Урок 25 марта 2004 г.
"Шамати", статьи 26, 27, 28, 29

 

• Жирный шрифт – оригинальный текст изучаемой статьи
• Обычный шрифт – комментарий Михаэля Лайтмана

 

26. Будущее человека зависит от благодарности за прошлое

Сказано: «Возвышен Творец, и униженный увидит» – только униженный может видеть высоту Творца. Буквы слова «дорогой» (якар) переходят в буквы слова «осознает» (якир). Это значит, что чем дороже человеку вещь, чем большее осознание ее ценности он приобрел, тем лучше он осознаёт ее высоту, и именно в мере осознания важности этой вещи он воодушевляется ею. А воодушевление приводит его к ощущению в сердце, и согласно степени осознания важности – в той же мере рождается у него радость от связи и близости с этой вещью.

Итак, всё зависит от степени важности, ценности, исключительности предмета в глазах человека.

Поэтому, если человек осознаёт свою униженность, он видит, что сам ничем не благороднее всех своих ровесников, т.е. видит, что есть много людей в мире, которым не дана сила выполнять святую работу даже в простейшем виде (когда человеку кажется, что он еще не достиг важной ступени), даже без намерения и в ло-лишма, даже в последней стадии ло-лишма, даже в подготовке к подготовке облачения Святости. Человек не пребывает в этом, но все же осознаёт принадлежность к какому-то процессу, или ему, по крайней мере, дали такую деталь восприятия, благодаря которой он может видеть эти вещи со стороны – возможность, которая есть не у многих. Человек хотя бы отдает себе отчет в том, что данный фактор существует.

Он же удостоился того, по крайней мере, чтобы наблюдать за этим со стороны и различать присутствие этой вещи в мире. ... Удостоился того, что даны ему желание и мысль, чтобы, в любом случае, выполнять время от времени святую работу, пускай даже в самом простом виде, какой только может быть. У человека имеется лишь самая малая зацепка, касание. И если человек может оценить важность этого (того, к чему он лишь слегка прикасается), и согласно осознанию важности он придает значение святой работе, когда человек все-таки совершает легкое прикосновение и видит это – тогда, в степени осознания важности того, к чему он притрагивается, в той же мере он должен воздавать хвалу и благодарность за то, что ему дали хотя бы краткую секунду, чтобы подумать об этом.

Ибо правда в том, что мы неспособны оценить важность того, что можем иногда выполнить заповедь Творца даже без всякого намерения – т.е. иметь хоть какое-то отношение к этому. Ведь духовное совершенно оторвано от материального, и нет никакой связи между двумя мирами. Нам действительно дают ощущение некоей принадлежности, прикосновения, дают бросить на это взгляд, подумать об этом, понять, оценить, взглянуть из одного мира на другой – это нечто, лежащее над природой. И если нам дают возможность иногда выполнить заповедь Творца даже без всякого намерения, если человек ценит это, тогда он приходит к ощущению возвышенности и сердечной радости, от того что с ним сделали нечто над природой, и что имеет место весьма особое отношение к нему со стороны Творца.

Если человек улавливает этот момент и начинает ценить его, т.е. повышать осознание важности духовного, то посредством хвалы и благодарности (не просто на словах, а вследствие работы над осознанием важности), которые человек воздает за это – расширяется это ощущение, и он воодушевляется от каждой точки святой работы... Эта важная вещь уже складывается для него из множества деталей восприятия. И тогда на каждую деталь восприятия, на каждое прикосновение, и на каждое проявление своего отношения, с каждой точки зрения на каждый предмет человек воздает хвалу и благодарность, придавая большое значение тому, что у него есть от этого оттенки ощущения и некая связь – не только точечная, он уже начинает думать об этом и ценить это. Его отношение теперь не элементарно, он уже улавливает эти вещи, ему дали возможность пребывать в широком контакте с духовным.

И благодаря этому человек поднимается всё выше и выше. И в этом тайна сказанного: «Благодарю Тебя за ту милость, которую Ты сделал со мной» – т.е. за прошлое. «За то что Ты приблизил меня к вещам, находящимся над моей природой. Без особого отношения ко мне с Твоей стороны, свыше – я бы никогда не приподнялся, чтобы увидеть, понять, постичь это, подумать об этом, вообще представить себе, что это существует». А отсюда, благодаря за то, что Творец сделал с ним в прошлом, человек сразу может твердо сказать (т.е. перейти к поиску, ощущению, восприятию и связи другого рода, с уверенностью за будущее) и говорит: «А также за то, что ты сделаешь со мной в будущем». Почему? Потому что если Творец дал ему такую возможность, то уже в руках человека усилить связь посредством повышения важности ее начала.

Вопрос: Рабаш пишет здесь, что мы не в силах оценить важность этого. Как же вообще прийти к такому?

М. Лайтман: Мы не способны оценить важность духовного, потому что живем со своим желанием получать. Весь я внутри желания, которое по своему свойству получения противоположно духовному, а потому я не ощущаю духовного.

Вследствие разбиения общего сосуда Адам Ришон, общей души, из когда-то существовавшего экрана в мое желание упала точка, искра. И эта искра, живущая во мне, является частью намерения ради отдачи, духовного кли, сосуда отдачи. В этой части сосуда отдачи я могу ощущать некое свечение свыше. Какова же яркость этой малой искры, в которой я ощущаю Высший мир? Она очень мала. Поэтому я, конечно же, не могу ценить духовное иначе как на уровне очень-очень маленького свечения.

Я не ощущаю духовного, потому что не обладаю подлинным кли. Это пока что лишь искра, и она к тому же противоположна, разбита и действует наоборот. Поэтому я получаю лишь маленькую подсветку в форме, обратной тому, что на самом деле имеется на духовной ступени. Таким образом, я не могу ценить ее ни по величине, ни по мощи, ни по важности, не могу ценить само это свойство.

Однако если мне дали ухватиться за самую малую толику обратной стороны духовного, в то время как сам я пребываю в совершенно противоположных свойствах – значит, мне уже дали конец нити. И теперь нужно работать над осознанием важности этого ощущения, важности того, за что я держусь. В этой точке я связан с духовным миром, который бесконечен во всем, что поддается моим представлениям, во всех свойствах. Так вот, ощущение принадлежности к этому открывает мне келим, а также говорит мне, насколько я относительно этого слабого ощущения ничтожен и мал. Я соприкоснулся с чем-то очень большим, и хотя лишь едва касаюсь, но касаюсь великого.

Тогда я произвожу правильную оценку, приходя к состоянию униженности относительного Божественного, с которым у меня есть сейчас контакт. Сообразно с ощущением униженности я начинаю приближаться к этому и ценить; это придает мне силы. Вещь эта становится для меня дорогой, вследствие чего я обретаю силы, чтобы приближаться к ней. И тогда, конечно же, от конца нити я могу уже добраться до самого предмета. Об этом здесь и говорится: униженный вследствие своей униженности может достичь того, что увидит Творца. «Возвышен Творец, и униженный увидит». Если человек правильно выстраивает этот порядок, то действительно приходит к видению.

Вопрос: Почему, для того чтобы достичь высоты Творца, человек должен смотреть на себя, сопоставляя с другими людьми?

М. Лайтман: Потому что мы все-таки пребываем не в сосудах отдачи. В сосудах отдачи весь я внутри Творца, в Том, Кому хочу отдавать. Однако мы все пребываем в сосудах получения, и потому важность чему-либо я придаю относительно сосуда получения, когда у меня есть больше, чем у других. В соответствии с этим я воздаю хвалу и благодарность Творцу – если вижу, что удостоился того, чего не удостоились несколько миллиардов людей в мире.

Чем же я лучше этих миллиардов? Может, у меня другое тело? Вроде, нет. Проведи пересадку органов, и у увидишь, что ничего не изменилось. Может быть, у меня кровь особенная? Сделай переливание крови, и убедишься, что это не так. Что же во мне необычного?

Разумеется, устроив разбиение сосудов, Творец сформировал мою душу таким образом, чтобы дать мне связь с Собой, не дав ее другим. Ну и что, мне теперь гордиться этим? С чего начать?

Человек пребывает в эгоистическом желании получать, и у него есть за что зацепиться, есть чем гордиться. Да, на свой счет, но с этого ты уже можешь перейти на другую сторону, к Творцу, и благодарить Его, вместо того чтобы кичиться собственной незаурядностью. Признавая, что это Он дал тебе нечто особенное, ты переходишь к Нему и уже начинаешь благодарить Его, видеть Его, относить всё это к Нему, пока вообще не отключаешься от того, что Он сделал тебе, и ведешь речь лишь о Его свойстве.

Таким образом, зацепка, конечно же, осуществляется в ло-лишма – в осознании того, сколько Он мне сделал. Разумеется, так.

Вопрос: В статье сказано: Есть много людей в мире, не удостоившихся контакта с Творцом, которого удостоился этот человек. Что под этим подразумевается?

М. Лайтман: Эти люди – души, для которых еще не пришло время находиться в контакте с Творцом, а потому они живут подобно животным, не зная, для чего. Они не задаются вопросом: «В чем цель жизни?» Им еще не дали мысли, ведущей к этому вопросу.

Вопрос: Тогда что такое категория «людей» в человеке?

М. Лайтман: Здесь об этом не говорится. Я люблю держаться текста и не разводить философию на пустом месте.

Вопрос: Что значит «выполнить заповедь Творца даже без всякого намерения»?

М. Лайтман: Под «заповедью Творца» подразумевается исправление. Что Творец заповедал? Посредством обязательного для нас процесса Он повелевает, чтобы мы совершали исправления – поневоле или осознанно. Одно из двух. Таково, в сущности, повеление с Его стороны. Это и есть заповеди. Он создал в нас 613 испорченных органов, и мы должны на каждый орган, т.е. на каждое желание произвести исправление. Это Его повеление, данность, от этого мы не можем убежать.

Вопрос: Но ведь исправление подразумевает намерение?

М. Лайтман: Исправление означает использование каждого желания не во благо себе, а на благо отдачи, Ему во благо. Тем самым я становлюсь подобным Ему. Как Он готов отдать всё благо всем 613-ти моим желаниям – так же Он хочет, чтобы я устремил все 613 своих желаний на отдачу всего блага Ему.

«Выполнение заповеди без намерения» – означает, что я нахожусь в начале этих исправлений и еще очень далек от того, чтобы вообще понимать, ощущать их, различать, что это за 613 желаний, в каком именно отношении и желании я сейчас пребываю, каковы мои текущие намерения. Еще нет, но у меня уже есть малая толика некоего отношения, прикосновения. И это называется, как сказано в статье: «ло-лишма дэ-ло-лишма» («последняя стадия ло-лишма).

Вопрос: Во многих статьях говорится о хвале и благодарности. Почему так важно восхвалять и благодарить?

М. Лайтман: В этом весь смысл статьи. Ты, видимо, не слушал.

Почему так важно восхвалять и благодарить? Об этом мы и говорили. Если это важно и первостепенно, то такая степень осознания важности позволяет мне сосредотачивать на Нем внимание, различать в Нем различные точки, стороны, проявления, свойства. И теперь я могу из каждой точки формировать особое отношение к Нему, могу больше относить на Его счет. Имеющаяся во мне точка, с которой я начинаю развивать осознание важности, становится моим кли. Такая вот «важная вещица».

Есть статья, описывающая, как человек использует силу привычки. Он привыкает к чему-либо, т.е. начинает работать с данным фактором, ощущать его, и благодаря этому вступает с ним в более тесный контакт. Фактор этот становится для человека важным, и он начинает ощущать его, хотя вначале было не так.

Знаешь, есть специальность дегустаторов, различающих вкусы вин, табака, сыра и т.д. Это специализация, профессия. Я пью вино – немного сладкое, немного кислое. А они вместо «немного сладкого» распознают тысячу марок, а вместо «немного кислого» – пятьсот. Почему? Привычка и осознание важности того, чтобы распознать, понять, оценить, замерить это, быть связанным с этим, объять, охватить со всех сторон, проверить, выявить – всё это дает человеку инструменты, чтобы из одной точки у него выросло большое кли.

У нас есть лишь одна точка сцепления с духовным. Нужно только, чтобы это было важно для нас. Пускай я увижу, что надо мною простерт целый мир, а я его не ощущаю, не соприкасаюсь с ним ни в одной точке. И вдруг мне дают точку сцепления. Больше мне ничего не дадут, это и есть подарок свыше. Начиная с этой точки, я могу (а в конечном счете, обязан) развивать кли, в котором буду ощущать весь мир. Иными словами, из точки нужно сделать сосуд мира. И осуществляется это лишь благодаря повышению важности того, с Кем я сейчас нахожусь в контакте.

Потому мы и говорим, что первостепенная вещь в группе – это осознание важности Творца, то, как группа будет развивать осознание Его важности. В этой мере будет сила, подъем, в этой мере уже можно преодолевать все препятствия. Таково действительно верное средство, чтобы от этого получать силы, топливо, и идти вперед. Не от страха, не от того, что этот мир ничего не стоит, как говорят хасиды и вообще все, не от вопроса «Кому нужна такая никчемная жизнь?» Нет. Мы не хотим продвигаться из отрицания, убегая от страданий. Это неверный путь. Мы хотим продвигаться потому, что пред нами лежит контакт с Творцом, с самым важным; хотим продвигаться из осознания важности, из воодушевления, а не убегать от страданий. От страданий бегут лишь изначально, при выходе из Египта, а затем постоянно движутся благодаря осознанию важности.

Вопрос: Хвала и благодарность, о которых здесь говорится, это необходимые действия или описание состояния?

М. Лайтман: Поверяю ли я свое текущее состояние, воздавая в соответствии с этим хвалу и благодарность? Да, и более того. Я обязан, с одной стороны, измерять и проверять степень своего контакта с Высшим, с Творцом; а с другой стороны, стараться ценить духовное более, чем это обусловлено моими ощущениями, более, чем могу сейчас проанализировать и представить себе – и сообразно с этим также благодарить.

Как такого достичь? Просто так кричать о том, что я в действительности не способен ценить – это похоже на лесть: я ничего не получил, ничего не знаю и заливаюсь просто так, распевая дифирамбы. Нет.

Имеется в виду следующее: я прихожу в группу и прошу у товарищей, чтобы они помогли мне ценить важность духовного более, чем того позволяет ощущение, полученное мною лично. В статьях о группе Рабаш пишет, что в ней вопрос о величии Творца обязан гореть, благодаря чему я повышаю свое отношение к этому, мои келим расширяются, и я всё более и более начинаю ощущать духовное.

Не нужно бояться того, что это как будто бы не мое, что я занимаюсь этим искусственно и не похож на человека, который пребывает в реальном контакте с тем, что можно проверить и измерить, держа в руке. Это не так, но и бояться этого не надо, потому что желание, тяга к этому, по сути, определяет всё.

 

27. Велик Творец, и только ничтожный узрит Его

«Возвышен Творец, и униженный увидит». Что это означает? Как может быть уподобление с Творцом... То есть, как можно увидеть Его? Ведь я вижу в мере того, насколько уподобляюсь Ему. Если я пребываю с Ним в одних сосудах, желаниях, намерениях, в уподоблении свойств – лишь в этой мере я могу видеть. Как же можно находиться в уподоблении с Творцом, когда человек является получающим, а Творец – Дающим?

Об этом говорит строфа: «Возвышен Творец, и униженный увидит». Если человек совершенно аннулирует себя, как будто его нет – выходит, что нет у него никакой власти, способной разлучить его с Творцом. Ведь тогда у человека нет своего «я», и он, так сказать, может не только быть слитым с Творцом в упразднении собственного эго, но и находиться внутри Него.

И тогда он «увидит». Из точки своего самоупразднения человек видит Творца. Разумеется, у него нет большого кли, поскольку он лишь аннулировал себя, однако он подобен зародышу в чреве матери. То есть удостоится даже света мохин дэ-хохма, однако этот свет распространится в нем снизу вверх.

И «издалека узнает». То есть не вблизи, не в своих сосудах, не благодаря удержанию, намерению, не получая ради отдачи при распространении света хохма, не притягивая света – но путем одного лишь отторжения от себя. Человек ограждается тем, что сводит себя к нулю, отталкивает всё. Его кли находится в сокращении. Однако, отталкивая всё, человек тем самым удостаивается пребывания внутри Дающего. Это означает, что зародыш потребляет то же, что его мать, и видит от края мира и до края. Всё проходящее через него, находится внутри тела его матери на очень высокой ступени. Так он может жить, продвигаться, существовать и расти – и всё благодаря лишь тому, что сделал себя униженным, самоаннулировался перед Высшим.

Однако если человек надменен, если у него есть свое «я», и он использует сосуды получения, то есть обладает властью самомнения: «я хочу, я ощущаю, я вижу, я получаю» – тогда он отдаляется от Высшего, поскольку недостает уподобления формы. Нет даже точки уподобления формы. Если человек самоаннулируется, сводя к нулю свое «я» и делая на себя сокращение, тогда по крайней мере в этой точке самосокращения он обладает сцеплением с Высшим, и находится в Нем как зародыш (убар). Если же человек не сократил себя, то у него нет даже одной точки соприкосновения.

Итак, человек произвел самосокращение и теперь, исходя из этой точки, может раз за разом сокращать себя на новые желания, которые ему добавляют. Это означает, что он растет на нулевом уровне авиюта (авиют дэ-шореш), пока не произведет сокращение на все вызываемые в нем желания. Тогда он достигает авиюта первого уровня (авиют алеф) и обязан выйти из Высшего. Однако человек уже вырос.

Таким образом, весь наш рост изначально идет посредством того, что мы сокращаем себя, говоря: «Возвышен Творец, и униженный увидит». Благодаря сокращениям, благодаря униженности мы можем находиться в соприкосновении с Ним, получая всё от Него – пускай как зародыш, путем отторжения снизу вверх – однако все света будут проходить через нас и увеличивать наши сосуды.

Униженность не означает, что человек унижает себя перед другими – в таком случае речь идет о скромности, и человек чувствует в этой работе совершенство. Это то, что человек тогда обязан чувствовать.

Униженность же означает, что мир презирает его. Именно в то время, когда люди презирают, это означает униженность, и тогда не чувствует никакого совершенства. Ибо таков закон: своим мнением люди воздействуют на человека. Поэтому если люди уважают его, он чувствует себя совершенным; а тот, кого люди презирают, считает себя униженным.

Поэтому сказано, что Творец оказывает человеку помощь тем, что унижает его в глазах других. Даже на исторических примерах мы видим, что не было почти ни одного каббалиста, которого бы не унижали. Рабби Шимон сидел в пещере – кто знал, кто думал о нем? А ведь он был столь велик. Один из пяти учеников Рабби Акивы, которые вообще спаслись, он знал всю Тору. Или Ари: когда он прибыл в Цфат, его стали проверять на предмет достаточного знания Гмары. А Рамхаля вообще выгнали из города, отлучив от общества. Сколько страдал Бааль Сулам: он переезжал из Иерусалима в Яффо, из Яффо в Тель-Авив. Мы уже не говорим, до какой степени его презирали...

Это просто помощь свыше для каждого, кто хочет приблизиться к духовному. Творец устраивает так, что человека презирают в обществе, и тем самым оберегает его от гордости. Ведь если публика действительно начнет уважать человека, он не будет способен устоять против мнения общества и тоже станет уважать себя. Тогда он не сможет избавиться от своего «я».

Поэтому мы в нашей группе должны не унижать один другого, но, с одной стороны, уважать друг друга, а, с другой стороны, очень-очень ценить униженность, чтобы каждый смог придерживаться ее. Ребе и даже Бааль Сулам в своих письмах говорят о том, что очень помогает, если человек на деле принижает себя перед другими членами группы. Нужно уважать это. Не превращать в игру лести, а стараться делать это из истинного осознания значимости того, насколько каждый пребывает в таких сосудах и свойствах, когда человеку действительно нечем гордиться. Тогда из собственной униженности он сможет увидеть, что единственный способ принадлежать духовному – это сократить себя, свести себя к нулю, став безоговорочно униженным. Тогда человек подобен зародышу внутри Высшего – и в группе, и в Творце – и так он развивается.

Вопрос: Что значит сократить себя внутри группы?

М. Лайтман: Это означает, что все ценности, которые устанавливает группа, должны быть важны для меня во всех аспектах, какие я только могу осмыслить и представить важными лично для себя.

Вопрос: Если каббалист ощущает Творца, как он может в этом мире попасться на удочку почестей или подвергнуться влиянию общества тех ничтожеств, среди которых находится?

М. Лайтман: Есть история о Рабби Йоси бен Кисма, который сказал, что, ни за какие деньги и ни за что в мире, не сможет покинуть свой город – а он был там самым большим мудрецом – потому что если будет жить среди людей, лишенных контакта с мудростью, с Божественностью, то и он упадет со своей ступени, подвергшись их влиянию. Они не очень-то ценят мудрость, они позволяют себе манкировать связью с Божественным – и он станет мыслить подобно им.

Как такое может быть? Ведь он был величайшим мудрецом поколения, Божественным каббалистом, Тана (духовный уровень Рош мира Ацилут). Это уже не человек. Как же он может потерпеть ущерб? Да и от кого? Ведь ему предлагали уважение и обслуживание, какое только возможно. Но нет, все-таки со своей ступени они могли бы вызвать его падение на тот же уровень. Как так? Неужели окружение обладает такой степенью воздействия?

Да. И мы видим, что каббалисты во всех поколениях отлучали себя и бежали от окружения. Таким образом они жили, росли и удерживали себя, когда не существовало подходящего им общества, если только у них не было особой миссии, налагающей определенные обязанности. Так же и мы обязаны смешиваться с миром, оказывать на него влияние, проводить распространение, и вместе с тем все равно должны держаться сплоченным коллективом, существующим в жестких, плотно сомкнутых рамках и живущим своей внутренней жизнью.

Человек подвержен влиянию любого общества, в котором он находится. Неважно, какой человек – это обусловлено нашим строением, берущим начало от «Первого Человека», Адам Ришон, в котором мы соединены без единого отличия друг от друга. Там все мы пребываем исправленными, и оттуда, по сути, я получаю света. Поэтому если я общаюсь с людьми здесь, в этом мире, если по-настоящему контактирую с ними – тогда, желаю я того или нет, но будучи связан с ними там, я, наоборот, не оттуда, а из этого мира подвергаюсь их воздействию. Это очень-очень сказывается – до такой степени, что помыслы всего мира, всевозможные идеи, странствующие по свету, всё воздействует на меня.

Поэтому, кроме прочего, мы выбираем особые часы для учебы – чтобы хоть немного отстраниться от окружающей публики. Мы формируем для себя различные системы связи – так, что хотя у нас есть связь с миром, однако ее вроде бы и нет. И тогда связь с миром действует нам во благо, поскольку, несмотря на внешнее воздействие, мы сплачиваемся еще больше. Иными словами, благодаря этому мы растем.

Этот фактор нужно принимать в расчет. Чистые и очень большие каббалисты бежали от общества, которое могло их испортить. А если выходили в него, то лишь для выполнения коротких задач, в особых случаях, когда это поистине было как веление свыше.

Мы же, как говорит Бааль Сулам, живем в дни Машиаха. Мы обязаны, по его словам, открывать учебные заведения и распространять науку Каббала повсюду. С одной стороны, выхода нет, а с другой стороны, мы должны ограждать себя, сохраняя такое состояние, словно мы находимся одни в заброшенном месте и никто из нас не подвержен постороннему влиянию.

Вопрос: Почему для того, чтобы осознать важность, мы должны принижать себя? Уважение, например, принимается естественным образом...

М. Лайтман: Чтобы принять уважение от других, мне не требуется никакой работы. Если я не ограждаю себя, оно свободно входит в меня и действует так, что я начинаю гордиться, даже не чувствуя, что зазнался. Так функционирует мое желание получать. Оно не спрашивает меня, действуя самостоятельно, естественным образом. Это срабатывает во мне автоматически.

А вот если речь идет о том, что претит желанию получать – я должен приложить силу. Мне необходимо видеть, что та или иная вещь способна принести вред, страдания – только так я смогу отдалиться от нее. Если бы я видел, что, принимая уважение, могу потерпеть ущерб, тогда, конечно же, я бы держался подальше от уважения. Здесь необходимо создать целый механизм развития такого вот особого отношения к почестям, чтобы видеть, насколько они отрывают меня от блага. Иначе естественное желание к уважению срабатывает во мне само собой.

Вопрос: Что делать с супругой, не принимающей Каббалу?

М. Лайтман: Это отдельная тема: что делать с супругой, принимающей или не принимающей Каббалу. На своем пути мы не берем этого в расчет. В вопросах духовного развития муж принимает решения относительно жены; и ее вообще не спрашивают, хочет она этого или нет. Развитие идет согласно тому, что определяет муж.

Поэтому у каббалистов почти не бывало случаев, чтобы жена поддерживала путь мужа. Прежде всего, поскольку публика никогда не питала уважения к тому, чтобы быть каббалистом. Как раз наоборот. Кроме того, люди жили не в открытом обществе, как сегодня, а в ограниченном, замкнутом окружении, мнение которого решало всё. Разумеется, жена опасалась соседей, общего мнения, слухов о муже, а потому противилась всем этим вещам, желая видеть мужа в числе прочих знатоков раскрытой части, видеть, что люди уважают его сообразно принятым у них ценностям. Поэтому, как мы можем заметить, почти не было каббалистов, чьи жены поддерживали бы их.

Это относится даже к последним из них: к Бааль Суламу, к Рабашу. Я был свидетелем этому у своего Ребе. Хотя жена прожила с ним вместе более 60-ти лет (представляешь, что за срок), она все-таки говорила, что маленький отрывок из Псалмов, который она читает по утрам, важнее всей его Торы. Она, тем не менее, уже ценила то, чем он занимался, понимала, ощущала. Ведь жена «улавливает флюиды» от мужа, хочет она того или нет. Так устроен мир, согласно Высшим парцуфам ЗОН. И все-таки...

А потому мы не принимаем этого в расчет. Жена идет за мужем. Так происходит и в материальном, и в духовном, на это вообще не стоит обращать внимания. Пускай противится. Нужно видеть в ее сопротивлении работу Творца над тобой. Не уважать жену за это, но относиться именно так: еще одно препятствие на пути. Однако, разумеется, не соглашаться.

Сейчас перед нашим мировым съездом я получаю много писем. К примеру, один ученик пишет: «Жена говорит мне, что, если я поеду, она подаст на развод». Я ответил ему так: «После того как она всерьез сказала тебе это, ты, не говоря ни слова, берешь билет и приезжаешь сюда. Что сказано, то сказано. Не говори ей в ответ ничего. Ты должен приехать сюда». Что же будет потом? Потом ничего не будет. Ты приедешь обратно, и она примет тебя как ни в чем не бывало. Она даже станет уважать и ценить тебя больше, чем сегодня. Так проявляется женская природа, если муж делает то, что считает правильным, и стоит на своем. Это соответствует Высшему корню. Ну а если нет – ничего страшного, разведись с такой женой.

Почему я так говорю? Ведь сейчас на меня могут посыпаться шумные возражения со всего мира. Я говорю это, потому что так делали первые хасиды. То же самое происходило и у Бааль Сулама. У него были ученики, которые жили в Иерусалиме, а он переехал в Яффо. Для религиозных сбежать на Шаббат от семьи, от жены и детей – это нонсенс. Как можно не провести с семьей субботние трапезы, субботнее освящение (кидуш), не посидеть с детьми, не попеть? Ведь всё вращается вокруг этого дня, это очень-очень важно. И вдруг человек убегает. Ученики сбегали на Шаббат к Бааль Суламу. Некоторые заходили в магазин, за деньги брали субботнюю одежду вместе с особой хасидской шапкой и таким вот образом удирали к своему Ребе. Они выходили из дома, как обычно, в рабочей одежде, а по дороге переодевались в магазине и уезжали. Возвращаясь, они, разумеется, удостаивались не слишком теплого приема, и тем не менее так это было.

А потому у меня есть на кого опереться, и я рекомендую этому ученику сделать то же самое.

На пути к Святости нельзя уступать никому: ни родителям, ни жене, ни всему миру. «Всё, что есть у человека, отдаст он за душу свою» (Иов, 2:4), в этом нет компромиссов. Нужно смотреть на препятствие, как на помеху свыше. Ведь, в конце концов, кто такая жена, публика или еще кто-то? Творец через них посылает тебе помехи.

Но нельзя и пренебрегать ими. Ведь, с другой стороны, слова «всё, что есть у человека, отдаст он за душу свою» означают, что ты готов поступиться всем, кроме этого пути. Дай жене всё: хорошее отношение, деньги, внимание – всё, кроме этого. Кроме этого. Таким образом, второе значение заключается в том, чтобы отдать всё за свою душу – и с твоей стороны тоже.

Вопрос: Должен ли человек производить самостоятельные действия, чтобы достичь униженности, или состояние это дается ему Творцом, и человеку нужно лишь принять и преодолеть его?

М. Лайтман: В нашем продвижении есть две стороны. С одной стороны, я должен видеть знаки свыше, учась тому, как их расшифровывать и какие выводы из них делать. С другой стороны, я должен справляться с тем, что имеется у меня внутри, и активно работать над собой. Наша работа заключается не только в наблюдении за тем, что Творец с нами делает. Учась на том, что Он делает, я сам повторяю это на практике – подобно ребенку, который, глядя на взрослого, подражает ему. Неважно, как у тебя получается. Ошибаешься ты или нет – это не учитывается, а учитывается желание имитировать Творца. До какой степени ты в этом преуспеваешь – неважно. Важно, до какой степени ты готов к этому.

Вопрос: А как же быть с естественными нашими действиями, устремленными на противоположное состояние: например, с тостами, в которых мы восхваляем друг друга?

М. Лайтман: Мы хвалим друг друга на трапезах, поднимая тосты – верно, товарища ты обязан уважать. Ты обязан показывать всем, насколько уважаешь, любишь и ценишь его.

Здесь ты можешь сказать, что тем самым мы возбуждаем в товарище гордость и самомнение. Он «раздувается», и выходит, что я вроде бы мешаю ему, ставя подножку в продвижении. Дело в том, что тем самым ты не столько придаешь значимость самому человеку, сколько показываешь, как ты ценишь его вклад в дело группы. Таким образом, ты даешь ему и всей группе топливо; и если все будут отыскивать подобные вещи в каждом – это не вознесет самого человека, а только побудит его к еще большим стараниям.

Как бы то ни было, мы не знаем каким образом это срабатывает; однако если действуем по принципу «всё, что в твоих руках сделать – делай» и прикладываем усилия, то дело движется.

Вопрос: В мире есть 10% альтруистов. Бывают люди, которым несложно самоаннулироваться перед другими. В чем же состоит их работа? Как они могут продвигаться?

М. Лайтман: Из всего человечества есть 10% людей, являющихся альтруистами. Как они будут продвигаться, если уже изначально по-своему «чисты»? Со своим подходом, со своим корнем души они включаются во всех и в соответствии с этим получают авиют. Однако и здесь сохраняется порядок Высшего кли. Это верно, что при разбиении самый высокий сосуд падает ниже всех. В седьмой части ТЭС мы проходим, что эти части каждый раз согласно разбиению выстраиваются в определенном порядке.

Однако не все падают в глубины бездны, есть разбитые сосуды, выстроенные на всю высоту миров БЕА. Там необходимы все виды келим. Есть и такие, которые в нашем мире согласно этому обладают альтруистической наклонностью отдавать. Они получают удовольствие от того, что дают – эгоистическое удовольствие. Внешне их действие является действием по отдаче. Однако для них это не действие по отдаче, это просто внешнее действие, благодаря которому они получают эгоистическое наслаждение.

У них тоже есть над чем работать. Ведь в конечном счете, они отдают, чтобы наслаждаться. Мы умеем получать и вследствие этого наслаждаться, а они испытывают наслаждение от того, что дают. Да и с нами это иногда случается. Если для меня что-то важно, если я люблю кого-то – тогда я извлекаю выгоду и наполняю свои сосуды посредством отдачи. Они же с самого начала оснащены подобными сосудами; и это не значит, что у них нет работы. Кроме того, смешиваясь с другими, они также получают от этого авиют.

И все-таки, подобно тому, как разбитые сосуды составляют весь спектр по степени ущерба от разбиения, так же и среди людей в этом мире бывают почти что праведники и абсолютные грешники, а также промежуточные категории.

Вопрос: В статье говорится так: «Униженность не означает, что человек унижает себя перед другими... Униженность означает, что мир презирает его». Почему если человек принижает себя, это не называется униженностью? Выходит, меня должен унизить кто-то со стороны?

М. Лайтман: Здесь говорится, что униженность это не самопринижение, а презрение других, сообщающее человеку чувство униженности. Дело в том, что когда человек напрямую начинает принижать себя, это не является унижением, так как идет, по сути, от гордости. На униженности человек хочет заработать прибыль для своего желания получать: «Посмотрите, как я низок».

В народе существует много подобных обычаев, когда человек хочет показать всем, что он ничего не стоит, что он презирает себя: «Я прах из праха, ноль, ничтожество». Есть всевозможные уловки, которые утвердили в народе в качестве примеров для подражания. Однако в конечном счете, за этим кроется большая гордость, требующая, чтобы все увидели, какой я «скрытый праведник», насколько я действительно низок в своих глазах. «Ну и почему бы вам не уважать меня за столь низкую самооценку?»

Человек неспособен сам по-настоящему захотеть униженности, потому что является эгоистом. Однако если другие презирают его, и человек принимает это, так как дорожит Целью, тогда он использует унижение со стороны других, чтобы выстроить величие Творца. Ведь речь идет о мнении другого, о мнении публики, доходящем до него. Тогда человека действительно пригибают унижением, и благодаря этому он может придать ценность Творцу. Если же он действует другими методами – то нет.

Итак, что мы здесь видим? Мы видим, что человек получает внешнее кли от общества, от постороннего, от внешней части. И тогда это правильное, подлинное кли. Не человек сформировал его на основе своего эго, а другие добавляют это ему. Вот, что важно; и потому нам нужна группа, чтобы все келим, которые мы от нее получим, были того же вида, того же «стиля». Если же человек занимается самопринижением, исходя из себя самого – это, конечно же, не униженность.

Однако, когда мы на деле принижаем себя друг перед другом – намерение у нас иное. Я принижаю себя перед другим не потому, что я унижен, а потому, что хочу тем самым дать пример, чтобы другой в ответ дал мне свой пример – и тогда на основе его примера я действительно смогу сделать себя чуть ниже, чем сейчас. Над собою я работать не могу, это всегда самообман. Я всегда лгу себе. Ведь человек чересчур близок сам с собой. Не может быть такого, чтобы я поработал над самим собой – это всё равно что тащить себя за волосы из болота. Это невозможно. «Не выведет сам себя заключенный из места заключения» (трактат Санедрин, 95:1). Такого не может быть – только при помощи других.

И вот я кричу, что Творец велик, принижаю себя, выставляя это напоказ перед всеми – тем самым я хочу внедрить все эти вещи в группу, чтобы она уже дала их мне. И тогда, если группа сообщит мне эти ценности, я действительно получу их. Сам же я делаю это искусственно. Выхода нет, только так можно работать.

Благодаря этому я начинаю также осознавать важность других и любить их, потому что они становятся дороги мне. Без них я не смогу продвигаться. Если в ответ я не получу от них правильных деталей восприятия, правильных ценностей – то я совершенно потерян. Сам человек неспособен сделать ничего. А потому поручительство именно в этом. Нужно хоть какое-то воздействие друг на друга... И в действительности, каждый работает над другим. Вроде бы самообман, однако другой воспринимает это всерьез.

 

28. Не умру, а буду жить

О строфе «Не умру, но жить буду» Бааль Сулам сказал следующее:

Человек, чтобы прийти к истине, должен находиться в таком ощущении, что если не постигает истину, то чувствует себя мертвым.Таково условие. Почему? Это обусловлено осознанием важности. «Истиной» называется Творец. Как вы помните, есть четыре ангела, и один из них – истина. Это самая высокая ступень. Мы неспособны прийти к этому напрямик, и потому весь наш путь так запутан. Бааль Сулам объясняет это в Предисловии к «Древу жизни», в толковании на «Древо жизни», в книге «Паним Мэирот у-Масбирот». Итак, мы должны возвышать важность духовного до такой степени, что если я не обретаю его, то лучше смерть, чем такая жизнь.

Человек должен находиться в таком ощущении, что если не постигает истину (эмэт), то чувствует себя мертвым (мэт), ибо хочет жить. Это значит, что в строфе «Не умру, но жить буду» говорится о том, кто действительно хочет постичь истину. «Не умру, но жить буду» – иными словами для него выбора нет, он обязан прийти к этой жизни.

И в этом тайна слов: «Йона, сын Амитая». «Йона» – от слова «онаа» (обман). «Сын» (бен) – от слова «понимает» (мэвин). Человек, который зовется «Йоной, сыном Амитая», понимает, так как всегда смотрит на себя, на состояние, в котором находится, и видит, что обманывает себя, что лжет себе и не идет путем истины. Важность духовного не предстает пред ним в качестве высочайшей и величайшей ценности.

Ибо истиной называется отдача... Духовное нужно правильно трактовать. Духовное означает отдачу. Ибо истиной называется отдача, то есть лишма, в то время как человек, наоборот, все время лжет и обманывает себя. А противоположность этому – обман и ложь, то есть одно лишь получение, означающее ло-лишма. И поскольку действительно стремится к истине, посредством этого он удостаивается затем категории «Амитай», то есть истины (эмэт). Человек все время проверяет себя, насколько он противоположен свойству истины, а истина – это отдача.

И в этом тайна слов: «Глаза твои – голуби (йоним)». Глаза Святости, называющиеся глазами святой Шхины, нельзя провести или обмануть. Они обманывают нас, и мы думаем тогда, что у нее, не приведи Боже, нет глаз, что мы можем делать всё что угодно, и что во лжи, т.е. в намерении ради получения это все равно сработает. Как сказано в книге Зоар: «Прекрасный мир, у которого нет глаз». Правда же такова, что тот, кто удостаивается истины, то есть намерения отдавать, отдачи, видит тогда, что у святой Шхины, у Высшей Малхут есть глаза, что она наблюдает за нами и заботится о нас.

И в этом тайна слов: «Если глаза невесты прекрасны (если мы достигаем света хохма), всё тело ее не требует проверки». Тогда, если человек уже достиг красоты – конечно же, его «тело» обладает намерением ради отдачи. Ведь «красотой» называется свет хохма, принимаемый внутри света хасадим. В таком случае, разумеется, всё тело обрело намерение ради отдачи и не требует проверки.

Вопрос: Из статьи неясно, кто же нас обманывает?

М. Лайтман: Читая статьи из Шамати, мы все-таки должны понимать, что они были изложены не письменно, а устно. Язык речи и язык письма очень-очень разнятся между собой. Сейчас я говорю, а когда сказанное мною перерабатывают в статьи, они кажутся мне ужасными. Однако потом, при прочтении, мы видим, что послание все-таки доходит, и невозможно иначе переделать речь в письменность.

То же самое и здесь. Возможно, тут не хватает какого-то слова или даже нескольких слов; возможно, какая-то мысль прервана. Ничего не поделаешь. Кроме того, человек дополняет свою речь жестами, которых ты здесь не видишь. Он может повышать или понижать голос, варьировать интонации, давая тебе тем самым иную трактовку, возможно, обратную смыслу сказанных слов. И как ты передашь эти интерпретации внутри текста?

Поэтому нужно прочитывать данные статьи, стараясь держаться как можно ближе ко всему тому, что мы получаем от этой книги в качестве общего послания.

 

29. Когда посещают сомнения

«Творец тень твоя» (Псалмы, 121:5). Если человек сомневается, Творец тоже сомневается в нем. А когда Творец сомневается (мэhарhэр), это называется: «гора (hар) Творца». И об этом сказано (Псалмы, 24:3): «Кто взойдет на гору Творца и кто встанет в месте Его Святости? Тот, у кого руки чисты...» – и это тайна слов (Тора, Шемот, 17:12): «отяжелели руки Моше» – «...и непорочна сердцевина», что означает сердце (либа).

М. Лайтман: Видите, это как раз то, о чем мы говорили. Возможно, Бааль Суламу задали какой-то вопрос, с чем-то эти слова связаны, он добавляет их к чему-то. Итак, статья 29, «Когда приходят сомнения к человеку».

Сказано: «Творец тень твоя». Как это можно истолковать?

Человек – словно тень действий Творца, как марионетка, подвешенная на ниточках. Творец совершает действия, и вследствие этого мы выполняем их поневоле естественным образом. Так ко мне являются желания, мысли, порывы – всё, что во мне происходит.

В чем же заключается мой свободный выбор? Если мне дают мысль о том, что я все-таки способен выйти из рамок, напрямую диктуемых мне Творцом свыше – тогда с помощью группы я могу обрести иные желания, мысли и ценности, наперекор тому, что Он делает со мной. Это называется: «победили Меня сыновья Мои». Он постоянно осложняет условия, раскрывая во мне новые эгоистические желания, а я, вкладывая старания в чуждую силу за рамками того, что Он в меня внедряет, посредством группы создаю «подмогу напротив Него» (эзэр ке-негдо), напротив Творца. Благодаря этому я достигаю состояния, называющегося «победили Меня сыновья Мои», когда не хочу оставаться зависимым и потерянным в своем желании получать, через которое Творец постоянно задействует меня. Я хочу, так сказать, смотреть на себя со стороны – со стороны группы.

И тем самым я начинаю определять свои свободные действия. Что значит «свободные»? Это действия, которые пробуждаются во мне не надсмотром и управлением свыше, а тем, что я улавливаю от группы: разумом, ценностями и всем, что имеется в группе. У меня нет иного выхода: или я, или окружение. Всё, что относится ко мне, идет от Творца; а окружение – это то, чем я хотел бы быть вне Творца, вне того, что Он делает из меня, делает со мной естественным образом.

Тем самым я выхожу из состояния «Творец тень твоя» и могу прийти к иному состоянию, когда не буду тенью Творца, а стану определять Его действия, в то время как Он сделается моей тенью. Это парадоксально, но возможно – и с позитивной, и с негативной стороны. Мы говорим, что человек начинает идти как бы перед Творцом, он хочет совершать отдачу, отдавать, хочет продвигаться к данным свойствам. Иными словами, человек идет перед Творцом и требует от Творца сделать это ему. Тогда Творец становится как бы его тенью – если человек тянется к отдаче.

Итак, сказано: «Творец тень твоя». Если человек сомневается, если у него есть какие-то внутренние вопросы, колебания, тогда Творец, соответственно, тоже сомневается в нем, внутри человека, в человеке. А когда Творец сомневается, человек ощущает эту реакцию, как «гору Творца», т.е. как очень большие сомнения, колебания. Творец как бы снова прячет эти вещи в человеке – такой вот отрицательный отклик.

И тогда возникает вопрос: «Кто (ми) взойдет на гору Творца?» Имеется в виду следующее: «гора» означает колебания между свойством получения и свойством отдачи, между Малхут и Биной. «МИ» – это свойство Бины, Гальгальты вэ-Эйнаим. Кто (ми) взойдет на гору Творца? Человек, улавливающий свойства отдачи, «МИ» – он поднимется на гору Творца, к свойствам Бины, над сомнениями. Все сомнения возникают внутри желания получать, высота этой горы обусловлена желанием получать, а на ее вершине находится Бина, «МИ».

«Кто взойдет на гору Творца, и кто встанет в месте Его Святости?» «Святостью» называется Бина – Святая Святых. Кто же встанет? Когда, несмотря на колебания, человек вместе с полным авиютом Малхут и силами Бины поднимается над всеми своими сомнениями – это означает, что он восходит на гору и там встает. Ведь у него есть весь этот авиют, который он присоединил к Бине. Это называется «КИ-МА» – прямостояние (кима).

И тогда человек этот называется тем, у кого руки чисты. Это означает, что он уже обладает исправлением на сосуды получения – «руки» – он очистил их свойствами Бины.

И это тайна слов: «отяжелели руки Моше». Моше поднимает свои «руки», свои келим, выше знания – и Исраэль побеждает в войне; если же «руки» его, наоборот, падают – побеждают враги (см. Тора, Шемот, 17:11). Тогда под него подложили камень, он сидел, и ему с обеих сторон поддерживали «руки», пока Исраэль не победил (там же, 17:12). «Отяжелели руки Моше» из-за сомнений, из-за постоянно накапливающихся желаний получать, которые он переводит к исправлению, поднимая «руки». Это называется: «Куш побежит (с дарами) в руках своих к Богу» (Псалмы, 68:32).

И тогда человек становится благодаря этому «непорочным сердцевиной»... – иными словами, он превозмогает всё «сердце», все свои желания – ...что означает сердце (либа). Вместо «каменного сердца» человек обретает «сердце из плоти», исправления.

Таким образом, когда приходят сомнения к человеку, возникает место для работы, чтобы поднять их все в Бину, продвигаясь над ними, и поставить все эти сомнения в зависимость от Творца. Не убегать от них, иначе человек не восходит на гору, а вместе со всеми этими сомнениями прийти к такому состоянию, когда он может жить в покое, в понимании, в мире со свойствами отдачи.

Перевод: О. Ицексон