Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок №1, 14 января 2020 года.

Бааль Сулам. Газета «Ума» (Народ).

Чтец: Мы читаем книгу «Труды Бааль Сулама» 487-я страница, статья «Народ».

М. Лайтман: Мы закончили читать книгу «Еврейский выбор», и я получаю реакции (немного, но получаю), и я рад, что реакции правильные, хорошие. Я рад тому, что люди понимают, что говорится не о нации, не обо всём, что происходит в этом мире, а говорится о вещах более высоких: об исправлении общей души, и что та самая группа, которая выделилась в Вавилоне, вплоть до сегодняшнего дня должна вести исправления. И сейчас мы приходим к этапу, когда она должна потянуть за собой всё остальное кли, все остальные народы мира к Конечному Исправлению тем, что поднимает себя. И поэтому мы должны так смотреть на действительность: тут нет, как пишет Бааль Сулам, никакого национализма или какой-то особой государственности – всё должно быть понято как духовные исправления. Постараемся видеть состояния в таком свете, и тогда мы не ошибемся в правильном их толковании. И как продолжение того, что мы читали в книге, давайте сейчас прочитаем то, что написано в газете. Пожалуйста! (02:46)

Чтец: Труды Бааль Сулама 487-я страница, статья из газеты «Народ».

М. Лайтман: В процессе чтения можно задавать вопросы о том, что мы читаем, даже посередине читаемого отрывка: поднимайте руки, и мы постараемся углубиться в соответствии с вопросами.

Чтец: Наши задачи.

Газета «Народ» – это новое слово на еврейской улице: она выходит в межпартийном формате. Что такое «межпартийная» газета? – спросите вы. Как может газета служить одновременно всем партиям, несмотря на существующие меж ними противоречия и разногласия? Действительно, это своего рода творение, родившееся при стесненных обстоятельствах в тяжких и жутких родовых схватках. Оно стало следствием яда ненависти, поразившего народы мира стремлением стереть нас с лица земли, что привело к ужасной гибели миллионов наших собратьев. И ненависть народов еще не улеглась – их садистский инстинкт никак не насытится. К тому же трагедия эта удваивается, поскольку мы не можем обманываться тем, что речь идет лишь о временном и мимолетном явлении. Из своего исторического опыта мы знаем, что если какой-либо народ ополчался на нас, мы находили ему замену. (04:29)

М. Лайтман: То есть ненависть между нами (и мы видим то же сейчас в том, что происходит в Израиле с правительством, с выборами), всё, что мы проходим – это всё проецируется, излучается на мир. Мир тоже находится в таких состояниях (государства, различные движения), и источник этого – это то, что происходит в народе Израиля. Мы, собственно, источник всей изоляции, разобщения, всех этих войн между различными движениями, течениями внутри страны, между странами. Всё определяется только тем, что происходит с той самой маленькой группой, которая должна прежде всего прийти к объединению, к исправлению, то есть к объединению (Яшар Эль). А если нет, то весь мир, в соответствии с этим, также вслед за ней входит в противоположное направление.

Вопрос: По какому закону работает, что люди, которые не находятся на духовном пути, даже если не объединены, влияют на весь мир, приводят к тому, что происходит?

М. Лайтман: Единая система: есть всего-навсего одна душа, которая называется Адам Ришон. И в соответствии с тем, насколько ее часть, которая должна пройти исправления (часть, где есть самые тонкие решимот, поэтому сейчас они приходят к исправлению), насколько этим решимот удается прийти к объединению между собой (ведь исправление состоит в объединении над эго, которое властвует там), в соответствии с этим они определяют то, что произойдет со всем человечеством, со всеми остальными частями. Потому что все остальные части, в конечном счете должны быть, как тело по отношению к той первой части, которая называется «рош». Поэтому Исраэль называется «ли-рош» (мне голова), и неудивительно, что от поведения Израиля возникают проблемы (или наоборот) во всех народах мира. Поэтому эта часть, которая называется Исраэль, отвечает за всё состояние в мире и действительно ощущается в человечестве, что Израиль вызывает зло всем. И это правда.

Ученик: Мы, как группа, которая изучает науку каббала, можем сделать что-то с этими решимот, чтобы исправить это?

М. Лайтман: Разумеется, да. Во всём Израиле мы большая и единственная группа, которая стремится прийти к этому. Насколько в состоянии, верно-неверно, но направляем себя на это, насколько это возможно. Ты видишь еще такие группы? Я буду рад познакомиться и, может быть, объединиться – у меня нет с этим никакой проблемы, пожалуйста. Если есть еще группы, которые стремятся практически находиться в исправлении, которое вызывает время, я был бы рад. Вперед. (09:01)

Чтец: Однако теперь ситуация совершенно иная. Мало того, что нас обступили одновременно по всему миру – к тому же самые передовые народы преспокойно заперли перед нами двери, не испытывая ни малейшего сочувствия и жалости. Они поступили столь жестоким образом, что этому нет прецедента во всей человеческой истории, включая даже самые варварские времена. (09:36)

М. Лайтман: Разумеется, Бааль Сулам понимает, что происходит, он проживает эти вещи более внутренним образом. Он не обвиняет народы мира, потому что у них нет выбора – это результат того, что те, у которых есть выбор, то есть Израиль, не делают его правильно. Но он обращается к народу, к массам, поэтому он говорит в таком виде, в такой форме: факты, а не более глубокие причины. Мы сегодня хотим рассказать о более глубоких причинах, почему это происходит, как это написано в книге Хаима, что тут всё дело в объединении между нами.

Чтец: Если не рассчитывать на чудо, то становится ясно, что наше существование – как и каждого в отдельности, так и в качестве народа – балансирует на весах жизни и смерти. И спасение наступит, если мы отыщем нужное средство, иными словами, то чрезвычайное решение, которое может быть найдено лишь под угрозой нависшей опасности и которое будет способно склонить в нашу пользу чаши весов, предоставив здесь надежное прибежище для всех наших рассеянных по миру собратьев – ведь по общему мнению, на сегодняшний день это единственное место спасения. (11:18)

М. Лайтман: Иногда он пишет в такой форме «как безопасно убежище», «нам нужно здесь как бы спрятаться», но его намерение более глубокое: чтобы здесь было место для объединения, это он имеет в виду. Потому что мы видим − когда евреям хорошо, они даже не смотрят в направлении Израиля, в направлении объединения между нами даже немножко. Только когда плохо, они начинают собирать чемоданы и готовы даже подумать об одном месте, чтобы быть вместе с другими евреями.

Чтец: И тогда стезя жизни будет открыта для нас, чтобы каким-то образом продолжать свое существование, несмотря на все изгибы пути. Если же мы упустим время и не встанем все как один, прилагая исполинские усилия, которые требуются в час опасности, чтобы обеспечить себе остаток на земле Израиля – то факты, стоящие пред нами, примут угрожающие масштабы, поскольку ситуация разворачивается по воле наших врагов, рассчитывающих стереть нас с лица земли. (12:45)

М. Лайтман: То есть, всё-таки тенденция должна быть, чтобы мы собирались в одном месте, в одной стране для объединения в единый народ, и разумеется, насколько мы подготовим это место для всех вместе, это будет исправление.

Мы не собираемся здесь для того, чтобы создать еще несколько партий или движений, чтобы каждый тянул в своем направлении, чтобы вместо двадцати партий и сорока фракций в Кнессете было наоборот: мы собираемся, чтобы объединиться и чтобы действительно спастись от ненависти, которую мы сами пробуждаем отсутствием своего объединения. Но это у них.

Но нам, понимающим процесс, нужно понять, что не то, что мы убегаем от ненависти и от безысходности переходим к объединению, а наоборот – мы хотим бежать к объединению еще до раскрытия ненависти, потому что объединение желаемо нами. И тогда, в такой форме, мы превращаемся в рош (голову) относительно гуф (тела). Понятна разница, да?

Если мы стремимся к объединению быстрее, чем ненависть толкает нас сзади, то мы называемся рош (голова), потому что мы действуем в понимании, согласии, во взаимной поддержке, которую мы формируем. В то время, как если мы стремимся к объединению от безысходности, то есть у нас нет рош, чтобы притянуть себя к объединению, тогда мы находимся в состоянии гуф (тела). Поэтому каждый пусть проверит, где он находится – в состоянии «рош» или в состоянии «гуф» общего парцуфа. (15:40)

Чтец:

Ясно также, что для исполинских усилий на изобилующем препятствиями пути, который пред нами лежит, от всех без исключения частей народа требуется единство, нерушимое и крепкое как сталь. Если на этом пути мы не выступим сплоченными рядами против громадных сил, служащих сатане, то надежде нашей заранее суждено погибнуть. И после всего этого каждый из нас и каждая наша партия восседает на своем партийном имуществе, охраняя его с избыточным педантизмом без каких бы то ни было уступок. Они ни под каким видом не смогут, а вернее, не захотят прийти к общественному единению, как того требует опасность, нависшая над всеми нами. И настолько мы погружены в безучастие, как будто ровным счетом ничего не случилось.

Попробуйте сами представить себе такую ситуацию. В час, когда тот или иной народ закроет перед нами двери – как обычно и происходит в эти дни – разумеется, никто из нас не задумался бы о своей партийной принадлежности, поскольку беда смесила бы всех нас в одно тесто, заставив или обороняться, или взвалить пожитки на плечи и убежать куда-нибудь по суше или по морю. Если бы мы ощущали опасность как реальность, то, несомненно, уже были бы точно так же объединены должным образом, без всяких затруднений.

В таких обстоятельствах мы и встретились здесь – маленькая группа из разных течений, люди, чувствующие страшные удары хлыста по спине, как будто они уже стали реальностью, и принявшие на себя обязанность выпускать эту газету. Она, по их мнению, станет верным каналом, по которому можно будет передавать свои чувства народу в целом – всем без исключения его партиям и течениям. Благодаря этому исчезнут узкопартийные противоречия, вернее, они улягутся, освободив место тому, что над ними превалирует – и все мы сможем объединиться в одно твердое тело, способное защищать себя в этот судьбоносный час. (18:38)

М. Лайтман: То есть состояние понятно. Состояние очень актуально. В Израиле не было состояния, подобного сегодняшнему – такое разобщение, раздробление, всё присутствует. Не было состояния на государственном уровне более безысходного, чем сейчас. И мы − народ, который ничему не учится и находится в тотальном равнодушии по отношению к тому, что там происходит, а народные избранники только пожирают друг друга в том месте, куда мы их выбирали. И это то, что происходит. Поэтому, разумеется, мы не можем, предписать народу Израиля такой путь, потому что путь народа Израиля – это объединение, то, что народ Израиля должен сделать в соответствии со своей миссией, со своей ролью. Поэтому мы должны понять, что всё устремление должно быть только к объединению, что его нужно разъяснять, его нужно реализовывать тем, кто еще на это способен.

Вопрос: Мы изучаем, что разница между той частью, которая, в общем-то, отделена, и той частью, которая приближается к объединению – это то, что создаёт давление. Вопрос: как можно преодолеть эту разницу, этот разрыв, когда используют такие крайние средства?

М. Лайтман: Я не думаю, что нам нужно об этом заботиться и обращать внимание на тех, которые как бы должны делать исправление, но они очень далеки и даже противоположны исправлению. Это не наше дело. Нам нужно делать все эти вещи между нами, и из этого мы приведем в порядок всю систему, которая под нами. Я не собираюсь исправлять партии и связи между ними, и различные течения в Израиле со всеми этими сорока направлениями. Нет, это не важно. Мне это не важно: я знаю, что если мы будем объединены, то мы тогда исправим из этого и всё остальное. Как пишет Бааль Сулам: «Я знаю, что я должен исправить себя». Да, что он говорит?

Ученик: В 53-ем письме он пишет....

М. Лайтман: Что есть разобщение между товарищами, учениками…

Ученик: «… хотя действительно, задáли вы мне большую работу в деле разобщения и ненависти, которая посеялась и выросла между вами, в мере, которую не оценил я изначально, ибо каждый из учеников, да живут они вечно, как мой собственный орган, и вот «нет мира в костях моих из-за грехов моих», и потому я обязан начать очищать себя, как новорожденный младенец, пока не удостоюсь наладить мир между учениками, да живут они вечно». [Бааль Сулам, письмо 53] (22:50)

М. Лайтман: И так каждый из нас. Тот, кто продвигается − он продвигается, потому что впитывает все связи, которые есть между товарищами, в своем стремлении поднять их наверх, к Творцу. Поэтому здесь он раскрывает: если есть вдруг какое-то расхождение между ними, и это было скрыто от него (видимо, с помощью намерения Творца, что он это так не почувствовал), − иначе они бы не упали. А если они бы не упали, то он сейчас не мог бы это исправить и поднять себя, и их тоже. То есть подъемы и падения должны быть, так мы продвигаемся. Поэтому он сейчас чувствует, насколько они находятся в стремлениях, потому что его внутренние условия, и то, что все находятся в несогласии, в отсутствии связи между ними, – это ощущение ужасное, подобно телу, где все его системы начинают портиться и не работают вместе. Это очень опасное состояние.

И поэтому он не просто так говорит красивые слова, «что я должен очень быстро исправить себя для того, чтобы тогда этим я исправил их», но это то, что происходит со стороны системы. В этой системе мы все связаны друг с другом. То есть каждый должен чувствовать другого так, как Бааль Сулам, обязанным исправить себя тем, что делает всё для того, чтобы был мир между этими частями, между его товарищами, которые находятся в его сердце. И только тогда, только в такой форме мы продвигаемся.

Это состояние, которое он описывает нам, не особое, но каждый раз, от ступени к ступени, мы себя такими раскрываем, каждый − не только тот, кто находится во главе группы, рав или кто-то, а все, поскольку каждый включает в себя всех. Мы продвигаемся в виде круга, и поэтому нам нужно заботиться, чтобы каждый отвечал за объединение товарищей, которые находятся в его сердце, все связаны и все включаются в единую точку. А если нет, то он отвечает за то, что они не продвигаются. Это его личная трагедия. И так каждый. Мы говорим о системе, нет здесь никаких слов, но каждый, кто представляет себе эту систему в более четком виде, более истинном, − из этого он понимает, что нужно делать. (26:33)

Реплика: Вопрос от товарища из Москвы. Он спрашивает: «Как народы мира могут помочь народу Израиля реализовать его роль, объединиться, чтобы была настоящая совместная работа между народами мира и Израиля для достижения цели творения?»

М. Лайтман: Народы мира – это те люди, которые не чувствуют никакого устремления ни к объединению, ни к цели творения, ни, даже, к духовному, а только к хорошей жизни. Это в соответствии с решимот, которые еще действуют в них, горят в них. Кроме этого они ничего не хотят. И поэтому нам нужно понять (собственно, это тот самый гуф), что мы должны видеть свою связь с ними, что они сами не способны, и связь между ними создается нами, упорядочивается нами.

И в соответствии с отношением народов мира к той самой группе, которая стремится к объединению, к слиянию с Творцом, к раскрытию цели творения, к духовному, − та самая группа должна понять по реакции всех народов мира (тех, которые не чувствуют к этому никакого стремления, но по отношению к группе Яшар Эль они раскрывают ненависть, отвращение, отдаление) − и в соответствии с этим можно понять, насколько мы находимся в правильном направлении, в правильной тенденции или нет. Настолько, что нам нужно действовать, тянуть всех вперед объяснением, объединением между нами, стремиться объяснять всем народам мира, что мы делаем и каково будущее для всех. Нам нужно стараться добиться успеха здесь настолько, чтобы мы увидели, что они вместе с нами, что они понимают состояние, систему, безвыходность, что мы должны так себя вести и так обустраивать нашу жизнь. Если мы как можно больше откроемся и покажем им истинное направление поколений всей вселенной, всего человечества, это развитие (то, где мы находимся), − в этой мере они будут участвовать. Они будут участвовать.

Нам нужно это делать двумя путями: один путь – напрямую, мы им объясняем, даем им все эти знания и как можно больше открываем им связь с собой. А с другой стороны − насколько мы сами стремимся к этому. Тогда и это тоже меняет нас к лучшему, и Высшая сила действует на них тоже, чтобы они были совершенно в этом отношении. Но так или иначе, отношение народов мира к той самой группе, которая называется Яшар Эль, Исраэль, и также наше отношение к ним, наверняка является мерой, продвигаемся мы правильно или нет. (31:05)

Вопрос: Много раз мы пытаемся понять, почувствовать, в чем должно выражаться объединение в этом мире. И когда мы говорим о нашей группе, не обязательно тот, кто смотрит на нас, увидит, что мы в объединении. Мы не можем быть примером, как относиться друг к другу, потому что со стороны это не видно. Так мой вопрос: мы просто должны привести народ Израиля к осознанию необходимости объединения или и внешние народы мира увидят, как народ Израиля ведет себя правильно в материальном, или просто осознание того, что нужно быть в единстве, повлияет на систему?

М. Лайтман: Бааль Сулам пишет, что я обязан исправить себя, и этим я исправляю своих товарищей. Так мы должны понять, что если мы исправляем себя − это главное исправление, и этим мы исправляем всё человечество. И поэтому, если вы находитесь в разобщении между собой, в отвращении, не можете преодолеть то охлаждение, которое происходит между вами, то не поможет никакое распространение, потому что во внутренней точке связи между вами распространение будет только во вред, а не на пользу.

Ученик: Очень чувствуется, что важно внутреннее объединение, но я пытаюсь понять, как это придет, как найдет свое выражение в материальном мире. Не раз, когда вас спрашивали, как это может выразиться, вы говорили, что Бней Барух не может быть внешним примером.

М. Лайтман: Да, они не могут раскрыть это практически, потому что в их глазах это, может быть, так не выглядит.

Ученик: Так я спрашиваю, что касается народов мира и народа Израиля. Мы должны стремиться, чтобы евреи во всем мире осознавали важность объединения, стремились к объединению, или не обязательно, чтобы они реализовывали это внешне?

М. Лайтман: Чтобы народы мира находились в тенденции к объединению?

Ученик: Нет, чтобы народы мира смотрели на евреев в мире, как они смотрят на Бней Барух. То есть в Бней Барухе чисто внешне невозможно это увидеть?

М. Лайтман: Нет, оно должно выглядеть и как внешнее объединение тоже, − тогда скажут, что нужно действовать, как они. Когда Творец нас вернет к себе, мы увидим, что были как спящие. Нужно видеть, что мы находимся в тенденции к объединению, к сближению друг с другом. Нам нужно также показать физический пример. Так написано в псалмах, в Теилим.

Вопрос: Бааль Сулам пишет нам, что спасение только в том, если мы найдем правильное средство, чрезвычайное, когда мы находимся в опасности. Вопрос мой: когда ощущается опасность, то можно развить это ощущение опасности в группе? Мы не чувствуем эту опасность, не так легко говорить об этом с человеком.

М. Лайтман: Это условия, которые Творец дает нам: что мы находимся здесь, и тот, кто находится в Израиле, не чувствует никакой опасности. Его ничего не волнует, и это проблема. Он прячется здесь за каким-то зонтикам, который Творец раскрывает над этим местом. Если мы не разбудим народ и не обратим внимание на то, что мы находимся всё-таки в очень подвинутом приглашении к исправлению, то тогда беда придет и сюда. Как написано у пророков, что «явятся сюда все армии, все народы мира и пройдут по всей земле Израиля от Иерусалима» и так далее. Нет выхода, нам нужно это сделать, нам нужно об этом думать. Нам – это именно вы, а не кто-то иной. Если вы не можете пробудить себя искусственным образом, то что ты требуешь от народа? (36:40)

Ученик: Я говорю о нас.

М. Лайтман: Ну, так пробуждай, пробуждай всех. Я не чувствую, что здесь это горит. Прочитали книгу сегодня, можем уже забыть. Это то, что дано нам, для того чтобы продвигаться к исправлению. Исправление − с помощью подъема МАН. Подъем МАН – это значит, что у меня нет этого хисарона, но я создаю его с нуля. Нет у меня желания к духовному, к любви, к отдаче, нет. Я должен пробуждать эти вещи, использовать различные возможности, которые есть у меня в этой жизни, которые Творец сделал. Он разбил кли, Он привел нас к материальному состоянию, Он дал в этом материальном состоянии возможность извлечь из него, по крайней мере, какие-то искры, которые мы можем поднять в виде МАН. И всё это обусловлено системой для того, чтобы не стирать наш свободный выбор. И нам нужно здесь обращать внимание – «человек да поможет ближнему». Но, если мы равнодушны, если мы не пробуждаемся, то ничего не выйдет. Этот период Конца исправления может продолжаться еще многие годы. И не говори, что они равнодушны − ты равнодушен! Так обрати внимание на себя.

Вопрос: Если какое-то количество людей в обществе страдает в своих материальных келим, то они автоматически желают, чтобы остальное общество страдало тоже, даже от антисемитизма, даже если в конце концов это может затронуть их самих. Является ли это нашей обязанностью − учить каждого человека, как избегать плохого, как стремиться к хорошему и как вообще отличить одно от другого?

М. Лайтман: Я не понимаю о чём ты спрашиваешь. Что ты будешь делать для человека, который говорит, что ему в жизни плохо от того, что он находится в материальных тисках? Обучишь его, как ему лучше зарабатывать? Он это хочет. Я не понимаю, что ты имеешь в виду. (39:58)

Ученик: Не важно в чём. У него не хватает денег, у него не хватает здоровья или что-то в этом роде. Так он не хочет объединяться с другими, он хочет, чтобы другим было также плохо, как ему.

М. Лайтман: Чтобы другим было плохо, как ему? Ладно, это понятно, это природа человека, ну так что он хочет? Если у него все-таки есть точка в сердце, то нам нужно удержать его в группе и работать с ним, работать над ним, обнимать его, пока он не поймет, что истинная забота в объединении, объединение покрывает все. И если он пришел в группу, то ему уже дана эта возможность заниматься всеми преступлениями, всем злом, которое раскрывается. А если он не в группе, то мы просто не трогаем его. Мы действуем только в группе, через группу, мы хотим создать такую силу в группе, чтобы она подействовала на все остальное человечество.

Вопрос: Должны ли мы учить человека, как идти прямой дорогой в жизни? Как наполнять самим свои келим и на материальном уровне, и на духовном?

М. Лайтман: Я не понимаю то, что ты говоришь, как будто бы ты свалился с неба. Я не знаю, сколько времени ты учишься у нас, и что ты учил. Как ты будешь учить человека приводить в порядок его материальную жизнь, если всё это выстроено вокруг духовного состояния? Как ты это сделаешь? Что, у тебя есть материальные средства, государственная казна, рабочие места, ты царь мира? Я не понимаю, что ты имеешь ввиду? У нас есть только одна вещь: с помощью объединения между нами воздействовать на высший свет, чтобы в той мере, насколько мы объединяемся, мы становились, как такое увеличительное стекло, которое концентрирует все лучи света. И мы действуем так на всю действительность с помощью объединения между нами, у нас нет ничего другого в руках. Что ты путаешься с материальным миром? Чем помогут тебе миллиарды, даже если бы они у тебя были? Где ты видел, что это помогает людям, и что вообще в таком виде исправляют мир? (43:18)

Вопрос: Мой вопрос по поводу книги, по поводу того, как я воспринимаю то, что я чувствую по отношению к ней. Только через объединение между нами можно изменить что-то в десятке, так почему тогда, когда мы пробуем объяснить силу антисемитизма евреям в материальном, мы не концентрируемся на объединение в десятке между нами? Я вижу, что наши группы в Америке слабые, нет объединения между группами, а внутри группы мы стараемся заниматься внешним и даже не пытаемся убедить товарищей в объединении. Извините за мою сумбурность такую.

М. Лайтман: Я не знаю, если ты послушаешь то, что я говорил от начала урока и до сих пор, то ты должен понять, что мы хотим показать, прежде всего себе, что мы находимся в системе, и в этой системе мы − рош, и нам нужно объединиться между собой, и в этом объединении мы воздействуем на все остальные части тела (гуф), общей души. И это наша главная работа. Для того, чтобы воздействовать на гуф, нам нужно быть в какой-то связи с ними. Для чего Бааль Сулам написал эту газету «Ума»? Для того, чтобы распространять между своими учениками? Нет, чтобы распространять среди широких масс. И мы также должны обратиться к широким массам и объяснить им, с одной стороны. Но с другой – нет никакой причины не делать более тесную связь между нами. Потому что именно с помощью тесной связи между нами мы распространяем – и нам, и внешнему обществу. Нужно и то, и другое. Но не надо думать, что с помощью материальных действий мы сможем что-то сделать. Никогда это не произойдет. Только с помощью силы Света. Это наше оружие, это наше средство. (46:12)

Вопрос: Когда раскрывается ненависть по-отношению к евреям, − то, что называется «антисемитизм», мы читаем, что это называется «беито». А когда раскрывается ненависть между товарищами, мы называем это «ахишена». Но в том и другом есть ненависть, есть неприятные ощущения. И то, и другое – для исправления. В чем разница между этими двумя видами ненависти?

М. Лайтман: Когда раскрывается ненависть между товарищами, мы также не говорим о том, что это ахишена. Нет. Потому что, если мы пробуждаем себя без ненависти между нами (еще до того, как проявляется ненависть между нами), мы уже стремимся к объединению. Это называется «ахишена» – ускорение. Когда мы от добра стремимся прийти к еще большему добру без раскрытия зла. Когда мы не хотим добавлять добро, это называется зло. То есть ускорение, ахишена, это когда мы ускоряем время. Если мы продвигаемся, только когда начинаются признаки зла, которое колет нас, когда Творец пробуждает нас через ахораим, через обратную сторону – это уже неправильное направление в развитии. То есть, это тоже хорошо, конечно, чтобы мы понимали во всех плохих состояниях, что ими Творец нас продвигает. Но это не ахишена, это не ускорение. Ахишена – это когда я все время, постоянно, как старик, ищу под ногами, что я потерял, где я еще могу добавить в силе объединения. Это настоящий путь ахишена, когда у меня всё есть, нет недостатка ни в чем, но я все равно ищу, где я могу добавить. Отлично! Хороший вопрос, на месте. (48:41)

Вопрос: Когда народ Израиля уже начнет объединяться, а все государственные системы еще не будут изменены согласно духовным законам, и вдобавок, еще останутся эгоистические правители, то к чему это может привести? К еще большей катастрофе? Ведь должна быть какая-то точка, когда всё должно прийти к духовным законам. Что, эгоистические правители придут и скажут: «Давайте, берите власть»?

М. Лайтман: Нет-нет, сначала, конечно, должно произойти духовное изменение в сердце, а потом в разуме всего большого общества. Это постепенный процесс, это такие небольшие ступени, потому что массы постепенно, только в малой мере постигают что-то. Это как домохозяйка − что она может постичь в технике? Как нажать на кнопку, и всё. То есть они не имеют в душе отношения к задействованию общего духовного механизма. А просто они делают так, потому что им так хорошо, в этом их работа. Исходя из этого они постепенно приходят к состоянию, когда каждый приходит к корню своей души, и тогда он связывается и начинает всё понимать и получать. (50:46)

Вопрос: Как мы, вся группа, десятка или два товарища, можем проверить уровень объединения между нами, насколько оно сильно и верно? Какие признаки есть у нас?

М. Лайтман: Признаки очень простые − что я забочусь о товарище. Я забочусь о том, что я не чувствую его, чтобы он соединялся бы со мной сердцем и душой. Это зависит от меня и от него. Я очень забочусь об этом, я волнуюсь. Потому что этой заботой, этим волнением я буквально присоединяю к себе часть своей души. И так еще и еще. Если я буду стараться делать это в десятке, то я понимаю, что я не могу это сделать без помощи извне, так я должен прийти к любви к творениям. К любви к творениям я могу прийти только с помощью Творца. А потом, когда я уже достиг любви к творениям, тогда я могу прийти к любви к Творцу. Сначала с помощью Творца, а потом к любви к Творцу. Таким образом мы приходим к объединению.

Вопрос: Книга, очевидно, показала − когда народ Израиля объединяется, всё происходит более гладко, и народы мира чувствуют это все, и мнение меняется. Я хотел спросить такой вопрос. Какой основной посыл мы можем дать? То есть, что мы говорим? Мы, по сути, говорим: «Ребята: если я демократ, ты республиканец, я левый, ты правый, – мы же не должны отменять свои мнения, чтобы объединиться, да? Мы же не должны отменять свои какие-то мнения? На чем мы объединяемся? Как мы можем передать этот посыл более ярко? Потому что объединение – это просто действие, да? Как мы в группе объединяемся, как мы встречаемся, да? Вопрос такой: что должны отменять народ Исраэля по отношению друг к другу? Что должны отменять? Как евреи объединяются в этом мире?

М. Лайтман: Ничего не нужно отменять. Творец создал нас в таком виде, что мы противоположны, обратны друг другу, далекие, ненавидим, отторгаем друг друга. Мы такими уже находимся в этом мире, так это получается из разбитого кли, что каждый так себя ведет после падения до этого мира. Мы не должны себя менять, мы должны работать по правилу «все прегрешения покроет любовь». Я не должен стараться стать демократом, республиканцем или из одной партии переходить в другую и так далее, ничего. Каждый остается на своем месте. Только есть одно дополнение – понимание того, что мы все относимся к единой системе, общей системе. И что именно в нашей противоположности, чем больше мы разные, не понимаем друг друга (именно в такой форме!), если мы выше этого объединены, тогда мы приходим к счастью, к богатству. Тогда мы начинаем понимать, насколько разносторонен мир и имеет так много свойств и разных вещей. Нет, не уравниловка, как было в России, когда хотели сделать из всех идиотов, – нет. Мы все разные, и наши разные свойства мы должны сохранять, как мы изучали в статье «Свобода воли» и «Мир в мире». Но только над этим есть очень важная составляющая, которая заключается в том, что мы все работаем ради объединения, но в этом объединении мы не отменяем никого, мы друг друга не стараемся уничтожить и отменить. Есть фашисты, социалисты, капиталисты, неважно кто, каждый со своей «мухой», что называется, со своим сумасшествием. Каждому есть свое место. (56:23)

Только одно, к чему мы должны стремиться: жить в интегральном мире. Именно в интегральности, в объединении между всеми мы раскрываем Единую силу, что так Он всё это создал, и чем больше мы будем продвигаться к исправлениям, мы почувствуем, насколько каждый из нас отличается от другого. Именно эти различия и объединение над ними, потому что мы все хотим быть соединенными и направленными к Творцу именно этим, − в этом мы раскроем богатство всей системы, и счастье, и свет, который в ней. И наше стремление должно быть к этому, и это мы должны объяснять.

Посмотри, что происходит в каждой стране, в каждом парламенте, в каждом обществе. Они не знают этого правила, и поэтому − посмотри, что происходит. Мир входит в такое разбиение, ты еще увидишь буквально очень скоро, как все падает, как все не может существовать до такой степени, что распадается всё, каждая партия. Нет проблем, пусть она растет и развивается, но заботится об объединении между всеми. Если нет, так она будет разваливаться и падать. И так будет во всем мире – страны, всё может развиваться. Закончили какой-то этап развития − сейчас есть этап объединения, не стремитесь к этому – конечно, вы так же упадете, и это мы называем кризисом.

Это мы должны объяснять. Об этом мы должны больше стараться думать и писать. Это может быть хорошей книгой, такой учебной книгой для всех, кто находится в разных рабочих группах, в правительстве. То есть, когда люди находятся в таких [структурах], они должны понимать, что ради мира в группе, в правительстве, в народе, индивидуальности должны дополнять друг друга, то есть частное и общее должны быть равны. Мы должны это изучать, нам тоже есть, чему учиться, и хорошо, что вы спрашиваете, в этом направлении, тогда мы можем выяснить. (59:26) 

Вопрос: Это революционное открытие. Мне кажется, книга показала, что это тоже новое. Новая точка зрения, что когда еврейский народ объединяется, как бы всё вокруг получает такие более мягкие формы, и весь мир это чувствует, и всё меняется. Но как сказать об этой новой революционной форме, когда я не должен менять свое мнение, я не должен даже какие-то свои действия менять особо? Я просто должен идти на объединение, объединиться. Это просто каббала. Я хотел спросить, как вы думаете: это могут принять просто люди, без точки в сердце? Вот именно такой абсолютно каббалистический посыл? Мы должны именно такими словами им это говорить? Такой вопрос: как мы этот посыл передаем людям, даже еврейскому народу, у которых нет точки в сердце?

М. Лайтман: Будем вместе учиться, как передать это людям. Но вы должны понять, что в объяснении этой методики вы даете им решение, которое единственно, и нет ничего, кроме этого. Всегда есть столкновения между частным и общим, между какой-то партией и другими партиями. Там куча партий – двадцать партий, и внутри самой партии нет двух людей, у которых одинаково мнение – всегда есть какое-то сопротивление, различие мнений. А здесь мы даем им методику объединения над всеми противоречиями, которые есть в эгоизме каждого. Это вещь, действительно, революционная, новая.

Как может быть, что ненавистники объединяются вместе и приходят к удовлетворению, каждый получает наполнение – и у одного есть, и у второго, и они друг другу не мешают, не уничтожают, не так, чтобы один побеждал, второй исчезал? Должен быть и минус, и плюс. Они должны прийти к нагрузке между ними, как резистор в электричестве, то есть, когда между ними есть сопротивление. Каждый готов работать через это сопротивление между ними и тогда приходят к хорошей мощности, то есть минус и плюс, соединенный между ними. И это уже средняя линия. Мы должны прежде всего реализовать это, и у вас есть такие возможности – бесконечно, сколько возможностей есть.

Вместо того, чтобы отдаляться друг от друга (то, что вы делаете, когда каждый закрывается в своей скорлупе), мы должны посмотреть, как нам выходить наружу, объединяться, выходить из себя, несмотря на то, что вы ненавидите друг друга, как ученики раби Шимона, но, как написано, что «все преступления покроет любовь». Эта методика необходима всем: на каждом предприятии, в каждой партии, в каждой семье – во всем, во всех вещах. Дети в садике, в школе, взрослые на предприятиях, в офисах, в учреждениях – все-все, все должны, всем необходимо только это. Мы пришли к такому состоянию, что больше ничего, кроме этого, не нужно миру. А если мы не будем это использовать, то входим в кризисы, войны и приходим к мировой войне. (01:03:52)

Вопрос: Может быть, вы можете больше объяснить, что это за сопротивление такое? Допустим, есть два человека, каждый из них хочет управлять, допустим две партии. Что это за сопротивление такое, что это за любовь, которая должна покрыть?

М. Лайтман: Как мы можем быть объединены? Как я могу быть соединен с тобой? Соединение – это «от сердца к сердцу», а не то, что кажется, что просто так мы сидим в одной комнате. Как мы можем по-настоящему быть объединены, если я думаю «право», а ты «лево», например?

Ученик: Мне кажется, напрямую у нас нет никакого шанса решить это, но все равно, как можно? Должно быть что-то третье?

М. Лайтман: Вот третье и есть сопротивление, «резистор». Мы этим третьим соединяем нас, потому что мы понимаем, что без этого третьего ничего не будет. Будет разрыв, когда каждый думает, только как разрушить другого. Поэтому должна быть революция в сердце и разуме, нам необходимо это, мы не можем существовать одно без другого, когда мы противоположны друг другу, так приходит свыше. Это исходит от природы, и нет у нас выбора, мы должны принять это. Давайте подумаем сейчас, мы согласны с этим состоянием, что мы ненавидим друг друга, что мы противоположны друг другу не потому что так природа создала нас и у нас нет выбора, − а, может быть, Он сделал это с мудростью, ради нас, ради нашей же пользы? Что мы приобретаем с помощью того, что мы поднимаемся над противоположностью между нами? Что мы можем сделать? Как мы можем сделать такие связи между собой, чтобы мы «увязали»: где ты «да», а я «нет»; где я «да», а ты «нет», когда мы все это соединяем и можем быть в совместной любви, взаимных уступках в таком виде, что вдруг все получается, и всё-всё приходит в согласие. Всё зависит только от нашего желания и такой связи между нами. (01:06:33)

Ученик: Слышится, что «резистор» − это набор новых правил общения между нами.

М. Лайтман: Да-да, это сеть связей между двумя противоположностями. И противоположность между нами будет все время увеличиваться, будет все больше и больше. Будет такая ненависть, как у учеников Раби Шимона, все больше и больше, и каждый раз, буквально по спирали. Ты не знаешь – это будет такое, что не только убить друг друга, нет, вообще уничтожить друг друга, чтобы не было в реальности.

Ученик: Может быть, я говорю какую-то глупость, но, может быть, правила семинара, которые мы пытаемся соблюдать между нами - это начало законов этого сопротивления, этого резистора?

 М. Лайтман: Конечно. Иначе как ты можешь объединить десять человек вместе?

Ученик: Так, может быть, нам стоит глубже углубиться в эти законы? Чем они помогают нам, как они помогаю нам? Мы очень много времени этим не занимались, по крайней мере здесь. Мы все время проходим семинары, но мы не касались этой точки. Чтобы проанализировать их, углубиться в них. Мы, наверное, это делаем в наших кампусах, а здесь, между нами, не очень-то нам удавалось.

М. Лайтман: Да, нужно больше учиться, как это делать. И вот так, буквально искусственно, задействовать это, чтобы, пока мы не будем раскрывать разные явления, изучать все дальше и дальше, как работает эта связь над противоположностями? В этом буквально проявляется высшая мудрость.

Вопрос: О состоянии над противоречиями, о котором вы говорите. Мы очень долго к нему идем и приходим в нашей работе в десятке, когда поднимаемся над различиями и чувствуем поле любви между нами. Это очень резкий чувственный опыт, к которому мы приходим. А теперь, если мы говорим об этом примере с республиканцами и демократами, и вот эта книга (предположим, мы ее сейчас пишем), книга, как вы говорили, для партий, для разных интересов. Как это третье состояние любви, подъема над противоречиями можно вообще объяснить людям? Потому что мы в нашей работе соединяемся как бы в Творце, то есть в некоем интегральном состоянии. Это вообще можно людям объяснить? И вообще объяснять, скажем, внешним?

М. Лайтман: Я не вижу в этом никакой проблемы. Бааль Сулам говорит, что нет разницы между тем, что ты говоришь «Творец» или «природа», законы природы или заповеди Творца. Где он пишет об этом? (01:12:06)

В статье «Мир», это просто дело терминов. Как ты принимаешь слова, термины, определения, − не более того, по сути, то же самое. Поэтому я не очень вижу сложности объяснять эти вещи. Что, мы не можем это объяснить миру? Только нужно все больше и больше думать об общей реальности, об этих общих законах. И не думать о духовном, что это где-то «там» находится – а между нами, как мы выясняем это. Как мы стараемся раскрыть эти законы, придерживаться их, совершенствоваться в них и всё.

Ученик: На самом деле, в нашей работе в десятках есть очень чувственный опыт, который мы ощущаем. И вопрос в том, можно ли человека внешнего в этот опыт поместить? Потому что объясняй, не объясняй − если он не почувствует этого подъема, ощущения любви, связи, то он не поймет, о чем идет речь.

М. Лайтман: Я не думаю сейчас особенно о распространении, я думаю о том, что происходит с нами, во всем мировом Бней Барухе. Как тот, кто хочет реализовать методику исправления, находит эту среднюю линию, чтобы покрывала любовь все преступления? Как нам выстроить правильно эти отношения? И это больше меня заботит, а как это всем другим распространять – это не наша проблема. Дай Творцу пробудить всех, дай Творцу приблизить их к нам, а нам чтобы дал разум и понимание, как заниматься ими. Мы пока еще собой не можем заниматься, как маленькие дети. Как же мы можем уже видеть себя большими, которые занимаются этими народными массами? Мы еще пока еще не можем это.

Вопрос: Когда я ощущаю себя, такие внутренние границы, которые я не могу пройти, есть такое понимание, что надо работать, надо распространять, но я ощущаю себя, что у меня нет сил. Как исправить внутреннее равнодушие, когда я соглашаюсь с собой, что не могу пройти эти перегородки?

М. Лайтман: Повтори пожалуйста.

Ученик: Когда у меня есть такое понимание, что надо работать, Творец дает мне силы на пути, но я щущаю в себе такие внутренние границы, перегородки, которые я не могу пройти, как исправлять это для того, чтобы выйти наружу и распространять объединение?

М. Лайтман: Почему нужно выходить наружу распространять? Мы сейчас не говорим о распространении. Если этого нет между нами, что ты можешь распространять? Ты должен прежде всего достичь этого внутреннего состояния внутри десятки. И тогда ты можешь (если ты уверен, что достиг этого) идти оттуда распространять. Иначе с уверенностью можно сказать, что ты ошибешься и потерпишь поражение. Только из объединения мы можем, мы должны постичь это, поэтому я сказал: «Мы сами дети, как можем заниматься другими детьми?». Мы сначала должны вырасти, стать родителями, и тогда с уровня родителя мы можем заниматься детьми. (01:14:41)

Вопрос: Во-первых, по поводу книги хотелось бы сказать, что, конечно, она очень потрясла. И в первую очередь − именно той ответственностью делать ежесекундный выбор в пользу единства с десяткой и то, что, в принципе, никакой другой работы, кроме этого, по большому счету и нет. И здесь вопрос такой: за эти две недели у нас в десятке стали проявляться моменты, когда каждый становится способен как бы о ком-то заботиться, где-то уступить. То есть в десятке стало проявляться какое-то дополнительное теплое отношение. Это хороший признак? Или это признак чего? И как с этим работать?

М. Лайтман: Наверное, что-то происходит, что-то работает? Я очень рад слышать это. Я рад, что так это. Чем больше будет тепла между вами, положительной силы − вы увидите, что к вам это привлечет еще людей, буквально так. Я очень рад. Я хочу видеть вашу комнату наполненной, буквально полностью наполненной товарищами, и будем надеяться на лучшее.

Вопрос: Вопрос нашего товарища. Чего мы ждем? Каким должно быть отношение между людьми в Израиле до и после распространения? Должны ли объединиться евреи среди антисемитов под единым покрывалом любви?

М. Лайтман: Исраэль – это маленькая группа, которая приняла на себя методику исправления три с половиной тысячи лет назад в Вавилоне. И с того времени эта группа пыталась и частично достигла объединения, преуспела в этом, частично − нет. А сейчас она находится в таком состоянии, что начинает уже готовить себя к Гмар Тикуну, к последнему этапу процесса Конечного исправления. И поэтому к ней присоединяются многие люди, у которых в течение этих трех с половиной тысяч лет тоже пробудилась точка в сердце, как у народа Израиля, то есть у тех людей, которые составили потом народ Израиля в Вавилоне. Потому что в каждом слое общей души пробуждаются элементы к исправлению. И так это было на протяжении всех трех с половиной тысяч лет. И особенно сейчас, ничего в этом особенного нет. Это не какое-то там чудо, потому что искра от разбиения есть во всех этих неисправленных келим, которые находятся в этом мире, есть в каждом. Но вопрос, насколько эта искра сильна относительно тяжести его эгоизма? И чем больше мы будем продвигаться, тем больше мы будем пробуждать Высший свет всё сильнее и на нас, и на народы мира, через нас на народы мира. Тогда мы увидим, как пробуждаются все келим, во всем человечестве, и насколько они тоже захотят исправления. И это будут люди, которые совершенно никаким образом не имели отношения к группе Исраэль и вообще ни к чему, пока мы с помощью нашего распространения не пробудим все десять потерянных колен. И в конечном итоге, пока каждый не придет, как написано: «Каждый будет знать Меня от мала до велика, и Мой дом будет домом молитвы для всех народов». То есть все будут в одном кли. Придут и свяжутся в кли Адам Ришон. Мы должны заботиться о нашем исправлении и немножко из этого также о распространении. Но главное − мы должны реализовать между нами правильное объединение, и через это правильное объединение знать, как мы можем передавать Высший свет всему человечеству. В этом в общем-то наше настоящее распространение. (01:20:35)

Вопрос: Вопрос наш о впечатлении, которое оставила книга, о реализации миссии народа Израиля. И сейчас у нас есть задача – написать итог книги. Есть ли форма, когда мы могли бы это сделать как десятка, сделать это из центра десятки, или как бы вы хотели, чтобы мы это правильно сделали, чтобы это действительно объединило нас, чтобы у нас была от этого сила распространения?

М. Лайтман: Если вы можете написать такое резюме, итог книги, на каждую часть (там есть девять частей, по-моему), если вы можете подытожить каждую часть в книге все вместе, в группе – это предпочтительно. Старайтесь быть вместе и сделать вместе, и тогда это действительно будет хорошо.

Вопрос: Можем ли мы выращивать точку в сердце у внешних людей, проводя их как бы за руку по уровням неживой-растительный-животный-человек к духовному?

М. Лайтман: Я не думаю, что нам нужно этим заниматься, немножко, может быть, только объяснять им эту вещь. И тоже − в таком виде, чтобы их это не отталкивало. То есть не думать, что мы должны быть правыми, что мы должны быть большими, а наоборот, если ты хочешь объяснить что-то ребенку, ты должен опуститься на его уровень и буквально вот так, в том же разуме и чувстве, теми же словами и по-детски объяснить ему, чтобы он смог понять и согласиться. А если не согласен, ты же заранее видишь это и здесь же прекращаешь, только в таком виде.

Вопрос: Первый вопрос: вы сказали, что, когда мы успеваем объединиться до того, как страдания подгоняют нас, мы становимся рош, а если не успеваем, то остаемся гуф общего парцуфа. Как понять, успеваем мы все-таки или нет, где эта точка оценки?

М. Лайтман: Рош называется (по-настоящему!), если мы сами стремимся и сами пробуждаем себя. Есть у нас для этого достаточно причин. То, что мы не находимся во взаимной любви, в объединении между нами – это уже причина, по которой мы можем продвигаться, и поэтому так мы должны видеть наше состояние. Состояние нехорошее. То, что мы понимаем немного – это хорошо, то, что мы хотим немного – это, в конечном итоге, знаки того, что мы еще не исправлены, у нас есть, что делать. Нам нужно обнаруживать эти состояние, работать с ними. (01:24:45)

Ученик: И второй вопрос, как итог книги: как заставить сердце и разум при слове Исраэль и народ Израиля видеть и ощущать, что это ты, а не кто-то снаружи?

М. Лайтман: Это проблема, я тебя понимаю. Как ни называй это − Исраэль, народы мира, гой, евреи, как ни называй − в тебе это вызывает твои внутренние чувства, я понимаю тебя. Как это сделать? Всё больше и больше быть слитым с системой. Всё больше и больше, насколько это возможно, объяснять, где все мы находимся. Отключиться от материального объяснения, а заниматься духовным объяснением, где мы есть, и куда мы стремимся, а не по своему животному ощущению, что написано у тебя в паспорте. Да, здесь ничего не сделаешь. Главное здесь – это просто правильно представлять себе систему, подниматься над этим миром, над материальным, над этим животным, что нет ни Исраэль, нет ни народов мира, а только лишь в мере намерения. А то, что есть этот мир, который пробуждает нас таким образом – для того, чтобы мы только начали пробуждаться, но исправление – оно выше этого.

Я так почувствовал от РАБАШа, и я думаю, может быть, и у Бааль Сулама не было никакой разницы между людьми этого мира, не было для них никакой разницы. Я даже очень удивлен был тем, насколько он одинаково относился к разным людям: к ашкеназам, сефардам, марокканцам, йеменцам, всяким таким. Я тогда был новый, репатриант в стране, но я не почувствовал в нем ничего, никакой разницы в отношении к ученикам, там были ученики разного цвета и разного происхождения, − ничего абсолютно, настолько он одинаково относился ко всем.

Мы должны закончить этот отрывок, пожалуйста. Прочитай. (01:28:12)

Чтец: Хотя опасность эта известна всем так же, как и нам, однако знание о ней, как она есть, по-видимому, еще не сформировалось во всем обществе на всю глубину. Ведь если бы люди ощущали ее, то давно должны были бы стряхнуть с себя налет партийности – в той мере, в какой он мешает сплочению наших рядов. А если подобного не произошло, то лишь потому, что ощущение это еще не стало достоянием многих. Поэтому мы взяли на себя расходы на данную газету, дабы стоять на посту, предупреждая о беде и объясняя ее обществу, пока не умолкнут все те, кто приводит к разобщению. Тогда мы сможем встретить врага сплоченными рядами, чтобы дать ему должный отпор, пока еще не поздно.

А также уверены мы, что рано отчаиваться, и что есть еще среди нас ревнители, способные предложить нам какой-нибудь удачный план, который залатает все прорехи, образовавшиеся в народе. А из опыта мы знаем, что как раз такие люди сидят в неприметном уголке, и никто не прислушивается к ним. Поэтому мы готовы предоставить в данной газете место каждому, кто вынашивает надежное решение проблемы единения народа, опубликовав и возвестив о нем публично.

В дополнение ко всему вышеупомянутому, выпуская эту газету, мы намереваемся защитить нашу древнюю культуру, плод двухтысячелетнего развития, от разорения нашей земли, а также раскрыть и очистить ее от наслоений, которые скопились на ней за годы нашего изгнания меж народов – дабы в них проявилась их чистая сущность иудеев, какими они были в то время. И отсюда произрастет для нас наиболее значимая польза, так как мы сможем отыскать способ, чтобы связать наш быт изгнания с тем блистательным периодом – и избавимся от необходимости пастись на чужих полях. [Бааль Сулам. Газета «Ума» (Народ), заголовок «Наши задачи»] (01:31:04)

Вопрос: Почему было такое большое сопротивление этой газете, ведь она соединяла всех, почему сопротивлялись?

М. Лайтман: Ты знаешь немного дух того времени? Кому этот тон был приятен − левым, коммунистам, правым, демократам, кому? Я помню, было так много партий, которых сегодня уже нет. Сегодня мы видим, что также и партия «Авода» – это как «Мерец», а «Мерец» – у них нулевой рейтинг, и все они уже уходят со сцены.

Ученик: Напротив, почему было сопротивление? Должна была бы быть поддержка этой газете, ведь эта газета − за объединение всех?

М. Лайтман: Кто выступает за объединение? Если мы можем быть вместе, сильны только для того, чтобы кого-то побить, − конечно, я за объединение.

Ученик: Это тоже объединение народа. Я просто не понимаю: я читал статью и не нашел причин для ненависти. Почему закрыли ее после первого выпуска?

М. Лайтман: Кто нажаловался на газету? Видимо те, которые были в особенности очень против объединения.

Ученик: Люди вообще поняли, что такое объединение?

М. Лайтман: Они поняли, что это подвергает опасности их статус.

Ученик: Да, но чем? Какую опасность представляла эта газета? В чем была опасность для какой-то партии?

М. Лайтман: Не для партий. Были люди, которые были организованы в земле Израиля в другие организации: хасиды, митнагдим (противники), те и те, как сейчас ты видишь, были против такого.

Ученик: Кто привел к закрытию газеты, к тому, что нельзя было больше ее выпускать?

М. Лайтман: Религиозные круги. Все остальные, действительно, как ты говоришь и говоришь справедливо, не чувствовали в этом никакой опасности. Они так постоянно конфликтовали: «Пусть говорят, что говорят, неважно. Он говорит за объединение, пусть говорит».

Ученик: Религиозные были против газеты, потому что они ненавидели Бааль Сулама или из-за его убеждений?

М. Лайтман: Это то же самое – ненавидеть человека или ненавидеть его идеи. Ненавидели из-за его идей.

Ученик: Да, я понимаю, но я думаю, ведь Бааль Сулам имел авторитет еще до того, как он переехал в Израиль, он был судьей в Варшаве?

М. Лайтман: Как только начал учить каббалу – испортился.

Ученик: В этой газете есть что-то, что говорит о науке каббала публично?

М. Лайтман: Нет, но это известно, кроме того, что он говорит об объединении. Где ты видел в религиозных движениях, в религиозных партиях, которые говорят об объединении?

Ученик: В партиях есть объединение против других.

М. Лайтман: Против чего-то – это всегда, это везде, но не само по себе объединение «ради небес», что называется.

Ученик: Да, это проблематично, спасибо.

М. Лайтман: У меня с тобой проблема есть. Подумай лучше, поговори с товарищами, и по мере разговора с ними ты поймешь, как это. Я не «против» и не «за» объединения, разъединения, а только насколько это способствует продвижению. Если ты сейчас стираешь все различия между религиозными партиями, ты тоже их разрушаешь, это тоже плохо. То есть Творец все устраивает, мы должны видеть, как все двигать в правильном направлении к одной Высшей силе. (01:36:38)

Вопрос: Как может такое быть, что именно ортодоксы сопротивлялись Бааль Суламу?

М. Лайтман: Я не говорю о них и не хочу говорить о них. Я не говорю о таких организациях, потому что у нас нет никакого отношения к ним. У них есть свое учение, своя Тора, я ее уважаю и все. Поэтому здесь мы об этом не говорим.

Ученик: Но сопротивление… 

М. Лайтман: Я же тебе сказал, что нет. Если есть партия, движение со своей идеологией – это ее идеология, я в это не вмешиваюсь. Мы говорим о группах людей, которые называются у нас партиями, у которых нет никакой идеологии, нет ничего, только захватить власть и быть начальником, распоряжаться деньгами и всем говорить, что делать – это стремление всех этих. В то время, как у религиозных партий есть идеология, я их уважаю, они не хотят идти в армию, потому что их там портят – верно, что портят, я знаю, что это так, я служил в армии, я знаю, что это. Это одно.

Второе. У них иной образ жизни, я тоже там был и знаю. Сколько времени? Я тебе скажу: почти 20 лет, даже больше того. И не так где-то, а в ортодоксальном районе в Реховоте, потом на улице рабби Акивы в Бней-Браке я жил с ними. У них есть дух, образ жизни и все такое, посторонний туда зайти не может, и это верно, что они это сохраняют. Пока у тебя нет чего-то лучшего, более близкого к Творцу, к полному исправлению, чтобы поднять человека, пока у тебя нет такого в руках, того, что ты можешь предложить человечеству, так у тебя нет права говорить. Что ты обращаешься к ним, и зачем ты подвергаешь это критике, что ты в этом понимаешь? Ты не понимаешь ни их идеологию, ни Тору, ни учение – ничего. Они понимают.

Поэтому мы не вмешиваемся – это часть иудаизма, народа Израиля, которые присоединятся к полному исправлению тогда, когда Творец этого захочет. Все. Поэтому мы, Боже упаси, мы не против, нет. Сначала должны исправиться светские, а затем можно будет говорить о религиозных, а иначе − как ты будешь их исправлять, в какое общество ты их позовешь, в это светское? Чем светские могут гордиться? И так светские портят религиозное общество. Я вижу, как они постепенно сдают позиции и приближаются к светским. И это плохо, у светских нечему учиться. Чем ты можешь гордиться? Всякими цветными движениями? Конечно, всё и портят, все подвержены общему кризису, греху Древа познания, но есть разница, есть разница. (01:41:34)

Реплика: Два момента: поскольку вы сейчас говорили о религиозных в армии и так далее, я хотел бы рассказать, что мой сын, он солдат, он в танковой дивизии, и он служит вместе с разными религиозными. Сегодня армия не портит, поддерживает и вводит изменения...

М. Лайтман: Мы здесь не кнессет. Что ты хочешь сказать, одним словом?

Ученик: Я все-таки хочу сказать, что армия поддерживает выпускников ешив, а потом возвращает их в ешивы. Это просто пример того, что армия не портит. Я хотел бы еще задать вопрос по поводу объединения. Я хотел бы почувствовать, спросить, как почувствовать объединение? Можно ли поточнее сформулировать, как почувствовать объединение между товарищами?

М. Лайтман: Всеми силами в объединении с ними, как можно больше. Сколько раз в день ты говоришь со своей десяткой?

Ученик: Со всеми вместе?

М. Лайтман: Нет, звонишь этому, этому или раз в день со всеми вместе?

Ученик: У нас есть zoom три раза в день, и, кроме того, я стараюсь в течение дня встречаться с товарищами, разговаривать с ними, я чувствую необходимость. (01:43:21)

М. Лайтман: Ты впечатляешься от того, как они стремятся к объединению?

Ученик: Конечно.

М. Лайтман: Продолжайте. Это все. А то, о чем мы говорили, − мы не говорили об армии, мы говорили об обществе. Но и в армии, смотря что, есть разные. Итак, мы закончили эту главу.

Видеофайл в Медиа Архиве:

https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/kjiZExGt?language=ru