Стенограмма набрана с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые и стилистические ошибки
Ежедневный утренний урок, 21 июля 2019 года.
Урок на тему «Девятое Ава»
Чтец: Избранные отрывки из первоисточников на тему «Девятое Ава».
М. Лайтман: Девятое Ава – это очень важное, очень значительное состояние в развитии творения – это разбиение келим, которое мы сейчас как раз учили, и также изучаем в эти дни во «Введении в науку Каббала». И учим, насколько это важно, что не может быть исправления без разбиения. Поэтому была радость у каббалистов, когда было разбиение, это, с одной стороны. С другой стороны, конечно же, плакали и кричали, если можно было бы остановить это разбиение. Понятно, что это невозможно было остановить, хотя сопротивляться этому надо. У нас всегда есть в духовном две противоположности, находящиеся в одном.
Поэтому мы тоже должны в эти дни сожалеть обо всех бедствиях, которые нам причиняли и причиняют, исходя из разбиения, которое согласно духовному корню должно быть, и это также то, что Яаков хотел раскрыть своим сыновьям, с одной стороны. С другой стороны, мы должны также находиться в радости. На самом деле, что интересно, и что правильно и хорошо, что, начиная уже со времен Ари, после разбиения и всех этих вещей, мы уже находимся в процессе исправления. И если мы всё еще не вышли из разбиения в исправление, это всё из-за нашей небрежности. Об этом мы должны сожалеть, а не о разбиении Храма, потому что Храм каждый день, когда не отстраивается, считается, что он разрушается.
И это проблема, что мы должны находиться каждый день в разрушении, в разбиении. Почему мы каждый день несем это разрушение? «Каждый день, когда не отстраивается Храм, считается, что он разрушается». И об этом нужно задуматься. Я надеюсь, что вы об этом напишите, и это то, что важно. То есть дело не в том, что мы плачем о том, что произошло 2000 лет назад, потому что если мы плачем о произошедшем тогда, то, как будто мы великие праведники, а те были грешниками, что дали разрушить Храм и позволили править там грекам и римлянам.
Но сегодня нам не нужно делать с ними расчеты. Всё изменилось. Мы не понимаем, что тогда произошло, а там произошло всё как раз по порядку ступеней. Но то, что это не происходит сейчас, после Ари, когда уже приходит период исправления и раскрытия науки каббала, а мы всё еще против науки каббала как системы исправления, против того, что мы понимаем, что это мы должны исправиться – это является разрушением, которое происходит с нами. В этом проблема. Не то, что это было, а это каждый день происходит с нами. (04:37)
Вопрос: То есть мы не должны сожалеть о том, что произошло?
М. Лайтман: Нечего сожалеть о том, что было. Раби Акива радовался, а до этого он плакал и кричал: «Возлюби ближнего, как самого себя. Где это? Где?» В тот момент, когда это произошло, с этого момента и далее уже радость.
Ученик: Так о чем мы говорим? – только о настоящем и будущем, но не о прошлом?
М. Лайтман: Верно. (05:07)
Ученик: Что неправильно делали они?
М. Лайтман: Это были силы свыше. Они воевали друг с другом. И ты всё равно должен противостоять разрушению, хотя ты понимаешь, что оно должно произойти, вместе с тем ты должен сопротивляться. Как можно выйти из святости? Ни при каких обстоятельствах! Даже если у меня есть один грамм, как я могу выпасть из нее через махсом в клипу? Поэтому, с одной стороны, он кричит, что надо держаться, насколько возможно в «возлюби ближнего, как самого себя», а с другой стороны, если это уже произошло, то это принимают и понимают, что это действительно на наше благо. И с этого момента и далее уже начинают действовать. Написано об этом, что Храм уже разрушен, затем заново восстановлен, и начинается... И поэтому действительно пробудились новые силы, и сейчас уже нужно исправить. Есть всевозможные рассказы об этом: ну разрушен и разрушен, и всё, казалось бы, что в этом? (06:37)
Ученик: Где же сопротивление? Что такое сила сопротивления, чтобы сопротивляться, вы говорите?
М. Лайтман: Сейчас мы должны найти силы выйти из разбиения. Но когда ты понимаешь, что нет ничего хуже того, что мы разбиты, только из этого состояния, когда мы разбиты, мы можем восстать, возродиться. Это прекрасное состояние, когда мы раскрываем, что мы разбиты. А когда мы раскрываем, что мы разбиты? Из того факта, когда мы пытаемся и каждый раз раскрываем, что снова и снова пробуждаются силы зла в нас всё больше и больше, то есть мы раскрываем разбиение.
Но главное, чтобы раскрыть разбиение, это то, что я хочу объединиться с товарищами, и вдруг обнаруживаю, что не могу. Что происходит? Я целый день думал: «Я сегодня пойду к товарищам, я буду говорить с ними, мы объединимся. Хорошо, здорово!». Ложусь спать и вдруг, засыпая, я вспоминаю: «А где это собрание товарищей?». Я уже забыл об этом.
Было у кого-то нечто подобное? Или все уже праведники? Это называется разрушением. Раскрывается, таким образом, разбиение в нас и еще разные такие подобные состояния. Нужно учиться из того, что мы делаем. (08:21)
Ученик: Откуда сила сопротивления? Разбиение, я понимаю, властвует, и всё. Это ясно для меня, что я с легкостью разбиваюсь. А как противостоять?
М. Лайтман: Нет силы сопротивления, нет, только быть включенным в окружение, у них есть сила. Они должны связать меня веревкой и тащить, и благодаря этому они становятся сильнее. Потому что я – причина, по которой они объединяются вместе, чтобы спасти меня, когда они объединяются благодаря мне. Так что я здесь как раз фактор положительный.
Вопрос: Но люди не интересуются тем, что произошло 2000 лет назад, и Девятое Ава не говорит им ни о чем?
М. Лайтман: Я не знаю, что они себе представляют, и о чем они думают. Я думаю, что у них это больше связано с изгнанием: мы были здесь, мы жили здесь, всё было хорошо, прекрасно, и потом нас выбросили отсюда в разные стороны, мы вышли в изгнание.
Ученик: Как исторический факт, произошедший 2000 лет назад, может быть связан с актуальностью? (09:55)
М. Лайтман: С тех пор мы бродим по миру, привыкли находиться среди народов мира, даже преуспевая здесь и там, иногда наоборот. Народы мира делают с нами расчеты. Между тем ненависть к нам нарастает волнами. Сейчас мы находимся на очень большой волне, это просто цунами, которое сейчас раскрывается. Мы слышали вчера от нашей делегации, что они раскрыли это для себя. Это большая проблема. В чем она? В том, что мы не исправляем разбиение. Не то, что мы раскрываем, что нас ненавидят, но ненависть к нам – это результат нашей небрежности в исправлении. (10:46)
Ученик: И изгнание как бы завершилось?
М. Лайтман: Изгнание завершилось в потенциале, а не на практике. Как пишет Бааль Сулам, многие из нас мечтают о том, как сбежать отсюда, со святой земли Израиля, а в земле Израиля нет никакой святости, поскольку святость создается только в нашем объединении. Если нет этого объединения, то нет и святости.
Ученик: Я имею в виду, что мы снова сталкиваемся с вопросом о том, чтобы прежде всего принести осознание зла в целом, чтобы признать, что есть некоторая связь между внутренним разбиением, утратой «возлюби ближнего, как самого себя» сегодня и нашей печальной ситуацией сегодня?
М. Лайтман: Да, конечно. Короче говоря, мы находимся в разбиении. (11:41)
Чтец: Отрывок №1, книга «Ор а-Баhир», Бааль Сулам, «Разбиение келим».
Разбиение келим: суть исправления, приходящего посредством ускорения этого разбиения в том, что само разбиение и есть большое исправление. И есть объясняющие, что эта неисправность ради исправления, но на самом деле выражение не верно, ведь есть затруднение в нем: зачем Ему портить, а затем исправлять – если бы Он не портил, то не понадобилось бы затем исправлять. Но суть в том, что главное исправление и большое благо, которые задумал Творец в начале творения – все это не пришло в мир иначе, как путем порчи келим таким образом, что выяснилось, что они никогда и не были испорчены. [Бааль Сулам. Книга «Ор а-Баhир», «Разбиение келим»] (12:45)
М. Лайтман: Мы думаем о разбиении и неисправности, но это не разбиение или не неисправность – это исправление. Мы только так говорим, но нельзя говорить о разбиении, как о какой-то неисправности, потому что не было исправлено что-то, что бы была неисправность. То есть разбиение – это разбиение границ между получающими и отдающими келим, это разбиение границ между Творцом и творением, между свойствами Творца и творения. Как же можно сказать об этом, что это разрушение, разбиение? Поэтому все эти вещи – это только исправления.
Ученик: Значит, они никогда не были испорчены?
М. Лайтман: Потому что не были испорчены, что было испорчено? Желание получать, то, что было дано нам, раскрылось, что оно ради получения, почему это раскрытие является неисправностью? Оно и прежде было таким, просто это раскрылось творению, а когда это раскрывается, то творение может работать с ним. Благодаря этому творение поднимается к Творцу. (14:12)
Как он и говорит, что это было. То есть, если это раскрылось, то значит, что уже было.
Ученик: Что он имеет в виду, что мы никогда не были испорчены? То есть человек раскрывает, что никогда не было разбиения? То, что он раскрыл, это на самом деле не неисправности?
М. Лайтман: Каждый раз происходит только раскрытие разницы между Творцом и творением, и это дает возможность творению исправиться и приблизиться. Что значит исправить? То, что сейчас разрыв раскрылся, но этот разрыв был. То есть это раскрытие творению. Допустим, сейчас ты видишь, что если снимешь очки, то что ты увидишь? А потом ты надеваешь снова очки. «О, это неправильно, и это неправильно». (15:12)
То есть тебе дали возможность увидеть и исправить, а не то, что сейчас раскрылось, а раньше этого не было. Это было раньше, только относительно тебя этого не было.
Ученик: Почему же он говорит, что они никогда не были испорчены? (15:29)
М. Лайтман: Потому что это не называется тогда «испорченность». Когда у меня есть возможность приблизиться к Творцу. Почему я называю это неисправностью?
Ученик: И все же я обнаруживаю разницу между мной и Творцом.
М. Лайтман: Верно, это разница.
Ученик: Это не неисправность?
М. Лайтман: Я не знаю, как сказать. Если я благодаря этому достигаю слияния с Творцом, так почему же я называю это неисправностью? Это возможность. Я радуюсь грешникам, которые раскрываются, я благодарен за это, раскрой мне еще что-нибудь. Я даже не называю это «неисправность», ведь с помощью этого я могу приблизиться к Тебе. Когда ты видишь прекрасную трапезу, но у тебя нет аппетита, разве ты рад, что ты не голоден сейчас? (16:33)
Ученик: Это объяснение я могу понять, что человек приближается к исправлению, поэтому у него есть осознание зла, он связывает его с первоисточником.
М. Лайтман: Так это зависит от человека.
Ученик: Может ли быть состояние неисправности, которое действительно неисправность? (16:52)
М. Лайтман: Нет. Нет такой вещи, за что ты мог бы проклинать Творца. Ведь что значит «неисправность»? Ты проклинаешь Его, почему Он это создал? Нет. Но всегда Он дает неисправность перед исправлением. Это совершенство для тебя, чтобы ты с помощью этого поднялся к совершенству. Совершенство спускается к тебе, и ты ощущаешь в этом неисправность, чтобы с помощью неисправности ты схватился бы за веревку и поднялся бы к Нему в исправлении и в совершенстве. (17:36)
Ученик: Но, если я не взял эту веревку, это не исправление?
М. Лайтман: Это твоя проблема, но не то, что Творец дает тебе неисправность. Он дает тебе возможность достичь своего совершенства.
Ученик: Так как же так получилось, что они никогда не были испорчены? Если я смотрю на те же возможности, которые я упустил, поскольку мы говорим, что «...каждый день, когда не строился Храм, он как бы разрушался». Так как не назвать все это неисправностями? (18:08)
М. Лайтман: Это неисправность в тебе, а не свыше. Ты не обратил внимания, ты не использовал те средства и возможности, которые Он тебе предоставил.
Ученик: Тогда, да, это неисправность.
М. Лайтман: В тебе.
Ученик: Во мне?
М. Лайтман: Да. Но Творец подготовил тебе эту неисправность, а ты не используешь правильно то, что Он тебе предлагает. (18:34)
Ученик: Какое должно быть мое отношение к этим неисправностям, которые я раскрываю в себе?
М. Лайтман: Использовать их как средство для исправления и подъема.
Хорошо. Мы продолжим, и поймешь больше. Я понимаю, откуда вы спрашиваете, но это детские претензии.
Вопрос: Можно ли сказать, что разбиение – это смесь бины и малхут, отдачи и получения?
М. Лайтман: Верно.
Ученик: Почему было два разбиения?
М. Лайтман: Но это как здесь – два парцуфа.
Ученик: То, что мы учили?
М. Лайтман: Далет гимэль и гимэль бэт – два Храма. Первый – на мохин дэ-хая, а Второй – на мохин дэ-нэшама. Поэтому Первый был намного больше, его разрушение было очень значимым, но разрушение Второго Храма было более важным, потому что это был полностью выход из духовного. (19:42)
Ученик: Это два разных языка, объясняющих нам языком каббалы одно и то же явление, все это разбиение, о котором говорят нам Ари и Бааль Сулам?
М. Лайтман: Был парцуф, все желания были объединены вместе в намерении к Творцу, доставить Ему наслаждение на уровне Мохин дэ-Хая – это был Первый Храм. И между ними и у каждого с самим собой шла борьба, чтобы остаться в этом и не упасть. Но каждый друг с другом воевал. Эго продолжало расти, и понятно, что должно быть разбиение. Но они не хотели этого, сопротивлялись этому. И разбилось.
Пришел Навуходоносор, всякие внешние формы, изгнание, то есть прерывание между одной ступенью и другой. Парцуф опустошается. Приходит следующий этап, народ уходит в изгнание, возвращается к действию, которое называется новое распространение, как АБ и САГ. (21:07)
Второй парцуф – это Второй Храм. Это САГ дэ-АК, или скажи не САГ, а Малхей ТАНХИМ, Малхей ДАХГАТ – это Первый Храм, а Малхей ТАНХИМ – это Второй Храм. И тоже разбился, но уже окончательно, и всё. Разбилось всё таким образом, что все вышли в ради получения. И с тех пор все, кроме каббалистов - все остальные, весь народ вышел в состояние длительного падения. Это называется падением поколений.
Ты не можешь сравнить те поколения, которые были после Первого и Второго Храма, кто вышел в изгнание. Это всё-таки люди были не такие, как мы, более связанные со святостью, она пока еще светит издали. При исходе парцуфа при подъеме от табура к пэ, есть всё ещё зивугим, есть всё ещё свечение от этих зивугим, исходят некудот от предыдущего парцуфа, который назывался Храмом. Падают ницуцин, и выходит парцуф, некудот. И ты видишь, какие были великие люди, даже после разрушения Второго Храма. Какие книги они написали! Мишна, Гмара, Талмуд и различные комментарии. Множество людей находилось в осознании Творца. Не то чтобы это случилось сразу. Это был как выход мохин из парцуфа, как ослабление экрана, пока мы не пришли к состоянию, когда это вообще буквально практически стало тьмой.
В период АРИ и после этого оно ещё продолжалось, но уже при пробуждении снизу, с помощью работы Бааль Шем Това, Бааль Сулама, а также всех тех людей, которые были, начиная от Бааль Шем Това до Бааль Сулама и рава Кука. Пробуждение снизу началось от Бааль Шем Това. И в наше время РАБАШ был уже последним. Посмотри, что он написал, сколько он оставил нам, вся методика исправления, от которой мы питаемся, исходит от него. (24:20)
Ученик: Что можно понять и чему можно научиться, зная первое и второе разбиения? Может ли он научиться действовать в нашем мире?
М. Лайтман: Ну, это исход парцуфов: первый парцуф Мохин дэ-Хая, как АБ, и второй парцуф Мохин Нешама, как САГ.
Ученик: Я понимаю, что это смешение Исраэль и народов мира, да? Свойств отдачи и свойств получения?
М. Лайтман: Да. Свойства получения, которые как от Исраэль, так и от эрэв рав («великого сброда»), были смешаны с яшар кЭль. Это не народы мира, у нас не было войн с народами мира, все эти римляне и все греки сами были евреями, «прекрасными евреями». (25:18)
Ученик: Когда вы говорите о поколении, в котором Храм был разрушен, они, тем не менее, были на уровне, но ненависть там была такова, что мы сегодня (по сравнению с ними) как дети?
М. Лайтман: Сегодня нет ненависти, потому что нет святости. Если тебе не светит свет, то ты и не любишь, и не ненавидишь, – это одно против другого. Ты понимаешь? У тебя есть проблемы с кем-то, кто здесь живет на соседней улице? Нет! Но если он твой сосед, то у тебя уже могут быть проблемы с ним. Святость – относительно клипы.
Ученик: Что можно из этого понять, что мы сегодня в авиюте далет?
М. Лайтман: Мы должны знать, как приблизиться к друг другу осторожно, предваряя исправление. (26:08)
Ученик: Ненависть между нами, в среде еврейского народа больше, чем была тогда? Потому что из истории мы знаем, какая там была ненависть.
М. Лайтман: Сегодня мы можем раскрыть ненависть между нами, но насколько это раскроется, я не знаю, потому что все находятся уже в конце пути, теперь это просто выяснение. Между нами почти нет ненависти, мы находимся в разрыве между нами, это как твой сосед с другого конца города. Ну, в чем он сосед? А сосед, который живет рядом с тобой, близко – это уже проблема. Сегодня мы находимся в отрыве друг от друга, и это хорошо, потому что разбиение уже произошло, оно отдалило нас друг от друга, что все действительно становятся чуждыми друг другу. Ты видишь, как евреи разбросаны по всему миру, даже не хотят быть в связи друг с другом, хотят просто раствориться в народах мира, больше им ничего не нужно, кроме этого!
Мы должны сейчас раскрыть необходимость в объединении, нет выбора, иначе мы просто придем к объединению между нами через ненависть народов мира. Они настолько нас возненавидят, что мы будем вынуждены объединиться. А если нет, так они сведут нас вместе в такие лагеря, где мы будем сконцентрированы, если мы хотим отдалиться друг от друга. И тогда мы научимся тяжелым образом, иным, что нужно делать. (28:07)
Ученик: Если я правильно помню, в Первом Храме была ненависть только между мудрецами, а среди народа ее практически не было. А при Втором Храме была ненависть уже в народе. И можно ли сказать, что теперь будет ненависть из-за включения народов мира и Исраэль, будет ненависть со стороны народов мира, и так будет выстроен Третий Храм? Или это неправильно?
М. Лайтман: Сейчас – это не ненависть, как говорит Бааль Сулам, мы как «орехи в мешке», не хотим сближаться и вообще не хотим быть связаны друг с другом, но Высшее управление через народы мира требует от нас сближения. Это означает, что народы мира сделают простую работу, они заставят нас быть вместе. И из этого состояния они как бы требуют, чтобы у них было исправление. Если не положительным образом, то отрицательным, но, чтобы у них было исправление. Если я не могу сделать что-то, что поможет мне, то я разрушаю это, – очень просто.
Поэтому эти действия, буквально стоят перед нами, если мы не сделаем то, что возложено на нас. Я говорю о Бней Барух, что если мы не начнем практически, серьезным и скорым образом объединяться между нами всё больше, и определять наш выход ко всем народам мира (сначала к Израилю, а потом к народам мира), – это то, что нас ждет. Я могу тебе дать картину, – она проясняется для меня день ото дня. То, о чём мы раньше боялись говорить, – сегодня уже можно говорить, и это стоит на пороге. (31:05)
А в Израиле есть двойная проблема, потому что помимо ненависти со стороны народов мира, к нам есть ненависть евреев, которые живут за границей, потому что они думают, что мы являемся источником проблемы. Если бы нас не существовало, то там у них было бы всё тихо и спокойно. (31:31)
Я жду, когда они откроют разные фонды: «Кто хочет уехать из Израиля? Кто хочет выйти из Израиля? Мы ждем. Мы поможем устроиться». Миллиарды будут вкладывать в это, только чтобы мы оставили эту страну и рассеялись по всему миру, по всему миру. Будут платить разным странам, так, тихо, чтобы нас принимали и так далее, – только чтобы мы не оставались здесь, потому что это буквально колет им глаза. И это то, что будет. И разные другие явления.
И действительно, если ты видишь, насколько весь мир ненавидит тебя, то для тебя это действие рациональное действие. Что тебе от того, что ты здесь находишься? Ничего. «Вы, евреи, умеете устроиться в любом месте, в разных состояниях. Поезжайте, пожалуйста, – каждый получит полмиллиона долларов. Пожалуйста, езжай. Купишь там дом, устроишься, общины примут тебя, есть страны, которые примут тебя. Вперед!». И все разъедутся. Все. Ты увидишь, как это работает.
Вопрос: Как выразить претензию к Творцу: «Почему Ты не пробуждаешь народ Израиля к молитве к Творцу? Пробуди народ Израиля!»
М. Лайтман: Я не смотрю на это, я не обращаюсь к Нему в любом случае. Я обращаюсь к Нему, чтобы Он дал мне силы и разум, как я должен действовать, что я должен сделать. А о Его работе – делает Он так, или делает Он этак – я это не трогаю, не хочу думать об этом, не хочу. С какой стати я должен критиковать Его, как Ты делаешь это и то? Что значит «как», и что значит «ты»? Это закон природы. Это данный непреложный закон. Ты можешь обратиться закону?! Ты можешь сказать земному шару: «Почему ты притягиваешь меня? Почему я упал на тебя с дерева, с дома или с крыши?» Как ты обращаешься? Как ты говоришь такое? (34:53)
То, что ты раскрываешь хисарон, чтобы обрести силу отдачи, – это нечто иное, потому что хисарон ты создаешь с товарищами. Ты обращаешься к силе отдачи, которая существует в природе, насколько тебе не достаёт её, и ты своим хисароном можешь притянуть эту силу, как минус притягивает плюс, а плюс – минус. (35:19)
Но остальные претензии, – это что? Ты что, делаешь из Него человека? Это как то, что говорила Тора «человеческим языком». Как будто мы обращаемся куда-то и думаем, что с помощью нашего обращения будет к нам более хорошее и доброе отношение. Этого не будет. За счёт обращения к Нему, что называется «леитпалель», молиться (возвратный глагол), ты себя судишь. И поэтому оцениваешь. И поэтому ты меняешься. И поэтому как бы Творец, вот этот Абсолют, изменяется к тебе. Это потому, что ты изменяешься и чувствуешь, что Его воздействие на тебя изменилось. (36:15)
Ученик: Вчера то, что рассказали товарищи, которые были в Оксфорде, вызвало сильную эмоциональную напряженность, и я думаю, что у остальных товарищей в мировом кли тоже. Если бы мы смогли хоть как-то передать это народу Израиля, то было бы огромное изменение, и уши открылись бы.
М. Лайтман: Будем надеяться, что они это сделают. Наш товарищ начал снимать фильм, остальные напишут несколько статей. Как можно больше, нам надо распространять это всеми средствами. Даже купить места в интернете, или даже в печатной газете, насколько это возможно. (37:00)
Ученик: Согласно своим ощущениям, я приближаюсь к товарищам, прошу Творца, чтобы Он дал им силы быть объединенными, чтобы мы были вместе как один человек с одним сердцем, и хочу, чтобы с той же мощностью, в той же степени были силы просить за народ Израиля. Поэтому вопрос ещё раз: это тоже самое, что я прошу, чтобы народ Израиля услышал, раскрыл уши?
М. Лайтман: Да. Ты можешь об этом молиться. Но не так, как ты думаешь, что ты обращаешься к Творцу, ты обращаешься к самому себе. Но вы действительно должны попробовать.
Наверняка на протяжении истории были такие каббалистические тексты, которые предостерегали народ: «Посмотрите, что может быть, что приближается, что может произойти. Давайте будем остерегаться. Давайте объединяться». Поищите такие тексты, стоит их обновить, освежить. Так писали величайшие каббалисты прошлого.
Мы находимся в очень критическом, очень особенном времени. Я надеюсь, что вы поймете это. И мы учим это из состояния разбиения. (43:30)
Видеофайл в Медиа Архиве:
https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/ad7MaZpl?language=ru