становишься спокойным, стремишься к Творцу, хочешь жить в устремлении. Это отнимает много сил, особое сопротивление – потом выйти из хасадим и преодолеть, чтобы привлечь свет хохма внутрь света хасадим, потому что ты должен привлечь получающие келим, чтобы привлечь свет хохма. А ночью в хасадим ты не привлекаешь получающие келим, ты удовлетворяешься тем, что есть, и тебе хорошо. Хорошо! Ты наслаждаешься хасадим, когда ты стремишься к этому – всё, это катнут, как у того мальчика, который стремится к девочке, это всё еще катнут. Потом он хочет воспользоваться ею, это уже другое время. (17:23) 

Вопрос: Так хасадим дает тебе стремление?

М. Лайтман: Нет. Хасадим ты можешь привлечь, когда у тебя есть устремление к Творцу и ты наслаждаешься этим, доволен этим, то есть ты наполняешься отношением к Творцу и не хочешь от Него ничего, а достаточно тебе, что Он существует и ты можешь к Нему стремиться, это наполняет тебя и называется светом хасадим, скажем. На данный момент примем это так.

Ученик: Как эти хисароны мы превращаем в устремления? Какова сила, превращающая ночь в…

М. Лайтман: Нет-нет-нет! О каком устремлении ты спрашиваешь: к хасадим или к хохме?

Ученик: Устремление к связи с Творцом. Мы сказали, что прежде всего устремления, и тогда можно притянуть к ним хасадим.

М. Лайтман: Так я стремлюсь, я обнаруживаю хисарон к Творцу, я стремлюсь к Творцу. Я наслаждаюсь тем, что у меня есть устремление к Нему и это наполняет меня, я радуюсь этому. Не нужно больше ничего. Я до такой степени полон, что могу быть в этом всю ночь и весь день. Всё. Это, как такое свечение, которое приходит и наполняет мои келим. И тогда я могу оставаться в этом всё время. Но это называется «вера твоя по ночам». Но сказать утром «милосердие Твое», это сказать, когда приходит действительно милосердие от Творца – когда пробуждаются во мне дополнительные хисароны АХАПа (получающих келим) над хасадим, и тогда я учусь, как пользоваться ими как добавкой к келим катнута, к келим света хасадим, как привлечь в них свет хохма. Но это уже не касается нас сейчас, не стоит, запутаемся.

Ученик: Так достаточно только почувствовать наполнение от того, что ты относишься к Творцу?

М. Лайтман: Да, и всё. Половина псалмов говорят об этом. Больше половины. И еще треть науки, может быть. Это особая методика, во многом противоположная. Нужно сначала обрести отдающие келим.

Ученик: Что позволяет отождествить себя с устремлением к Творцу, а не находиться под воздействием хисарона? То есть не ощущать тьму, как тьму, а видеть её, как наполнение?

М. Лайтман: Ты учишься тому, что свыше к тебе приходил просто хисарон, когда ты проклинал свою жизнь в течении десяти, скажем, лет. А сейчас к тебе приходит устремление к Творцу, ты наслаждаешься этим, и ты видишь, что есть хисарон, и есть другой хисарон. Есть хисарон – схватить, ухватить, понять, знать, – это приходит из получающих келим. Сейчас к тебе приходит хисарон – из отдающих келим. Какие отдающие келим есть у меня? Мои получающие келим получили определенное, особое исправление – свечение хасадим, и тогда я стремлюсь отдавать Творцу. Величие Творца светит мне, и я стремлюсь к Нему и от устремления, которого у меня нет, но даже от того, что я стремлюсь к Нему – у меня есть наслаждение. Величие Творца светит мне.

И так я уже нахожусь в приближении к Бине, к свету хасадим, к катнуту. Конечно, это катнут, я не пользуюсь моими келим. Я ещё не научился даже пользоваться им (как ребенок), в катнуте есть разные уровни. Так мы продвигаемся по этим этапам хасадим. Мы должны это достичь прежде всего. И кроме того, должны видеть, насколько наши товарищи в мире тоже приближаются к этому. Насколько мы можем покрыть их хасадим своими. Насколько они соединяются с нами и вместе с нами могут понимать это, чувствовать. Это очень важно. Свет хасадим распространяется в ширину, у него нет уровней (якобы). И тогда мы можем в этом ещё работать над соединением всех. (23:49)

Соединение, в особенности, Исраэль и народов мира тоже – это хасадим. А хохма придёт потом. Это вещи очень особые. Наступит время, и вы увидите, что все эти вещи построены для человека. Ясно? Да, Дуди.

Вопрос: Устремление к Творцу – это свет хасадим?

М. Лайтман: Устремление – это не свет. Но устремление к Творцу, когда я стремлюсь, только стремлюсь – как в примере мальчика с девочкой... У меня нет другого примера, не знаю может вы найдёте. Только такое чистое устремление, всё ещё маленькое, ещё не облачено ни во что. Только это первое ощущение, что что-то привлекает его – это называется устремлением из келим катнута. Есть разница между келим катнута и отдающими келим, но пока мы не пришли к ощущению внутри этих келим, нам трудно четко их различать. (25:13)

Ученик: Откуда приходит устремление?

М. Лайтман: Свыше. Из решимо, которые развиваются.

Ученик: Как я могу усилить это устремление, хасадим?

М. Лайтман: Только с помощью примера в группе. Больше поговорите об этом. Как можно больше, как можно больше. Группа здесь начинает быть рычагом, двигателем, системой, которая продвигает, привлекает, строит – уже начинается тут группа.

Ученик: Должно развиться устремление к товарищам, как устремление к Творцу?

М. Лайтман: Как средство. Кли и свет равны. Я не могу стремиться к Творцу больше, чем я стремлюсь к группе. Я не могу ценить Творца больше, чем я ценю группу. Я не могу любить Его больше, чем я люблю группу. Если это не равно, то это признак того, что у меня есть, над чем работать.

Ученик: Почему же это развивается наоборот? Кажется, как будто сначала развивается устремление к Творцу и надо связать его с товарищами?

М. Лайтман: Верно, так и должно быть, как причина и следствие. Творец является причиной. Почему я люблю товарищей? Почему я люблю группу? Из-за того, что я с их помощью прихожу к слиянию с Творцом. Это обязано быть так. Творец является целью. Слияние с Ним – Цель творения. А кли – это средство. Как у Творца была потребность быть в слиянии с творениями, поэтому Он создал желание получать (наше эго), обратное Ему и вырастил его, и разбил, и устроил так, что мы можем с помощью Его таких приглашений, пробуждений, решимот, начинать приближаться к слиянию. То есть Творец и Цель творения – как объединение, слияние с Ним – это главное. «Я первый и Я последний». (27:44)

Ученик: Что такое покрыть товарищей свойством хасадим?

М. Лайтман: Когда я хочу быть в ответе за них. Поручительство.

Ученик: Что является смыслом этого действия – покрыть товарищей свойством хасадим?

М. Лайтман: Я готов платить за них.

Ученик: Чем?

М. Лайтман: Своим усилием, своей молитвой. И что я прошу за них. Всё, что они хотят, чтобы у них было слияние. Я молюсь ради братьев своих и ближних своих. То есть совершенство, мир будет в том, что ты приблизишь их к себе, к Нему.

Ученик: А что с хасадим здесь?

М. Лайтман: Это хасадим. Разница между хасадим и хохма (так по-простому) – что в хасадим я прилепляюсь без моих получающих келим. Ты можешь сказать: «Как может быть, что мы не пользуемся получающими келим?» Я скажу тебе. Ребенок пользуется получающими келим? Нет. Это не называется, что пользуется. Это келим, которые Творец поместил в него. Маленький мальчик, допустим до возраста бар-мицвы (пока он начинает себя осознавать по-настоящему) пользуется получающими келим? Нет. Творец пробуждает келим – это за счет Творца. С какого момента начинается? С АХАПа. Что означает – пользоваться АХАПом? Что он начинает пользоваться получающими келим, тогда он самостоятельный (относительно, но самостоятельный). У него есть уже свет хохма, до этого – свет хасадим.

Что такое свет хасадим? Этого света не существует. Нет такого – свет хасадим. Это то, что приходит к нему от естественного слияния. Что такое естественное слияние? Он хочет, пользуется, требует у Высшего. Да, но не своими хисаронами. Он еще не порождает из себя хисароны. Не работает с ними по-настоящему в сокращении, экране, отраженном свете – всё это за счет Высшего. Как это за счет Высшего? Очень просто: АХАП Высшего действуют на ГЭ нижнего и готовит к слиянию. А он хочет работать уже со своим АХАПом. А это уже после того, как у него будут полные ГЭ, он начнет получать света, исправления. Но это потом. (30:51)

Ученик: Как же в данный момент прилепиться к ним, как к большим?

М. Лайтман: К кому?

Ученик: К товарищам, как к большим. Или просить за них? В чём разница между этими действиями?

М. Лайтман: Да, да, именно об этом и пишет РАБАШ. Товарищи большие, они находятся в слиянии с Творцом. Хотя я не раскрываю это, даже пренебрегаю. Я отношусь к ним в таком виде, потому что каждый отвергающий, отвергает в своих недостатках. Согласно этому я могу проверить, насколько я еще должен подняться до их щиколотки. Понятно? Это очень важно. Кто не делает из себя ноль, не чувствует, что у него есть место для этого, – просто жаль. (31:50)

Вопрос: Если нет объединения, раскрывается разбиение?

М. Лайтман: Какого объединения, между кем и кем?

Ученик: Скажем, в десятке раскрывается разбиение – мои ощущения, что нет объединения и тогда есть потребность в Творце. Вопрос: оставаться в устремлении или же исправить это? Потому что суть того, что нет объединения, приводит к устремлению. Так если Он исправит разбиение, уже не будет больше в Нём потребности.

М. Лайтман: Продолжай пока что.

Вопрос: В работе по ночам есть сомнения, потому что у тебя никогда нет уверенности, что ты делаешь правильно.

М. Лайтман: Тебе не нужно ничего. Тебе не нужно ничего, потому что ночью тебе ничего не поможет. Ничего. Тебе нужно только приводить в действие веру.

Ученик: Как можно полагаться только на веру?

М. Лайтман: Ты обнимаешь товарищей и находишься в состоянии, когда ты направляешь всё на Творца. Ничего тебе, кроме этого, не нужно. Тогда ты понимаешь, что ночь – это твое внутреннее, самое правильное состояние, чтобы обнимать их и строить намерение на Творца. Хорошо? Австралазия! (34:18)

Вопрос: Должны ли мы быть всё время в состоянии хасадим, в котором я только устремляюсь к величию Творца?

М. Лайтман: Хороший вопрос!

Ученик: Должен ли я включиться в келим своих АХАП, только задействовать их ради товарищей? То есть молиться за них, быть нулем, всё, что я получаю – только живу в молитве за товарищей, работаю для них. 

М. Лайтман: Мы пока еще не говорим об этой работе, но это верно. Это верно. Соединяться со всеми именно в состоянии тьмы, видеть, что Творец приглашает нас к этому – вместе обращаться к Нему. Это просто – охрана в ночи. Очень хорошо. Торонто.

Вопрос: Как раз в том же направлении – пробудить рассвет. Для этого нужно пользоваться светом хохма и АХАПом?

М. Лайтман: Я не знаю. Не говори со мной: хохма, хасадим и АХАП. Говори по поводу того, что мы чувствуем.

Ученик: Да, в отношении того, что чувствуем. Нужно пользоваться буквально всем, что я получаю, чтобы это превратить в необходимость, найти готовность и цель во всех черных состояниях?

М. Лайтман: Я должен прийти к состоянию, когда тьма будет светить, как свет. Когда я вижу в этой тьме возможность устремиться к Творцу – это мой хисарон к Творцу; и я должен стремиться к Нему и развивать это устремление тем, что я связан с десяткой. Пока мы не почувствуем в десятке, что мы наполняемся светом хасадим, что у нас есть одно желание, одно направление, одно устремление. И мы благословляем Творца за то, что Он дал нам такое состояние. Это состояние, хотя и называется ночь, но ночью у нас есть подготовка келим. Желание получать получает свет хасадим и становится кли. И постепенно с помощью страж ночных он продвигается к утру. И тогда начинает получать ради отдачи свет хохма, но это уже потом, это уже не для нас, к нам это не имеет отношения. Мы всегда хотим быть в хасадим. И только чтобы доставить наслаждение Творцу выше этого, начинаем получать свет хохма. Хорошо? (37:47) Каунас!

Вопрос: Если Творец пробуждает в нас разные состояния, которые называются ночь, а я хочу быть всё время в устремлении к Творцу, – что я должен изменить? То есть я хочу остаться в ночи, я хочу остаться в хасадим. А, что называется тогда: «Я пробуждаю рассвет»? Что я хочу изменить? Мне так хорошо, я хочу отдавать Творцу, я хочу оставаться…

М. Лайтман: Мы не говорим об этом сейчас. Мы сейчас учим, как функционировать в состоянии, которое называется ночь. И ночь эта, по сути, полна света, поэтому называется «Орта»; это на арамейском, это язык, который обратен ивриту, именно так вот – обратен. На арамейском «Орта» – это ночь. Иврит – это язык паним (лицевой стороны), а арамейский – обратной стороны (ахораим того же кли). (39:08)

Мы не хотим, чтобы эта тьма ушла, наоборот, это помогает нам выразить отношение к Творцу. Но получается, если не будет тьмы – я действительно буду стремиться к Творцу или нет? Где у меня будет устремление, где будет хисарон? Мы придем к этому постепенно. Не спешите. Мы изучаем только состояние ночи. В течение нескольких дней мы должны это пройти, исправление хасадим. Подождите. Это еще ибур, еника, есть в этом много вещей. Москва! (40:09) 

Вопрос: У меня вопрос родился из того места, где вы объясняли о том, как хасадим растекается по всему Мировому кли. И тут же вы добавили, что он светит на решимот. Я уже как бы додумываю: решимот – это что? Это наша общая система Адама Ришон?

М. Лайтман: Конечно, это общая система, которая есть у нас у всех, как одно решимо. Только у каждого это решимо пробуждает состояние свое собственное. Допустим, у меня есть организм (гуф) и в этом организме есть тысяча параметров, и у самого организма есть некое состояние. Но все системы, все части тела – у них есть свое собственное функционирование, свои собственные параметры, которые работают. Так мы устроены и состоим из одной системы.

Это очень важно для нас сейчас. Это этап после европейского конгресса, когда мы должны приблизиться к тому, чтобы видеть, чувствовать, начинать понимать, что перед нами есть это ощущение совместного кли. И неважно, что у нас есть в общем может быть несколько тысяч наших товарищей, связанных вместе. Это неважно, сколько. А ощущение этой системы: совместной, связанной, единой системы – это то, что должно дать нам чувство кли, в котором можно раскрыть Творца. Потому что Творец раскрывается в полном кли, и поэтому были поколения, когда каждый постигал почти в одиночку раскрытие Творца.

Но мы не можем так. Мы все-таки находимся в последнем поколении, поколении Машиаха. Машиах – то есть свет, который вытягивает все келим к исправлению (от слова «мошех, лимшох – вытаскивает, вытягивает»). И поэтому мы должны прийти к такому ощущению, когда мы вместе – это и Европа, и Россия, и Южная Америка, и Северная Америка, и Азия, и Африка, Израиль, и все-все мы находимся в каком-то одном пироге, в одной системе.

И это ощущение, когда мы будем работать над этим, мы немножко больше это прочувствуем, и это всё тоже, как десятка. Это даст нам способность начать ощущать Творца: немножко в чем-то, что Он существует, что Он управляет нами в чем-то, что Он изменяет одни состояния на другие. Я не знаю, где мои состояния изменяются, а так я начну ощущать, что есть реальность: большое поле, большая мысль, большое желание, которое действует на нас всех и так изменяет нас, сближает нас, управляет нами. Я надеюсь, что мы в этой работе перед нашим большим конгрессом уже обретем это знание. (44:10)

Вопрос: Как функционировать как в десятке в состоянии тьмы, ночи, когда нет Творца? Как мы держимся за свет, чтобы прилепиться над этим Творцом? 

М. Лайтман: Прежде каждый начните самостоятельно, не путая товарищей, а затем поговорите между собой так внешне, что вы стараетесь это делать, и что у вас есть в результате, а затем начните думать, как вы станете с этим работать вместе. Несколько этапов должно здесь быть. Прежде всего, я по отношению к Творцу чувствую устремление, чувствую в этом наслаждение, чувствую в этом желание. Хорошо мне, когда я думаю о Нем и тянусь к Нему. Это первое.

Второе: когда я хочу усилить. Это, скажем, после двух недель, месяца, когда я хочу усилить мое устремление. С помощью этого я начинаю вместе с ними проделывать какие-то действия совместно: несколько раз в день, когда мы говорим на утреннем уроке, еще при разных возможностях. Кроме разговора мы пытаемся это и сделать. И так приближаемся. В хасадим мы можем приблизиться к этому, а затем – уже посмотрим. Будем вместе работать над этим. Что хорошо на этом этапе, что даже начинающие, маленькие, если немного себя отменяют, уже могут включиться во всех. Это этап, который обязательным образом должен так произойти. Аргентина! (46:38)

Вопрос: В объединенной системе, в одном кли какие действия можно сделать, чтобы почувствовать больше Творца?

М. Лайтман: Я не хочу Его чувствовать! Я Его не хочу чувствовать! Я хочу почувствовать себя, насколько я устремляюсь к Нему. Всё. А даже отталкиваю это ощущение, если Он приближается. Потому что тогда мое устремление не ограничено, оно более чисто. Москва! (47:30)

Вопрос: Вопрос из этого места. Вы сказали, что нужно отмениться и включиться в это общее свечение. А как можно ускорить время? Может ли какая-то отдельная десятка повлиять и ускорить этот процесс прохождения? В чем свобода выбора, скажем так, в десятке?

М. Лайтман: Я не такой умный, как ты, я еще не нахожусь в этом. Вы можете испортить и себе самим, и всем нам этот процесс. Не работай разумом! Не работай разумом, работай чувством. Ты должен почувствовать, как ты стремишься отдавать Творцу. Насколько приятно тебе, что ты думаешь о Нем, что ты стремишься к Нему, насколько иногда Он оставляет тебя, не дает тебе этого ощущения, не влечет тебя к Себе, не светит тебе. И тогда ты – вянешь, как растение (да?), затем снова Он влияет на тебя, – это как дают растению воду, и тогда оно пробуждается.

Вот это почувствуй! Почувствуй связь с Творцом, не работай разумом! Разум ничего не стоит в науке каббала, ничего. Только чувства тебе нужно развивать, и всё. И послушай то, что я говорю, и только в таком виде продвигайся, если ты хочешь быть с нами. Иначе я говорю вам: «Не будьте умными! Я вас не смогу вытерпеть». Здесь должно быть: идем вместе; а тот, кто нет – слезает с телеги. (49:40)

Вопрос: Еще один вопрос. Вы сказали: «Тот, кто не делает из себя ноль, жаль его». Что значит – сделать из себя ноль? Это я должен почувствовать себя «нулем», или моя десятка должна почувствовать меня, как ноль?

М. Лайтман: Я должен почувствовать, что я готов оставаться в состоянии, в каком я нахожусь, до конца своей жизни. И вообще, я должен почувствовать себя, что я не существую. «Я» мое, как моя суть, как мой эгоизм – не существует. Когда пробуждение, которое я получаю от Творца, оно отменяет, перечеркивает мне мое «я»; когда «я» остается во мне только для того, чтобы отдавать, только как точка, из которой я хочу отдавать всем. Тот, кто нуждается в этом – пожалуйста. Это начало кли хасадим. И нет здесь никакого вопроса о том, как мы продвигаемся дальше, как умный там спросил. Это уже совершенно не относится к разуму, это неверно. Из келим де-хасадим ты не можешь спросить: «Что дальше?». Это как хасид в лесу: «Нет у меня рубашки, так мне не нужна рубашка. Что вы хотите от меня? Мне и так хорошо». То есть еще не обрели этой ступени, еще не пришли, еще не поняли, что это за ступень, и вдруг: «А что дальше?».

Дальше есть противоположные келим по отношению к хасадим. Пока мы не приходим к ним, должно быть у нас несколько таких переворотов, инверсий, и мы должны прийти к этому постепенно. Вы мне не верите, что я могу быть учителем, если вы бежите передо мной. (51:59)

Вопрос: Как удержать устремление в течение всего дня и не оставлять его?

М. Лайтман: Прежде всего, это должно быть мнением всех. Здесь мы должны почувствовать, что это есть в воздухе. Это должно быть так же, когда привычка становится второй натурой. Если нет у меня привычки стремиться к Творцу, я пока еще не нахожусь на ступени хасадим, еще нельзя говорить о хасадим, что это нэфеш-руах, что это какая-то работа с экранами. Подумаем, подумаем. Я не люблю говорить о лишних вещах пока что. (53:34)

Давайте почитаем 38-й отрывок.

«Разрушение старцев – созидание, созидание юношей – разрушение» (Мегила 31:2)

Старцы – это те, кто привычен к работе Творца. Юноши – это те, кто начинают работу. Разрушением называется спуск или падение. Когда вначале у них был какой-то подъем в работе, это считалось созиданием, то есть, что они ценили подъемы. Но разрушение, когда чувствовали некое падение, которое пришло от скрытия Творца, то есть, что Творец скрылся от них – называется разрушением. Разрушение старцев, – когда говорят, что Творец послал им скрытие, – получается, что они уже находятся в созидании, то есть верят, что Творец занимается ими, и от этого они берут жизненные силы. И главная вера – во время падения, то есть, когда не «светит» человеку, когда он находится в замешательстве. Или он говорит: «Мне не нужна никакая выгода, а я хочу только доставить удовольствие наверху, и мне не важно, что я чувствую», или, не дай бог, наоборот. [РАБАШ, статья 44 «Противоречие старцев – созидание, созидание молодых – противоречие»] (55:30)

Почитаем еще раз: (57:03)

М. Лайтман: Вопросы.

Вопрос: Вы сказали, для того, чтобы мы могли войти в привычку устремиться к Творцу…

М. Лайтман: Да, состояние хасадим должно быть постоянным, а хохма это в подъемах и падениях.

Ученик: Как это, когда мы помогаем друг другу быть этими стариками, как мы прочли?

М. Лайтман: Старцы, это не старики. Хасадим – это, как раз маленькие, это не старик. Старец – это тот, кто обрел мудрость. Речь о том, как удерживать хасадим постоянно?

Ученик: Да, когда приходящие скрытия не дают нам прекращать стремиться, когда появляется привычка быть в устремлении, в этом кли хасадим?

М. Лайтман: Ну так есть такое, или нет?

Ученик: В отрывке он сказал, что у молодых подъемы и падения, это что-то одно, а у стариков...

М. Лайтман: Это он сказал относительно хохмы. Я тебя спрашиваю, что ты хочешь спросить. Ты путаешься между своим состоянием и тем, что написано. Поэтому сам спроси.

Ученик: Как мы сохраняем это кли, которое называется устремлением к Творцу, и оно становится устойчивым в пути?

М. Лайтман: Только с помощью десятки, а иначе вообще ты вскоре раскроешь, что это не устремление к Творцу, потому что это не проходит через товарищей, не проходит через центр десятки. Это вскоре, не хочу сразу же наваливать на вас ещё и построение кли хасадим. Но построение кли хасадим – когда все входят в «катнут». Что РАБАШ пишет об этом? – быть нулем по отношению к другим, стремиться помогать всем, поддерживать всех, насколько это возможно. Когда мы маленькие и должны быть вместе, как дети в одной группе. И если мы приходим к такому объединению, мы строим с помощью этого кли хасадим, то есть десять полных сфирот хасадим. И там мы тогда начнем чувствовать процесс, который мы должны пройти, это ибур и еника.

Ученик: На подготовке, которую мы проводили, вы продолжили это еще вопросами, почувствовали, что всё мировое кли находится как бы...

М. Лайтман: Насколько мы расширимся в связи с мировым кли, насколько мы расширимся в мировом кли, чтобы чувствовать всех как одного, насколько мы соберем все наши части далекие-близкие вместе-вместе-вместе, в соответствии с этим будет нам легче и более благословенным находиться в кли хасадим. Это как мы сделали большой скачок вследствие того, что выехали на европейский конгресс в Болгарию. Если так мы сейчас позаботимся о нашем общем конгрессе, но видеть его как одну десятку по всему миру, и каждый работает со своей десяткой и над центром своей десятки, и вместе с этим над общей десяткой – благодаря этому мы придем к кли хасадим. Это этап, который нам предстоит пройти. (01:01:29)

Вопрос: Именно об этом. Какие правильные формы отношений, которые должны быть между разными органами в мировом кли?

М. Лайтман: Поддержка.

Ученик: Пример – Израиль и Европа. Какая правильная связь, которая должна построиться сейчас между Израилем и Европой, например?

М. Лайтман: Поддержка в Европе. Европа должна поддерживать Израиль. Европа поддерживает Израиль тем, что она требует от нас, чтобы мы их поддержали. А мы должны быть открытыми: услышать то, что они хотят. Не обязательно мы должны делать всё, что они хотят, но относиться к ним деликатно и по отношению к тому, что хорошо для них. И это им преподнести, объяснить, и поддерживать, насколько это возможно, только чтобы не почувствовали, что мы как-то возносимся над ними, приходим свыше, потому что в хасадим это нестерпимо. Мать, насколько она ни является большой, она не больше ребенка. Он сидит у нее на голове, он для нее большой ангел. Всё. Так же мы должны относиться ко всем. То есть всегда, хотя вы и будете центром реальности, центром мира, центром исправления, но вы должны чувствовать весь мир, что он находится на ваших руках, как большое достояние, потому что вы существуете для того, чтобы исправить мир, связать его с Творцом. (01:03:14)

Ученик: Я все еще не понимаю, в чём поддержка, которую мы даем, слушая, ощущая желания других? В чем поддержка? 

М. Лайтман: Я думаю, что мы должны вместе работать над тем, что мы проходим. Не думать, что они должны сейчас учиться 10 лет, чтобы прийти к нашему уровню, это неверно. Потому что, если мы объединяемся (вы все слышите?), если мы объединяемся, они сразу же могут понять и находиться с нами вместе. Как молодое поколение, которое рождается сегодня, даже более нас понимает все эти телефоны, все эти игры и так далее. Как мой внук с телефоном разбирается?! Я спрашиваю, что он делает. Он говорит: «Так я делаю». – «Почему ты так делаешь?» – «Потому что это так». – «Что значит – потому что это так?» – «А вот так, и всё». Поэтому и здесь то же самое. Если они сейчас приходят к исправлению – это признак того, что они должны делать то, что мы делали в течение 20 лет, а они – сейчас. (01:04:33)

Ученик: Что мы должны делать, и что они должны делать?

М. Лайтман: Ввести их в совместную работу с нами. Все – как одна десятка. И именно остерегаться возноситься. Мы не больше, не умнее – мы просто, как мать по отношению к ребенку – даем всё, что есть у нас. Если это в хорошем правильном виде в любви, они примут это правильно. Творец это уже устроит. И всё, все эти ступени – это только хасадим. Это в равной степени хасадим, а не только вширь. Москва!

Вопрос: В устремлении к Творцу, которое должно стать для нас таким наслаждением, и постоянно в течение всего дня – где в этой картине работа с товарищами? 

М. Лайтман: В естественном виде, если я стремлюсь к Творцу и желаю доставить Ему наслаждение, то могу это сделать только при условии, если прошу за других. Другие для меня – это как подарок, который я могу преподнести Ему. Это в самом естественном виде – если я нахожусь в хасадим со всеми, то естественно, хочу привести их к Творцу. (01:06:59)

Вопрос: Вы можете немножко осветить процесс, о котором тут говорил РАБАШ, когда с одной стороны – человек ощущает плохо, а с другой стороны, он говорит: «Неважно, что я ощущаю, а главное, что доставляю наслаждение Творцу»? Как это происходит?

М. Лайтман: Это происходит вначале в отношении его эгоизма, что если он забывает о себе, он уменьшает меру страданий в нем. И тогда он благодарен Творцу, что есть наука каббала. Она объясняет, что есть Творец и исправление, и Конец исправления. Есть оправдание всех моих страданий. Верно? Естественным образом эгоизм так работает. А затем он начинает иначе относиться к своему состоянию, когда в конечном счете то, что я страдаю – это для того, чтобы я изменился, улучшил себя. Страдание – это только показатель моей неисправленности, и хорошо, что они есть и я могу сейчас с их помощью попросить исправления через группу или просить важности Творца, неважно. Но без страданий, как мы что-то сделаем? Желание получать чувствует или наслаждение или страдание. Наслаждения успокаивают его, а страдания пробуждают. Поэтому мы должны любить страдания целенаправленные. А сделать их целенаправленными – зависит от тебя. (01:09:02)

Вопрос: Как я должен любить целенаправленные страдания?

М. Лайтман: Потому что они направляют тебя на цель.

Ученик: Где я люблю их?

М. Лайтман: Ты любишь их в цели, к которой они тебя направляют.

Ученик: А что с желанием получать? Где его топливо?

М. Лайтман: Желание получать страдает и есть у него горючее от того, что оно страдает – когда ты не можешь сидеть спокойно. Представь себе человека, который ничего не чувствует: сует руку в огонь и начинает сгорать. Представляете эту картину? Он говорит с тобой, и ничего не чувствует, а рука сгорела. Ну? Это хорошо, что нет страданий, или плохо? Страдания – это индикация, они указывают на неисправленность. Ощущение неисправленности необходимо для исправления, с этого оно начинается.

Как я могу захотеть избавиться от страданий? Есть у меня зубная боль, нога болит – это признак того, что я должен исправить, а я лентяй, и не исправляю: «А, пройдет, не важно!» Да? Ты видишь, но это болит и продолжает болеть – признак неисправленности. Понимаешь? Эта боль – это буквально спасение. Что это? Вся чувствительность человека к болям, к болям духовным, страданиям, страданиям любви и так далее. Как без этого? Это направляет тебя. Как без этого? Всё у нас устроено на хисаронах, а выше обычной границы хисарон ощущается, как боль. (01:12:44)

Вопрос: Когда исчезает устремление к Творцу и товарищам, – что в таком состоянии можно делать, если нет сил? Стремиться к Творцу, к товарищам? Что надо делать? Просто нет сил.

М. Лайтман: Если ты связан с десяткой, ты можешь прийти к состоянию, когда не будет у тебя этого. Всё. Это признак того, что нет объединения. Об этом написано, когда Авраам был в Сдоме – если нет 50-ти праведников, может быть 40, потом 30 и так далее. Если даже десяти нет, – всё, вы уже не находитесь в этом, вас уже нет. Киев.

Вопрос: Страдания и боль – это одно и тоже, или одно из другого выходит?

М. Лайтман: Нет – это в разуме и сердце, но это не важно. Боль и страдания, пока что это так, потому что в наших келим есть уровни авиюта: шорэш, алеф – это половина бэт, и вторая половина бэт – это гимэль, далет. Так есть боль и есть страдания, страдания – это осознанная боль. Ребенку, скажем, больно, а у человека взрослого, кроме боли есть и страдания, когда может уже направить свою боль в правильном направлении, то есть не хочет освобождаться от боли, потому что не будет знать, как продвигаться. Аргентина.

Вопрос: В чем смысл доставления наслаждения Творцу? Может ли Творец почувствовать наслаждение или отсутствие наслаждения? Что значит, доставить наслаждение Творцу?

М. Лайтман: Написано: «Чтобы не было у тебя чужого бога». Творец – это мое внутреннее ощущение, самое внутреннее, это буквально мой источник жизни, которого я еще не раскрываю в таком виде, но это так должно раскрыться.

Поэтому доставление наслаждения Творцу – это всё в моем ощущении выражается. Это не то, чтобы я передавал это ощущение, посылал его кому-то, чему-то и проверял затем, насколько он наслаждается или нет, как в нашем материальном мире. Я даю кому-то коробку конфет и смотрю по его лицу, насколько он наслаждается от этого: мной или конфетами, или отношением между нами и так далее.

В духовном это не так, в духовном я должен войти в центр группы, найти самый центр в точечном его виде, и там найти корень этой точки. Когда эта точка называется «началом желания», а корень ее – это Творец, который создал и держит ее. Как это доставляет наслаждение? Поэтому через десятку, через центр десятки мы приходим к доставлению наслаждения Творцу. (01:18:09)

Вопрос: Несколько раз вы упомянули понятие «оправдывать». В нашей работе в десятке, что значит – оправдывать товарища?

М. Лайтман: Любить его, каков он есть.

Ученик: Как мне оправдывать, допустим, любое состояние?

М. Лайтман: Как ты оправдываешь своего ребенка? 

Ученик: Это будет ради общего исправления?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Скажем, болеет – тоже к исправлению?

М. Лайтман: Я не знаю, не могу рассказать об этом. Короче, как ты относишься к своему ребенку, относись к товарищу – это исправление.

Вопрос: В материальном мире есть много психологических методик таких, которые говорят – превратить лимон в лимонад, пользуйся трудностями…

М. Лайтман: Что значит, лимон в лимонад? Выжать его?

Ученик: Кислое состояние преврати сейчас во что-то приятное. Можете заострить различие между подходом науки каббала и психологическими такими подходами? Пользоваться тьмой, например. Когда я чувствую тьму, я пользуюсь ею.

М. Лайтман: Верно. Это тьма, а затем с помощью моей работы, учебы, группы, внутреннего усилия, это постепенно в течении времени, может быть лет, я начинаю чувствовать, что хорошо мне от того, что Творец существует. Да? Хорошо мне. Прежде всего, я пришел сюда раскрыть Творца, науку каббала, потом плохо мне от этого, потом я начинаю раскрывать, что хорошо мне от того, что я ищу Его, если я найду Его, мне будет хорошо.

То есть с помощью получающих келим я направлен на Творца. Затем я начинаю думать, хорошо мне от того, что он существует, даже без всякой связи в данный момент со мной, но то, что Он существует – это оправдание всего, что произошло в мире. Есть Правитель в мире, и что бы там ни было, слава Богу, это находится в таких руках, в таких, о которых мне нечего сказать.

Затем я прихожу к состоянию, когда я доволен тем, что есть у меня какая-то мысль о Нем, и все время я хочу быть связанным с Ним, как написано, что «Нет никого кроме Него». Вследствие этих усилий я прихожу к состоянию – если я связан и думаю о Нем, мне хорошо. Если я отключаюсь от того, что думаю о Нем, нет у меня ощущения, только мысль, тогда менее хорошо или плохо мне, или я не нахожу оправдания жизни, отношение к жизни становится тяжелым, как сказано: «Земля отдана в руки грешника». Что-то в этом роде.

Мое желание получать все время направляет меня точнее и точнее, затем, вследствие этого я прихожу к состоянию, когда думаю о Творце, когда стремлюсь думать о Нем, и от этого мне хорошо. Я ничего не боюсь в мире, потому что это оправдание всего, что будет, даже смерть, неважно. Я нахожусь в Его руках, под Его управлением, это уже перекрывает мне всё. Что может быть лучше этой уверенности? Верно?

Вследствие этого приходит к нам стремление к Творцу. Всё время чувствовать Его, удерживать Его в поле моего зрения, в моем ощущении. Пока мы еще находимся в «ради получения» всё еще, чтобы было хорошо нам, но это приближает меня к свойству отдачи, постепенно. Когда произойдет переход – я захочу вместе со своими товарищами всё время стремиться к Творцу, и молиться об этом, и с этим работать вместе.

Когда мы постараемся отменить наш эгоизм в объединении меж нами, это приведет нас к хасадим. Не то, что мы стремимся к Нему, но для того, чтобы стремиться к Нему вместе мы должны будем отменить эгоизм личный каждого. И тогда мы приходим к нашему общему эгоизму, как десятки, и захотим отдавать друг другу и Творцу и постепенно вследствие этого (это уже как подъем МАН, молитва) мы начинаем в этих пробуждениях получать свет, как исправление. Поэтому я сразу после конгресса сказал, что для нас сейчас главное – найти точку центра десятки. Это всё идет поэтапно. (01:24:55)

Вопрос: Когда ты делаешь из себя ноль и ставишь себя в центр десятки, ты чувствуешь, что ты получаешь как бы важность свойства отдачи и не можешь жить в этом состоянии, и у тебя пробуждается стыд к товарищам, к учителю, к Творцу. Ты чувствуешь, что ты обязан им. Как покрыть это ощущение, что ты как бы получаешь от них способность работать не с твоим эгоизмом? Как?

М. Лайтман: Я не забочусь об этом. Это моя природа, я не могу ее отменить. Если я отменю эгоизм – я отменю себя. Я не хочу об этом думать. Я хочу думать о величии группы, величии Творца и объединении. Об этом я думаю, а не о себе. Если это хасадим, как я могу вообще о себе думать? Я – это только точка, которая стремится к Нему. И хорошо мне, более этого я не хочу. Сейчас я только хочу поддержать это состояние, взять это больше в свои руки. Когда через центр группы вместе с товарищами мы все будем стремиться к Творцу, Он почувствует, что мы стремимся к Нему. То есть это будет уже действие, как от парцуфа. (01:26:42)

Ученик: РАБАШ пишет в конце восьмого письма, что он включается в товарищей, чувствует, что товарищи стоят в его сердце, и он стесняется своих низких дел – что-то такое. Есть состояния, когда из того, что ты уже не видишь «я», видишь «ты» – десятка действует в направлении отдачи, в направлении хасадим, пробуждается еще какой-то расчет… 

М. Лайтман: Стыд. 

Ученик: Стыд по отношению к высшему. 

М. Лайтман: Очень хорошо. Нет, по отношению к товарищу.

Ученик: Товарищ становится высшим. И высшего тоже чувствуешь, что получаешь что-то от них – то, что выше этого мира.

М. Лайтман: Это именно как и пишет РАБАШ.

Ученик: Как покрыть это, когда ты чувствуешь, что ты обязан?

М. Лайтман: Не надо покрывать. Наоборот. Почему ты не любишь этих страданий? Это подталкивает тебя внутрь, толкает. Ты краснеешь, ты стыдишься, ты сгораешь внутри. Но насколько ты хочешь покрыть это, но не покрываешь, – чтобы это не погасло. (01:27:54)

Ученик: Как раз это и равновесие... 

М. Лайтман: Это называется раскрытие в скрытии. И скрытие, для того, чтобы раскрыть. Если ты перечеркиваешь одно, ты перечеркиваешь и другое. Привыкни быть с авиютом, с сокращением, с экраном, с отраженным светом, в зивуге дэ-акаа (в ударном слиянии). Попытайся сделать слияние и удар вместе.

Ученик: Это как в простой практике, когда ты видишь товарищей больше тебя. Сначала ты говоришь: «Как прекрасно – товарищи больше тебя, товарищи большие». Потом ты говоришь, что товарищи маленькие. Когда товарищи очень-очень большие, ты чувствуешь, что не достоин быть их товарищем. Как удержать?

М. Лайтман: Это не важно, не важно. Главное – всё время быть маленьким по отношению к ним и не отменять состояния. Только не отменять состояния. Когда раби Йоси бен Кисма учился у своих учеников, он не чувствовал себя маленьким по отношению к ним? Еще как! Только по отношению к одному ты не можешь быть меньше него, по отношению к Творцу – Он меньше тебя. Ладно. Всё, вы довольны, уже успокоились кроме Рахамима. Нет-нет, дадим ему, милосердие (рахманут). 

Вопрос: Как сохранять отношения нижний-высший, высший над высшим – все дни нашей жизни?

М. Лайтман: Только стремиться включиться в центр группы. Там они встречаются: нижний, высший и высший высшего.

Ученик: Как мы учимся правильно использовать экран в разных смыслах? Я не знаю, я еще не учил это.

М. Лайтман: Я тоже, будем учить вместе. Не спрашивай о том, что мы еще не учили.

Ученик: Почему Бааль Сулам вкладывает усилия, учить нас, как учиться правильно?

М. Лайтман: Это главное, – знать, как учиться правильно.

Ученик: Почему Творец сотворил нас в противоположной Ему природе? И всё это как бы временно?

М. Лайтман: Нет. Мы всегда остаемся в природе, обратной Ему. Мы всегда находимся в получении, а Он – дающий, только исправление наше мы получаем при условии, если отдаем Ему. То есть мы должны связаться с Ним и установить такие отношения, что мы будем получать, для того чтобы наслаждать Его, согласно намерению. И в этом вся наука каббала, поэтому называется наука, а не просто каббала (получение). (01:31:23)

Вопрос: Сейчас у нас есть устремленность к Творцу, мы находимся в состоянии дня. А проблема, когда ты выходишь с урока – это может исчезнуть, и наступает просто ночь.

М. Лайтман: Может быть, может быть нет. Иногда вспоминаешь: да – нет, каждый должен ответить себе. Скажите мне: из хороших состояний или из плохих состояний – из чего вы больше вспоминаете о стремлении к Творцу? Из чего вы радуетесь? Когда вы радуетесь, что у вас есть стремление к Творцу?

Стараться так в каждом месте в жизни, чтобы не доставало покоя, как будто ты хочешь есть и у тебя есть острое ощущение пустоты. Чтобы у тебя была такая же пустота из того, что ты не стремишься к Творцу – это называется хисарон к хисарону. (01:32:47)

Ученик: Состояние самое худшее, – это полное отключение. Ты пробуждаешься через несколько часов и вспоминаешь, что вообще не думал о Творце.

М. Лайтман: А не важно, Творец дал тебе это, чтобы ты сожалел о том, почему Он тебя отключил, оторвал, как будто бы не хотел ощущать твоего стремления. Почему? Спроси Его: «Почему Ты не захотел почувствовать, что я стремлюсь к Тебе? Что случилось? Скажи, как правильно и красиво стремиться к Тебе, чтобы Ты захотел почувствовать мое стремление?». Что ты смотришь на меня?

Ученик: То есть так должно быть? То есть это всё?

М. Лайтман: Попробуй поговорить, как тот мальчик с девочкой.

Ученик: А если получится прийти к этому состоянию, которое называется «центр десятки», то устремленность будет постоянной? Всё время будет развиваться?

М. Лайтман: Да, потому в центре десятки находится Творец, и Он будет удерживать вас всех в свете хасадим и начнет заниматься с вами постоянно. И тогда вы почувствуете изменение состояний между вами. Не будет изменений, как отрыв, вот таким образом. Будут отрывы, но они будут другими.

Я рассказывал вам, и так же мы читали про Бааль Шем Това. Я видел РАБАША в состоянии «животное» – такой – ноль. Я прихожу, сажусь тихонечко в комнате, если он не делал какое-то движение и не показывал, чтобы я ушел, что это нормально. Я, даже не спрашивая – иду, ставлю перед ним стакан кофе, стакан холодной воды (так арабы пьют – кофе с водой). И так вот потихоньку, потихоньку он начинает какие-то как будто бы движения, мог несколько слов произнести о чем-то, что совершенно не связано с его духовным. Разумеется, как я могу быть связан? И так потихоньку, потихоньку, как с Бааль Шем Товом. Что ученик читал ему? – читал ему азбуку (алеф, бэт, гимэль), не читал ему какие-то премудрости, – нет. Так же и я. Я говорю ему: может, будут волны на море (если это лето), может будет дождь. Знаешь, погода, это ни к чему не относится. И так потихонечку. И вы должны также видеть товарищей; еще придут такие времена. (01:36:35)

Ученик: А чего не хватает? Что это за барьер между мной и центром десятки?

М. Лайтман: Это в точке в сердце. Это в точке в сердце! Соединиться в центре десятки с товарищами – это называется, что ты пришел, достиг своего места в Адаме Ришон, всё! Это уже основа всех исправлений. Это точка связи с Творцом.

Ученик: Это прорыв, это как…

М. Лайтман: Это как ты раскроешь – об этом я не говорю. Но это точка, которую мы должны раскрыть, и ты раскроешь, что все товарищи стоят там. А не то, что я пришел, а они еще нет: «Где Нив, где Дуди, где Акока? Это что? Что вы разбежались?». Ты должен раскрыть, что они все находятся там, и всё зависит только от тебя. Насколько ты работаешь над ними, согласно этому они находятся там. Янив, ты должен нам дать материал о центре десятки. Ладно. Хорошо. Закончили? Да, Дуди! (01:38:13)

Вопрос: А какая связь между центром десятки личной и мировой?

М. Лайтман: Вы почувствовали, насколько в вас произошло изменение от конгресса?

Ученик: Очень!

М. Лайтман: Объясни мне!

Ученик: Я не могу пока объяснить.

М. Лайтман: Кто-то может дать ответ? Кто-нибудь может дать ответ, откуда это исходит? Мы говорили: расширение, сжатие – это так, слова. Это называется, что мы соединяемся, присоединяемся к кли вместе, к большему кли, и когда мы возвращаемся к состоянию как бы прежнему, ты чувствуешь, что ты свое состояние во много раз более четко видишь, чувствуешь, есть больше оттенков, нюансов, что-то внутри расширилось; мы всего лишь существа чувствующие. Поэтому, когда сейчас мы хотим собраться в центре десятки, – это необходимо прежде, чем мы начнем расширяться в направлении конгресса в феврале. Вначале будет в пустыне конгресс, так перед конгрессом в пустыне. Я очень надеюсь, что он будет очень мощным, и мы там сможем объединиться по-настоящему в центре нашем общем, и затем с женской частью, с внешней частью – короче говоря, чтобы все прибыли. (01:40:34)

Ученик: В преддверии конгресса в Европе мы развили такую заботу о товарищах, приехали туда, соединились с ними.

М. Лайтман: У нас было большое беспокойство о том, как мы сможем с ними объединиться, как мы сможем быть вместе. Что мы заботимся как бы об объединении, больше, чем они, я бы сказал – намного больше. И заботились об этом из сердца, не чтобы там прийти что-то организовать, властвовать, а у нас была такая тревога, такое беспокойство о том; как скажем, когда родители усыновляют ребенка: «Примет он нас или нет?» Подумай об этом примере. Было у нас такое чувство: примут нас или нет? Как мы свяжемся с этим ребенком? Захочет он быть с нами или нет? У нас было такое очень смешанное чувство, и поэтому это преуспело.

Ученик: То есть приняли ребенка в семью!

М. Лайтман: Мы должны принять его. Хотя конечно же будут вопросы коммутации, связи, соединения, понимания, и так далее и так далее, пока не проверят друг друга, пока не смогут быть уверены друг в друге так, чтобы каждый включался в другого. Взаимное включение, – это вещь постепенная, в ней есть четыре этапа, – как всегда. Над этим мы должны работать, я надеюсь, что вы работаете над этим. (01:42:41)

Ученик: Вот-вот, этого я не знаю, что значит работать над этим. 

М. Лайтман: Не ждите никакой группы в мире, – вы обязаны! Вы обязаны заботиться о том, чтобы вся Европа почувствовала, вся Европа, что мы всё время свободны для них, обращены к ним, и всё время хотим давать, наполнять, помогать, поддерживать во всем, они должны так ощущать. Отдача, чистая отдача, этим мы отменяем себя. Как РАБАШ пишет: как человек перед своей десяткой. И должны производить все действия, как пишет РАБАШ, чтобы соединиться с ними в одну десятку. (01:43:39)

Ученик: Конгресс был такой точкой объединения, там мы заложили платформу.

М. Лайтман: Ну, это точка эмоциональная, мимолетная, непостоянная, мы должны работать над этим и установить. Не думай, что это существует. Ты должен буквально создать эту точку, дать ей объем.

Ученик: Чем больше мы возвращаемся, собираемся в нашей десятке, то эта забота о Мировом кли и Европе всё время уменьшается.

М. Лайтман: Не должно так быть, – нет!

Ученик: Как сохранить это расширение и сжатие?

М. Лайтман: Это потому, что из твоего сжатия в центре твоей десятки, из этого ты должен заботиться о Европе. А иначе ты делаешь это от себя, так волюнтаристски. Но если ты войдешь внутрь десятки, то твое действие относительно них будет направленным и будет ощущаться, и наверняка будет результат, и это произойдет. Поэтому прежде, чем ты производишь это действие, ты должен быть сосредоточен на десятке.

Ученик: А фокус должен быть по отношению к моей десятке, личной?

М. Лайтман: Прежде всего! Да, а потом – к ним. Я надеюсь, что заработаем более-менее, мы ее реализуем, акцентируя на нас, в каждой точке на центр десятки, в каждой десятке на центре и с этим мы подойдем к конгрессу в пустыне. (01:45:51) Хорватия!

Вопрос: Я бы хотел продолжить, и мой вопрос такой: «Как нам продолжать эту связь с Петах-Тиквой, для того, чтобы стать одной десяткой – Европа-Петах-Тиква? То есть продолжать это на уровне десяток? И тогда в чём роль Европы во всём этом? Как нам добавить в эту связь? Что нам делать?

М. Лайтман: Я скажу вам всем (европейцам): «Вы должны быть связаны с нами и не только на уроках, а соединяя группы, как одну, как можно больше. Мы должны научиться (у нас нет таких примеров в истории), мы – последнее поколение, должны учиться этому, и научимся. Мы видим, что это раскрывается: не хотели делать настолько европейский конгресс, и вдруг начались вопросы (что? чего? почему?), и мы его сделали. Смотри, мы были там, в Германии, Чехии, в разных местах, в Италии и как-то это конгресс сформировался. Но если вы не соединитесь с Бней Барух Петах- Тиква – вы не будете группой, которая буквально продвигается к Исправлению. Вы должны понять, что есть все-таки здесь группа, которая день ото дня делает шаги вперед. И вы не то, что маленькие, или начинающие, но если присоединяетесь – то продвигаетесь, ничего не поделаешь, так это устроено. И поэтому, нет выбора.

Мы должны очень заботиться, и Европа должна быть озабочена этим больше нас. Мы озабочены тем, что нужно исправление, но Европа должна видеть это буквально, как необходимое. Буквально, от этого зависит их духовная жизнь. Это взаимным образом так. Поэтому, пожалуйста, нужно донести это до всех товарищей в Европе, я надеюсь, что они поймут и начнут действовать так. Без связи с ББ Петах-Тиква вы не продвинетесь. Поэтому давайте мы эту связь сделаем постоянной и существующей, и развивающейся. Вы должны пробуждаться к этому всё больше и больше. (01:44:04)

Вопрос: Два вопроса. Один: наши товарищи в Европе должны доработать связи между группами или только по отношению к Петах-Тикве?

М. Лайтман: Это вопрос. Как я сказал, мы еще не понимаем, как это будет работать в мире, – я не могу сказать. Я не могу сказать – это вопрос, который действительно меня заботит уже давно в отношении связи с Европой. Легче связаться с каждой группой в отдельности, с каждой страной, или с каждым языком по отдельности отсюда к ним. Есть в этом много поддержки, и так мы учились, так делали, и каждый день так мы связываемся на уроке – с одной стороны. С другой стороны, они все-таки должны быть объединены между собой. Насколько быть объединенными: сначала с ними, потом с нами, или с нами вместе, и тогда мы строим здесь какую-то систему, такую сложную? Я не знаю. На самом деле не знаю, это вещи, которые я не проходил и не чувствую пока. Ещё во мне не сформировалась эта модель. Это должна быть какая-то внутренняя модель, из которой ты чувствуешь, что нужно делать так или иначе. И я тут нахожусь в смущении. Я не знаю, но это хорошо, это всегда так, прежде чем приходят выяснения. Поэтому придет анализ, синтез, так по частям, пока это не сформируется. Это, как всегда, по пути.

Ученик: Ещё вопрос, который касается остального мирового кли. Вот эта связь с Израилем тоже должна быть в такой же степени, как у Европы, чтобы у всех десяток в мире была бы связь с Израилем?

М. Лайтман: Это наверняка, в этом нет никаких сомнений, и географически, физически, духовно, идеологически, неважно как. Как бы ты не сказал, центр – он здесь.

Ученик: Как вы видите, что это происходит? Мы скажем как десятка в контакте с Берлином и таким образом у нас есть связь, какой-то распорядок встреч. Как вы видите это, если у каждой десятки будет отсюда ещё десять десяток по всему миру? Как создать такую связь?

М. Лайтман: Ты продолжаешь твой вопрос, на который я не знаю точного ответа. Я думаю, что вы должны прежде всего усилить между нами такую связь, что все наши товарищи в Европе (и те, что были на конгрессе, и те, кто ещё не был на конгрессе) они вместе с нами войдут в систему уроков. Наши уроки, это ежедневная инструкция для объединения. Поэтому они должны проходить вместе с нами вот эту ежедневную инструкцию, и так мы будем продвигаться, пока не подойдем к следующему конгрессу. И конгресс, это точка, нам легче направить себя на неё. Вы должны позаботиться, чтобы они были ежедневно с нами на связи, получали все эти инструкции и как можно скорее заскочили на эту телегу и начали продвигаться. Вы должны об этом заботиться. Теперь, каким образом? Сначала заботиться об объединении между ними, а потом с нами. Я не думаю, не знаю. Не думаю, я думаю, что главное для нас, это забота о продвижении, скажем, учебном. Учеба, это так же и реализация наша. (01:53:34)

Ученик: А остальные группы в мире, как связь?

М. Лайтман: Тоже самое – обязаны собраться вместе с нами в этом действии и видеть ежедневное продвижение. Они должны ощущать, что день ото дня мы продвигаемся. Хавьер! Чили!

Вопрос: У нас два вопроса. Первый из Сантьяго и ещё один от всего латинского кли. Первый вопрос: мы говорим, что один человек не может выйти из замкнутого своего круга, вытащить себя оттуда, что величие группы не может быть меньше, чем величие Творца. Так центр десятки и Творец на том же уровне, как группа? Или Творец выше, чем центр десятки? (01:55:18)

М. Лайтман: Если это настоящее правильное кли, то это один уровень. Это, как мы учим в науке каббала, что Творец – это то, что раскрывается в кли. Без кли ты не можешь раскрыть. Поэтому отношение к кли и отношение к Творцу – в сущности это одно и тоже. А если нет, то это признак того, что работа Творца не сбалансирована, не уравновешена. Это понятно?

Вопрос: Второй вопрос из Коста Рика: латинское кли по отношению ко всему мировому кли выглядит пассивным. Это нормально? Или мы должны постараться больше пробудить наше участие? Или это просто его личный взгляд такой?

М. Лайтман: Я не знаю – это пассивно или не пассивно. Это вопрос природы материальной и поэтому невозможно сказать. Ты видишь, как русские выскакивают, атакуют. Европейцы – иначе, из Азии или из Африки – иным образом. Каждый согласно своему характеру, и это ни о чём не говорит в духовном продвижении. Поэтому вы идите так, как вы идете. Главное, чтобы вы всем сердцем и душой вошли бы в нашу ежедневную учебу, ежедневную. Если вам недостает того, что было вчера, вы не сможете совсем понять то, что есть сегодня. Вы должны каждый раз получать вот эту ежедневную порцию. (01:57:27) Нью-Йорк!

Вопрос: Ранее вы сказали, что страдания и тьма должны быть целенаправленными, но целенаправленность зависит от нас. То есть если это мы говорим себе, что это приносит объединение, спасение, раскрывает Творца в нас – эти страдания целенаправленны?

М. Лайтман: Главное – не находиться в страданиях, не находиться. Целенаправленные страдания – когда я радуюсь тому, что у меня есть страдания, потому что мне не хватает отдавать Творцу, направить себя на Него, сделать то, что Ему нравится. Это страдания – правильные. (01:58:41) Минск!

Вопрос: По поводу отмены. Это перенос своего «я» в товарищей, по сути, ведь мы всю духовную работу проводим по отношению к своему «я». Это правильно? Это и есть расширение и сжатие?

М. Лайтман: Ну, как вы это примите. Ответ я не даю. Не даю ответа. Мехико!

Вопрос: Как мы помогаем друг другу, чтобы понять состояние ночи через десятку?

М. Лайтман: Ну, поговорите об этом. Можно поговорить. Поговорите, насколько вы радуетесь тому, что у вас есть устремление к Творцу, и тогда это состояние называется «ночь». Ночь – это не просто так темно. Ночь – это свет, который светит во тьме. Этот свет – свет радости, свет связи, свет желания отдачи Творцу. Москва!

Вопрос: Еще пару вопросов. Первый из них: вы сказали, что у других групп мирового кли тоже должна быть связь с Петах Тиквой, похожая на связь Петах Тиквы с Европой. Нам нужно подождать, пока товарищи из Петах Тиквы организуют для нас место для этой связи или же каким-то другим образом мотивировать их к этой связи?

М. Лайтман: Лучше всего, если вы больше свяжетесь с группой ББ Петах Тиква. И дайте группе Европы тоже связаться с Петах Тиквой. Пока что вот так. Потом мы поработаем над связями иного типа – между десятками. (02:01:59)

Чтец: 39-ый отрывок, «Шамати» Бааль Сулам, восьмая статья «Разница между святой тенью и тенью клипот».

Тени Его жаждал я и в ней сидел, и плод Его был мне сладок». То есть все скрытия и страдания приходят к человеку по желанию Творца, для того, чтобы вышел из них верой выше знания. И если есть у него сила сказать, что всё это Творец подстраивает ему для его же пользы, ведь только так он сможет начать работать ради отдачи, а не ради себя, – тогда приходит к человеку понимание, и он верит, что Творец наслаждается именно от такой работы, полностью построенной на вере выше знания. И уже больше не просит человек Творца, чтобы ушли тени из этого мира, а говорит: «Вижу я, что Творец желает, чтобы я работал для Него именно так – верой выше знания». И тогда, что бы он ни делал, скажет: «Конечно же Творец наслаждается от такой работы! И значит не важно мне, что я работаю в скрытии Творца».

Ведь желает он работать ради отдачи, то есть чтобы Творец наслаждался. А потому не ощущает никакой ущербности в этой работе, когда бы чувствовал, что Творец скрывается от него и не получает наслаждения от его работы. Напротив, человек согласен с управлением Творца – то есть согласен всем сердцем и душой с тем ощущением реальности Творца, которое хотел Творец дать ему во время этой работы. Ведь не смотрит на то, чем сам мог бы насладиться – а ищет, чем может насладить Творца. И получается, что такая тень приносит ему жизнь. И об этом сказано: «Тени Его жаждал я». То есть желает человек достичь такого состояния, когда способен на какое-то преодоление верой выше знания. [Бааль Сулам, «Шамати», статья 8 «Разница между святой тенью и тенью клипот»] (02:04:49)

М. Лайтман: А затем – наоборот, когда он наслаждается тем, что находится в тени и что у него нет света и за счёт этого он может показать Творцу, насколько он наслаждается таким отношением и оправдывает Его, и не нуждается больше ни в чём. А потом, когда проходит эти этапы, Творец начинает светить ему (и здесь уже проблема), светить ему, нести ему наслаждение, нести ему свет хохма. И это проблема. Как ты можешь поверх этого большого света, когда всё понятно, всё ощущается, ты видишь весь мир «от края до края», как при этом он показывает себя, что полностью предан Творцу и нет у него ничего, потому что есть у него всё. Что значит быть преданным? Потом уже появляется эта проблема. Но пока что, давайте придем вот к этому этапу, о котором он пишет здесь. Хорошо?

А что ты на меня смотришь? То есть, «В тени Его я сидел и желал этого, и плод Его сладок мне». В тени, наслаждался тенью – что нет ничего, но я наслаждаюсь, потому что я связан с кем-то, кто светит мне этой тенью. То есть я чувствую в этой тени прекрасное, доброе отношение и это меня оберегает, чтобы я относился к Нему правильно. Даёт мне возможность правильно выразить себя в чистом виде, относясь к Нему. При этом, если начинает светить свет хохма – ой-ой-ой, там… (02:07:00)

Вопрос: А существует возможность, что есть сопротивление к получению света хохма?

М. Лайтман: Конечно!

Ученик: Но ведь это Цель творения – наслаждаться.

М. Лайтман: Именно потому, что это Цель творения, именно потому что Творец хочет, я насилую себя и иду на то, чтобы получать это.

Ученик: Мне трудно это уловить. Вы ведь знаете, что свет хохма – это Цель творения, самое большое наслаждение. Так почему здесь есть сопротивление, в чем причина? Ты боишься оступиться?

М. Лайтман: Ты возбуждаешь стыд. Ты возбуждаешь такие начала, что ты просто не сможешь справиться со светом хохма, или наоборот.

Ученик: А что в итоге тебя приводит к тому, чтобы противостоять и войти в это?

М. Лайтман: Этим ты доставляешь Ему наслаждение. Выше всех экранов, выше всего твоего сопротивления. С твоей стороны есть полное сопротивление. Ты ненавидишь свет хохма. Это несёт тебе удовлетворение во всех получающих келим.

Ученик: Это исходит из трепета, из страха, что я не смогу доставить Ему наслаждение?

М. Лайтман: Да-да-да. Страх от недостатка слияния. Это придёт. Но мы уже можем говорить обо всех этих состояниях более конкретно. Замечательно. (02:09:29)

Вопрос: По поводу связи между Петах-Тиквой и европейскими группами. Я хотел бы лично сказать, что мы связаны с Петах-Тиквой практически ежедневно, как десятка, в зуме. Это нам очень помогает. Это даёт сильный попутный ветер нашей группе. И вопрос: связь с Петах-Тиквой, это только на духовном уровне всякие собрания, товарищи, семинары и прочее. Об этом говорить? Либо также мы можем говорить с ними о том, как работают в Петах-Тикве, как распространяют в Петах-Тикве, и получать воодушевление, вдохновение от того, что делают в Петах-Тикве? (02:10:21)

М. Лайтман: Да, может быть вы можете включиться в нас через какое-то действие: интернет, книги, тексты, в разных вещах. Может быть, занимаясь вместе с нами более широким кли – мировым, пожалуйста. Это хорошо, хорошо, если люди будут работать как можно больше вместе в разных системах. Но в первую очередь, – утренний урок и повторение урока. Это главное. Если, кроме этого, есть у вас ещё какие-то возможности, пожалуйста. Но, в первую очередь – утренний урок. Ну, хорошо. Нет вопросов, читай тогда. (02:11:13)

40. Когда человек работает в свойстве отдачи, тогда он может сказать: «Не важно мне, что я ощущаю во время работы, потому что главное для меня, что я хочу отдавать Творцу, и если Творец понимает, что получит большее наслаждение, если я буду работать в свойстве ахораим (обратной стороны), то я согласен». Но если ещё остались в человеке искры эгоистического желания – возникают в нём сомнения и трудно ему верить в то, что Творец управляет миром только добром и к доброй цели – о чём и говорит буква «йуд» имени АВАЯ, называемая «черная точка, в которой нет ничего белого». То есть в ней заключена полная тьма и скрытие лика Творца.

Когда человек приходит к тому, что теряет всякую опору, он входит в состояние черной тьмы, в самое низшее из состояний в Высшем мире. И из этого образуется кетэр более низшего, то есть кли отдачи. Поскольку самая нижняя часть высшего – это малхут, которая сама ничего не имеет и именно поэтому называется малхут (царство). Ведь если принимает на себя власть (царствование) Творца, ничего за это не получая, и оставаясь в радости, то становится впоследствии кетэр – желанием отдавать, самым светлым кли. Именно благодаря тому, что принимает на себя в полной тьме состояние малхут, – из малхут образуется кетэр, то есть кли отдачи. [Бааль Сулам. Шамати. 42. «ЭЛУЛЬ (Я – Любимому, а Любимый – мне)»]) (02:13:24)

М. Лайтман: Вопросы об этом? Отрывок 41.

41. «Я пробуждаю рассвет». Это будет означать «Я, когда я желаю – я пробуждаю рассвет». Другими словами, я сам пробуждаю тьму и черноту, которая есть во мне. Я всё еще погружен в собственный эгоизм, и у меня нет еще любви к Творцу, и мне всё еще не хватает почитания Торы, нет у меня еще важности Торы, чтобы я знал, что стоит сделать всё, чтобы удостоиться света Торы, и как оценить важность выполнения заповедей, которые Творец предписал нам. А когда мне нужно выполнить какую-нибудь заповедь с намерением ради отдачи, в теле сразу же со всей силой пробуждается сопротивление. И в нем ведётся огромная борьба против какого-либо действия. И человек видит каждый раз подъемы и падения. Тогда у него возникает место для молитвы. И это потому, что человек сам пробуждает (рассвет) в нужное время.

Иными словами, когда он чувствует, что способен тотчас же воздать молитву, а не то, что тьма приводит его к печали и депрессии от того, что он не мог молиться в период тьмы, и человек сам может увидеть, исходит ли это от клипы, или нет. И признаком того, что это исходит со стороны святости, всегда является то, что «возвышают в святости, а не опускают». То есть всегда просят Творца возвысить на более высокую ступень, чем та, на которой он находится. Однако, когда чернота исходит из клипы, человек не способен просить Творца поднять его выше состояния, в котором он сейчас пребывает. «А опускают» означает, что он опускается до низменных вопросов, когда у него пропадает доля веры, которая хоть немного у него была. И остаётся он подобно мертвому, без признаков жизни». [РАБАШ. Статья 16 (1988) «На каком фундаменте строится святость»] (02:16:15)

М. Лайтман: Дальше.

42. Когда человек хочет приблизиться к Творцу, что означает использование отдающих келим, то он не может, потому что тело не согласно на это, ведь его тело исходит из получающего кли. Тогда человек чувствует, что «мир померк для него», потому что он понимает, что если не в его силах обрести отдающие келим, то он никогда не удостоится Высшего света, который является светом «наслаждения творений». Получается, что благодаря этой тьме, которую он ощущает от того, что не может обрести отдающие келим своими силами, он получает потребность в том, чтобы кто-то помог ему обрести эти келим. А согласно правилу «нет света без кли, и нет наполнения без потребности», получается, что сейчас он обрел потребность в свете веры, как сказали мудрецы: «Я создал злое начало, Я создал Тору – как приправу». И получается, что Тора дана именно тому, у кого есть недостаток. И этот недостаток называется «тьма». И об этом написано «Тора дана из тьмы». Иными словами, тот, кто ощущает тьму в своей жизни от того, что у него нет отдающих келим, тот готов для получения Торы, чтобы с помощью Торы «Её свет вернул его к Источнику». Тогда он обретет отдающие келим, и благодаря им будет готов получить благо и наслаждение. [РАБАШ. Статья 21 (1988) «Что означает, что Тора была дана из тьмы, в духовной работе»] (02:18:17)

М. Лайтман: Есть вопросы?

Вопрос: Мы читали два отрывка. В одном написано, что любовь к себе – это тьма, а во втором отрывке написано, что хисарон к свойству отдаче, – это тьма.

М. Лайтман: Ну, есть разные виды тьмы, – зависит от того, как человек это расшифровывает, что он принимает на себя, как тьму, как он определяет тьму. Снова Москва?

Вопрос: В отрывке написано про «отдающие келим». И сейчас видится такая картина, что у группы Петах Тиквы есть возможность отмениться, начать заботиться об Европейском кли, обрести эти отдающие келим. А вот русскоязычному кли, где нам отмениться, о ком нам заботиться, чтобы не остаться за бортом? Ну, просто сейчас весь Израиль…

М. Лайтман: Вы очень быстро пожалеете, что вы вне кадра, и будете плакать, и будете проклинать Лайтмана и при этом придет к вам полнота постижения и полное избавление. Именно в силу того, что вы будете жалеть. А почему бы и нет?

Ученик: Три месяца осталось до израильского конгресса и сейчас получается, что группа Петах-Тиквы на Араве 20 февраля пройдет махсом. А русскоязычное кли? Нам в кого вкладываться, чтобы получить свет?

М. Лайтман: Ты будешь очень доволен, ты будешь больше всех доволен, вообще во всем мире, во всех мирах, ты будешь петь песни Творцу за то, что группа Петах-Тиквы прошла махсом. И ты будешь радоваться этому, как самому большому своему подарку. Ты плачешь?

Ученик: Конечно, я плачу. У меня это болит просто. Я не хочу это в юмор переводить, но я смотрю на русскоязычное кли, и это как спартанцы, которые сидят…

М. Лайтман: Я смотрю только на одно – что у тебя нет веры в Учителя, поэтому не стоит тебе оставаться моим учеником. Если ты хочешь услышать от меня что-то правильное и настоящее, это то, что я тебе говорю. Оставь московскую группу, если она вообще как-то со мной связана, но тебе вообще не положено быть в группе, которая связана со мной, если ты так говоришь. Ты должен идти с закрытыми глазами за Учителем, и верить, что то, что он делает – делает хорошо и правильно для всех!

Ученик: Внутри десятки, как сегодня на уроке было сказано – только в молитве и в отмене перед десяткой?

М. Лайтман: Да. Я понимаю, что имеет место пока еще недостаток веры в Творца, но настолько, как в московской группе, что они действительно там бунт устроили, революцию против меня... Ну, пожалуйста, делайте. Я не против. Я также не против того, чтобы вы оставили и вообще делали что-то другое для себя, может быть вообще установили какого-то другого учителя, пожалуйста. Я вам желаю только всего хорошего, но если вы хотите учиться у кого-то, вы должны будете пойти за ним с закрытыми глазами. Невозможно по-другому, невозможно. Насколько вы не верите в Учителя, этим вы себя тормозите. Так вы не идете действительно за ним, а как-то там, на каком-то расстоянии от него, то есть вы не рядом с ним, и это вас тормозит. Я очень сожалею, но я не вижу в группе Москвы в последнее время вообще правильного поведения.

Я не вижу в том, что вы сейчас делаете, что вы делаете вообще правильно что-то. Что вы выдумываете из себя больших знатоков, начальников, умельцев? Кто вы такие? Вы что не понимаете, что вы ничего не знаете, и ничего не понимаете, и ничего не ощущаете, кроме своей гордости. И с этим вы хотите влезть в Европу или вообще к кому-то? В вас в самих сколько надо еще исправлять. Как же может быть такое в конце концов? Отдайте себе отчет. Вы постоянно раз за разом, раз за разом: «Мы хотим, мы хотим», - как маленькие дети.  Если бы находились полностью вместе со мной, под моим руководством, четко, чтоб мы могли вместе работать, тогда другое дело. А вы сами полезли в Европу, вы показываете, что вы сами понимаете. Если так, то вообще оставьте меня и делайте, что хотите. Я вас не держу. Я люблю и ценю каждого из вас, но в том случае, если он идет за мной. А если нет, то пожалуйста, я не держу никого. Это вы знаете. Так что решайте, что вы будете делать.

Я чувствую в последнее время, у вас просто откровенная отключка от меня, от Бней Баруха. Я не знаю, так я чувствую. Я чувствую, что вы противопоставляете себя мне. Вы не согласны со мной. Так, что сделать? Я не знаю. Вам решать. Я своего пути не могу менять. Если вы знаете, что у вас другой путь – пожалуйста. (02:25:46)

44. Сказано мудрецами: «О каждом гордеце говорит Творец: «Не можем Я и он пребывать в одном и том же месте». Ведь гордец считает, что существует две власти. А если бы отменил себя перед Творцом в стремлении отдавать Ему, подобно желанию корня, была бы тогда лишь одна власть Творца. И всё, что получает человек в мире - только для того, чтобы отдавать Творцу. И поэтому сказано: «Весь мир создан только для меня, а я создан, чтобы отдавать Творцу». И поэтому обязан я пройти все духовные ступени, чтобы суметь всё отдать Творцу и служить Создателю. [Бааль Сулам, Шамати-17 «Почему Ситра ахра называется «Царство без короны»»] (02:27:00)

М. Лайтман: Еще раз. (02:28:14)

М. Лайтман: Только через отмену мы можем прийти к отдаче, правильному соединению между всеми, только через отмену. И поэтому снова я говорю: в первую очередь – центр десятки, там каждый отменяет себя. И в той мере, насколько мы приходим к центру десятки, у нас получится правильная связь со всеми остальными десятками. И таким образом мы сможем выйти в общее объединение. Поэтому сразу же после конгресса я сказал, что мы должны позаботиться о центре личной десятки, каждой десятки. Потому что именно в этом вы приобретете меру отмены, отменяя в каждом себя. И тогда, через общую отмену во всей десятке, мы можем связаться между нашими десятками и десятками Европы, России, Африки, неважно где. Но только через то, что будет у нас точка нашего соединения, точка нашей отмены. Только в этой точке мы можем подсоединиться. (02:30:02)

Вопрос: Я хотел бы только спросить, как можно помочь каждому товарищу идти с «закрытыми глазами»?

М. Лайтман: Пример! Ничего, кроме этого. Пример: я прихожу на урок, я делаю все вещи, стараюсь быть верен товарищам, предан пути. Это вещи практические, вот так делать. Нет у тебя ничего, кроме этого! Если ты это делаешь от всего сердца или даже без сердца, а вот написано, и я так делаю, как солдат. Ты получаешь в результате этого поддержку от всех, и через поддержку всех, через поручительство ты получаешь высший свет. Законы очень простые, просто они не эгоистические, не индивидуалистические, а это законы круга. 

Ученик: Просто невозможно было игнорировать то, что сейчас здесь было. Мы видим вас, чувствуем вас, нам легче перед вами отменить себя, пригнуть голову, идти за вами. Как мы можем помочь в рамках связи Петах Тиквы с Европой и вообще с каждой группой? Как мы можем почувствовать вас…

М. Лайтман: Я понимаю, что у них нет такой же меры связи, потому что мы еще не пришли к такой связи, которая не через вот эти провода, проходит через интернет. Но что я могу сделать? Поэтому я говорю, что отношусь в первую очередь к тому, кто находится здесь передо мной – я этого не скрываю. Потому что здесь все-таки есть передо мной 400 человек, и я отношусь к ним, я их вижу и чувствую, и они со мной вместе. И физический контакт никто пока не отменил. Это невозможно отменить. И поэтому я, как обычно, ну вот, как на войну или в какое-то действие, я в первую очередь посылаю эту группу, а не ту группу, которая не находится у меня, и уж тем более делает против того, делает то, что решает сама, не спросив. Что же я могу делать? Поэтому мне не остается ничего другого, как сказать им это в лицо, что так не делается. Ну, хотя бы спросили меня. Нет, они сами решают. (02:33:12)

Ученик: Вопрос: что мы можем сделать, где наша ответственность?

М. Лайтман: Быть соединенными со всеми этими группами, в активности, через десятки, через строительство всех этих вещей, тесное такое действие. Вы знаете все возможности: вся Тора, надо только реализовать ее, поэтому нам надо пройти определенные этапы. Сейчас вообще время – это сосредоточиться в центре десятки, но в этом надо помочь и другим, поэтому должна быть связь. Я хочу помочь всем группам, неважно: Европа, Россия, Северная, Южная Америка, знать, как сосредоточиться внутри десятки, внутри центра десятки, то, о чем пишет РАБАШ. (02:34:10)

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/nI7LxDQI?language=ru