Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.
Ежедневный урок (Утро), 22 декабря 2023 года
Часть 2: Бааль Сулам. Предисловие к книге «Паним Меирот у-Масбирот»
Чтец: Мы читаем «Труды Бааль Сулама», страница 141, Предисловие к книге «Паним Меирот у-Масбирот». Мы продолжаем с 10 пункта.
(00:17) 10 пункт.
(10) Посмотри же на «речи из уст мудрого», рабби Авраама Ибн Эзры в его книге «Основа страха» 'Есод мора'. И я приведу здесь цитату из нее: «А сейчас обрати свое внимание и узнай, что все заповеди, написанные в Торе или принятые и установленные праотцами, несмотря на то, что бо́льшая их часть – в действии или в [произнесении] устами, все они [направлены] на исправление сердца, ибо «все сердца испытывает Творец» и всякое стремление мыслей понимает. И сказано: «И прямым сердцем», и обратное этому: «Сердце, кующее [злые] замыслы» …»
«И я нашел один стих, включающий в себя все заповеди, и это: «Творца Всесильного твоего бойся и Ему служи». И слово «бойся» включает в себя все запретительные заповеди, как в [произнесении] устами, так и в сердце и в действии. И это первая ступень, с которой человек поднимется к работе Творца, а она включает в себя все исполнительные заповеди, и они приучат сердце и укажут ему, пока не прилепится к высокочтимому Творцу, ибо для этого и создан человек. Ведь он не создан, чтобы скопить богатство или построить дома…»
«И потому он должен просить обо всем, что заставит его любить изучение мудрости, и искать веры… А Творец раскроет очи его и сердце его, и вдохнет в него другой дух, и тогда станет он при жизни любим Создателем своим… И знай, что Тора была дана лишь людям сердца…» «Ибо слова подобны мертвым телам, а интонации 'таамим' – как души. А если не поймет интонаций, весь труд его будет напрасен, и тщета и ветер» – подобно утруждающему себя счетом страниц и слов в медицинской книге, ведь посредством такого усилия он не сможет вылечить болезнь, и подобно верблюду, несущему шелк, где как он не помогает шелку, так и шелк не помогает ему. Здесь кончается цитата, которая приведена тут слово в слово.
И следует из его слов, что он настаивает на своем, а именно, держаться цели, ради которой создан человек. И он говорит о ней, что она представляет собой слияние с высокочтимым Творцом, и потому он говорит, что человек должен повторять те ухищрения, которые заставят его полюбить Творца, научиться мудрости и искать веры, пока он не удостоится того, что Творец раскроет очи его сердца и вдохнет в него другой дух, и тогда станет он при жизни любим Создателем своим. И с великим намерением он подчеркивает точность слов: «Станет он при жизни любим Создателем своим», указывая на то, что до тех пор, пока он не удостоился такого обретения, работа его несовершенна, и это та работа, которая обязательно дана нам сегодня для исполнения. Также он и заканчивает на том, что Тора была дана лишь людям сердца, то есть тем, кто достигли сердца, позволяющего любить Его и стремиться к Нему. А на языке мудрецов они называются мудрыми сердцем, поскольку там более нет животного духа, который опускается вниз. Ведь злое начало пребывает только в сердце, лишенном мудрости.
И он объясняет и говорит, что слова подобны мертвым телам, а интонации – как души, и если он не поймет интонации 'таамим', это подобно утруждающему себя счетом страниц и слов в медицинской книге, ведь посредством такого усилия он не сможет вылечить болезнь. Он имеет в виду, что человек обязательно должен найти ухищрения, позволяющие удостоиться упомянутого обретения, и тогда он будет способен ощутить вкусы 'таамим' Торы, то есть внутренней науки и ее тайн, и вкусы заповеди, то есть любви и стремления к Творцу. А без этого получается, что у него есть только слова и действия, в отсутствии душ являющиеся мертвыми телами.
И это подобно утруждающему себя счетом страниц и слов в медицинской книге и т. д. Ведь нет сомнения, что его лечение не завершится, пока он не поймет смысла описанного лекарства, и пока не пойдет и не купит его за все те деньги, которые будут назначены за него. А если порядок учебы и действия не построен так, чтобы привести его к этому, он подобен верблюду, несущему шелк, где, как он не помогает шелку, так и шелк не помогает ему прийти к совершенству намерения, ради которого он был создан.
М. Лайтман: Не понятно, Цвика? Пожалуйста.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (07:51) Я это читаю сейчас. Это не то, что мне добавляет настроение, наоборот, это кончает меня. Полностью вообще меня разочаровывает в работе. И знай, что Тора была дана лишь людям сердца…» «Ибо слова подобны мертвым телам, а интонации 'таамим' – как души. А если не поймет интонаций, весь труд его будет напрасен, и тщета и ветер»… Тогда что же такое настоящее усилие, о котором он пишет? Это такое истинное усилие?
М. Лайтман: Очевидно, обратное этому.
Ученик: Что это значит?
М. Лайтман: Ну, прочитай то, что написано, и прочитай обратное этому.
Ученик: Я прочитаю. Смотрите, что он говорит: Тора дана людям, обладающим сердцем.
М. Лайтман: О, это нужно выяснить, что если нет людей с сердцем, то некому давать Тору.
Ученик: А что значит «с сердцами», которые есть?
М. Лайтман: Очевидно, люди с сердцем чувствуют, понимают и могут работать со своим сердцем, управлять им.
Ученик: Но он пишет, что слова – это как мертвые тела, а таамим – это души. Если он не будет понимать вкусы и смыслы, то пусты его усилия: что бы он ни делал, это ничего не стоит. Что он имеет в виду?
М. Лайтман: Секунду, секунду. Что значит «ничего не стоит»? Мы хотим приблизиться к состоянию, когда мы воздействуем на наши души и хотим приблизить их к Творцу.
Ученик: Смотрите, он продолжает: подобно утруждающему себя счетом страниц и слов в медицинской книге, ведь посредством такого усилия он не сможет вылечить болезнь.
М. Лайтман: Ну, разумеется, что он неправильно использует медицину.
Ученик: Что значит «использовать»? Я по-другому спрошу, короче. Что значит «прийти сюда и учиться по-настоящему и чувствовать, что как те, у кого есть сердце»? Что это такое? Это понятие.
М. Лайтман: То есть, что прежде всего ты знаешь, что ты пришел сюда для того, чтобы исправить свое желание с эгоистического на альтруистическое.
Ученик: Замечательно! Как это сделать? Как в десятке это делать? Вот сидит парень... говорил с Вами, что люди боятся открыться, прячутся, закрываются. А если вы ему слово говорите, он не реагирует. Нет преодоления, есть страх, страх включиться в кого-то. Как вообще воевать? Воевать в десятке.
М. Лайтман: Зачем воевать? Мы должны объединяться, а не воевать.
Ученик: (10:36) Как объединиться? Нет, объясните, как объединиться. Сидим в десятке – как я объединяюсь со своим товарищем?
М. Лайтман: Давай-ка прежде всего говорить о том, что если мы не объединимся, то мы не достигнем раскрытия Творца, не соединимся с Творцом.
Ученик: Полностью согласен. Как это делать, как я объединюсь с товарищем? Он закрылся, он не хочет со мной говорить, он обижается, он встает и уходит: я с тобой больше говорить не могу, и не буду, я ухожу. Как вообще эту работу делать? Он убегает, а я один сижу за столом. Что мне делать?
М. Лайтман: У тебя есть работа.
Ученик: Замечательно. Как Вы предлагаете эту работу делать? Не раз Вы говорили, что или мы сюда не приходим… Вдруг ты обиделся, да? Оставайся дома. Ты даже камеру не открываешь, сидишь там в темноте. Ну, хотя бы камеру включи, камеру включи, уважай товарищей, которые... Не включает даже камеру. А потом перестает приходить, появляться. Как мы приводим к тому… кстати, сейчас очень нехорошее время, нам нужны эти люди, нам нужны десятки. Нам надо делать работу, нам надо справляться с этим. Как сделать, как нам удастся все это проделать?
М. Лайтман: Мы все-таки сумеем, добьемся успеха только с помощью методики Бааль Сулама и РАБАШа.
Ученик: Что, это и есть конец веревочки?
М. Лайтман: Сближаться друг с другом. Сближаться друг с другом. И перестаньте смотреть на меня. Вы, каждый, должен смотреть на товарища и видеть его ближним, ближайшим, стоящим на пути, и только при объединении между вами вы раскрываете место раскрытия Творца.
Ученик: Но что мне делать? Человек, который не приходит, что с ним делать? В десятке многие не приходят, приходят-не приходят. Что делать? Выбросить из десятки? Убедить, чтобы приходили? Умолять его? Поцеловать его? Что делать?
М. Лайтман: Прежде всего, продолжать. Продолжать с теми, кто остался. И снова, когда я пришел к РАБАШу, там было 5-6 человек всего. Всего! И они сидели и учились. И вдруг, через год-два, утром пришел еще кто-то. Я сижу рядом с РАБАШем, я там готовил свой диктофон, готовил ему кофе, а он мне так тихонечко говорит: «Этого парня не было 10 лет». Через несколько минут после него пришел еще один. РАБАШ говорит так про себя: «Ну всё, начали приходить, начали возвращаться».
Откуда ты знаешь, что делать? Нужно просто продолжать, и ты отдаешь себя в руки Творца. Я делаю все, что я могу. Это – группа, Творец привел меня сюда, я остаюсь здесь, я соединяюсь с товарищами. Насколько я могу, насколько у меня получается, я делаю. С мужчинами, с женщинами, с детьми, со всем, что эта группа рекомендует мне делать, я стараюсь делать. Вот и все.
Ученик: (14:54) Да, вот и остается вопрос: что делать в десятке, как преодолеть, чтобы можно было подняться и прийти к соединению с Творцом?
М. Лайтман: Творец, чтобы приблизить нас, все время остужает, охлаждает наше сердце. Охлаждает. Делает его более равнодушным, бесчувственным к товарищам, к учебе, к нашим учителям, Бааль Суламу, РАБАШу – для того, чтобы мы сами изнутри себя подняли важность всех этих вещей.
Ученик: Тогда я спрашиваю Вас: несмотря на то, что наши люди занимаются тут уже больше 20 лет, несмотря на то, что за эти 20 лет не удалось встать со стула и преодолеть, – где эта сила, где мужики тут? Да, мы делаем работу, но я не убегу, я буду сидеть, мы будем знать о том, что у нас есть общая цель. Почему убегают? Почему людям не удается справиться с этим? Не убегать, не закрывать камеру, не сидеть там в темноте! Как справиться с этим, преодолеть?
М. Лайтман: А ты почему не убежал?
Ученик: У меня есть новости. Я несколько раз бегал, и от жены убегал, и от работы. Убегал, возвращался, потому что я понял, ну, где-то я понимал, вдруг приходило понимание, что если ты не будешь делать работу, ты сдохнешь там снаружи, как говорится, ты еще как собака проживешь свою жизнь. Если бы люди страдали, как я страдал, а уж я-то пострадал. Как я могу сделать вместе с Вами, вместе с товарищами, чтобы действительно в конце концов понять, что не убегать от работы, не выключать камеру во время зума, не обижаться, не говорить: ладно, всё, ты так сказал мне, всё, я ушел. Нет. Как…?
М. Лайтман: Я понимаю тебя, я тоже прошел все эти вещи.
Ученик: Делать что? Что делать?
М. Лайтман: Что делать?
Ученик: Чего не хватает?
М. Лайтман: Не хватает постоянства, упорства, настойчивости.
Ученик: И 20 лет, и 25?
М. Лайтман: Дружок, если ты хочешь, то мы наполним твое время разными заповедями исполнительными, которые ты будешь выполнять, и ты в конце дня сможешь пересчитать, сколько ты сделал и совершил, и ты будешь гордиться тем, что день не прошел зря. Этого ты хочешь?
Ученик: Нет, но Вы же сказали, что то, что не достигается разумом, время делает.
М. Лайтман: Да.
Ученик: (17:50) Что делать со временем? Люди учатся уже 15, 20, 25 лет. Нет, я понимаю, что кто-то уже там. Но что с остальными-то? Есть много ребят вместе.
М. Лайтман: Я не ответственный за это. Я всем доношу общую учебу, для всех. Я не встречаюсь ни с кем наедине и ничего подобного.
Ученик: А что значит наедине? Может, это поможет?
М. Лайтман: Я видел это по себе.
Ученик: Что это значит?
М. Лайтман: То, что РАБАШ сделал.
Ученик: Не принимал Вас во внимание, не относился?
М. Лайтман: Относился, еще как относился. Мы уезжали с ним на 2-3-4 дня на север или еще куда-то, ночевали там, учились. Я брал с собой пищу, продукты. Это называется, что он не вкладывал в меня?
Ученик: Это зависит от меня, от каждого из нас?
М. Лайтман: Я здесь отношусь ко всем в равной степени.
Ученик: Нет, мы не говорим сейчас о Ваших усилиях. Пример, от чего это зависит? Каждый человек со своей душой так, как у него происходит?
М. Лайтман: Каждый согласно своему желанию, согласно своей душе, должен только больше раскрывать свою душу.
Ученик: Да, надо будет еще продолжить. Спасибо за то, что Вы сказали.
М. Лайтман: Но мы продвигаемся. Продвигаемся. И кроме того, в наше время я не вижу, что есть еще место, где ты можешь развиваться внутренне. А внешне – да. Всё.
Вопрос (Киев-1): (20:10) Что значит, что согласно своему месту ты должен раскрывать душу, и для этого ты пришел?
М. Лайтман: В соответствии с твоим местом в Древе Жизни, в общей душе – где ты, и где ты должен прийти к объединению, к исправлению.
Вопрос (Latin 1): (20:48) Товарищи пробуждают разные чувства: страх, ненависть, любовь, но вместе с этим я здесь каждый день устремляюсь к Творцу. Как я могу соединиться с их сердцами и отменить всякие свои мысли и образы, которые возникают?
М. Лайтман: Мы об этом говорим, мы об этом учим, что каждый обязан приблизиться к другому и почувствовать, что наши сердца на самом деле сближаются и соединяются. Я понимаю, что это трудно, потому что вы, скажем, вы из Латин 1, вы находитесь в разных местах и очень далеко друг от друга, хотя у вас один язык. А есть такие, кто находятся близко друг к другу, но не понимают язык друг друга, язык товарищей. Ну и еще, и еще.
И мы производим эти исправления тем, что мы стараемся преодолеть все, что только возможно ради связи между нами. И это призыв времени, что все сейчас в мире должны быть ближе друг к другу.
Вопрос (Петах-Тиква-25): (22:24) Мы получаем такую рекомендацию: работать в объединении. Мы прилагаем усилия, но мы видим, что мы приходим к определенному пределу, и мы не можем больше размягчить сердце. Но стараемся тут и там что-то делать, но есть много таких мест, где ты останавливаешься и не можешь продвигаться, кроме каких-то основных усилий. А сердце размягчается, когда мы учимся, вместе читаем и вместе заняты первоисточниками. Там сердце больше размягчается и чувствуется помощь. Какое равновесие между этими двумя частями? Во что стоит больше вкладывать? Можно ли прийти к объединению без чтения первоисточников?
М. Лайтман: По-настоящему первоисточники читать? Я не знаю. Я, когда был у РАБАШа, я изучал только «Учение десяти сфирот» без каких-либо дополнений. Статьи Шамати, когда РАБАШ дал мне рукопись, я читал. И это все. Не Тору, хотя я и учил, когда был молодым, еще до этого всего. Не саму Тору, не знаю. Главное, что нам нужно – это изучать то, что может повлиять на наши желания, которые целиком и полностью приблизятся и освободятся для принятия Творца.
Ученик: (24:53) Я имел в виду наши источники, те, что говорят о работе сердца, то, что у Бааль Сулама и РАБАШа. Эти источники воздействуют на сердце более высоко, чем просто мои усилия, когда я стараюсь сблизиться с товарищами. Я могу прилагать любые усилия и изменить свое ощущение по отношению к товарищам. Но десятка, когда это воздействует на всех, что мы смогли действительно обрести силу реализовать этот переход к любви к ближнему, к любви к товарищам, – это мы в основном получаем от советов и тех сил, которые находятся у наших каббалистов в наших первоисточниках. Какой акцент должен быть на чтении? Или, может быть, это неверно? Может быть, все усилия должны быть у человека, когда он получает силы от советов?
М. Лайтман: Главное – выполнять действия по объединению с товарищами. Это то, что я понимаю. А внутри этого есть и чтение вместе, и учеба вместе, чтение статей, и даже часть из них, и изучение вместе других текстов наших учителей, то есть часть из Зоар, часть из «Учения десяти сфирот».
Вопрос (МАК-24): (26:53) Таамим раскрываются только в группе через объединение и совместное изучение? Или тут есть какое-то место для индивидуальной работы?
М. Лайтман: Нет в науке каббала иного места для работы, для личной такой работы. Все должно быть только групповым образом, потому что мы хотим соединить части души каждого в одну общую душу. И она тоже является частью души Адама Ришона, вот этой единой. Поэтому так мы учимся.
Что мы еще должны изучать?
Чтец: Мы можем продолжить читать одиннадцатый пункт или есть «Учение десяти сфирот».
М. Лайтман: Что вы предпочитаете? Давайте еще одиннадцатый пункт продолжим.
Чтец: (28:09) Одиннадцатый пункт.
(11) И, опираясь на это, мы достигли раскрытия очей в изречении р. Симона в Мидраш Раба, гл. 8 на стих: «Создадим человека». И он говорит: когда Творец хотел сотворить человека, он посоветовался с ангелами-служителями, которые разделились на группы и фракции, часть их говорит: «Да будет создан» …
М. Лайтман: Человек.
Чтец: …а часть их говорит: «Да не будет создан», как сказано: «Милость и истина встретились, справедливость и мир соединились». Милость сказала: «Да будет создан, ибо он вершит милость». Истина сказала: «Да не будет создан, ибо весь он есть ложь». Справедливость сказала: «Да будет создан, ибо он поступает по справедливости». А мир сказал: «Да не будет создан, ибо весь он – раздор». Что же сделал Творец? Взял истину и бросил ее на землю, как сказано: «И истина будет брошена на землю». Сказали ангелы служения Творцу: не подвергай позору «тахсис альтихсайя» (печать) Свою, подними истину с земли, ведь сказано: «Истина из земли произрастет», см. там.
М. Лайтман: Дальше.
Чтец: (29:59) И вот это изречение трудно для понимания во всех отношениях.
Тут всё еще не выяснена вся серьезность стиха: «Создадим человека». Неужели же, страшно подумать, Он нуждается в совете, как сказано: «Спасение – в силе советника»?
Как может тут истина сказать обо всем роде человеческом, что весь он – ложь, ведь нет поколения, в котором нет подобного Аврааму, Ицхаку и Яакову?
А если верны слова истины, как же ангелы милости и справедливости согласились на мир, целиком являющийся ложью?
Почему истина называется «тахсис альтихсайя», то есть печать, которую ставят в конце письма, – ведь обязательно существует главная действительность, находящаяся вне печати, однако же вне границ истины, без сомнения, нет никакой действительности?
Разве могут ангелы истины думать о Действующем в истине, что действие Его, страшно подумать, не истинно?
Что стало с истиной из-за ее тяжкого наказания, когда была она отброшена до земли и внутрь земли?
Почему ответ ангелов не приведен в Торе, так же как приводится вопрос, заданный им?
М. Лайтман: Это он думает, что посредством этих вопросов, мы зайдем глубже внутрь в ту задачу, которую он хочет все-таки нам открыть.
Чтец: (32:12) И следует понять те два вида управления, которые предстают перед нами и являются диаметрально противоположными. И это – управление бытием всей реальности этого мира и управление способами существования для становления каждого отдельного элемента находящейся перед нами реальности. Ведь на одном конце этого мы видим надежное управление, [находящееся] под на удивление верным присмотром, контролирующим образование каждого элемента реальности.
Возьмем в качестве примера порядок бытия, [устроенный] для существования человека. И вот любовь и наслаждение являются его первой причиной, надежной и верной в своей миссии. И сразу после того как он отрывается от мозга отца, управление готовит ему надежное место, защищенное от любого вреда между мягких тканей утробы матери, так чтобы никто чужой не мог коснуться его. Там управление обеспечивает его хлебом насущным на постоянной основе в необходимом ему объеме и так же обслуживает его во всех его потребностях, не забывая о нем ни на секунду, пока он не обретет силы выйти на воздух нашей, полной трудностей, земли. И тут управление одалживает ему мощь и силу, и, как хорошо вооруженный, старый и опытный воин, он раскрывает ворота и разбивает стены. Пока не попадает к таким людям, на которых можно положиться в том, что они будут помогать ему во все дни слабости его, ведь они для него дороже, чем все жители вселенной, [своей] любовью, милосердием и великой заботой о поддержке его существования. И так управление всё время обнимает его, пока не подготовит его к существованию и последующему развитию его существования.
Аналогично ситуации с человеком ситуация с животным родом и родом растений – все они управляются совершенно удивительным образом, обеспечивающим их бытие в их действительности. И об этом знали все исследователи природы.
А по другую сторону, на другом конце, когда мы смотрим на порядок становления и обеспечения способов существования той же действительности от рогов антилоп до яиц вшей, мы находим все порядки перепутанными, как в лагере бегущих с поля боя, поверженных и больных, пораженных Творцом, и все их жизненные силы устремлены к смерти, нет у них права на существование, иначе как через страдания и боль, и «жизнью своей добывают они хлеб свой». И даже маленькая вошь ломает себе зубы, добывая пищу. И сколько ей приходится поплясать, прежде чем она добудет себе достаточно пищи, обеспечивающей ее право на существование! И подобная ситуация – со всеми, от мала до велика, не говоря уже о роде человеческом, избранном из всех созданий, «рука которого на всех, и рука всех на него».
М. Лайтман: Вопросы. Все понятно? И настолько это все унижает, опускает. А что делать? Ну-ну.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:19) Я не совсем понял: милость, истина встретились, правда и мир соединились.
М. Лайтман: Это потом, потом.
Ученик: Тут на первом этапе он говорит, все вот эти семь пунктов, он говорит о правде, которая была послана на землю. Можно это выяснить.
М. Лайтман: Ну, выясним. Соответственно с тем, насколько мы способны поднять ее из земли, и с помощью чего именно, и тогда об этом поговорим. Что мы выигрываем от истины, которую именно надо вытащить, извлечь?
Ученик: По правде говоря, это желание получать, оно ведь управляет человеком. Это истина.
М. Лайтман: Да.
Ученик: И когда он бросает ее на землю, это значит, что он начинает работать в исправлении своего желания получать?
М. Лайтман: Ну, скажем. Что написано здесь, что ты не понимаешь?
Ученик: Я вообще ничего не понимаю.
М. Лайтман: Тогда тебе надо посидеть дома или где-то там, и несколько раз прочитать, пока тебе не станет яснее.
Ученик: Спасибо.
М. Лайтман: Я прошу прощения, но таким образом невозможно делать выяснение. Хорошо? Тогда дальше.
Чтец: (38:49) Двенадцатый пункт.
(12) Однако и в десяти сфирот святости мы различаем два противоположных значения, поскольку девять первых сфирот направлены на отдачу, а малхут направлена на получение. И также девять первых сфирот наполнены светом, а у малхут самой по себе нет ничего. И потому мы различаем в каждом парцуфе два вида света, а именно, внутренний свет и окружающий свет, и два вида келим, внутреннее кли – для внутреннего света, и внешнее кли – для окружающего света. И это происходит из-за двух упомянутых противоположностей, ибо не могут две противоположности находиться в одном носителе, и потому нужно, чтобы для внутреннего и окружающего светов были отдельные носители, как написал я подробно в «Паним масбирот», разделы 2 и 4.
Однако в святости они не находятся в полной противоположности, поскольку малхут находится с девятью первыми в зивуге, и ее свойство тоже будет отдающим в виде отраженного света, как сказано в «Паним масбирот», разд. 4. Иначе обстоит дело с Ситрой Ахрой, [то есть с грешниками,] у которых нет никаких девяти первых, и они, главным образом, построены из пустого пространства, что является гадлутом формы получения, на которую произошло Первое Сокращение. И даже после того как свечение линии вошло в решимо, этот корень остается без света, как сказано в «Паним масбирот», разд. 1. И потому они сверху донизу противоположны жизни и святости, как сказано: «Одно против другого создал Творец», и поэтому они называются мертвыми, как сказано там.
И вот выяснилось выше в п. 6, что всё сокращение было только для украшения душ посредством их уподобления по форме своему Создателю, что является изменением получающих келим на форму отдачи, как сказано там. И в упомянутом состоянии эта цель всё еще недостижима, как со стороны строения парцуфов святости, где нет ничего от пустого пространства, являющегося формой гадлута получения, на которую произошло сокращение, и потому не может быть никакого исправления на то, чего не существует там в реальности, так и со стороны строения Ситры Ахры – тут, без сомнения, нет никакого исправления, хотя у них и есть связь с пустым пространством, ведь смысл ее совершенно противоположен, и всё, что она получает, обречено на смерть.
И потому необходим только лишь человек этого мира, который в своем катнуте находится на обеспечении и поддержке Ситры Ахры, наследуя у нее келим пустого пространства, а в гадлуте он переходит и соединяется со строением святости, чтобы благодаря Торе и заповедям доставлять наслаждение своему Создателю. И получается, что он изменяет гадлут получения, которое он уже обрел так, чтобы оно было направлено в нем только лишь на отдачу. И выходит, что этим он уподобляет свою форму Создателю, и в нем реализуется намерение.
И в этом смысл существования времени в этом мире, ведь мы видим, что вначале две вышеназванные противоположности разделились на два отделенных друг от друга носителя, то есть святость и Ситру Ахру, как сказано: «Одно против другого», и исправление всё еще недостижимо для них, как сказано выше, поскольку они обязаны пребывать в одном носителе, то есть в человеке, как сказано выше. И потому нам обязательно нужно существование временно́го порядка, ибо тогда две противоположности будут проявляться в человеке одна за другой, то есть как сказано, во время катнута и во время гадлута. [Бааль Сулам. Предисловие к книге «Паним Меирот у-Масбирот»]
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:58) Написано, потому необходим только лишь человек этого мира, который в своем катнуте находится на обеспечении и поддержке Ситры Ахры, наследуя у нее келим пустого пространства, а в гадлуте он переходит и соединяется со строением святости. Что такое человек этого мира, который в своем катнуте находится на обеспечении и поддержке Ситры Ахры?
М. Лайтман: Это желание получать. Только о нем идет речь, что в какой-то момент он находится в желании получать ради отдачи, а иногда находится под воздействием высшего света, который приносит ему намерение ради отдачи.
Ученик: И тогда внутри него соединяются две эти противоположности?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (45:58) Он говорит, что необходимо понимать их в двух управлениях, которые предоставлены нам, и они противоположны диаметрально. И мы в этот период чувствуем полную путаницу. Есть война снаружи... Как понимать эту реальность? Через систему Ситры Ахры или через систему святости? Это причина того, что мы видим?
М. Лайтман: Я бы не стал это так объяснять. Я не понимаю, что там происходит сейчас снаружи, но на самом деле в этом что-то есть.
Ученик: Я спрашиваю, потому что раньше он говорил, что нужно понимать эти два управления. Здесь он объясняет две эти системы. Можно ли это объяснить: почему мы воспринимаем два противоположных управления? И в чем заключается исправление?
М. Лайтман: Исправление в том, что мы поднимаемся над двумя этими видами управления в единую силу, которая всегда есть добро.
Ученик: То, что исправляет наше восприятие реальности?
М. Лайтман: Да. Это все, что нам нужно.
Вопрос (Ж Интернет, Москва): (47:21) Истина – это Шхина?
М. Лайтман: Можно так сказать.
Вопрос (Интернет, МАК-27): (47:33) Главная просьба к Творцу, чтобы объединил всех?
М. Лайтман: Да.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (47:42) Можно задать общий вопрос от себя? Вы говорили нам много раз по поводу распространения, что мы просто перекрываем шланг, и к нам придут с претензиями, что мы не распространяем это. И каждый, кто видит, что происходит в мире... есть много претензий и к Израилю, и требований: «Отдайте землю! Вам это не положено». Что мы можем сделать здесь?
М. Лайтман: Рассказывать, ради чего мы находимся здесь. Что мы охраняем это место, где здесь все человечество должно прийти к исправлению мира.
Ученик: Когда ты стоишь перед человеком, который полностью уверен в своем мнении, и он совершенно против тебя – можно ли что-то сделать и сказать? Или нужно просто заниматься внутренней работой, объединением?
М. Лайтман: Мне нечего больше объяснять. Нечего мне больше объяснять, потому что мы дошли до такого состояния, что об этой земле говорят: «Земля Израиля – это не земля Израиля». Земля Израиля вообще не существовала на поверхности земного шара. И нас на самом деле отсюда прогнали. Да, мы прогнали отсюда семь народов, которые здесь жили. Поэтому они правы, говорят: вы бандиты, разбойники. Но только если мы сможем показать им, что то, что мы здесь делаем – мы этим спасаем мир (мир, мир целиком!), то они согласятся. Но если мы этого не сделаем, то вся наша работа, на самом деле, не стоит ничего. И мы исчезаем.
Ученик: (50:29) Правильный путь, чтобы показать это – это объединение между нами здесь?
М. Лайтман: Объединение нас здесь, на земле Израиля. И показать всем, что таким образом – это пример всем народам, потому что мы, по правде говоря, есть выборка из всех народов. Нет такого «народ Израиля». Нет. Мы представители, поэтому мы приглашаем соединиться с нами, потому что мой дом будет называться домом молитвы для всех народов.
Вопрос (Чтец): (51:19) В ближайший шаббат завтра утром соберутся мужчины со всего израильского кли. Все, кто могут, они приедут сюда. Женщины и мужчины все вместе. Только израильское кли, мы здесь все соберемся в нашем доме. Как можно использовать этот шаббат, чтобы еще больше объединиться между нами и повлиять благоприятно и на войну, и на человечество, на все в духовном плане?
М. Лайтман: Ну так все зависит от настройки сердец. Как мы настроим сердца на объединение. Это должны быть и трапезы, и песни, и разговоры. И так будем приближаться.
Ученик: Как сделать этот урок особенным? Что может сделать этот урок чем-то значительным, особенным, чем просто еще один урок? Относиться к этому как к уроку уникальному, где мы совершаем скачок?
М. Лайтман: Но это все зависит от публики. Все зависит от публики. Вы что, думаете, что я могу нажать на кнопочку здесь? Что у меня тут есть несколько кнопок и что я запущу сердца?
Ученик: А какая кнопка есть у масс, у аудитории? У нас какая кнопка есть?
М. Лайтман: Сближать сердца. Сближать сердца и в них постараться склонить себя, принизить и предоставить место высшему свету, чтобы он заполнил наши сердца, чтобы поднял всех нас по всему миру. Всех товарищей по всему миру.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (53:52) Я хотел спросить: когда Творец остужает сердце, какая должна быть реакция, чтобы разогреть сердце?
М. Лайтман: Разогреть сердце только с помощью сближения сердцами. Сближать их вместе, и тогда каждый, собственно, разогревает другого. То, что мы чисто инстинктивно… Посмотри на животных, на зверей, насколько они хотят быть близко друг к другу, как бы войти один в другого.
Ученик: Но что это за действие, когда ты приближаешь свое сердце? Как?
М. Лайтман: Я убеждаю себя, что без моих товарищей я не смогу прийти к своему исправлению. Ну, совершенно не смогу. И тогда у меня нет выхода. Я должен больше быть связанным с ними.
Ученик: Я слышал, как Вы сказали, что это возможность для каждого раскрыть свою душу. Как взять и использовать все эти возможности, которые есть у нас сейчас? У нас есть завтрашний день. Как мы можем усилить это?
М. Лайтман: Это только разогреть сердце, чтобы быть ближе к другим. Нет у меня никакого другого совета.
Ученик: Спасибо.
Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (55:57) Я слышал вчерашний урок, я слышал сейчас товарища. Тут про разные кнопки разговор. Я хотел бы сказать Вам, что ощущение всех нас… вообще мы чувствуем очень плохо со всем, что произошло на юге.
Я помню, несколько лет назад, может быть, 10-8 лет, Вы сказали, что постепенно приближается этот свет, как такая летающая тарелка, когда мы почувствуем это буквально на нашем мясе. Я помню эти слова в точности.
Что Вы имеете в виду? И Вы сказали, что раскроется много света. Вопрос: что нам делать с ним? И вот такое ощущение, что мы чувствуем огромное количество света. Я спрашиваю: скажите, то, что вызывает все эти столкновения, вот этот удар света? Я спрашиваю, как?
Мы скажем, завтра пригласили людей. Как мы оказываем сопротивление? Ведь раскрывается большая тьма. Как нам привнести свет в эту тьму? Ведь свет приближается, приближается, мы чувствуем давление страшное.
М. Лайтман: Смотри, в науке каббала есть несколько частей. Есть такие, которые убегают в учебу. ТЭС, разные его части, Древо Жизни. Ну и тогда видят себя, что так вот, в принципе, можно тянуть и дальше. А есть такие, которые нет. Я не знаю, что тебе предложить. Мне кажется, что попробуйте снова выяснить нынешнее состояние в мире и убедить себя объединяться.
Ученик: (58:45) Да, мы чувствуем, мы чувствуем страшно, плохо. Я смотрю на людей, которые не учат каббалу. Я вижу людей со слезами на глазах и женщин, потерявших детей, все чувствуют необходимость. Вдруг все начинают читать псалмы.
Люди никогда в жизни не читали псалмы. Сегодня читают. Десантник вернулся вчера, смотрю, он читает псалмы. Люди что-то требуют, у них никогда не было такого требования. Почему он читает эти псалмы? Никогда в жизни не читал псалмы.
Есть огромный хисарон требования к чему-то, в чем раньше он не нуждался. Есть огромная потребность в народе. Как это можно использовать, довести до какой-то точки? Ты видишь, что у людей есть огромный вопрос, как привести это в направлении Творца.
Мы как большая группа, мы умеем делать эти вещи, но как мы можем сами поднять это? Ведь огромный хисарон есть у всех. Каждый приходит домой и видит, что происходит. Об этом и товарищ спрашивал. Как мы можем использовать это все в одном направлении? Допустим, завтра, чтобы помочь народу?
М. Лайтман: Сделаем.
Ученик: Как? Что нужно сделать?
М. Лайтман: Ну, подумайте. Главное ведь – это наша работа в мысли. Как объединить сердца и как произвести такое объединение, чтобы это объединение поглотило всех нас.
Ученик: Что молиться завтра вместе? Сделать такую большую общую молитву, как-то сосредоточиться на чем-то определенном?
М. Лайтман: Да, надо сосредоточиться на чем-то.
Ученик: А что вот это? На чем именно?
М. Лайтман: Объединение.
Ученик: Между нами?
М. Лайтман: Чтобы внутри этого предоставить место Творцу.
Давайте на этом закончим.
Объявление (01:01:03)
Песня (01:01:45)
Набор: Команда синхронного набора
Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/aJ595IQk