Стенограмма набрана и отредактирована с русского синхронного перевода, поэтому в ней возможны смысловые неточности.

Ежедневный урок (Утро), 10 января 2024 года

Часть 1: РАБАШ. Что означает, что Моше затруднялся в определении новолуния, в духовной работе. 23 (1990)

Чтец: Мы с вами читаем «Труды РАБАШа», второй том, страница 1069-я, статья «Что означает, что Моше затруднялся в определении новолуния, в духовной работе».

(00:44) РАШИ приводит объяснение наших мудрецов, которые сказали о стихе «месяц этот». Он говорит: «Моше видел трудность в [определении] новолуния: в какой мере должна быть видна [луна], чтобы ее можно было освящать. И Он показал ему пальцем луну на небосводе, и сказал ему: «Такую увидишь – освящай»». Конец цитаты.

И надо понять, о чем это говорит нам в духовной работе, что затруднялся Моше в определении новолуния. И также, о чем говорит нам то, что Творец показал Моше пальцем. И также надо понять то, что сказали наши мудрецы: «Исраэль считают [календарь] по луне, а народы мира – по солнцу». На что указывает нам в духовной работе разница между тем, считают ли по луне или по солнцу.

Известно, что цель творения исходит из желания Творца насладить творения. Но чтобы показать совершенство своих действий, Им было сделано сокращение и скрытие – как на Тору и заповеди, в которых облачено благо и наслаждение, и так же сделано сокращение и скрытие на самого Творца, как сказано: «Действительно Ты – Творец скрывающийся». Это значит, что Творец скрыт от нас, а нам дана заповедь веры, верить в Творца, что Он управляет миром управлением добрым и несущим добро.

И когда человек начинает смотреть на творение, он полон сомнений, потому что добрый и творящий добро не раскрывается в мире, и он должен верить выше разума, что управление Творца – доброе и несущее добро. И хотя это ему не раскрыто, он должен сказать: «Есть у них глаза, но не видят они».

Поэтому, когда человек начинает принимать на себя бремя высшей малхут, к нему немедленно приходят чуждые мысли, и отдаляют человека от работы Творца. И как бы человек не преодолевал эти отдаляющие его мысли, эти мысли раздора крутятся в его сердце и мозге. И человек думает: «И хотя сейчас я не в силах преодолеть эти чуждые мысли, но я жду случая, когда у меня будет большая важность Торы и заповедей, и тогда у меня будут силы их преодолеть». А пока человек оставляет поле боя.

А по поводу веры сказал мой отец и учитель, что она внизу по важности у человека. Поскольку человек хочет все понять и знать. И поэтому, когда человек принимает на себя веру, которая против разума, то есть, его разум не постигает этого, то тело не желает принимать на себя эту работу. И в особенности, когда это не просто работа, а когда человек идет на основе выше разума, он должен работать «всем сердцем твоим и всей душой твоей», как сказали мудрецы: «Даже когда Он забирает твою душу».

(05:10) Поэтому, из-за скрытия здесь есть падения и подъемы. То есть, не всегда человеку светит вера. И тогда главное, чтобы человек верил в наказание и вознаграждение. А по поводу наказания и вознаграждения мы говорили много раз о том, что вера в вознаграждение и наказание присутствует на всех ступенях человека. Но есть разница между людьми относительно келим.

Есть люди, у которых вознаграждение и наказание облачено в получающие келим. То есть, то, что получающее кли человека может получить, это называется у них вознаграждением. А о том, что вознаграждение не может быть облачено в получающие келим, они вообще не говорят, ведь для них не имеет значения вознаграждение, которое не облачено в желание получать для себя.

И есть люди, для которых вознаграждение и наказание являются вознаграждением и наказанием, именно тогда, когда это облачено в отдающие келим. То есть, если с помощью работы они могут удостоиться доставить наслаждение Творцу, это у них считается вознаграждением. И об этой цели они говорят, что ради этого стоит прилагать усилия и трудиться, чтобы был смысл и наслаждение, от того, что они могут выполнять действия на отдачу Творцу.

А если они видят, что у них нет этого ощущения, для них это является наказанием. То есть, Творец отдаляет их, не желая их принимать в качестве служителей царя, потому что Творец видит в них людей недостойных. Поэтому Он не может дать им право войти в царский дворец, и они находятся вне царского дворца. И они понимают, почему им положено наказание – потому что они все еще погружены в любовь к себе.

Поэтому вся их работа в том, чтобы Творец помог им, чтобы смогли выйти из любви к себе. Получается, что, в общем, все вынуждены работать ради вознаграждения и наказания, как сказано выше, в чем нет разницы между одним и другим. Но дело в том, о каком вознаграждении и наказании идет речь.

Поэтому, когда человеку обещается вознаграждение и наказание, облаченные в эгоистические келим, нет такого сопротивления этому со стороны тела. Потому что в той мере, в которой он верит в вознаграждение и наказание, у него есть энергия, чтобы преодолеть чуждые мысли, приходящие к нему, которые не дают ему верить в вознаграждение и наказание.

А что касается тех, для кого вознаграждение и наказание облачены в отдающие келим, то их тело сопротивляется этому изо всех сил. Потому что тело говорит: «Если на самом деле я соглашусь на то, о чем ты говоришь, во что ты веришь, как в вознаграждение и наказание. И какое вознаграждение ты обещаешь мне, если я не буду сопротивляться выполнению Торы и заповедей? Вознаграждение будет в том, что Ты меня аннулируешь совершенно, чтобы у меня не было, то есть у желания получать, никакого права. А ты хочешь, чтобы у тебя было вознаграждение как у царя Давида, как объясняли мудрецы сказанное Давидом: «И сердце мое умерло во мне», где «умерло» означает, что злое начало убито постом. Но если я поверю в твои слова, что ты получишь вознаграждение за выполнение Торы и заповедей, убив меня, получается, что вознаграждение, на которое ты надеешься, для меня на самом деле смерть, тогда, как же я смогу тебе помочь, если ты убьешь меня?»

(10:36) Поэтому у того, кто хочет, чтобы его вознаграждение и наказание были в отдающих келим, и если удостоится, то это будет его вознаграждением, - несомненно, этому его тело сопротивляется. Поэтому в этой работе начинаются падения и подъемы. И это до такой степени, что человек приходит к решению, что этот путь – удостоиться отдающих келим, чтобы это было его наградой – эта работа не подходит ему, и он хочет сбежать с этого поля боя.

И в этой работе, когда он хочет, чтобы вознаграждение и наказание было в том, чтобы удостоиться отдающих келим, должно быть свойство скрытия лика, действующее на Управление, как сказано выше, иначе не будет никакой возможности у человека сделать что-то ради Творца.

Поэтому, когда человек хочет принять на себя высшую малхут в период скрытия, тогда царство, малхут, называется «луной, которая получает свечение от солнца». Но в самой малхут не раскрывается никакого света на ее собственное свойство, как сказано в книге Зоар: «У самой малхут нет ничего, кроме того, что что дает ей муж ее».

То есть, со стороны нижнего, со стороны того, кто принимает на себя бремя высшей малхут – он не ощущает никакого вкуса собственной важности. Собственной – означает, что он не желает никакого вкуса. И только если высший дает, тогда нижний получает. Это означает, что у нее самой нет ничего, а только то, что дает ей муж – это есть у нее. Но со своей стороны она ничего не хочет.

Но человек согласен быть работником Творца без каких-либо условий. То есть, когда он ощущает важность, и когда он не ощущает никакой важности в работе. Потому что он говорит: «Если я хочу доставить удовольствие Творцу, то зачем мне обращать внимание на то, есть ли у меня удовольствие от моей работы. Я только должен верить, что Творец наслаждается от моей работы. И если я вижу, что работа, которую я выполняю – не от всего сердца, и у меня нет ощущения, что я выполняю заповеди Царя, потому что сейчас все скрыто от меня, то, по-моему, – говорит человек, – нет никакой ценности в том, что я делаю. И как я могу сказать, что Творец наслаждается от такого действия, и если бы я верил, что Творец наслаждается от этого, то я несомненно так же ощущал бы наслаждение».

Ответ на это, как сказал мой отец и учитель, в том, что человек должен верить, что когда он выполняет какое-то действие, и хочет, чтобы Творец наслаждался тем, что он делает, то уже от этого есть наслаждение наверху. И не важно, какое это действие, а достаточно того, что человек желает. И даже, если человек видит, что это действие самое низкое, что не может быть большей низменности, чем это, это означает, что человек идет прямым путем.

То есть, если человек не говорит, что его действие совершенно, и он не лжет и не обманывает себя. А он говорит, что действие, которое он выполняет, не может иметь больше недостатков. И это истина. Но человек верит верой мудрецов, которые велят нам верить в слова: «Высок Творец, но низкий видит [Его]». Поэтому он верит, что Творец наслаждается его действием.

(16:05) И сказанным можно объяснить то, что мы спрашивали: на что указывает то, что «Моше видел трудность в [определении] новолуния: в какой мере должна быть видна [луна], чтобы ее можно было освящать». Можно объяснить вышесказанное, что новолуние намекает на то, когда человек начинает принимать на себя бремя высшей малхут. А начало означает начало рождения человека. И вопрос в том, какова мера принятия высшей малхут, то есть веры, которую человек принимает на себя.

В мере этой веры он выполняет действия. И новолунием называется то, когда еще не всеми органами ощущается им вера в Творца. Но он уже хочет принять на себя царство, хотя тело несогласно на это, и он заставляет тело. То есть, с одной стороны, он хочет верить в Творца и любить Его, а с другой стороны, тело сопротивляется этому, и он ощущает его низменность.

Об этом человеке можно сказать, что он пребывает в состоянии скрытия лика. А те люди, у которых нет никакого отношения к вере в Творца, не пребывают в состоянии скрытия лика. То есть, они не верят, что Творец скрыт от них, то есть, что Творец скрывает себя, чтобы не ощущали Его ради исправления творения.

Поэтому о них вообще не говорится. А начало разговора о работе – это тогда, когда человек начинает принимать на себя высшую малхут. И на основе этой веры он выполняет Тору и заповеди. И тогда у него начинается разговор о новолунии. То есть: «В какой мере должна быть видна [луна], чтобы ее можно было освящать». То есть при какой мере веры можно сказать, что у него уже есть святость, и будет возможность сказать, что Творец наслаждается его действиями, потому что его действия – святые (на отдачу). Даже если действия, которые он выполняет, насильственные, как сказано выше, что тело сопротивляется тому, что он хочет. Если так, то как можно сказать, что Творец наслаждается этими действиями, ведь «сердце его не с ним».

Например, если человек дает подарок товарищу. И товарищ знает, что хотя тот и дарит ему подарок, но это не от всего сердца, потому что еще не любит его. Несомненно, человек не принял бы от него подарок. Но в реальности мы видим, что если кто-то приглашает товарища на трапезу, и гость знает, что это приглашение не от всего сердца, а вынужденное, разумеется, если гость знает это, то не принял бы это приглашение. А как человек может сказать о периоде скрытия, когда он выполняет действия вынужденно, что Творец принимает его работу и наслаждается этим?

Но, как сказано выше, мы должны верить верой мудрецов, которые говорят нам, что вся наша работа – неважно как мы работаем, если человек делает эту работу ради Творца, пусть даже самую незначительную, Творец наслаждается этим. И человек должен стараться быть в радости от того, что он может выполнять действия, пребывая в низменном состоянии.

И человек должен сказать себе, что он наслаждается от этой работы, что он весь выше разума. Но как подсказывает разум, эта работа не называется работой, то есть чем-то важным, чем бы Творец мог наслаждаться. Но он верит верой мудрецов, которые сказали нам, что Творец – да наслаждается. И это – выше разума.

(22:09) И этим можно объяснить, почему Моше видел трудность в определении новолуния: как может быть, что о такой работе в самом начале, в состоянии скрытия можно сказать, святая, и что Творец наслаждается этими действиями. И об этом сказано: «Моше видел трудность в [определении] новолуния. И Творец показал ему пальцем луну на небосводе, и сказал ему: «Такую увидишь – освящай»».

И мы спрашивали, что означает, что Он показал на нее пальцем? И это, как сказал мой отец и учитель о сказанном мудрецами: «Сказал рабби Элазар, в будущем Творец сделает круг для праведников, и будет сидеть между ними, и каждый будет показывать [на Него] пальцем». И он сказал: «Показывать пальцем», – это указание на свет хохма, который называется «зрение». Что означает, что все удостоятся раскрытия хохмы».

И согласно этому можно объяснить: «Творец указал Моше пальцем, и сказал – такую увидишь – освящай». То есть, как сказано: «И показал ему пальцем луну на небосводе». Что означает, что новолуние видно на небосводе. Где небосвод означает разделяющий экран, как сказали мудрецы: ««И сделал Творец небосвод, и он будет отделять воды от вод», и нижние воды плакали, говоря: «Мы хотим быть перед Царем»».

Когда луна находится на небосводе во время новолуния, Он пребывает в скрытии лика. И сказал Творец: «При такой величине, когда увидишь во время новолуния, такую увидишь, и освящай. И хотя она на самом дне низости, целиком выше разума, потому что все его действия всё еще по принуждению, как сказано в примере, и, все равно, если они относят эту работу к имени Моему, Я наслаждаюсь этим, как будто бы указывал пальцем».

Как в вышеприведенных словах мудрецов: «В будущем Творец сделает круг для праведников, и будет сидеть между ними, и каждый будет показывать [на Него] пальцем». То есть, Я наслаждаюсь этим, как будто бы они уже удостоились свойства хохмы. И поэтому, если человек укрепляется в этом, и верит верой мудрецов, он может подняться вверх. Потому что он говорит Творцу: «Я хочу принизить себя без условий, и Ты не обязан давать мне вкус в работе».

Означает, что человек говорит Творцу: «Если Ты видишь, что я наслаждаюсь, то я могу работать ради отдачи, чтобы и Ты наслаждался, иначе я не могу работать ради отдачи». Получается, что он предписывает Творцу, как Ему вести себя с ним. То есть согласно разуму человека. И об этом надо сказать, что Творец говорит: «Ибо не Мои мысли ваши мысли».

Но когда человек говорит: «Мне не важно, насколько я могу оценить важность выполнения Торы и заповедей, что я получу от этого большое вдохновение до такой степени, что тело склонится перед Творцом, и будет все делать с любовью и радостью. А вижу в этом то, что я могу выполнять работу на отдачу только вынужденно, получается, что у меня еще нет разума, понять и оценить, Кому я служу. То есть, что я почувствую, что я служу великому царю. Если так, то как я могу сказать, что я работаю на отдачу, ведь у меня есть чуждые мысли против работы Творца, до такой степени, что я все вынужден делать насильно». Но он верит верой мудрецов.

(28:15) Ответом на это, как сказано выше, является сказанное Творцом: «Такую увидишь – и освящай». То есть, он пока еще не видит всю меру важности луны, которая указывает на высшую малхут. И на луну Творец указывает пальцем на небосводе, что является скрытием относительно нижних, как сказано выше в объяснении: «И создал Творец небосвод и отделил воды, которые под небосводом».

То есть, нижние не могут смотреть наверх, потому что есть небосвод, который скрывает и отделяет нижних. И это был ответ Творца Моше, который затруднялся определить размер, который необходимо увидеть, чтобы освящать. То есть, когда он может сказать: «Это – святое. И святость поднимается наверх. И я принимаю это как святость».

И указал ему пальцем. То есть, как сказано выше: «Такую увидишь, и освящай». То есть, как луна на небосводе пребывает в скрытии, и человек освящает это и говорит: «Насколько у меня есть зацепка в духовном, я принимаю это с любовью, хотя эта работа вынужденная, но и это важно, что у меня есть немного веры в Творца, когда я все равно могу заставить себя, и насильно что-то делать, чтобы доставить наслаждение Творцу. И это – малость, которая есть у меня. И человек должен сказать: «Пусть это будет важным в моих глазах, как будто указал мне пальцем».

И об этом сказано: «Исраэль считают [календарь] по луне, а народы мира – по солнцу». И мы спрашивали: чему это нас учит в работе? И можно объяснить вышесказанное: человек – это маленький мир, состоящий из Исраэля и народов мира. Исраэль считают [календарь] по луне, а народы мира – по солнцу. А важное – это то, что сосчитано.

У «народов мира», что в человеке – это когда ему светит работа Творца, как солнце. И как солнце называется день, как сказано мудрецами: «Если предмет ясен тебе, как день (букв. как свет)», т.е. как свет, который светит. Другими словами, если вопрос работы светит во всем его теле, то в это время он может работать и заниматься Торой и заповедями. Но если оно не светит ему во всем теле, он не может совершать святую работу. Это свойство называется «народами мира», которые работают только по солнцу, то есть именно тогда, когда им светит, а преодолевать и действовать принудительно они не способны.

Но Исраэль, что в человеке, считают по луне. То есть они освящают свою работу во время рождения луны, когда еще не видят, что она должна получить свет солнца, а как сказано: «Такую увидишь – и освящай».

Чтобы не ждал, пока ему засияет какой-то свет и пробуждение свыше, и тогда он начнет работать, а насколько есть у него зацепка за духовное, он благодарит Творца. Это называется свойством Исраэль, и именно благодаря этому человек удостаивается восхождения по ступеням святости, как было сказано, в награду за то, что «и скрыл Моше лицо свое, ибо страшился взглянуть», он удостоился: «И образ Творца видит он»». Другими словами, что именно благодаря тому, что человек принял бы на себя святую работу без условий, тогда человек удостоится достичь цели творения, что является Его желанием насладить Свои творения.

(34:09) Подобно этому, как мы видим, приводится в книге Зоаре: «В этом чертоге находятся все те, кто перенес страдания и болезни в этом мире с тем, чтобы исправиться в полном возвращении. И они благодарили и восславляли каждый день Господина своего и никогда не прекращали своей молитвы. Объяснение. Человеку, беспокоящемуся о том, чтобы исправить себя перед Творцом, свойственно видеть себя полным недостатков, и поэтому молитва его всегда направлена на восполнение его недостатков. Однако он не может благодарить и восхвалять Творца, так как ему кажется, что ему не за что благодарить и восхвалять. И также с другой стороны, если он укрепляется в том, чтобы благодарить и восхвалять Творца за меру блага Его, увеличивающуюся по отношению к нему непрестанно, с каждым днем, то несомненно, что он чувствует удовлетворение в своем состоянии и снова больше не может так молиться и негодовать перед Господином своим на свои недостатки». В книге Зоар сказано, что «достоинство этих праведников заключалось в том, что они были совершенны с двух этих сторон… и поэтому удостоились войти в чертог ход Эденского сада».

Отсюда следует, что человек должен идти в двух линиях, хотя они противоречат друг другу, ведь именно благодаря этому мы удостоимся входа в Царский чертог. [РАБАШ. Статья 23 (1990) Что означает, что Моше затруднялся в определении новолуния, в духовной работе]

М. Лайтман: Есть вопросы?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (37:08) Так какое отношение должно быть ко тьме, когда светит мало? Каково правильное отношение к ней? И как отличить то, что человек находится в таком состоянии новолуния или в полной тьме вообще?

М. Лайтман: Полная тьма – это когда пока еще не дают человеку никаких знаков. Когда он не может ни разделить ничего, ни сделать благословения. А просто чувствует, что он в состоянии, когда невозможно отличить одно от другого.

Ученик: А при зарождении луны, что является признаком этого новолуния?

М. Лайтман: Ну, в новолуние есть все-таки какое-то свечение.

Ученик: И что нужно делать здесь по отношению к этому?

М. Лайтман: Его благословлять.

Ученик: Почему же так трудно Моше благословлять луну?

М. Лайтман: Ну, потому что это маленькая сила. Он все еще не может выйти из-под власти тьмы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (39:11) Я хотел спросить о системе. Если я правильно помню, что солнце – это Зеир Анпин, а луна – это малхут. Это верно? Так почему народы мира именно исчисляют по солнцу, а Исраэль по луне?

М. Лайтман: Есть несколько ответов. Солнце, говорят, ясно, как солнце, когда нет сомнений, когда нет необходимости в вере. А луна, она всегда с недостатком, тем или иным.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (40:15) Он пишет здесь много раз в статье о вере мудрецов. Он говорит такое: когда мы должны верить верой мудрецов, в то, что они говорят нам. Как уже сказано, вся наша работа, неважно в каком виде мы работаем, если человек будет относить эту работу к Творцу, даже если она будет в полной низменности, Творец наслаждается этим. Так, может быть, прежде всего начнем с того, чтобы понять, что такое «вера в мудрецов»? Вера в мудрецов слышится как ниже знания, но это не слышится как ниже знания. Все-таки.

М. Лайтман: Мудрецы – это те люди, мудрецы, которые говорят, исходя из своего постижения. Мы должны идти по их стопам.

Ученик: И когда человек находится в вере мудрецов, он действует верой мудрецов, он действует выше знания, в знании или ниже знания?

М. Лайтман: Человек, который слышит, что говорят мудрецы, он полагается на них. Он…

Ученик: Я не понял, извиняюсь.

М. Лайтман: Он делает то, что они говорят, исходя из веры в мудрецов.

Ученик: Это слышится как ниже знания?

М. Лайтман: Да.

Ученик: То есть вера в мудрецов – это действие, которое ниже знания?

М. Лайтман: Если человек верит мудрецам, следует тому, что они сказали, то он находится ниже знания. Но в то же время, если он принимает то, что они сказали, выше своего знания… То есть все зависит от того, где он сам находится.

Ученик: Я не понял.

М. Лайтман: Мы еще придем к этому. Подойдем еще. Все зависит от его собственного состояния.

Ученик: Может быть, еще вопрос об этом отрывке, который я прочитал. Так как же Творец наслаждается таким действием, когда человек без того, чтобы понимать, без того, чтобы чувствовать, просто делает?

М. Лайтман: Принимает, насколько это можно, так называется, то есть принимает без ощущения, без знания. Он принимает все, что приходит свыше, поскольку это то, что у него на этот момент есть.

Ученик: Почему Творец наслаждается этим? Здесь кажется, что он ведет себя, как не знаю кто, как робот, просто делает то, что ему говорят. Так как Творец этим наслаждается? Почему Он должен наслаждаться таким действием?

М. Лайтман: Нет, у человека есть выбор. И он хочет быть в слиянии с Творцом. И в том, что он получает, принимает то, что Творец Высший – это выбор.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (44:08) Он говорит здесь, что новолуние – это намек на то, что когда человек начинает принимать на себя бремя высшего управления, что начало означает начало рождения в человеке. Так что такое «принять бремя небес»?

М. Лайтман: Это начало работы. От этого момента и далее он хочет быть в слиянии с Творцом.

Ученик: Что это – «зарождение»? Почему это называется зарождением?

М. Лайтман: Рождение души.

Ученик: Как человек может принять здесь решение, что отныне и далее что-то он будет делать?

М. Лайтман: По тем данным, которые он может получить, насколько он может сказать, что отныне и далее он готов идти в отношении к Творцу «по луне»?

Ученик: Это не связано с последующим состоянием. Он принял решение?

М. Лайтман: Сейчас, да.

Ученик: То есть затем он может получить другое состояние опять, пока принял решение?

М. Лайтман: Что будет завтра, будет завтра. А сегодня – это то, что сегодня.

Ученик: И тогда он говорит, что в мере веры можно сказать, что есть у него святость. Это центральный вопрос: как измерить веру? Как это измеряется?

М. Лайтман: Через то, насколько он во тьме может вести себя так же, как при свете.

Ученик: Что значит «вести себя»?

М. Лайтман: Вести себя – значит быть преданным. Преданным, быть в слиянии с Творцом во тьме так же, как и при свете. А формы луны, от полного недостатка и до полнолуния, все зависит от меры его преданности.

Ученик: (46:11) Но вся идея здесь – это идея скрытия, да? Когда специально скрыто, что Творец наслаждается.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Так что такое «малая луна» или «большая луна» в отношении этого скрытия?

М. Лайтман: Это меры скрытия, то, что происходит с человеком.

Ученик: И как скрытие является хорошим?

М. Лайтман: Скрытие – это, да, нечто хорошее.

Ученик: То есть, когда малая луна – это лучше всего?

М. Лайтман: Получается так.

Ученик: Так еще раз. Сейчас, скажем, растет «луна», есть у меня «больше луны». О чем это говорит в отношении веры?

М. Лайтман: То, что вера растет. Потому что луна получает все больше света от солнца.

Ученик: Так это благодаря тому, что человек берет больше скрытия на себя?

М. Лайтман: То, что он принимает это скрытие солнца, как рост луны.

Ученик: То есть, человек хочет, чтобы Творец насладился?

М. Лайтман: Да.

Ученик: И по мере того, насколько есть у него «больше луны», о чем это говорит?

М. Лайтман: Что у него есть больше веры.

Ученик: Вера – не то, чтобы он видел, что Творец больше наслаждается, а наоборот?

М. Лайтман: Нет, нет, нет. Нет. У него есть больше веры и «луна» все больше. И поэтому он хочет связать себя с «луной».

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (48:13) Можно ли это уподобить тому, что есть у нас конгресс вскоре, что это состояние, в котором мы будем получать свечение свыше? Понятно, есть величие, важность, но наша работа до конгресса – это работа, которая еще не в стопроцентной важности. И здесь мы именно можем приложить работу «снизу», когда нет важности, когда месяц, он небольшой или полнолуние, скажем. Можно ли это привести в пример?

М. Лайтман: Я бы не очень связывал здесь одно с другим.

Ученик: Хорошо, я спрошу по-другому. Потому что он пишет здесь: не ждать, пока ему начнет светить свыше. Он здесь описывает свойство «Исраэль» в человеке. Не ждать, когда будет у него свечение и пробуждение свыше, и тогда он начнет работать, но насколько есть у него удержание в духовном, он благодарит Творца.

М. Лайтман: Да.

Ученик: Это называется «осветить» это состояние, что даже когда он совершает действия, которые ему кажутся маленькими или по принуждению…

М. Лайтман: Он находится в состоянии самом оптимальном для принятия веры.

Ученик: И это он освящает, потому что в этом состоянии он лучше всего может продвигаться?

М. Лайтман: Да.

Ученик: То есть в этом все дело – освятить это?

М. Лайтман: То, что Творец ему дает.

Вопрос (Чтец): (50:01) Я слышал раньше: насколько он может вести себя во тьме так же, как при свете, быть преданным слиянию с Творцом. Что значит быть преданным слиянию с Творцом?

М. Лайтман: Быть преданным слиянию с Творцом – значит следовать за Ним в любом обращении Творца к нему, паним бе-паним (лицом к лицу). И он сможет идти также и в другом, противоположном виде, когда ему вообще ничего не светит, ничего, тем не менее он предан Творцу. Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (50:56) Статья сводится к тому, что нужно идти в двух линиях. Можно ли сказать, что, с одной стороны, есть тело, которое работает по принуждению, а с другой стороны, он рад тому, что он служит Царю?

М. Лайтман: Да, но человек направляет тело.

Ученик: Да. Теперь, где в точности здесь входит вот эта преданность без всяких условий, даже в состоянии тьмы?

М. Лайтман: Ну, преданность без условий – это когда человек старается выполнять самостоятельные действия, будто бы он находится в состоянии совершенном, в состоянии солнца, когда вместо солнца – луна или вместо луны – солнце, для него это неважно. Человек в слиянии как бы, если уж мы говорим о таких образах, то человек в слиянии с Творцом, причем неважно, в каком виде: солнце или луна ему светит.

Ученик: Что питает человека в таком состоянии? С одной стороны, он рад служить Царю, есть своего рода наполнение и преданность без всяких условий. Что держит его в таком состоянии?

М. Лайтман: То, что он хочет быть в слиянии с Творцом выше всех этих фаз луны и Солнца.

Ученик: По какой причине, что его держит в этом?

М. Лайтман: То, что он хочет быть в слиянии с Творцом, не насколько Творец ему светит в разных проявлениях на протяжении месяца, а то, насколько он хочет быть в слиянии с Творцом вне зависимости от изменений, выше изменений.

Ученик: В этой части, действительно, есть состояние, когда одна часть благодарит за то, что есть у него, а вторая работает по принуждению, или есть и то, и другое?

М. Лайтман: Я не знаю точно, о чем ты говоришь, но человек должен быть в слиянии с Творцом даже выше всего того, что он постигает. Потому что все, что он постигает, это всегда в его келим, всегда есть в этом сомнения от 0 до 100%. Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (54:07) В продолжение того, что Вы сказали, что быть преданным во тьме как при свете. Он приводит пример, когда покупает подарок товарищу, если он его не любит – товарищ не примет подарок. Как же мы можем действовать во тьме, когда я не знаю, что Торцу это нравится, нет у меня никакой зацепки за это.

М. Лайтман: Я не понял вопроса.

Ученик: Он приводит пример, что человек дает подарок товарищу, что если товарищ не любит – он не примет подарок. Если я работаю во тьме и не вижу ничего, когда нет вкуса, как я нахожу силы думать или чувствовать, что то, что я делаю в это время (потому что я плачу большим усилием), что есть оплата за это усилие, что Творец наслаждается этим? За что мне держаться?

М. Лайтман: За что тебе держаться, когда ты находишься в абсолютной тьме и вместе с тем…

Ученик: И вместе с тем я держусь за то, что это исходит от Него – я хочу наслаждать Его, я хочу совершить это действие, но как бы трудно сделать это.

М. Лайтман: Но у тебя нет даже капли света.

Ученик: Да, ни капли света. Я способен делать это по принуждению, но это очень трудно делать, действовать по принуждению.

М. Лайтман: И тогда в чем вопрос?

Ученик: Вопрос… Вопрос: как он наслаждается таким состоянием, когда это действует через силу, просто заставляю себя не упасть в это место (обвинять Творца) и держаться просто за Него в состоянии чувств, когда я нахожусь во тьме, даже когда я не могу держаться, но пытаюсь?

М. Лайтман: У тебя нет выбора – только молитва, только молитва. Но то, что ты удостоился думать о том, что есть такое состояние, ты можешь в нем находиться – это уже вознаграждение, подарок.

Ученик: Так я переведу это на практику, скажем, молитва – это трудно, но если я смог сделать что-то по принуждению в этом состоянии: открыть РАБАШа и прочитать, насколько я способен читать, это что-то дает все-таки?

М. Лайтман: Ну, это хорошо, да.

Ученик: А, это что-то дает. Так, по сути дела, это может быть своего рода молитва, неважно, главное – действовать здесь, делать действие, потому что это простое действие тоже очень трудное?

М. Лайтман: Ты просто открываешь книгу РАБАШа и начинаешь читать, и ты увидишь, насколько это будет направлено к тебе свыше.

Ученик: (57:16) Я понял, сейчас еще вопрос: это состояние, которое приходит ко мне, когда состояние тьмы в разных ситуациях, когда ты с ними работаешь, как мы создаем эту работу во тьме по собственной инициативе? Как я это делаю?

М. Лайтман: Не совсем понял. Когда ты уже находишься во тьме?

Ученик: Нет, извиняюсь, я задам вопрос по-другому немного. Ведь Творец наслаждается любым действием, даже малым, которое я совершаю. Теперь, мы в любом действии, которое мы совершаем, я полагаю, что мы хотим выяснить, что я собираюсь получить от этого действия, получить или напрямую, или я хочу отдавать. Не знаю, что такое отдавать, но я делаю это не для себя, а пытаюсь сделать какое-то выяснение, для чего я совершаю это действие. Так вопрос такой: есть действие, которое я совершаю, должен его сделать, и я пытаюсь направить это не для себя, а для Творца. Я говорю для себя: как я могу таким действием наслаждаться Его? Правильно делать это в каждом действии? Так объясняю это.

М. Лайтман: Ты ищешь действия, от которых Творец наслаждается?

Ученик: Да, я хочу думать, скажем, я сижу здесь на уроке: как я доставляю Творцу удовольствие? Я должен это делать в каждом выяснении?

М. Лайтман: Насколько ты слит с уроком, и ты хочешь, чтобы все товарищи тоже были в слиянии на уроке, если все это так, то это большая заповедь.

Ученик: Хорошо. Здесь я в этой точке, здесь должна быть мера латентности очень большая, что человек – он искренен. Я хочу выяснить: я хочу насладиться или Творец? Если Творец наслаждается, так нет вкуса в этом действии.

М. Лайтман: Да. Так вот тут-то ты хочешь себя выстроить так, что ты хочешь насладить Творца на все 100%, на которые ты можешь.

Ученик: (59:41) Да, вот именно. И сейчас, когда ты хочешь доставить наслаждение Творцу на 100%, нет здесь никакого вкуса, и много раз это ощущается как тьма в разных ситуациях, когда ты хочешь насладить. Если ты это делаешь – тьма.

М. Лайтман: Даже если нет вкуса, да.

Ученик: Вопрос такой: какое состояние в этих действиях? Это входит в свойство ахишена, в ускорение, когда ты берешь на себя и пытаешься ускорить все эти вещи?

М. Лайтман: Конечно, это ахишена, ускоренное прохождение состояния, потому что ты прилагаешь усилия.

Ученик: Хорошо. И в тот момент, когда ты пытаешься и находишься в этих усилиях, иногда преуспеваешь больше или меньше, но, по крайней мере, не оставляешь точки, когда ты выясняешь эти действия и говоришь: секунду, я делаю это ради Творца, может быть, и неуспешно, может быть, обманываешь себя немного, неважно. Но в конце этих инициативных действий создается состояние, когда Творец не должен действовать по отношению к тебе в темных состояниях, ты вроде бы сам делаешь работу. Или это не обязательно?

М. Лайтман: В той мере, в которой ты соглашаешься с любыми действиями, главное, чтобы они исходили от Творца, ты превращаешь тьму в свет.

Ну, где он там, превращающий тьму в свет?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:01:29) РАБАШ приводит такой пример, что если человек приглашает кого-то на трапезу, он делает это от всего сердца, тот, которого приглашают, не хочет прийти. Общая идея, когда мы много раз делаем всевозможные действия по принуждению, что значит, что свыше не принимают этого, потому что мы еще не делаем от всего сердца?

М. Лайтман: Да нет, свыше ведут себя с нами, как с детским садом, дают разные игры. Мы же должны их прояснить, выяснить, насколько они могут быть у нас в пути. Мы можем понимать, можем ошибаться, и это тоже не так важно, что получится в результате. Но насколько Творец хочет нас обучить во всех этих ситуациях.

Ученик: Этот пример, который привел РАБАШ, что значит обучить нас, если человек думает, что нужно прийти от всего сердца?

М. Лайтман: Насколько мы выполняем духовную заповедь или, насколько мы хотим это сделать для того, чтобы как-то сорганизоваться в материальном мире?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:02:57) Как освободиться от мотивации продвижения с желанием постичь?

М. Лайтман: Все это в пути, это то, что сопровождает нас много времени. Мотивация для продвижения – в чем конкретно? В ней, в самой, в этой мотивации ты заменяешь, ты меняешь причины – для чего ты это делаешь?

Ученик: А как это поменять? Как изменить причину?

М. Лайтман: Насколько придается большая важность группе, и по сути группа – это то, что меня направляет. Есть Творец, есть человек, и между ними есть группа. И за счет того, насколько человек может быть связанным со своим окружением, быть включенным в окружение, настолько он может продвигаться и приближаться к Творцу. Потому что в группе ему все более понятно, когда он действует, исходя из своего эго, и когда он выходит из своего эго к свету, к Творцу.

Ученик: Весь процесс подъемов и падений, который он описывает – то, что это должно привязать человека к группе?

М. Лайтман: Да. Настолько, что он хочет быть все время зависим от них и следовать за ними.

Ученик: Как бы не справляться, не воевать с собой?

М. Лайтман: Воевать с собой, чтобы идти с ними. Группа – это средство между тем, насколько человек находится в Творце, и насколько он отрывается от себя и желает прикрепиться к Творцу. Группа – это... Она выстраивает ему эту связь.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:06:06) Группа отключает меня от программы желания получать?

М. Лайтман: Группа меняет тебе твое желание получать на желание получать групповое – когда ты хочешь быть внутри них, ты готов быть внутри них. Группа дает тебе это обслуживание, чтобы вместо того, чтобы ты был прилеплен к самому себе, чтобы ты был прилеплен к ней. И в этом сила группы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:07:09) Моше был прав в том, что задал вопросы о рождении луны. Ведь сказано, что глаза у них и не видят, и нужно находиться в вере мудрецов. Так на что нам указывает то, что Творец указал ему пальцем на рождение луны? Что это значит? Ведь видение, зрение – это сфира хохма. Так что значит, что Творец показал Моше?

М. Лайтман: Что именно эта форма, когда ты видишь луну, силу отдачи, веру выше знания, и чтобы тебе это светило, как солнце, но это луна, то ее ты освещаешь. То есть ты приходишь в вере выше знания к такому состоянию, когда ты находишься внутри знания.

Ученик: То есть луна, она как бы сильнее Солнца, хотя у Солнца свет светит, но луна в данном случае сильнее?

М. Лайтман: Да, верно. И человек хочет быть действительно прилеплен к луне.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:08:45) У нас в десятке есть встречи десятки. Мы собираемся, чтобы объединиться и принимаем в расчет, что это не просто какая-то банда, которая собирается сделать преступление, а мы приходим с намерением, мы желаем в чем-то сблизиться, доставить наслаждение, но приходим не всегда с желанием. Иногда мы начинаем наше собрание с восхваления группы, и товарищи чувствуют, что это из уст наружу.

М. Лайтман: Ну, это понятно. И что?

Ученик: Я хотел это связать. Есть ощущение, что это тоже связано, потому что как бы в чем-то нужно радоваться даже в самом малом состоянии, когда мы собрались, чтобы вместе доставлять наслаждение Творцу, потому что мы уже соединены, и в чем-то мы Ему доставляем наслаждение. Надо верить, что если есть даже малое такое желание объединиться, то тем, что рождается такое желание, этим ты уже доставляешь наслаждение Творцу, и уже этому можно радоваться, что ты удостоился такого?

М. Лайтман: Да.

Ученик: (01:10:12) Эта точка входа, когда мы хотим каждый раз заново создавать объединение, чтобы было кли доставления наслаждения Творцу. Какова поддержка, которую оказывает каждый товарищ тем, что он отменяет себя и включается, принижает народы мира в себе и поднимает Исраэль?

М. Лайтман: В вопросе объединения с группой, любви в группе, мы должны понять, что здесь есть начало пути, когда человеку совершенно это не нужно, он этого не хочет, и он должен прийти к обратному состоянию, что для него нет ничего больше, ничего более святого, чем объединение с десяткой.

Это не происходит за один день, и не то что мы понимаем это, но это выясняется в той мере, в которой раскрывается нам исконная связь между нами и десяткой. Когда эту связь изначально создал Творец, и совершенно не важно, насколько мы можем придавать этому какие-то материальные значения, потому что мы соседи, потому что мы такие и эдакие и так далее, поэтому мы собрались в какую-то группу.

Но затем мы увидим, насколько Творец скрывает себя за каждым действием, за всеми действиями. Короче говоря, то, что нам нужно – это освящать группу, десятку, в которой мы находимся, стараться не выходить из нее в различные наши претензии и расчеты, которые, конечно же, происходят. И так мы постепенно раскрываем, что изначально, еще до того, как мы пришли в каббалу, мы уже пришли для того, чтобы объединиться в эту группу, и поэтому выход из десятки, из группы – это вещь очень страшная.

Ученик: Это собрание, которое отделяет нас от народов мира – это та самая маленькая точка, которая желает доставить наслаждение Творцу в чем-то, просто коснуться этого. Собственно, за это мы должны все время держаться, чтобы это собрание было для объединения, или чтобы у нас было общее кли для доставления наслаждения Творцу? То есть если мы это потеряем, то мы вернемся в состояние просто группы?

М. Лайтман: Да.

Ученик: То есть все время должна быть некая забота, чтобы это было нам важно?

М. Лайтман: Это различает между просто компанией и духовной группой.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:14:29) Я слышал, как Вы объясняли, и впервые я услышал в таком явном виде, когда Вы отвечали, что там происходит переход, когда человек принимает на себя работать не ради наград. Вы сказали, что посередине есть нечто, что называется групповым желанием получать, то есть от своего желания получать он переходит к групповому желанию получать, и оттуда уже – к работе перед Творцом. Что это за групповое желание, в котором человек готов быть, чтобы они предоставили ему такую услугу отключения от себя?

М. Лайтман: Когда он относится к группе, как к Творцу, когда он относится к группе, как к высшему, и так ведет себя.

Ученик: А что высшего в них?

М. Лайтман: «Высший» – что это мнение группы, это совершенство.

Ученик: Это ведь не люди, которые сидят вокруг меня, там есть более глубокая сила, которую нужно искать, и которая называется высшим?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как правильно представить себе ее, как правильно отнестись к ней?

М. Лайтман: Это буквально божественная часть свыше. Внутри десятки есть божественная часть свыше.

Ученик: Это называется групповым желанием получать, в которое я хочу войти?

М. Лайтман: Скажем, так. Да.

Ученик: Вы сказали, и я хотел прояснить. Как правильно отнестись: то, что ты удостоился думать о том, что есть состояния – это ты уже удостоился?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Уже за это надо благодарить? Где я тут благодарю? Есть такое ощущение, что как бы это новые келим, за которые человек должен благодарить, это еще не отдающие келим, но это уже и не полностью получающие. Что это за состояние «посередине», за которое человек благодарит, что он удостоился быть связанным с процессом?

М. Лайтман: Потому что он принимает направление десятки, а не свое собственное направление.

Ученик: И за это нужно благодарить. В каких келим благодарят за это?

М. Лайтман: Здесь, действительно, у него рождается новое кли, когда он немного выходит из себя и соотносит себя с группой.

Ученик: То есть когда он относит себя к группе, начинает выходить из себя, и там есть место благодарения за то, что он немного приподнялся?

М. Лайтман: Да, конечно.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:17:39) Я бы хотел продолжить выяснение товарища. Что значит отнестись к группе как к Творцу?

М. Лайтман: Что это высший относительно меня.

Ученик: Но что за Творец в группе?

М. Лайтман: Творец в группе – это когда я учусь на этих групповых состояниях, как относиться к высшему, к Творцу.

Ученик: Но в чем это выражается? Ты смотришь на группу, стараешься быть в группе. Что значит, что ты сейчас с ними как с Творцом?

М. Лайтман: Я принимаю их желания, их направления, их цель развития, как нечто высшее относительно себя.

Ученик: А в чем это Творец, почему это называется Творцом? Это высший, почему это Творец?

М. Лайтман: Творец как бы еще выше.

Ученик: Что означает, что Творец внутри группы?

М. Лайтман: Когда группа, которая находится между мной и Творцом, получает от Творца различные новые состояния и следует согласно этому, а когда я хочу идти за этим, то должен, с одной стороны, отменить себя относительно группы и принять от них их направление, их развитие к Творцу. То есть группа как бы состоит из разных высших вещей, которые мне нужны.

Ученик: В текущем состоянии Творец находится в группе? Или требуется что-то от человека, чтобы он начал определять Творца в группе?

М. Лайтман: Конечно, я должен пригнуться перед группой.

Ученик: Оттого что ты отменяешь себя, вдруг начинаешь определять, что есть Творец в группе?

М. Лайтман: Потому что я так принимаю, так выстраиваю Его. Поэтому Борэ называется «Бо у-рэ» (приди и увидь). Тогда ты начинаешь видеть.

Ученик: То, что я не воспринимаю: мы все время говорим, что мы строим Творца между нами, что мы Его делаем.

М. Лайтман: Да, именно так.

Ученик: Ну, понятно. А в чем мы Его строим, если Творец внутри группы? Если Он внутри группы, то, видимо, Он уже построен? Что значит, что мы строим Его?

М. Лайтман: Нет, изначально Он так, свыше, но мы должны построить Его снизу.

Ученик: Что значит «снизу выстроить Творца»?

М. Лайтман: Что я короную Его, как бы ставлю Его так, венчаю Его, что Он становится выше всего, выше нас. И так я принимаю Его и поднимаю на Трон Славы.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:21:19) Мы сказали, что должны принимать цель от десятки, от группы?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Но каждый человек чувствует, что у него есть какая-то целенаправленность. Что есть у группы преимущественно перед индивидуумом, что нужно определять и принять себе, чего нет у него?

М. Лайтман: Прежде всего, в группе он не находится. Это что-то вне его, это сила или кли, более внешнее. В группе есть сила Творца. Там мы должны раскрыть Его. Группа – это та сила и то место, промежуточное между мной и Творцом. И поэтому получается, что главное для меня – это группа, что насколько я включаюсь в нее, в этой мере приближаюсь к Творцу.

Ученик: Человек приходит с хисароном. И мы учим, что у товарищей тоже есть этот хисарон. Он представляет хисарон, который есть у них, как хисарон, который есть у него. Просто еще один такой как я. Но это не выводит его наружу из группы, он не чувствует внешнее кли. То есть он должен увидеть какую-то разницу, что он может постигать что-то у них, чего нет у него? Каково должно быть действие человека, чтобы почувствовать разницу между ним и группой, и постичь то, что есть у них? Как почувствовать эту разницу?

М. Лайтман: Эту разницу ощущают в желании получать. Желание получать в человеке и желание получать групповое – эта разница – как свойство малхут относительно девяти первых сфирот. Группа может играть относительно человека как девять первых сфирот, если человек ставит себя как малхут.

Ученик: Я прихожу с хисароном. Человек приходит со своим хисароном. Ему нужно как-то использовать группу для того, чтобы... Что происходит с хисароном, который он использует по отношению к группе? Что делать с его хисароном? Он должен его скрыть, отменить, нести куда-то внутрь?

М. Лайтман: Он хочет заменить его на хисарон, когда он прилепляется к ним и через них – к Творцу.

Ученик: Что значит «заменить»?

М. Лайтман: Заменить – это значит отменить себя перед группой и отменить себя внутри группы перед Творцом.

Ученик: А «себя» – это хисарон в постижении цели? Я так не чувствую. Я не знаю, что отменяют?

М. Лайтман: Нет, нет, нет, это не желание относительно духовной цели. Он все делает ради духовной цели. Но желание получать собственное, которое есть у него, желание получать ради получения, желание получать, которое у него есть – его личное.

Ученик: Это как-то надо определить? Человек должен каким-то образом почувствовать, что в нем есть что-то, что он должен отменить, что это не его стремление к Цели творения, к объединению ради Цели творения, а нечто иное, что мешает ему получить от группы?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:25:46) Есть ощущение, что после длительного периода, когда мы учимся вместе в десятке, что Творец скрыт, Тора скрыта, даже учитель скрыт, и единственное, за что можно ухватиться – это за товарищей.

М. Лайтман: Ну, это уже что-то.

Ученик: И чувствуется, что мы как дети, которые остались одни в темноте, держимся за руки перед этими жизненными волнами, которые нас накрывают, и мы должны держаться вместе?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Можно это себе представить, как Ной в ковчеге, когда мы там прячемся, поддерживаем друг друга, и есть всякие проблемы материальные, духовные, и мы хотим держаться?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Как в таком состоянии перейти к чему-то более активному по отношению к Творцу?

М. Лайтман: Более активно – это когда мы больше держимся друг за друга. И, конечно же, в таких состояниях есть товарищи, которые хотят выйти, и они думают, что с помощью этого выхода или, может быть, перехода в другую десятку им будет лучше, легче, и это будет правильней и приятней, и они лучше устроятся. Но мы должны объяснить, что это как раз не так, а именно наоборот. Нужно держаться друг за друга, раскрывать сердце друг другу, и только таким образом можно достичь берега обетованного.

Ученик: Именно в случае, когда мы чувствуем, что мы принадлежим друг другу... мы как группа слепцов. Как мы можем прийти к чему-то иному?

М. Лайтман: Только при условии, если они держатся друг за друга, тогда в связи между ними, не в ком-то отдельно, а в общей связи между ними есть связь с Творцом, и тогда Творец будет вести их в той мере, в которой они связываются друг с другом.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:28:32) Очень важное выяснение, которое мы сейчас делаем. Вы сказали, что я должен из себя сделать малхут, а товарищи – это девять первых сфирот. Собственно, методика в том, что когда человек приходит в группу, должен сократить себя, отменить, и это начало его сокращения. Я просто хочу использовать каббалистические понятия. Как мы обретаем экран? Что такое экран? Если я из десятки делаю что-то, через что я могу получить свет? Начало понятно: ты отменяешь себя и можешь прийти к сокращению. А что дальше?

М. Лайтман: Я хочу включиться в группу всеми своими усилиями, насколько возможно, чтобы все мое сердце и разум, и все мое сознание были в одиночестве. Все мое сердце и разум, и все, что я представляю себе, чтобы это все было слито с группой, и группа наполняла бы меня и давала бы мне более правильное направление к Творцу.

Ученик: То есть можно обрести силу экрана?

М. Лайтман: Да, на пути мы обретаем это, приближаемся к этому.

Ученик: Это должен быть общий экран, или каждый – в мере своей работы, своей самоотмены, своих усилий?

М. Лайтман: Один экран нельзя обрести. Нам это кажется в начале пути, но экран мы можем обрести, только когда мы хотим объединиться друг с другом, держаться друг за друга. Один не может обрести экран. И тогда внутри этого хисарона, внутри этой необходимости, насущности, тогда мы начинаем чувствовать, где здесь есть место для экрана.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:31:04) Каким образом Творец обращается через товарища? А с другой стороны, я строю с товарищем общее кли, или товарищ принадлежит, относится к Творцу?

М. Лайтман: Нет у меня связи с Творцом напрямую, прямой связи с Творцом. Только через десятку, ну, или через товарища, скажем так. То есть я должен создать связь с десяткой таким образом, что я отдаю себя им, и они понимают это, и я не скрываю этого, что они нужны мне, и они нуждаются во мне – и так все относительно всех. И исходя из этой взаимной работы внутри десятки, мы действительно начинаем ощущать то, как мы можем обратиться к Творцу.

Ученик: Есть тут какая-то разница странная. С одной стороны, когда я смотрю на товарища, я вижу, что Творец обращается ко мне через него. Но когда я хочу обратиться к Творцу, я как бы беру товарища к себе. То есть это как бы с его стороны, с моей стороны…

М. Лайтман: Это не важно. Либо ты входишь в него, либо он входит в тебя. Главное, что вы вместе.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:32:51) Нет сомнения, что группа, наше окружение – это адаптер между мной и Творцом. Это силы, это выше знания, это сила Высшего в группе. Как мы приходим к состоянию, которое объясняется здесь, что Творец делает круг из нас? Что значит, что Творец окружает нас?

М. Лайтман: Чтобы мы ощутили себя, что мы вместе, и только как одно кли мы можем связаться с Творцом и войти с Ним во взаимный контакт, и так начать расти.

Ученик: Что, в конечном счете, мы были в общем намерении?

М. Лайтман: Да.

Ученик: Доставить наслаждение Творцу? И вот эти хисароны, которые мы наполняем на уроках, – что они должны превратиться в единый хисарон?

М. Лайтман: Цель одна, но каждый, исходя из своего сердца, из своей души, он все-таки говорит об этом иначе, по-своему. Но это не важно, потому что тем самым мы тоже дополняем, но только еще на ступенях, которые не раскрылись нам. В следующих состояниях мы это раскроем.

Ну, остались у меня тяжелые келим.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:34:41) Я хочу немного вернуться к началу статьи. Прежде всего, статья замечательная. Тут говорится, что он должен работать так, что всем своим сердцем и всем своим достоянием, как сказали наши мудрецы, даже когда он отдает душу свою. Прежде всего, что это означает?

М. Лайтман: Когда у тебя теряется все, это не важно. Ты хочешь быть слит с Творцом, даже если ты заплатишь все.

Ученик: А насколько это важно – начать работу, работать, представлять себе это?

М. Лайтман: Это не с начала работы, но постепенно это так формируется, такое отношение у человека.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:35:44) Я пытаюсь выяснить, продолжать выяснять эти понятия статьи в отношениях между нами. Он говорит здесь, что указал ему пальцем на луну на небосклоне и сказал, что луна – это экран. То есть надо это понять, что луна – это отраженный свет?

М. Лайтман: Ну, хорошо, мы не обсуждаем здесь это в статье.

Ученик: Но я пытаюсь это понять как отношение, когда сказано, что Исраэль считается с луной, что они так относятся к действительности, привлекают отраженный свет, насколько это возможно.

М. Лайтман: Допустим.

Ученик: Я хотел спросить, что это за отношение в десятке к товарищам? Что это за такое отношение «отраженный свет»?

М. Лайтман: Отношение к товарищам в десятке – это я отношусь к ним, допустим, как отраженный свет.

Ученик: Можно объяснить, что это за отношение?

М. Лайтман: Нет, я не собираюсь. Это совершенно не относится к статье.

Ученик: Но я пытаюсь понять понятия статьи.

М. Лайтман: Ты хочешь понять, но мы сейчас не учим эти определения.

Ученик: А что значит «освящать» в отношениях между нами?

М. Лайтман: Что это твое отношение к группе и к Творцу, когда ты находишься в потребности слияния к ним – это «освящай».

Ученик: То есть для этого надо сначала увидеть, а потом освятить? Что тогда означает «увидеть»?

М. Лайтман: Увидеть – это проанализируй это, покритикуй, а потом все-таки прилепись, освяти.

Ученик: Критикую – что? Отношение к ним, отношение к себе – что нужно искать?

М. Лайтман: Ты должен видеть всех в слиянии.

Ученик: И хотя я и не вижу, все-таки освящать – это имеется в виду?

М. Лайтман: Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:37:50) Я уже очень давно начинаю понимать, что мне не хватает воздействия окружения. И я объясню. Я нахожусь в десятке Москва-7, это очень сильная десятка. Но так как я нахожусь здесь уже семь месяцев, во время уроков, подготовки, семинаров я не с ними, на трапезах я не с ними. А товарищи здесь говорят, что я должен переходить в десятку Петах-Тиквы, но проблема из-за того, что я не знаю иврит. Ну, я так понимаю чуть-чуть, но из-за этого проблема вхождения в десятку Петах-Тиквы. Что делать человеку, который в такой ситуации? Потому что каждый день получается, я не тут, не там, и все это нарастает и нарастает.

М. Лайтман: Должен быть или тут, или там, а не сидеть на двух стульях. От этого ты проигрываешь, а не выигрываешь.

Ученик: Да, я это понимаю, но я тут.

М. Лайтман: Нет, ты не тут.

Ученик: А как мне быть тут?

М. Лайтман: А для этого надо оторваться от того, что там.

Ученик: Да, но десятки здесь говорят: хороший товарищ, но он не знает иврит, мы будем мучиться.

М. Лайтман: Будешь знать, будешь знать. Половина из тех, кто сидит здесь, не знали иврит.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:39:36) Можно продолжить его вопрос? Просто хотелось выяснить, не с точки зрения его личной ситуации, это системный случай. С одной стороны, мы говорим, что десятка дана человеку свыше, и человек должен принять это и согласиться с этим, потому что это решение Творца, а не включать свои расчеты. Получается так, что у нас не один товарищ, у нас три-четыре-пять таких товарищей в одной и той же ситуации. Кто-то два года, кто-то год, кто-то полгода. Он говорит, я был в Сыктывкар-7, мне это дали свыше. Почему я должен меняться? Из-за того, что я сделал алию (переехал в Израиль), я живу в Петах-Тикве, и я физически хожу в мерказ, так что я теперь должен отключиться от того, что мне дали свыше виртуальную десятку Сыктывкар-7? Или наоборот, мы должны сказать, он поменял место, он поменял судьбу, так он теперь должен включаться там, где он сидит физически?

М. Лайтман: Да. Да.

Ученик: Так, а что правильно?

М. Лайтман: Быть там, где он физически находится. Поэтому мы находимся в этом мире и должны так себя объединять, включаться в него.

Ученик: А на сколько требования тогда к таким людям со стороны наших комиссий, что вы сделали алию, но вы еще не знаете иврит, так выучите иврит, мы вам дадим десятку Петах-Тиквы. А пока что сидите там.

М. Лайтман: Учи иврит. Включайся.

Ученик: Спасибо.

М. Лайтман: Нет никаких других способов продвигаться духовно – как быть вместе со своими товарищами в одном месте физически и вместе заниматься на всех занятиях и так далее.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:41:47) На ту же тему, только в ином направлении. У нас есть товарищ в десятке, который решил, что он должен проверить себя в другой группе, более религиозной.

М. Лайтман: Но не у нас?

Ученик: Нет, не у нас. Вопрос, как нам относиться к такому товарищу? Он не говорит, что я оставляю, он говорит, что я пойду проверить.

М. Лайтман: Нет, нет, нет такого, я пойду проверю. Прежде всего, что он, глупец, может проверить между десятками. Разница между десятками, она духовная. Тем более, что там, очевидно, более религиозная десятка.

Ученик: Это другая группа, это не Бней Барух.

М. Лайтман: Ну так это вообще нет. Освободите его, пусть выходит отсюда и не возвращается.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:42:41) По поводу предыдущего обсуждения, я должен спросить. У нас есть товарищ, я знаю, что не только у нас. Когда он переехал на север несколько лет назад во время короны, и мы спросили тогда, и было сказано, что мы меняем десятки, и виртуально он находится с нами.

М. Лайтман: Даже те, которые живут близко, насколько я слышу, которые были здесь, и живут в Петах-Тикве, или с другой стороны... Как это называется? Нет, не Маталон. Ну, короче говоря, группа должна проверить: что происходит с каждым из товарищей, и почему он оставляет, почему он переходит, почему он поменял своё место? Группа отвечает за всё, что происходит с товарищем. Потому что тот, кто меняет место, меняет группу, меняет все условия. Мы не понимаем, почему мы так связаны в нашем мире с этими всеми понятиями, но стоит слушать то, что говорят нам великие в Торе.

Ученик: Если можно? Причины были справедливые и понятные десятке. Мы все были виртуальные в тот период и было ощущение, что так мы и останемся. Товарищ просто принял решение, исходя из экономических соображений, переехал. Мы остаемся в сердечной связи, работаем в десятке. И он также спросил себя тогда, даже когда он переехал, он думал о том, что, может быть, ему придется перейти в другую физическую десятку. Вопрос: что делать? Мы чувствуем этого товарища, как интегральную часть десятки, но физически он находится в другом месте.

М. Лайтман: И я скажу вам, что когда я был рядом с РАБАШем, я видел, насколько это серьезная, важная вещь – перейти из группы в группу. Я не знаю, как это сказать, но это просто духовный развод. Поэтому... Мы этого не чувствуем, но это так. Мне нечего предложить. Желательно считать маленькую группу, относиться к ней как к большой, и делать все усилия, чтобы никто не выпадал.

Это проблема, это наша проблема. И вообще в пути каждый человек находится в сомнениях, в падениях, подъемах. Иногда ему падения кажутся спусками, падениями, а подъемы тоже, как… Ему кажется, что он там куда-то улетает в пустое пространство, в вакуум. Нужно держаться, удерживать себя. И в конечном счете, вы увидите, насколько каббалисты были правы, когда они видели природу человека и рекомендовали нам то, что они рекомендовали. Ну, что мы делаем дальше?

Вопрос (Москва-7): (01:47:39) По статье, если можно. РАБАШ пишет в середине статьи о том, что человек согласен быть работником Творца без каких-либо условий, и когда он ощущает важность, и когда он не ощущает важность, и должен верить, что Творец наслаждается от этой работы. Вообще, в силах ли человека так уговорить себя, чтобы быть согласным и верить? Или это приходит только свыше, как результат каких-то усилий?

М. Лайтман: Написано, что нужно делать все, только не уходить. Выйти из группы, из сообщества, из чего-то, куда тебя Творец привел с самого начала и сказал, что это твой жребий, твой выбор, твоя судьба. Здесь у тебя место, здесь место для тебя, и Я жду тебя в конце пути. Поэтому так мы должны относиться. Очень важно человеку держаться. Держаться, насколько возможно. И иногда, я это знаю по себе, насколько мы получаем желание убежать, что-то сделать – нет выхода. Нужно стараться все-таки держаться.

Вопрос (Москва-7): (01:49:36) Уточнить по ситуации. Вы сказали, что этот товарищ, он должен выучить иврит, а пока он не выучил иврит... Это же процесс такой, непонятно, насколько он может растянуться.

М. Лайтман: А он и не будет его знать. Он и не будет его знать в таком состоянии, в котором он находится. Он общается по-русски, в русской среде, и ему это не надо. Таких в Израиле половина. Так что тут зависит только от того, насколько он поймет, что это необходимо.

Вопрос (Москва-7): (01:50:17) Так проблема в том, что он понял, что это необходимо, попросился в десятку Петах-Тиквы, а его не берут.

М. Лайтман: Его не берут?

Ученик: Его не берут. Говорят: ты сначала иврит сходи выучи, а потом мы тебя возьмем. Это не проблема, что он не хочет, он-то очень хочет, а его не берут.

М. Лайтман: Это так, да?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:50:47) Да, уже где-то три или четыре, пять десяток сказали: хороший товарищ, но ты иврит не знаешь, мы будем мучиться.

М. Лайтман: Ну, как это ты не знаешь совсем иврит?

Ученик: Я понимаю. Как собака, понимаю, но сказать не могу. Пятьдесят процентов, семьдесят процентов понимаю, что говорят товарищи. Даже на условиях слушателя. Я говорю, что давайте я просто приду, сяду с вами, и потихоньку, по мере вхождения, вы сами скажете, когда я смогу быть в зуме, когда вы меня включите туда. Нет. А в слабую десятку я тоже не хочу входить, где три-четыре товарища на уроке. Есть десятки, где три. Я хочу в сильную десятку. Москва-7, где из 13 товарищей практически все на уроке.

М. Лайтман: Хорошо. Что ты хочешь сказать? А?

Реплика: (01:51:59) Я могу сказать, что есть отдел десяток, и пусть товарищ обратится в этот отдел, мы проверим, что произошло. Тут есть много разных моментов. И до сих пор не было таких явлений, о которых сейчас было сказано, и мы обязательно это все рассмотрим.

М. Лайтман: Нет, учи иврит – это так нельзя. Я когда пришел, приехал в Израиль, пошел на работу, увидел, что я не знаю иврит, я полностью окунулся в иврит.

Где тут Дорон Голдин, нет его? Скажи, ты был у меня тогда, и удивился, что я говорю с женой на иврите дома? Дай ему, пускай скажет.

Реплика: Да, говорил, только на иврите дома, и я был потрясен, что с женой, с детьми.

М. Лайтман: Да, так оно. Хотя, сколько я там знал, и сейчас мне тяжело говорить. Вы видите, насколько у меня, какие у меня трудности с ивритом, с английским. Язык для меня тяжелая вещь. Нужно помочь. Не говори с ним по-русски, тот, кто знает русский. И вообще, говорите все на иврите. Что это? Я поступил на работу в ВВС, и говорил на таком иврите, что на меня так смотрели… у солдат, вы знаете, какой там иврит. Не страшно.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:54:23) Я пока еще не понял принцип, почему товарищу в нашей группе нельзя переходить из одной десятки в другую?

М. Лайтман: Это я учился у РАБАШа. И я чувствую, что человек начинает входить в окружение, он строит место, десятка освобождает ему место, и тогда человек должен заполнить это место. И тогда десятка должна работать над ним, привязывать его. Это как орган в теле. Вы знаете, насколько опасно, насколько это непросто поменять какой-то орган в теле из важных органов? Это не так просто сделать. Какую подготовку надо для этого сделать, пока он приживется, и начнет принимать участие вместо исходного органа. То же самое и здесь. Творец устанавливает эти вещи. Мы думаем, что мы можем это изменить, как нам хочется. Разумеется, мы так думаем, потому что такое наше восприятие реальности. Но нет. Нам нужно отнестись к этому с большой серьезностью.

Ученик: Десятка, в которой сейчас мы находимся, каждый в своей десятке, эта десятка до Гмар Тикуна, до Полного Исправления?

М. Лайтман: Я не знаю, что происходит в Концу Исправления, потому что нам предстоят этапы, которые еще не проходили группы в этом мире. Посмотрим по себе. Но, собственно, надо стараться привязать себя так, как будто ты отрезаешь орган от тела. Так же ты относишься к товарищу, который выходит из десятки.

Ученик: В каких случаях оправдан переход из одной десятки в другую? Какая причина может быть, что человек может перейти в другую десятку?

М. Лайтман: Я бы не сказал такого. В моих глазах такого не может быть. Для чего? Почему? Какова причина может быть? Что он переехал? А почему он это сделал? Что он поменял этих товарищей на других товарищей? Как это может быть? Чем они плохи? Если они не так хороши, так ты должен постараться исправить их, уподобить себя им. Я рядом с РАБАШем такого не учил.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:57:42) Что происходит, когда есть десятка двенадцать-четырнадцать человек, и часть из них хотят приходить сюда в учебный зал физически, а большинство не хотят. Большинство хотят быть виртуальными. И пришло, скажем, два человека приходят, и поэтому они хотят перейти в другую десятку, которая физически собирается здесь.

М. Лайтман: Готовы ли они прийти сюда, как будто они живут здесь?

Ученик: Да, хотят приходить каждый день. Но большинство из десятки не приходит, и поэтому их всего двое. Они хотят включиться в другую десятку.

М. Лайтман: Да, нужно включиться в другую десятку.

Ученик: То есть перевести их в другую десятку?

М. Лайтман: Да, перевести их в другую десятку и определить им там место. Неважно, что они живут не здесь, но они приходят, приезжают.

Ученик: Физически каждый день приходят.

М. Лайтман: Да физически, но при условии, что они ежедневно приходят.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (01:58:49) Может быть, если так, то, может быть, стоит изменить немножко терминологию. У нас есть десятка сильная, десятка слабая. Если я нахожусь в слабой десятке и хочу продвигаться в пути, я хочу перейти в сильную десятку.

М. Лайтман: Я не знаю. Я знаю, что сильная десятка – это те, которые приходят ежедневно на утренний урок. Те, которые могут еще полчаса в середине дня связаться через телефон, и которые являются на трапезы и на всякие такие мероприятия.

Ученик: А если есть десятка, которая не функционирует так, как Вы сейчас говорите, я не могу перейти?

М. Лайтман: Но что мешает, что мешает им?

Ученик: Разные проблемы, материальные.

М. Лайтман: Материальные проблемы – это не утренний урок. Ну и полчаса для дневного урока можно украсть где-то там. Я не сказал больше, хотя есть еще и вечерние уроки и всякие другие виды связи. Об этом я не говорю.

Ученик: Но это оправдание для человека, который хочет перейти в десятку, которая приходит каждый урок, и все зумы, и все другие встречи.

М. Лайтман: Ну, все другие встречи я не знаю. Иногда делают чрезмерно, может быть. Но приходить сюда на утренние уроки – это да. У РАБАШа это было необходимо. Утренний урок – это необходимо. Да.

Петах-Тиква-Центр: (02:00:40) Мы десятка, которая приходит каждое утро. И если отдел сочтет нужным, то мы приглашаем товарища в нашу десятку.

М. Лайтман: Замечательно.

Вопрос (Ж Интернет, Latin 12): (02:01:01) Есть много десяток во всем мире. Есть десятки, где товарищи живут в разных странах и иногда тяжело создавать физический контракт. Логичны ли эти десятки?

М. Лайтман: Если у них есть общий язык, то неважно, в каких странах они находятся. Только при условии, что между ними есть связь.

Вопрос (Ж Интернет, Реховот): (02:01:32) Как выражается работа в преданности в десятке?

М. Лайтман: Что я делаю все для десятки, поскольку это кли, с помощью которого я связываюсь с Творцом. Творец находится в центре десятки. И так мы вместе, десятка и Творец приходим к единству между нами.

Вопрос (Интернет, Челябинск-Омск): (02:01:58) Что я могу сделать, когда моя работа в десятке эгоистична? Начинаю я просить у Творца, но и это молитва из эгоизма. То есть я чувствую, что я не связан ни с чем и не могу просить из сердца, а только из эгоизма.

М. Лайтман: Постарайся просить у Творца даже из твоего эго, и постепенно из ло лишма придешь к лишма.

Вопрос (Интернет, Беэр-Шева): (02:02:28) Если я хочу переехать из Беэр-Шевы ближе к Петах-Тикве, стоит ли это делать, или стоит оставаться в Беэр-Шеве, потому что там моя десятка?

М. Лайтман: Я бы остался в Беэр-Шеве.

Вопрос (Интернет, Latin 13): (02:02:46) Если мы чувствуем, что группа производит такие действия, которые не доставляют наслаждения Творцу, как мы можем вести себя в этом состоянии?

М. Лайтман: Нужно проверить, пробудить и проверить это.

Вопрос (Интернет, МАК-22): (02:03:05) Если Творец управляет всем миром, почему мы должны прикрепляться к Творцу через десятку, оставляя в стороне весь мир?

М. Лайтман: Потому что десятка – это та структура, через которую мы связываемся с Творцом, а не иначе.

Реплика: Есть вопросы о статье. Спрашивать?

М. Лайтман: Я не знаю. Люди еще находятся в статье? Ну.

Вопрос (Интернет, Latin 3): (02:03:35) Что значит быть совершенным с обеих сторон?

М. Лайтман: Что значит с обеих сторон?

Ученик: Со стороны получения и со стороны отдачи.

М. Лайтман: Не знаю. Получать ради отдачи, я не понимаю.

Ученик: В статье было: быть совершенным со всех сторон, и с правой, и с левой.

М. Лайтман: Оставь, оставь это. Мы уже не в этом. Понятно?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:04:08) В продолжении вопроса товарища. Вы видите, что тут есть разные десятки. На компьютере мы видим остальную часть десятки. И Вы порекомендовали товарищу, что вот эти тройки соединить. Нас трое, а семь на компьютере.

М. Лайтман: Нет-нет-нет. Не это я имел ввиду, чтобы ты объединял части десяток вместе.

Ученик: Я не это имел ввиду.

М. Лайтман: Нет. Это так слышалось? Нет. Нет, никогда так.

Ученик: То есть у нас семь товарищей есть виртуально, а трое здесь сидят. Это нормально?

М. Лайтман: Нет, это не нормально. Надо стараться, чтобы сидели все. В чем проблема? В чем проблема? Надо выяснить, в чем проблема. Невозможно сидеть дома и учиться так, как будто бы ты учишься здесь. Это совершенно не тот вид связи.

Ученик: Почему?

М. Лайтман: Почему? Потому. Все. Поверь мне и исполняй. Даже приходи сюда и спи. Есть люди, которые спят. Им сладко здесь спать. И это не проблема. У РАБАШа тоже такое было. Не с ним, но несколько товарищей, которые приходили учиться. Да, они так дремали.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:05:49) Я прихожу сюда 8 раз в неделю. Я из молодежной группы, из точки в сердце. Я прихожу сюда, произвожу с ними подготовку, а потом я пересаживаюсь. Я сказал им, что я их катализатор. То есть это роль моя, чтобы они пришли. И мой опыт – это полезный переход из одной десятки в другую.

М. Лайтман: У тебя есть вопрос или нет?

Ученик: И мне тяжелее сегодня. Я чувствую больше десятку. Как я могу усилить ответственность, чтобы силы были не только от меня, но от всей десятки? Сегодня десятка больше соединена в моем сердце.

М. Лайтман: Ты так это эгоистически воспринимаешь, что я не могу даже это выслушать, что все вокруг тебя, ты объединяешь. Нужно проверить. Я не чувствую состояния так, как ты его описываешь.

Ученик: Что Вы чувствуете?

М. Лайтман: Сейчас не время выяснять это. Но я говорю тебе, что тебе нужно хорошенько проверить себя. Да.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:07:47) Мы – десятка, которая приняла недавно решение стать физической и быть каждый день физически на уроке. И вследствие этого решения два товарища, которые были в меньшей связи с десяткой, оставили и ушли. Вопрос: какова наша ответственность в общем в десятке относительно тех, кто чувствует, что они не хотят или не могут физически выполнять те условия?

М. Лайтман: Вам нужно взять несколько товарищей со стажем (есть такие), чтобы они вошли и выяснили.

Ученик: У нас могут быть возражения против того, что они говорят, или это можно считать высшим то, что они говорят?

М. Лайтман: Может быть. Может быть. Но мнение – это мнение. Ты можешь говорить, что ты говоришь, как в суде. Скажи, дают тебе возможность высказаться.

Ученик: Да, но на суде есть судья, который принимает решение.

М. Лайтман: А кто здесь судья, который решает?

Ученик: В этом вопрос?

М. Лайтман: Это не вопрос. Разумеется, не вы, потому что вас судят. Поэтому есть группа, которая отвечает за группу. Есть ответственный за эти вещи.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:09:40) По поводу языка, из моего опыта, когда я прибыл в Израиль, меня поместили в иврито-говорящую десятку, молодежная группа. И я сидел и ничего не понимал. И я быстро начал говорить на иврите, только благодаря этой десятке.

М. Лайтман: Да, да, я понимаю, что так и со мной было. Я работал в военно-воздушных силах, а моя жена училась в Тель-Авивском университете, и так мы вошли в иврит. Она со своей стороны, я со своей. Так было непросто, потому что я абсолютно не способен к языкам. Ну, что у нас еще есть?

Реплика: Вопросы.

М. Лайтман: Ну, ты видишь, такие вопросы. Сколько времени осталось? Может быть, есть еще какие-то вопросы, сомнения? Нет?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:11:11) Мы в состоянии, когда мы вышли из виртуального мира, из виртуальных десяток, и десятки, которые были физические распались, они как бы перешли в другой формат. Но в одном городе может быть есть несколько десяток, и получается, что товарищи из одного города не сидят вместе, хотя они могут собираться физически. Но поскольку в виртуальной десятке осталось это состояние, вопрос: правильно ли изменять десятки согласно географии? Вы сказали, что есть сила в том, когда сидят физически вместе. Или оставить состояние как есть?

М. Лайтман: Я не могу решить. Я не могу решить, поскольку есть тут «за» и «против». Если они сейчас изменят вид объединения, они усилятся от того, что они будут сидеть вместе? У них будет больше возможностей усилиться? Или если каждый продолжит сидеть у себя дома, но в единой виртуальной группе, от этого будет им лучше? Я не знаю. Нужно жить с ними, чувствовать их.

Нет больше вопросов? Хорошо, то есть у нас… нет вопросов, сомнений.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:13:09) Как десятка может знать, что она продвигается? На самом деле, формат не важен, но как десятка может знать, что она продвигается и все нормально?

М. Лайтман: Когда мы читаем статью утром, и они стараются еще один раз повторить ее в течение дня, и видеть, насколько эта статья входит в них, путает или наоборот выпрямляет. Так и видим.

Ученик: Иногда эти статьи утренние очень важны для нас. И мы хотим быть в течение дня вокруг этой статьи, но входит дневной урок, и есть ощущение, что завтрашнюю статью нужно тоже подготовить. И не совсем понятно, достаточно ли мы воспринимаем ту статью, которую мы учили, потому что реальность толкает нас вперед, к следующей статье.

М. Лайтман: Ну что, от того, что не хватает времени или что?

Ученик: Да, есть такие серьезные события внутри, и непонятно...

М. Лайтман: Я бы сказал так. Статья утром – это важная статья, но она не выясняет все, а оставляет вам еще вопросы, и нужно их решить. Поэтому после утреннего урока вам нужно подумать, углубиться в статью, а затем… Про дневной урок я не знаю, что сказать, потому что иногда есть статьи очень важные, иногда не очень. Это в соответственно с нами, не то что они сами по себе.

Есть там много женщин, поэтому тут тоже вопрос. Я обязан отвечать им, проявить к ним внимание. То есть, есть и есть. Это то, что я бы сказал. Посмотрим, посмотрим как продвигаться. Я надеюсь, что… Нужно спросить, нужно провести опрос, что вы предпочитаете, что вы рекомендуете? И выслушать ответы по делу, что вы думаете, что можно сделать по этому поводу?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:16:33) Действительно, мы часто чувствуем, как можно еще использовать утреннюю статью, но мы встречаемся после дневной статьи, и, само собой, мы повторяем дневную статью. Правильно ли будет? А вечером мы готовим уже статью, которая будет завтра. Получается, что утренняя статья, – нам не удается вернуться к ней. Правильно ли будет повторять утреннюю статью после дневного урока?

М. Лайтман: Ты прав, очень хорошо. Так давайте сделаем так.

Ученик: У нас есть две встречи в течение дня. И что? Правильно ли будет повторять утреннюю статью?

М. Лайтман: А когда вторая встреча?

Ученик: Вечером мы читаем статью, которая будет завтра.

М. Лайтман: Хорошо.

Ученик: Получается, что мы не «пережевываем» статью, которая была утром.

М. Лайтман: Ну так оставим ее. Пройдем дважды статью утреннего урока, и все.

Ученик: И вечером? А вечером завтрашнюю статью.

М. Лайтман: А затем повторить ее снова? Хорошо. Ну, давай сделаем. Главное, чтобы действительно мы их усваивали как положено. Хорошо, друзья?

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:18:24) Согласно тому, что мы говорили сегодня о десятках, что десятка – это духовный корень, исконный. На ближайшем конгрессе мы будем находиться в постоянных десятках и углубляться в связь, каждая десятка внутри себя.

М. Лайтман: Так? Вы так решили?

Ученик: Да. Но я все еще хочу спросить. Мне не важно, где сидеть. Все для меня одна десятка. Я могу сидеть здесь, могу сидеть там. Как к этому относиться?

М. Лайтман: Нет, это очень важно, сижу ли я со своими товарищами.

Ученик: Что есть в совместном сидении в своей десятке или с другими товарищами, где ты включаешься с ними? Что могу получить от своих товарищей того, что не получаю от других?

М. Лайтман: Я боюсь ответить, чтобы вы не начали судить о десятках неправильно. Но я чувствую вибрации, когда мы находимся на одной волне в десятке, и поэтому желательно, чтобы мы были близки друг к другу и физически пока что.

Вопрос (Петах-Тиква-Центр): (02:20:02) Мы еще не осознали утренний урок – начинается дневной урок. Я подумал, что каждую статью РАБАШа стоит, может быть, изучать два дня, чтобы как-то переварить и осознать ее, и тогда... Я хотел спросить, можно ли днем, на дневном уроке изучать статью утреннего урока или часть из нее, или не стоит?

М. Лайтман: То, что вы скажете. Подумайте и скажите. То, что скажете, решите, и я готов. Потому что статьи РАБАШа включают в себя все.

Ученик: Это очень ощущается, что только со второго или третьего раза ты действительно правильно воспринимаешь статью.

М. Лайтман: Верно. Но если вы захотите, то сделаем так. Я готов делать все, что относится к учебе, к статьям. Еще есть вопросы? Нет. Хорошо. Что у нас еще?

Объявление (02:21:38)

Песня (02:22:03)

Набор: Команда синхронного набора

Видеофайл в Медиа Архиве: https://kabbalahmedia.info/ru/lessons/cu/OyupeKkn